Текст книги "Госпожа Лидия (СИ)"

Автор книги: Малиновая Карамель

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 31 страниц)

– Я рада, что ты была там, Лидия. – окончательно перейдя на неформальный тон в общение, Санти подошла ближе и крепко сжала мои руки в своих. – Будь я там, застрелила бы её, не думая. – сиреневые глаза были полны боли и слёз.

– В первые секунды я так же думала. – мне казалось легко ей признаться в том, что хотела смерти Антессы. – Но потом я вспомнила похищенных детей. Если она причастна к этому делу, мы должны выяснить кто ей помогал и как они это организовали. И навсегда закрыть им эту возможность, чтобы никто больше не был похищен и продан в рабство.

– Ты очень мудра, Лидия. – глаза женщины напоминали цепкие когти орла, они впились в меня и, казалось, добрались до самой сути, и она ей пришла по душе. – Она позор всей планеты. Мы столько усилий приложили, чтобы женщин уважали, берегли и дети росли в безопасной среде. И что в итоге?

– Не вини себя, Санти. – Тиара, что до этого грелась в руках младшего мужа, господина Тисона, который сейчас не казался мне таким мрачным, как ранее днём, а скорее уставшим и морально выжатым, вышла вперёд, привлекая внимание всех в комнате. – Не бывает идеального государства. Всегда и везде будут те, кому не нравиться уклад общества, и они попытаются подмять его под себя. Наша цель, чтобы их было как можно меньше. Такую заразу надо быстро найти и вылечить. – самая милая и добрая из Верховных тоже сегодня выглядела иначе.

Она казалась уставшей начальницей, что получила нагоняй за проступок одного из сотрудников её отдела. Этот день оставит на каждом из нас свой след на долгое время. А ведь мы до сих пор не решили главный вопрос.

– Я с вами отчасти согласна. – пришлось вмешаться в беседу двух эрсхонок, так как это лучший момент для продвижения моей идеи. – Но я считаю, что в вашей системе был допущен огромный промах.

– В чём же? – без ожидаемой злости спросила Санти, скорее интересуясь, чем внутренне воспротивясь.

– Вы дали возможность женщинам безнаказанно творить ужасные вещи. – перед глазами снова всплыл подвал с цепями, два тела, когда-то прекрасных мужчин, ставших жалкими копиями себя старых, окровавленный нож у горла ребёнка и вооружённых мужчин, что не могли поднять бластер на женщину. – Многим и в голову бы не взбрело совершить преступление, но есть и те, кто не просто подумал, но и реализовал. И они совершили это легко и просто только потому, что были уверены в своей безнаказанности. – мне пришлось сглотнуть ком в горле, что мешал дальше говорить, но чувство давления не пропало окончательно. – Что может ожидать Антессу после всего случившегося? – мне было важно донести до Верховных мысль, что нужно ужесточить законы, предупреждая следующие инциденты с женщинами в роли преступниц.

Антесса должна стать примером для всей планеты. И лучше всего мы запоминаем именно ужасные события.

– Мы можем отослать её на остров, где она будет доживать остаток лет в полном одиночестве. – слегка задумавшись предложила свой вариант наказания Тиара, но я её неприлично перебила.

– То есть она лишила жизни двух мужчин, мучила их многие годы, и вы предлагаете ей отдых вдали от мира? – такой вариант меня не устраивал, слишком мягко.

Она должна была помучиться, быть прилюдно опозоренной и порицаемой.

– Мы можем изгнать её с Эрсхо раз и навсегда запретив ей появляться тут. – слегка изменила идею Тиары Санти, но я всё так же была недовольна.

– То есть отпустить её с миром, после всего случившегося? – я покачала головой, отбрасывая эту мысль. – Нет, она совершила преступление будучи здесь, из-за неё пострадали многие жители и она должна ответить перед ними.

– Мне кажется у тебя уже есть план, дорогая. – влез в нашу беседу прозорливый Эрим.

Всего несколько дней брака, и он знает меня лучше Кларин, с которой я знакома многие годы. Хотя, вероятно Верховная догадалась о моём плане, но не хотела озвучивать его сама.

– Да. – собравшись с духом, я на одном дыхании озвучила свои мысли. – Должен быть суд. Открытое слушание с телевещанием. На всю планету мы обвиним Антессу в преступлениях и признаем виновной. А после, – я на секунду смолкла, переживая, какую реакцию вызовут мои слова, – мы её казним.

Пара слов вызвали эффект ядерной бомбы. Все замерли в тех позах, в каких их застала моя фраза. Глаза у большинства стали как у сов, рты открылись, а бедная Тиара даже схватилась за сердце. Её муж придержал Верховную, помогая присесть на кресло у стены и подавая ей стакан с водой.

– Лидия, ты не шутишь? – первая пришла в себя Кларин, хотя в её голосе слышалось явное недоверие к услышанному. – Ты предлагаешь убить госпожу Антессу на глазах всей планеты?

– Не совсем. – постаралась подробнее объяснить им идею новой судебной системы. – Будет суд, на котором мы докажем её вину, обвиним в ряде преступлений и наказанием за них будет смертная казнь. Это не моё желание видитель её мёртвой, это последствие её решений. Никто не заставлял мучить мужей, убивать их и участвовать в похищении троих несовершеннолетних эрсхонок. – я была твёрдо уверена в своих словах и старалась передать эту уверенность всем остальным. – Если мы оставим безнаказанным эту ситуацию, то через год, два или десять столкнёмся с той же проблемой. Надо показать всем, что за такие проступки даже женщина понесёт наказание.

– Но это… – попробовала возразить госпожа Санти, но не смогла подобрать слов.

– Это правильно. Не важно кто: женщина, мужчина, эрсхонец или инопланетник – все должны соблюдать законы, один из которых гласит, что «жизнь за жизнь». Убив одного, будь готов умереть за это. – я стояла на своём, пытаясь донести до них свою позицию. – Если бы какой-то землянин убил любого жителя Эрсхо, его ждала бы смерть. Если бы меня убил прохожий, я хотела бы суда и должного наказания для преступника.

– Если бы тебя убили, я бы лично разорвал этого ублюдка. – зарычал Эрим, притягивая меня к своей груди, словно видел перед собой моего потенциального убийцу. – Я, кажется, понял твою мысль. Любая смерть – это потеря. Будут те, кто оплакивает жертву, кто хочет мести, и они не успокоятся пока не умрёт убийца.

– Да, я согласен с этим. – теперь и Тисон встал на нашу сторону. – Но это вызовет большой ажиотаж. За судом будут пристально следить и нам надо представить неоспоримые доказательства.

– Признание. – уловила его ход мыслей. – Антесса должна признаться в убийствах и прочих злодеяниях, тогда никто не скажет слова против казни.

– Я допрошу её. – Тисон шагнул вперёд, выпятив тощую грудь. – Поверьте мне, госпожа Лидия, в тайной канцелярии умеют выбивать информацию.

– Прошу прощения, но мне кажется, что именно я должна вести допрос. – решилась возразить ему, хотя не хотела новой встречи с Антессой, считая, что желание разорвать ей горло слишком заманчиво.

– Но почему? – удивлённо приподняла тёмные брови Кларин.

– Она ненавидит меня. С первого взгляда. – я вспомнила тот момент, когда спустилась в подвал и впервые пересеклась с ней взглядами. – А после того, как я подстрелила её, думаю ненависти меньше не стало.

– Так почему ты думаешь, что она будет с тобой разговаривать? – не понимала моей логики госпожа Санти.

– Потому что разум притупят чувства. – принялась объяснять. – Уверена, она захочет меня унизить, задеть…

– И тогда расскажет про свои дела. – закончила мою мысль Верховная, щуря сиреневые глаза. – Тогда с тебя признание, а мы организуем судебное заседание. Нужно подготовить СМИ и выбрать тех, кто будет заседать в присяжных. Многие, узнав о первом суде против женщины на Эрсхо, захотят войти в историю. – она запустила руку в светлые пряди, дёргая их у корней, явно демонстрируя своё волнение и страх.

