290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » За бортом (СИ) » Текст книги (страница 9)
За бортом (СИ)
  • Текст добавлен: 9 декабря 2019, 10:30

Текст книги "За бортом (СИ)"


Автор книги: ~Mirroring~






сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 12 страниц)

– Как прошел день?

– Я не должен разговаривать с тобой об этом.

В этот момент Драко уже понял, что произошло, но еще не до конца верил в это.

– Это дневник сэра Бетрана дю Мореля, шестнадцатый век, – начал он, внимательно наблюдая за сыном, но тот продолжал писать. – Единственное дошедшее до нас описание мира волшебников Африки и Азии до принятия статута о секретности. Твоя мать перечитала его от корки до корки десятки раз. Насколько я знаю, она планировала посетить каждое из описанных здесь мест лично, если уже не сделала этого…

Драко замолчал. Глубоко вдохнул, выдохнул и произнес:

– Разорви его.

Аккуратно поставив перо в чернильницу и отодвинув от себя еще не просохший лист бумаги, Скорпиус взял в руки книгу, которой дорожил настолько, что отнес подальше от дома, где, как он думал, ее никто не найдет. Корешок захрустел и пыль взметнулась вверх, когда он раскрыл книгу и с силой дернул страницы в разные стороны. Книга распалась на две половины, хрупкие пожелтевшие листы рассыпались по полу.

Скорпиус отложил останки бесценного научного труда в сторону и поднял на отца совершенно спокойные глаза:

– Могу я вернуться к занятиям?

***

Приглашение в Аврорат от Гарри Поттера могло напугать до икоты большую часть граждан магической Британии независимо от степени законопослушности, но Гермиона Грейнджер в их число не входила. Все, что она почувствовала, развернув синий конверт – это удивление. Официально она еще не была принята на работу в Министерство магии, между ней и Финнесом существовала лишь устная договоренность. Для того, чтобы освободить столь востребованную должность, необходимо время. Откуда, черт возьми, Гарри узнал о том, что она собирается вернуться?

– Ах, да, – Гермиона улыбнулась. – Рон.

Впрочем, в письме не было ни слова о ее назначении, лишь сухая просьба прибыть в кабинет начальника Аврората посредством каминной сети ровно в три часа дня, когда камин будет открыт специально для нее. Покинув рабочее место, Гермиона прошла в пустую комнату отдыха в офисе «Финнес и партнеры», где едва ли не единственным предметом обстановки был огромный камин с чашкой летучего пороха. Зачерпнув горсть, она оглянулась по сторонам и прошептала место назначения. Секретарь и другие инженеры будут крепче спать, если не узнают, куда она отлучалась сегодня. Гермиона шагнула в камин, размышляя о том, к чему такая секретность. Если Гарри хотел ее поздравить, мог бы просто в гости заглянуть.

Шагнув на старый выцветший ковер из вихря зеленого пламени, Гермиона застыла, не в силах вымолвить ни слова. В одном из кресел напротив камина, подперев рукой подбородок, сидел Драко Малфой собственной персоной. О стрелки на брюках его идеального серого костюма-тройки, казалось, можно было порезаться. Ботинки сияли чистотой, как будто он передвигался по воздуху, а не ходил по грешной земле. Сомнений не осталось: это именно тот Драко Малфой, которого она встретила несколько месяцев назад на борту белоснежной яхты, чьи останки до сих пор качают волны Тихого океана.

Едва взглянув на нее, Драко трагически закатил глаза, вздохнул и произнес куда-то в сторону:

– Я все еще против.

Проследив за его взглядом, Гермиона обнаружила Гарри, сидящего в кресле за дубовым столом, и высокую загорелую брюнетку рядом с ним. Она была одета в коричневый комбинезон со множеством карманов, на широком кожаном поясе висела волшебная палочка в ножнах – приспособление, которое используют многие авроры, чтобы в нужный момент как можно быстрее выхватить оружие. Тяжелые сапоги из какого-то плотного материала, запыленные и поцарапанные, смотрелись экзотическими чудовищами на покрытом ковром полу кабинета.

Рассмотрев женщину, Гермиона перевела вопросительный взгляд на Гарри, в конце концов, она не была обязана знать по именам всех его авроров, и предпочла подождать, когда их представят друг другу по всем правилам.

– Это единственная женщина в мире, у которой есть реальный опыт в похищении Малфоев, – бросив насмешливый взгляд на кресло у камина, произнесла аврор, и Гермиона тут же почувствовала, как спина покрывается холодным потом. – Лично я полностью доверяю выбору мистера Поттера.

– Двое против одного, Малфой, – улыбнулся Гарри. – Проходи, Гермиона.

– Что здесь происходит? – по широкой дуге обойдя кресло, в котором сидел Драко, Гермиона остановилась напротив Гарри и его коллеги. Тысячи вопросов роились в ее голове. Гарри не стал бы посвящать даже самых надежных авроров в историю с Малфоем, не будь на то серьезных причин, так зачем он сделал это? Связано ли это с нападением на поместье? И, наконец, зачем ему понадобилась Гермиона?

– Дело очень… – Гарри задумчиво поскреб трехдневную щетину, – деликатное.

Осторожно подбирая слова, он начал рассказ, из которого следовало, что Скорпиус Малфой, девятилетний сын Драко, подвергся нескольким довольно сильным подавляющим волю заклятиям. Они безболезненны, но не проходят бесследно. Находясь под их действием долгое время, особенно в детстве, человек может полностью утратить навык самостоятельного принятия решений.

– Кому это понадобилось? – пришла в ужас Гермиона, она бросила быстрый взгляд через плечо, но, заметив, что Драко поднялся на ноги и смотрит прямо на нее, тут же отвернулась. – Это же всего лишь ребенок!

Краем глаза Гермиона заметила, как женщина-аврор поджала губы, но не придала этому значения.

– Люциус, – раздался приглушенный голос за ее спиной. – Это сделал Люциус.

Гермиона открыла рот, но прежде, чем она успела сказать хоть что-то, Драко продолжил:

– Я не могу просто взять и забрать сына из поместья, потому что Люциус бережет его, как зеницу ока. Скорпиус – гарант его настоящего и будущего, он настолько важен для моего отца, что тот не пожалеет ни сил, ни денег, ни времени, чтобы вернуть его под свой контроль. Наследник семьи Малфой – ее заложник, – за спиной Гермионы раздались мягкие шаги, но она не обернулась, – поэтому мы собираемся выкрасть его и… – небольшая пауза выдала его раздражение, – мистер Поттер считает, что ты можешь нам помочь.

Гермиона молчала, и внутри нее маленькая лохматая гриффиндорка, крича о том, что они обязаны спасти мальчика, боролась со взрослой женщиной, которая уже знала цену таким необдуманным решениям.

Несколько секунд прошли в томительном молчании, и ни один из присутствующих не решался прервать его, пока Гермиона, наконец, не сказала:

– Нет.

– Гермиона… – Гарри медленно поднялся со своего места, но она выставила руки вперёд, давая понять, что не нуждается в уговорах.

– Я сказала нет! – рявкнула она. Гермионе было жаль мальчика, который столкнулся с коварством своего деда в столь юном возрасте, но, в конце концов, его ведь там никто не убивает, верно? Скорпиуса Малфоя ждет долгая, богатая и счастливая жизнь, в отличие от человека, который попытается его похитить. – Я совершила большую ошибку, связавшись с Малфоями однажды, и повторять ее я не собираюсь.

– Решение разумное, – раздался спокойный женский голос, – но несвоевременное.

Гермиона перевела разгневанный взгляд с Гарри на его коллегу и встретилась с ее глубокими синими глазами. Память металась от одного воспоминания к другому, пытаясь выловить это лицо в череде повседневных картин, но тщетно – если Гермиона и видела ее, то только мельком и очень давно.

– Господа, позвольте мне уладить это разногласие, – обманчиво-мягким тоном начала она. – После того, как я позабочусь о том, чтобы ваша история попала на страницы газет, разразится такой скандал, что вам и не снилось. Но в отличие от вас троих, я выйду из него сияющей, как начищенный галлеон.

Глаза Гермионы расширились. Эта женщина – не аврор, это чертова Астория Малфой! Просто удивительно, как долго Гермиона не могла узнать ее, даже принимая во внимание, что речь идет о ее сыне, и она просто обязана находиться здесь! Но Астория не была похожа на жену Драко настолько, насколько это вообще возможно. Она была облачена в походную одежду, она не носила драгоценностей и косметики, а бронзовый загар делал ее и вовсе похожей на существо из другого мира. Во всяком случае не того, в котором обитает ее лощеный ухоженный супруг.

Впрочем, как только Астория открыла рот, принадлежность к семейству Мафоев стала очевидна и внешность отошла на второй план.

– Я – обманутая женщина с ребенком, вся мораль мира на моей стороне. Книги с моим именем начнут покупать даже те, кто ничего не понимает в науке, я проживу на эти продажи, даже если Малфои и Гринграссы откажут мне в пансионе раз и навсегда. И тогда, возможно, я наберу достаточно сил и влияния, чтобы вырвать сына из лап Люциуса самостоятельно, – она говорила тихо, но так уверенно, что не оставалось ни малейшего сомнения в том, что она на это пойдет. – Или мы договоримся о совместном участии в этом маленьком предприятии прямо сейчас, или можете попрощаться со своей… – она указала на Гарри, – карьерой, – повернулась к Драко, – репутацией, – взглянула на Гермиону, – и тем, что осталось от вашей семьи через пять…

– Я в деле, – Гарри ответил, не раздумывая, чем заслужил испепеляющий взгляд Гермионы.

– Четыре.

– Ты не посмеешь! – выдохнул Драко.

– Мне нужен мой сын, – парировала Астория. – Три.

Секунды утекали, как песок сквозь пальцы, но Гермиона наконец-то обнаружила в своей памяти полустертое воспоминание из тех времен, когда она вернулась в Хогвартс на год, чтобы закончить образование. Она сидела в библиотеке, пытаясь уложить в своей голове огромное количество информации перед экзаменами, но громкий хлопок упавшей на пол книги заставил ее вздрогнуть. Недовольно проворчав что-то, она подняла глаза и увидела бледную девочку лет четырнадцати в мантии с зеленой оторочкой. Она стояла напротив какого-то семикурсника, на голову ее выше, и с тем же выражением непоколебимой решимости в глазах что-то ему шептала. Парень развернулся и, злобно бросив через плечо: «Ты пожалеешь, Гринграсс!», ушел, а Гермиона вернулась к своим занятиям, потому что, по правде говоря, последнее, что ее интересовало – это дела пятикурскниц из Слизерина.

– Два, – сказала Астория.

– Хорошо, Мерлин Всемогущий! – прошипел Драко, – Пусть останется, если хочет.

Гермиона закатила глаза. Он что, серьезно думает, что все, что ей нужно – это его разрешение?

– План дома, пожалуйста, – подняв руку, проговорила она.

Открыв один из своих многочисленных карманов, Астория извлекла небольшой, сложенный вчетверо листок, резко взмахнула им в воздухе и маленький обрывок бумаги превратился в огромный шуршащий лист.

– Я знала, что с тобой можно иметь дело, – удовлетворенно улыбнулась она, но Гермиона этого не увидела. Астория Малфой была последним человеком на этой планете, с которым Гермиона Грейнджер хотела бы встречаться взглядом.

– Очень опасное дело, – проворчала она в ответ.

– Да брось, Гермиона, – подмигнул Гарри. – Это будет не сложнее, чем Гринготтс!

– Это вы ограбили Гринготтс в девяносто восьмом? – огромных глаз Драко Гермиона не увидела тоже, она вертела в руках план поместья, в тайне надеясь скрыться за ним от всех в этой комнате.

– Ага, – самодовольно кивнул Гарри. – Угадай, кто разработал план.

Взгляды всех присутствующих обратились к Гермионе.

– То есть ты умеешь грабить банки, но зарабатываешь на жизнь, колдуя чертов антифриз на стекла старых машин? – спросил Драко, и, судя по тону его голоса, она явно зря растрачивает свою жизнь.

Гермиона подняла план повыше и сделала вид, что прочла там нечто невероятно захватывающее. Как следует потянув время, чтобы, очевидно, насладиться всей глупостью положения, в которое он поставил свою старую подругу, Гарри кашлянул, привлекая к себе внимание.

– Прежде, чем мы начнем, я должен поставить условие – никаких заклинаний во время операции. Первое, что сделает Аврорат, начиная расследование – это проверит палочки.

Комментарий к Глава 21

* Меня зовут Скорпиус. Мне девять лет.

========== Глава 22 ==========

В тот вечер Гермиона трансгрессировала прямо к порогу своего дома, поскольку пройти лишние несколько метров она бы просто не смогла. Скинув туфли, она прошла в гостиную и рухнула в кресло, точно как в тот день, когда выудила из-под воды свои честно заработанные деньги. Столкновение с Малфоями никогда не давалось ей легко, сегодня их было вдвое больше, и Гарри, казалось, был на их стороне.

– Люциус сразу заподозрит тебя, – сказал Гарри и Астория кивнула. – Он добьется допроса под сывороткой правды, и ты должна будешь подтвердить, что невиновна.

– Каким образом? – закатила глаза она. – Уже сейчас на вопрос «Планировали ли вы похищение собственного сына?» я отвечу «Да» и перечислю всех сообщников.

– Я умею изменять воспоминания, и делаю это хорошо, – как только Гарри произнес это, Гермиона скорее почувствовала, чем увидела, как напряглись плечи Драко. – Если бы я не умел, магглы в центральной части Лондона за кружечкой пива пересказывали бы своим друзьям, как одни ребята в мантиях резво гоняют по подворотням других, швыряются вспышками света и матерятся на латыни. Я сделаю так, что в течение нескольких недель ты будешь верить, что твой сын бесследно исчез.

– Плохая идея, – Астория отошла на несколько шагов и положила ладони на широкий дубовый стол. – Первое, что я попытаюсь сделать в этой ситуации – убить Люциуса. У меня больше не будет причин этого не делать.

– У тебя есть причины это сделать? – глухо прорычал Драко.

Повисла долгая пауза. Астория смотрела на своего мужа и молчала.

– Ты будешь думать, что Скорпиуса похитил он, – продолжал Драко, – но убийство отрежет тебе дорогу к сыну, ты должна это понимать.

Леди Малфой отвела взгляд и медленно облизнула губы.

– Просто имей в виду, что я могу попробовать.

Гарри громко кашлянул, обращая на себя внимание, семейная ссора на военном совете в его планы не входила.

– Мне понадобится не меньше двух часов, чтобы забрать Скорпиуса, довести его до безопасного места, трансгрессировать и вернуться, – сменила тему Астория, и Гермионе показалось, что она сделала это с большим облегчением.

– Значит нам нужна женщина, которая заменит тебя на это время…

В гостиной маленького коттеджа было темно, и никто не мог видеть, как Гермиона склонила голову и запустила пальцы в волосы, пытаясь не заплакать от нахлынувших чувств.

Они предлагали ей на несколько часов стать женой Драко Малфоя, тем более, что некоторый опыт в этом деле Гермиона имела. Роль, которая так развлекала ее поначалу, теперь навязывали ей под угрозой разоблачения. И это было бы даже смешно, если бы не…

Если бы она не хранила часы Драко на память о том времени, что он ей подарил.

Если бы не видела сны о том, что они снова вместе.

Если бы дети не спрашивали о нем каждый раз, возвращаясь домой.

Если бы она не была уверена, что он ненавидит ее за все, что она сделала.

И если бы она действительно не хотела оказаться рядом с ним еще хоть раз, только для того, чтобы сказать: «Прости». Судя по тому, что она пережила рядом с ним за последний месяц, Драко Малфой действительно любил свою жену.

***

В течение нескольких следующих недель в прессе поднялась такая волна обсуждений происшествия в поместье Малфоев, что все прочие новости были забыты. Магическая субстанция, вызвавшая столько паники среди высшего света волшебников Англии оставалась неопознанной.

Гарри Поттер только руками разводил – он не имел права явиться в поместье без разрешения его хозяев или без серьезных обвинений против них, так что взять образцы неизвестного вещества для проведения экспертизы не представлялось возможным. В то же время любая другая группа экспертов в Англии не обладала достаточным авторитетом, чтобы вынести суждение, которое не подвергалось бы сомнению. Люциус не мог пригласить кого-то со стороны, чтобы подделать результаты. Впрочем, весь этот ореол таинственности был ему только на руку. Чем быстрее множились версии, тем больше они набирали сторонников. И вот уже каждый третий волшебник в стране произносил фамилию Малфой не менее пяти раз в день, чем невероятно раздражал первого и приводил в восторг второго. Так или иначе, о Малфоях говорили все.

– Тяжело бремя славы, да? – пробираясь мимо Драко в толпе министерских служащих, издевательски шипел Гарри. – Знаешь, что ты можешь с этим сделать? Ни-че-го!

– Профан, – фыркал ему в спину мистер Малфой и тем же вечером отправлялся ужинать с лордом Руквудом, чья репутация была так же повреждена войной, как и разум его брата Августа, но чьи богатства оставались в целости и сохранности. Драко не саботировал маленькую победоносную кампанию своего отца, он ее поддерживал.

Даже если бы Драко не читал газет, а он читал их с большим удовольствием, наблюдая за тем, как Люциус то подливает масла в огонь подозрений, то напускает туман на несуществующие подробности, он и без того понял бы, что дела идут хорошо. Практически каждый вечер, возвращаясь домой со службы, он обнаруживал у себя в гостиной людей, которых не видел там уже лет пятнадцать. Они приходили, чтобы показать, что не боятся призрачной угрозы, но то, насколько они ею интересовались, выдавало страх и растерянность. Люциус же был спокоен, уверен в себе и доброжелателен.

Войну не стереть из памяти за одно десятилетие, на это не хватит и жизни. И если десять лет назад Пожиратели Смерти расправлялись с магглорожденными волшебниками, то почему бы кому-нибудь не избрать своей целью чистокровных, оставляя в опустевших домах зловещие фосфоресцирующие метки?

Люциус вознесся к славе на волне паранойи и балансировал на ее гребне с ловкостью и грацией, которых никак нельзя было ожидать от джентльмена в столь преклонном возрасте.

Некоторое время спустя он нашел достаточно сочувствующих ему людей, чтобы устроить еще один прием в собственном поместье. Подгоняемые любопытством с одной стороны и обуреваемые страхом с другой, слишком многие не нашли в себе сил отказать.

***

– Время вышло, леди и джентльмен, – произнес Гарри, собрав их в своем кабинете в ночь перед приемом. – Я позаботился обо всем, что от меня зависело. – Он кивнул на стол, где стояли несколько пузырьков с оборотным зельем и тускло переливалась волшебная мантия. – И я надеюсь, что вы сделали то же самое. Нам всем не помешает небольшая репетиция.

Астория поставила на стол небольшой саквояж, откуда извлекла пару совершенно одинаковых мужских парадных костюмов. Отдав их Драко, она запустила руку в сумку чуть глубже и достала два узких красных платья в азиатском стиле, от плеча и до подола которых струились гибкие тела китайских драконов.

– Красное? – подняла бровь Гермиона, и это был первый вопрос, который она адресовала напрямую Астории за последние несколько недель, хотя, разрабатывая план, они встречались в этом кабинете довольно часто.

– Оно должно быть достаточно ярким, чтобы каждый мог подтвердить, что леди Малфой не отлучалась с приема более, чем на пять минут, – проговорила Астория, встряхивая яркую ткань. – И достаточно необычным, чтобы каждая старая леди считала своим долгом обсудить со своими подругами всю глубину падения нравов последнего поколения.

Гарри взял со стола два пузырька оборотного зелья и бросил Гермионе сначала один, затем второй. Ловко поймав их в воздухе, она наградила его своим фирменным «Когда ты повзрослеешь?» взглядом и направилась к неприметной деревянной двери, на которую указал ей хозяин кабинета.

– Это что, комната для допросов? – едва приоткрыв дверь, поинтересовалась Гермиона. В полупустом помещении не было окон, только широкий стол и два стула стояли в самом центре.

– Я предпочитаю называть это переговорами, – усмехнулся Гарри и сделал приглашающий жест. – Прошу вас, леди.

Гермиона вошла в комнату и поставила зелья на стол, Астория последовала за ней, шурша тканью шелковых платьев. Как только дверь закрылась, Гермиона обернулась к ней.

– Я думала, ты будешь вести себя по-другому. Ты ведь знаешь все о…

– О самой хреновой мести в истории человечества? – леди Малфой улыбнулась, обошла свою собеседницу сбоку и осторожно положила платья на стол. – О, да. Но как такая умная женщина, как ты, может находиться во власти стереотипов из вечерних ток-шоу?

Гермиона проследила за ней взглядом, сложила руки на груди и скептически подняла бровь. Леди Малфой знает, что такое вечерние ток-шоу? Мило.

В комнате стояла звенящая тишина, которая, должно быть, являлась главным оружием авроров против загнанных в угол перепуганных преступников.

– Послушай, – вздохнула Астория, как только поняла, что Гермиона не собирается принимать участие в репетиции до тех пор, пока не прояснит для себя мотивы всех ее участников, – если все получится, и ты поможешь мне вернуть сына, я умею быть благодарной. Если же попытка провалится, о том, чтобы ты умерла мучительной смертью позаботится Люциус, мне и пальцем пошевелить не придется.

– И ты знаешь это потому, что…

По лицу Астории пробежала та же тень, что Гермиона заметила, когда они впервые обсуждали похищение. Леди Малфой молчала, но не отводила пристального взгляда. Что-то в нем было особенное, но Гермиона не умела читать мысли, даже Гарри прибегал к этому умению крайне редко, как к последнему средству в борьбе за истину. И либо у миссис Грейнджер острый приступ паранойи, либо это как раз тот самый случай…

– Ты ведешь себя странно, – медленно проговорила Гермиона. – Я ведь не обнаружу причины прямо посреди гостиной поместья Малфоев, когда будет уже слишком поздно?

– Пожалуйста, расслабься, – со всей возможной искренностью проговорила Астория. – Если бы мне нужен был Драко, из твоей глазницы уже торчала бы рукоятка ножа. Но мне нужен Скорпиус и свобода. И я буду очень, очень милой. Столько, сколько потребуется.

Гермиона неопределенно качнула головой, давая понять, что принимает объяснение, но своих подозрений не оставила. Если ей не показалось и миссис Малфой действительно что-то скрывает, то знает ли об этом Гарри? Время еще есть, и вполне возможно выдвинуть ему ультиматум, ведь если Гермиона собирается рисковать жизнью, она должна знать, с чем придется иметь дело, не так ли?

– Расскажи хотя бы, какие у меня отношения с моей семьей, – освобождая платье от вешалки, спросила Гермиона. – Не хочу выглядеть глупо.

– Нарцисса тебя презирает, Люциус тебя ненавидит, – пожала плечами Астория и тут же поинтересовалась: – Я сказала что-нибудь новое?

– Нет.

– Вот видишь, ты рождена для этой роли, – расстегивая пуговицы на комбинезоне и обнажая смуглые плечи, промурлыкала она. – Если Люциус будет тебе надоедать, просто назови его «mon cher papa» – повеселишься, обещаю.

Гермиона тактично отвернулась, снимая свой строгий костюм. Чего она точно не собиралась делать, так это сравнивать свое тело с телом настоящей жены Драко и строить предположения о том, которое ему нравится больше.

Ох, черт. Слишком поздно.

Астория была шире в плечах и немного выше ростом, мускулы легко угадывались под смуглой кожей – физически она была сильнее, и это было одной из причин по которой Гермиона поначалу приняла ее за аврора. Но если она не аврор, и не утонченная леди из затерянного в бескрайних полях английского поместья, то кто она, черт возьми, такая?

– По-моему, разрез от бедра – это слишком, – нахмурилась Гермиона, разворачиваясь к своей собеседнице. Та сидела на краешке стола, закинув одну ногу на другую, и, судя по всему, не испытывала никакого дискомфорта.

– Ты оценишь его по достоинству, если тебе придется спасаться бегством, – улыбнулась она. – Я работала в Африке и Азии, видела много диких животных, и с уверенностью могу сказать, что люди – самые опасные из них.

– Чем ты занимаешься? – разглядывая тонкие шрамы на ее предплечье, спросила Гермиона.

– Изучением магии африканских племен. Волшебники масаи и бунту разбираются в зельеварении ничуть не хуже, чем цивилизованные народы. Жаль, что цивилизованные народы слишком заняты собой, чтобы по достоинству оценить сокровища древних знаний черного континента.

Гермиона моргнула и уставилась на Асторию так, будто видела ее впервые. Леди Малфой только что слово в слово процитировала сэра Томаса Кренсберри, едва заполучив новую книгу которого, Гермиона теряла покой и сон до тех пор, пока не переворачивала последнюю страницу.

– Ты работаешь вместе с Томасом Кренсберри?

– Я и есть Томас Кренсберри. Леди Малфой не может бегать по саванне с полуголыми неграми, знаешь ли. А сэр Томас – может.

Гермиона подняла руку и потерла глаза, пытаясь скрыть острый приступ стыда. Это неправильно. Все неправильно. Женщина, у которой она украла мужа, должна быть изнеженной аристократкой, которая не интересуется ничем, кроме платьев, приемов и сплетен. Так у этого поступка существовало хоть какое-то оправдание. Хоть какой-то шанс считать себя лучшей, более достойной пассией. Астория Малфой не должна быть ученой с мировым именем, о встрече с которой Гермиона мечтала с тех пор, как заполучила первую книгу.

Не должна. Но она была.

– И книги… – с трудом выдавила Гермиона.

– Написала я, – кивнула Астория. – Ты читала?

– Все, – не открывая глаз, кивнула миссис Грейнджер. – Никто до тебя не систематизировал такое огромное количество информации о редких ингредиентах, произрастающих за пределами Англии. – Вдруг, забыв обо всем, Гермиона вскинула голову и подошла к столу вплотную: – А корень Гангху? Вы продолжили исследования? Он действительно может стать основой для лекарства от ликантропии? Первая серия экспериментов подтвердила, что он реагирует с аконитом нужным образом, но эксперименты на людях? Вы их проводили?

Астория поставила руки на стол и подалась вперед, ее лицо оказалось так близко от лица Гермионы, что та заметила лихорадочный блеск в ее глазах.

– К дьяволу Малфоя! – улыбаясь, выдохнула она. – Выходи за меня!

Гермиона отпрянула. Это поведение определенно выходило за рамки обещания быть милой. Астория только что угрожала ей мучительной смертью, а теперь заигрывает с ней? Что в голове у этой женщины?

– Я… – начала было Гермиона, но поймала себя на том, что улыбается против воли.

Люди больше, чем их маски. Астория – больше, чем жена Драко, также как и Драко – больше, чем Малфой.

– Это так неожиданно, – Гермиона улыбнулась шире, взяла со стола пузырек с оборотным зельем и откупорила его. По комнате медленно поплыл густой запах тропического леса. – Мне нужно подумать.

В то же самое время посреди более чем скромной обстановки кабинета начальника аврората, Драко Малфой степенно поправлял галстук и морщился, глядя на то, как небрежно Гарри Поттер накидывает на плечи его собственный пиджак. Идеальные, старательно отглаженные домашними эльфами брюки едва доходили Гарри до щиколотки. Рукава пиджака закрывали лишь половину предплечья.

Презрительно фыркнув, Драко взял со стола оборотное зелье и кинул Поттеру.

– Пей, – сказал он. – Ты настолько не подходишь к этому костюму, что мне больно на это смотреть.

Гарри пожал плечами и одним глотком осушил пузырек. Глядя на то, как медленно, но верно содержание приходит в соответствие с формой, Драко выдохнул.

Из соседней комнаты вдруг раздался женский смех. Двое мужчин, похожих друг на друга, словно отражения в зеркале, переглянулись.

– Знаешь, Малфой, – сказал один из них, – я бы на твоем месте сейчас занервничал.

Дверь бесшумно отворилась, и на пороге комнаты появились две абсолютно одинаковые женщины в длинных красных платьях с золотой отделкой.

– О, – в замешательстве протянула одна из них. – И как их теперь отличить?

– Спроси про платок, – обернулась к ней другая. – Тот, кто засмеется – Поттер.

========== Глава 23 ==========

За свою долгую и полную злоключений жизнь лорд Люциус Малфой приобрел некоторые знания о человеческой природе, о природе страха в том числе, поэтому он не стал приглашать гостей в дом. Это было бы слишком суровым испытанием для их расшатанных газетной шумихой нервов. Взамен, среди роняющих листву деревьев и кроваво-красных кустов боярышника, в саду раскинулись огромные шатры, сияющие магическими огнями. Нарцисса колдовала над температурой воздуха в пределах барьера не менее трех дней, и промозглый осенний вечер превратился в приятную прохладу середины лета.

Надежно укрытая бесценной мантией мистера Поттера, Астория шагнула сквозь магический барьер вслед за своим мужем. Не сумев удержаться, она презрительно фыркнула и прошипела, что в таком микроклимате хорошо разводить галапагосских черепах. Драко поджал губы и подумал, что заведи Люциус пару экзотических зверушек, Скорпиус был бы счастлив … если бы мог хоть что-то чувствовать.

Предостерегающе кашлянув, Драко направился к дому мимо белоснежных шатров. До прибытия гостей оставалось больше часа, за это время он успеет провести Асторию внутрь, а затем сделать вид, что трансгрессировал за ней в Судан. Но ровно в восемь вечера на площадке для гостей появятся не мистер и миссис Малфой, а Гарри и Гермиона, принявшие по порции высококачественного оборотного зелья из закромов аврората. Они будут изображать хозяев вечера до тех пор, пока не придет время поменяться местами.

Только по резкому движению воздуха Драко почувствовал, как Астория вдруг метнулась за его спину. Она была невидима под мантией, но следы на примятой траве могли ее выдать, поэтому она предпочла держаться позади. Драко поднял взгляд от увядающей травы и увидел, как тяжелые двери медленно отворяются, выпуская в сад Нарциссу. Блистательная в своем изумрудном платье и дорогих украшениях, леди Малфой напоминала ожившую античную статую, ее волосы давно стали белыми, как снег, но благородные черты лица все еще были красивы.

Как только Драко поднялся по ступеням, изящным жестом подавая ему руку, Нарцисса поинтересовалась:

– Твоя жена присоединится к нам сегодня?

– Есть ли на свете хоть кто-то, кто посмеет отказать, когда ты просишь, мама? – склоняясь, чтобы поцеловать тонкую руку, Драко готов был поклясться, что слышит звук, с которым Астория закатывает глаза. Впрочем, это наверняка было всего лишь его разыгравшееся воображение. Каким бы способом его жена не выражала презрение к свекрови в данный момент, она делала это абсолютно бесшумно.

Как только Драко отпустил ее руку, Нарцисса достала тонкую волшебную палочку из складок своей одежды, сделала несколько замысловатых пассов и подставила лицо теплому ветру. Воспользовавшись моментом, Драко открыл дверь шире и задержался на несколько секунд, любуясь садом.

Люциус находился в своем кабинете, а домашние эльфы суетились на кухне, так что никто не помешал Драко и его невидимой спутнице углубиться в дом и спуститься по тайной лестнице в подземелья, служившие когда-то тюрьмой врагам Волдеморта.

– Нервничаешь? – спросила Астория, как только за ними закрылась тяжелая дверь.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю