Текст книги "Госпожа Лидия (СИ)"

Автор книги: Малиновая Карамель

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 31 страниц)

– Ещё пожелания, вопросы? – по-деловому закинула ногу на ногу Санти, показав свои длинные с безупречной кожей ноги, обвитые тонкими синими лентами до колен. – Если нет, то давайте вернёмся к твоим будущим обязанностям. – она перевела свой взгляд на меня. – У нас накопились письма и нужно, чтобы их разобрали в ближайшие дни. Есть стандартные ответы, мы их тебе предоставим, но поверь мне на слово, ты будешь их использовать очень и очень редко. – она начала теребить кончик косы, задумчиво кусая губы. – Требуется индивидуальный подход ко всем делам, Лидия. Но в то же время ты должна понимать собеседника на расстояние, не видя его, не слыша.

– Не всегда это получается. – Тиара потёрла виски, словно у неё начиналась мигрень. – В прошлом мы несколько раз ошибались. Давали возможность девушкам попасть на планету, предлагали им защиту и дом. Они нагло врали о причинах, заставивших их написать нам. Всё что они хотели: власти, денег и беззаботной жизни.

– И это не худший вариант. – вступила в разговор Кларин, злобно цокнув языком. – Последняя девушка с Марса была чокнутой садисткой и мечтала о гареме, который будет лизать ей пятки, а она сможет резать их ножом за любой намёк на ошибку. – Кларин была в гневе, казалось её алые глаза наполнились пламенем, чтобы спалить ту дуру, что посмела их обмануть. – Но в письме она писала настолько трогательно и печально, что у нас не было сомнений в её искренности, пока не увидели её вживую. Она сразу начала качать права, требовать себе дом побольше, мужей побогаче и рабов покрасивее. Стерва. – подытожила свой рассказ Верховная, едва ли не сплюнув на пол от отвращения.

– Потому ты должна понимать, Лидия, что твоя работа не закончиться на ответном письме. – Санти говорила твёрдо, уверенно, но в то же время с каким-то сожалением. – Каждая девушка после прилёта на Эрсхо должна пройти личное собеседование сначала с тобой, а после с кем-то из нас, если ты посчитаешь её достойной.

– А если я, прочитав письмо, заподозрю девушку в лжи? – начала вникать в суть моей работы.

– Тут тоже бывают промашки. – уважительно закивала Санти, видя мою заинтересованность в этом вопросе. – Потому у нас есть несколько способов проверки таких личностей. Самый простой – соцсети. Наш отдел информации взломает любой аккаунт на любой планете за несколько часов. Но есть те, кто не ведут публичных страниц, или они и вовсе не в почёте на планете. Тогда мы засылаем одного из агентов тайной канцелярии для проверки и доклада. В случае подтверждения данных, он поможет организовать побег, если же выясниться обман, просто сделает отметку.

– Отметку?

– У нас есть система. – продолжила рассказ Тиара. – Её разработал Тисон. Когда мы помогаем реальным девушкам в беде, то собираем с них всю информацию о близких и тех, кто за ними может прийти. А также знают ли они ещё кого, кому требуется наша помощь. Всё это вноситься в систему. Но, – она подняла вверх палец, привлекая к себе всеобщее внимание, – есть отдельный список для тех, кто нас обманул. Таким нельзя посещать Эрсхо и наши планеты-колонии даже на испытательный срок.

– И с недавнего времени появился ещё один список, его предложила Ниса. – услышать имя Фанисии в разговоре о спасение рабынь или просто несчастных девушек было неожиданно, всё же она палач, а не спасатель. – Он для тех, кто причинял боль спасённым. Их близкие родственники, мужья, работодатели или владельцы. В случае если они попадут на Эрсхо, их ждёт казнь.

Вот теперь пазл в голове сложился: Фанисия, она же карающая рука Верховных, и моральные уроды, что мучали женщин, что им пришлось бежать на другой конец Вселенной за защитой.

– Я поняла. – теперь моя работа не казалась такой лёгкой, как я думала. – Я буду старательно разбирать все письма, прежде чем принять решение.

