Текст книги "Кукла 9 (СИ)"

Автор книги: Мир

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 28 страниц)

Когда-то я задавался вопросом, станет ли она энергетическим существом или нет? Теперь вот, вопрос решён, и все понятно. Но появился новый, и я вновь им задаюсь – какой именно формой энергетической твари она будет в итоге? Она сейчас… как эмбрион! Хрупкий, нежный, существующий только за счёт инкубатора – работы контуров! Но в тоже время – полностью лишена границ и рамок, и сковывающих шаблонов и ограничений, задающих строгий вектор конкретного развития.

У неё еще ничего нет! Кроме обильного корма. И поэтому – она может стать чем угодно. Это не всегда хорошо! При выборе наугад, в слепую, слишком легко ошибиться! И выбрать форму, лишённую самой возможности жить! Тем более, когда жизнь поддерживает инкубатор и ради неё не надо бороться, и можно выбирать вообще что угодно, а не то, что поможет выжить в царящем вокруг жестоком мире.

Вместо крепкой плоти, возможность светится. Вместо всеядности, навык достать языком до уха. Избалованное дитя, без знаний о мире! Что легко может умереть… и в тоже время, может развиться в любую, даже неизвестную мне форму бытия-существования! А может… в итоге и вовсе, просто стать подобием человека со сверх силой.

Последний вариант самый простой, если так подумать. И ведь я такое уже видел! Так на свет и появились первые известные мне одаренные сверх силой том, моем, исконном мире. Тварь, съедала человека, занимало его место в теле, крала его память и жизнь! Жила, изображая съеденного, или по своему усмотрению, жила как-то иначе. Заводила детей, и заменяло ставшее дряхлым старое тело на новое.

И круг за кругом. Раз за разом! Обряд передачи силы. Пробуждение. Наследование… вот только новая оболочка не была пустым местом! И каждый переезд, накладывал свой отпечаток. Боль и страх, принятие. Иные эмоции – все это становились частью новой личности.

И кто-то из бывших родичей, постепенно привыкал к этому, и смирялся и просто игнорировал, или наоборот – наслаждался процессом! А кто-то наоборот – принимал все близко к сердцу, и в итоге, передача силы, стала просто передачей силы. Старая память оставалась в старом теле, новое тело получало только силу и обезличенные знания. Просто архив данных, подобно тому, что я передал сестренке при её создании.

И естественно, никто из этих «одарённых» не хотел умирать вот просто так! Даже в плане потери оболочки был против! Даже если эта оболочка просто дикий волк из леса! А потому – они вовсю пользовались своей природой энергетического существа. И во всю пользовался особенностями физического тела, особенности мира, и иными аспектами.

Жили сотни лет, искали пути наилучшего применения силы, с наименьшей потерей энергии, ведь терять часть себя БОЛЬНО! Искали способы, развивались, проникали в суть вещей, и выводили первые формулы, и первые конструкты.

Магия… какое некорректное слово, однако, используют в этом мире! Впрочем, неважно, важно лишь то, что мне делать дальше? Принуждать сестру к некой определённой форме бытия я точно не буду – пусть сама решает, она взрослая девочка. Подсказку – дам, и даже не одну. И вообще – расскажу все, что знаю сам о вопросе.

Хотя думаю она уже и сама её, эту самую подсказку, зарытую в самые глубины её памяти куклы, нашла, прочитала. И осознала – вон какая сидит задумчивая, отстраненная, и глазками хлопающая. Ну и… надо что-то все же придумать по части защиты от слияния. Или… все же понадеяться на её сознательность?

Хм, ну, вроде, судя по виду, мои слова что-то там внутри неё задели, и она задумалась над ситуацией всерьёз. Хотя нет, вон какие в глазах бесятся искорки! И она уже явно задумала какую-то пакость! Вот… нет, не буду рисковать! Тем более, что есть у меня пара мыслишек, как сделать так, чтобы никакого «секса» между нами никогда не было, и мы были друг для друга… словно бы масло и вода, что всегда рядом, но всегда раздельно, и никогда не смешиваются.

Я не хочу её терять. Совсем.

Глава 10

Шурелга… странная страна! – такое заявление сделает, наверное, каждый, кто туда приедет от соседей, и в первую очередь подобное заявят те, кто приедет в это горное царство из равнинного Залиха. И этому есть множество причин, и эти страны, словно карикатурное пародии друг друга.

Основная часть территорий Залиха лежит на равнинах, утыканных невысокими холмами, заполненные болотами лесами и полями. Мягкий, фактически тропический климат, с обильными осадками в межсезонье, нечастыми дождями летом, и запредельно частыми зимой. Множество рек, озер, болот, и бескрайние просторы.

По сути, весь центр материка заняла собой эта огромная по площади страна, отделенная от побережья океанов соседними государствами почти со всех сторон, имя лишь узкий перешеек, выход к морю на юго-востоке, память о далекой победоносной войны. А с запада, со стороны Шурелги, от океана отделена еще и высокими и протяженными горами, добраться меж которых до простора вод будет непросто при всем желании. И именно эти горы и обуславливают весь климат континента в целом, и Залиха в особенности.

Горы, высокие, особенно в центральной части гряды, на уровне центра континента, словно бы центр складки на коже под подбородком, массивные, протяженные, они тянутся вдоль всего западного континентального побережья! И образуют собой словно бы обрамление, заградительный вал, естественную преграду для сезонных муссонов, идущих на континент с востока нескончаемой волной.

Там, на востоке, на побережьях, в странах, его занявших, из-за этого движения воздушных масс, ежегодно случаются бедствия, тайфуны, ураганы, наводнения. Но до Залиха ничто из этого в исконном виде не доходит, теряет силу по пути, и лишь дожди, дожди, дожди… и облака, что заперты меж морем, откуда на континент прут свежие партией новых дождей, и горами, пройти которые очень непросто даже будучи невесомым облачком.

Горам от этого «праздника жизни» достается сравнительно немного, так что Шурелгу, в отличии от Залиха, никак нельзя назвать страной дождей. Скорее там даже бывают проблемы со влагой, если сезон был в целом сравнительно беден на осадки, и на горах не намёрзло достаточный запас льда для питания их горных рек в течении тёплого времени года. А лето в горах, всегда невыносимо жаркое, несмотря на холод быстро остывающих во тьме ночи камней.

Заниматься каким-либо земледелием, да и животноводством, в этих горах гиблое дело! Хоть как-то годно к росту чего-либо только территория расположившихся меж гор небольших долин, площадь которых скудна и ограничена, и давно уже застроена под завязку, или в собственности у тех, кто может себе подобное позволить. И это, естественно, всегда порождала и порождает немыслимую зависть со стороны жителей гор к людям, обитающим на бескрайних просторах соседнего государства и не ведающих проблем по жизни.

Проблемы, конечно, все же существуют! Те же дожди, от которых все неадаптированное гниёт, а адаптированное тонет. Животные болеют, и зерно в амбарах запросто может пойти плесенью от влажности и сырости улицы, что доставляет просто килотонны проблем тем, кто желает сохранить семена до времени посадки.

Но выглядят это всё, все эти проблемы, в глазах горцев чем-то смешным, уровня жалоб детей на их тяжкую школьную жизнь! «Задали много! Учится заставляют! Ироды! И кашку кушать! Уроды!!!». Точно так же выглядят и все иные проблемы страны в глазах суровых людей с сурового горного края – детский садик тормазок! И смешным кажутся и все «отмазки» на тему того, сколь тяжко было добиться того, чтобы хотя бы каждый год не закупать новые семена у соседей взамен тех, что пошли грибком прямо на элеваторах.

Поэтому жители Шурелги испокон веков люто ненавидят своих восточных соседей. Делают это даже не всегда осознанно, часто подсознательно, на уровне инстинктов, но… любой высокорослый зеленоглазый блондин в их глаза априори враг. Априори тот, кто достоин лишь призрения! И в крайнем случае – злостного терпения, когда в лицо можно и улыбаться, но в спину обязательно показать что-то неприличное, и точно ненавидеть в душе и сердце, желая мучительной смерти.

В Шурелге каждый житель страны знает, кто там обитает на востоке, и… точно знает, что они не друзья. Что сосед не делится, не пускает, не кормит, и еще много всякого «не» и того, почему они там все повинны и достойны смерти. И дело уже давно не в какой-то пропаганде, а во впитавшихся в кровь с молоком матери установках и очевидных каждому вещах – население Шурелги почти вдвое превосходит Залих, а ютятся они меж гор чуть ли не друг у друга на головах! Голодают, страдают, умирают, пока сосед – и в ус не дует, и фигней страдает!

Такое отношение, естественно не могло не привести к войнам. И не к одной, а даже к двум. Масштабным и полноценным, граничащим с уровнем взаимного уничтожения. И последняя для Шурелги кончилась крайне плачевно, и страна, по факту, уже не существует, а просто… держится на собственном внутреннем гневе к соседу. И эта война отгремела уже более ста лет назад.

С тех совсем уж далеких времен, каждый город, каждая долина, каждый местечковый горный королек, сам себе бог император, и только сам себе правитель и указ! Общее правительство существует скорее для галочки, или для общения с иными странами, когда надо пообщаться «через губу» от имени всей страны в целом, а не отдельного «княжества» в частности.

И вообще, правительство это, можно смело называть самопровозглашенным. Ведь оно вообще ничегошеньки не решает во внутренней политике, а внешняя стабильна со времен далеких войн. Никто правительство это не выбирал, не короновал, они сами взяли и вылезли, банально являясь представителями сильнейшего анклава, а все прочие, те, что послабее, просто не нашли что им возразить, сделав вид покорный. Но только вид, и все прекрасно знают ценность этих слов, отсутствие ответственности, и рычагов давления.

И вообще! Должность «лидера» в этой стране, знамя переходящее! Сегодня этот главный, завтра тот… слова единого правителя на территории страны ничего не значат вот совсем, ведь все решает местный, главный, что контролирует анклав. И он Закон, а прочие… просто так, просто… где-то.

Как следствие у страны нет единой валюты – у каждого своя! Нет ценности этих валют за пределами страны – нет веры этим папуасам! Слишком уж много раз… они обманывали и кидали на бабки! На очень, очень большие бабки! Особенно Залих, обмануть который прям за святость, пусть он и главный поставщик провизии в эти безжизненные лабиринты средь камней.

Даже диалекты языка за годы разделения стали различаться меж собой! Ведь все эти анклавы, не живут мирно по отношению друг к другу! И дело не только в желании захватить соседа, подмять под себя его долину! Или в том, что у них культура иная, установим свою! Правильную! Дело в банальном грабеже! В банальное ЕДЕ! Которой в этой местности всегда мало, всегда дефицит, и без внешних поставок они бы вообще все давно сдохли от голода. А как следствия анклавы не могут жить просто сами по себе, и постоянно с кем-то извне торгуют, покупают, продают, а вернее – меняют, ведь веры «папуасам» просто нет.

А раз сосед где-то что-то с кем-то наменял, или наменяв добыл валюту иностранную, что-то там купил, то это можно отобрать! А если там та самая еда, нужная всем и каждому всегда, то на это дело, дело правоверного отбора, можно привлечь если не всех то многих! Кушать то все хотят всегда! А тут… добыча сама в руки движется! А уж если соседушка сумел столь сильно ошибиться… взять, и разом прикупить еды на весь анклав, то это значит, что если перехватить идущий горной тропкой караван…

Крупных войн меж анклавами Шурелга не знала уже больше двух десятилетий, но вот такие вот «работ по караваном», нападение на окраины городов, на шахты, прииски и банальный грабеж с рейдерским налетом – все это часть их быта и жизни! И их страна… постоянный бурлящий котел конфликтов, крови и убийства.

Возможно, они бы давно вымерли с таким то образом мышления и жизни! Но в пределах поселений, внутри этих закрытых людских анклавов, работает совершенно иная система, в корне отличная от жизни вне городов, жизни по горам. И имя этой чисто внутренней системе – тотальный контроль! Полная контролируемость всего и вся, просушки, чипы в телах граждан, и отлаженный механизм живой машины, позволяющий обществу выживать несмотря ни на что.

Жить как рабы, но жить! Жить, словно бы роботы, встающие на работу по гудку, обедающие по гудку, нужду справляя по ему же, и спать укладываясь тоже, по сигналу. И скажут начальники надо, будут и рожать, и у станка сутками стоять во имя светлого будущего. Вся для… чего-нибудь, главное НАДО!

За границами стен города и контролирующей сети – свобода! Но свобода там, равна анархии. И это тоже непонятно любому приезжему – слишком велик контраст! Тотальный контроль, и… рейдеры, банды, наркоманы, наркоманы-рейдеры, обдолбавшиеся зелий с побочками наёмники, мутанты сбежавшие или выпущенные погулять из лабораторий.

И регулярные силы различных городов, ищущих чем бы поживится меж гор наравне с прочими. Только цели армейцев зачастую крупнее, дисциплина лучше, есть разведка и понимания того, куда вообще надо топать, и работают аккуратней, а так… все тоже. Грабеж, захват рабов для самой черной и грязной работы, чутка насилия, и зелья.

А в город чужаку лучше не соваться. Даже близко к нему не подходить! А средь гор, в узких ущельях, и на относительно пологих склонах, даже сама местность может нести угрозу и представлять опасность. Оползни, туман, пронизывающий холод… и даже лавины!

Сложно назвать то, что в этих землях не захочет убить глупого путника, что осмелился ступить на горную тропу без должной подготовки, покинув свой мирный и безопасный уголок, где все решают за него, по некой глупости, в поисках вожделенной свободы. Или же забредя сюда от соседей, убегая от правосудия или ища легкой жизни.

То, что они вляпались какую-то гуану, Йорк начал понимать уже тогда, как их группа в первый раз столкнулись с вооруженными людьми этой горной страны. Тогда, когда на них напали типы на пикапах! Подарившие им в итоге эти самые пикапы. Дальнейшие же встречи, только убедили его в этих подозрениях – дело пахнет фикалиями! А когда пришло осознание того, что тут все такие… стало совсем уж нехорошо.

Обитающие в горах люди, предпочитают сначала стрелять, а уже потом задавать вопросы! Или не задавать – по настроению. А еще они все тут наркоманы! Но ширяются не абы чем, а зельями лечения. Местное подделкой этого зелья, что действительно может исцелять раны! Но вызывает зависимость, привыкание, и напрочь отбивает рассудок. Лишает страха смерти, и любую способность адекватно мыслить и осознавать ситуацию.

Это вроде бы и хорошо! Стреляют под этим «кайфом» все эти «рейдеры» куда попало, вплоть до собственных рук и ног! А учитывая то, что и оружие у них соответствует по качеству носящим, боевой эффективности от большинства встреченных групп бандитов можно было бы и не ждать – дети за школой, и то воют лучше! И для людей Йорка, что уже не первый день с автоматами, и что прошли бой с тварями, да и до этого были ни разу не фиалками и с людьми… дрались и воевали! Все эти… банды, были что семечки.

Но в тоже время это и плохо! Не чувствующий боли крайне живучий и непредсказуемый урод не самый легкий противник! Тем более, когда есть понимание, что люди с дырами с башке как бы жить и не должны. А тут… казалось бы обмякшая тушка, с дырами «по корпусу», вдруг может начать полить в белый свет как в монетку из пулемета. Глядя на мир стеклянными глазами, двигаясь с уже по сути мертвым мозгом!

Так они получили свои первые потери в этих горах – одна из девушек спецназа, слишком близко подошла к трупу, была беспечна, наивна, и… сдохла мгновенно и глупо. Еще несколько человек получили ранения, в том числе и критические, от которых обычно умирают. Спасли те самые зелья, что пришлось использовать на своих! Зелья, что после еще пары применений, как выяснилось, действуют на людей Залиха совсем не так, как на людей Шурелги.

Эффект не накапливается, зависимость не появляется, наркотического эффекта и помутнения сознания почему-то нет, хотя они были готовы при необходимости связывать своих, чтобы те хоть как-то «пережили ломку». И где-то за три-четыре приема без пауз, появляется… иммунитет. Зелья перестают работать, и становятся… словно бы вода! Вернее – слабительное, учитывая оказываемый эффект на тело после появления такой вот формы… привыкания. И как следствие – еще потери, учитывая, что они уже успели привыкнуть к исцеляющим эффектам субстрата, что может в случае чего затянуть раны, и… надеялись на них, а они подвели.

Нет, стоило быть умнее, и сразу заметить, что следующий прием препарата оказал куда менее заметный эффект! Но в горячке боя вряд ли бы это удалось сделать, даже имей они желание все отследить и приметить. Да и качество зелий, даже в одинаковых склянках, может быть разным! Партии разные, разный разлив… со дна или с поверхности чана, еще какие особенности изготовления! Да банальная бодяга и разбавление водой! Откуда им знать, что там да как⁈ Тем более что льют эти зелья не в фирменные склянки, а вообще во что попало, вплоть до металлических фляжек, что от под действием субстрата окисляются и корродирут вплоть до сквозных дыр.

Они оплошали с зельями, но главная их ошибка вовсе не в этом. Главное, что прежде чем осознать, как вообще ориентироваться на этой местности, как продвигаться, привлекая к себе меньше всего внимания, минимизируя риски встреч с различными бандами, и как вообще выживать в этих землях, они, слишком много воевали. Израсходовали слишком много боеприпасов, побрезговали частью трофеев, что стоило тоже взять и перебрать, отобрав рабочие патроны, и в итоге решили пополнить припасы в одном из городов.

Да, в город им сдуваться точно не стоило! Жители Залиха, отличаются от жителей Шурелги как белая ворона от черной. Внешность, цвет кожи и волос, разрез глаз, рост, даже телосложения! И даже если все это скрыть, замотавшись в плащи и сутулясь, то что делать с голосом? Что делать с языком⁈ Ведь языки этих стран, пусть и похожи, но в тоже время – не одинаковы! И понять друг друга пусть и возможно, с пятое на десятое, но вот спрятать говор точно нельзя!

Это было очевидно изначально! Но в тоже время у группы казалось бы и выбора то не было – измотанная сутками боев с самыми разными врагами, обессиленная и вымотанное товарищество бойцов, искала прибежища и покоя хотя бы на несколько дней! Хотя бы сутки! Ночь спокойного отдыха там. Где не стреляют!

К тому же, в Шурелге очень уважают наемников из выходцев Залиха! И причина этому, учитывая то, как выглядят здешние рейдеры, вполне очевидна! Адекватность! И профессионализм. И к ним, как они думали, соответственно тоже, должны были отнестись так же – с уважением, как к профессионалам, с почетом, как к желанным гостям и работникам.

Однако забревшие в эти горы люди, не учли маленького нюанса – за группами наемников всегда кто-то стоит. Кто-то, местный, свой, кто покрывает этих чужаков. А чужаков, особенно тех, что живут на равнинах, тут не любят. Совсем. Бьют, калечат… или отправляют батрачить в шахты самыми обыкновенными рабами. Работая кирками и лопатами, словно бы нет в этом мире ни буровых, ни иных горнопроходческих машин. А самосвалы заменяют вагонетки с приводом ножным, тяни-толкай зовущимся.

Они запороли миссию! И даже на шаг не приблизились к тому, что просили их найти в этих горах. И теперь… просто рабы в мрачных подземельях, и вынуждены будут до конца своих дней, махать убогим инструментом. Грузить-возить камни, не видя белого света даже по праздникам, и получать разряды тока от вживленных в тело чипов, контролирующих каждый шаг, и требующих от них беспрекословного повиновения.

И вроде бы и разницы то нет с прошлым «нанимателем», ошейники которого все так же весят на их шеях, слившись с ней! Но в тоже время, он, их невидимый покровитель, просто обозначал цель, давал советы, снаряжение, и помогал при случае. А здесь и сейчас… работа до изнеможения, скудная пайка, и непонятная цель – неужто нельзя купить в том же Залихе хоть плохенький экскаватор? Или сразу туннелиройную машину, раз уж так надо вам тут покопать⁈ Это же… куда эффективней! Но за слова о подобном можно получить лишь током от чипа.

И никакой надежды на спасение – кто пойдет вытаскивать своих рабов⁈ Что столь глупо сами подставились, были схвачены, надышавшись газом, и столь нагло… сменили хозяина! Кому… надо таким заниматься? Оно того не стоит – проще новых набрать! И Йорк это понимает. И Йорку это не нравится – не о такой судьбе он мечтал, живя свою жалкую жизнь.