– А что будет с мальчиком? – вспомнила про сына эрсхонки. – Если Антессу осудят и казнят, кому достанется опека?

Как ребёнок, росший без родителей в приюте, я понимала, что это не такая уж ужасная перспектива. У меня были друзья, добрые педагоги, парни. Тем более на Эосхо совершенно инное отношения к детям, чем на родной планете. Но часто по ночам я мечтала о семейном уюте, поддержке и заботе.

Когда в школе задавали сочинения по типу «за что я люблю маму?», «семейные праздники» или «кем работают твои родители», я всегда забывала тетрадь и получала за это «двойку». Делала вид, что мне абсолютно наплевать, хотя на деле у меня ныла душа, обливаясь кровавыми слезами.

Думать о том, что этот ангел с большими напуганными глазами будет в похожей ситуации не хотелось. Возможно у него есть дядя или тётя, готовые приютить мальчика.

Тисон взял папку с личными делами Антессы и её мужей и тут мне пришла в голову идея. Кто как не родные и близкие помогут, даже в преступных делах?

– А что, если Антессе помогала родственница или близкая подруга? – посмотрела в тёмно-синие глаза главы тайной канцелярии. – Мог ли кто-то скрыть информацию о том, что её сын не проходил медосмотры?

Тисон не стал спорить со мной, а просто начал проверять информацию в документах.

– Госпожа Антесса не имеет близких родственников. У её старшего мужа нет близких родственников. – он зашуршал бумагами и вскоре его лоб прорезали горизонтальные морщины. – У Лейха, её второго мужа, есть брат. Он работает в больнице в детском отделение, медбрат.

– Надо допросить и его. – понимая, что зацепилась в верном направление я продолжила. – И близких подруг Антессы. Уверена, у неё должны быть единомышленницы, те, кто верит в свою исключительность и презирает мужчин. – я начала нервно шагать по комнате, вцепившись ногтями в локти, сдерживая внутреннюю дрожь. – Надо искать среди её коллег или знакомых тех, чьи мужья редко появляются на публике. Если такие есть, то действовать надо без промедлений.

– Она права. – Кларин, как и я, понимала масштабы бедствия. – Если будет хоть намёк на то, что они насильно удерживают мужей, истязают их или детей, помещать под стражу, без права посещений и вызова защитника.

Одна слетевшая с рельсов эрсхонка – это позор, но вот несколько женщин, почти группировка в центре планеты, в столице, под носом у трёх Верховных – это катастрофа. И если я права, то нельзя увеличивать число убитых.

– Если мы будем проверять все контакты госпожи, кому доверить Искана? – растерянно захлопал глазами обескураженный нашими с Кларин идеями Тисон.

Вот как его зовут… Искан.

– Что значит его имя? – не знаю зачем спросила у мужа.

Тот странно потупился, прежде чем тихо ответить:

– «Чужой сын». – он не смотрел мне в глаза, словно ему было стыдно за это имя, хотя он не имел отношения к его выбору. – Так раньше называли инопланетников, что оказывались на Эрсхо случайно, без злого умысла.

– Выбрав такое имя, она показала своё отношение к собственному ребёнку. – Санти не стеснялась смотреть прямо на меня. Вся её поза, голос и мимика говорили о гневе и отвращение. – Наверное она мечтала о девочке, но оставила сына, чтобы манипулировать мужчинами. Ни один эрсхонец не дал бы причинить вред ребёнку, тем более родному сыну. – из её глаза скатилась слеза, одна единственная, которую та резко стёрла рукой, словно её и не было.

Но она была. И я её видела.

Если раньше я воспринимала подруг Кларин как суровых женщин, что держат на своих плечах огромный груз ответственности и не морщатся, то сегодня я увидела реальную картину. Госпожа Санти и Тиара были обычными женщинами: эмоциональными, живыми и печальными в эту минуту.

Их не беспокоило, что подумают о них другие, они переживали за граждан своей планеты, за благополучие всех. И винили себя из-за гибели двух мужей Антессы. Из-за того, что придётся её убить и оставить Искана сиротой.

– Кроме брата одного из мужей, есть ещё кузина старшего мужа. – не акцентировал внимание на слабости Верховной Тисон, снова зарывшись в документы. – Она живёт в другом городе, у гор и ведёт фермерское хозяйство. По документам у неё две взрослые дочери, трое мужей и все они помогают на ферме.

Я сама не заметила, как скривилась, словно съела половину лимона за раз. Я не против тех, кто отдавал предпочтение уединению, сама такая, но вот тех, кто фанател от сельского образа жизни, где надо вставать с петухами и идти кормить скот, а после пахать в поле, я совсем не понимала. И такие семьи, как описал глава напоминали старые американские кланы, где детей с детства учили доить коров и пасти лошадей.

Наверное, моё недоверие к этому образу жизни связанно с моим детством, далёким от семейной идиллии, но представлять кроху Искана в этом фермерском клане я не хотела.

– Нужно и их проверить на наличие плохого обращения к мужьям. – скорее из вредности и внутреннего противоречия, чем из разумности предложила. – Там три госпожи, сестра Ааруса и две её дочери. Нужно проверить каждую и пока не будет подтверждена их непричастность Искан будет находиться в столице под опекой государства.

Я знала, что не имею права распоряжаться жизнью чужого ребёнка, но после всего случившегося я не могла бросить его на произвол судьбы.

– Ты права, милая. – Кларин шагнула ко мне, обнимая за плечи, выказывая свою поддержку. – Мы позаботимся о мальчике, никто не даст его в обиду.

Мне хотелось ей верить. Если не ей, то кому.

Вторые руки обняли меня за талию, и я поняла, что кроме Кларин у меня теперь есть ещё несколько родных душ.

– Сейчас с ним Бахум. – глубокий голос Эрима проникал глубоко в моё нутро, согревая изнутри. – Уверен он сможет справиться с ребёнком, отвлечь его от мрачных мыслей, пока мы будем допрашивать госпожу Антессу.

– Тогда пока оставим этот вопрос. – подвела итог Санти, обретя вновь душевное равновесие. – Прежде чем решать кому перейдёт опека над Исканом надо лишить Антессу прав на него. А для этого доказать её вину.

– Этим я и займусь.

У меня теперь была ясная и чёткая цель – заставить эрсхонку признаться во всех грехах, чтобы обезопасить Искана.

«Какое ужасное имя, оно ему не подходит.»

Приняв решение, мы разошлись. Я, Эрим и Тисон пошли к допросной, а Верховные в сопровождении своей охраны пошли общаться с представителями местного телевидения и готовиться к самому масштабному суду за всю историю планеты.

Глава 9

Слова со смыслом:

«Я не доверяю людям, которые знают, чего хочет Бог, ибо, странным образом, это всегда совпадает с тем, чего они сами хотят» Сьюзен Энтони

В допросной комнате сидела Антесса, потерявшая всю свою элегантность и высокопарность. Чёрные волосы напоминали воронье гнездо, глаза бездумно бегали по скромному оснащению комнаты, её персиковое платье заменили на тёмно-серые тряпки, которые носят заключённые в процессе отбывания своего срока. В отличие от привычных лифов и юбок, которые носят женщины, на Антессе были грубые штаны и футболка с коротким рукавом и неглубоким треугольным вырезом горловины.

Наверное, это связано с тем, что ранее не было осуждённой преступницы-женщины, которая должна была надеть эту форму. Но времена меняются.

«Не всегда за счастье быть в чём-то первой». – рассуждала я, наблюдая через экран за Антессой.

– Госпожа Лидия, вы уверены, что хотите самостоятельно вести допрос? – голос Тисона был тих и спокоен, но под спокойствием чувствовалось напряжение. – Я могу сделать это вместо вас.

Мы стояли в просторной комнате с диванами, в окружении десятка голографических экранов, транслирующих допросную и ещё пару помещений. Недавно сюда зашла милая девушка, судя по цвету волос плутонеанка, и принесла нам ягодный напиток в высоких стаканах, к которому мы так и не притронулись, вглядываясь в женщину на экране.

