Текст книги "Торговец будущим 5 (СИ)"

Автор книги: Мархуз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

Глава 25

Глава двадцать пятая

Когда-то в будущем Андрей Уланов поделился великолепной мыслью: «Если хочешь разорить небольшое государство – подари ему крейсер!». Однако, можно и продать, благо последние два года имеется спрос среди разных царств-государств. Пруссия, Франция хотя бы числятся державами, но к гонке водоплавающих вооружений подключились и другие, даже некоторые бывшие колонии Испании. Причём их в первую очередь интересовали линейные корабли, чтобы воевать с толком недобитыми испанцами, устремившимися туда же французами и даже голландцами.

Вся тройка действующих шведских адмиралов (имеются и бездействующие) плакали горючими слезами, наблюдая за тем, как в течении почти двух лет я распродаю гордость (а также ум, честь и совесть) шведского флота. Двадцать один линкор, четырнадцать фрегатов…

– Ваше величество, умоляем вас образумиться! – стенали они то поочерёдно, то всем скопом, – сейчас все морские державы усиливают свои флоты. Нас никто не будет уважать, коли останемся без военных кораблей.

– Уважаемые херен, ничего страшного не случится. Мы прекрасно защищены ракетной обороной и артиллерией. Попутно закладываются новые корабли на наших верфях, а в Свеаборге на моей верфи началось строительство принципиально нового линейного корабля класса «Эсте». Просто потерпите, тем более что основой нашего флота будут пароходофрегаты с ракетными установками и стальным орудием главного калибра.

Не то что калибр какой-то огроменный (всего лишь четырёхдюймовый), но орудия из стали, причём длинноствольные, пусть и по одному на каждый фрегат. Плюс, мы начали строительство беспарусных ракетоносцев, хотя и небольшое их количество. О том что сознательно затеваю гонку модерновых военно-морских вооружений я не делился. Пусть другие тратятся на громадьё планов, невзирая на финансовые сложности и чудовищные расходы. Мало потратиться на флот – нужно его ещё и содержать, а это очень дорого. Пример суперуспехов Ревельской эскадры до сих пор заманивает многих подражать, аки мираж в пустыне.

Шло время и мы прекрасно заработали на идиотизме и повторюшестве-хрюшестве других, даже бразильянские португальцы купили несколько военных судов у нас через третьи страны. Чтобы соседей по Южной Америке бумбосить в хвост и в гриву, коли теперь они там короли региона. И то что пруссаки, франкопузы и те же датчане с прочими мелкоплавающими всё больше лезут в долги, так нам это на руку, как и русским. Они тоже продали оставшиеся линкоры Черноморского флота, как и фрегаты предыдущих поколений, перейдя на «Спешные» за эти годы.

А в Петербурге и Николаеве строятся точно такие же линейные корабли (как и мой) и тоже в единичных экземплярах. Зато с бронепокрытием, пусть и не ахти каким прочным, обычные плиты-«сэндвичи» (сталь-железо) и не толстые. По большому счёту это всё показуха, но шпионы уже разнесли по всему европейскому и заатлантическому миру информацию о «новых русских и шведских» разработках. Вот только, если мы с Александром можем себе позволить потратить лишку на три линейных корабля, то во сколько встанет большее количество другим участникам гонки? И насколько подстегнёт цены на железный лист в той же Европе, как и просто на чугун и другое железо? Чего уж говорить о востребованности изделий из древесины, а также прочих составляющих, потребных кораблестроителям.

– Херен, – беседую с адмиралами теперь (в конце 1813 года) по прошествии более чем полутора лет с начала их хныканья, – что скажете ныне? Вы же нашли время и ознакомились с нашим линкором-первенцем, который следующим летом будет спущен на воду.

– Это чудо, ваше величество, а оба носовых орудия показали великолепные результаты при испытаниях на суше. Но почему не закладываются такие же ещё и ещё?

Вот всегда так: не срачка, так болячка.

– Сначала нужно будет испытать то что получилось, на плаву, провести стрельбы, проверить ходовые качества. Потом запустим флагман вместе с полудюжиной наших же пароходо-фрегатов в поход с дружескими визитами, чтобы заодно показать что мы ныне имеем. И лишь потом, по возвращении, обсудим сколько линкоров нам понадобится.

