355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Марион » Вихрь. Отдать половину души (СИ) » Текст книги (страница 4)
Вихрь. Отдать половину души (СИ)
  • Текст добавлен: 7 апреля 2017, 10:30

Текст книги "Вихрь. Отдать половину души (СИ)"


Автор книги: Марион


Жанр:

   

Слеш


сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 23 страниц)

– Я понимаю. – Итан кивнул головой.

– Да, это адрес дома малютки. Так как вам надо работать, а за ним нужен уход, то думаю этот вариант вас устроит. К тому же, – он подмигнул, – вы одиночка и у ребенка неопределенный статус ментального здоровья, что дает нам право определить его совершенно бесплатно и еще с хорошим медицинским обследованием там же на месте.

Итан взял лист с адресом. Потом они еще немного обсудили насущные дела и послабления, которые получил Итан, после чего он ушел. Добрался до дома малютки, прошел к директору. Объяснил свою проблему, показал бумаги и прочие электронные дополнения. Директор понимающе кивнул головой, показал в какой группе будет его новорожденный сын.

Отказать он не мог, ибо государственное учреждение и было основано только для таких вот ситуаций – отцы или родители одиночки, поэтому все прошло на удивление безболезненно. Итан заполнил все необходимые бумаги, подписал разрешение на все прививки и необходимые тесты. После этого его поздравили с оформлением, сказали, что ждут завтра с раннего утра. Передали список всего, что будет необходимо малышу при себе иметь. Так же сообщили, что если характер его работы подразумевает ночные смены, то надо будет приложить список смен в календарный месяц или предупреждать за сутки.

Домой он вполз с люлькой в одной руке, пакетами покупок в другой. Быстро разогрел молоко и покормил начинающего голосить младенца. Потом сам быстро перекусил. Люлька при этом была на столе, и он все время смотрел на нее, в нее. Аравель был сыт и спал иногда ручками дергая.

Итан даже ел улыбаясь, его кот плавно скользил на границе маленького мирка котенка и подпитывал его внешний щит колыбели. Кот мурлыкал не переставая. И Итан напевал в слух ту же мелодию. Боги, как он был рад, что теперь у него есть ребенок. Его малыш. Его маленький котенок.

Начальник заметил изменения моментально, как Итан вошел в офис. Он поманил его пальцем и попросил закрыть дверь.

– Ну, что? – он улыбнулся посвежевшему лицу альфы. – Как это, быть папашей?

Итан расплылся в нежнейшей улыбке, потом ответил.

– Я не знал, что буду настолько счастлив. – Он облизнул губы. – Мой сынок закрыл всю пустоту, что была восемь лет.

– Итак, – начальник усмехнулся, – думается мне, что такому молодому человеку, надо будет подыскать более приличное место.

Улыбка Итана сползла с лица. Он даже нервно сглотнул.

– Да не пугайся ты так. – Начальник улыбнулся. – Сейчас ты еще этого не ощутил, но через пару недель на сына придется тратить куда больше денег и те жалкие крохи, что ты тут зарабатываешь, тебе не помогут. Наша контора не имеет разрешения нанимать одиночек и платить по тарифу с учетом на ребенка. Но есть такие фирмы, которые получают от правительства послабление на налогах, из-за найма этого слоя общества.

– Вы хотите, чтобы я искал другое место? – Итан все же был очень испуган, потерять работу сейчас, это катастрофа.

– Я предлагаю, в нашей конторе, перевести тебя на внештатного сотрудника, пусть с тридцатипроцентным снижением оплаты, но на свободный график. – Он положил перед ним лист, на котором были написаны адреса и телефоны. – Знаешь, я столько повидал в своей жизни, что тебе и не снилось. У меня шестеро детей, двое из них откровенные подонки и бросали свои семьи раз по шесть. А вот ты, пусть и Южанин, но ты уцепился за возможность иметь семью, вытерпел все, добился. Да, твой статус урезал крылья, но человеком ты остался таким же. И, – он улыбнулся, – почему бы такому человеку не помочь?

Итан посмотрел на телефоны, на адреса.