Эрим сидел в глубоком кресле и не вмешивался в наш диалог с мужем госпожи Тиары, но его молчаливое присутствие отдавалось теплом в груди. Мне была приятно, что я не одна на один с проблемой, а есть надёжная опора.

Он уговорил меня переодеться, так как моя одежда была пропитана запахом подвала, пятнами грязи и крови. Помогла мне в этом та самая плутонеанка, принеся со склада мой размер одежды.

Сейчас я выглядела как настоящая сотрудница стражи. Багряная форма с золотым геометрическим узором по краю юбки и лифа отличалась от обычной одежды наличием светло золотистой мантии до середины бедра без рукавов с нашивкой в области сердца, напоминающей обруч, пронзённый стрелой.

Волосы я расплела, и теперь они почти сливали с цветом одежды.

– Не переживайте, господин Тисон. – понимая, что его предложение вызвано желанием снять с меня груз ответственности и помочь избежать неприятного разговора. – Я контролирую себя и не вырву ей волосы, как только войду в допросную.

– И на сколько вас хватит? – поняв мою шутку, Тисон усмехнулся, отворачиваясь от экрана и смотря на меня со смесью уважения и удивления. – Вы смотрите на госпожу Антессу как голодный зверь на кусок мяса. Мне кажется, что стоит оставить вас наедине, у меня возникнет огромная бумажная волокита.

– В связи с чем? – не смогла не наступить в расставленную им ловушку.

– Ну, вы же либо убьёте, либо покалечите обвиняемую прямо в здании содержания особо опасных преступников. – явно подначивал меня на эмоции мужчина, чтобы отстранить от допроса Антессы, но он плохо меня знал.

– Значит я в любом случае буду победительницей в битве.

Тисон рассмеялся. Вот реально, по-настоящему. Этот соляной столб, холодный как лёд Антарктиды, мрачный словно Бэтмен умеет смеяться.

Я посмотрела на мужа, ища в нём подтверждения того, что мне не мерещится хохочущий глава тайной канцелярии. Но Эрим тоже был сильно удивлён реакции Тисона на мой ответ.

– Прошу прощения, госпожа Лидия. – отсмеявшись мужчина продолжил улыбаться, глядя мне в глаза. – Я просто много слышал о вас, но не совсем верил в это. А сейчас понимаю, что всё сказанное о вас настоящая правда, что удивляет.

– О чём вы? – вспоминая все слухи обо мне, что я мельком слышала, испугалась реакции мужчины.

– Вас описывали как суровую леди со стальными нервами, которая не боится препятствий, а смотрит им в глаза. Говорили, что рядом с вами не страшно идти и в адское пекло. – медленно и со смаком перечислял тихим спокойным тоном Тисон, а я внимательно слушала, ожидая того злосчастного «но», которое перечеркнёт всё приятное из услышанного. – И даже в такой ситуации вы готовы с холодной головой разговаривать с той, кто вам неприятен.

– Больше, чем неприятна. Она мне омерзительна. – пришлось прервать его хвалебную речь, которая грозила затянуться.

День вышел длинным и тяжёлым на эмоции, и всё о чём я мечтала, это оказаться в своей кровати, вместе с моими мужьями, чтобы проспать пару дней кряду.

– Я бы с удовольствием променяла бы беседу с ней на что угодно, господин Тисон, но не смогу спокойно жить, зная, что могла уличить её в преступлениях, но не сделала этого.

– Моя жена точно олицетворяет богиню Стефилию. – по-доброму подмигнул мне Эрим. – Прекрасная и непоколебимая в своих решениях.

Характеристика очень порадовала, но и смутила одновременно. А ещё меня не в первый раз сравнивают с богиней правосудия. Да, мы с ней немного похожи внешне, но не прям сильно, чтобы нас всё время сравнивали.

– Что ж. – откашлялся Тисон. – Раз я не могу вас отговорить, то пожелаю удачи и лишь сообщу, что разговор будет записан и, если она, – он указал подбородком на изображение допросной, – взбесится и кинется на вас мы ворвёмся и скрутим её.

Мне была приятна их поддержка, но я почему-то знала, что она не будет нападать на меня физически, скорее постарается ранить словесно. Но и я могу ответить ей тем же.

В комнату вошёл высокий седой эрсхонец с волосами забранными в конский хвост на темени. Одет он был в форму городской стражи, которая только подчёркивала стать и мощь его фигуры.

– Господин Тре́шер проводит вас до допросной и будет стоять за дверью. – представил мне эрсхонца Тисон, тоже с уважением оглядывая высокого мужчину. – Не переживайте, он опытный воин с отличной реакцией. Если возникнет опасная ситуация, он встанет на вашу защиту. Мы с вашим мужем останемся тут и будем следить за ходом допроса через экраны. – он подошёл ближе и немного неловко положил руку на моё плечо, сжимая его в ободряющем жесте. – Госпожа Лидия, будьте осторожны.

– Благодарю, господин Тисон, но не мне нужно волноваться, а ей. – я кивнула на экран, где в допросной сидела женщина, вызывающая во мне только негативные чувства.

Я послала Эриму ободряющую улыбку, показывая, что со мной всё хорошо и ушла вслед за Трешером. Он повёл меня по узким серым коридорам, наводящим на мысли о тюрьме.

Шли мы меньше пары минут и остановились перед чёрной дверью из металла, без привычных узоров и вензелей. На ней просто висела таблица на всеобщем космическом «Допросная №3».

«Интересно, почему не №1?» – подумала я, стоя перед дверью и успокаивая дыхание. Не то чтобы дойти было тяжело, и я запыхалась. Нет. За короткое расстояние до допросной я успела вспомнить события этого дня: завтрак с мужьями, беседу с Верховными о моей работе и об улучшении системы безопасности в городах, перепалку с рабом у туалета, а после и встреча с Ааурсом…

Тут сердце болезненно сжалось. Я видела его всего два раза, и во второй раз он уже был мёртв. Он обратился за помощью не к кому-то, а ко мне. Не знаю почему, но я не смогла оправдать его доверия. Я не успела спасти мужчину, только его сына.

– Госпожа? – голос Трешера долетел до моих ушей как через очень толстый слой ваты.

В одно мгновение мои ноги потеряли твёрдость, и я начала заваливаться назад. Вероятно, меня ждала серьёзная травма головы, ведь упасть на каменный пол с высоты моего роста и приложиться затылком весьма болезненно, но реакция эрсхонца спасла меня.

Я почувствовала на своём теле крепкие руки, и следующий миг уже смотрела не на сероватый потолок с редкими вкраплениями светящихся кристаллов, а в его перепуганные болотно-зелёные глаза.

На миг всё перед взором побледнело, а потом картинка резко сменилась, будто переключили канал телевизора.

Я оказалась лежащей на удобном узком диване с высокой спинкой и подлокотниками посреди абсолютно белой комнаты. Никаких предметов мебели кроме моего дивана тут не было.

«Что случилось? Я упала в обморок и меня принесли в медпункт?»

– Нет, Лидия. – женский холодный, словно лёд, голос раздался как будто в моей голове. – Ты в месте, куда очень редко попадают живые. Это повод для гордости.

В поисках источника голоса, я резко обернулась, но за моей спиной была лишь голая стена. Стараясь подавить панику, я медленно вернулась в изначальное положение, но замерла. Прямо передо мной стояла богиня.

Я сразу узнала её, ведь нас так часто сравнивали. Рыже-красные волосы спускались ниже бёдер волнами, зелёные глаза, сверкают как у кошки в темноте. Она стояла в паре метров от меня, и я чувствовала запах как после грозы.

На ней было привычное для эрсхонок одеяние: пара лифов и юбка до пола с разрезом на бедре. Всё белое, как и вся комната. Лишь её золотистая кожа и волосы, выделялись на этот фоне. И украшения. Их было очень много: вся шея в золотых цепях с вкраплениями изумрудов, на запястьях по десятку браслетов, на пальцах кольца с крупными камнями. Даже в голом пупке блестит изумрудик.

«Как нас могли сравнивать? Ведь я и на сотую долю не такая величественная и красивая, как богиня Стефилия.»

– Ты узнала меня. – не спросила, а утвердила богиня, так и не разомкнув губ. – Не зря ты стала официально зваться «госпожой».

– Богиня. – я встала на колени и низко склонила голову, приветствуя её.

– Не нужно, у нас не так много времени. Тут нельзя задерживаться живым. – странные фразы Стефилии пугали больше, чем сам факт моего общения с небожительницей.

Я не была атеисткой. На Земле я почти не ходила в церковь и даже, когда было тяжело, не просила Бога о помощи, а сама действовала, рассчитывая на себя и свои силы. Будучи на Эрсхо, я изучила местный пантеон, и структуру веры.

У эрсхонцев было больше сорока богов, каждый из них отвечал за свою отрасль. Так, например Стефилия была богиней правосудия. Когда шёл судебный процесс, судья сначала обращалась к богине, а после начинала вести процесс, получив благословение от неё. И, если обвиняемый верил в свою невиновность, он мог просить божественного суда.

Суть состояла в том, что надо встать перед статуей богини под меч, и громко произнести, что ты невиновен. Если это правда, статуя оставалась неподвижна, а если ложь, то она словно оживала и отрубала лжецу голову.

Потому не верить в богов, что следят за жителями планеты, было невозможно, когда они буквально приходили на зов. И это касалось не только Стефилии, но и других богов.

– Я призвала тебя с единственной целью. – эта фраза побудила посмотреть на богиню прямо, хоть я и боялась её величественной фигуры, что словно озарялась солнечным светом, которого не было в пустой комнате без окон. – Чтобы ты не корила себя за смерть Ааруса и Лейха. Они сейчас в лучшем месте и не знают боли и страданий.

– Мне тяжело принять это. Аарус пришёл ко мне за помощью, а я не смогла его спасти. – казалось я не могла лгать, глядя в зелёные кошачьи глаза богини. – Если бы я поспешила, не ждала одобрения от Верховных и господина Тисона. – корила себя, изливая ей свои сомнения.

– Ты всё равно не спасла бы их. – сбоку раздался более низкий и шипящий голос.

Оглянувшись, я увидела фигуру в чёрном длинном кожаном плаще. Капюшон скрывал голову, лишь длинные каштановые пряди у лица спускались на голую грудь. Я не видела его лица, только длинную линию шеи и острый подбородок. На нём почти не было одежды, лишь плащ, кожаные штаны с большим количеством горизонтальных прорезей и тонкие чёрные ремни, что крест-накрест пересекали худую грудь.

От него исходил почти ощутимый холод, как от морозильной камеры, и мне бы стоило его бояться, но почему-то я не чувствовала страха.

– Босса́р. – поприветствовала мужчину богиня и я поняла кто заглянул к ней в гости.

Бог смерти. Старший муж богини Аль, самой почитаемой из всех богов Эрсхо.

– Я услышал, что ты притянула к себе инопланетную душу, вот и решил взглянуть. – он шагнул ближе и остановился буквально в паре шагов от меня.

– Она давно уже эрсхонка. – голос женщины зазвенел от гнева. – Пусть и не по крови, но по духу.

– Хорошо, хорошо. – поднял он руки, словно сдаваясь перед угрозой в лице рыжей богини, хотя ему и не стоило бояться.

Согласно местной вере, именно Боссар забирал умерших и решал их дальнейший путь: райские кущи, адское пекло или перерождение. В последнем случае, Аль забирала у мужа душу и подыскивала ей новую семью, помогала родиться вновь. Кроме того, она приглядывала за нами всю жизнь, особенно за женщинами, ведь они обладали даром дарить жизнь.

А кроме жизни, она носила титул богини брачных уз. Именно в её храме принято связывать себя узами брака.

– Но я говорю правду. – он присел на диван и погладил соседнее место, намекая и мне встать с колен и сесть рядом. Я не могла не послушаться его. – Аарус и Лейх погибли за час до твоего прихода. Как только Антесса вышла с работы, ей сообщили о том, что её муж был во дворце и виделся с тобой. Даже тут, в обители богов, знают твою репутацию, что уж говорить о столице. Она убила Лейха на глазах Ааруса, чтобы он мучился совестью. – голос мужчины был всё также ровен и холоден, но мне показалось, что он в ярости. – Возможно убила бы и сына, но вы ей помешали.

– Она надеется, что никто не тронет её, раз она родилась на Эрсхо, и с детства воспитывалась как госпожа, как драгоценность. – заговорила Стефилия, присаживаясь по другую мою руку. – Думает, что убийство двух мужчин сойдёт ей с рук. Ф! – яростно фыркнула она, закинув нога на ногу и, посмотрев на меня, хитро, по лисье, прищурилась. – Но всё будет абсолютно не так, правда, Лидия?

– Я не позволю ей избежать суда. – хоть и было страшно заговорить в такой компании, но они явно ждали моих слов. – Несмотря на её расу и пол, она будет судима по всей строгости закона.

– Так и должно быть. – закивала богиня, отчего зазвенели многочисленные цепочки и браслеты на ней. – И не только она, но и все причастные к этому беспределу. – она подняла руку на уровень моего лба и коснулась лишь кончиком пальца.

Всего миг, а мою голову заполонили картинки. Тысяча фрагментов, голосов и лиц. От этой каши меня замутило, желудок буквально сделал сальто в животе, но я сдержала все порывы, лишь громко и хрипло задышала, как загнанная лошадь.

Было весьма болезненно перенять каплю божественных знаний, но я была весьма благодарна за это. Сейчас я прекрасно осознавала кто и как участвовал в преступлениях Антессы. К моему разочарованию, было много лиц, вовлечённых в эти дела, и многие из них шли на сделку по своей воле, находя для себя выгоду. Другие же, просто не могли отказать, опасаясь за свою жизнь или близких существ.

Мне предстояло вскрыть правду, какой бы неприглядной она не была. И судить многих…

Надеюсь, Кларин и остальные мне помогут.

– А с виду она не такая крепкая. – услышала краем уха слова Боссара.

– Не зря нас так часто сравнивают. – усмехнулась по-доброму богиня. – Теперь ты знаешь всю правду Лидия. Твоя задача рассказать её всем и предотвратить повторение этой трагедии. Мы возлагаем это на твои плечи.

– Чтобы ты могла приступить к миссии без боли в сердце, я сделаю то, что никогда не делал. – Боссар встал с дивана и протянул мне ладонь, предлагая идти с ним.

«Такое предложение от смерти воплоти не кажется заманчивым.»

– Не бойся, сегодня ты не умрёшь, Лидия. – видимо услышал мои нелестные мысли бог, но не обиделся, а попытался успокоить. – Я просто покажу тебе то, ради чего ты будешь исполнять нашу волю. – он терпеливо ждал, когда я возьмусь за протянутую ладонь.

Его слова напугали и заинтриговали одновременно, потому я, напоследок обернувшись на Стефилию и заметив едва заметный кивок, приняла предложение бога смерти и стоило крепко взяться за его руку, как я оказалась совершенно в иной комнате.

Видимо ранее я была в гостиной богини справедливости, а сейчас в гостях у смерти. Чисто мужской дизайн: Кожаные диваны с резными деревянными ножками, зажжённый камин, на полке над ним стеклянные фигуры, наверное, памятные вещи. Чуть выше каминной полки картина с лесным пейзажем с парой зверей, напоминающих оленей. Перед камином шкура дикого зверя, которого я не смогла опознать. И опять никаких окон и дверей, лишь стены, в этот раз из деревянных панелей с большим количеством трофеев: головы животных, ружья доисторического образца, арбалеты и современные бластеры особой серии, в стеклянных контейнерах.

– Присядь, а я приведу того, ради кого мы и пришли. – всё более таинственнее говорил бог смерти. – А после ты отправишься обратно на Эрсхо. Всё же тут тебе не место. – не могла с этим не согласиться. – Пока что… – последняя фраза заставила все мышцы закаменеть, а сердце забиться с утроенной силой.