290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » За бортом (СИ) » Текст книги (страница 6)
За бортом (СИ)
  • Текст добавлен: 9 декабря 2019, 10:30

Текст книги "За бортом (СИ)"


Автор книги: ~Mirroring~






сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 12 страниц)

– Нокс.

В следующие несколько минут границы возможного для мистера Малфоя расширились до небывалых пределов.

Свет погас, сад погрузился во тьму, и тем яснее на фоне темных деревьев в безлунную ночь выделялась рука Драко, покрытая светящимися пятнами от кончиков пальцев до локтя. Он убрал палочку и попытался оттереть пятна, те поддавались, но не исчезали совсем, становясь лишь бледнее. Подобные обнаружились и на его рубашке, и на брюках. Пораженный страшной догадкой, он обернулся – перила светились десятками отпечатков пальцев.

– Хуки, – выдохнул он во тьму. Эльф появился у его ног, и в тот же миг отпрянул, заметив, в каком состоянии одежда его молодого хозяина. – Не гасите свет, пока хозяева не покинут общих комнат. Заберите их одежду сразу после того, как они приготовятся ко сну, но до того, как в спальне погаснет свет.

Эльф открыл было рот, чтобы спросить что-то, но Драко прорычал: «Выполняй!», и того как ветром сдуло.

Раз за разом накладывая очищающее заклятье на свои руки и одежду, Драко пытался убедить себя в том, что это всего лишь флуоресцентная краска. Детский розыгрыш, который не будет иметь никаких последствий, кроме, может быть, пары брюзжащих аристократок, испортивших в этот вечер свои перчатки.

Потому что если это фосфоресцирующая плесень из алхимической лаборатории в подвале, то все усилия Люциуса по восстановлению своего авторитета за последние десять лет только что увенчались грандиозным провалом. Эта дрянь прекрасно чувствует себя в сырых каменных постройках, которыми по большей части являются особняки чистокровных семейств. Не пройдет и месяца, как она ровным слоем покроет их стены. Связать испачканные на приеме Малфоев руки и распространение идентичной светящейся заразы в собственном родовом гнезде не составит труда даже для самых недалеких аристократов.

Итак, какова вероятность, что находящийся под неусыпным контролем Скорпиус неизвестным способом преодолел охранный магический барьер без помощи трансгрессии, пешком добрался до ближайшего поселения магглов, купил флуоресцентную краску на маггловские деньги, которых у него нет, и вернулся домой незамеченным?

И какова вероятность, что как-то ночью он просто спустился в подвал и взял с полки загадочный светящийся пузырек?

Драко грязно выругался и вошел в дом. Убедившись, что его родители отправились в свои комнаты, он обошел общие залы один за одним, в каждом гася свет и находя зловещие фосфоресцирующие пятна. Количество плесени просто поражало воображение. На стенах, креслах, столах и полу ее было гораздо больше, чем один пузырек…

Впрочем, Скорпиус подкармливал летучих мышей и змей, по сравнению с животными грибы весьма неприхотливы.

– Ничего не трогать! – рявкнул Драко, обнаружив в гостиной домашнего эльфа с тряпкой наготове. Тот испуганно прижал уши и спрятал руки за спину, но как только Драко погасил свет, глаза эльфа увеличились как минимум вдвое, а уши распрямились сами собой. – Можешь сказать, что это?

Домовик осторожно протянул тонкий узловатый палец к спинке кресла, провел им по грязной поверхности и быстро облизал.

– Плесень, хозяин, – промямлил он и блаженно улыбнулся. – Вкусная. Вилли такой не едал.

Драко закатил глаза. Ну хоть кто-то в этом доме счастлив! Впрочем, позволить домашним эльфам буквально вылизать здесь каждый сантиметр, значит увеличить влажность и площадь поражения. Чистящие заклинания подействуют на поверхности, но не избавят от спор, витающих в воздухе.

Катастрофа произошла, и несмотря на то, что Драко ее предчувствовал, предотвратить не смог. Все, что сейчас можно сделать – это оттянуть последствия.

***

Огромные министерские часы, на которые открывался прекрасный вид из кабинета мистера Малфоя, сегодня вели себя просто возмутительно. Стоило ему моргнуть, как коварный механизм мгновенно переводил свои стрелки на полчаса, а то и на час вперед.

– Нет, ну что они себе позволяют! – невнятно пробормотал Драко и снова отключился.

Секретная операция по спасению дома несколько затянулась. Взяв командование над отрядом домашних эльфов, Драко не предполагал, что они понятия не имеют, как пользоваться маггловскими дезинфицирующими средствами. В десятый раз объясняя Хуки и Вилли, что голыми руками к этой едкой жидкости прикасаться нельзя, он проклял все на свете – для эльфов не существовало техники безопасности. Только к утру, уничтожив не только последствия диверсии, но и все инструменты, использованные для уборки, он смог вздохнуть спокойно.

Водяные пистолеты Хьюго и Роуз Уизли показались ему в ту ночь совершенно безобидными! Выходя на тропу войны, его собственный сын предпочитал биологическое оружие массового поражения.

И ему всего девять. Что будет, когда этот парень еще немного подрастет?

Сквозь сон Драко почувствовал, как что-то легкое врезалось ему в бровь. В последний раз всхрапнув, он открыл глаза и обнаружил на столе поверх других бумаг знакомый самолетик светло-синего цвета.

«Я слышал, что веселье в поместье Малфоев крайне заразительно, – это слово Поттер подчеркнул дважды. – Почему меня никогда не приглашают?»

Мистер Малфой с остервенением смял письмо и отправил его в мусорную корзину. Несмотря на то, что он уничтожил последствия вчерашнего приема в собственном доме, до поместий своих чистокровных гостей он добраться не мог, а слухи уже поползли. И как только они достигнут ушей Люциуса, его драгоценному внуку несдобровать.

Министерские часы уже отмерили половину рабочего дня, а Драко еще даже не принимался за свои обязанности. Раз уж ему все равно придется сидеть здесь до вечера, пытаясь наверстать упущенное время, почему бы не заскочить на огонек в аврорат?

Сегодня отличный день для того, чтобы еще раз набить морду Гарри Поттеру.

***

Около полуночи, когда в поместье Малфоев давно погасли последние огни, Драко открыл тяжелые кованые ворота, зашел за ограду и тяжело привалился к кирпичной стене. У него не осталось сил даже на последние несколько шагов к дому. Сегодня вечером неожиданно выяснилось, что между дуэльными стилями мистера Малфоя и мистера Поттера разница, как между чемпионатом мира по боксу и битвой за Норфолк.

Неделю назад Поттер просто поддался, он не хотел выиграть, он хотел, чтобы Драко выслушал его. Сегодня у Гарри не было причин драться вполсилы.

В тишине отчетливо хлопнула оконная рама, Драко отвлекся от мыслей о мести и посмотрел наверх. Окна огромного дома казались темными и пустыми, но здесь жил по крайней мере один молодой человек, который предпочитал не зажигать свет. С трудом оторвавшись от ограждения, Драко побрел к дому, но на полпути передумал и обошел его кругом, отыскивая взглядом окна спальни своего сына. Они располагались на втором этаже между библиотекой и комнатами Люциуса, всего в паре метров от одного из окон проходила медная водосточная труба. Драко подошел ближе и обнаружил следы свежей грязи на ее креплениях.

Спать больше не хотелось.

Территория поместья была окружена магическим барьером, который не только скрывал дом от взглядов любопытных магглов, но и не позволял кому-либо войти или выйти без ведома хозяина. Исключение составляла трансгрессия, но так как Скорпиус не владел ею в силу возраста, барьер оставался достаточным препятствием к побегу.

– Люмос.

Маленькие следы отчетливо виднелись на сырой земле, но затем терялись в траве, и Драко понадобились недюжинные аналитические способности, чтобы догадаться, куда идти. Если он хоть что-то понимал в девятилетних мальчишках, где-то в саду располагалось тайное убежище, без которого не обойдется ни один малолетний суперзлодей. Разводить плесень в доме под носом у Нарциссы и эльфов было бы крайне рискованно, для этой цели нужна полевая лаборатория.

Убежище обнаружилось посреди зарослей кустарников в пятидесяти ярдах от дома, у самого барьера. Драко прошел бы мимо, не заметив его, но на земле четко выделялись несколько светящихся точек. Скорпиус готовился держать осаду, он был не глуп и едва ли верил, что ему сойдет с рук эта афера с плесенью. Под пологом плотно переплетенных ветвей находилась импровизированная постель, запас еды и воды на несколько дней, фигурки животных, вырезанные из дерева, нож, небольшой самодельный лук со стрелами и несколько книг.

Драко без сил опустился прямо на земляной пол. Он хорошо знал эти книги. Страницы старых атласов и дневников средневековых путешественников еще хранили следы магических пометок, которые делала Астория несколько лет назад. Нанесенные ею слова и рисунки переливались в мягком свете волшебной палочки.

С громким хлопком закрыв книгу, Драко бросил ее в угол к остальным. Неважно, как долго Малфои смогут удерживать мальчика в поместье. Как только он научится трансгрессировать, его не остановит никто. Скорпиус умен, изворотлив, артистичен и дьявольски целеустремлен. В качестве наследника Малфоев он просто идеален. Но есть одна проблема – он ненавидит свою семью.

Они потеряли его в тот день, когда забрали у матери.

Драко достал часы из кармана брюк. В Судане час пополуночи, но если леди Малфой не изменила своим привычкам, она не ляжет спать раньше двух.

========== Глава 17 ==========

Сухой воздух пустыни заполнил легкие с первым же вдохом. Миллионы сверкающих звезд от горизонта до горизонта покрывали темное небо. Казалось, что вокруг огромного походного шатра на сотни миль нет ничего, кроме пыли, земной и небесной. Астория оставила в поместье портключ, привязанный к ее временному пристанищу, чтобы с ней в любой момент можно было связаться, но Малфои не пользовались им лично. Письма с безукоризненно вежливой просьбой прибыть к очередному знаменательному событию ей доставляли домашние эльфы.

Драко вдохнул и медленно выдохнул прежде, чем поднять полог шатра и войти внутрь. Он не видел свою жену уже довольно давно, а не разговаривал с ней по-настоящему еще дольше. Официальные приемы, где они оба притворялись, что все в порядке, не в счет.

Шатер был разделен на несколько помещений полосами плотной ткани, из-под которых виднелись ножки кроватей или сундуки и коробки со всеми необходимыми запасами. Астория путешествовала не одна, это была полномасштабная экспедиция, но сейчас коллеги спали, а сама она, по многолетней привычке работала, пока никто не мог помешать. Леди Малфой стояла рядом с широким алхимическим столом, где среди множества перегонных кубов и стеклянных колб то и дело вспыхивали очаги загадочных реакций. Брюки ее запыленного и выцветшего от солнца дорожного комбинезона были заправлены в высокие сапоги. Сосредоточенный взгляд синих, как море, глаз не отрывался от колбы с пепельно-серым бутоном какого-то растения. Облизнув губы и нервно заправив за ухо выбившуюся из прически прядь темных волос, Астория осторожно постучала по стеклу. Цветок оставался просто цветком. Тихонько хмыкнув, она сжала пальцы в кулак, а затем резко раскинула их. Растение ощерилось сотней мелких зубов и тут же испустило облако серебристой пыли, которая осела на стенках колбы, скрывая его от взгляда.

– Я бы спросил, что это… – медленно начал Драко, Астория вздрогнула и выхватила свою палочку, – …но, боюсь, не усну потом.

Драко уже видел этот взгляд, настороженный и внимательный. Гермиона смотрела так же, когда к нему вернулась память. Точно так же сжимая в руке палочку, она ждала, что Драко покалечит или убьет ее. В конце концов, в последний раз, когда он был в своем уме, он вышвырнул ее за борт лодки, как куклу, и Гермиона не ожидала лучшего обращения.

Очевидно, угрожая проклясть Асторию несколько лет назад, Драко был весьма убедителен. Сейчас он не собирался причинять ей вреда, но ее опыт говорил об обратном.

– Вернись домой.

Несколько секунд она смотрела на мужа, не отрываясь, а затем указала на импровизированную дверь шатра. Путешественники спали, но не беспробудно, а делиться с ними подробностями своей личной жизни леди Малфой не хотела. Драко открыл перед ней полог шатра, и Астория выскользнула в ночь, шорох ее шагов становился все тише. Драко вышел под звезды и вслед за женой поднялся на небольшой пригорок недалеко от шатра.

– И что потом? – резко развернувшись, спросила она. – Череда одинаковых дней, где из развлечений только книги? Приемы, где никто не знает, о чем я говорю? Люди и дела, которые мне не интересны?

Драко моргнул, затем еще раз. До этого момента он был абсолютно уверен, что Астория будет счастлива вернуться из изгнания, занять место, которое принадлежит ей по праву. И снова ошибся, предполагая, что будет лучше для нее.

– Твой сын ждет тебя в поместье, – надавил он.

– Я пыталась забрать Скорпиуса, – она сложила руки на груди, – но каждый раз вы отбирали его снова.

– Всего один раз, – поправил Драко.

Астория грустно улыбнулась и покачала головой, тусклый свет новой луны ложился на загорелую оливковую кожу, делая ее мертвенно-бледной.

– Ты пыталась забрать его у Люциуса? – опешил он. – Мерлин Всемогущий!

– Тебя долго не было дома, многое пропустил, знаешь ли.

Драко прикрыл глаза. Он пробыл так долго в доме Гермионы Грейнджер в том числе потому, что не должен был помешать своему отцу разобраться с Асторией по-своему. И, судя по тому, что после возвращения блудного мужа леди Малфой не предприняла больше ни единой попытки, Люциусу это удалось.

– Я никогда не вернусь, – твердо произнесла она.

Драко все еще ждал, что она вернется домой, несмотря на все, что он сделал, чтобы этого никогда не случилось. Он забрал у нее сына, оскорблял дело ее жизни, изменял ей и все равно ждал, что жена вернется, стоит только попросить об этом… Но для Астории все закончилось в тот день, когда он прогнал ее, она не цеплялась за свои иллюзии. И Драко знал бы об этом раньше, если бы разговаривал с ней.

Заметив, как он вздохнул, Астория подошла ближе и положила руку ему на плечо.

– Я не выходила за тебя с намерением разрушить все твои мечты, – заглядывая ему в глаза, с нежностью проговорила она. – Я любила тебя. Ты был единственным человеком во всем моем окружении, который интересовался тем, что я делаю, и я подумала – да, он станет мне другом на всю жизнь! – в ее глазах отражались звезды. – Мы пройдем вместе тысячи дорог, встретим рассвет в сотнях городов, узнаем множество тайн…

И она тоже ждала от Драко чего-то, что он никогда не сможет ей дать. Оставить карьеру в Министерстве значило для него то же, что для Астории похоронить свой талант исследователя на заднем дворе поместья Малфоев. Жить в пустыне вместо того, чтобы одним росчерком пера переворачивать ход истории магической Британии – немыслимо!

Лучшее, что каждый из них мог сделать для другого – это не мешать ему вести жизнь, о которой тот всегда мечтал. И все же отказаться от надежды рано или поздно перетянуть на свою сторону человека, с которым связано так много, нелегко.

– Я никогда не последую за тобой, – сказал он и почувствовал, как ее рука соскользнула с плеча. Астория отступила на шаг.

Все можно было вернуть, если бы хоть один из них действительно хотел этого. Но принести свои желания и возможности в жертву ради счастья другого человека – непомерно высокая плата за то, чтобы оставаться вместе.

– Я все еще вижу Скорпиуса несколько раз в год только потому, что ношу твою фамилию, – она снова сложила руки на груди, отвернулась и сделала несколько шагов прочь по песку. – Если я покину эту семью, выиграть процесс об опеке в стране, где за половиной присяжных в суде стоит твой отец, будет невозможно.

В скором времени расстановка сил могла кардинально измениться, но Драко предпочел оставить эту информацию при себе, сосредоточившись на том, что действительно имело значение.

– Я ни о чем так не жалею, как о том дне, когда забрал у тебя сына.

Астория остановилась и медленно развернулась к нему.

– Кто ты и что ты сделал с моим мужем?

– Я сильно ударился головой недавно, – опускаясь на песок, проговорил он. Усталость чертовски длинного дня взяла свое. – Думаю, в этом все дело.

– Жаль, я раньше не знала, как поспособствовать взаимопониманию, – улыбаясь, она смотрела на него сверху вниз. – В прошлом году мы были в Гренландии, так что я умею обращаться с дубиной для забоя тюленей.

Драко поднял глаза и оскалился.

– Даже не думай.

Тихо смеясь, она опустилась на песок рядом.

– Давно хотел спросить, – задумчиво проговорил он, глядя в небо. – Ты когда-нибудь давала Гарри Поттеру что-то из личных вещей?

– Он все-таки это сделал, да? – широко улыбаясь, спросила она, но, встретив непонимающий взгляд, продолжила: – Как-то раз я и еще пара исследователей попали в засаду оборотней-гиен. Как вспомню этот жуткий смех – мороз по коже! На территории Танзании экстренные службы до сих пор пользуются копьями и посохами, так что мы отправили патронуса в Аврорат. Но к тому моменту, как прибыл Поттер со своими бойцами, мы умудрились поджечь саванну, отбиваясь от монстров. Авроры разогнали стаю, а когда все закончилось, Гарри попросил меня дать ему что-нибудь, что при случае можно будет бросить тебе в лицо со словами: «Твоя жена подарила мне это после жаркой ночи в саванне!»

– Астория! – простонал Драко, трагически прикрывая глаза рукой.

– Да что такого? – развела руками она. – Ночь действительно была жаркой! Пожар в саванне – это тебе не шутки! – выдержав паузу, она добавила уже серьезнее: – К тому же это случилось через пару недель после того, как ты забрал Скорпиуса. Да я готова была целиком отдаться этому парню, если бы это хоть немного тебя расстроило. Скажи спасибо, что отделался платком.

Осуждать ее не было никакого смысла, учитывая, что он сам поступал так же. Хотя Драко старался вести себя осторожно, каким-то образом Астория узнавала о его изменах. На приемах, где ей необходимо было присутствовать, она то и дело вскользь упоминала очередную его подружку. Едва ли Астория следила за ним сама, да и нанимать кого-то не стала бы, ей было чем заняться в своих путешествиях помимо грязных семейных дел. Если только кто-то специально рассказывал ей об этом… Драко замотал головой, отгоняя образ Нарциссы с армейским биноклем, занявшей позицию в непосредственной близости от дома его очередной любовницы. Нет, это слишком странно, чтобы быть правдой. И он не станет уточнять у Астории эти детали. Некоторые вещи должны оставаться в секрете.

– С тех пор Гарри иногда заходит на чашку чая и делает мне непристойные предложения о работе в Аврорате, – продолжала Астория, разглядывая Южный Крест. – Время от времени авроры натыкаются на артефакты или растения, о которых никогда не писали в Англии, но которые краем глаза могла видеть я или кто-то из моих коллег. И эти вещи весьма опасны, если не знать, как с ними обращаться, – она повернулась к мужу снова. – Так что насчет твоей истории?

– В другой раз.

***

Солнце медленно поднималось над холмами графства Уилтшир, рассеивая нежный свет уходящего лета. Первые лучи просвечивали сквозь плотные шторы, ложились на роскошный ковер, подбирались к запыленным ботинкам. Драко сидел на заправленной кровати, даже если бы он попытался уснуть, ничего бы не вышло.

Последняя надежда на то, что ему удастся вернуться к прежней жизни, рухнула сегодня ночью. Астория хотела только свободы, он догадывался об этом давно, еще в тот день, когда Гермиона поднялась на палубу маленькой яхты, и Драко набросился на нее из-за того, что она разведена.

Как она посмела забрать своих детей и оставить мужа, которого не любила?

Драко думал, что впереди у них целая жизнь, Гермиона же знала, как скоро все может закончиться, и молчала об этом. В груди разворачивалась дыра размером с вечность, и в нее со свистом улетала честь, достоинство, долг, необходимость беречь престиж – все эти вещи, которые он так ценил раньше, – обнажая единственное желание – вернуться в семью, которой не было.

Тепло ее тела, запах ее волос, смех детей, друзья из мастерской – все это больше не вернется. Никогда.

Гермиона Грейнджер подарила ему самые дорогие из земных сокровищ, а потом забрала их все.

Как она посмела поступить с ним так же, как Астория?

И зачем она это сделала? Чтобы заставить его некоторое время работать на себя в качестве домашнего эльфа, весь этот спектакль был совершенно необязателен, он и так принимал за чистую монету все, что говорила Гермиона.

«Я люблю тебя, – горячий шепот прорезал сознание. – Люблю…»

Не поднимая усталых глаз, он положил руку на затылок и принялся разминать шею, под пальцами перекатывались песчинки. Драко бросил взгляд на часы – через два часа он должен отправиться в Министерство и снова стать одним из самых искусных дипломатов своего отдела. Убедительная ложь – его стихия, как получилось, что он не может отличить ее от правды?

В свой последний вечер в доме Грейнджер он всерьез обиделся на Гермиону из-за той дурацкой шутки с его фамилией. И когда они вошли в спальню, и Гермиона потянулась к нему, чтобы поцеловать, Драко отстранился и покачал головой.

– Нет, – сердито бросил он и высвободился из объятий. Лицо его жены в этот момент выражало совершенно детскую обиду. – Ты наказана, ложись спать одна.

Справившись с первым приступом замешательства, миссис Грейнджер перебрала в уме прошедший день. Припомнив угрозу мужа разобраться с ней, как только он вернется с работы, она улыбнулась и предприняла еще одну попытку.

– Ну перестань, – промурлыкала она, прижимаясь к нему снова, – это шутка десятилетней давности, а ты все еще дуешься.

– Тем более, – проворчал он, убирая ее руки с талии, – за десять лет можно и запомнить, насколько мне это неприятно.

Закусив губу, она отступила, но только для того, чтобы поплотнее закрыть дверь.

– Послушай, – глядя прямо ему в глаза, сказала Гермиона, – мне очень, – одну за другой она расстегивала пуговицы на блузке, – очень, – как только пуговицы закончились, она перешла к манжетам, – очень жаль, – блузка упала на пол. Улыбаясь, Гермиона взяла бретельку лифчика и потянула ее вниз, обнажая грудь. – Я полностью осознаю свою вину, – лифчик отправился вслед за блузкой, юбка соскользнула с бедер будто сама собой, – и обещаю исправиться.

Драко сглотнул, покинуть комнату теперь казалось не таким удачным решением, как всего минуту назад. Но не прощать же ей все на свете только за эту сногсшибательную сексуальность?

Он подошел к жене так близко, что почувствовал ее дыхание на своей щеке. Драко склонился к ее уху, едва коснувшись ее обнаженного тела, и прошептал:

– Как профессионал, я совершенно не впечатлен.

Он взялся за ручку двери и потянул ее на себя, наблюдая, как глаза Гермионы расширяются от удивления и возмущения.

– Два балла из десяти, миссис Грейнджер, – разворачиваясь с тем, чтобы уйти, сказал он. – Увидимся на пересдаче.

Драко не успел опомниться, как оказался прижатым к двери спиной. Похоже, Гермиону серьезно оскорбила такая низкая оценка, и она была готова на все, чтобы взять реванш.

– Мне кажется, или ты впечатлен гораздо больше, чем хочешь показать? – расстегивая ширинку на его джинсах, спросила она. Пользуясь тем, что прикоснуться к ней сейчас означало для него сдаться, Гермиона высвободила его возбужденный член из ткани белья и обхватила его рукой. – О, я так и думала…

– Ты играешь нечестно, – прошипел он, когда она стала двигать рукой вверх и вниз, распаляя желание. Гермиона смотрела ему в лицо, впитывая каждый взгляд, который он бросал на ее обнаженное тело, каждое движение губ, скрывавших лукавую улыбку.

– Скажи, чтобы я остановилась, – опускаясь на колени, проговорила она.

Он сцепил зубы и запрокинул голову, но стон удовольствия все равно сорвался с губ, когда она взяла его член так глубоко, как только это было возможно. Не прошло и минуты, как Драко сдался и запустил руку в ее волосы, подталкивая, заставляя взять его еще глубже. И, очевидно, он немного перестарался, потому что она закашлялась и отстранилась.

– Прости, – опускаясь перед ней на колени, выдохнул он и поцеловал ее горячий влажный рот. – Быть настолько восхитительной просто незаконно. Тебя нужно посадить за это.

– Ты ведь никому не скажешь? – стягивая с него футболку, усмехнулась она.

– Никогда, – освобождаясь от оставшейся одежды, ответил он. – Пусть все думают, что ты серая мышь. И в постели бревно.

– Эй! – она хотела возразить еще что-то, но нетерпеливый поцелуй заставил ее замолчать. Позже, разметав каштановые волосы по полу и изо всех сил стараясь не кричать от удовольствия, она тоже не смогла вернуться к дискуссии.

Несколько недель спустя, сидя на своей кровати в поместье Малфоев, он понимал, что в просьбе никому о ней не рассказывать был совсем иной подтекст. Драко поднялся и отправился в ванную, часы невозмутимо отмеряли время, намекая, что министерская работа не сделает сама себя, пока он сидит и грезит о Гермионе Грейнджер.

Объективно, она была не так уж хороша. У Драко бывали гораздо более умелые и опытные любовницы, вот только воспоминания о них не отправляли его в ванную каждое утро. Гермиона не делала ничего особенного, она сама была особенной.

Но даже стоя под холодным душем, он все равно не мог выкинуть из головы мысли о ней. Если он хоть что-то понимал в женщинах, они не поступают так из ненависти. Если это и была месть, то самая хреновая месть в истории человечества.

– Что это? – спросил он как-то утром, поймав Гермиону за руку, на которой выделялся побелевший от времени шрам. При ближайшем рассмотрении буквы складывались в слова «грязная кровь», написанные слитно. Гермиона на мгновение поджала губы, а потом снова расслабилась.

– Рок-группа, – сказала она. – Я с ума по ним сходила, когда была подростком.

– Настолько, чтобы вырезать название на руке? – с недоверием уточнил он.

– Это металлкор, детка, – пожала плечами она. – Чем больше крови и боли, тем лучше. Когда тебе семнадцать, это не кажется глупым.

– А это что? – поднял он свою руку, на которой все еще оставались неясные темные очертания метки.

– Байкерский клуб, – мгновенно отреагировала Гермиона. – Я не помню точно, как он назывался. То ли «Скользкий череп», то ли «Лысый змей»… В любом случае, ты продержался там недолго и свел татуировку, как только тебя исключили.

– Меня исключили из байкерского клуба? – возмутился он. – Да что я такого сделал? Нарушил дресс-код, перепутав кожаный костюм с рабочей одеждой стриптизера?

– Я не знаю, мы тогда еще не встречались, – засмеялась она, – но мне нравится ход твоих мыслей.

Вода плавно стекала с тела, унося с собой пыль и усталость. Впрочем, для того, чтобы как-то пережить этот день, ему понадобится Бодрящее зелье. Или два.

– «Скользкий череп!» – прошипел Драко, с ожесточением намыливая голову. – Очень смешно, дорогая!

Впрочем, в названии рок-группы тоже ничего смешного не было, учитывая, что Гермиона получила этот шрам в подвале поместья Малфоев и далеко не по своей воле.

Гермиона лгала ему о многом, весьма о многом. Говорила ли она когда-нибудь правду?

========== Глава 18 ==========

На следующий день, после внушительной порции Бодрящего зелья, без которого он не смог бы выползти из постели, Драко влез на чердак и перевернул вверх дном все, что хранилось там веками. Астория не собиралась помогать ему справиться с сыном, и ее можно понять, но время утекало, как песок сквозь пальцы. Еще немного, и Люциус обнаружит огромное светящееся пятно на своей репутации, и тогда устанавливать хоть какие-то отношения со Скорпиусом будет уже поздно.

Драко удалось создать какое-то подобие семьи с женщиной, которая раньше его терпеть не могла, и детьми, которые видели его в первый раз в жизни. Все, что от него требуется – это провернуть то же самое в отношении собственного сына.

Но лорд Драко Малфой, с его блестящим воспитанием и огромным количеством ограничений, не справился с этой задачей. Придется признать, что мистер Дик Грейнджер, болван и дилетант, который ничего не знал о мире, в котором жил, но вынужден был очень быстро учиться, подходит для этой задачи гораздо лучше. Чего этот парень никогда не делал, так это не пытался заставить свою жену и детей быть кем-то, кем они не являлись. Он принимал их такими, какие они есть.

До того, как познакомиться с Роуз и Хьюго, Драко и не предполагал, что с детьми нужно играть. Он думал, что они существуют для того, чтобы с помощью наставлений и упреков сделать из них взрослых людей, независимо от возраста. И если с сыном этот метод не работал, значит что-то не так с самим Скорпиусом.

Но с мальчиком все в порядке, с его семьей что-то не так.

С грохотом перевернув очередной деревянный ящик, Драко закашлялся, огромная туча пыли окутала его с ног до головы. Кое-как стряхнув грязь с волос и плеч, он оставил одежду испачканной. Сегодня он и не должен выглядеть идеально.

В саду безмятежно пели птицы, провожая последние дни лета. Выбрав дерево, которое располагалось в прямой видимости не такого уж тайного убежища наследника Малфоев, Драко повесил на ствол крышку от соломенной корзины, отошел на несколько шагов назад и достал из-за плеча лук, только что извлеченный из-под вековых завалов.

Стрелять он не умел и никогда в жизни не учился, но некоторые битвы затеваются не ради победы. Тетива рассохлась от времени и порвалась, так что пришлось трансфигурировать ее из первой попавшейся травинки и потратить полчаса на то, чтобы прикрепить к оружию. И еще до того, как Драко в первый раз прицелился в мишень, среди темных ветвей кустарника показалось бледное лицо его сына. Судя по его огромным глазам, Скорпиус в жизни не видел ничего более шокирующего.

Драко промахнулся один раз, другой, третий. Уронил стрелу, наклонился за ней и просыпал из колчана все до единой.

Скорпиус не мог наблюдать за этим спокойно. Он краснел, бледнел, то и дело открывал рот, закрывал его, вздыхал, открывал рот снова и прикрывал губы ладонью. Когда Драко ронял стрелу или в очередной раз промахивался по мишени с расстояния в пять футов, Скорпиус шлепал себя ладонью по лбу так громко, что этот звук должна была слышать Нарцисса в своем будуаре.

Мальчик помнил о решении никогда не разговаривать с отцом, но то, что тот вытворял в данный момент, было просто возмутительно! Эта пародия на стрелка оскорбляла честь охотника!

Когда Драко перевернул лук параллельно земле и попытался приладить стрелу поверх руки, Скорпиус уже едва мог дышать от бешенства. Но когда его отец легкомысленно пожал плечами и просто кинул стрелу в мишень, как дротик, мальчик сорвался с места и через секунду стоял напротив него, красный и взъерошенный.

– Ты, – с трудом выдавил он. – Ты оскорбляешь оружие!

Драко только слегка поднял бровь, без особого интереса посмотрел на сына и снова вернулся к мишени.

– Не желаю слушать упреки от человека, устроившего Хиросиму в собственной гостиной.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю