Текст книги "Ложный Нарцисс (СИ)"
Автор книги: Narita
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 37 страниц)
Кагамине знала, что её брат сам пишет музыку, но никогда не слышала ни одной песни. Рин отложила ноты и поискала глазами текст песни, но ничего похожего не обнаружила. Слегка разочарованная, она оставила поиски и направилась к кровати брата. Аккуратно провела ладонью по черному корпусу гитары, погладила гриф, пробежалась пальцами по струнам. Тугие. Она часто слышала, как эти струны звучат под пальцами Лена. Под этими упоительно теплыми, шершавыми пальцами…
Девушка ощутила, как краснеют кончики ушей, поэтому резко оборвала ход своих мыслей.
– Не нужно было сюда приходить, – проворчала она, но тут как назло на глаза ей попалась кровать. Словно во сне Рин опустилась на прохладную простыню, и вдохнула. Запах Лена. Тот самый, дразняще-пряный. Она еще раз вдохнула этот аромат, чувствуя, как на нее накатывают волны усталости. Всего через пару минут девушка задремала.
Внезапно она ощутила прикосновение. Рин испугано вздрогнула и попыталась открыть глаза, но все вокруг было погружено в кромешную тьму. Повязка?
– Здесь кто-то есть? – испуганно прошептала она в тщетной попытке снять повязку, но руки как будто бы тоже были зафиксированы. – Эй!
Рядом определенно кто-то был, и этот кто-то вызывал у девушки иррациональный животный страх. Она никому не говорила, но после переезда в столицу, Рин начала бояться чужих людей, в особенности мужчин. В её представлении каждый может оказаться латентным извращенцем.
Кагамине задрожала всем телом, когда незнакомец касается тонких ключиц и легко стаскивает лямку ночной рубашки. Через секунду кожу плеча опаляет горячее дыхание.
– Прекратите! – Рин чувствует, как вместе с паническим страхом внизу живота закручивается тугая спираль желания. – Я буду кричать!
Однако это никак не подействовало на ночного визитера, и уже через секунду Рин пытается спрятать свою беззащитную шею от его настойчивых поцелуев. Лишенная зрения, она стала чувствовать в десять раз сильнее, поэтому вместе с невнятными просьбами прекратить из её рта вырываются тихие стоны. А когда горячая ладонь сильно сжимает её грудь Рин негромкое вскрикивает. Страх, стыд и желание переплетаются в одно чувство. Девушка облизывает сухие губы. Ей как никогда необходим поцелуй. Пальцы неизвестного невесомо скользят по нежной коже впалого живота, очерчивают контур пупка и переходят на резинку кружевных трусиков.
– Нет! – Рин испугано мечется, пытаясь вырваться. По щекам побежали слезы, но тут пальцы незнакомца бережно стирают соленую влагу, и это движение кажется ей знакомым.
– Кто ты? – всхлипывает Рин, пытаясь в слепую поймать взгляд своего мучителя. – Почему ты это делаешь?!
Насильник необычайно нежно касается её подбородка, и через секунду она получает долгожданный поцелуй. Горячие сухие губы жадно терзают её нежный рот, кусая до крови, чужой язык бесцеремонно сплетается с её собственным, но Рин уже все равно. Она покорно позволяется себя целовать, и тут внезапно начинает управлять своим телом. Руки крепко обвивают шею парня, а пальцы зарываются в светлую шевелюру. Погодите-ка…светлую?!
Рин тут же отстраняется и натыкается на взгляд голубых глаз, в глубине которых горит жгучий огонек похоти.
– Лен?!
Рин широко распахнула глаза и подскочила на кровати. В комнате брата продолжал гореть свет, на часах было четыре утра.
– Просто сон, – девушка дышала так, словно только что пробежала марафон. Ночная рубашка промокла от пота, а в горле скреблась жажда. С тяжелой головой Рин поднялась с кровати и поспешила покинуть комнату Лена. Выключая свет, бросила последний взгляд на смятую постель и почувствовала, как горят щеки. Все-таки не каждый день снится эротический сон, с родным братом в главной роли. Через минуту она уже снимала с себя сорочку, намереваясь принять душ.
«Присниться же такое,» – думала Рин, отбрасывая мокрую одежду. – Я ведь даже ни с кем не целовалась…»
Девушка поспешила залезть под ласковые струи, но внезапно почувствовала, как по внутренней стороне бедра стекает влага. Рин дотронулась до кожи и её словно дернуло током. Девушка неосознанно сжала бедра, чувствуя, что влаги становится больше.
– Да что же со мной сегодня?! – в отчаянии воскликнула Рин и, обхватив себя руками, опустилась на кафельный пол душа. Организм требовал разрядки, но Кагамине еще не разу не мастурбировала, хотя подруги частенько поднимали эту тему. Краснея, они признавались, что часто фантазировали о Кайто, но Рин не смела даже думать о нем в таком ключе. Все-таки он был для нее джентльменом, парнем мечты, как она могла использовать его в таким грязных целях?
– Я не стану этого делать! – яростно прошептала Рин, но её узкая ладошка уже тянулась к промежности. В голове помутилось, когда пальцы легко коснулись влагалища и оттуда мгновенно начала сочится вязкая субстанция.
Краснея как никогда в жизни, Рин начала медленно двигать пальцами. В горле была настоявшая пустыня и девушка ловит ртом упругие струи душа. В голове вспыхнули образы из сна. Прикосновения шершавых пальцев, требовательный поцелуй, знакомый хрипловатый шепот. Девушка тяжело дышала, на щеках горел лихорадочный румянец, В голове словно бьют набат. Тихие стоны начали складываться в одно имя.
– Л-лен…– прошептала блондинка и в этот миг по позвоночнику прошла приятная дрожь.
Девушка в изнеможении легла на прохладный кафель. В голове не было ни одной толковой мысли. Сверху продолжал извергаться водяной поток. И лишь через пару минут она поняла, что влага на лице соленая.
В эту лунную апрельскую ночь, в ванной пустой квартиры плакала девушка. Плакала от отвращения к самой себе и от ужаса, что ей хочется лишь одного – чтобы брат продолжил то, что не закончил в её грезах.
========== Такт 15: Уно ==========
Из забытья меня вырвал душераздирающий звук телефона. Во всяком случае так он звучал в моей больной голове. Я с трудом разлепил веки и схватил аппарат, желая лишь одного – чтобы он наконец заткнулся.
– Алло, – голос был похож на карканье столетнего ворона с хроническим бронхитом.
– Утречка Лен! Почему ты не в школе? Что с тобой случилось?! Ты что заболел?! – Мегпоид в своей манере начала бомбардировать меня вопросами.
– Мегпоид, будь так добра, заткнись, – отозвался я, морщась от головной боли. – Да, я в
больнице, и сейчас не в лучшей форме, чтобы болтать…
– Что за больница?! – перебила меня Гуми. Голос её мгновенно стал серьезным.
– Это не имеет значения! – отрезал я. Еще не хватало мне этой занозы в…
– Быстро назвал мне адрес, – угрожающе начала девушка, так что по коже побежали мурашки. Гуми умеет быть пугающей.
– Клиника Мидоригава, – сдался я.
– Знаю-знаю! Ну все, жди в гости! До встречи! – с этими словами Гуми отключилась, оставив меня рассеяно слушать короткие гудки.
Захлопнул телефон и оглядел свою палату. Отвратительно-белые стены, окно закрыто плотными жалюзи, на тумбочке у кровати стоял стакан с водой. Я залпом осушил его. Ощутимо болели синяки. В голове роился легкий туман, меня вновь потянуло в сон, но тут в дверь сдержанно постучали, и в палату вошел пожилой мужчина – мой лечащий врач.
– Доброе утро, Кагамине-кун. Как ты себя чувствуешь?
После осмотра и беседы с доктором мне принесли поесть, но я едва притронулся к еде. Особенно мне мешал заинтересованный взгляд молодой медсестры.
– Может тебя покормить? – игриво предложила девушка, и я едва не закатил глаза. Неужели все женщины думают одинаково?
Когда медсестра удалилась, я уже хотел поспать, но тут в дверь снова постучали и на пороге возникла Рейра.
– Лен! Сынок! Как ты себя чувствуешь? – засуетилась мама. Я мужественно стерпел её причитания, но не мог не отметить, что она была свежа и бодра, несмотря на бессонную ночь.
– Ты заезжала домой? – спросил я, втайне надеясь узнать что-то о Рин.
– Нет, – мама поставила в вазу букет желтых тюльпанов. – В офисе у меня есть апартаменты, там я всегда держу свежую одежду и прочее. Я же не могу показаться перед коллегами в растрепанном виде.
– А что Рин?
– Ох, ничего не говори мне об этой несносной девчонке! Вчера ночью она накричала на меня, сказала, что я совсем о тебе не волнуюсь, и вообще я плохая мать. Неблагодарная!
Нужно бы преподать ей урок!
– Рин привезла меня в больницу, – холодно произнес я. – Она сидела в коридоре, пока меня откачивали, а что делала ты?
Затылок вновь прошило болью, и я прикрыл глаза.
– И ты туда же Лен! Как вы не можете понять, что я работаю ради вас и…
– Мама, – устало перебил я. – Давай поговорим позже. Я очень устал и хочу отдохнуть.
Рейра пару минут боролась с собой, а потом сказала прежним очаровательным голосом:
«Ладно, милый. Признаю, что погорячилась, просто я очень беспокоюсь о тебе. Отдыхай. Отец обещал заехать ближе к вечеру.
Мать запечатлела легкий поцелуй на моей щеке и удалилась, но я видел, что в уголках её голубых глаз дрожат слезы. На душе заскребли кошки. Я бросил короткий взгляд на тюльпаны, а потом устало откинулся на подушки. На меня снова навалилась сонливость и меньше, чем через минуту я задремал.
***
Рин разбудил звонок президента клуба. С трудом соображая, Кагамине притворилась больной, и к счастью голос её звучал так слабо, что это сработало. Сегодня школа не входила в её планы, ведь её брат в больнице, разве это не уважительная причина?
При мысли о Лене девушка вспомнила минувшую ночь и поспешила спрятать лицо в ладонях. Как она теперь будет смотреть ему в глаза? Что бы он сказал, узнав обо всем?
Девушка живо представила себе его издевательскую усмешку, аля «теперь ты наконец повзрослела».
Кагамине отняла руки от пылающего лица и глянула на часы. Без малого полдень. Проклиная все на свете, девушка метнулась к зеркалу и едва не отпрянула. Светлые волосы в полном беспорядке, отекшие от слез глаза, сухие потрескавшиеся губы – просто идеально для кастинга фильма ужасов.
Рин потребовалось более получаса чтобы привести себя в более-менее божеский вид. От завтрака, а точнее от обеда она решила воздержаться. Потом она по привычке влезла в школьную форму, и уже потянулась за привычным бантом, но что-то её остановило. Почему-то теперь он казался ей каким-то детским. Ограничилась тем, что убрала челку с помощью заколок, подхватила сумку и покинула квартиру. Несмотря на все свое смущение она не могла не навестить брата. А о том, что случилось ночью не узнает ни одна живая душа.
Почти час понадобился девушке, чтобы добраться до частной клинике Мидоригава. Лифт бесшумно нес её на восьмой этаж, и с каждой меняющейся цифрой Рин чувствовала, как учащается её сердцебиение.
«Что мне ему сказать? Привет, как дела? Нет, это глупо. Ясно же, что все не очень хорошо. Но что тогда? Извинится, что не приехала утром? А может…»
Кагамине на ватных ногах поплелась в сторону палаты брата. Пальцы нервно сомкнулись на небольшом букете жёлтых нарциссов. Оставалась всего пара шагов, когда Рин застыла как вкопанная. Из платы доносились голоса, и один из них был девичьим.
***
Я проснулся от того легкого прикосновения к своей щеке. В душе шевельнулась робкая надежда, что это Рин, но тут касание повторилось, превратившись в ощутимый щипок. Я открыл глаза. Все оказалось гораздо прозаичнее.
– Разве так нужно относится к своим подчиненным, Мегпоид?
– О, ты проснулся! – Гуми быстро спрятала что-то за спину. – Как самочувствие?
– Ты же ничего не нарисовала на моем лице, пока я спал? – подозрительно спросил я.
– Как ты мог так обо мне подумать?! – оскорбилась Гуми. – Я же не ребенок!
«Не сказал бы,» – продумал я, но решил промолчать. Тем временем Мегпоид вынула из пакета крупное яблоко: «Хочешь?»
– Нет, спасибо, – я натянуто улыбнулся. – Вижу к тебе вернулся боевой дух?
– А то! – просияла Мегпоид виртуозно счищая кожуру с яблока. – Выздоравливай скорее, и начнем деятельность нашего клуба!
Я едва не застонал. И на что я подписался?
– Кстати говоря, сегодня Нацу-тян спрашивала у меня о тебе, – Гуми ловко располовинила яблоко. – Говорит, что вы с ней встречаетесь.
– Уже нет, – невесело усмехнулся я. – Постой, Нацу-тян?
– Мы были с ней в одном классе в средней школе, – пожала плечами девушка, но в глубине
её зеленых глаз мелькнула искорка боли. – Это ведь из-за нее?
– Что? – я притворился, что меня дико интересует пейзаж за окном.
– Твое…
В это мгновение дверь палаты отъехала в сторону. Я резко поднял голову. Сердце радостно екнуло и понеслось галопом. На пороге застыла моя сестра.
– Рин! – голос внезапно охрип.
Сестра вздрогнула так, словно я на нее крикнул, и неуверенно подняла взгляд. В воздухе повисло напряжение, а потом…
– Ха-ха-ха… – Рин захихикала.
Я с недоумение покосился на Гуми, и увидел, что она тоже с трудом сдерживает смех. Я быстро поднес руку к лицу и сильно потер. На ладони остались черные разводы.
– МЕГПОИД!
Девушки дружно покатывались с моего разрисованного лица, а я уже искал какой-нибудь тяжелый предмет, чтобы запустить им в Гуми. Нашлось только яблоко.
– Я за напитками! Вам купить? – Мегпоид осознала всю серьезность моих намерений и поспешила ретироваться. Через секунду за ней закрылась дверь.
– Эта девчонка меня с ума сведет, – проворчал я и положил яблоко на тумбочку.
– А, по-моему, она забавная, – Рин поставила цветы в воду. Палата наполнилась нежным ароматом нарциссов. Я вздохнул начал стирать художества Мегпоид. Получалось из рук вон
плохо.
– Она же вроде тебе не нравилась?
– Если узнать её получше, то она не так уж и плоха и… – Рин в нерешительности замерла с салфеткой в руке. – Можно?
Мне оставалось лишь кивнуть. Спустя секунду влажная ткань прошлась по моей коже, пустив рой мурашек по всему телу. Поспешил зажмурится, поскольку при зрительном контакте мог запросто сорваться.
– Готово, – послышался родной голос.
Я медленно открыл глаза и встретил отчаянный взгляд сестры. Её пальцы все еще на моей щеке. Поднял руку и прикоснулся к нежной коже запястья. Рин вздрогнула, но не отстранилась. Все совсем как тогда. Почему она не возражает против таких вольностей?
Сестра нервно облизала губы, и я, мгновенно растеряв остатки здравого смысла, притянул её к себе. Так близко, что ощутил свежесть её дыхания на своей коже. Нас окутал навязчивый запах цветов. Чертчертчерт, что ты делаешь?! Я же сейчас…
– А вот и я! – дверь с шумом распахнулась и в палату влетела метеоритная Гуми.
Спасибо тебе, господи.
Её появление стало для меня ушатом холодной воды. Я разжал пальцы и откинулся на подушки, стараясь не встречаться взглядом с сестрой.
– Вижу тебя уже привели в порядок! – Гуми бросила мне банку с газировкой, и я с трудом поймал её в опасной близости от моего лица. Потом сияющая Мегпоид протянула напиток Рин.
– Угощайся, Рин-Рин.
– Э? – сестра слегка опешила от такой фамильярности.
– Мегпоид, – я покачал головой.
– А что? Раз уж мы в одной лодке, то почему бы не начать общение?
– В какой такой лодке? – сварливо поинтересовался я.
– Забота о тебе, конечно же!
***
В больнице я пробыл еще пять дней. Девушки изо всех сил пытались скрасить мои серые будни. Гуми задалась целью напичкать меня фруктами и свежими школьными слухами, а Рин исправно приносила мне свои конспекты. Сначала я переживал, но потом они даже подружились, да так, что сестра беззаботно смеялась над шутками Мегпоид.
– Твоя сестра очень миленькая. Честное слово, я понимаю почему ты в нее влюбился, – озвучила свои мысли Гуми.
Дело было в последний день моего пребывания в больнице. Мегпоид сидела у меня в ногах и азартно тасовала карты для Уно. Притащив эту детскую забаву, она буквально заставила меня играть с ней. Конечно же на желание. Кто же знал, что её желанием будет откровенный разговор. Проигравший должен выдать нечто сокровенное. Начиная от того, когда я перестал писаться в кровать, заканчивая вопросами о моем отношении к сестре. Шел пятый кон, а я так ни разу не выиграл. Лучше бы раздевание.
– Еще громче это скажи, – проворчал я. – Это не любовь, я просто…хочу её. В физическом смысле.
– Извращенец, – протянула Гуми и начала раздавать карты.
Игра началась. Мне начало везти, так что я выложил сразу три карты.
– Но под миленькой я имела ввиду нечто другое.
Мегпоид мастерски отбила мои козыри, и заставила меня взять еще. Скрипя зубами, я взял четыре карты. Игра была исключительно на везение, но меня не покидало чувство, что Гуми мухлюет.
– Вот так, – я швырнул пустую карту. – Имя человека, которого любишь!
– Обойдешься, – Мегопоид спокойно покрыла мою карту еще одной пустой.
– Мегпоид, откуда у тебя столько козырей?!
– Просто я удачливая, – ухмыльнулась зеленоволосая. – И что дальше?
– Это нечестно, – я выложил три синих и одну красную, надеясь, что мне повезет, а Гуми тем временем продолжала:
– Она очень светлая, можно сказать святая. Верит в Кайто Сиона как в бога, но спешу тебя обрадовать – это исключительно платоническое чувство. Так что, как только у нее появятся другие желания, она будет более доступной и… уно!
Я едва не выругался. Мегпоид довольно помахала одной картой, и мне ничего не оставалось как спасовать.
– Шестой раз подряд! – ликовала девушка.
– Ты демон, – заключил я. – И что ты хочешь услышать на этот раз? С кем был мой первый раз?
– Нет, – Гуми начала собирать карты. Вид у нее был серьёзный. – Если появится возможность, ты откроешься…
– Никогда, – отрезал я. – Я не собираюсь разрушать её жизнь.
– Но рушишь свою, – грустно заключила Гуми. – Ты мазохист, Лен.
– А ты садист, – поморщился я. – Хватит лезть мне в душу. И без того тошно.
– Как скажешь, – Гуми собралась уходить. – Какие планы на Золотую неделю? *
– Никаких, – пожал плечами я. – А что?
– Тогда собрания клуба официально объявляю открытыми! – Мегпоид маслилась так, словно планировала новогодние каникулы. – Сегодня я зарегистрировала наш клуб, и нам нужно наверстать упущенное!
– И кто третий несчастный?
– Рин-Рин, конечно же!
Хуже быть не может, говорите? Может, черт возьми.
========== Такт 16: Школа первой любви ==========
Золотая неделя – череда праздников, главное предназначение которых – позволить трудолюбивым японцам хоть немного отдохнуть от рутины и провести это время с друзьями или семьей. Но семью Кагамине это, по-видимому не затрагивало.
– Нас не будет до конца выходных, – Рейра поспешно подправляла макияж. – Милый, ты уверен, что хорошо себя чувствуешь?
– Все в порядке, мам, – я открыл ей дверь. – Повеселитесь там в Венеции.
– Спасибо, милый, – мама схватила сумочку и, быстро чмокнув меня в щеку, зашла в кабину лифта. Спустя секунду её силуэт скрылся за автоматическими дверьми.
Я поспешил вернутся в квартиру. От сотрясения я уже отправился, но очередная командировка родителей просто выбила почву у меня из-под ног. Не то, чтобы я хотел провести выходные в кругу семьи, просто теперь я остался наедине с сестрой. Опасно. Чертовски опасно. А еще эта Мегпоид со своей клубной деятельностью. Чтоб ей пусто было…
Мои мысли прервало громыхание на кухне, и я поспешил туда. У плиты во всю хозяйничала Рин, и судя по ингредиентам, сегодня она собралась готовить что-то необычное.
– Рин, разве сегодня твоя очередь готовить? – я прислонился к косяку, стараясь не пялится на её стройные ноги.
– Ты же пока что болеешь, – сестра стояла ко мне спиной. – Кроме того…
Она отложила в сторону нож для овощей и повернулась. Глаза в пол, на щеках легкий румянец. Мое сердце ухнуло куда-то в желудок. Перед глазами мелькнул образ моей первой девушки.
«Кагамине-кун, ты мне очень нравишься!»
– Это как извинение… – Рин нервно сцепила пальцы в замок, избегая встречаться со мной взглядом. – За то, что накричала на тебя в тот вечер, да и вообще…
Рин совсем стушевалась и поспешила вернутся к приготовлению ужина, а я так и остался приклеенный к косяку, не в силах вымолвить ни слова. Рин извинилась? Неужели это наяву? К тому же, мне не давала покоя эта её странная робость по отношению ко мне. Словно мы и не семья, а…
«Новоиспеченная парочка – ехидный голосок в голове ликовал. – Видишь даже ужин взялась готовить, осталось только с ложечки покормить и…»
Я решительно шагнул к сестре, и по привычке хотел обнять её за талию, но потом одумался и осторожно сжал хрупкие плечи. Девушка вздрогнула. Я незаметно вдохнул её несравненный аромат, отмечая, как стремительно краснеет её шея и уши.
– Спасибо, Рин… – голос как обычно охрип. – Но не стоит так переживать по этому поводу. Я сам виноват в случившемся.
– Но ведь… – звонкий голос сестры был еле слышен, но потом она быстро заговорила, словно боялась, что я её перебью:
«Я думала, что ты опять начал встречаться со всеми подряд, и это может плохо кончиться, и потом тут все не так, как на Юге, а еще этот твой…поцелуй с Мику Хатсуне, я… »
– Что? – мой собственный голос напротив упал до шепота. Сейчас Рин впервые заговорила о том, что видела на вечеринке, и мне было важно знать её реакцию.
– Прости, но не мог бы ты отпустить меня… – Рин сухо всхлипнула и попыталась вырваться из моих объятий, но ей удалось лишь повернулся ко мне лицом. Не понимая, что делаю я прижал её ладони к столу, не позволяя сестре сбежать.
– Лен, прошу тебя…
– Нет, давай закончим. Скажи мне, Рин, что ты чувствуешь, когда я с другой девушкой?
– Я… – Рин нервно закусила губу и посмотрела мне в глаза. – Завидую, наверное.
– Завидуешь? – я жадно вглядывался в её ясные глаза. – Почему?
Она снова закусила губу, словно дразня меня. В кухне повисла напряженная тишина, но я был терпелив. Наконец Рин неуверенно заговорила.
– П-потому что у меня еще не было опыта отношений, и быть может я упускаю что-то…
– Ну может тогда мне побыть твоим репетитором? – мой агонизирующий рассудок вновь начал генерировать бредовые идеи.
– Э? – сестра умилительно наклонила голову к плечу.
– Ну, это как такая игра, сходим на пару свиданий, и когда у тебя появится настоящий парень, ты будешь уже более опытна в этом плане, – я сам понимал, насколько глупо это звучит, и уже приготовился свести все в шутку, когда Рин неожиданно улыбнулась.
– А это неплохая идея!
– Серьезно? – меня не оставляло чувство, что она просто смеется надо мной. – Это как-то…
– Но ты же сам это предложил! – надулась сестра. – Так что теперь не вздумай идти на попятный!
– Ладно, я понял, – голова шла кругом, и мне захотелось ущипнуть себя, чтобы удостоверится, что это не сон. В замешательстве я отпустил ладони Рин и отступил на пару шагов. Мне требовалось переварить эту информацию.
– Ну так что, когда начнем, Кагамине-сенпай? – глаза сестры горели энтузиазмом.
– Да хоть сейчас, – меня внезапно обуяла злоба. Пойдя на поводу у своих ненормальных желаний, я сам загнал себя в ловушку. Так будь что будет. – Коль скоро мы говорили о поцелуях, то почему бы не попробовать?
Я вновь шагнул к Рин, и в её голубых глазах мелькнули неуверенность и страх. Так-то, дорогая сестрица. Не стоило меня дразнить.
– П-поцелуй? Вот так вот сразу, а может… – она инстинктивно прижалась к столешнице, словно надеялась, что это её защитит.
– Так, – мои пальцы коснулись её нежной щеки. – Первое правило – не стоит дразнить парня, а потом отказывать ему. Иначе тебя бросят, не успеешь ты и глазом моргнуть. А теперь, закрой глаза.
***
Это прозвучало как приказ, и Рин слегка вздрогнула, но послушно зажмурилась. Щеки пылали, а сердце отбивало чечетку. Это напомнило ей о «том» сне. Пальцы брата скользнули по щеке и коснулись подбородка. Девушка с трудом уняла дрожь в коленях. Здравый смысл призывал оттолкнуть Лена и прекратить эту глупую игру, но вот чувства твердили совсем обратное.
– Ты готова? – хриплый шепот пустил по коже рой мурашек.
Во рту пересохло, и Рин едва заметно кивнула и слегка поддалась вперед, но тут чужие горячие губы прижались к её…щеке?
Рин потрясенно распахнула глаза. Лен негромко рассмеялся над её обескураженный лицом, а потом назидательно произнес:
«Второе правило: если позволять парню слишком многое, то очень скоро ему надоест.»
– Лен, ну ты и мерзавец! – Рин поискала чем бы ей запульнуть в своего несносного братца.
Парень снова довольно рассмеялся.
– На этом первый урок окончен, и самое время заняться ужином! – бросил он напоследок и поспешил ретироваться.
***
Я громко щелкнул дверным замком, и в изнеможении сел на кафельный пол ванной комнаты. Руки дрожали, а мысли путались. Я почти позволил себе нарушить все мыслимые границы. Очевидно, что Рин не понимает, о чем просит. Для нее это был бы просто поцелуй, но для меня это действовало как красная тряпка на быка. Сейчас я смог отвертеться целомудренным поцелуем в щеку, но одного этого достаточно, чтобы я возбудился. Это было похоже на безумие.
Я запустил пальцы в волосы и сильно потянул. Джинсы стали ощутимо узки, и я обреченно взглянул в сторону душа. Сколько раз мне придется прятаться в ванной, чтобы не набросится на Рин? Нам предстояло прожить вдвоем еще целых пять дней. Золотая неделя грозила перерасти в адскую.
***
– Вы опоздали! Как будете оправдываться?! – Мегпоид сердито мерила шагами пространство под часами на станции Харадзюку.
Стоял чудесный весенний денек. Множество людей наслаждались долгими выходными, но фан-клуб Мику не собирался отдыхать.
– Прости, Гуми, – Рин покосилась на меня. – Просто кое-кто проспал.
– Только ты могла назначить встречу в 9 утра в выходной день, Мегпоид, – я пропустил ремарку Рин мимо ушей. – Никуда твоя Хатсуне не денется, её выступление в полдень!
Зеленые глаза Гуми полыхнули праведным огнем.
– Ты хоть представляешь, сколько там будет фанатов?! Да мы Мику-нэ с Токийской башни не увидим!
Бурная реакция Мегпоид начала привлекать излишнее внимание, поэтому я поспешил погасить скандал в зародыше и прикусил язык.
День и вправду выдался на удивление погожий, поэтому поп-дива участвовала в каком-то благотворительном концерте в одном из ближайших парков. Когда мы, подгоняемые Гуми, заплатили за вход и приблизились к сцене, там и в самом деле было не протолкнуться.
Мегпоид запричитала, а потом начала активно продвигаться к первым рядам.
– Гуми, осторожнее! – Рин с тревогой следила за зеленоволосой макушкой, которая то появлялась-то исчезала в море фанатов Хатсуне. Однако Мегпоид продвигалась вперед с неотвратимостью ледокола.
– Эй! Идите сюда!
– Да иди ты! – я с ужасом поглядел на адскую толчею. – Сама делай фотки, а мне и тут хорошо!
Мегпоид начала было что-то орать в ответ, но её недовольство перекрыл истеричный визг фонящего микрофона. Толпа ожила и начал скандировать как сумасшедшая:
«Мику! Мику! Мику!»
– Это безумие, – пробормотал я, испытывая неистовое желание сбежать отсюда как можно дальше.
– Да ладно, это лучше, чем сидеть дома, – Рин постаралась сохранять оптимизм до конца, но тут кто-то толкнул её, и девушка оказалась в моих объятиях. И я кожей почувствовал её смущение.
– П-прости, – она попыталась отстранится, но нас со всех сторон окружали оголтелые фанаты. – Все-таки это не так здорово, как я думала сначала.
Тут на сцене началась какая-то движуха, и толпа взревела пуще прежнего. Грянули динамики, и на сцене появилась Мику Хатсуне собственной персоной. Я подумал, что мои перепонки не выдержат восторгов фанатов.
– Всем привет! Спасибо что пришли! А сейчас начнем~
Меня хватило ровно на две композиции. У Мику определенно был талант, но её слишком высокий голос ножовкой впивался в мой мозг.
– Ты не против уйти отсюда куда-нибудь? – спросил я у сестры. Рин только кивнула, и мы начали выбираться из толпы. При этом я не выпускал её ладонь.
Спустя пару минут, мы оказались на свободе, и я быстро написал Мегпоид сообщение, что мы подождем её в ближайшем кафе.
В небольшой кофейне я сразу выбрал самый дальний столик. Рин проследовала за мной.
– Что будешь заказывать? – я протянул сестре меню, старательно игнорируя кокетливый взгляд официантки. – Рин?
– А… сок, пожалуйста, апельсиновый, – рассеяно отозвалась девушка.
– Мне кофе со льдом, – даже не взглянув в сторону официантки, я захлопнул меню, и тут в кармане завибрировал телефон.
Это Мегпоид прислала мне невероятное количество фотографий Мику Хатсуне, а также указание распечатать все это безобразие, а потом ждать её в школе, так как она собирается на фотосессию со своей богиней.
«Удачи, братишка!» – значилось в конце сообщения, а также хитрый смайлик. Я в раздражении захлопнул телефон.
– Что-то случилось? – Рин выглядела обеспокоенной, и я немного оттаял.
– Ничего, просто очередные чудачества Мегпоид. Давай-ка дождемся заказ, а потом нам надо в школу.
***
Кабинет, который Мегпоид выпросила под свой клуб, знавал и лучшие дни. Старая потертая софа, несколько столов, доска и фотопринтер, который наверняка был ровесником самой школе. Вечерело, и пространство класса заливал теплый оранжевый свет.
– Эта чокнутая помыкает нами, как хочет, – пожаловался я, наблюдая за тем, как из принтера появляется очередной снимок зеленоволосой девы. – Зря ты решила пойти у нее на поводу и вступила в этот клуб.
– Да, Гуми может быть малость эксцентричной, но зато с ней весело, – пожала плечами Рин. – В моем прошлом клубе, мы только и делали, что слушали музыку и обсуждали Кайто-куна…
– В каком смысле обсуждали? – я взял в руки стопку фотографий, чтобы хоть немного унять дрожь. При одном упоминании Сиона, срочно хотелось ударить кого-нибудь.
– Ну, он же такой красивый, порядочный, они многое отдали бы, чтобы только поговорить с ним, но я ведь с ним… – Рин смущенно улыбнулась, но тут пачка фотографий с шумом разлетелись по классу.
Сестра удивленно подняла взгляд, и тут же отступила на пару шагов, а потом наткнулась на подлокотник софы.
– Что ты с ним? – с трудом произнес я, делая шаг в её сторону. В горле клокотало рычание.
– Лен, что с тобой? Ты же сам видел, мы просто танцевали. Кайто-кун никогда бы не…ай! – девушка потеряла равновесие и навзничь приземлилась на софу, подняв облачко пыли. В ту же секунду её запястья были прижаты к обивке.
– Никогда не произноси его имя, когда мы наедине.
– Л-лен, что ты…?
– Это твой второй урок, сестрица, – с этими словами я ослабил узел галстука.
========== Такт 17: Триггер ==========
Я не спеша развязывал форменный галстук при этом не отрывая взгляд от лица сестры. Её голубые глаза смотрели на меня с величайшим волнением. Щеки заливал очаровательный румянец.
Покончив с галстуком, я отбросил его в сторону, а потом нагнулся над Рин. Приходилось прилагать немало усилий, чтобы не придавить её всем телом. Плохо соображая, что делаю, я осторожно коснулся её нежной щеки, очертил линию скул. Девушка слегка вздрогнула, смущенно опустила ресницы, но не попросила прекратить. Все было совсем как во снах, когда Рин оказывалась в моих объятиях, томно шепча мое имя.
Усилием воли я заставил себя вернуться в реальность, и напомнил себе, что передо мной моя сестра, которая думает, что все это не более, чем игра. А значит нужно следовать правилам. Я наклонился к её уху, и прошептал:
