Текст книги "Наследница двух лун (СИ)"

Автор книги: Пушистый Гений

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 13 страниц)

Наследница двух лун

Глава 1

Я очнулась в лесу. В чужом теле.

Я еще помнила, как попала под колеса машины, когда шла в магазин. Если бы я только была более внимательной! О чем я вообще думала? Какая ужасная беспечность с моей стороны…

Моя жизнь шла довольно скучно в последние годы. Я училась на переводчика в одном захолустном вузе. Эта профессия никогда мне не нравилась, но мой выбор был невелик: программист, дизайнер или переводчик. Языки давались мне легко, и у меня всегда была хорошая зрительная память, поэтому я пошла учиться именно на переводчика. С рисованием и программированием дела обстояли хуже. Рисовать я еще могла, но программировать вообще не получалось. Еще в школе у меня были тройки за программирование…

С парнями мне никогда не везло. Возможно, из-за того, что я не знала, как с ними общаться. Мне никогда не приходили в голову нужные слова, никогда не удавалось ни к кому подойти. В одиннадцатом классе я все-таки познакомилась с одним симпатичным парнем, но наше общение не продлилось долго. Он довольно редко писал мне, а я зачастую не знала, о чем говорить с ним.

В школе надо мной либо смеялись, либо игнорировали меня. С моей неуклюжестью я бы точно заняла первое место в конкурсе «Самый неловкий человек в мире». Одна девочка все время дразнила меня. Возможно, она хотела подружиться со мной таким странным способом, а может, нет… Сейчас это было уже не важно.

У меня была всего одна подруга, с которой мы постепенно перестали общаться. В детстве мы обычно всегда находили, о чем пообщаться, но потом все как-то сошло на нет. В отличие от меня, она всегда легко находила друзей и подруг. Незадолго до моей смерти она даже вышла замуж и родила ребенка. Как же я ей завидовала… Я даже не успела создать семью в свои двадцать четыре года!

И теперь я осталась одна, посреди леса, без еды и воды. Вот так и закончилась моя прежняя жизнь.

Моя изначальная внешность довольно сильно отличалась от нынешней: в прошлой жизни я была довольно худой, у меня были длинные темные волосы и бледно-голубые глаза. Я была, наверное, «серой мышкой». А в этом мире я стала настоящей красавицей, похожей на модель. У меня появились блондинистые волосы, более густые, ярко-синие глаза, а фигура стала более объемной. На мне оказалось простое средневековое платье с узорами в виде цветов, а на ногах – такие же простые туфли.

Я совершенно не понимала, куда идти, поэтому пошла наугад, по вытоптанной тропинке, вокруг которой росли кусты малины. Возможно, если идти по ней, то можно выйти к деревне.

Я не знаю, сколько шла. Возможно, я прошла километр, а может, меньше.

Природа вокруг выглядела довольно приветливо. Солнце едва касалось вершин деревьев, а внизу, меж исполинских стволов, царил зеленоватый полумрак. Лучи, пробиваясь сквозь хвойную гущу, висели в воздухе золотистыми пыльными столбами, в которых танцевали мошки. Было подозрительно тихо, будто все живое затаилось. Под ногами пружинил крупный мох.

Что ж, если я попала в волшебный средневековый мир, то ожидать можно все, что угодно от этого леса. Мне казалось, что вот-вот из какого-нибудь цветка вылетит маленькая фея и спросит, что я делаю совсем одна посреди дремучего леса. Но время шло, и ни феи, ни какие-то подобные им существа не появлялись. Тропинка скоро кончилась, и я оказалась посреди густых зарослей можжевельника.

Вдруг где-то недалеко послышалось рычание, похожее на волчье. Я быстро спряталась. Неужели здесь живут оборотни? Немного успокоившись и убедившись, что рядом никого нет, я продолжила путь, стараясь передвигаться как можно тише.

Скоро послышался осторожный шелест шагов по мху. Я замерла, вглядываясь в заросли впереди. Сердце забилось чуть быстрее.

На стволе ивы возникла большая тень, скоро вышел и ее обладатель.

Это был не волк. Это был оборотень! Самый настоящий! Когда-то в далеком детстве я очень боялась оборотней, даже некоторое время верила в них. Порой мне было даже некомфортно ходить по лесу или в его окрестностях.

Он остановился в нескольких шагах от меня. Сердце ушло в пятки, хотелось убежать, но ноги словно приросли к земле.

– Что ты здесь делаешь? – тихо прорычал оборотень.

– Я… Меня зовут Вероника, и... Просто… Я даже не помню, как здесь оказалась, – честно призналась я.

Он вздохнул и выпрямился, в глазах сверкнул недобрый огонек.

– Этот лес, Сумеречье, принадлежит нам, оборотням. Мы очень не любим, когда кто-то вторгается во владения нашего клана без разрешения. Говори, зачем пришла, а не то… – он щелкнул когтями на руках.

Я глубоко вздохнула и начала:

– Я… Жила в другом мире… В мире, в котором совсем нет магии… Потом умерла… И каким-то образом оказалась здесь, в чужом теле.

Оборотень присел на пенек и с задумчивым видом сказал:

– Хм… Странно. Ты говоришь, что попала в чужое тело. Но откуда мне знать, что это правда? Что, если ты шпионка, подосланная людьми или вампирами, и просто притворяешься?

– Я могу кое-что рассказать о своем мире.

– Но у тебя даже нет каких-то интересных вещей, артефактов из твоего мира, ты выглядишь, как обычная девушка из нашего мира. Ты не сможешь ничего доказать.

– И что же мне делать?

– Ты пойдешь со мной, – он неторопливо встал и взял меня за руку. – Стая разберется, что с тобой делать.

Из-за страха мне было тяжело передвигаться, но я, сделав над собой усилие, пошла с ним. Скоро мы вышли к большой пещере, скрытой за густыми деревьями.

– Вы здесь живете? – тихо спросила я.

– Да. Здесь живет весь мой клан под названием Белое Перо. Не вздумай отсюда сбежать, все равно мы найдем тебя, и тогда тебе несдобровать, – он грозно посмотрел на меня и сжал мою руку. – Веди себя тихо, не говори, пока не разрешат.

Оборотень открыл деревянную дверь и пропустил меня вперед.

Пещера оказалась не просто душным подземельем, а обширным залом с высоким сводом, где свет факелов отбрасывал прыгающие тени на стены, испещренные древними символами. Воздух был густым и теплым, пах мокрой шерстью, дымом и сушеными травами.

Я почувствовала на себе десятки взглядов – колючих, враждебных, любопытных. Мое сердце бешено колотилось, а рука, которую он так грубо сжал, слегка дрожала.

– Привел диковинку, Лука? – раздался насмешливый голос. Из тени вышел высокий мужчина со шрамом через глаз. Судя по его осанке и дерзкому взгляду, он был явно высокого статуса. Должно быть, он бета.

– Утверждает, что она не отсюда, – коротко бросил Лука, отпустив мою руку. – Из мира без магии. Умерла и очнулась здесь, в другом теле.

В зале пронесся гул. Кто-то, кто был в облике зверя, зарычал, кто-то усмехнулся, а кто-то сказал что-то вроде: «Ну и бред». Мое сердце сжалось, невольно вспомнились нелегкие школьные будни, когда я отвечала у доски, боясь гнева строгих учителей.

А теперь передо мной были не учителя, а самые настоящие оборотни. Любая ошибка могла стоить мне жизни!

– Удобная сказка для шпиона, – отчеканила женщина-оборотень с седыми прядями в черных как смоль волосах. В ее руках была связка сушеных корений. Целительница. Она оценивающе рассматривала меня. – Люди становятся все изощреннее в своих уловках.

– Я не шпионка! – вырвалось у меня, хотя Лука велел молчать. Я тут же замолчала, почувствовав, как его взгляд сверлит меня.

– Разрешаю, говори, – сквозь зубы процедил Лука. – Докажи, если сможешь.

Я глубоко вздохнула, собираясь с мыслями, и прокашлялась. Нужно было сказать хоть что-нибудь, чтобы расположить к себе оборотней.

– В моем мире нет оборотней. О вас пишут только в сказках, как о чудовищах, – я увидела, как несколько пар глаз сузились. – Но вы… вы не чудовища. У вас есть иерархия. Альфа, – я кивнула в сторону Луки, – Бета, – мой взгляд скользнул по мужчине с шрамом, – Целители, – я посмотрела на пожилую женщину. – Вы – общество. Воины. А не просто звери.

Наступила тишина. Я описала их не как монстров, а как народ. Это заставило их притихнуть. Целительница внимательно посмотрела на меня. Потом ее взгляд упал на мои руки.

– Твои руки… Они не руки воина. И не руки крестьянки. На них нет ни мозолей от меча, ни огрубевшей кожи от работы в поле. Чем ты занималась в своем мире?

Это был опасный вопрос.

– Я… работала со словами, переводила с одного языка на другой, – осторожно ответила я.

– Со словами, – протянул бета с усмешкой. – Это ничего не доказывает.

– Я знаю, как она сможет доказать это, – неожиданно строго сказала целительница, обращаясь к Луке. – Лунный корень и серебристая полынь. Они растут в Ущелье Теней. Если она принесет их – возможно, в ее словах есть правда. Если сбежит или погибнет… – она пожала плечами. – Значит, такова была ее судьба.

Лука медленно кивнул, его взгляд буравил меня.

– Слышала? Это твой шанс. Ущелье недалеко, но будь осторожна. Там водятся твари, что и посильнее тебя могут быть. Справишься – поговорим еще. Нет… – он не стал договаривать.

Из толпы тихо выскользнул молодой паренек, робко потупивший взгляд. Похоже, это был омега. Он молча сунул мне в руки небольшую холщовую сумку для трав и отвернулся.

Сердце снова сжалось от страха. Ущелье Теней… Звучало зловеще. Наверняка там жили опасные существа, которым лучше никогда не попадаться на глаза. Я очень надеялась, что там хотя бы не будет гигантских пауков или змей.

– Я сделаю это, – тихо, но четко сказала я, сжимая сумку в руках.

Лука с долей уважения в глазах кивнул и махнул рукой в сторону выхода.

– На рассвете. Иди. Отдыхай. Завтра покажешь, на что способна.

Меня отвели в маленькую боковую нишу, служившую каморкой, и приставили у входа охранника. Страх постепенно сменялся решимостью. Я должна была собрать эти травы. Это было первое испытание на пути к тому, чтобы они перестали видеть во мне врага.

Глава 2

В каморке было, как ни странно, довольно уютно. У стены располагалась небольшая деревянная кровать, возле нее стоял светильник, источавший теплый оранжевый свет, а угол украшала каменная статуэтка оборотня, около которой лежала небольшая стопка книг.

Я взяла одну из книг и села на кровать. Сторож внимательно наблюдал за моими действиями.

– Это довольно интересная книга, – сказал он. – В ней рассказывается о разных волшебных растениях. Можешь ее почитать перед тем, как идти за травами, может, пригодится.

Внутри оказалось много интересных рисунков растений. Некоторые из них походили на грибы, некоторые – на животных, а какие-то виды были полупрозрачными. Полистав книгу, я отыскала лунный корень и серебристую полынь, рисунки которых располагались на одном развороте.

Лунный корень растет обычно рядом с мухоморами, в тенистых местах. Также встречается у подножия Ущелья Теней. При попадании прямых солнечных лучей часто увядает. Им питаются лисы, зайцы и некоторые виды мышей. Для человека в сыром виде – смертельный яд. Активно используется в алхимии как средство усиления положительных эффектов некоторых зелий, а также как компонент зелья сна.

Серебристая полынь растет рядом со скалами или крапивой. В туманную погоду слабо светится. Используется в зельях, повышающих ловкость и силу. В воде становится прозрачной.

Что ж, теперь я лучше знаю те травы, которые мне предстоит собрать! Я просмотрела остальные книги, но в них не было никакой полезной информации о растениях или животных.

Я легла на кровать и стала думать о том, как быть дальше. Идти за волшебными травами наверняка очень опасно. Неизвестно, какие твари меня могут поджидать. Но и сбежать – скорее всего, не вариант, так как оборотни станут меня преследовать. У них наверняка превосходный нюх, с помощью которого они быстро выйдут на мой след.

Если мне и удастся доказать, что я из другого мира, оборотни вряд ли меня отпустят. Придется с ними жить, по крайней мере, пока.

Я боялась микробов, поэтому меня занимал вопрос о том, как здесь придется мыться. Неужели в реке? Или оборотни все-таки моются в каком-то подобие бани? Да не, бред…

– Эй ты, человек, – послышался нахальный голос.

Через порог моей каморки переступил молодой оборотень. Он был в человеческом облике, но что-то звериное угадывалось в его позе и в желтоватом блеске глаз. Его светлые волосы были спутаны, словно он только что продирался сквозь чащу, а одежда состояла из рваных штанов и запачканной рубахи.

– Похоже, ты здесь надолго, – заявил он, оценивающе оглядев меня с ног до головы. – Давай сразу расставим все точки над «i». Я – Горд. А ты – никто. Поняла?

В его тоне было столько неприкрытой презрительности, что по моей спине пробежали мурашки. Я молчала, сжимая пальцы.

– Смотри на меня, когда с тобой разговаривают! – он шагнул ближе, и я невольно отодвинулась к стене. – Здесь ты – низшая из низших. Даже наш омега, Вениамин, стоит выше, потому что он – свой. А ты… ты пахнешь проблемами.

«Не показывай ему страх», – пронеслось у меня в голове.

– Меня привел ваш вожак, – тихо, но четко сказала я. – И разбираться со мной будет он, а не ты.

Горд фыркнул, но в его глазах мелькнуло легкое удивление. Видимо, он ожидал, что я буду плакать или дрожать.

– Лука приведет кого угодно, если почует выгоду. А потом вышвырнет, как мусор. Или просто сломает. Он не станет возиться с какой-то хрупкой человечишкой. Так что не строй из себя важную птицу.

Он сделал еще шаг и навис надо мной. От него пахло пылью, потом и диким лесом.

– Запомни, никто. Здесь ты делаешь то, что тебе говорят. Не лезешь со своими глупыми вопросами. И не смотри ни на кого, особенно на Луку. Иначе я сам с тобой разберусь, и тебе не поздоровится. Понятно?

Я не опустила глаз, встречая его наглый взгляд. В груди закипала обида и злость. Эти эмоции оказались сильнее страха.

– Понятно, – сквозь зубы выдавила я. – Теперь можешь идти.

Горд усмехнулся, довольный собой, и, наконец, отступил.

– Смотри не забудь, – бросил он на прощание и вышел, оставив меня в холодной каморке одну.

Я обхватила колени руками и прижалась лбом к ним. Дрожь, которую я сдерживала, наконец, вырвалась наружу. Но вместе со страхом внутри поднималось и упрямство. «Хорошо, Горд, – подумала я. – Запомню. Но только для того, чтобы доказать, что ты не прав. Я не никто. И я не сломаюсь».

***

Рассвет в Сумеречье был похолоднее, чем я ожидала. Свет едва пробивался сквозь густой туман, окутавший деревья. У входа в пещеру меня уже ждал тот самый омега. Молча, он протянул мне небольшую, но острую костяную кирку для копания корней и кивком указал направление вглубь леса.

– Ущелье Теней. Иди на восток, пока не увидишь три сломанные сосны. От них – вниз. – Он произнес это быстро, не глядя мне в глаза, и тут же скрылся в пещере.

Сердце сжималось от страха, но отступать было некуда. Я крепче сжала холщовую сумку и пошла, стараясь не шуметь. Лес поутру был пугающе безмолвен. Ветер шелестел в вершинах деревьев, словно перешептываясь о чужачке, посмевшей потревожить его покой.

Дорогу я нашла бы и сама – три огромные сосны, будто сраженные одной молнией, лежали корнями в небо, образуя зловещие ворота. За ними земля уходила вниз, в глубокое ущелье, куда солнечный свет, казалось, боялся заглядывать. Воздух здесь был гуще, пах влажным камнем и чем-то горьким, незнакомым.

Я осторожно стала спускаться, цепляясь за корни и выступы скал. Именно здесь, согласно книге, должна была расти серебристая полынь. И я быстро ее нашла – невысокие кустики с призрачно-белыми, словно припорошенными лунной пылью, листьями. Дрожащими от волнения руками я стала срезать верхушки и аккуратно складывать в сумку. Первая часть задания была выполнена. Оставался лунный корень.

Согласно той же книге, он рос у самого подножия Ущелья, возле подземного ручья, который журчал где-то в глубине. Пробираясь дальше, я замерла от ужаса.

Прямо на моем пути, перегородив узкую тропинку к ручью, лежало... чудовище. Оно было размером с крупного медведя, но покрыто темно-зеленой, бугристой кожей, похожей на кору старого дуба. Длинные когтистые лапы были поджаты под себя, а из приоткрытой пасти, усеянной иглами-зубами, доносился мерный, шипящий храп. Видимо, это был страж Ущелья, дремавший каменным сном.

Сердце ушло в пятки, руки задрожали, а ладони запотели. Мне хотелось развернуться и бежать без оглядки. Но оборотни… Что, если они найдут меня? Им ничего не стоило найти меня по запаху. Может, я бы и смогла бы отбиться от какого-нибудь омеги, но Лука… Он настолько силен, что смог бы раздавить меня, как букашку.

Собравшись с духом, я решила двигаться вперед, к опасности. Я затаила дыхание, прижимаясь к холодной стене ущелья. Тропинка была узкой, с одной стороны – скала, с другой – обрыв в туманную бездну. Пройти можно было только прямо над спящим существом, буквально в сантиметре от его когтей.

«Тише воды, ниже травы», – твердила я себе мысленно, как мантру. Сделав шаг, я почувствовала, как под ногой хрустнула ветка.

Чудовище дернулось во сне, и его храп прервался. От ужаса у меня перехватило дыхание, сердце забилось еще сильнее. Чудовище не проснулось, но его сон стал более чутким. Ждать было нельзя.

От волнения я чуть было не упала. Взяв себя в руки, я пошла, ставя ноги на носок, выбирая самые мягкие участки мха. Каждый шаг казался вечностью. Я чувствовала исходящее от него тепло и слышала его дыхание. Прошла еще два шага... еще... и вот я уже позади него.

Сердце бешено колотилось, но я не могла позволить себе передышку. У самого ручья, в его влажной глине, я увидела то, что искала – невзрачные серые листья. Это был лунный корень. Я упала на колени и начала быстро, но аккуратно, раскапывать землю киркой, пока не обнажился толстый, извилистый корень, испещренный странными разводами, напоминающими лунные фазы.

В тот момент, когда я, с облегчением укладывая свою добычу в сумку, уже собралась уходить, сзади раздался громкий щелчок. Я обернулась. Чудовище пошевелилось, его глаз, огромный и желтый, как у ящера, медленно открылся и уставился прямо на меня.

Времени на раздумья не было. Схватив сумку, я рванулась с места, пустилась бежать по ущелью вверх, не разбирая дороги. Сзади раздался оглушительный рев, от которого задрожала земля, но я не оглядывалась. Я бежала, пока в легких не стало жечь, пока не выскочила из ущелья и не увидела сквозь деревья знакомые очертания пещеры.

Как назло, я провалилась в яму и рассыпала травы. Когда я подобрала их и уже собралась выбираться, все вокруг вдруг закружилось и растворилось…

Глава 3

Прошла лишь горсть секунд – и мир перевернулся. Вместо лесной чащи я очутилась в зловещем полумраке заброшенного дома. Стены, пожираемые сыростью, грозили рухнуть в любой миг, а в углах, словно траурные вуали, клубились скопления пыльной паутины. Меня охватил ледяной страх, и я, не раздумывая, бросилась прочь, на волю.

То, что открылось моим глазам, было подобно чуду. Я стояла посреди невероятно красивого леса. Воздух, густой и сладкий, был напоен ароматом белых лилий, ковром устилавших землю. Повсюду порхали изящные бабочки – целые рои живого шелка и бархата. Они кружили в медленном танце, садились на мои ладони, доверчивые и невесомые, а потом взмывали ввысь, теряясь в золотистых лучах солнца. Зрелище было столь завораживающим, что на миг стерло из памяти даже оборотней и пещеру.

Одна из бабочек, крылья которой переливались сапфировыми вспышками, отделилась от стаи и замерла прямо перед моим лицом. Казалось, она приглашала следовать за ней. Охваченная внезапным любопытством, я сделала шаг, и она, словно кивнув, плавно поплыла вглубь леса. Не помню, сколько времени я шла, завороженная этим живым маячком, но в конце тропы, у подножия старого дуба, меня ждала находка.

Тетрадь Бабочек.

Она лежала на корнях, будто ее только что положили туда. Темно-синяя обложка, словно кусочек ночного неба, была усыпана вытесненными серебром силуэтами бабочек с ажурными, невесомыми крыльями. Края светились мягким, лунным сиянием. С первого же взгляда было ясно – это не просто книга. Это был артефакт, дышащий той же магией, что и этот лес, что и эти бабочки.

Взяв драгоценную находку, я вернулась к жуткому дому. Заходить внутрь, в царство паутины и тлена, не хотелось категорически, но выбора не было. Стиснув зубы, я переступила порог. Увы, портал, что принес меня сюда, молчал. Ни вспышки света, ни колебания воздуха – лишь гробовая тишина заброшенных стен.

Что ж, оставаться здесь смысла не было. Я вышла на опушку, крепче прижимая к груди Тетрадь. Возвращение к оборотням сорвалось. Пойду куда глаза глядят. В конце концов, я же не виновата, что судьба подставила мне ногу в виде этой проклятой ямы.

***

Спустя время тропа привела меня к крошечному, будто игрушечному, домику, утопавшему в море разноцветных роз. Их аромат, густой и пьянящий, витал в воздухе. Не раздумывая, я постучала в резную дверь.

– Кто там? – отозвался ласковый, словно перезвон колокольчиков, голос.

– Я… Я заблудилась, – прозвучало мое неуверенное признание. Я переминалась с ноги на ногу, чувствуя себя неловко.

Дверь бесшумно отворилась. На пороге стояла девушка такой ослепительной, почти неестественной красоты, что ее можно было принять за большую фею. Русые волосы, заплетенные в сложную косу, отливали золотом, а ее платье – тонкое, приталенное – было расшито живыми, казалось, узорами из розовых лепестков. На голове у нее красовалась маленькая, изящная корона, сплетенная из листьев дуба и бутонов ландыша.

– Проходи, гостьей будешь, – она улыбнулась, и в ее улыбке было что-то лукавое.

Внутри домика царило волшебное уютное тепло. В камине приветливо потрескивали поленья, отбрасывая танцующие тени на стены. Два кресла из полупрозрачного, мерцающего дерева стояли у очага. Под потолком, не тая, медленно кружили крупные зеленоватые снежинки, похожие на застывшие изумруды. На кухне, за полупрозрачным столом из той же диковинной древесины, парил в воздухе изящный чайный сервиз, вокруг которого порхали миниатюрные бабочки размером с ноготь – живые самоцветы. На стенах висели картины: нарисованные лисы охотились, олени грациозно поднимали головы, и все это дышало собственной, запертой в рамах жизнью. В углах, в кадках, росли странные растения с переливающимися листьями.

– Как тебя зовут, заблудшая душа?

– Вероника.

– Какое красивое имя! Оно тебе очень идет, – девушка поправила небольшую картину, где рыжая лисица на миг замерла, глядя на нас. – А меня зовут Василиса. Приятно познакомиться!

– Мне тоже, – я неловко улыбнулась, чувствуя себя грубой простолюдинкой в этом хрупком царстве.

– Расскажи, как ты попала сюда, и, возможно, я смогу тебе помочь. Чаю?

– Да, было бы неплохо…

Когда я опустилась в кресло за столом, несколько миниатюрных бабочек, словно почуяв родственную душу, опустились мне на волосы, устроившись в них живой, трепещущей диадемой.

– Ух ты, смотри-ка! Теперь ты королева бабочек, – рассмеялась Василиса, и ее смех звучал как журчание ручья. – Ну, рассказывай. – Она взяла с полки тарелку с печеньем в форме кленовых листьев и поставила передо мной.

– Так, с чего бы начать… – я смутилась, разглядывая узоры на чашке. – Я… умерла в том мире, где жила изначально. А потом очнулась в другом теле. В этом.

– Ого! – ее глаза расширились от искреннего или мастерски поддельного изумления. – Прямо как в старых сказках!

– А потом я шла по лесу и встретила оборотня из стаи Белое Перо. Я так и не смогла ему объяснить, кто я на самом деле. Он отвел меня к своей стае, и они… велели доказать, что я не враг. Принести лунный корень и серебристую полынь. Я собрала их, но на обратном пути провалилась в какую-то яму… И очутилась здесь.

Василиса задумчиво поднесла чашку к губам.

– В той яме, должно быть, скрывался древний портал. О нем давно все забыли. Что ж… я не могу перенести тебя обратно в твой первый мир. Но я могу переместить тебя туда, где оборотни тебя никогда не найдут. Например, в уютный домик на окраине какого-нибудь города, где давно никто не живет.

– Я… Мне нужно подумать, – сказала я, и в голосе моем прозвучала неподдельная растерянность.

Внезапно в улыбке феи, в складке ее губ, мелькнула тень хитрости. Острая, холодная мысль пронзила меня: А вдруг она что-то замышляет? Ее предложение было слишком удобным, слишком настойчивым.

Нет. Лучше известная опасность, чем неизвестная «помощь».

– Нет, спасибо, – я постаралась, чтобы мой отказ прозвучал твердо. – Я пойду своей дорогой. А оборотням так и скажу – потерялась из-за портала. Это же правда.

– Ну, как знаешь… – Василиса вздохнула, но в ее глазах не было разочарования, лишь любопытство. – Но ты не заблудишься снова? Здесь водятся опасные твари. Буквально в паре лиг отсюда живут гномы-людоеды – страшные, бородатые, с зубами, как гвозди. А у реки поджидают чудовища, похожие на лягушек, только размером с теленка и с ядовитой слюной.

Меня пробрала дрожь, но я покачала головой.

– Нет. Я сама поищу дорогу.

***

Спустя время тропа привела меня к небольшой, неприметной пещере. Внутри было пусто, сухо и относительно безопасно. Решила передохнуть – ноги гудели от усталости, а веки слипались. Едва я прислонилась к прохладной стене, как снаружи, словно из самой земли, поднялся странный, мерцающий розоватый туман. Он стелился по полу, обволакивая все густой, сладковатой дымкой. Сопротивляться его дурману было бесполезно – сознание поплыло, и я провалилась в сон.

И очутилась на большой, залитой лунным светом поляне. В ее центре, освещенный призрачным сиянием, стоял он. Лука. Но не тот суровый вожак, которого я знала. Его могучие плечи были ссутулены, а в зеленых глазах стояла такая бездонная тоска, что сердце мое сжалось от боли.

– Где ты была, Вероника? – его голос прозвучал тихо, хрипло от невысказанной муки. – Я обыскал каждый след. Каждый камень.

Он сделал шаг ко мне, и я увидела новые морщины у его глаз. Он словно постарел на годы.

– Я любил тебя. Любил всегда. А ты… ты просто сбежала. Зачем?

Его огромная, шершавая ладонь нежно коснулась моих волос, медленно проводя по ним. На его губах дрогнула усталая, бесконечно печальная улыбка.

– Ты самая красивая во всех мирах. Нет никого и ничего прекраснее. Давай не будем больше терять друг друга. Останься. Будь со мной. До самого конца.

– Но… Мы же… мы только встретились, – прошептала я, сбитая с толку этой лавиной чувств, обрушившихся на меня.

– Нет. Мы знаем друг друга вечность, – он покачал головой, и в его взгляде была уверенность, от которой похолодела душа. – Мы прожили вместе сто жизней. Не уходи. Прошу.

В его пальцах, будто из ниоткуда, возникла маленькая алая роза. Капельки росы на ее бархатных лепестках сверкали, как алмазы.

– Для тебя. Знак моей вечной любви.

Завороженная, я протянула руку, чтобы принять этот дар, этот сгусток страсти и печали. Но в тот миг, когда мои пальцы почти коснулись стебля, мир вокруг задрожал и рассыпался, как карточный домик. Поляна, луна, его грустные глаза – все растворилось в вихре. И сквозь нарастающий гул ворвался один-единственный звук – жуткий, полный чистой ярости рев, от которого застыла кровь.

Я резко села, сердце колотилось где-то в горле. В пещере было тихо, розовый туман исчез бесследно, словно его и не было. Но рев не исчез. Он звучал где-то совсем близко, за стенами пещеры, и с каждой секундой становился все яснее, все громче. Кто-то большой, быстрый и очень злой стремительно приближался.

Не думая, действуя на чистом инстинкте, я сорвалась с места и метнулась вперед по первой попавшейся тропинке, петлявшей между скал. Ноги подкашивались, в ушах стучала кровь, заглушая все, кроме этого ужасающего рева позади.

Выскочив на открытую опушку, я на мгновение обернулась. Где-то в глубине леса, в том направлении, откуда я прибежала, с громким хрустом ломалась ветка, потом еще одна. Существо не скрывало своего преследования.

Переведя дух, я заметила неглубокий, заросший папоротником овраг и, не раздумывая, скатилась вниз, зарылась в сырую листву у самого склона, стараясь слиться с землей и тенью.

Время потеряло смысл. Я замерла, боясь пошевелиться, боясь даже слишком громко дышать. И вот наверху, на краю оврага, показалась тень. Крупная, коренастая, с нелепо массивными плечами. Это был гном, но не из сказок. Его кожа отливала землистым серым цветом, а рот, усеянный рядом острых, желтых зубов, напоминал капкан. Он тяжело дышал, втягивая воздух, и его маленькие, свиные глазки злобно сверкнули в полумраке. Понюхав, он хрипло хмыкнул – звук, полный разочарования и злобы – и, тяжко ступая, повернул обратно, в чащу.

Я выжидала еще долго, пока шум его шагов окончательно не затих вдали. Только тогда, вся измазанная землей и дрожа от напряжения, я выбралась из своего укрытия, осторожно, сантиметр за сантиметром, поднялась по склону и замерла, вслушиваясь в наступившую, звенящую тишину.