– Эти фирмы занимаются разными делами, но у них есть вакансии в офисах на работника на побегушках. Ничего серьезного, но графики до пяти вечера, два выходных в неделю, праздники оплачиваются, отпуск и больничный тоже.

Итан сдержано поблагодарил его, первого и единственного работодателя, который не кидал в него камень за все восемь лет его не совсем лояльности. Этот пожилой бета был мудрым и видел не статус, а человека, и желал искренне помочь. И Итан был ему благодарен. Очень. И, да, он позвонил в компании.

Новая работа была не пыльной. Офисный мальчик на побегушках. Он возил тележку в которой были бумаги и письма, посылки и прочие мелочи, вплоть до канцелярских скрепок и ножниц. Он обслуживал десять этажей огромного здания, на одном этаже по семь отделов и порой за горой бумаг его видно не было. Платили столько, сколько он не зарабатывал на трех своих работах.

При оформлении он дал номер счета сына. У него на руке, на левой, теперь был одет белый браслет принадлежащий его ребенку. На правой, черный с зелеными маркерами, свой. На него он перечислял оплату за работу на своего первого человечного начальника.

Весь день и до пяти вечера он бегал по этажам, слушал просьбы по канцелярии и передавал письма и пакеты. Видел несколько заинтересованных взглядов, несколько ревнивых, делал вид, что ничего не видит и не понимает. Конечно, были интересные экземпляры, но проблем ему совершенно не хотелось. После офиса шел забирать сына из дома малыша, где за ним хорошо присматривали. Это Итан ощущал всем телом. Он ревниво обнюхивал его головку и пытался ощутить запах страха, но его не было. Затем шел домой с заходом в магазин. А, дальше купание сынишки, поиграть с его ручками, сделать массаж и обязательно проверить квартальный отчет, написать начальнику на его почту: где и как он исправлял метки. И спать.

Через два месяца он подыскал новое место жительства. Небольшая квартирка в три комнаты и кухню, была в очень удобном районе, где был дом малыша, детский сад и школа практически в одном дворе. Он взял с работы справку, что он там на постоянной основе, что он одиночка и будет работать на них не менее пяти лет. Оформил заявку на выкуп квартиры. Ответ пришел через шесть дней. Ему разрешили, с пометкой, что в любом случае он будет обязан ее выкупить, даже если лишится ребенка.

Итан переехал со спокойной душой. Мир сошел с ума, но кажется начинает приходить в себя. Стали слышны протесты живых людей, протесты на сам статус. Особенно причины его получения. Итан слушал новости в офисе, по-прежнему не считая телевидение нужной тратой для покупки телевизора.

Квартира была по минимуму обставлена, так что он собирал свои крохи от двух зарплат на мелочи в новый дом. Первой он обставлял комнату Аравеля. Там уже стояла кроватка, но нужна побольше. Еще он очень хотел уголок с игрушками, детскими тренажерами и лесенкой, что бы малыш развивался правильно. Много чего хотелось. Заглядывая в витрины детских магазинов, он был вынужден покупать только то, что было по его финансам. Плюс отдавал более половины зарплаты за квартиру.

Итан брал с собой в кровать малыша и подолгу любовался его спящим личиком. Его черты были очень похожи на Армана, такой же строгий, такой же красивый и глаза его, янтарные. Волосенки рыженькие. Итан погладил его по животику. Этот малыш, сейчас такой умиротворенный и пряно пахнущий, стал центром его маленькой вселенной. Улыбнувшись спавшему личику, он поцеловал его в лобик. Вдохнул запах и ощутил, как колыбель малыша незримо тянет к нему свои щупальца. Кумар тут же скользнул в пространство рядом и поделился своей энергией.

Аравель пошел. Даже не так. Он побежал. Стремительно и на цыпочках. Итан аж замер, а потом протянул руки и позвал его к себе. Аравель поднял глазенки, что сияли, отливая янтарем и заулыбался своей беззубой улыбкой, стремительно понесся к нему. И большие и сильные руки поймали его, подхватили.

– Ах ты мой хороший, – Итан прижал его к себе. – Как ты хорошо бегаешь!

И с того дня Аравель бегал все время. Он не ходил, бегал. В центре это объяснили тем, что скорее всего его ипостась из быстрых кошек. Итан очень надеялся, что так оно и есть. Но его очень сильно тревожило то, что при любом всплеске эмоций глаза у Аравеля краснели, появлялись клыки, хотя зубы еще не выросли. Его успокаивали, что мол он еще маленький и такое бывает, но Итана это не успокаивало совершенно. Он боялся, что это будет сходящим на нет действием и только и останется что глаза изменять цветом, и все. Аравель же был беззаботным малышом, который слушался только отца, а дальше никого вообще.

Дни летели стремительно. И вот начали резаться зубы. Аравель плакал и капризничал, поднималась температура. Приходилось брать больничные, ибо температура поднималась высокой и Итан не мог оставить сына под присмотром чужих людей. Он просто не мог себя заставить отпустить его с рук. Аравель прижимался к нему, ища защиту, получая ее и засыпая, когда температура спадала. Несколько недель, пока зубки не прорезались, мучились оба, отец и сын, но потом все нормализовалось и, опять, они оба расходились на утро и часть дня по разным углам, а потом один забирал другого и домой.

На удивление Аравель был из малышей, которые умели бедокурить так, что с виду тихоня тихоней в глазах родителя не вызывал сомнений, что он тут совершенно ни при чем. При отце он был сама тишина и спокойствие, без него был дикий и дерзкий. Если воспитатели из дома малыша говорили о его проделках, то он с подкупающей детской искренностью просил прощенье, подлизывался, а потом опять все по новой.

Итан учил его быть сильным, быть как он. То, что малыш родился бетой, его не особо волновало. Силы ментального потока у Аравеля были на уровне маленького альфы и именно ими он учил его управлять. И Аравель учился, слушался, смотрел с обожанием на большого и грозного отца. Они были друзьями с самого детства.

Аравелю исполнилось пять и его приняли в детский сад. Итан был горд его маленьким победам. Был очень счастлив. За эти пять лет он не просто привязался к сыну, он его боготворил и был готов на многое ради него. И всякий раз, когда Аравель улыбался, слегка наклоняя голову и прикрывая глаза, он был точной копией Армана.

Глядя на сына, Итан каждый раз просил Мир и Богов послать этому несчастному бете простого человеческого счастья. Он был ему безмерно благодарен. И хотел, чтобы и ему удалось построить свое счастье, свою семью, найти свое место в жизни.

Аравель, он его точная копия. Такой же взбалмошный, улыбчивый и своевольный. Итан же хотел дать ему силы, что бы не опускал руки. Никогда не опускал руки. И даже сейчас, когда ребенок просто улыбался ему, он видел в нем родителя и силу, что его окружает.

Итан взял сына на руки, надел на головенку панамку и вышел из дома. У него на сердце кошки скребут, ведь вчера его уволили с формулировкой, что предприятие выполнило свою миссию по приеме на работу отца одиночки. Правда ему выплатили пособие по увольнению и не выбранным дням отпуска за три с половиной года, но нет никакой разницы, смысл один – безработный.

Сегодня он повел сына в парк аттракционов и покатал на разных каруселях, купил ему сладкую вату, показал в зоопарке, через дорогу, диковинных животных. Итан старался не думать, что будет завтра, послезавтра. Он просто хотел оставить в памяти малыша красивые воспоминания.

И опять забеги по поиску работы, недоедание, жалкие крупицы денег на погашение долга за выкуп, питание сыну и только после всего он сам. Иногда на себя уже не хватало. Он лихорадочно хватался за любую работу, лишь бы наскрести для сына, лишь бы он был сыт и доволен…

– Что же ты себя не бережешь. – Покачал головой сердобольный сосед. – Такой молодой, а в обмороки падаешь.

– Простите, что побеспокоил. – Итан медленно сел на постели, как оказывается своей.

– И давно у тебя в холодильнике мыши вешаться перестали?

– Извините? – он не понимая посмотрел на соседа.

– Что с работой? – спросил тот в свою очередь. Обернулся и посмотрел на альфу, поднял на руки его сына, всего встревоженного, плакавшего ранее.

– Аравель, малыш, со мной все в порядке. – Итан быстро перебрался на край кровати и медленно встал. – Видишь, твой папа сильный, с ним ничего не случится.