Буду тянуть время до посинения, ибо не собираюсь влезать в бешенные траты и втягивать в них бюджетные средства. Понимаю, что некоторые мои подходы шведским военным непривычны, но сейчас всё направлено на доведение Франции, а значит и Наполеона, до логического конца, а именно до финансо-экономического краха. Он же отправил в ряд бывших английских, испанских и португальских колоний не только эскадры, но и кое-какие десантные войска, в очередной раз проведя мобилизацию по призыву. Чем меньше рабочих рук остаётся – тем больше зависимость от поставок извне, а кто заглавный поставщик многого в нынешней Европе?

Так что навряд ли в каких учебниках будущего будет упомянут сей исторический период в разделе «Страдания российской экономики». Нынешние газеты Москвы, Петербурга и других городов переполнены сообщениями о создании частных предприятий, навроде суконных фабрик (пусть пока и единичных) и заводиков по изготовлению скобяных изделий, товариществ (благо правительство такое поддерживает), ну и даже акционерных обществ («товарищества по участкам»). Дошло до того, что в стране начинается дефицит крепостных крестьян. Землю-то кому-то нужно обрабатывать, а потребности промышленности в трудовых ресурсах из года в год растут. Так что братия Сперанского усиленно чешет репу на тему того, как у помещиков изымать излишки рук, коли таковые заведутся.

(Или самим помещикам руки пообрубать, чтобы не мешали смычке города и деревни?)

Шведская армия к концу 1813 года также была реформирована и практически полностью перевооружена. Вплоть до смены гужевой составляющей, ибо обозы ныне являются основой для победоносного воинства. Как и передвижные полевые госпитали имеющие достаточное количество не только лекарей, фельдшеров, но даже санитаров. И свои собственные обозы с необходимыми припасами.

Естественно, что военных постоянно проверяют как мои особые порученцы, так и представители «кровавой гебни». Что-нибудь украсть или использовать не по назначению иногда возможно, но всегда это кончается высылкой из Швеции не только провинившихся, но и членов их семейств. А свои семьи шведы не любят подставлять, поэтому и число нарушений минимально.

Кстати, мне понравилась система по которой организуют вооружённые силы. «Вёрведе» или наёмники обычно использовались в кавалерии и артиллерии, и лишь часть пехотинцев таковыми являлась. Остальная пехота состояла из крестьян-общинников, которые обеспечивались землей от местных сообществ и собирались на периодические сборы (это называлось «индельтой»). Особо ничего не поменяли в этом плане, лишь сами вооружения сменились. Теперь у нас практически все вооружены карабинами с брандтрубками и лишь две тысячи из моих гвардейцев имеют оружие с металлическими гильзами. Кроме того, вся армия защищена «брониками с наплечниками», уж лучше потратиться на защиту, чем терять бойцов из-за шальных попаданий. Заодно ввели обязательную команду «Ложись!» при артиллерийском обстреле, отказавшись от традиции «не кланяться пулям и ядрам».

– Ваше величество, но это как-то постыдно, – бурчали офицеры и генералы, а некоторые даже подавали в отставку, когда реформы начались.

Теперь в армии остались лишь те командиры, кто нормально воспринял сии военные новшества и к прежнему «героизму» возвращаться не собирается. Да, строевая подготовка сводится к меньшему количеству вводных, так что в плане парадного марширования красивыми колоннами мы также проигрываем другим. Стрелки мы, бляха-муха, вот лишь это и умеем (как из пушек, так и из карабинов), причём в первую очередь из укрытий, а не в голом поле, нарядно и торжественно. Хотя и для открытой местности имеется вдосталь шанцевого инструмента, чтобы окопы вырыть, если приспичит. Ну и инженерные части, опять же со своим инструментарием, припасами и обозами организованы.

Никто меня не гнал вперёд два года с момента становления королём, но на всякий пожарный шведская армия подготовлена всерьёз. Так что в 1814 год вступаем и более-менее приемлемым флотом, и сухопутными силами. Недовольные же эмигрируют в Пруссию поближе к полковнику Густавсону, которым ныне служит в прусской армии бывший король Густав. Вроде оппозиция там собирается, чтобы когда-нибудь меня свергнуть и освободить шведский народ от диктатора. Терплю…

Бюджет наш выправился так, что нынешний новый год будем встречать с достойным профицитом, а верноподданные с довольными лицами, ибо жизнь на их взгляд наладилась. Да и так называемый «малошведский национализм» всё больше устаканивается на местах. Законы общие для всех, но вот местечковые дела решают всё-таки локальные власти, отвлекая столичных правителей лишь по очень серьёзным вопросам. Население невелико, поэтому не след отправлять указюки из Стокгольма в каждую деревню ради величия власти. Тем более, что и сам народ доверяет тем, кого отрядил ими же руководить на местах.

Даже новый бумажный риксдалер угомонился по отношению к по-прежнему самой стабильной валюте этого исторического периода – 5.5 риксдалера к фунту стерлингов. Общий доход в казну достиг тридцати миллионов из которых десять составили профицит.

– Херен, главное не стремиться к дополнительным расходам за счёт бюджета, – уговариваю министров не раскатывать губу на получившуюся прибыль, – не будем спешить израсходовать прибыль, как бы нам с вами этого не хотелось.

– Ваше величество, но может быть вернёмся к идее строительства канала из Балтийского моря в Северное?

– В ближайшие два года Европу ждут определённые изменения и нам пока лучше не спешить со столь серьёзным проектом. Лучше будем накапливать средства, дабы потом можно было профинансировать то, что окажется более важным со временем. Кроме того, не следует забывать об угрозах Дании, а заодно следить за аппетитами Пруссии, нацелившейся на нашу часть Померании.

Блин, никак не удаётся от этого неудобного придатка избавиться или выменять Померанию на что-нибудь более полезное.

В ноябре Аня родила девочку и мы опять возрадовались, назвав её Анастасией. Среди поздравительных адресов было послание даже от нового османского султана Мегмета Али Первого. Бывший торговец табачными изделиями оказался умелым и грамотным правителем, судя по результатам. Отказавшись от Балкан он не много потерял в финансовом плане, зато выиграл, сократив толпу казнокрадов и мздоимцев, жировавших в том регионе. Попутно ему больше не нужно содержать войска и полицейский аппарат в тех местах и больше нет головных болей от тамошнего населения.

Мало того, султан отрёкся и от идей влияния на Кавказе и в Закавказье и ныне строит мощную оборонительную систему, дабы защититься и от горских набегов и от персиян заодно. Армию модернизирует по европейски, по ходу дела отменив янычарский корпус и его принципы. Всё равно с теми же янычарами довелось воевать во время захвата власти, так чего их сохранять и лелеять?

Отбрыкавшись от Константинополя, Мегмет Али снял все головные боли с потугами прокормить и время от времени урезонивать мегаполис с полумиллионным населением и от случая к случаю происходящими там мятежами. Пусть теперь у французов об этом голова болит. Ну, а то, что многие жители Константинополя рванули подальше от «европейского управления» на восточный берег Босфора, так и эта проблема султана не встревожила. Мегмет Али резонно (в отличие от будущего Евросоюза) не стал материально и морально поддерживать массы беженцев, предоставив им обустраиваться, как Аллах пошлёт. Найдут себе место под солнцем среди местного населения – будет пища и кров, но не за счёт казны.

Другое дело – стройка века уже получившее название «Суэцкий канал». И акции компании по его строительству выпущены, и инженеры наняты, и проект размечается, и работники ждут, когда же их припашут… Англичане пока в сторонке стоят и покуривают нервно, зато французские банкиры вместе с русскими и шведскими инвесторами уже гордо похмыкивают, подсчитывая будущие доходы и выгоды от укорачивания пути в Индию и Китай. Чёртова Гондвана, зараза, не до конца отделилась от Лавразии и приходится своими руками исправлять сию геонедоработку.

В общем, как говорят на Востоке: «В Багдаде всё спокойно!». Это у персов началась эпоха гегемонии и потраты средств на великие достижения. Они и в Закавказье стремятся свои порядки устанавливать, и Афганистану указывают, как жить дальше (благо британцы временно отморожены и максимум ведут торговлю со своими кусочками Индии), и даже пытаются Средней Азией командовать. Однако блюдут священные права русских на часть земель вокруг Яксарта, уже хорошо освоенные и по-прежнему вооружённые.

А чего русским не держать там небольшое воинство, имеющее добротную новую артиллерию и новое казнозарядное стрелковое оружие, коли доходы от торговли обеспечивают и администрацию, и воинский контингент и ещё капают в русскую казну исправно. И товары ходят через них туда-сюда, ибо всем в регионе это выгодно. Главное, Петербург даже не пытается развивать экспансию по всей Средней Азии, а значит и контролировать всё и вся. Зачем тратить силы, деньги и жизни солдат там, где всё равно местные будут жить по своим правилам и в будущем отделятся? Непрактично…

Глава 26

Глава двадцать шестая

1814 год вроде достаточно мирно начался, так что особого ничего и не предвиделось. Подумаешь, тишком Дания с Пруссией начали свои секретные переговоры насчёт того, чтобы напасть на Швецию.

– Ваше величество, – доложил Густав Веттерстедт, отвечающий за внешнюю политику в нашей стране, – территориально пруссы претендуют на Померанию, а обе страны хотят победить лишь для того, чтобы получить солидную контрибуцию.

Это я уже знаю, ибо собственные шпионы доложили своевременно, но делаю вид как будто получил откровение.

– Я думаю, херре Густав, что мы отобъёмся своими силами. В крайнем случае, потеряем Померанию, которая и так является нагрузкой на бюджет. Вон, султан Мегмет Али отказался от Балкан и даже выиграл на этом.

Балканы в этот момент представляют собой кипящий котёл страстей и даже боёв. Французы лишь с северо-запада прихватили чутка земель и, кроме того, обустроились на берегах Проливов. Всё остальное получило освобождение и почему-то начало внутренние боевые действия во многих местах. Не знаю чем этнически отличаются болгары от румелийцев, но воюют друг с другом вовсю. Сами румелийцы, как оказалось, тоже разные: восточные – как бы болгары, а западные – скорее греки, хотя чёрт их знает. Вот и месятся между собой уже не первый месяц (тавтология при озвучивании, гы-гы). Сербы бьются с албанцами на пару с черногорцами и кое-что хотят отхватить у тех же болгар. Ну, а греки сцепились с западными румелийцами, как будто им есть что делить.

Вот так и вышло, что все жители полуострова дружно ненавидели осман и мечтали от тех освободиться, чтобы мирно жить-поживать себе в удовольствие. И затеяли междуусобицу, причём кровавую. Это у Мегмет Али всё наладилось и развивается, а в Европе почему-то многим уже неймётся. И всё базируется на том, что у Наполеона не осталось «общего врага», которого нужно немедленно покорить всеми силами (вооружёнными и мотивированными). Корсиканец погряз в проблемах разваливающейся, идущей на дно экономики. А что он хотел, если уже более миллиона французских рабочих рук разбросано по Европе, а кое-кто десятками тысяч служит солдатами за океанами (в Вест и Ост Индиях). Нечего было рабрасываться ради вселенских завоеваний.

Впрочем мне не до его проблем, так как в середине марта в гости прибыл Константин Первый Ганноверский с дружеским визитом. Естественно, что кроме официальных церемоний состоялась и частная тайная беседа.

– Денис Дмитриевич, – мы поддерживаем именно такой формат обращения друг к другу, – наслышан, что Дания и Пруссия собираются начать подготовку, чтобы объявить вам войну. Так почему бы нам с вами не упредить сие и не ударить с двух сторон по Дании?

– Это интересное решение проблемы, Константин Павлович, поделитесь тем, что вы задумали?

– Меня интересует герцогство Шлезвиг, а то и весь полуостров Ютландия. Вам же нелишним был бы остров Зеландия с Копенгагеном, чтобы взять под свой полный контроль пролив Эресунн и взимать там пошлину за проход кораблей. Тем паче, что вы усилите вход в Балтийское море в такой степени, что не могут себе позволить датчане.

В принципе, за громадьём завоеваний я не гонюсь, а от небольшой географической оптимизации не откажусь.

– Если провести сию военную операцию этой весной, то я согласен, Константин Павлович. Тогда Дания перестанет мечтать о многомиллионной контрибуции и не сможет помочь Пруссии в войне против Швеции.

– Денис Дмитриевич, с братом я согласую этот вопрос, но вот как отреагирует Франция? Вы не могли бы обсудить с Наполеоном, дабы он не противился нашим планам?

– Хорошо, ваше величество, я возьму на себя переговоры с французами.