– Ты всегда можешь обратиться к кому-то из нас за советом. – великодушно предложила Тиара и мне действительно было приятно, ведь они и так заняты по горло, но готовы обучить меня. – Вижу ты уже выбрала себе помощника? – она посмотрела на Каэстра, что старательно изображал элемент декора, но с большими ушами. – Мы думали предложить тебе кого-то из наших рабов, на первое время, но, если ты уже определилась с выбором, мы не будем против.

– Но всё же проверим его на наличие тёмных пятен в прошлом. – проснулся в Кларин параноик. – Работа на Верховных обязывает, ничего личного, Ди. Даже твоё личное дело было поднято, когда мы предложили тебе должность.

– Вау. – этого я не знала и была неприятно удивлена.

Мне казалось, что близкая дружба с одной из трёх Верховных приравнивается к рекомендательному письму при трудоустройстве на высокий пост, но видимо этого всё же мало.

– И с моей биографией всё нормально? – понимая, что моё прошлое не назовёшь светлым и благополучным, я всё же решила спросить их, надеясь, что они не будут подробно расписывать все этапы моей жизни, так как мужья пока не в курсе всех подробностей.

Я не собиралась скрывать это вечность, просто не находила подходящего момента. Я всего пару дней как замужем, как-то неудобно говорить мужьям о том, что тебя похитили, продали в рабство и ты с трудом сбежала, а после долгое время боялась собственной тени.

Возможно, через месяц другой я смогу открыться им полностью, но пока решила не лесть в это болото.

– У всех есть прошлое, Ди. – поняв моё волнение, Кларин взяла на себя смелость ответить на мой вопрос. – Твоё не такое компрометирующее, как ты думаешь. Просто оно есть. И оно даже стало преимуществом, когда мы обсуждали твою кандидатуру.

– Да, – оживлённо закивала Санти, – твой личный опыт должен помочь в принятие решений касательно помощи девушкам, да и опыт спасателя сыграет тебе на руку.

Мне было достаточно такого объяснения, потому я решила перейти на другую тему.

Мы начали обсуждать документооборот, график работы, все прелести трудового договора, вроде медобследования, отпуска и всяких других плюшек.

В это время мои мужья ушли на знакомство с господином Тисоном, а я и Верховные мило беседовали за лимонадом и невероятно вкусными и пышными вафлями. Моими фаворитами стали шоколадные с карамельным сиропом и дроблёнными орешками. Я съела аж семь штук и выпила три кружки.

Не удивительно, что после всего этого я захотела в туалет.

– Прошу прощения, Верховные. – чувствуя сильный позыв, я прервала рассказ Кларин о новом законопроекте. – Не подскажите, где тут уборная?

– О, не далеко. – Тиара потянулась за маленьким колокольчиком, чтобы позвать раба. – Как выйдешь, поверни направо и через три двери будет уборная. – в двери вежливо постучавшись зашёл совсем юный на вид эрсхонец с тёмно-русыми кудряшками и серо-зелёными глазами. – Ило́зум тебя проводит.

– Благодарю. – встав с дивана, я пошла на выход, стараясь не показывать своего нетерпения.

А раб словно в насмешку не спешил, а шёл плавно и тягуче, как капля мёда. Когда же я оказалась у заветной двери с красивой табличкой «Дамская комната», Илозум попытался пройти вслед за мной, когда я прошла в комнату.

Когда я возмущённо пискнула «Куда?!», он подпрыгнул как заяц, уставившись на меня широко открытыми глазами.

– Госпожа? – явно не понимая почему я на него накричала, раб рухнул на колени, пряча глаза.

Я и забыла, как выглядит реакция послушных рабов при намёке на оскорбление госпожи. Мои рабы никогда не стелются передо мной, только если у нас в гостях Кларин, тогда они образцы идеальных мальчиков. В остальное время они ведут себя обычно, просто уважительно относятся ко мне и выполняют мои поручения, а теперь тоже относится и к моим мужьям.

Но иногда, кто-то из них косячит и когда я в гневе, они на каком-то инстинктивном уровне падают на колени и склоняют голову, словно животное, которое показывает перед сильным самцом уязвимое место, загривок. И если местные воспитывались в такой среде и с детства видели поведение рабов, то откуда мои инопланетники, которых пленили и насильно отдали в рабство, настолько хорошо знают местный этикет?

Секрет в том, что всех рабов инопланетников пропускают через несколько жёстких процедур. Их чипируют и надевают специальные ошейники, что не дадут покинуть планету или нарушить её законы, и потому им за короткий срок читают лекции по законодательству Эрсхо и о местных традициях, а после экзамена их уже отправляют на рынок.

– Я и без тебя справлюсь в уборной. – строго отчитала его, хотя и понимала, что он просто выполняет приказ госпожи и не хотел меня никак задеть. – Подожди меня тут, чтобы проводить обратно в комнату к Верховным. – захлопнула перед его носом дверь, что весьма грубо с моей стороны, но так как мочевой пузырь давит на все органы, грозясь устроить незапланированный фонтан посреди коридора, я имела на это право.

Как и всё во дворце, туалет напоминал неплохую двухкомнатную квартиру на Земле. Первая комната вмещала две большие раковины с овальными зеркалами в резной раме с цветочными узорами, напротив зеркала стоял мягкий диван, стеклянный столик на низких ножках с фарфоровой вазой, в которой был шикарный розово-сиреневый букет.

Напротив входной двери была белая дверь с золотой ручкой. Конечно, золото настоящее, а не позолота, сомнений в этом не было. Быстро преодолев расстояние, я зашла в комнату, где помимо «белого друга» тоже была раковина с зеркалом, шкафчик с полотенцами и всякими дамскими принадлежностями, вроде духов, расчёсок и всяких уходовых кремов для тела и волос.

– Как будто девушки планируют провести тут вечность, а не десяток минут. – сдерживаясь из последних сил, я не могла не отметить богатство обустройства комнаты.

Наконец, я отбросила все лишние мысли и опустошила мочевой пузырь, получив чувство безграничного облегчения. Казалось, будто я несла в руках по горячей чугунной сковородке, в то время как пол был смазан маслом. Но я кое-как достигла стола и не упала, да ещё и не обожглась.

Тщательно вымыв руки, я почти впала в медитативное состояние от приятного аромата цветов, что стояли в вазе на подоконнике. Запах напоминал сирень и немного мяту. Но надо было возвращаться в комнату и слушать о новом законе, касающемся беженок, вместо того чтобы заняться реальным делом. Не люблю я полемику, как по мне лучше действовать, чем рассуждать, но в политике чаще всё обстоит иначе.

Выйдя из туалетной комнаты, я застала раба всё в той же позе на коленях с низко склонённой головой. Со своими рабами, я забываю о том, как общаться с эрсхонцами.

– Как тебя зовут, напомни, пожалуйста? – пытаясь исправить свою оплошность, заговорила спокойным и добродушным тоном.

– Илозум, госпожа Лидия. – быстро ответил парень.

– Извини меня за резкость, Илозум. – эрсхонец нервно вздрогнул, едва заметно. – Ты всё делал правильно, но я привыкла к другому. Пожалуйста, встань. – он неуверенно посмотрел на меня снизу вверх и не заметив угрозы, так же медленно встал с колен. – Давай забудем этот инцидент. Ты не сделал ничего плохо, а я не хотела быть столь грубой.

– Я не считаю вас грубой, госпожа. – немного смутился парень, заламывая пальцы. – Вы очень добрая. И делаете большое дело для всех.

– О чём ты? – спросила его, пытаясь вспомнить знакома ли с этим юношей или с его родственниками. – Мы знакомы?

– О вас знают все на планете. – в его голосе звенела уверенность и благоговение. – Землянка с винно-рыжими волосами, что долгое время отсутствует на планете, потому что спасает девушек по всем уголкам Вселенной. Я слышал, что вы сами участвовали в штурмах и даже стреляли из бластера. Это правда?

Я еле сдерживала смех от рассказа Илозума. В его версии я напоминала супергероя, что спасала всех девиц в беде, оставаясь в тени. Хотя нет, про инкогнито в моём случае надо сделать правку, раз даже обычный раб знает моё имя и внешность. А ведь я не самый публичный человек.

– Раз пять мне действительно приходилось участвовать в освобождениях и стрелять по работорговцам. – пришлось сказать правду, ведь лгать в глаза я не умела, но и превозносить себя не дала. – Но я чаще была в арьергарде и выходила на место, когда всех бандитов уложили на лопатки, чтобы помочь рабыням. Девушки часто бояться мужчин, после пережитого насилия, и тем более вооружённых, а на меня реагировали спокойнее.

– Это невероятно! – явно нарушая все правила поведения раба с высокопоставленной госпожой, Илозум повернулся ко мне лицом и шёл спиной вперёд по коридору, смотря на меня как фанат на кумира. – Вы такая прекрасная и хрупкая с виду госпожа и мне сложно представить вас на поле брани и с оружием в руках.

– Многие с кем я работала – эрсхонцы и им тоже не по душе было такое. – мне было проще говорить с Илозумом не как с рабом, а как с обычным знакомым, которого встретила на улице. – Но я сама решила помогать девушкам и была весьма настойчива в плане того, чтобы быть вооружённой. Конечно, меня заставили сдать какие-то тесты на стрельбище, но у меня всё получилось и… – не успела я договорить, как из-за угла вышел высокий худой эрсхонец и столкнулся с рабом, что, не замечая ничего слушал меня с открытым ртом.

Видимо незнакомец был погружён в себя, так как столкновение вышло весьма громким. Он упал на Илозума, буквально повалив пацана. И когда он попытался встать, судя по болезненному вздоху, его колено задело что-то не то.

– Ох! Ммм… – неприятный звук болезненного стона раба резал по ушам, а продвижения в вставание не было заметно, потому я решила вмешаться и помочь мужчинам.

– Осторожно. – подошла к спутанному клубку и наклонилась над незнакомым мужчиной. – Я помогу вам.

– Ох, госпожа. – поднял он на меня серо-голубые печальные глаза, слегка приподнимая уголки тонких губ в улыбке. – Простите меня, я видимо ещё не проснулся и не заметил вашего раба.

Он стоял на четвереньках над рабом, что сжался в клубок и старался прикрыть стратегические места. Быстро оглядев незнакомца, я не могла не отметить его болезненный вид. Худой, настолько, что я могла посчитать все его рёбра в распахнутой жилетке, рыжие волосы были тусклыми и словно давно не знали шампуня, хотя и собранны в аккуратный крысиный хвостик на затылке.

А кожа вообще вызывала много вопросов. У всех эрсхонцев она словно была с внутренним блеском, как если бы их обмазали лосьоном с шиммером. Но у этого мужчины она казалась тусклой, будто загорелая кожа покрылась толстым слоем пыли.

«Он болен?» – промелькнула мысль, когда я, осторожно придерживая его за локоть помогла ему встать на колени, а после и на ноги.

Он был выше меня на голову, но сильно ссутулился и прятал от меня взгляд. Такое поведение казалось мне странным, обычно мужчины-эрсхонцы так себя не ведут. Они любят смотреть прямо в глаза женщине и, если провинились, их почти невозможно заткнуть, они безостановочно извиняются.

– С вами всё хорошо? – переживая за его здоровье, осторожно коснулась плеча, чувствуя под пальцами острые кости, что натянули кожу. – Может вам следует обратиться к врачу? Вы выглядите бледным. – постаралась не быть сильно грубой, но его болезненный вид пугал меня.

– О, госпожа, не стоит переживать, я не пострадал. – наконец отмер мужчина, который выглядел старше своих лет, хотя, наверное, был моим ровесником. – Надеюсь я не доставил вам много неудобств, своим поведением.

Он медленно поднял худую руку и коснулся моих пальцев, поднимая руку к своим губам, чтобы коснуться костяшек сухими тёплыми губами. Этот жест мне казался слишком старомодным и неуместным для Эрсхо.

«Тут вроде не принято целовать руку при встрече.» – задумалась я, но, прежде чем успела, что-то спросить у него, хотя бы его имя, но в этот миг он незаметно для всех вложил в мою руку небольшой клочок бумаги.

На секунду мы пересеклись с ним взглядами, и я увидела в его серо-голубых глазах такой животный страх, какой видела только у рабов, что пережили невероятное в самом ужасном смысле и то не у всех. Не знаю, что было написано на бумажке, но он очень боялся, что кто-то увидит, как он передаёт мне послание.

– Прошу прощения, ещё раз, госпожа Лидия. Я должен спешить, моя жена, госпожа Анте́сса, уже заждалась меня. – он крепко сжал мой кулак с таинственной бумажкой напоследок и низко склонив голову, быстро развернулся и ушел в ту же сторону, откуда вышел.

Значит он специально ждал кого-то за поворотом, чтобы изобразить случайное столкновение.

«Стоп! Он же назвал моё имя, а значит он не просто ждал кого-то, а искал встречи со мной. Но видимо боялся действовать в открытую, потому не назначил встречу, не написал письмо, а придумал целый план, чтобы это выглядело со стороны, как большая случайность.»

Мысли вертелись в голове как лопасти вентилятора, а руку жгло послание незнакомца. Мне срочно нужно было вернуться к Верховным и прочитать его.

Я не боялась, что госпожа Санти, Кларин или Тиара будут против моей помощи мужчине. Все они были Верховными, каждая любила своих граждан и готова была на всё ради их благополучия.

– Госпожа? – неуверенно подал голос раб, что уже некоторое время переминался с ноги на ногу, пока я смотрела вслед рыжему эрсхонцу.

– Извини, Илозум, ты не пострадал? – постаралась не выдать своего настроения, опасаясь, что за нашей с незнакомцем беседой наблюдали и ему может грозить опасность.

Молодой юноша выглядел довольным моим вниманием. Его глаза сияли радость и жизнью и этот контраст с выцветшим и усталым взором эрсхонца заставил волосы на загривке встать дыбом. Что же произошло в его жизни, что его глаза стали такими? Нужно немедленно это выяснить.

– Тогда давай поскорее вернёмся к Верховным. – поторопила его, понимая, что не знаю куда идти. – Мы и так задержались.

– Да, госпожа. – заторопился Илозум и повёл меня по коридору.

Стоило мне вернуться в гостиную, где сидели троица могущественных эрсхонок, я закрыла за собой дверь на замок.

– Ди? – заметив мою нервозность, Кларин встала с дивана, где медленно попивала лимонад. – Что-то произошло, дорогая? – она подошла ближе, стараясь заглянуть в глаза, но я была сосредоточенна на бумажке.

Развернув её, я почувствовала, как кровь отлила от лица.

– Лидия, что случилось? – заволновалась Санти, тоже вскакивая с дивана и подходя ко мне, отбирая бумагу, но мне и не нужно было смотреть на неё, ведь текст словно был выжжен у меня на сетчатке.

«Помогите, молю! Моя жена держит нас в плену, угрожая жизни сына, и хочет нас убить. Вы наша единственная надежда на спасение, госпожа Лидия.»

Всего пара строк, а сколько в них боли, страха и безнадёжности.

– Что за ******? – разразилась бранью Верховная Санти, забыв про свой статус и возраст и став в эту минуту, обычной женщиной на грани культурного шока.

Её глаза пылали огнём, желая спалить всех причастных к этому беспорядку на своём пути. Тиара заглянула через плечо подруги и её лицо так же, как и моё потеряло все краски, а рот безмолвно открывался, но найти приличные слова у неё не получалось.

– Может это розыгрыш? – в конце концов смогла она выдавить сиплым шёпотом, но было видно, что она не уверена в своих словах.

Я закачала головой, так сильно, что волосы ударили по лицу.

– Нет, это явно не розыгрыш. Эту записку мне передал мужчина, эрсхонец. Он был худ и бледен, я решила, что он серьёзно болен, но возможно его мучала собственная жена. – от этих мыслей мне стало дурно, во рту появился неприятный привкус гнилых яблок.

Я была уверена, что где угодно, но не на Эрсхо может быть такая ситуация. Я верила в законы планеты и в то, что тут нет притеснений, верила в эту сказку. Но сейчас мне пришлось столкнуться с суровой реальностью.

– Тут нет имени отправителя. Он представился? – начала анализировать ситуацию Верховная Санти, отбросив в сторону чувства.

– Нет. – я начала переживать, ведь найти рыжего эрсхонца, на огромной планете не так просто, но после вспомнила. – Но он назвал имя своей жены. Госпожа Антесса.

– Ты уверена? – Кларин сильно удивилась, услышав имя женщины. – Она довольно известная эрсхонка. Работает в аэропорте, отвечает за связь с нашими кораблями, которые покинули пределы Эрсхо. Ты должна была с ней связываться во время миссий.

– Я ни разу не спрашивала имя диспетчера. – задумчиво покачала головой, вспоминая мои сообщения в центр связи и их короткие ответы. – Что известно о самой госпоже? На неё поступали жалобы?

– Нет насколько я знаю. – Кларин задумчиво смотрела в строки, написанные аккуратным мужским почерком на вырванном откуда-то листке бумаги. – Она живёт обособленно, иногда выходит в свет, но всегда одна, без мужей. В работе не было пререканий, иначе бы её перевели на другую должность.

– Мы не можем игнорировать это послание. – я переводила взгляд с одной женщины на другую. – Он приложил слишком много усилий, чтобы отдать его мне. Он явно боится за свою жизнь. И за сына. – вспомнив о коротком упоминание ребёнка, всё в моём животе сжалось. – Я уверена, что всё написанное правда. И действовать надо немедленно! – голос в конце сорвался на почти крик, но никто не упрекнул меня в этом.

– Ты права, Лидия. – голос Санти был пропитан ядом и угрозой. – Любое подобное послание должно быть воспринято всерьёз и, если информация подтвердиться… – она не договорила, но мурашки по спине побежали.

– Тогда я организую штурм особняка госпожи Антессы с целью спасения мужчин и ребёнка. – приняв решение я уже знала, что ничего хорошего не увижу и возможно этот вечер будет окрашен кровью, если неизвестная мне госпожа окажет сопротивление.

Но поступить иначе мне не позволила бы совесть.

Глава 8

Анекдот:

Преступники вернули украденную сумку уборщице Газпрома, когда узнали, что отмывает она не полы, а деньги, а убирает не помещения, а конкурентов.

После моего громкого заявления Верховные пригласили в гостиную моих мужей и главу тайной канцелярии, младшего мужа Верховной Тиары, господина Тисона.

Он выглядел как жнец из старых легенд: высокий, не сильно спортивная фигура, хоть и были мышцы в нужных местах. Чёрные с проседью волосы забраны на затылке в пышный пучок. Одежда была в мрачных черно-серых тонах, без украшений и даже вышивки. Единственной яркой деталью в его образе была заколка на пучке, украшенная яркими топазами и серебряной паутиной.

Его лицо было тёмным, как грозовая туча. Синие глаза смотрели из-под густых бровей.

Рядом с моими мускулистыми мужьями, которые могли голыми руками сломать кому-то кости, он выглядел самым опасным. Особенно после того, как изучил записку и услышал мой рассказ.

Рядом с ним никто не решался прервать тишину, даже его супруга стояла рядом и лишь ждала его вердикта.

– У нас есть все основания полагать, что госпожа Антесса задействована в недавнем похищение детей. – когда он заговорил, я замерла подобно кролику перед удавом, напряжённо вслушиваясь. – Она несколько раз связывалась с кораблями в космосе, но не отображала эти звонки в документах. Мы подозревали, что она просто забывала об этом, так как эти моменты были весьма редкими, а её репутация не подлежала сомнению.

– Что известно о её семье? – меня больше всего волновал больной вид мужчины и упомянутая угроза жизни ребёнка, чем возможное криминальное прошлое женщины.

Но в голове я сделала пометку, что её не стоит считать простой и наивной эрсхонкой, что заскучала и решила развлечься за счёт мужей. Если она имела наглость участвовать в похищении несовершеннолетних и их продаже на невольничьем рынке, то сомневаться в её порядочности и разумности не стоит. Их просто нет.

– Согласно докладу моих подчинённых, она почти всегда ходит одна, её мужья появляются на публике редко, отговариваясь слабым здоровьем. – он недовольно скривил губы, показывая своё недоверие к этой отговорке. – Старший муж, Аа́рус, ранее занимался уходом за домашней скотиной, помогал на семейной ферме. После брака перестал держать связь со своей семьёй. Младший муж, Лейх, модельер и довольно известный. – считай богатым. – Он сначала продолжал работать после брака в ателье госпожи Майно́ны, но потом перешёл на режим работы из дома. Его не видели уже несколько месяцев на работе, хотя раньше он ежемесячно посещал ателье и передавал из рук в руки свои работы госпоже Майноне.

– Известно что-то про сына Антессы? – называть её госпожой у меня язык не поворачивался.

– Не совсем… – было видно, что мужчина смущён моим вопросом, хотя я не понимала такой реакции.

– Что такое, Тисон? – обратилась к мужу Верховная Тиара. – Данные о ребёнке в открытом доступе до его совершеннолетия.

– Это так, милая. Нам известно, что у госпожи Антессы шестилетний сын по имени Иска́н. – его лицо выразило лёгкую степень озадаченности, хотя я не поняла причины. – Но, кроме этого, мы ничего не знаем. Мальчик не посещал школу, не играл с соседскими детьми, даже не проходил ежегодный медосмотр.

– Такого не должно быть. – нахмурилась Кларин, стискивая кулаки до побелевших костяшек. – Все дети в обязательном порядке получают образование и медуслуги. С десяти лет мальчики учатся этикету и быть достойными мужьями, а девочки, как стать хорошей госпожой и женой, по достижению совершеннолетия мальчики выбирают профессии, а девочки выходят замуж. Но пока они не пошли в школу дети посещают разные кружки, секции и к ним ходят частные репетиторы. – голос был полон недоверия.

– Почему никто не сообщил об этом? – задала я, как мне кажется, логичный вопрос. – Если в течение длительного времени нарушался такой важный пункт, кто-то бы заметил и должен был сообщить. – мне виделся в этом заговор.

– Вероятно у госпожи Антессы есть связи, через которые она провернула этот трюк. – пришёл к тем же выводам и глава тайной канцелярии. – Я поручу найти этого помощника.

– А что будем делать с самой Антессой? – мне не нравилось сидеть на месте, в то время как какая-то эрсхонка издевалась над мужьями и малолетним ребёнком. – Нужно действовать и как можно быстрее.

– Никто не спорит, милая. – постарался успокоить меня Эрим, но выходило с трудом. – Нужно просто время, на продумывание детального плана. Нельзя сломя голову нестись в берлогу медведя.

Его тёплые руки на моих плечах, немного успокаивали бурю в моей душе, но стоило мне представить напуганного ребёнка, чьей жизни угрожает опасность от родной матери или усталого больного мужчину, что рисковал всем ради возможности спасти сына.

– Ваш муж прав, госпожа Лидия. Мы не бездействуем, а лишь подготавливаем всё к облаве. – не знаю, как можно оставаться спокойным в такой ситуации, но Тисон был невероятно спокоен. – Мои люди уже ведут наблюдение за особняком госпожи Антессы. По предварительным данным там помимо госпожи, двух мужей и её сына, ещё восемь слуг, все рабы. Сегодня утром она была на работе и только недавно вернулась, так что скорее всего не знает о том, что её муж передал вам послание.

– Кто из мужей госпожи имеет рыжие волосы? – мне казалось важным знать, с кем я говорила, чью боль видела.

Тисон зашелестел бумагами, которые ему ранее принёс помощник. Там были собранные на семью Антессы данные, в том числе план особняка, что немного отличался от стандартного. Несколько лет назад она решила построить подвал, как она сказала, чтобы расширить свой гарем и поселить там рабов. На подземном этаже было четыре большие комнаты, согласно плану, но как они выглядели сейчас никто не знал.

– Я думаю вы говорили со старшим мужем. – он достал из дела снимок и передал мне. – Господин Аарус.

Глядя на здорового и радостного мужчину на фото, я с трудом ассоциировала его с худым и больным на вид эрсхонцем, что подстроил встречу в коридоре. У него были живые глаза, широкая улыбка, и задор деревенского юноши, которому всё по плечу.

«Что нужно делать, чтобы из такого получить то, что я сегодня видела? Нет, не хочу знать. Но должна, чтобы глядя в глаза Антессе кинуть обвинения и добиться её наказания.»

– Мы им поможем, госпожа Лидия. – голос Тисона не подразумевал сомнения. – Уже сейчас отряд быстрого реагирования и несколько верных мне сотрудников городской стражи наготове, чтобы отправиться на штурм.

– Я еду с ними. – решила сразу, не открывая глаз от счастливого лица Ааруса. – Лично проконтролирую операцию.

В ответ на мои слова мужчины напряглись и замерли, как статуи. Верховные тоже были удивлены моему заявлению, хотя Кларин была более спокойной на фоне подруг. Видимо она предполагала это развитие событие.

– Извините, госпожа, но я не могу этого позволить. – Тисон решился мне возразить вслух. – Вы должны понимать, что у нас на руках доказательство насильственного удержания и угроз в адрес ребёнка. Это и ещё наши подозрения об участие госпожи Антессы в похищение детей с Эрсхо и дальнейшей передаче их работорговцам даёт нам право на вооружённое проникновение в особняк. – говорил со мной как с маленьким ребёнком глава тайной канцелярии, а я медленно закипала и готовилась вылить на него всё своё недовольство.

– Послушайте меня, господин Тисон. – предельно спокойно, но с явной угрозой протянула, не повышая голоса, но от этого голоса муж госпожи Тиары выпрямился в кресле, словно кол проглотил и уставился прямо на меня, пытаясь подавить взглядом. – Я не первый раз участвую в спасительных операциях и часто мою спину прикрывают эрсхонцы, и я прекрасно знаю, что они никогда не будут направлять оружия против женщин, даже если они будут последними стервами мира. Сейчас вам надо спасти Ааруса и его собрата, а также маленького мальчика, чья мать готова им пожертвовать. Как вы думаете, они смогут поднять бластеры и направить их на Антессу?

– Она может не быть угрозой. – возразил он на мой довод, но только этим подтвердил мои опасения.

– Женщина, что насильно удерживает двух мужей и сына на протяжение нескольких лет и подозревается в сопутствие похищения детей с Эрсхо для дальнейшей продажи в рабство не может быть невинной. – пришлось жёстко оборвать его. – Она знает, что виновна и как только вы вломитесь в её дом, она как загнанный зверь сделает всё, чтобы не быть пойманной. А ваши люди не смогут оказать ей сопротивление в силу воспитания.

Мои слова заставили этого солдафона задуматься. Он не зря был главой, его мозг работал на все 200%, и он понимал, что я не вру и в результате этого штурма могут пострадать его люди.

– Я не могу гарантировать вашу безопасность, госпожа. – сдался Тисон со скорбным вздохом, будто я была его самой главной головной болью.

– Если наша жена пойдёт на задание, мы пойдём с ней и будем прикрывать. – заговорил Бахум, который всё это время молчал и стоял, прислонившись к дверному косяку. – Это не обсуждается, господин Тисон. Думаю, вы должны понять, как муж сильной женщины.

В этот момент мы с Тиарой одновременно усмехнулись, поняв уловку Бахума. Он знал на что надавить, чтобы Тисон прогнулся под наши требования.