Текст книги "Студент: Казнь (СИ)"

Автор книги: LikanTrop

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 12 страниц)

– В какой области? – заинтересованно уточнил мужчина.

– В области технологий и компьютеризации общества.

– Вот даже как? Это интересно, – кивнул мужчина и добавил, – что ж, похвальная инициатива! Я честно сказать хоть и старый коммунист, и нынешняя демократизация общества мне несколько не по нутру. Но понимаю и одобряю гибкость в нашей молодежи. Если чем могу помочь, Святослав, что-то подсказать, обращайтесь. Антон, бери пример с товарища, – ткнул в мою сторону вилкой мужчина, внимательно посмотрев на сына, на что тот неопределенно кивнул.

– Ну что ж, Кариночка. Неси горячее. Антоша помоги Карине, – через минуту на стол были поставлены два блюда с запечёнными курицами с картошкой и овощами, аромат от которых заставил мой рот снова наполнится слюной. Выпив, как выразился Александр Иванович «под горячее», мы приступили к трапезе.

– А я вот пою в московской филармонии, – через какое-то время, когда гости насытились сказала Карина, аккуратно отхлебнув из фужера вина, – обожаю петь! Как вы, Святоcлав, относитесь к музыкальному творчеству?

– Так он сам поет аки кот баюн. В ресторане слыхал, – вклинился в нашу беседу раскрасневшийся от съеденного и выпитого и до селе молчавший Медвежонок.

– Да вы что? А чьи песни предпочитаете исполнять? – заинтересовалась девушка.

– В основном свои, – признался я. Доесть мне в итоге все таки не дали, и я сейчас вытирал салфеткой губы, мечтая, чтобы кто-нибудь притащил мне зубочистку. Языком у меня никак не получалось сковырнуть застрявший в зубах кусочек мяса.

– Да вы что? Вы просто обязаны нам спеть, – захлопала в ладоши девушка.

– Карина. Ну не наседай на парня, – мужчина посмотрел на парней и предложил, – ребята, как на счет сходить на балкон и перекурить? – Малой и Рязань тут же радостно поднялись на ноги, покурить они явно были не прочь, а мы с Мишей остались за столом по причине того, что не были подвержены этой пагубной привычке.

– А вы не курите, Святослав? – проходя мимо, остановился возле меня мужчина.

– Честно говоря нет. Разве что сигары.

– А вот это идея, – заулыбался хозяин квартиры, – Кариночка. Налей нам со Славой «Джонни Уокера» по 50 грамм и непременно положи в стаканы по паре кубиков льда. А вы, молодой человек, следуйте за мной, – ребята отправились на балкон, а мы с мужчиной прошли по коридору и вошли в оборудованную под кабинет комнату. Работник ОВИРа сел в кресло за массивный дубовый стол и достал из выдвижного ящика желтую цветастую коробку.

– Вот! Кубинские «Partagas». Прошу, – мужчина откусил гильотиной кончик сигары и протянул ее мне. Достал толстые охотничьи спички и сначала прикурил себе, а потом передал коробок мне. В этот момент вошла Карина и поставила перед нами стаканы с янтарной жидкостью, после чего удалилась.

– Ну что? Как говорят капиталисты «Чус»! – мы чокнулись стаканами и сделали по глотку терпкого напитка, – есть некий лоск в этом шотландском напитке, согласитесь? И не подумаешь, что простой самогон.

– Новое и необычное всегда притягательно. Особенно если позволить себе подобное может ограниченный круг людей, – согласился я, выдохнув клуб сладковатого дыма с нотками кофе и шоколада. Первая моя сигара в этой жизни была хороша, и я c удовольствием смаковал ее вкус.

– Скажу прямо. Вы кажетесь мне интересным человеком. Я тут немного навел о вас справки. Вы уж простите, беспокоюсь о сыне, – извиняясь, развел руки в стороны мужчина, – так вот. Учились отлично. Готовились поступить в ВУЗ, когда попали в глупейший переплет. Отзываются о вас все исключительно положительно. Одеты дорого и стильно, часы на руке явно не наши. Ведете себя в обществе прилично. Умеете хорошо говорить и себя грамотно поставить. Все это исключительно положительно характеризует вас в моих глазах, – признался мужчина и отпил янтарного напитка, – но главное. Антон явно высоко вас ценит и даже в некотором смысле равняется на вас. А потому у меня к вам небольшая отеческая просьба – присмотрите за моим парнем. Постарайтесь чем-то увлечь, пусть даже этой вашей современной коммерцией. Мальчик плохо перенес смерть матери и мой новый брак. Допился до уголовщины. Нужен кто-то кто даст ему верные ориентиры в жизни, понимаете? – посмотрел на меня мужчина внимательным взглядом.

– Понимаю конечно, – кивнул я. Не то чтобы в мои планы входило нянчится с Малым, но и ничего конкретного от меня по сути не требовалось. А потому подобные обещания мне давать было не трудно. К тому же кое-чем я парня уже и так увлек, выносом и продажей не лево фурнитуры со склада, – чем смогу, конечно, помогу. Но сами понимаете, тут от меня зависит не все.

– Прекрасно понимаю, – согласился мужчина, – но все равно ценю ваше согласие. Со своей стороны могу ли я чем-то вам помочь в благодарность?

– Разве что пока только советом, – задумался я. Мы подходили к важной для меня теме беседы и тут главное было не перегнуть палку, – чисто гипотетически, насколько трудно было бы организовать туристическую группу в Финляндию? Не просто любую группу, а состоящую из конкретных людей?

– А вам зачем? – спросил мужчина, вытаскивая изо рта сигару, – или, дайте угадаю. Хотите привезти в Союз какую-то технику под видом личного пользования? – хитро посмотрел на меня мужчина, на что я лишь неопределенно пожал плечами, – да вы не кукситесь, Святослав. Не вы первый – не вы последний. В конце концов у нас перестройка, а на рынке шаром покати. Речь же идет о легально купленной технике? – я быстро кивнул, и мужчина продолжил, – ну вот! Только визы вам никакие не нужны, как и разрешения в ОВИРе. Раз в неделю из Ленинграда в Хельсинки ходит туристический паром «Константин Симонов». Не без гордости могу сказать, что так же принимал участие в его запуске, – похвалился мужчина, отпивая виски, – но да это не важно. А важно для вас знать другое, то что виза туристам в Финляндию дается автоматически при покупке билета на этот паром.

– Что? Просто приходишь и покупаешь билет в кассе? – удивился я. Для меня это было откровением. Интересно, в прошлой жизни в той реальности было также?

– Почти. За исключением того, что билеты расходятся как горячие пирожки, ну и справку с работы тоже необходимо иметь, – мужчина достал тетрадку, раскрыл и что-то начал в ней писать, а потом вырвал листок и протянул мне, – тут два номера и фамилии. Первая Анисимова, она поможет вам приобрести нужное количество билетов без очередей в кассах тут в Москве, смело сошлитесь на меня. А второй Галькин Афанасий Петрович, это старший помощник капитана на пароме. На счет перевозки техники лучше встретиться и поговорить с ним, он может помочь. Таможенная служба активно проверяет вернувшихся туристов, так что, если речь о грузе хоть сколько-нибудь габаритом, лучше обратиться к Афанасию Петровичу. Прочтите и запомните номера и фамилии.

– Благодарю запомнил, – кивнул я и вернул листок.

– Ну и хорошо, – мужчина зажег спичку, поджег бумажку и кинул ее гореть в пепельницу, – а благодарить совершенно не за что. Так как я вам ничего и не говорил, – я понятливо кивнул, и мы чокнулись стаканами, – тогда допиваем и давайте вернемся за стол. Боюсь нас уже там потеряли, – допив «Джонни Уокера» мы поднялись и вернулись в зал, где в этот момент Карина стояла у стола и что то пела смотрящим на нее с интересом парням.

– Развлекаешь гостей, дорогая? – прервал супругу Александр Иванович. Когда мы вошли, та резко замолчала и с раздражением посмотрела на помешавшего ей насладится минутой славы мужа.

– Совсем немного, дорогой. А вы уже закончили? – спросила она его, вернув на лицо маску благожелательности, – тогда может Слава порадует нас своим творчеством? – Александр Иванович вопросительно посмотрел на меня, а Карина, поняв, что муж не против, захлопала в ладоши, – просим, Слава!

– Гитара найдется? – не стал возражать я, прикидывая, что можно было бы исполнить. На ум сразу же пришла Ария «Потерянный рай», видимо переобщался с Футболистом. Но петь песню про ангелов и демонов при коммунисте я посчитал историей не столько рисковой, сколь излишней. Потому обратился к безотказной на квартирниках композиции «Романс» Сплинов. Присев на стул и удобно расположив в руках гитару, я взял несколько пробных аккордов, проверяя как настроен инструмент, и, убедившись, что все в порядке, заиграл, а потом и запел:

И лампа не горит.

И врут календари.

И если ты давно хотела что-то мне сказать, то говори.

Любой обманчив звук.

Страшнее тишина.

Когда в самый разгар веселья падает из рук бокал вина.

И черный кабинет.

И ждет в стволе патрон.

Так тихо, что я слышу, как идет на глубине вагон метро.

– Неужели это вы написали? – восторженно спросила Карина, когда я закончил. Где-то с середины песни девушка начала реагировать как-то странно. Безразличие или слезы в глазах были бы привычной реакцией на мое исполнение, но Карина смотрела на меня с какой-то дикой смесью зависти и желания. Причем желания не столько меня, сколько обладания песней. Это если я правильно разобрался в эмоциях девушки:

– Иногда развлекаюсь подобным образом, – кивнул я, убирая инструмент.

– Но у вас же безусловный талант. И поете вы прекрасно. Нет, конкретно эта песня гораздо лучше бы звучала в женском исполнении, но в остальном ведь и правда неплохо. Вы не думали о карьере певца? – продолжала наседать девушка.

– Не мое это, – покачал я головой, – просто не интересно.

– Кариночка, ну не дави на парня. Давайте лучше выпьем за творчество. Карина, передай Леше графин, – попросил мужчина. А девушка мельком зло зыркнула на мужа. Он вряд ли это заметил, но от моих глаз ее гримаса не укрылась. Если я хоть что-то понимаю в женщинах, этот брак едва ли строился на высоких чувствах.

– И все таки, Слава. Даже если вы не хотите петь сами, нельзя же зарывать такие песни в стол? – продолжила атаку девушка, когда мы выпили, – поверьте. Сейчас найти стоящего поэта-песенника решительно невозможно. Все более или менее достойное уходит Пьехе, Пугачевой или Алиске Мон! Слава, вы бы не хотели помочь мне с песней, мы бы даже купили. Да, Александр? – Карина упрямо посмотрела на мужа, требуя ответ, на что тот лишь кивнул и в свою очередь вопросительно посмотрел на меня.

– Творчеством не торгую. Простите. Повторюсь, это не моя тема, петь и песнями торговать, – покачал я головой, но что бы не оставлять у хозяев осадок добавил, – а вот помочь что-то написать при случае могу. Когда будет свободное время.

– Ловлю вас на слове, – выставила вперед изящный указательный палец девушка и хитро прищурилась. Поднялась на ноги, вышла и через минуту вернулась в зал с ручкой и листочком, – диктуйте номер. Вы обязательно должны мне помочь с репертуаром. Александр, ты же не против? – спросила она мужа, впрочем, тому вся эта тема изрядно надоела. Мужчину явно немного развезло, и он, что-то прикинув у себя в мыслях, посмотрел на свои наручные часы.

– Хорошо, записывайте, – я продиктовал номер домашнего телефона, и только после этого девушка вернулась за стол на свое место.

– Что ж, друзья. Давайте на посошок, – предложил мужчина и, сам подавая всем пример, наполнил свою рюмку водкой, а потом поднялся на ноги, – отлично посидели, товарищи. Спасибо, что нашли время зайти к нам в гости. Посидели бы и по дольше. Но простите, дела.

– Да. Друзья заждались в бане, – с нотками ядовитого сарказма прокомментировала заявление мужа девушка, на что Александр Иванович не стал ничего отвечать. Мы выпили и начали собираться. Настроение у меня было благодушно-приподнятым, а от того остро тянуло на приключения.

Глава 3

4 ноября 1988 года, г. Москва. Святослав Степанович Григорьев

По приезду домой энергичное, я бы сказал игривое настроение никуда не выветрилось, молодому подогретому алкоголем телу остро хотелось приключений. Войдя в свою квартиру, я не сразу сообразил, что же было не так, а потом понял. Брат вернулся. Из кухни, что располагалась слева от входа, шел гомон мужских голосов, а так же явственно пахло табаком и алкоголем. Заглянув туда, обнаружил там брата в шортах и белой майке «алкоголичке» с неизменным жетоном на веревочке, надетым на шею, и двух его товарищей Ткача и Рэмбо:

– Ну что? Добро пожаловать домой, получается? – весело подмигнул я Вовке, и он расплылся в улыбке в ответ. На столе стояла бутылка «Столичной» и стояли тарелки с закуской в виде нарезанного сыра и колбасы двух сортов: коньячной и докторской.

– Привет, брат! Да, отбегался наконец, – хохотнул он, поднялся с табуретки, и мы обнялись. Потом конечно поручкались с Ткачом и Рэмбо. Ту же самую процедуру следом проделал и Медвежонок.

– А я смотрю вы с Мишаней не расстаетесь, спелись как братья, – беззлобно пошутил Вова, – ну чо? Садитесь, пацаны. Выпьем за возвращение блудного брата, блин. В очко будете с нами играть? По рублю гоняем, – предложил брат, садясь на свое место за столом ближе к окну.

– Миша у нас не игрок с некоторых пор, – покосился я на загоревшегося было парня. Услышав мои слова, Миша осекся и согласно кивнул, – а то были прецеденты. А ты лучше рассказывай, как прошло все с Хромым?

– Да нормально прошло. Короче, дело было так… – брат начал свой рассказ. Пару раз вмешивался с уточнениями Рэмбо, завершил Вова историю рассказом о недавнем звонке нашего адвоката, – Шницерман час назад звонил. Все бумаги в деле оригиналы, так что Хромой все в чистую отдал и с розыска меня сняли. Еврей по своим каналам пробил.

– Ну и отлично, – кивнул я, хватая с тарелки кружок докторской и закидывая в рот.

– Отлично то отлично. Но шо ты с Митяем думаешь делать? – посмотрел на меня вопросительно Ткач. Он поднялся и достал из шкафа две пустые рюмки после чего поставил их передо мной и Мишей, а Рэмбо взял бутылку и налил нам горькой, – парни его пропасли. Он после рынка вечером постоянно пехом к бабе одной ходит в частные дома на улицу Дачную. Это прямо возле лесопарка.

– С ночевкой?

– Когда с ночевкой, иногда нет, – Вовка поднял рюмку и все парни за столом последовали его примеру и выпили. Занюхав куском коньячной колбасы, Ткач продолжил, – но в любом случае спеленать его можно легко, шо младенца.

– И убрать легко, – поддакнул Рэмбо за что заслужил недовольный взгляд Ткача.

– Так ты говоришь сын Хромого со своим другом у авторитета этого дома трется? – спросил я Романа, проигнорировав тему с ликвидацией лобненского спортсмена.

– Да, там они оба трутся. От безделья с ума сходят, бухают и Хромому нервы делают, – кивнул Роман.

– Ясненько, – я задумчиво покрутил рюмку в руке. Расклад выходил не очень. Там их не достать.

– Не томи. Что на счет Митяя этого придумал? – нетерпеливо ткнул меня кулаком в плечо брат.

– Ну, раз рядом с его девкой лесопарк, сам Бог велел его туда свозить. На природу, – улыбнулся я парням, – а на природе уже можно пообщаться. И дать альтернативу либо жизнь, либо Митяй отдает нам точку.

– Да ну. А что мешает ему согласиться, а точку в итоге не отдать и нам кинуть ответку? – покачал головой Вова, – так он взял и нам все отдал. Чего он пацанам своим скажет? Мол, решил подарить бабки хорошим парням на новый год? Ерунда.

– Все верно, Вова. Урон авторитету будет и да, ничто не мешает общение нарушить, – кивнул я, взял кусок сыра и откусил половину, вдумчиво прожевал, а потом продолжил свою мысль, – поэтому нужно произвести обмен. Указать Митяю на альтернативу. Чтоб вышло все без потери авторитета для него. Я вот что думаю, вряд ли у Хромого интерес в Шарике заканчивается на таксистах. Я тут интересовался, для многих не секрет, что товары, которые через склады аэропорта идут, он крышует. И платят ему в том числе, чтобы эти товары спокойно добирались до Москвы. А еще карманники, грузчики, валютчики, проститутки. Короче, аэропорт – это бездонное море для заработка.

– Слишком крутой кусок для такого как Митяй, – подумав, покачал головой Вова, – он конечно, судя по всему, отбитый и с амбициями. Но даже он растеряется от масштаба предприятия.

– Да ничего сложного. На первый взгляд только непонятно с чего начинать и за что браться, – положил я брату ладонь на плечо, а потом спросил, – вот кто по твоему работает в Шарике? Правильно, люди с Химок, Долгопы и Лобни. С ближайших городков. А люди – это и есть ключ ко всему. Пообщается, определиться с кем и как работать. Пару начальников тряхнет. Перестановки нужные кадровые сделает и потихоньку начнет зарабатывать.

– Ну да. А людей Хромого выбить не сложно. У него их не много, – прикинув, подтвердил мои мысли Ткач, – а шо? Вполне может вписаться Митяй. Шобы не махнуть таксистов на целый аэропорт?

– А главное, он бы сам в итоге к этому пришел, со временем, – хмыкнул я, – мы лишь дадим ему наводку. А взамен без шума и пыли выполним условия вашей с Хромым договоренности и точку получим.

– Нормалек! Ну? За тех, кого с нами нет, – поднял рюмку в воздух и выдохнул брат, и мы молча и не чокаясь выпили. А Вовка немного подумав, выразил очередное сомнение, – только вот Хромой чую ни хрена не рад такому размену будет.

– Ну, во-первых, ему никто о нашей встрече с Митяем не скажет. Мы тут типа не при делах. А во-вторых, тебе ли не все равно на Хромого? Договор вы выполните? Да! При этом без войны и шума. Митяй сам отдаст вам точку и еще потом спасибо скажет. Вы же не обещали этого Митяя как то физически устранить?

– Не обещали. Но Хромой намекал.

– Намекать можно на что угодно. Намеки к делу не пришьешь, – хохотнул я и вопросительно посмотрел на брата, – ну что? Как тебе мой план?

– Складно, – кивнул Вова и задумался, – ну а если Митяй упрется, – Вован не договорил, а посмотрел на Рэмбо. Тот в ответ молча понятливо кивнул.

– И шо, когда действуем? Можно в понедельник вечерком, – предложил Ткач.

– Не спешите пока, – покачал я головой, – так как я эту тему придумал, то поеду с вами. Сам же с ним и поговорю, как самый молодой и на вид не опасный. А вы пока будете оказывать психологическое давление своим грозным видом. А в понедельник как вы понимаете, я не могу. Так что в следующую субботу-воскресенье. Или вам горит?

– Да нет. В конце недели нормально, – Вова перевел взгляд на Ткача, – тогда эту неделю пасите его дальше. Промахов быть не должно, а то мало ли чего.

– Ты кстати чо? Решил здесь прописаться? – спросил я брата, когда мы закончили тему лобненской проблемы.

– Недельку пока тут поживу, – подтвердил мои мысли брат, – а потом на пятый этаж перееду. Сильяновых помнишь? Бабу Нюру? Преставилась на неделе, а дочь ее Раиса Ивановна в Москве же живет. Вот и договорились, что у нее сниму ее трешку. Потом может даже выкуплю. Так что соседями будем. А то, как же я тебя малой без присмотра оставлю? – взъерошил мне волосы на голове брат.

– Это еще кто за кем присматривать будет, – фыркнул я возмущенно, и парни за столом громко заржали. Но веселье прервал звонок телефона:

– Меня скорее всего, – поднялся я на ноги и вышел в коридор. Поднял трубку, – алло?

– Алло! Славушка, это таки вы?

– Да, Лазарь Моисеевич. Слушаю вас.

– Отлично! Я беспокою вас, чтоб сказать, что наши финские друзья уже в Москве. Вам таки не сложно завтра к обеду подъехать ко мне в наш грузинский ресторанчик? Я бы вас представил партнерам и заодно обсудили бы наши дела?

– Конечно. В два часа буду на месте. Пойдет?

– Замечательно. И еще момент. Там же завтра я передам вашу оговоренную долю от сделки. Вы бы взяли кого в помощники? На всякий случай – часть эта не малая. А время нынче опасное.

– Не переживайте, – улыбнулся я в трубу, – как-нибудь донесу.

– Тогда всего хорошего, молодой человек. Всех благ, –раздались быстрые гудки и я повесил трубку. Только вернулся на кухню, как из коридора снова послышался звонок.

– Да тебе, малой, звонят как в приемную ген. штаба. Без перерывов, – заржал Вова, который вернулся к игре в очко и выступал сейчас в роли банкомёта.

– Футболист может? – пробурчал я сам себе под нос и вернулся в коридор, – алло? Ген. штаб слушает.

– Слава, привет! Ты? Это Даша! – раздался девичий голос в трубке. Девушка почти кричала так как на заднем фоне громко играла музыка

– Привет. Я.

– Угу! Чего делаешь? – спросила каратистка, но не дожидаясь ответа, выпалила, – а мы с Ритой на дискотеке, тут на Дирижабельной. Мне твой друг Чиж дал позвонить с местного телефона. И вот я и звоню. Вы с Мишей не хотите потанцевать?

– Хотим конечно, – фыркнул я в трубку. Девушка явно была на веселе и говорила максимально прямо и без любимых всеми женщинами намеков. Хотя вообще-то Даша та еще оторва, не каждая молодая мадам решилась бы вечером самой звонить парню и звать по сути на свидание, – через минут сорок будем. Не вздумайте там без нас найти себе кавалеров.

– Это как получится. Хи! Ждем, – девушка повесила трубку и на том конце раздались частые гудки. Я вышел в коридор и посмотрел на Медвежонка, что с интересом и завистью наблюдал за игрой в очко.

– Миша. Там нас Даша с твоей Риткой на дискотеку местную зовут. Пойдем?

– А то, – Миша пружинисто поднялся на ноги. Потом подумал, сел снова, налил себе в рюмку водки и, виновато посмотрев на Вову, замахнул ее в одну харю. Видимо для храбрости. Потом снова встал и подошел ко мне, – идем?

– Конечно идем, чего уж, – подмигнул я парню и снял с вешалки куртку. Одеты мы были с иголочки и переодеться в домашнее не успели. Уже после поездки к семье Малого меня тянуло на какой-то движняк и вот сама судьба давала шансы свое желание реализовать.

Выбравшись на улицу, я вдохнул полную грудь прохладного осеннего воздуха и посмотрел на часы. Шел девятый час вечера. Застегнув аляску, я с Мишей двинулся в путь с надеждой по дороге поймать какого-нибудь бомбилу, но тут нам не повезло. Зато дождя считай не было, и мы не промокли по пути на дискотеку, а ведь могли бы. Последние недели лило довольно регулярно.

– Оригинальненько, – мы подошли к потасканному двухэтажному зданию старой советской постройки, где раньше располагался шахматный клуб. Сейчас в этом здании играла музыка, в окнах были видны блики стробоскопа, а над просторным входом, у которого стояли и курили люди, висела вывеска с незамысловатым названием «Дискотека», – о! А вон и Чиж.

– Здарова, Слава. Медведь, привет, – товарищ заметил нас, когда мы подошли ближе, пожал нам руки, а потом обратился к стоящему рядом парню в джинсах и в теплой черной тканевой куртке, подбитой шерстью, и в шапке петушке с надписью «Sport», – Ген, дай моим друзьям пару билетов.

– Опять? Сколько можно своих друзей водить, Серега? Мы так ничо не заработаем, – недовольно посмотрел на Чижа парень, – а мне потом дяде отчетность сдавать, не тебе.

– Слышь? Ты чо мне лечишь? Сам девок проводил сколько раз. а? – набычился Чиж, повернувшись лицом к билетеру. Но я не дал конфликту разгореться и успокаивающе положил руку на плечо товарища:

– Чиж, остынь. Деньги есть, чего конфликт разгонять? Сколько с нас двоих? – услышав в ответ, что цена билета пять рублей, я достал десятку и протянул Геннадию, – два билета дай нам.

– Другое дело, – кивнул парень в черной куртке и протянул мне две мелкие бумажки, – билеты не выкидывайте. Всем на баре у кого есть билет полагается коктейль.

– Коктейль? И что за коктейль?

– Да какой в жопу коктейль? – фыркнул Чиж, – водка с томатным соком, вот и весь коктейль, мля.

– Чтобы ты еще понимал? – высокомерно глянул на моего товарища Гена, – вообще-то это «кровавая мэри», в кап. Странах так называется.

– О! Славян, привет,– из дверей заведения вышел Пельмень. Одет Петр был в спортивный костюм синего цвета, на плечи была накинута ветровка, – слышь, Чиж? Там к каратисткам этим заезжие лезут. Чот мне кажется ща до борогоза дойдет.

– Что за заезжие? – уточнил я, а Медвежонок явно напрягся.

– С Химок какие-то. Не знаю чо за крендели, на тачке приехали, – Чиж кивнул на стоящую рядом припаркованную восьмерку красного цвета, – я их курсовал, чтоб не лезли. Не послушали по ходу.

– Слав. Пойдем что ли посмотрим? – спросил меня Медвежонок, и я согласно кивнул.

– Там справа на входе гардероб, – Пельмень повел нас за собой, – ща все покажу.

Мы вошли в здание с высокими потолками. В небольшом гардеробе выдавал номерки каким-то парням мужчина хорошо за пятьдесят в темном поношенном свитере и в брюках мышиного цвета. От курток мы избавились быстро и двинули внутрь просторного помещения в дальней части которой была танц. площадка со сценой, а у входа располагалась барная стойка и несколько десятков столиков за которым сидели разношерстные компании.

– Не хило так народу то, – мысленно присвистнул я.

– Да, а куда в такую погоду идти в выходной? – кивнул Пельмень, – только сюда. А так да, человек триста тут. Вон смотри как отплясывают девки.

– Рита там! – Медвежонок все это время искал взглядом предмет своих воздыханий и таки нашел. Что и немудрено. Свет был приглушенный, но двух девушек и трех парней, стоящих и злобно смотрящих друг на друга, было видно отлично. Мы было двинулись к этой компании, но тут случилось неожиданное. Девушка в джинсах и рубашке резко встала в стойку и махнула маваши гери. Удар ногой пришелся четко в ухо невысокому крепкому пареньку от чего того повело, и он не столько больно сколько, уверен, донельзя обидно упал жопой на пол. Тянуть было дальше некуда. Два друга потерпевшего уже угрожающе надвигались на девчат,

– Стоять-боятся, братва, – мы с Пельменем и Медвежонком подлетели и встали между парнями и девчонками, – это наши подруги. Какие претензии?

– Претензии? – даже в темноте было видно, что поднявшийся с жопы парень был красный как рак от злобы. При разговоре он брызгал слюной и совал мне под нос тыльную сторону своей ладони, – вот, твоя шляндра меня ударила! И разбила дорогие часы!

– Я предупреждала, чтобы ты к нам не лез, – из-за моей спины высунулась Даша.

– Да вы все так говорите, перед тем как ноги раздвинуть. Ты чо бля, принцесса что ли? – парень было дернулся к Даше, пришлось его остановить выставленными вперед ладонями и легким толчком в грудь.

– Пацаны, совет вам дам. Вы не местные, лучше собирайтесь и валите отсюда. Всем будет спокойнее, – предложил я почти миролюбиво.

– Слышь. Раз девка твоя, тебе и отвечать. Пошли выйдем, – дернул головой в сторону выхода парень и сам первый пошел к дверям. Его товарищи двинулись следом.

– Ну пойдем, – хмыкнул я и последовал за бузотёрами. Медвежонок с Пельменем двинулись следом. По дороге Петя кивнул паре знакомых групп парней, что сидели за столиками мимо которых мы шли, и те немедленно поднимались и двигались за нами. Были там ребята и с секции по боксу и несколько знакомых Славе по прошлой жизни лиц. В итоге, когда мы вышли на улицу и встали напротив приезжих, у нас с Медвежонком и Пельменем за спиной столпилось человек двадцать парней, с интересом ожидавших развития событий и момента, когда залетных гостей города Долгопрудный можно будет отпинать со всем присущим им гостеприимством.

– Короче! Телка твоя разбила мне часы, потому ты мне теперь должен, – приезжий коротыш напирал совершенно не замечая, что расклады не в его пользу, – привезешь в Химки завтра в отель «Космос» штуку рублей. В ресторане администратору Васе передашь, скажешь для Тохи Власова. Понял?

– Понял, – кивнул я и криво улыбнулся, – только у меня другое предложение. Мы сейчас тебя и твоих друганов не пиздим всей толпой, а за это ты мне привезешь завтра штуку. Прямо вот на эту дискотеку. Геннадию отдашь, скажешь для Славы Студента. Ну и конечно на проставу ребятам надо дать сейчас. Пару сотен хватит. Договорились?

– Да чо ты с ним базаришь, Слава? Приперлись к нам, к девкам нашим лезут. Давай отпиздим их и дело с концом, – раздался голос откуда-то из толпы.

– Да вы чо бля…? – попер на меня бесстрашный коротышка, но был остановлен своим же товарищем. На вид самый старший из приезжей троицы беловолосый парень лет двадцати пяти с короткой стрижкой в синей джинсовке сделал шаг вперед и остановил друга рукой. Что-то прошептал тому на ухо, косясь в мою сторону, и коротышка успокоился, лишь зло посмотрел мне в глаза.

– Парни, давайте краями разойдемся? – предложил самый вменяемый химчанин. Залез в карман и достал оттуда небольшую стопку денег рублей на 250–300, которые, не считая, немедленно протянул мне, – вот тут где-то три сотни. Типа извинений, дамам на шампанское и парням проставится за беспокойство. А мы забираем наши куртки и валим. И никто никому ничего не должен. Лады?

– Кто ж откажется от проставы и вежливых извинений? – улыбнулся я. Взял деньги и, повернувшись к толпе местных, победно вскинул деньги вверх, – братва! Конфликт исчерпан, все идем к бару за проставой! – под одобрительный гул народа мы ввалились назад в здание дискотеки и поперли к бару. Я подошел к бармену и сделал заказа на все вырученные от конфликта деньги. Пиво и водка полились рекой, только успевал передавать стаканы и подносы, под одобрительные похлопывания и обещания пацанов, что если что, то они за меня любого готовы порвать. Кое-как справившись с этой приятной обязанностью, я взял бутылку советского шампанского и пару рюмок и отправился за столик к Даше и Рите. Миша, что характерно к своей возлюбленной от меня не убежал, а ведь ему явно хотелось. Но нет. Медвежонок скалой возвышался рядом со мной и помогал в раздаче напитков. Чем заслужил от меня дополнительные баллы уважения.

– Девчата, бить не будете, если к вам присядем? У нас есть вкусное шампанское, – поднял я бутылку и потряс ею в воздухе.

– Смотри, растрясешь, весь продукт с пеной выйдет, – протянула руки и заграбастала бутылку Даша. Мы с Мишей, убедившись, что наше подношение великодушно принято, уселись на стулья за столик к дамам. На танцполе молодежь зажигала под песню «Белая ночь» группы Форум, а Миша открывал шампанское, пока Даша что-то кричала мне на ухо о том, как у нее дела и какая дура у них преподавательница чего-то там, чего именно я не расслышал.

Белая ночь опустилась, как облако

Ветер гадает на юной листве

Слышу знакомую речь, вижу облик твой

Ну почему это только во сне?

– Вы слышали, говорят на небе пропало два ангела? – поднял я рюмку водки, когда шампанское было открыто и налито по фужерам подруг, – надеюсь, девочки, вас найдут не скоро, – улыбнулся я и закончил тост, – за Дашу и Риту! Двух самых обворожительных ангелов на небе! – девчата засмущались, Рита так вообще раскраснелась. Мы чокнулись рюмками и фужерами и выпили. Дальше тосты шли один за другим, они сменялись разговорами ни о чем, ну а еще через какое-то время я обнаружил себя на танцполе в объятиях Даши. Играла композиция Артура Беркута «Замыкая круг», девичье тело прижалось к моему, от чего мои ладони лежали не на талии Даши, а были собраны в замок на ее пояснице.