Текст книги "Студент: Казнь (СИ)"

Автор книги: LikanTrop

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)

– Ты кем себя возомнил, Дорофеев? Интригу за спиной командира разводить вздумал? А если бы стрельнул его Иваныч? Ты сука двух уважаемых офицеров лбами бы столкнул что ли? – Вова резко выбросил кулак вперед и пробил Дорофею в солнышко, от чего тот согнулся буквой «Г», не удержался на ногах и опустился на колени, – сутки тебе, Дорофей, даю. По старой дружбе, так как вместе в одном дворе росли. Чтоб через сутки ноги твоей в Долгопе не было. Понял?

– Ммм, – Антон промычал в ответ что-то неопределенное. В налитых кровью глазах парня сверкнула ненависть.

– Тогда пошел отсюда! – сказал с презрением словно выплюнул Вова. Его бывший товарищ поднялся на ноги и, держась за лицо, побрел к выходу. Через секунду дверь хлопнула и все затихло.

– А я тебе шо говорил, еще пол года назад? – покачал головой Ткач, посмотрев с легким осуждением на Сержанта, – с гнильцой Дорофей. Вот и вышло неладно. Хорошо шо так кончилось.

– Да чего уж, – отмахнулся Вова, перевел взгляд на майора и на меня,– идемте выпьем, ребята. За мировую.

– Добро! Только схожу пацанов предупрежу, что задержусь, – кивнул майор и двинул в сторону двери, аккуратно обходя капли крови, оставленные Дорофеем.

– Гриня, кто дежурный сегодня? Протрите! –распорядился Сержант, заметив дорожку из красных капель. А потом, приобняв меня за плечи, повел в сторону каптерки, – ну рассказывай, младшОй. На кого ты там опять наехал?

40 минут спустя

– И ты представляешь, Вован! – раскрасневшись от выпитой за мировую водки, рассказывал, сидя на диване в каптерке, мужчина, – сижу я, майор советской армии, командир батальона охранения, и молча слушаю как какой-то малец просто на словах прямо у меня на глазах раздевает моего начальника, – с некой даже долей восторга по второму кругу рассказывал историю нашего знакомства майор.

– Нельзя раздеть того, кто и так голый, – фыркнул я, кусая бутерброд с сыром и докторской колбасой, – Евгений Иваныч, ну ты ж понимаешь, что Саныч твой тупо хотел на чужой беде бабок срубить? Не было за ним правды, потому так легко и на место поставили.

– В кого он у тебя такой языкастый, Вова? – покосился удивленно на брата майор, ткнув в мою сторону пальцем, – а главное, ты представляешь, я на него АПС направляю. Говорю, в машину лезь! А он спокойный, будто я веткой от дерева в его сторону тычу, все как с гуси вода! Духовитый пацан!

– Это да, духовитый, его же из-за меня буквально со школьной парты в Бутырку увезли, а он не сломался, даже помощи не попросил, – с гордостью посмотрел на меня брат, – далеко пойдет!

– Если по дороге не пристрелят, – с наигранной обидой в голосе добавил майор, от чего сидящие в каптерке ребята громко рассмеялись.

– Так а ты чего? Может к нам уже, Иваныч? Раз барыга твой мудак жадный? – предложил Вован, опрокидывая рюмку.

– Подумаю, Григорьев. Но пока поварюсь у себя в Химках все таки, – майор поднял глаза на меня и добавил, – ты кстати не в курсе. Но ты Санычу прямо здорово игру поломал. Долг то это так фигня. Повод.

– Да я догадывался. Что под это дело он хотел Серегин строительный кооператив отжать, – кивнул я, мысленно подтверждая свои изначальные мысли по этой ситуации, – ничо. Пусть утрется твой Саныч. Делянка занята, – подмигнул я мужику. Тот поднял вверх рюмку, и мы чокнулись. Вечер сегодня однозначно пропал. Поездку в Грибки я уже какое-то время назад решил отложить на завтра:

– Скажи, Евгений Иваныч, а он вот тебя использует таким образом. Саныч этот. Он тебе хоть долю с этого какую засылает?

– Да какой там. Зарплата, да премия. Вот и вся моя доля. Вроде и нормально, но как-то…

– Несоразмерно задачам и опасности, – закончил я за него фразу, и майор кивнул, – подумаю, как твоей беде помочь, Евгений Иванович. Но позже. А пока пойду я. Завтра дел много. Не буду вам мешать.

– Во, кстати, Иваныч! Ты брата моего слушай. Он соображает, – заверил майора Вова, поднялся и обнял меня, с гордостью легонько постучав кулаком по груди, – давай на посошок! Как говорят? Если выпил проявитель… – майор поднял рюмку и продолжил фразу за братом, – надо выпить закрепитель!

Глава 14

17 ноября 1988 года. г. Зеленоград. Григорьев Святослав Степанович

После посиделок у брата я отрубился мгновенно, стоило мне дойти до квартиры, раздеться и прислониться щекой к подушке. Внешне то вчера я выглядел спокойным, но адреналина хапнул по полной программе. И когда наконец отпустило, пришла небольшая слабость, которую я еще и алкоголем залил. Все это подействовало как убойное снотворное. Потому глаза я открыл после того, как кто-то начал трясти меня за плечо:

– Слава! Уже девять, вставай, – я открыл глаза, но крепкая рука Медвежонка продолжила тормошить мое плечо из стороны в сторону, словно я тряпичная кукла с которой решил поиграть туповатый громила переросток.

– Да харе, Потапыч! – вырвался я из звериной хватки, сладко зевнул и потянулся, – встал я уже. Пожрать чо есть?

– Пустая яичница. Овощей и мяса нет. Сегодня схожу прикуплю чего, – заверил Миша и вышел из спальни. Я скинул с себя одеяло, опустил ноги на пол и поежился. Отопление еще не дали и в комнате было довольно прохладно. Сделав зарядку и справив мыльно-рыльные нужды, надел шорты и двинул на кухню. По дороге тормознул возле висящего в коридоре зеркала и посмотрел на свое тело, голое по торсу. А ничего так. Если в момент вселения Славки был хоть и жилистым, но дрищеватым. То теперь я неплохо начал обрастать мяском, а мышцы наливались силушкой прямо на глазах. До Шварцнегера, конечно, далеко, но на пляже перед девушками есть чем похвастать. С приподнятым настроением я сел за стол и, взяв вилку, приступил к завтраку. С игнорированием магазина мы с Мишей вчера конечно дали маху, есть яишку без хлеба было не особенно привычно.

– Динь-дон, – раздался звонок в дверь. Я посмотрел на Мишу и стрельнул глазами в сторону двери, – иди открой.

– Ща, – Медвежонок вышел, а через минуту на кухню ввалился Рязань, которому я вчера отзвонился на предмет совместного предприятия.

– Привет, пацаны, – зашел он на кухню, пожал мне руку и сел за стол. Видок у него был слегка потрепанный, – а у вас пива нету? Или хоть чая грибного? – на этот вопрос я покачал головой и хмыкнул:

– Кто ходит в гости по утрам, тот поступает мудро. То тут сто грамм, то там сто грамм. На то оно и утро, – продекламировал я шутливую поговорку и поинтересовался, – бухал что ли вчера?

– Маленько, – поморщился парень и с благодарностью принял от Медвежонка стакан с пакетиком чая заваренном в кипятке. Мне же Миша поставил кружку с кофе. Заучил уже, что по утрам я люблю черный растворимый Нескафе без сахара. Чтоб прям жженым был до омерзения. Еще в прошлой жизни не понимал, откуда у меня такая охотка к этому противному вкусу. А вот гриб чайный, или как в 21 веке его называли «камбучу», не любил никогда. Просто брезговал этими бактериями из банки.

– О! Пришел кто? – встрепенулся Рязань, когда в дверь снова позвонили. На этот раз в квартиру завалились Чиж с Пельменем.

– Не раздевайтесь, – я встал из-за стола, поздоровался с парнями и представил им Леху. А потом кинул пустую тарелку с вилкой в мойку и двинул в спальню одеваться. Надел самый свежий спортивный костюм из тех, что имелись в шкафу и через минуту мы уже тряслись в копейке, двигаясь в сторону Химок.

– Блин, Медведь, подвинься, – пихнул в бок Мишу Рязань. Медвежонка посадили сзади по центру, а по бокам от него, вжимаясь в двери, кое-как втиснулись Пельмень и Рязань. Теперь парни отчаянно страдали от немереных объёмов тела своего попутчика.

– Чо смешного? Ты же меньше? Сел бы сзади, – проворчал Леха, увидев мою довольную ухмылку.

– Мне нельзя. Я начальник мероприятия, – подмигнул я парню, и хохотнул, – такова жизнь. Чиж водитель, я начальник. Потому лучшие места для нас.

– А чо, куда едем? Чо за дело? – поинтересовался наш водила, сдвинув восьмиклинку на затылок.

– Короче. Надо помочь моему барыге вернуть должок. История такая… – и я вкратце поведал товарищам о том, как Серегу из Химок два хитрована нагрели на видеомагнитофоны и бабки, – в общем. Тряхануть надо этого соседа на предмет денег. А главное, чтобы он свел нас со своим корешем, который типа зав. склада «Березки».

– Думаешь он реально там работает? Место так-то казырное, – призадумался Пельмень.

– Не факт. Но кто знает? В любом случае, выясним на месте, верно? – я взялся за ручку и начал крутить ее, приоткрывая окно. Парни изрядно надышали в салоне, а от перегара Рязани вообще можно было вешать топор.

В Химках на улице Калинина мы подъехали к угловому многоквартирному дому сталинской эпохи: 4 этажа, светлый фасад с белыми карнизами и декоративными поясами. У здания скатная крыша, на торце заметны круглое слуховое окно под кровлей и небольшие балконы с простыми ограждениями; окна расположены ровными рядами, первый этаж выделен арочным проёмом, над которым висела вывеска магазина «Молоко». А чуть в стороне, сбоку от входа сиротливо и совершенно не к месту висела небольшая табличка: «Стройка. Ремонт. Строительные товары.». Вот так просто и без какого-либо названия. Но оно и не надо, главное же передать смысл, коротко и по существу.

– Покурите пока. Я за барыгой нашим, – кивнул я парням, вылез из тачки и вошел магазин. Просторное помещение молочки было разделено на две неравные части. Две трети магазина и правда занимали полки с молоком в бутылках и в треугольных красных пакетах, кефир, ряженка, cметана и много чего еще. Другую треть, справа от входа оккупировал строительный кооператив: на полках стояли строительные принадлежности, ручки, замки, банки с краской и клеем. Всем этим хозяйством заведовал продавец в серой рубашке и темных брюках, парень лет тридцати с совершенно невзрачным, незапоминающимся лицом, мечта любого чекиста. Чуть сбоку от всего этого хозяйства располагался проход в коридор, войдя в который, я и нашел узкую дверцу с табличкой с надписью «По вопросам ремонта» на ней.

– Тук-тук. Есть кто? – я вошел внутрь небольшого кабинета, за столом которого в джинсах и в не по размеру великоватом и от того мешковато сидящим пиджаке располагался Серега. Волосы его были аккуратно зачесаны, борода ухожена и видно, что содержалась в порядке. Отпустило парня.

– Слава? Рад видеть! Не думал, что так рано приедешь, – парень поднялся, вышел из-за стола и пожал мне руку.

– Днем еще масса дел. Так что собирайся, поехали к твоему соседу, – махнул я рукой и двинул к выходу, – время деньги.

– Да-да! Одну минуту, я мигом, – кивнул парень и кинулся к столу за связкой ключей.

– Надеюсь ты на колесах, потому что у меня машина трудовым коллективом под завязку забита, – сказал я и вышел из кабинета. Трудовой коллектив между тем в машине уже не сидел: Парни стояли кучкой у тачки и сейчас о чем-то активно болтали. Чиж с Рязанью дымили сигаретами. Я же встал у входа в магаз и вдохнул полные легкие прохладного воздуха. Эх, бодрит!

– У меня во дворе машина припаркована, – через пол минуты Сергей быстрым шагом вышел из магазина наружу, на ходу просовывая руки в рукава куртки, – ща я ее выгоню, нам по Калинина налево, а потом за мной езжайте, – объяснил он план действий и скрылся за углом здания.

– По коням, товарищи пацаны! Ща пирожок появится, нам за ним, – объяснил я Чижу задачу, и мы погрузились в тачку.

15 минут спустя

Ехали мы не наобум, повезет застать человека дома или не повезет. Еще в ресторане на встрече с Михал Санычем Серега объяснил, что Гена, этот его сосед по двору, что нагрел его на бабки, в выходные обычно дрых до обеда. А если выходил в свой родной ликёро-водочный завод, то исключительно во вторую смену. Любил мужик в пятницу накатить. Традиция, почти как на Пасху яйца красить. Потому, когда мы свернули в сторону серой продолговатой пятиэтажки с четырьмя подъездами, то были уверены, что клиент почти наверняка дома.

– Плохо мы еще боремся за звание дома высокой культуры и быта, – присвистнул я, когда вышел из машины и увидел двор возле дома Сергея. Ну как двор? Грязь, высокая трава по пояс и куски строительной жизнедеятельности. А чуть сбоку стояла трансформаторная подстанция из серого кирпича. Где тут дети гуляют совершенно непонятно.

– Дети в соседний двор ходят, – ответил Сергей, подошедший ко мне. Последнюю мысль я очевидно озвучил вслух, – идем, нам на третий этаж, – приглашающе махнул рукой парень, и мы двинулись следом за ним всей нестройной, но безусловно честной компанией.

– У него точно детей нет? – уточнил я. Совершенно не хотелось вламываться в квартиру и пугать чьих-то мелких. Пусть даже и такого мудака как Геннадий. В таком случае лучше было бы подкараулить кидалу на улице.

– Нету. С женой вдвоем живут. Они бухают постоянно. Какие там дети? – покачал головой Сергей.

– По бокам от глазка затаитесь, – попросил я подельников и нажал на звонок. В квартире было тихо, и я нажал на звонок еще несколько раз. Наконец, с той стороны двери послышалось шевеление и громкие матерки.

– Кто там? – раздался недовольный голос и что-то мелькнуло в глазке.

– Добрый день! Дядя Гена! Меня отец прислал, на заводе авария! Вас срочно вызывают, – сделал я испуганное лицо и зачастил суетливо. Пользоваться внешностью школьника я научился отлично.

– Какая еще авария, пацан? – открыл дверь мужик лет тридцати пяти в белой майке алкоголичке и посмотрел на меня красными воспаленными от пьянки и недосыпа глазами. В подъезд пахнуло перегаром.

– Дискотека Авария, мужик, – ответил я с иронией в голосе и уже своим нормальным голосом. А потом с доворотом корпуса отправил кулак правой руки прямо в скулу полноватому мужчине в растянутых трениках. По пояс голая туша нелепо шлепнулась на пол и растянулась на светло-коричневом линолеуме, а мы всей компанией завалились внутрь коридора двухкомнатной квартиры. Не забыв закрыть за собой дверь.

– Рязань проверь хату! Если найдешь жену, закрой ее в ванной. Только вежливо! – попросил я. Рязань отчалил, и я перевел взгляд на Медвежонка, – Миша, подними нашего кидалу на ноги, – друг на пару с Пельменем взяли нашего махинатора под руки и поставили передо мной. Левая половина лица мужика начала опухать, а скула изрядно покраснела.

– Доброго дня, Геннадий. Узнаете? – я кивнул на Серегу, – как же так, Геннадий? Зачем людей на деньги кидаете? Не хорошо! Тем более, что это наши деньги. Надо бы вернуть, – я посмотрел на Мишу, – в зал его тащите.

И Гену, испуганно крутящего глазами и силящегося что-то сказать в ответ, затащили в зал и посадили на диван, придерживая по бокам руками.

– В общем ситуация такая, Геннадий. Ты нам должен денег. Шестьдесят тысяч плюс проценты, плюс моральный ущерб. Итого, – я задумался, – пусть будет сто тысяч рублей.

– Вы чо? Да откуда у меня… – договорить я мужику не дал. Кивнул Пельменю и тот выписал короткий, но мощный тычок по печени. От чего мужика слегка скрутило.

– Сто тысяч, – повторил я, – это раз. Откуда возмешь, мне все равно, – повторил я, – хорошая новость в том, что должен их не ты один, Геннадий. Друг твой где? – спросил я мужчину, – с которым вы Сереге видеомагнитофоны обещали?

– Андрюха? Так он это… Ну, у себя на Савеловской, наверное, – неуверенно ответил полуголый мужчина, – да там случайно вышло. Мы же хотели видики отдать. Ну это, не вышло просто.

– Это хорошо, что хотели! И отдадите, не сомневайся, – фыркнул я и, нагнувшись посмотрел в серые глаза махинатора, – скажи, Геннадий. А Андрюха твой, он вообще какое-то отношение к складам Березки имеет? – в этот момент в двери зала появилась физиономия Рязани, который сообщил, что в квартире никого больше нет.

– Так и конечно, имеет, – активно закивал Гена, – охранником вкалывает там. В ночную, два через два.

– Понятно, – я прикинул. Если денег получить с этих двух друганов не получится. Вполне ведь можно и… Впрочем, об этом потом: – так вот, Геннадий. Делай что хочешь, но на следующую субботу сговорись с другом о встрече. Где и во сколько передашь Сергею, – я кивнул на кооператора, стоящего позади меня, – а пока, мне нужны документы на машину и деньги. Деньги в сумму оплаты долга, а машина в залог. Постоит пока у меня.

– Да вы обалдели? Да я… – договорить ему не дали. Медвежонок положил ладонь на шею Геннадия и начал ее сжимать. Не маленьких габаритов мужчина пытался оторвать лапу Мишани от своей шеи, но не справился. Закряхтел, задыхаясь, стал отчаянно бить моего друга по руке.

– Пусти, – подмигнул я Мише и посмотрел на Гену, – смотри какая ситуация, Геннадий. У нас есть два варианта развития событий. Первый: ты говоришь, где документы на машину и деньги, пишешь доверенность на Серегу и мы решаем, как тебе с другом погасить ваш долг. Делаешь ты это не сразу, а потому активно при этом теряя здоровье. Второй вариант: ты все равно все отдаешь, но оставшись целым. Исход один и тот же, а вот процессы… Согласись второй вариант, куда разумнее и безболезненнее первого? Но выбирать тебе, Геннадий. Какой подходит больше?

– Второй, – немного подумав буркнул мужчина, а потом добавил жалобным голосом, – не надо бить. Я всё скумекал!

Сперва решили по машине: документы с ключами от тачки и нужного гаража забрали сразу. Потом, заставили Гену написать две доверенности: на мои левые документы и на Серегу. На Серегу же была выписана долговая расписка. С деньгами ожидаемо оказалось не густо. Вытряхнув несколько заначек из книг в зале и из красной банки с надписью «Крупы» на кухне, удалось насобирать всего три тысячи двести рублей.

– Двести рублей я оставляю тебе, Геннадий. Для ровного счета, и чтоб ты понимал, что мы не грабители, а пришли забрать свое. Трешку вычеркнем из долга, – объяснил я слегка успокоившемуся мужчине, – до следующей субботы у тебя срок организовать встречу с твоим подельником. В твоих же интересах не говорить ему к кому ты его зовешь. Потому как сам подумай, не кинет ли он и тебя? Не оставит ли разгребать проблемы в одиночку? – мужчина при этих словах посмурнел и я кивнул, подтверждая правильность направления его мыслей, – имей ввиду, Геннадий. Если встречу ты не организуешь, то больше мы к тебе домой не придем. Придет кто-то один, ночью во двор, понимаешь зачем? – Гена мрачно кивнул, испуганно покосившись на Медвежонка.

– И да, Геннадий, решишь пойти к ментам, -я присел на корточки перед мужиком и начал спокойным голосом объяснять, – либо сядешь сам за свои же махинации. А если не сядешь, – я кивнул на парней, – у меня таких спортивных пацанов еще три десятка. Приедут и оторвут твою тупую башку. Всосал?

– Слышь, братан. Гля, чо нашел, – послышался крик Чижа из коридора. Оставив Мишу и Пельменя, держать нашего клиента, мы двинули с Рязанью на голос друга. Дверь в кладовку была открыта, а довольный Чиж показывал куда вглубь, – водка «Пшеничная», мля! Три ящика.

– Рязань. Это грузим к Чижу в багажник. Брату в ларьки отдам, – скомандовал я и вернулся в зал.

– Что, Геннадий, воруешь с завода по маленьку?

– Ничо я не ворую. Это не мое, -глазки мужика забегали щеки раскраснелись

– Ну не твое, так не твое, – хмыкнул я, хлопнул Гену по лбу и нагнувшись спокойно заглянул в глаза, – ты сообразил, что я тебе про ментов сказал, Геннадий? – терпила заверил, что понял абсолютно все. После чего мы покинули его скромную обитель. Загрузили ящики с водкой в багажник машины. И двинули в гаражный кооператив, где без труда нашли нужную нам кирпичную коробку. За руль выгнанной наружу бежевой восьмерки я посадил Медвежонка, благо права у парня имелись.

– В общем, ждем встречи со втором махинатором, – прощаясь с Серегой, заключил я, – Гена твой, сказал же как? Что сорок штук у этого Андрея? Вот думаю этот Андрей и поможет нам решить твой вопрос. Так или иначе. Деньги рвем по справедливости. Твои шестьдесят, что сверху наше. Трешку забираю в счет своих, мне еще с пацанами рассчитаться надо будет, сам понимаешь.

– Спасибо, Слава, – с искренней благодарностью в голосе произнес Сергей, пожимая мою руку, – не знаю на счет денег как выйдет. Но моральное удовлетворение при виде испуганной рожи этого гада, я получил с лихвой.

– Да не за что, Сережа. Мы же партнеры, – подмигнул я парню – потом заеду к тебе посмотреть на твое хозяйство, – увидев, что парень слегка скис, приобнял его за плечи, – да не куксись ты. Твой это кооператив, твой. И я на него не претендую. Все как договаривались: я решаю проблемы, ты платишь за это процент с прибыли. Я партнеров своих не кидаю. Запомни это дружище, раз и навсегда, да и не экономист я, мне сидеть в офисе не особо интересно, – увидев, что взгляд коммерсанта просветлел, хлопнул его по куртке ладонью и решил закругляться, – ладно! Курсани как этот твой Гена время и место встречи назовет. А мы двинули!

– Хорошо. Пока тогда. Пока, пацаны! – пожал Серега руки парням, сел в машину и уехал. А я подошел к своим архаровцам, – и так, товарищи. Потрудились – получайте! Это вам, – я раздал каждому деньги, – по 250 рублей на брата. Честно заработали. Восстановили, так сказать, справедливость. Хоть и пока не полностью. Чиж, ты гони водку к нам в гараж. Там пока и восьмерку оставим. Надо с братом поговорить, куда ее пока поставить. Ну а остальные по домам, – все кроме Медвежонка погрузились в тачку к Чижу и две машины отечественного производства тронулись в сторону Долгопрудного.

– Слушай, Славян, – подошел ко мне Пельмень, когда мы уже выгрузились в моем дворе. Чиж с Мишаней уехали в гаражи, а Рязань с довольной жизнью улыбкой отчалил домой, – ты это… Если еще какие дела будут, маякуй! Я с радостью, – вопросительно посмотрел на меня парень.

– Не переживай, Петя. Конечно, позову и не раз. Росли же вместе. С детства с одной секции, опять же, – подмигнул я парню, на лице которого засияла улыбка, и на прощание крепко сжал его ладонь. Пора было собираться в Грибки.

Глава 15

17 ноября 1988 года. г. Долгопрудный. Григорьев Святослав Степанович

Вернувшись в квартиру, я отправился в комнату открыл шкаф и внимательно изучил гардероб, в основном ту его часть, что осталась из прошлой жизни. В Грибки я сегодня собирался ехать на разведку. Прежде всего надо было убедиться, действительно ли Болек и Лелек в деревне, узнать сколько у них охраны и вообще, что там и как. Для этого неплохо было бы устроить небольшой маскарад и мой школьный темно-синий костюм идеально подходил для этого. Надев его на себя и повязав красный пионерский галстук на шею, я подвигал руками из стороны в сторону. Все таки хорошо, что бабушка заказывала этот костюм на вырост. Изрядно раздавшиеся за пол года плечи и руки могли стать проблемой, но нет. Пиджак сидел впритык и если сковывал движения, то в пределах нормы.

– Слава, тебя Маша спрашивает, – крикнул из коридора Мишаня, который ответил на раздавшийся в квартире парой секунд ранее звонок телефона.

– На рынок собрался? А чо сразу из гаражей туда не пошел? – спросил я друга. Тот уже поставил машину и видимо вернулся домой за чем-то. Парень не стал раздеваться и стоял в верхней одежду, а в свободной от трубки руке держал свернутый пакет.

– Да, за пакетом вот. И деньги спрятать, – ответил друг, слегка покраснев, и протянул мне трубку.

– Алло!

– Привееет! – раздался в трубке довольный голосок с хитринкой, -а я вот все думаю. У нас вроде парень с сестренкой был. А его нет нигде! Не слышно и не видно. Не знаешь где он?

– Так рабочая неделя у парня, – хмыкнул я.

– Ладно. Прощаем, – хихикнула Маша, – мы с Дашей достали кассету «Грязные танцы». Вечером придем к тебе смотреть.

– Супер, – улыбнулся я, – давайте тогда, – я задумался и посмотрел на руку. Часы показывали два дня, – к пол девятому подгребайте. Я дела все сделаю как раз к этому времени. Можете, кстати, Риту захватить для Мишани?

– А чо так поздно?

– Вам не все ли равно? Заночуете у меня.

– Ладно, – легко сдалась студентка, – только на счет Риты не обещаю. Как получится. Поздновато для нее.

– Тогда целую. Дашу тоже, – я повесил трубку. Задумался ненадолго и набрал номер Футболиста.

– Алло, – в трубке послышался голос Алисы.

– Привет, красавица, – услышав девушку, я невольно расплылся в улыбке, – звоню сказать, что скучал и всю неделю думал о тебе.

– Да ну? И что надумал?

– Надумал, что надо бы заехать к тебе в гости. Может быть завтра.

– Экий же ты у меня тугодум, – фыркнула Алиса, – целую неделю убил на придумку такой ерунды? Ладно. Ты все равно кстати.

– Да ну?

– Да! Завтра у моей подруги и однокурсницы Саши день рождения. Раз уж ты соизволил нарисоваться, так и быть, пойду к ней в гости с кавалером. В четыре за мной заезжай.

– Договорились. А как у Вовы делала? Пропал совсем.

– У Вовки? – на той стороне телефона послышалось молчание, – да как-то не очень. У него друга, то ли убили, то ли он еще из-за чего умер. Короче, он вчера как на похороны ушел, так пока и не возвращался. Бухает, наверное.

– Привет ему передавай, если вернется до завтра. Заеду в шесть, – мы попрощались, а я подошел к зеркалу и критически осмотрел себя. Ну что? Чистый школьник. Даже сомнений никаких не должно быть.

Я накинул верхнюю одежду, вышел во двор и двинул на дорогу ловить попутку. Вообще хреноватая история видимо вышла у балашихинских. Сперва стрельба у Хромого. Теперь вести о похоронах. Прямо крайне любопытно стало, что же у них произошло. И как такая херня случилась?

Попутку я поймал минут за десять. Балагуристый мужик с открытым рязанским лицом на стареньком, но ухоженном москвиче с немосковскими номерам, опознав во мне школьника, довез до нужного места бесплатно. Активно рассказывая мне по дороге о судьбе своей дочки старшеклассницы. Я вежливо кивал на его слова, но особо в них не вслушивался. Попрощавшись и выйдя на повороте к дороге, ведущей к Грибкам, двинул дальше пешочком. На улице погода была не особо холодной, где-то минус два, но грязь уже успела схватиться и сильно ботинки удалось не запачкать. Главное было внимательно обходить огромные лужи, рассыпавшиеся тут и там сотнями серых зеркал, покрытые тонкой льдистой коркой.

На подходе к нужному дому сразу стало ясно, что он далеко не пуст. Из трубы клубился дымок, отдаленно слышались мужские голоса и приглушенно играла музыка. Проходя мимо забора, вроде как иду по своим делам, скосил глаза вбок не поворачивая головы. Если забор был высоким и сплошным, то вот новые кованые ворота с черными изящными металлическими лепестками вполне себе просматривался насквозь. Во дворе было пусто, лишь стояла одинокая Волга белого цвета. Чуть левее прижимался к дому кирпичный гараж с открытыми воротами из которого едва был виден нос серой восьмерки с открытым капотом. Возле машины возился какой-то мужик в серой фуфайке, подвязанной пояском, и в вязаной черной шапочке. Большего за секунду рассмотреть не удалось. А вот когда край забора оказался позади, мне изрядно подфартило. Соседний дом с нужной мне дачей явно пустовал.

Открыв утопающую в грязи невысокую слегка покосившуюся калитку, быстрым шагом поднялся по скрипучему крыльцу и дернул дверь за металлическую прямоугольную ручку. Та легко поддалась. Сумрак пустующего помещения отступил от проникшего из открытой двери света и с безразличием принял меня в свои объятия. В воздухе пахло застарелой пылью, сыростью и гнилым деревом. Свет сквозь заколоченные окна почти не проникал, потому какое-то время пришлось постоять на месте, дабы позволить глазам привыкнуть.

– Есть кто? – спросил я, а в ответ как в песне, лишь тишина. Пройдя пару метров по коридору нашел то, что и надеялся обнаружить – лестницу на чердак. Аккуратно ступая и плавно перенося вес с ноги на ногу, поднялся вверх в проем, где когда-то был люк. Наверху оказался на продуваемой всеми ветрами пустующей крыше. Окна как рот хоккеиста зияли дырами вместо окон. Вот возле одного такого пустого окошка я и присел на корточки. Вид на двор соседей открывался просто роскошный, лучше наблюдательного пункта и не придумаешь. Потянулись минуты ожидания.

Прежде всего, что я для себя отметил, так это отсутствие на даче Болека и Лелика собаки. Что играло мне на руку. Будучи в прошлой жизни опытным собачником, я только по лаю своего пса легко мог определить пустой ли это брёх, либо кто-то чужой подошел к калитке. Тут мохнатого охранника не имелось и известить о моем появлении хозяевам было некому.

Высокий мужчина в вязаной шапке продолжал тусоваться у кирпичного гаража, появляясь в пределах видимости время от времени. Он явно что-то чинил и иногда подходил к багажнику «Волги», открывал его и долго перебирал то ли какие-то детали, то ли инструмент, громко бурча себе что-то под нос. Не самое плохое занятье от безделья. Из дома долгое время никто больше не появлялся. Лишь только слышался телевизор, то громко играла музыка, по ходу парни захватили с собой на дачу кассетник.

Только часа через два, когда на улице окончательно стемнело, а во дворе интересующего меня дома загорелись фонари: один у входа над крыльцом, второй на столбе у забора, крепкая дубовая дверца исторгла из себя четыре фигуры. Двое оказались молодыми пацанами в модных кедах, тканевых и явно не по погоде, в синих джинсах и в алясках, причем одна из них была стильного ядовито желтого цвета: бабья погибель. Другая парочка явно являлась охранниками. Одеты они были по проще: теплые пальто на распашку поверх темных спортивных костюмов.

– Да не ссы, Крот! Не узнает ничо батя. Мы с вами сгоняем туда и обратно! Скучно, бля, сидеть же, – неприятным, слегка гнусавым голоском заговорил кто-то из парочки молодых пацанов, – да и в натуре! Темно на улице уже. Кто нас в магазе то увидит? – мужчина по кличке Крот в ответ пробурчал недовольным тоном себе что-то неразборчивое под нос. Но явно чисто для порядка. Открыл ворота и сел в тачку, в которую секундой ранее погрузились остальные трое. Волга завелась и выехала наружу, через минуту скрывшись где-то во тьме дороги, ведущей к Дмитриевскому шоссе.

Что ж. Выходит клиенты мои на месте, а значит судьба кинула жребий. Исполнять их придется мне самому. Спихнуть эту неприятную обязанность, тянущую на «вышку», на кого-то еще не получилось. Из плохих новостей: количество охраны. Пять человек на одного меня – расклад не очень оптимистичный. С пустыми руками не попрешь. Можно было бы, конечно, съездить за «Макаровым» к футболисту, но да толку то, без глушака? Раз шмальнешь и сбегутся все остальные. Хрен его знает, надо исходить из того, что они все там вооруженные. Да и округа всполошится.

Я аккуратно спускался по вертикальной лестнице и продолжал про себя размышлять: «Нет, тут точно нужен инструмент с глушителем. Лучше всего ТТ. Я с ним уже работал в прошлой жизни. Пукает тихо, только специалист отличит хлопок от выстрела. А за таким инструментом лучше обратиться к Рэмбо. Больше просто не к кому. Его же можно было бы и подтянуть на операцию. Он и так от скуки копытом землю бьет. Это раз. К тому же, Футболист все-таки спортсмен. А Рэмбо профессиональный военный. Не будет мандража, выстрелов не боится опять же. А самое важное – такая операция для него не форс мажор, а обычная работа. Одно дело бить кулаком по морде, а другое осознанно выстрелить в человека. Никогда не знаешь, как поведет себя в такой ситуации новичок. Потому выбор очевиден. Рэмбо.»