Прикольно, но уже в начале апреля в Стокгольм прибыл французский фрегат с вооружённой до зубов охраной. Офицер, сопровождавший секретный груз, передал мне письмо от императора французов. Оно начиналось в достаточно фривольной форме «Мсье Денис…», то есть, именно так мы беседовали давным-давно, когда впервые встретились. Тут я столкнулся с откровением, которое изрядно меня удивило. «… я никому не могу доверять, кроме вас…» – речь шла о тревоге корсиканца по поводу его сына, трёхлетнего Жозефа Франсуа Бонапарта. Наполеон опасался смерти в результате какого-нибудь заговора или чего-нибудь подобного. «…Прошу вас принять финансы, которыми вы смогли бы поддерживать моего сына впоследствии…», «…прошу вас в моей просьбе не отказать, ибо рассчитывать мне более не на кого, а именно вы все эти годы проявляли себя верным другом на которого я могу рассчитывать…».

Оно, конечно, приятно, но зачем мне лишние хлопоты по финансированию маленького Габсбурга-Бонапарта? И почему корсиканец больше никому не доверяет? И вообще как он себе представляет сам процесс после своего изгнания (если таковое случится) или смерти? Какие австрийцы позволят мне передавать деньги наследнику Французской и Австрийской империй?

Впрочем я не стал излишне заморачиваться, принял одиннадцать миллионов фунтов золотом (в виде гиней, один лям предназначался мне за хлопоты) и отправил с офицером два письма. В одном, принял на себя обязательства, согласившись оставить всё в глубочайшей тайне, а во втором поделился планом нашей войны с Константином против Дании.

К концу апреля я получил из Парижа необходимый «одобрямс» о чём немедленно известил ганноверского короля.

За весенние месяцы я вычленил из Ревельской эскадры свои корабли, включая три ракетоносца и дюжину вспомогательных транспортных судов. Остальная часть флотилии теперь принадлежит ордену и мне больше не подчиняется. Кроме того, на воду были спущены и испытаны ещё три «спешных», имеющих название класса «свеа» и два ракетоносца. Таким образом к войне шведский флот был полностью обновлён, хотя и не впечатлял количеством: девять пароходофрегатов класса «свеа» и четыре ракетоносца. Транспортников хватало настолько, что можно за раз перевезти порядка сорока тысяч бойцов и две сотни пушек, плюс гору угля на угольщиках с паровыми машинами.

В общем, Ганновер и Швеция по-быстрому объявили войну Дании, что явилось сюрпризом для короля Фредерика Шестого и выдвинули условие. Если он в трёхдневный срок признает поражение, то просто, без крови, передаст нам свою страну, а сам может отбыть с семейством и преданными людьми и гвардией в Норвегию. И пусть оттуда правит Фарерскими островами, Исландией и даже Гренландией. Вместо контрибуции и репараций возьмём лишь Ютландию и острова и больше нам ничего не нужно, мы миролюбивые короли и сюсипусечки, ежели что.

Увы, датский король не согласился на приемленые в его дурацком положении условия, а заодно обратился к прусскому королю и французскому императору за помощью. По истечении трёх дней ганноверская армия под предводительством Кутузова вошла в Шлезвиг, а я со своими десантировался на юге Зеландии. Часть моего флота блокировала Эресунн, где подвергла мощному ракетному обстрелу датский флот, попытавшийся вырваться на просторы. Очень хорошо себя показали стальные орудия – снаряды на дальнем расстоянии без проблем пробивали борты и взрывались внутри. Враги просто не имели чем ответить, а численность не играла роли, когда к бойне подключились ещё и ракетоносцы.

Союзные сухопутные воинские группировки особого сопротивления не встречали, да и дульнозарядные ружья датчан заметно уступали в дальности и скорострельности нашим казнозарядкам. Превосходство в артиллерии сказалось практически сразу – ну не было у датской армии такого количества орудий и столь большого количества боеприпасов. Изрядное финансирование всегда побеждает любой героизм, да и подготовка у моих, как и у ганноверцев гораздо выше.

В итоге за несколько дней датские солдаты частично истратились, частично отошли в Копенгаген. Помощь Фредерику Шестому никто не прислал, поэтому он предпочёл сдаться выждав ещё десять дней. Видимо пожалел столицу и её жителей, избавив от войны. Через некоторое время в Копенгаген прибыл Константин и в середине июня датчане подписали Акт о капитуляции. Особых потерь мы не понесли благодаря превосходству в вооружениях и новой тактике ведения боевых действий. Где нужно кланялись и пулям, и ядрам, но старались вообще не подставляться, регулярно окапываясь.

Поразительно, но население Дании достаточно спокойно восприняло смену властей, а зная о том, как в Швеции заботятся о простых людях, жители Зеландии даже обрадовались завоеванию. Так что отречение от престола короля Фредерика Шестого особых эмоций ни у кого не вызвало даже в Копенгагене, а его аристократия покорно последовала за своим монархом в Норвегию. Туда же отправилась и гвардия, чтобы сесть на шею народа, свесив ножки. Чую, что норвежцы меня за это возненавидят, ибо от любви до ненависти сами понимаете…

Блин, теперь зеландцы сядут мне на шею, ибо это гораздо выгоднее им, чем чрезмерные налоги и поборы бывшего короля. А что, даже прикольно представить, как все скандинавы сидят на шеях тех, кто ими правит, ха-ха.

– Денис Дмитриевич, если вам понадобится помощь в предстоящей войне с Пруссией, то сразу сообщите мне. С удовольствием отправлю своих на очередную войну, а то они застоялись за многие годы мира.

– Благодарю, Константин Павлович, всенепременно воспользуюсь вашей поддержкой, коли она мне понадобится.

На самом деле, я хочу спровоцировать пруссаков на необдуманные поступки. У них относительно большая армия и есть даже купленная в разных странах фотилия, но всё это очень дорого им обходится в содержании. Мало того, поляки спят и видят когда же мы сцепимся в Шведской Померании, чтобы воткнуть пруссам нож в спину и попытаться отвоевать что-нибудь прибрежное. Если большое сражение случится, то под Штральзундом, где я всё укрепил ещё в прошлом году. Так что и их флоту моя береговая оборона навешает по самое огого, и пехоту будем нулить артиллерией, оставаясь за стенами, и стрелки станут отстреливать излишне приблизившихся, заодно повышая свои навыки. Остров Рюген, если что, также укреплён в слабых местах.

За спуском на воду линейного корабля «Эсте-1» (всем же понятно что в серии будут ещё и ещё, коли номер имеется) непосредственно наблюдали практически все главы дипломатических ведомств. Не то чтобы для них этот бронированный корабль является откровением, но хотелось лично поглядеть не потонет ли сие тяжёлое по определению судно. Правда непривычным было отсутствие самого нижнего ряда портов по сравнению с подобными монстрами. Впрочем корабль не сломался при спуске и его даже не перекосило, а достаточно нормально приводнился.

В принципе, о таких не только наслышаны за два последние года, но подобные уже заложили и строят все, кому хочется иметь преимущество на морях. Та же Франция затеяла дорогущий проект аж на семи лучших верфях, погрязнув по уши в расходах. Англичане пока строят лишь один такой, для пробы, а пруссаки затеяли сразу два, чтобы выйти в группу лидеров на морях-океанах. Не удивительно, что экономики держав взгрустнули и отчаянно похрюкивают от возмущения, но красиво жить не запретишь. Голландцы тоже решили отличиться и теперь встали в очередь за железом, как все порядочные покупатели. А так как для строительства любого корабля требуется огромное количество металла, то Россия и Швеция задрали цены на металлопродукцию ещё выше. Ну и на деловую кораблестроительную древесину тоже, тем более что в обеих странах в основном производят пиломатериалы, сократив эспорт необработанных материалов до минимума.

Так и получилось, что прусский король, раскрутивший армию и поднакупивший флот оказался в сложной ситуации. Огромные деньги вбуханы и продолжают вбухиваться в поддержание военных сил, а казна пуста. И неоткуда взять ещё и ещё, как только победить эдаким блицкригом какого-нибудь богатенького соседа, чтобы сразу решить все финансовые проблемы. Да, союзник потерян и новых не предвидится, но героизм и прочий орднунг истинно прусский, а значит непобедимый и непокобелимый. Да и настроение высших военных кругов бравурно-приподнятое, судя по статьям в газетах и разговорам в салонах.

– Господа, шведы не имеют нашего духа, а значит побегут в первом же сражении. Забрав Померанию мы просто высадимся на их территории и дойдём до Стокгольма. Их королишка-торговец сам предложит откупные, это в его духе.

Это полезно – подбадривать самих себя, позитивный настрой является залогом будущих побед. Любые сомнения прочь, ибо казна нуждается в мощной подпитке, а количество сухопутных войск и военно-морских кораблей превосходит подобное у противника. Мало того, можно вернуть на трон бывшего короля Густава и тогда вся экономика Швеции будет работать во славу и на пользу Пруссии.

Стимулы настолько сильны, что негоже откладывать военные планы в долгий ящик. В июле Пруссия объявила нам войну…