Сосед даже и не понял, как из его рук плавно забрали ребенка, который пристально осматривал слегка бледноватое лицо отца. В ответ его обласкали зверем, уверили, что все в полном порядке.

– Слушай, молодой человек, – сосед покачал головой, – ты ведь на вопрос не ответил. Что с работой?

Итан улыбнулся и отпустил сына, велел ему идти играть, а сам прошел на кухню. Сосед следом.

– Плохо. – Он сел за стол. – Я уже и забыл, как это: отработал, а тебе не заплатили или отдали десятую часть от обещанного.

– Статус?

– Ага. – Итан вздохнул. – Прорвемся, – посмотрел на старика, – и не так подставляла меня жизнь.

– Но, у тебя ребенок. – Возразил сосед.

– И слава Богам, что он у меня есть. – Итан выдохнул, голова еще кружилась. – Не знаю, где бы я был, не будь у меня Аравеля.

Сосед посмотрел на него другими глазами: молодой, сильный, амбициозный. Настоящий альфа, не то что новое поколение, выращенное на прикормках иномирян. Этот поведет стаю и будет впереди, на лезвии удара. Старик усмехнулся, потом спросил:

– А, ты в мотоциклах разбираешься?

Итан посмотрел на него удивленно, даже изумленно. Слегка неуверенно кивнул головой.

– Знаешь, у моего зятя в двух кварталах отсюда своя мастерская и они там крутят гайки в мотоциклах местных байкеров, да и так машины ремонтируют. Ему помощник нужен, такой, чтобы на совесть работал. Платит немного, но и не обманывает.

– Мой статус…

– Статус не научит и не отучит гайки крутить. – Отмахнулся сосед. – В общем так, давай завтра с утра туда, я ему скажу, что ты придешь. Дальше уж как договоритесь…

Итан наконец-то смог выдохнуть спокойно. Уже год он работает на Кишавира, хозяина автомастерской. График у него более свободный, из-за сына. Да и прибавку Кишавир ему сделал не так давно. У своего первого порядочного босса он так же работает внештатным сотрудником. Аравелю уже шесть, а на следующий год в школу. И еще, не так давно, он слышал по радио песню, о трех далеких сыновьях.

Итан сразу узнал его. Это бал Арман. Он слышал его интервью. Арман рассказывал, как он пришел к своей маленькой славе, что из-за его ментального состояния он более не может иметь детей. Арман вообще не скрывал данный факт. И так же не скрывал, что у него есть трое детей, но из-за его недуга он чисто физически не может быть рядом. Про детей спросили, и он сказал, что знает про двух старших фактически все, а вот младшего потерял из виду, когда они расстались с его отцом. И с экрана телевизора, медноволосый, с янтарными глазами бета, сказал, что очень любит своих детей, и просит их простить его зверя.

В этот момент Итан смотрел передачу не отрываясь. Из этого же интервью он узнал, что Арман создал пару с вдовцом и теперь живет вместе с ним и его плешь грызет и кусает. У него спросили, любил ли он третьего отца своего ребенка и Арман сказал:

– Так же, как и его отец меня. Мы расстались миром, и он знал про мой недуг. Я очень надеюсь, что он обрел душевный покой и свою стаю, а наш сын счастлив с таким сильным и смелым отцом.

В мастерской смотрели репортаж другие работники на перерыве, гоняя чаи.

– Просто тупо трахнулся, а котенка на идиота отца скинул. – Фыркнул кто-то из парней.

– Зря ты так думаешь, – Итан улыбнулся, – Арман не такой.

– Говоришь так, словно знаешь его или ярый его поклонник. – Рассмеялись парни.

Итан не ответил, улыбнулся только. Они вернулись к работе. Реанимировали мотоцикл, старой марки, красивый в законченном варианте. Итан любил мотоциклы и ужасно соскучился по ощущению скорости, ветру в лицо и вообще звуку мотора перед собой.

Вечер наступил, и он пошел забирать сына из садика. Ему в спину улюлюкали и называли папочкой, он отшучивался, что быть таковым приятнее во много раз, чем не быть им вообще. К садику он пришел как раз за десять минут перед временем забирать. Нянь передал сына из рук в руки и сообщил, что Аравель был паинькой, температуры нет, аппетит хороший.

Протянув руку, Итан взял его за ручку, и они пошли домой.

– Па, я мороженое хочу. – Выдал Аравель. – Я, даже, был послушным сегодня.

Итан рассмеялся. Аравель очень изобретательный, если чего-то хочет. Если это касается мороженного, он может и весь день паинькой побыть. Согласно кивнув, Итан повел его мимо мастерской, так было ближе к магазину. Ребята еще работали, когда они мимо проходили.

– Смотри. – Кто-то из парней показал на него и сына. – Копия Арман.

– Не, тебе показалось. – Кто-то из ребят присмотрелись внимательнее, – хотя что-то есть.

В этот момент Аравель повернул лицо и прищурился, осмотрел больших и грозных дядей и словно зарычал на них.

– Зубастым вырастет. – Сказал Кишавир, помахал рукой Итану заметившему их, – все хватит глазеть на его сына. Он ведь может и шеи намылить.

– Да кто позарится… сопляк еще…

– Ага, – начальник усмехнулся, – ты его, когда вблизи увидишь, советую зверя в узде держать. Бета и скорее всего рождающий, пахнет сладко. Так что внимательнее и деликатнее, Итан не поймет, атакует.

Аравель спал, как сурок. Итан осмотрел его, поставил нить щита и двинулся немного развеяться. Все же он молод и тело требует своего. Дверь запер, предупредил соседа, который бывало забирал маленького бету и смотрел с ним мультики про котенка таури и золотую рыбку Фишера. Этот мультик вообще национальное достояние. Веселый, добрый и много чего детям с самого детства рассказывает и показывает.

На всякий случай у старика был ключ, и он пообещал зайти через часок, если папаша не вздумает вернуться раньше времени, как в прошлый раз.

Итан вышел на улицу, прошелся пару кварталов пешочком и зашел в небольшой бар, где любил немного посидеть, посмотреть на большом экране мировые новости и послушать, как бармен кого-то журит или хвалит.

– Привет, красавчик. – Улыбнулся моложавый бета, чуть постарше Итана. – Сигареты не найдется?

Итан осмотрел его. Собой не дурен, разве что табаком несет, не учуять как сам пахнет. Он отрицательно покачал головой и опять уставился в телевизор.

– А, ты не из разговорчивых? – не унимался незнакомец. – Меня Ашу зовут. – Протянул он руку.

– Итан, – пожал его ладонь и сощурился. К нему бесцеремонно полез милойский ягуар. – В рог въехать или сам все понял?

Ашу хмыкнул и плавно "вышел" из приграничной зоны незнакомца, который имел защиту посильнее его самого.

– Не из слабаков. – Он поднял руку и подозвал бармена, – за мой счет и этому красавчику налей.

Бармен только головой кивнул. Итану налили немного коньяка и поставили стакан на салфетку. В ответ немного удивленный взгляд. Бармен пожал плечами, мол всегда так наливал.

– Ну так, что? – Ашу улыбнулся, – начнем знакомство заново?

Итан покосился на него и усмехнулся. Везет же ему на наглых. Взял стакан и поднял его. Чокнулись, тоже новая мода от иномирян, и выпили.

– Арашин, – протянул руку новый знакомый. – Все зовут Ашу, и меня это устраивает. Милойский ягуар, первая категория. Ты?

Итан вздохнул, посмотрел в свой стакан, пожал плечами.

– Итан, мраморный кумар. – И допил остатки коньяка.

Ашу замер, хлопая глазами, потом выдохнул, попросил долить ему еще выпить. Выпил. Зажал рот рукой зажмурившись.

– Охренеть! – выдал он наконец-то. – Реально мраморный?

– Да. И перетекать не буду, даже если ты сам король.

– Да пофигу. – Ашу заулыбался. – Уж не знаю, в паре ты или нет, но я бы не отказался ощутить такого самца.

– Такой бесстрашный? – усмехнулся Итан. – А, если я убийца какой, или любитель пыток?

– Не, ты на такого не тянешь. – Ашу улыбнулся и приблизился, чуть тише сказал, – от убийц разит на тысячи миль, а ты пахнешь защитником. Если и лишил жизни, то только защищая по зову. Уж поверь, – он облизнул губы, – видал и не такое.

Итан шел довольный собой. Ашу. Странный знакомый оказался полицейским. Кто бы мог подумать, а этот блядовитый кот на страже закона. И отдавался он ярко, страстно.

Кумар потянулся сыто, наигравшись с партнером, потягав его за ушки, придавливая лапами на грудь. Ашу позволил игры с котом, чем порадовал. Мало какие партнеры были способны выдержать такие игры. Можно сказать, повезло. И сейчас, в середине ночи, он возвращается домой. Домой, к сыну.

Дома было тихо, Аравель спал, сосед оставил записку, что ушел в полночь. Аравель не просыпался. Улыбнувшись на спящую мордашку, Итан вышел из его комнаты тихонько прикрыв дверь и пошел в душ. Мало ли как малыш отреагирует, если учует чужой запах. В ду́ше, взяв тюбик с сильным пахучим гелем, промыл гениталии, шею, руки. Дальше мылся обычным мылом и сыто намурлыкивал. Спать свалился сразу, выйдя из душа.

Утром ему позвонил Ашу, предложил встретиться. Встретились в кафе. Поговорили. Ашу отмахнулся от его статуса, как от мухи, сказав, что боевые с его статусом это фактически полностью лояльные, и все. Роман был легким, в основном постель.

Ашу бывало пропадал на недели, потом объявлялся, они проводили вместе некоторое время и дальше жили своей жизнью. После Ашу был его одногодка очередной бета, за ним еще парочка. С каждым годом и назревающей борьбой и скандалами, связанными с получением граждан, коренных граждан страны, статуса лояльности, сами жители теплели. И Итан это замечал. С ним чуть теплее обращались в госучреждениях, на улице не стремились обозвать, из-за черного браслета на руке с зеленой меткой. Любовники больше не шарахались, как от огня. И вообще по стране прокатилась волна разбирательств, признания многих "не лояльных" самыми что ни наесть "лояльными". Чего только стоила история Брендана Маури, который в первый год после стирания населения Южного, усыновил мальчика, чей родитель был южанином. Его статус ошибочно или не ошибочно записали не лояльным и даже лишили ребенка, как и многих других. Но, как потом объяснял юрист представителям прессы, Каспер, родитель Альмера, не успел завершить родительский кокон и ему не поверили работники медицинского центра, отняли сына. А, через два года у него щит лопнул, и его приемный отец Маури перерыл все и всех поднял на ноги, официально и неофициально, но нашел родителя. Нашел, едва не потерял из-за того, что тот максимально залил сыну все свои силы, вырвал из пасти Бездны, сделал своей парой, вылечил и сорванную спину и простуженные легкие, а в последствии еще и подал иск на органы определения лояльности в мировой суд. И именно с его поддержкой сейчас поднялась волна, волна исков в суд по поводу пересмотра дела, по поводу нарушения во время самой процедуры и просто ее полного отсутствия. И, даже король, даже он заострил внимание на этом.

Итан знал, его дело чистое до нельзя. Ему засчитали все его положительные моменты, – сам пришел, спас некоторое время назад омег, не проявлял агрессии, несовершеннолетний, – и исходя из этого определили и статус, и ореол обитания.

Да еще свежи раны и шрамы не затянулись. Да, мир еще лихорадит от воспоминаний. Но! Мир ощутимо поворачивает лицо на проделанное и содеянное несколько лет назад зло. Мир содрогается от боли, мир ощущает запреты сил, запреты на лишение жизни, на вырывание из ковра энергетического потока планеты живые души. Сама Деямерра не может лишаться идущих своей судьбой душ, не может лишаться судьбы зверей и их не пройденный путь. И, кажется сами деямерриты начинают это понимать.

Итан помнил рассказы дедов, о том, что раньше войны и мелкие стычки были только из-за сильных омег, но никак не из-за странных ценностей. Никогда деямерриты не думали о том, что их кто-то из сильных особей намеренно зажимает, всегда инстинктивно занимали свои ниши, знали свои силы. Но пришли иномиряне, пришли и показали свои правила и ценности, а доверчивые коты поверили, приняли большую часть их жизненного опыта. Только, как говорили старики, этот опыт полезен "пустым" и не слушающим свою душу оболочкам. Им необходимо зацепиться за мир, чем-то заполнить свою пустоту светового дня и наполнить свои ночи, свои сновидения, а иногда и их полное отсутствие. Но Деямерра слита воедино со своими жителями. Силы, что протекают по энергетическим каналам планеты, что питают оборотней и их зверей, они сводят с ума приборы иномирян, заставляют порой увеличивать их потенциал закрытого мозга, иногда пагубно откликаться.

Итан посмотрел на свои руки. Он, как и все деямерриты, раза в два сильнее этих пустых существ. Они пусты. Нет у них зверя, нет защиты от деямерритов. И Итан мог сказать с уверенностью, мир излечивался от их пагубного влияния. Да, они принесли поезда, беспроводную связь, сеть, деньги и даже моду. Да, с их приходом развитие Деямерра совершило гигантский шаг, да они теперь не разрозненные жители материков… но их приход привел и такое понятие, как алчность, зависть и простое решение – убить. Никогда на Деямерра не было такого, чтобы рождающих, умеющих производить на свет все три вида котят, убивали, неволили, издевались. Да, их воровали, но только лишь для составления пар, но не убивали.

Иномиряне принесли много хорошего и принесли самую огромную беду, какую только могли представить люди-оборотни. Они принесли им войну, открытую и закрытую. И теперь Деямерра трижды подумает, прежде чем принимать на своих землях чужаков, пустых и жаждущих все разрушить в своей извечной гонке за тем, что блести, что лежит не так, что им не принадлежит.

Выдохнув, Итан умом понимал, что тот ужасный шаг по радикальной чистке рядов был необходим. И будь он сам на месте правящих мужей, он бы поступил так же. Да, многие прятали свои семьи, подкупали комиссию по определению лояльности, да было. Но тогда мир сошел с ума и вина была доказана, а остальные просто хотели спастись. Вот и все. Отсюда и все беды. Неразбериха, паника, желание уберечь свои семьи. Да, было много несправедливости, но они еще не пропитались духом иномирян и их алчностью, уверенностью во вседозволенность. Они справятся, вытянут себя из болота, разберутся, накажут тех, кто посмел нарушить закон. И, как Каспер Маури, из-за глупого поведения комиссии и не принятие во внимание, что он в паре и под сердцем носит котенка, обвинили в нелояльности и обрекли на мучения, на десять лет страшной жизни, а потом его пара, что усыновил маленького сынишку, добился пересмотра дела и признания его полноценным гражданином. Да, как Каспер Маури, сейчас многие обретают правильный статус. И да, мир излечится и будет защищать даже своих слабых и подверженных влиянию бет, даже их, тех кто может ударить в спину самому миру, этот мир будет оберегать, будет щерить пасть на опасность и еще сильнее взращивать в обществе сплоченность и ощущение единства.

– Итан, а ты не хотел бы создать пару? – капризно надув губы, молодой парень, закинув ноги на спинку дивана и лежа на нем, посмотрел на поджарого альфу.

– С тобой что ли? – усмехнулся он, повернув голову, надевая майку.

– А, почему бы и нет? – он согнул ногу в колене. – Я не так уж и плох в том самом, да и тарелки мыть умею.

Итан вздохнул, посмотрел на молодого любовника и покачал головой.

– Что? – он приподнялся на локтях. – Что? Я такой уродец что ли?

– Пьери, ты красивый и молоденький еще. Мне одного ребенка вполне хватает, чтобы еще одного садить на шею.

– Я не маленький!

– Я сказал молоденький и не передергивай все так, будто я тебя оскорбил. – Итан покачал головой и пошел обуваться.

– Итан, ну почему? – Пьери встал с дивана и пошел за ним, одернув майку, едва закрывающую ягодицы.

– Потому что тебе скоро предстоит родить малыша, а со мной, – он улыбнулся, погладил его щеку, – ты ведь сам понимаешь, я слишком силен. Даже препараты не помогут.

– А попробовать?

– А не рвать сердце на части и не портить отношения из-за разбитых мечтаний и ожиданий?

– Ну почему ты не хочешь попробовать? – не унимался молодой бета.

Итан вздохнул. Улыбнулся как несмышленому малышу и ласково стукнул пальцем по кончику его носа.

– Это будет напрасной тратой твоего времени, нервов и вполне вероятно, уже сейчас поблизости бродит твоя пара, которая пройдет мимо, если ты будешь обвит моей нитью.

– Это не честно! – отпрянул Пьери. – Я делаю все, что только возможно! Медицина на месте не стоит!

Итан вздохнул.

– Я боевой, внекатегорийный, а ты второй силы, обычный.

– Вот только не надо мне в вину ставить мое данное родителями наследие! – зашипел Пьери, вытащив когти.

– Знаешь, этот разговор начал ты. – Итан скрестил руки на груди. – Хочешь правду? Ту, которую именно ты не хочешь ни слышать, ни видеть?

– Это значит я такой дурак слепой?! – взвизгнул парень.

– Да. – Итан прищурил глаза, – твои гены слабые для меня. Ты даже не выдерживаешь вязку, если уж на то пошло. – Рыкнул Итан. – Насколько, по-твоему, мне ослабить семя, что бы твою хрупкую яйцеклетку не пробило? Что бы там вообще ничего не шевелилось? – он шагнул к намеревающемуся заорать Пьери и схватил его за руки, мягко и легонько встряхнул. – Очнись! Со мной даже первого класса внекатегорийный бета не сможет зачать, если не будет запечатления! Только омега любого вида, даже самый захудалый, или боевые рождающие особи будут иметь лишь половинчатый шанс зачать со мной! На все проценты только из моего семейства зверя или эльвирс, универсальный омега, который подходит всем боевым альфам. Тебе я просто исковеркаю годы попыток и обеспечу реки слез!

Пьери замер, побледнел, даже его зверь заскулил. Выдохнув, Итан прижал его к себе и замурлыкал, успокаивая.

– Боги, какой ты еще ребенок. Веришь в невероятное. – Он поцеловал в макушку вздрагивающего от всхлипов парня, погладил его спину.

– Ты сволочь, знаешь? Самая настоящая сволочь! – выдохнул Пьери.

– Знаю. – Улыбнулся Итан, прижал его к себе сильнее. – И мне пора на работу, – улыбнулся он, ощущая ласкающие его живот ручонки.

– Ну вот как всегда, – об его грудь потерлись носом, – когда я так…

– Пьери! У тебя все нормально? – раздалось за дверью.

Парень рыкнул что-то нечленораздельное, отодвинулся от Итана и пошел к двери из спальни. Распахнул ее и сощурившись на свою точную копию, лишь с мелким шрамом на правой брови, надменно произнес:

– Михаэль, я тут серьезно собирался затащить на себя того суперского альфу, а ты свой сердобольный нос суешь куда не просят!

Итан кивнул в знак приветствия, застегивая куртку. Михаэль вздохнул.

– Вы так орали, что все нити вибрировали. – Он осмотрел брата, – па тебя обнюхает сегодня. Уж слишком сильно дрожала нить семьи. И, в комнате проветри, мало ли кого они унюхают.

Пьери скривился, вытолкал подальше от комнаты брата и закрыл дверь.

– Как же я хочу жить один! – в который раз простонал он и театрально прижал ладонь ко лбу.

Итан только усмехнулся, подошел к нему, легонько чмокнул в губы и вышел из спальни. Прошел мимо близнеца Пьери, попрощался с ним и вышел на улицу.

Пьери. Мальчишка, дерзкий и наивный. Итан тряханул головой, осмотрел улицу. Малышу Аравелю девять, третий класс и сколько за это время Итан сменил любовников, порой уходил даже раньше, чем хоть что-то образовывалось, уже и сам не помнит, сбился со счета. Были просто обычные легкие знакомства, разрядка и все. Были такие, как с Ашу, когда оба знали то, что хочет получить от партнера, но также знали, что ничего большего не будет. Или такие, как Пьери, наивно полагая, что мир будет у их ног и любой их каприз будет исполнен.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю