Текст книги "Кукла 9 (СИ)"

Автор книги: Мир

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 28 страниц)

Глава 25

Трупы детей унесли на ту сторону реки, где их, завернутые в ткань, приняли на руки нужные люди. Там сейчас, ну чуть позже чем сейчас, как только тела будут укрыты от сторонних глаз, начнется своя работа, по части опознания умерших, поиски родственников, и возможно преступников.

Там, на той стороне реки, сейчас идет та еще активность. Уже и репортеры подъехали целыми делегациями, и полиция, хотя этим и ехать не надо, они там итак дежурили, набережную охраняли непонятно от кого, и всякие иные личности, по выползали из разных углов, любопытствуя.

Я даже и не подозревал, что там было организовано столько схронов и точек наблюдений! А ту, ишь ты, из пустой банки полезли мухи! Стоило только поводить приманкой. И… чего это они там так оживились из-за двух меленьких тел в кусках ткани? Хотя, скорее. Не из-за них, а из-за действий охотников, что примчались как на пожар, всех перебаломутив, и не стремятся сейчас разъезжается, при этом не давая никому никаких внятных пояснений и интервью. Человек, что в праве что-то кому-то пояснять, всё еще на этом берегу.

Павел в кустах подле замка, ведет беседы с «мутными личностями». С, как видно, разведкой! Той частью «мух» что работает на него. Персона самого Павла не располагает к скрытности, его могучею фигуру хорошо видно хорошо даже в ночи из-за свечения замка, в отличии от тех «мутных» и незаметных парней и девушек, которых в тех кустиках и не ведать вообще, словно бы там их и нет, и Павел… просто стоит в одиночестве, силясь перевести дух.

Или просто ссыт в кустах! Или что еще делает, такое вот, обыденное – тут уж как посмотреть! Даже я бы поверил, что и правда просто по-маленькому в кустики отошел, не найдя туалета в замке, если бы не видел, что рядом с ним трутся несколько «маленьких человечков». И возможно бы подумал на что еще, если бы не знал точно, что штаны председатель не спускал, и ран не получал, да и в заложники его там точно не кто не берет – все чинно, благородно, свои.

А еще, Павел хорошо скрывает своей массой тех, с кем говорит от стороннего наблюдателя с оптикой и приборами. Со стороны набережной их сейчас точно не видать за этой широкой спиной! Но даже если кто что и видит, или догадывается о наличии подле него иных людей, то думает точно не об общении с агентурой – слишком специфичная позиция! Тертый калач, наш глава ассоциации.

В замке тем временем сестрица развлекает гостей, угощает черствыми сушками, поит вполне вкусным чаем, и вообще – пытается изобразить из себя радушную хозяйку. Выходит… с переменным успехом. Бойцы прибыли в замок, готовые драться и умирать, а тут… и хоть главный сказал, что тревога ложная, и мы из себя в очередной раз изобразили несмышленышей, ошибочно нажавших тревожную кнопку, но… расслабляться в полной мере там что-то как-то никто пока не планирует.

Их можно понять! Большая часть сильных охотников разъехалось по делам вдали от города. Оставшиеся – были выдернуты буквально из своих постелей! Вздрючины по полной, накрученны до адреналинового бума в крови и… реально готовы были умереть, если потребуется! Как дань, как плата за то, что мы сделали тогда, на рубежах города. Как часть понимания: если падем мы, пятерки – остальных просто сметут.

И выйти из такого режима без мата и эмоциональной встряски совсем непросто! Но и ругаться на нас как-то не с руки, хотя бы потому, что мы можем обидится! А обиженная пятерка – это страшно! Особенно учитывая, что большая часть группы охотников, прибывших с Павлом, это не четверки, и даже не тройки, а и вовсе – двоечки, ведь сильные разъехались, и Павел собрал в бой буквально всех, кто только мог хоть какую-то поддержку оказать.

Да, это возможно немного глупо – вести в бой двоек туда, где не справились пятерки! Да на своей территории! Но – иногда и простая колючка на носке, становится причиной поражения в войне. Так что – Павел поступил по-своему мудро, правильно посчитав, что лучше сделать максимум и умереть, чем умереть после, будучи всё равно раздавленным этим сверх могущественным врагом, зная, что и не пытался объединить силы с могущественным союзником.

Павел вернулся в замок, закончив беседу. Я, появился подле него спустя десять секунд, как мужчина переступил порог.

– Надо поговорить. – произнес я, желая вытянуть из него максимум информации из того, что только возможно получить!

Но увидев состояние собеседника, передумал на него сейчас наезжать и что-то требовать – он еле на ногах стоит! У него явно было очень непростые сутки, причем тяжелыми они были даже на фоне всех прошедших дней последнего времени. Так что… если я сейчас начну свой допрос, получу все риски, что он просто вырубится где-нибудь на полуфразе. И вообще – я могу подождать еще и день, и два, от этого ничего не изменится! А вот месяц – нет, не могу. Мне нужны некоторые ответы. Точно так же как Павлу нужна сейчас еда и отдых. И я ему это сейчас предоставлю.

– Пойдемте. Сестрица накрыла на стол.

«Накрыла» все же несколько неуместное слово в случае с каменным столом, заставленного каменными тарелками, без всяких излишеств, скатертей, и даже, как правило, без столовых приборов. Да и количественно еды не сильно то много! Но вот по части разнообразия – сестренка вывернула карманы наизнанку, вытряхнув наружу все, что прятала по углам, исключая куски того, что уже было надкусано и… разнообразие видов всяких блюд впечатлит даже ценителя!

Начиная от различной тушенки в том числе и деликатесного вида, и заканчивая выпечкой. Сладости, мороженное, колбаса кусочками, из которых кое-кто копьём вырезала следы своих зубов, и множество еще всего всякого, что только утащила сестра из самых разных мест в свои закрома.

На меня она правда смотрит немного волком, словно бы это я её тут заставил все это выложить «разорив» до голых ног! Но… я тут не причем! Сама она так решила! Так что – и пускай смотрит, и дуется, если ей нравится это делать, и изображать эту вот обиду для публики.

Павел, немного подкрепившись, и для вида поинтересовавшись как у нас дела и как мы тут обустроились, вспомнил о нашем договоре на броню, и тут же нашел трёх клиентов на работу по части создания для них доспехов. Так что… работать! Нас ждёт работа!

Пожелали оставшимся не скучать, и пользоваться всеми доступными помещениями на своё усмотрения. Объяснили где тут туалет, где что иное, и уже хотели уйти в сторонку с этими клиентами на броню, удалившись в иное помещение работать по части их снаряги, но на весь главный зал главной постройки замка раздался громогласный возглас:

– А че, драки не будет?

Оттаяли! – постановил я, глядя на произнесшего это мужика-охотника, и понимая, что люди, покушав, сбросили лишнее напряжение «готовых к смерти» бойцов, и… заговорили в более привычном, и открытом виде.

И словно бы в подтверждения этих моих слов, народ забухтел, зашептался, загалдел в пересудах. Кто-то помянул некое «нелегальное зелье», кто-то – некую мазь от ожогов, которой зачем-то намазалась, а бить как бы её не планируют походу. Иной деятель вспомнил про чешущееся кулаки… а один из охотников достал записную книжку, и зачем-то начеркал черточку к уже имеющимся трем.

А потом кто-то «с галерки», все тот же деятель, что и разрядил обстановку изначальным выкриком, прокричал во всю туже луженую глотку:

– Так мы что, тут просто пожрать собрались, да⁈

И Павел посмотрел на меня с видом, «Можно ли ему организовать хорошую драку? Персонально, так сказать». Я, подумав, и осмотрев простор зала вокруг нас, посмотрел на притихших в миг охотников за столом, тридцать человек за большим столом, теряющимся на фоне громадины трехсот метровой центральной постройки замка, усмехнулся:

– Вся площадь вокруг в вашем распоряжении! Это весьма неплохой полигон для тренировок, где вы можете действовать как вам вздумается. И вам совсем ненужно сдерживать тут свои силы. Стены или пол вы тут все равно никогда не пробьете.

– А если все же пробьем? – не унимался говорливый деятель, скаля зубы в немного самодовольной улыбке, и я даже не могу сказать, по натуре ли он такой, говорливый, или это просто нервы и откат от шока?

– Ну если пробьете… – проговорил я задумчиво, и посмотрел на сестру, стоящей рядом.

– Если сумеете хотя бы поцарапать наши стены, мы сделаем столь сильному бойцу персональный комплект нашей брони! – решила она не скрывать то, что многие тут пусть и не знают наверняка, но о чем всё как минимум догадываются.

Да, мы умеем делать хорошую броню! И сделаем её тем, кто сможет навредить наши стены! И дело не только в уверенности, что делать ничего не потребуется, но и в стимуле охотникам действовать и не сдерживается! Как ни крути, а работать на полную, вне подземелий, большинство из них просто не может! Боясь задеть окружающих людей, друзей, и постройки. Боясь нарваться на штрафы за разрушения. Или безвозвратно потерять кого-то близкого из-за глупости и нелепицы.

А вне подземелий мир иной! Так что – им полезно будет тут потренироваться! Ну а мы – получим возможность и правда испытать свои стены! Возможность обнаружить уязвимые месте не в условиях боя, а от испытаний силы союзника. Спокойно проанализировать все действия, и понять точки приложения сил, для атакам по слабостям. И устранить все это еще до начала сражения.

– Хотя шансов у них пробить стену всё равно нет! Хе-хе. – прошептала тихонька сестренка только для меня. и мы с тройкой «голодранцев, которых надо одеть» убыли в иное помещение замка, оставив главную залу в полном распоряжении кучки охотников.

Павел, как всякий понимающий начальник, тоже удалился, уйдя типо в туалет, а на самом деле просто погулять по замку, как видно чтобы разумением начальственным, не смущать подчиненышей. Подчиненыши, почувствовав волю, и получив карт-бланш, быстренько поделились на три группы «по интересам».

Первая, осталась восседать за столом, на котором уже почти не осталось еды и остались разве что напитки – их у нас без меры. Так что могут пить сколько влезут! Самовар бесконечен! И то, что стол был передвинут от центра зала к одной из стен этому не помеха – мы позволили стол двигать, мы же и восстановили все связи самовара с запасами воды и чая. Ну а банальные две тонны веса каменного столика – охотников не остановит! Хоть и ругались они знатно при перетаскивании.

– Да из чего он сделан то⁈

– Камень!

– Да знаю я, что камень! Но с фигли то такой тяжелый⁈

– Толстый!

– А ты блин тонкий, увалень! Тащи давай и не филонь!

И эта группа… доев остатки, достала очередной набор «карточек героев», и засела за опустевшим столом в очередную игру – а их не задолбало еще в самих себя играть? В чем вообще… смысл подобного⁈

Вторая группа охотников, мордобоем бумажек не интересовалась, предпочитая условной битве, битву нормальную. И – устроила спарринг! И учитывая то, что этим заняться решили преимущественно четверки, которым вне замка подраться по нормальному можно только где-то на пустыре или в каменном карьере, да и то не всегда дозволено, бой сходу пошел жарким и зрелищным.

И битвы стали походить на бои двух гладиаторов на кровавой арене испытаний, где зрители-болельщики, тоже участники! Но не в плане вмешательства в драку, а в плане того, что они – следующие! Но и судьи тоже они, и судить стараются честно – победа не главное, главная трезвая оценка сил! И чтобы их, в следующем бою, так же объективно оценили, указав на слабости. В этом весь смысл всех этих спаррингов – тренировка, а не победа.

Последняя же группа охотников, всерьёз решила поцарапать одну из стен замка. Они, явно что-то знают о нашей броне! О награде за царапину! И замотивированы. И… не столь много бьют, сколь много думают! Ну, большая часть – кто-то и правда тупо дубасит кулаками стену, в надежде на чудо. Или… эта дама просто отрабатывает удары по твердым целям? Хм.

Неважно! Пусть работает! Дозволяем! Мы же пока занялись тройкой «клиентов» что проблем по части заданной работы, по части создания для них индивидуально подогнанного комплекта брони не представлять не должны, так как в них самих, нет ничего сверх особенного. Обычные охотники, а мы уже наловчились.

Уже знаем где что использовать, как и что ушивать, и вообще – не первый раз! Да и заготовки есть, так что справится с задачей должны довольно быстро и сильно не утруждаясь. И… мы еще даже не успели толком начать, как те умники подле стены, стену уже таки пробили. Нда.

Причем именно пробили! А не поцарапали. Выломали в монолитном магически зачарованным и усиленном контурами чар гранит огромную дыру! Нашли слабую точку, подгадили защитному конструкту, и пробили! Учинили дыру, в казалось бы нерушимой стене, да такую. Что сквозь неё без проблем может пролезть человек! И со смехом и криком «Бежим! Спасаемся! Быстрей! Живей!» ломанулись на задний двор замка, выпрыгивая из стены, и разбегаясь территории, кто куда, прячась по углам.

Потом собрались обратно, в одну кучу, и с воинственным криком «Вперед! На штурмы бастионов! Возьмём эту крепость!», и всё тем же смехом, полезли в дыру обратно, словно бы спецназ в пролом стены. Словно бы реально что-то штурмовали… хотя дикий ржджачь и улыбки, все же выдавали всю суть с потрохами.

И вот вроде бы взрослые люди! В годах-летах с семьями… некоторые тут вообще вместе с ними, женами, детьми… всей династией! А ведут себя прям как дети малые, попавшие в только построенный детский городок, да с хорошей компанией.

Дурачатся, смеют, строят рожицы… но нам ли их осуждать⁈ Сестра уже пятый десяток разменяла, а при этом… сидит средь пустыря тайника, и измеряет то, насколько далеко может щелчком пальцев забросить свою козявку! А мне самому вообще стыдно говорить о возрасте, с моим то поведением – маразм чистой воды! В детство впал старичок! Рядом сижу! Тоже кидаюсь козявками!

– А у меня дальше летит, чем у тебя!.. ладно, уела.

Но тут надо понимать – а нафига нам, как и им, строить из себя взрослых? Зачем быть серьёзными дядьками-тетками, когда есть возможность подурачится, и корчить из себя детей? Это когда альтернативы нет, приходится быть хмурым взрослым! И возраст тут не важен! Когда малолетний сын, остается единственным мужчиной в семье, и вынужден тащить весь бабский коллектив в одного… он будет мужиком, даже если ему десять! Но если все нормально? А если серьёзность вообще не нужна?

Это только дети мечтают поскорее вырасти и стать взрослыми! А вот взрослые наоборот, часто мечтают вернуть то счастливое и беззаботное время детства! И пользуются каждым мигом, когда можно погрузится в это беззаветное чувство, в безбашенный кураж, вовремя, когда не нужно думать о насущных проблемах ежечасно, ненужно сдерживаться. Держать на лице маску, и можно… просто быть собой! И весело провести время с друзьями и близкими.

И наш замок сумел подарить немного этого времени этим людям, этим «серьёзным охотникам». Ведь большинство охотников, по сути всю свою жизнь вынуждены постоянно сдерживаться, живя в стеклянном мире. Вынуждены ежечасно следить за собой и своими действиями «а вдруг кто че не то подумают!», являясь публичными людьми, за которыми постоянно идет слежка и наблюдения, и следят за ними вообще все, от репортеров, до… различных органов надзора и контроля.

О последних не говорят, но благодаря Нилу… я много нового и интересного узнаю о этой темной и скрытой стороне общества. И… даже если о их существовании большинство охотников и не знает, то о том, что они в принципе существуют – точно догадываются. И сдерживаются. И постоянно носят на себе различные маски. Как, впрочем, и любой иной порядочный взрослый гражданин.

А попав к нам в замок, в сказку, где стены достаточно крепки, чтобы держать удары, где пол не крошится от неловкой поступи, где все свои! Все друг друга знают! Давно в одной команде, и прошли совместно уже как минимум одну глобальную битву, стоя плечом к плечу, насмерть в обороне, а вокруг толстые и крепкие стены – тут они могут наконец почувствовать себя дома. В безопасности, расслабится, и оттянутся на полную катушку.

Думаю, к недостаткам данного праздника можно отнести лишь опустевший стол с едой – не ждали мы гостей! Да скудность напитка – лишь чай, и какой-то разведенный сухой порошок компота – у нас все же детская вечеринка, чтобы подавать что-то иное! Хотя… некоторые охотники и охотницы, уже нашли входы в комнатки «для уединений», помещения на иных этажах, пустые, но с дверьми, уже перешли ко вполне себе взрослым играм!

В этих укромных комнатах для уединения, уже сейчас происходили вполне себе… не детские вещи, и кто-то там уже приступил… к большому сближению. И отжигу не на шутку, после неплохой драки на «спаринговой арене». Пользуются тем, что пол не лопнет от любых ритмичных действий и движений тел, а стоны, способные оглушить не хуже артиллерийского залпа, не выйдут за пределы изолированной комнатки. Они это предварительно проверили, ага.

Мы же в это время… закончив кидаться всяким на дальность, и усиленно трудимся! Создаём доспехи для той тройки избранных, уже подготовили заготовки и приступили к обмерам. Раздели бедолаг, заставив стоять нагишом в присутствии свидетелей – нас! Малолетних свидетелей… все осмотрели, ощупали… сестра осмотрела и ощупала, меня ни пустив ни к мужчинам, ни к женщине, не доверив эту работу от слов вообще и совсем, и непонятно почему. Ну и оставили голенькими стоять и ждать, пока мы сделаем им что-то стоящее в своем мирке.

Делать для этих троих броню мы решили по уже хорошо проверенному лекалу, по образцу брони Павла! С некоторыми доработками того старого деда-обратного целителя, и проблемой создать нужное не стояло совсем, как и ожидалось изначально.

Разве что я чего-то решил поскрипеть дедком на тему жадности – вряд ли нам еще когда-то удастся добыть столь высоко магически заряженного металла, что требуется для проекта! Даже хоть сколько-то! Делать его самому дорога, а такие осколки, с которых мы все это добыли… не хочу, чтобы где-то в мире вновь был столь масштабный прорыв и падение куска мира в пропасть Хаоса!

Однако я быстро дал себе оплеуху – нефиг жадничать, придурок! И мы стали творит, без оглядки на сырьевую проблему. В конце концов, из одного попавшего к нам в тайник танка, можно наделать не одну сотню полных комплектов! А у нас таких танков пять! И машинки есть, и артиллерийские установок куча, и самоходные, на гусеницах, и танковой базе, две штучечки, можно сказать – сами заехали! И… куча еще всякого разного! Вплоть до стальных балок из домов! И арматуры из стен каких-то старых и давно заброшенных бункеров, обнаруженных под землей тоже валом!

И поскольку тела этих троих, не отличались чем-то специфичным, не обладали какой-то особой магией, и манопокровом необычного свойства, то и броня для них нужна была вполне обычной, нормальной, без выкрутасов, и к третьему комплекту чешуи, мы уже вполне наловчились её делать по полной программе и, что называется, можем ставить на поток.

Конечно, создать заготовку-костюм, еще не все! Его еще нужно подогнать под тело с педантичностью молекулярного биолога! Вывести все в идеал, срастить с магией пользователя, сделать так, чтобы даже когда владельцы доспеха, будут худеть или толстеть, характеристики удобства носки не менялись, или делали это как-то незначительно.

Привязать отдельные части доспеха к отдельном точкам на теле, чтобы все работало как часы! И… в общем, сделать очень и очень много работы, чтобы эти костюмы работали как надо, а ни абы как! И все это время, эти троя, должны были заниматься тем, что раздевались, одевались, раздевались, одевались… в их восприятии, делая это каждые пять-десять минут, провожая нас глазами, видя лишь убегающих детей в стену. И продолжая немного комплектовать, поглядывая на голеньких друг друга.

– Знал бы, что так будет, я бы хоть жопу помыл. – сказал один из них, провожая двух малолеточек, убегающих в стену с тремя комплектами чешуйчатой брони больше себя размером.

– А я рада, что побрилась… – сказала одинокая дама коллектива, с пунцовым от стыда лицом, и мужики озадаченно посмотрели на ней, – И не надо на меня так смотреть! Господа волосатые подмышки!

– Кхех! – кхекнул третий охотник тройки, и погрустнел, вспоминая, как чешуя доспеха, прикусила ему волосики подмышкой, и сделала веселую депиляцию, от взмаха рукой, – А мысль то хорошая! – поглядел он грязножопого.

– На меня не смотри! Я почетно волосат. – выпятил тот вперед волосатую грудь.

– Я посмотрю на твою волосатость, через месяц носки этого доспеха. – тихо прорычала дама, прикрывая рукой промежность, и смотря на грудь мужика.

Только её взгляд в очередной раз съехал на «петушка» в засаде, у товарища меж нок. Большого такого, мясистого… и в густых зарослях! Они ему не мешают? Особенно если посмотреть на то, что там вытворяет одна пара боевых четверок в одной из изолированных комнат «для уединений». И… есть у меня подозрения. Что если не усилить перекрытия. То они там все же что-нибудь пробьют! Уж слишком… разошлись! И… хорошо, что они сдерживались вне нашего замка! Иначе бы… с такой страстью, разнесли бы три квартала! И похожа у той девочки-мученицы будет скоро дядя или тетя.

А мы в очередной раз вышли из стены для примерки доспеха, прервав обсуждения охотниками тел и волос друг друга. Померили, нашли проблему, убежали. Правда не в тайник, а в иную комнату замка, тратя тут время, отчего и выходят эти вот все заминки, на пять десять минут.

– Сестра, я вот не понимаю, нафига ты моешь доспехи каждый раз, после того, как их кто-то надел, прежде чем дать их мне?

– Так надо. – рыкнула она, вынимая доспехи из заполненной водой комнатки, обращенной в большую стиральную машину, с водоворотом воды, моющими средствами «все, что были в доме», и давлением водной массы под сотню атмосфер.

Сама она туда не совалось, там… жестко даже для неё, просто контролировала процесс снаружи, устраивая тот самый водоворот, вращая кусок пола и потолка, в разных направлениях. И пополоскав там доспехи с минуту, перебросила их оттуда в тайник, прыгая следом, ко мне в компанию, ведь я ушёл туда чуть раньше, и уже её ждал в нашем измерении, зевая от скуки, эту длинную минуту!

– Я ведь даже руками их не касаюсь, – пробормотал я, принимая леветирующий «в воздухе» тайника доспех, принадлежащий одному из мужчин, заодно подтягивая к себе на очередь работ и второй мужской, так как женский комплект, сестра мне ну напрочь не доверяла.

– Так. Надо. – отчеканила сестричка, погружаясь в хитросплетения магии комплекта, проводя новую настройку и перенастройку магических контуров.

– Как надо, как надо… как попугай! – передразнил я её, и тоже погрузился в работу.

А сестренка, на миг выйдя из процесса, о чем-то задумалась глядя в даль. Создала из псевдокамня измерения куклу, статую! Скульптуру, до ужаса похожую на эту женщину охотницу, скопировав её застывший во времени вид до последних мелочей, до каждого локона! С удара кулачком, разбила статуэтку на мелкие камешки, и вернулась к работе, словно ничего и не было.

И я даже не стал интересоваться, какого фига это вообще было! Явно ведь какой-то… закидон. Не могла та тетка ей… как-то насолить! Мы с ней… даже и незнакомы! Да и вроде нормальная баба! А злится только из-за того, что мы на них тут работаем рабами из-за дуратского договора с Павлом… ну, мы то так то сами подписались! И… надо тогда уж на председателя сердится, что развел нас на рабство столь изящно и ловко.

И что сейчас сам, вернулся туда, в «бальный зал» ко всем прочим охотникам, сидит там со всеми вместе, смотря бой на арене, лицезря его «на большом экране» – мы отгородили «угол», отведенный под бои прозрачной толстой стеной, что бы ребята-бойцы, могли работать не сдерживая сил, и не раня зрителей-судий. А то… были уже прецеденты! А главная целитель… убыла развлекаться иначе.

Звук экран не передает, но там уже нашлись свои спортивные комментаторы, что лихо комментируют процесс боя, плавно перетекающего к финалу. Комментаторы… еще одной оргии, так как бой двух охотников разного пола, являющего друг другу мужем и женой, уже по сути кончился, и начались брачные игрища, с попытками поинтересней просунуть, и необычней надеться.

Брони на этих двоих почти не осталось, все валяется клочками по углам, и только… куски шкуры каких-то… животных, в которых обратилась эта парочка, и… это все не прикрывает срам! Или вообще хоть что-то где-то, хоть как-то, не говоря уж о том, что не дает ничего толком в бою, ни от чего не защищает, и выглядя словно бы лохмотья кожи у змеи после неудачной линьки. А как все хорошо начиналось!

Мужик-медведь, с большой булавой в рука, с весьма обманчивой неуклюжестью, а на самом деле ловок, точен, и расчетлив, и способен крушить черепа не промахиваясь. И женщина ласка, чей гибкости могли бы позавидовать любые гимнасты! Что даже получая удар по телу, не получала слома костей, за счет своей нечеловеческой пластичности, а её тонкие и короткие кинжалы, лишь выглядят безобидно, а на дели умеют расцветать елочкой, нанося объёмные раны, по проникновению в тело жертвы.

И их бой был красочным! Кровавым! Они осыпали друг друга удары, не жалея ни сил ни друг друга! Словно бы были бессмертны! И словно бы за пределами арены их ждала целая коллегия из целителей четверок. А не один, оставшийся на смене после ухода «подружки» и уже слегка заепанный, что уже давно сказал «Идите все в жопу! И не деритесь в серьез! Лечить не будут, не упросите!» от чего все и правда не дрались всерьёз, скорее старались отработать броски и теорию захвата, игнорируя «сопутствующий ущерб» и имея возможность кидать оппонентов в стены, без необходимости бежать за ними или откапывать из завалов. Наслаждались этим процессом.

На эта парочка супругов… плевать хотело на все! И к моменту, как и булава и кинжалы, уже валялись где-то в другом конце зала, у обоих уже были частично выведены из боя, или выведены вовсе, обе руки, как минимум одна нога у каждого, лишая подвижности, была куча ран по телу разной степени тяжести, и вести боя они могли бы разве что зубами! Что они и делали! Начав срывать друг с дружки броню! А потом… потом всё вообще пошло не туда! В том числе и по части выбора дырочки…

– Фу! Мерзко! – прокомментировала это сестра, тоже наблюдая за боем из тайника и морща носик, – Никогда этого не пойму!

– Что именно? – поинтересовался я, отвлекаясь от магической настройки, – Что именно мерзко и что именно не поймешь.

– Мерзко… это! – указала она пальчиком в пустоту, но я прекрасно понял, о чем она говорит, и куда показывает, – Ну… на арене… – пояснила она, видя моё непонимание, ведь чего там такого этакого, мерзкого, я все равно не понял.

– Что… именно? – приподнял я бровь, желая уточнения.

– Ну… – замялась сестрица, не зная что ответить.

– Совокупления? – усмехнулся я, решая помочь с терминологиями. – Да после драки…

Что через задний проход…

– Да причем тут оно? – возмутилось сестренка, смотря на меня с видом «ты дурак?», – Верне… – потупилась она, отводя взор, и слегка краснее, – оно, но… метод… мерзкий, и…

Значит и правда виноват черный ход.

– Считаешь, есть некий… иной путь? Не такой… мерзкий?

– Конечно! – воскликнула она, едва не подпрыгивая, и чуть не сбив всю настройку, что столько времени проводила над комплектом брони девушки-охотника.

Рыкнула, вернулась к работе, прервав наш разговор на некоторое время. Доделала работу, утерла несуществующий пот со лба, выдохнула. И посмотрела на меня, желая продолжить разговор. Я, со своей работой еще не закончил – у меня её больше! Комплекта два, и за второй я только взялся! Но я его доделаю чуть позже, когда сестрица пойдет начинать примерочку первой «жертве».

– И какой же? – поинтересовался я, глядя на неё, и сестренка от моего вопроса подозрительно отвела взгляд, и замолчала.

А потом и вовсе, взяла и сбежала! Выпрыгнув в материальный мир! Правда, не успел я даже понять, «Че это было⁈» как она вернулась вновь, пользуясь тем, что время там и тут, было синхронизировано для её перехода, и я не сидел тут один не весь сколько, думая о том, «А что это было⁈».

– Классический! – сказала она мне, и собиралась тут же снова убежать, но замерла, и добавила полуобернувшись, – Как все нормальные люди! Без всех этих извращений, и альтернативными местами долбления! – и сделав еще один шажок, добавила едва слышно, – Они бы еще в уши долбится начали! Придурки!

И ушла уже окончательно, с непробиваемым каменным без эмоциональным лицом, вести примерку, и осматривать броню на телах людей, делающих самые разнообразные движения, порой на приделе возможного. И… похоже мужикам все же реально придется побриться, или эта чешуя, сама сделает им депиляцию против их желания!

– Ах, тыж, блин!.. да мои волосы и в огне не горят! А тут…

– Хе-хе, не зря я побрилась!