Текст книги "Большой переполох (СИ)"

Автор книги: Кицуне-тайчо

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 7 страниц)

Цветущий сад в лучах заходящего солнца – идеальное место для вечернего чая. Хисана и Йоруичи вытащили на улицу столик, уставили его сладостями и вовсю наслаждались жизнью. Появление мужчин прервало идиллию.

– Шихоинь, нужно поговорить, – без предисловий заявил Кучики.

Ага! Он все-таки решил это сделать! Ренджи боялся шевельнуться, бросить хоть взгляд в сторону капитана, чтобы тот из одной вредности не передумал. Вместо того уставился в сад, делая вид, что вообще не слышит, о чем речь.

– Ну вот, мы только начали! – Рассмеялась Хисана.

– Мы ненадолго, – мягко сказал Бьякуя. – Я пока оставлю тебе Ренджи.

Оставлю? Абарай сел на траву у столика и хмуро уставился вслед уходящим капитанам. Это выглядело так, будто Кучики вообще не видит в Ренджи мужчину. Запросто оставляет его со своей женой, и у него не возникает даже тени какого-то сомнения. И вообще, подумал вдруг Ренджи, насупившись, не превратился ли он, лейтенант Абарай, в подобие прислуги для семейства Кучики? То с ребенком позанимайся, то жену в город сопроводи. Хисана обожала сама выбирать на рынке продукты и набирала их обычно целую кучу, а отвлекать кого-то из тех, кто работал в доме (за деньги, между прочим!), почему-то стеснялась. И Кучики вечно посылал Абарая встречать ее. Не слишком ли эти аристократы привыкли его эксплуатировать?

Когда-то Ренджи притащили в этот дом практически силой. Это Хаями вдруг выдумал, что Абараю для того, чтобы превзойти капитана, просто необходимо бывать у того в гостях и вести философские беседы. В ту пору Ренджи сопротивлялся изо всех сил, а в доме чувствовал себя крайне скованно. Слишком уж все это было непривычно, чуждо скромному и грубоватому руконгайцу. Никак не думал он, что будет бывать здесь так часто.

– Угощайся, Ренджи, – мягко улыбнулась Хисана. – Я налью тебе чаю.

Абарай подгреб к себе вазочку с печеньем. Как бы там ни было, а сладости в поместье Кучики всегда подавались отменные.

***

– Что ты об этом думаешь? – Заговорил Бьякуя, когда они с Шихоинь отошли подальше от стола.

Йоруичи, насмешливо щурясь, некоторое время изучала его бесстрастное лицо.

– Такато ведь из ваших знакомцев, верно?

– Мы поддерживаем с этим кланом дружественные отношения, – подтвердил Бьякуя.

– Тогда ты можешь знать, возможны ли у них конфликты с Кимурой или с Кирой.

– Насколько мне известно, никаких.

– Тамура не сумел определить, кто из них врет, – с досадой сообщила Йоруичи. – Редкий случай. Обычно его не проведешь.

– И что это может означать?

– Просто кто-то из них виртуозный лгун.

– И какие меры ты намерена предпринять?

– Ты спрашиваешь из праздного любопытства или собираешься повлиять на следствие?

– Я просто хочу быть в курсе.

Йоруичи поленилась выжимать из него правдивый ответ. Если Кучики не намерен объяснять, чего хочет, он способен отделываться общими фразами до бесконечности.

– Мы сделали вид, что оставили их в покое, – сообщила Йоруичи. – Уже вечер, а мы до сих пор никого не допрашивали, даже на месте происшествия не побывали.

– Ты полагаешь, они расслабятся? – Понимающе кивнул Бьякуя.

– Но нам известен каждый их шаг, – продолжала Йоруичи. – Сегодня они уже ничего не успели сделать. Но как ты думаешь, возможно, им требуется замести следы? Переговорить с сообщниками?

– На их месте я не стал бы делать этого сейчас, – заметил Бьякуя. – Слишком велика вероятность слежки. Позже, когда все уляжется…

– И за это время кто-то может случайно что-то обнаружить, – подхватила Йоруичи. – Я, конечно, не знаю, что это может быть. Но если готовили преступление, да еще с техническими средствами, наверняка есть что припрятать. А что будет, если они заметят слежку?

– Просто избавятся от нее, – сказал Бьякуя с оттенком презрения в голосе. – Неужели твои люди настолько некомпетентны, что позволят себя заметить?

– Всякие есть, всякие, – усмехнулась Йоруичи. – Значит, избавятся. И это будет удобным случаем, чтобы замести следы, тебе не кажется?

– Пожалуй, – согласился Бьякуя.

– И вот тут-то и вступит в дело вторая очередь.

– Вторая? – Бьякуя нахмурился. – Что-то я тебя не понимаю.

– Да все же просто! Следить будут две группы. Первая даст себя обнаружить, а вторая нет. Первая позволит жертве оторваться, а вторая пойдет за ней по пятам.

– Мы их спугнем, – сообразил Бьякуя. – Заставим действовать прямо сейчас, когда это удобно нам.

Йоруичи мысленно усмехнулась. «Мы»? Еще один любитель встревать в работу следствия. Мало ей Кьораку!

– Вот именно, – кивнула Йоруичи. – Но ты все же помалкивай. Мы не знаем, кто может передать информацию девчонке.

Она что-то знает, насторожился Кучики. Насчет Абарая и этой Такато. Или подозревает. Иначе не стала бы так говорить.

– Я умею держать язык за зубами, – надменно отозвался он.

***

Пока Кимура изображал жертву перед новыми сослуживцами, Каори утешали сослуживцы прежние. Они уверяли, что все будет в порядке, что никто ни в чем ее не подозревает, и что разведка во всем разберется. Каори надеялась, что лейтенант Кира скажет ей хоть словечко, но тот опять укрылся в кабинете и не показывался оттуда. Тамура попросил его пока не говорить ни с кем из подозреваемых на эту тему.

Но когда Каори вышла на улицу после утренних занятий, ей показалось, что где-то сбоку, на краю поля зрения, мелькнула черная тень. Впрочем, в Готэй практически все носят черную форму, однако Каори именно эта тень показалась подозрительной. Она оглянулась, но ничего не обнаружила. Только осталось в душе неприятное чувство. Это ощущение, что за тобой наблюдают.

Спустя некоторое время странное движение где-то сбоку повторилось. Каори резко развернулась… и успела заметить фигуру, немедленно скрывшуюся за углом. Не синигами. Разведчик. Вот, значит, как они ее не подозревают!

Каори обиделась и расстроилась. Она так старалась сделать, как лучше, она жизнью рисковала, и вот благодарность! Подозревают ее саму в преступлении! Вот уж нет, подумала она со злостью. Я вам докажу. Сама все найду и докажу.

Весь остаток дня она размышляла о том, какого рода доказательства может представить. Остатки приманки? Нет, вряд ли, Кимуре было выгоднее использовать ее полностью. Пушку изъяли и унесли в двенадцатый отряд. Да и толку с той пушки? А впрочем… Каори пришло в голову, что именно с пушки и стоит начать. Лейтенант Нему сказала, что это копия с образца. Значит, кто-то делал ее. Значит, могут остаться следы изготовления. Инструменты, запчасти. Делали тайно, значит, где-то в темных уголках лабораторий может находиться скрытая комната, в которой будут некие части, указывающие на сборку пушки серо. И тогда можно будет вычислить, чья это работа. И прижать хозяина, узнать у него имя сообщника.

Каори не подумала о том, как она собралась разыскивать какую-то комнату в лабораториях, в которых не бывала ни разу. И как она собирается опознавать запчасти именно от пушки серо. Просто она загорелась этой идеей, а идея потребовала немедленного воплощения.

***

После заката, когда дежурные уже зажгли факелы, девчонка потихоньку выскользнула из казармы. Очень любопытно, подумал Аоно и кивнул своему напарнику. Разведчики неслышно двинулись следом. Такато даже не пыталась сбросить погоню. Или она полагала, что пара зигзагов по переулкам смогут сбить со следа разведку? Тогда она просто потрясающе наивна.

Скоро стало ясно, что направляется она в расположение двенадцатого отряда. «Жаль, – подумал Аоно, – а я был почти уверен». Становилось очевидно, что девчонка намерена встретиться с сообщником, как и предсказывала капитан Шихоинь. Человек неискушенный воскликнул бы с возмущением: «Как можно подозревать такую маленькую девочку в поступке, требующем такой обдуманности и коварства?!» Но бывалый офицер разведки только усмехнулся бы в ответ. Он повидал всякое: и детей-убийц, и убийц, только похожих на детей. А если при этом она действует не в одиночку, а по чьей-то указке…

Аоно с напарником придвинулись еще ближе к преследуемой, а следом подходила и вторая группа, та, которая не должна дать себя обнаружить ни в коем случае. Хитрости больше были не нужны. Такато бесхитростно перла напролом.

Дело, которое довелось расследовать, с самого начала было каким-то невнятным. Что было у следствия? Только некая пушка, из которой так никто и не выстрелил, и два человека, одновременно обвинившие друг друга в намерении стрелять. Неясно не только то, кто был истинным преступником, но даже кто был истинной жертвой. Мог ли Кимура попытаться убить лейтенанта? Мог. Технически. А что ему мешало? И повод, как будто, есть. Другое дело, что так обычно никто не поступает. Лейтенантами, как правило, становятся настолько славные парни, что мысли об убийстве просто не возникает. Могла ли Такато пытаться обвинить Кимуру из каких-то своих соображений? Опять же, а что ей мешало в этом? Запросто. Повод неочевиден, но это не беда. Если он есть, его найдут те, кто сейчас проверяет всю подноготную участников конфликта. Можно ли подозревать девчонку? Да ребенок из благородной семьи, в десять лет поступивший в Академию, уже подозрителен. Непонятно выглядит и ее перевод из шестого. Нельзя исключать, что кто-то протолкнул ее в Готэй нарочно, чтобы добраться до старого врага. Она окликнула Киру, когда находилась на крыше? Ну да, разумеется, ведь она не собиралась стрелять. Она хотела привлечь внимание.

За размышлениями Аоно не заметил, что добрался уже до самых лабораторий. Эта слежка была настолько незамысловатой, что действовал он совершенно автоматически. Такато потопталась у здания, огляделась, потом обнаружила неплотно прикрытое окно, отодвинула створку и влезла внутрь.

Рядом с Аоно образовались двое разведчиков, – вторая группа. Они ждали его распоряжений.

– Обходим с разных сторон, – коротко скомандовал Аоно. – Чтобы не заметила. Входим через окна.

Разведчики неслышно растворились в темноте. Сам Аоно крадучись приблизился к тому же окну, в которое забралась девчонка. Офицер прислушался. Было очень тихо. Лезть внутрь он не собирался, поставив себе задачей не упустить девчонку, если она попытается выбраться этой же дорогой. Он отошел на противоположный край улицы, скрылся в тени и стал ждать.

И вдруг раздался грохот. Вскрик! Шум падения! Вспышка! Снова грохот!

Наплевав на секретность, Аоно бросился в здание.

***

В ночной лаборатории было темно и страшно. Каори, поеживаясь, пробиралась вдоль длинных стеллажей с непонятными штуками, разложенными и расставленными на полках. Как же здесь ориентироваться? Нет, эти большие залы наверняка используются всеми учеными, никто не смог бы создавать здесь что-то тайное. Нужно искать небольшие каморки.

Каори не подозревала, что забрела не в лабораторию, а на склад, где хранились, а точнее валялись не самые важные вещи. Сломанные или редко используемые приборы были сложены в дальних углах и на верхних полках, ближе к двери складировалось некоторое лабораторное оборудование, приспособления, а также кое-какие образцы не слишком важных, но текущих исследований, просто чтобы были под рукой. Не знала Каори и о том, что даже такое помещение Куроцучи без охраны не оставит. И что отодвинув окно, она уже потревожила одно из защитных заклинаний.

– Эй, ну-ка, стой! – Крикнул Какегава подозрительной тени, уже готовой выскользнуть из комнаты.

Какегава был из младших офицеров двенадцатого отряда. И, если уж говорить начистоту, немного побаивался тех безумцев, которые могли бы залезть в лабораторию посреди ночи. С его точки зрения, чтобы попытаться что-то украсть у капитана Куроцучи, нужно быть законченным психом. А психи опасны уже тем, что непредсказуемы.

Каори ойкнула от неожиданности, дернулась и зацепила незакрепленный стеллаж. Он угрожающе качнулся, но не упал, зато с верхней полки загремела какая-то большая металлическая посудина. Оба противника подпрыгнули от испуга. Они едва видели друг друга в темноте и не могли разобрать, с кем придется сражаться. В любом случае, Каори не могла допустить, чтобы ее здесь поймали. Страшно представить, что будет! Ей очень повезет, если капитан Куроцучи просто возьмет ее за ухо и передаст капитану Сайто. А ведь говорят, что сюда можно войти и никогда уже не выйти.

Собравшись с духом, Каори метнула в темноту бакудо. Если связать нападавшего, можно успеть проскочить мимо него к окну. Промазала! Кидо прочно угнездилось на ножке стеллажа. Противник взвыл от страха, отскочил назад и что-то там опрокинул. Загремело еще сильнее. Какегава выбросил вперед руки и пальнул хадо, но тоже промазал. Ближайший к двери стеллаж взорвался, повалился на пол, роняя за собой и остальные.

Каори пискнула и нырнула под полку, показавшуюся ей надежным убежищем от падающих на голову предметов. Какегава, сам обалдев от того, что натворил, бросился назад. И наткнулся на офицера Аоно.

– Что за чертовщина тут у вас происходит? – Рявкнул тот, растерявшись оттого, что в его руки попала не девчонка, а какой-то незнакомец.

– Ты еще кто такой? – Зарычал Какегава, растерявшийся не меньше, хотя маску разведчика можно было узнать с первого взгляда.

– Где девчонка?

– Какая еще девчонка?

Дверь отворилась, и в помещении, позади завала из стеллажей, появился один из подчиненных Аоно. Мгновенно оценив ситуацию, он нырнул куда-то вниз, и через несколько секунд перед офицерами оказалась Такато. За ней беззвучно выбрался и разведчик.

– Какого черта вы все забрались на нашу территорию? – Гневно зарычал Какегава. Он уже разглядел всех своих оппонентов, и теперь они казались ему куда менее страшными, чем тени на фоне ночи.

– Так ты охранник? – Разочарованно протянул Аоно.

– Именно! А вы – непрошенные пришельцы. И я должен немедленно доложить своему капитану. И в любом случае, шум уже услышали другие, так что скоро он все равно будет здесь.

Аоно наклонился к разведчику и отрывисто шепнул на ухо:

– Капитана. Быстро.

Разведчик исчез со скоростью мысли.

Капитану Куроцучи в Сейрейтее, мягко говоря, не доверяли. Хорошо было известно, что он время от времени балуется с опытами откровенно аморальными, а то и просто запрещенными. И несчастных случаев в его отряде бывало подозрительно много. Что, если несколько разведчиков просто исчезнет, и никто никогда их не найдет? Или исчезнет одна маленькая девочка, а разведчики никогда не смогут вспомнить, как провели эту ночь. Нет, присутствие капитана Шихоинь было совершенно необходимо.

– Надо бы поднять эти стеллажи, – озабоченно забормотал Какегава, вдруг забывший о пришельцах. – Пока капитан не пришел.

Шихоинь опоздала. Куроцучи появился первым. Впрочем, повел он себя довольно мирно. Просто брюзгливо отчитал своего офицера за устроенный разгром и велел объяснить, что произошло. Пока объясняли, примчалась и Йоруичи.

– Ну, так зачем ты сюда полезла? – Приступила она к допросу.

– Я хотела найти что-нибудь, – смутилась Каори. – Ну, кто-то же сделал эту пушку. Вот я и подумала: он точно должен быть из двенадцатого отряда. А кто бы еще смог это сделать? И он наверняка где-то здесь работал, тут же все инструменты и вообще. Ну и наверное делал это в каком-нибудь укромном уголке. Я и хотела найти, где он работал. Может, там осталось что-нибудь. Детали какие-нибудь…

Пока она говорила, для нее самой становилось все отчетливее безумие подобной затеи. Слушатели же и вовсе не оценили.

– И ты думала, что здесь можно что-то найти? – Презрительно процедил Куроцучи. – Здесь? – Он обвел широким жестом сохранившиеся стеллажи. – И как ты собиралась угадать среди всего этого, что именно тебе нужно?

Каори опустила голову. Ей нечего было возразить на это. Сейчас уж она и сама видела, что выходка была глупой и ребяческой. А теперь капитану скажут. И лейтенант убедится, что она просто дура малолетняя. И никто никогда уже не поверит. Йоруичи тем временем переглянулась со своими офицерами. Девчонка была убедительна. Да и сама непродуманность поступка… Влезть без оглядки в охраняемое помещение, ввязаться в драку с охраной… Нет, так следы не заметают.

Куроцучи тем временем разглядывал разор, пытаясь определить ущерб. Ворчал между делом на охранника:

– Что, нельзя было поаккуратнее? Ну вот, большую колбу разбили. Твое счастье, если найдется в кладовой такая же, она мне понадобится для завтрашнего опыта. Не найдется, заставлю склеивать. Эй, а это еще что?!

Возглас прозвучал так тревожно, что все немедленно обернулись. Куроцучи протянул руку в переплетение разорванных металлических прутьев и наполовину выволок наружу нечто, казавшееся частью всего остального лома. Но при более подробном рассмотрении оказалось, что это небольшая клетка, сломанная и перекрученная, застрявшая среди обломков стеллажей.

– Кто это сделал? – Грозно вопросил Куроцучи. Какегава втянул голову в плечи.

– Это он, – Каори тут же ткнула пальцем в своего недавнего противника.

– Это ты виновата! – Взвизгнул Какегава. – Все из-за нее! – Обернулся он ко всем старшим офицерам одновременно. – Сама залезла на охраняемую территорию, сама первая открыла стрельбу!

– Но я-то использовала бакудо! – Возразила Каори. – А ты зачем-то хадо. Знал, что нельзя боевыми заклинаниями кидаться, так чего тогда?

– А как бы я тебя задержал?

– Как раз для задержания бакудо и используют!

– Ну-ка, тихо! – Прикрикнула на обоих Йоруичи. – Что у тебя там было? – Обратилась она к Маюри. Тот досадливо морщился.

– Образец. Редкий образец. Хотел завтра с ним поработать, не стал убирать далеко. Кто мог представить, что эти придурки устроят тут драку?

– Пустой? И какой же? Что в нем особенного?

– Так долго за ним охотился, – Куроцучи совершенно расстроился. – Он еще живым был, когда я его заприметил. Столько караулил, подгадывал. Уйдет. Теперь не поймаем.

– Что за пустой такой? – Снова спросила Шихоинь.

– Ну вот такой, – Маюри раздраженно пожал плечами. – При жизни тот парень был хорошим экстрасенсом.

========== Нечего бояться ==========

Кимура Йошимаса пытался уснуть в своей новой комнате. В тринадцатом отряде его приняли не то чтобы с распростертыми объятиями, но достаточно миролюбиво. Он потому и выбрал этот отряд – за общую беззлобность и отсутствие стремления кого-нибудь закопать живьем. Согласился даже на перевод с понижением: капитан Укитаке не хотел назначать его, беглеца, третьим офицером наравне со своими давними и проверенными помощниками.

Так и не совершенное покушение сошло ему с рук. Кимура знал, что за ним внимательно наблюдают разведчики, без этого никак, но у них нет доказательств, а предоставлять их он ни за что не станет. С помощником из двенадцатого отряда он рассчитается позже, когда уляжется шум, и рассчитается сполна, честно. План был идеален, не его вина, что затея сорвалась. Виновата девчонка, но и та услышала разговор случайно. Какая нелепость! Так хорошо спланированная операция сорвалась из-за какой-то глупости! Эти мысли никак не давали Кимуре уснуть.

Возле окна послышалось какое-то копошение, потом цокот маленьких коготков. Что-то шустрое, царапнув подоконник, просочилось сквозь приоткрытые створки, шлепнулось на пол и проворно уползло в угол. Кимура приподнялся на локте. Ему показалось, что он ощутил реяцу пустого, однако этот пустой нападать не собирался.

– Не спишь? – Прошелестел голос в углу.

– Ты еще кто такой? Покажись, – потребовал синигами.

– После покажусь, ладно? Сперва о деле.

И Кимура вдруг понял, что опасаться ему нечего. Существо, кто бы оно ни было, совершенно не опасно. Оно не причинит вреда. У него даже в мыслях нет причинять вред кому бы то ни было. Офицера охватило полное спокойствие, граничащее с безмятежностью. Это могло бы показаться ему странным, учитывая присутствие в комнате невидимого пустого, однако не показалось.

– Каком еще деле? – Буркнул он.

– Я чувствую, что у тебя есть дело, – вкрадчиво проговорил голос.

– Не понимаю тебя.

– Тогда подумай еще раз. Я не могу знать подробностей. Я не умею читать мысли. Только твои чувства, эмоции. Ты расстроен. Ты только что провалил что-то важное. Я прав?

– Ты об этом, – понимающе протянул Кимура. – Как это ты ухитрился учуять?

– Я же говорю: могу воспринимать чужое настроение. Ты хочешь убить кого-то. Это я чувствую. Ты не смог его убить, это я тоже ощущаю. Но ты хочешь попробовать еще раз?

– И что, ты предлагаешь свою помощь? – Недоверчиво уточнил Кимура.

– Взаимовыгодное сотрудничество, – поправил голос. – Ты поможешь мне, а после этого я смогу помочь тебе.

– Для начала покажись, – решительно велел Йошимаса.

– Ну ладно, ладно.

Существо, цокая коготками, приблизилось. Было оно совсем маленьким, с небольшую кошку, сплюснутым с боков, бесхвостым и со страшненькой физиономией. Вытянутые челюсти вмещали в себя целую сотню острейших зубов.

– Ты мелкий, и реяцу твоя никуда не годится, – резюмировал Кимура. – Сомневаюсь, что ты способен чем-то мне помочь.

– Тем не менее, мои челюсти способны перегрызть горло синигами, – парировал пустой. – Впрочем, я сказал, что сначала ты поможешь мне. Если ты устроишь так, чтобы я набрал силу, тогда я смогу сделать то, что нужно тебе.

– А потом? – Поинтересовался Кимура.

– А потом мы просто разойдемся в разные стороны и забудем друг о друге. Как будто никогда и не виделись.

Синигами глядел в желтые немигающие глаза пустого. В них невозможно было разглядеть признаки каких-то эмоций. Чего хочет это существо, чего добивается? Несмотря на вполне закономерное сомнение, тревоги не было.

– Значит, сделка?

– Именно. Сделка.

– Но я не вполне представляю, как…

– Легко, – пустой улегся на полу, скрестив лапы. – Ты попросишься на патрулирование в Мир живых. Ты сможешь это сделать?

– Думаю, да, – кивнул Кимура. – Вряд ли кто-то станет мне препятствовать в этом. Но зачем?

– Ты знаешь, как пустые набирают силу? Они поедают других пустых. Вот и все, что от тебя потребуется. Ты будешь сражаться с пустыми, как тебе положено, но станешь не убивать их, а только ранить. А я сделаю остальное. Потом я стану сильным, и мы вернемся сюда. Я убью того, на кого ты укажешь. Вот и все.

– А тебе какой смысл? – Уточнил все же Кимура. – Эволюционировать собрался?

– Не совсем так, – пустой поморщился. Точнее, кожа на его длинном носу пошла складками. – Я хочу отомстить. Эволюция меня не особо интересует.

– Отомстить? Кому?

– Расскажу, если согласишься на сделку. Такие вещи не рассказывают кому попало. Только компаньонам.

– Ясно, – Кимура кивнул. – Но я бы хотел все же немного подумать. До утра.

– Ха-ха. Утром проснутся синигами и учуют мое присутствие.

– Не учуют. Ты мелкий. Моя реяцу намного сильнее твоей, она замаскирует десяток таких, как ты.

– Тогда я буду ночевать в твоей комнате! – Ультимативно заявил пустой.

– Ну хорошо. Не вздумай перегрызть мне горло, пока я сплю, иначе сделка сорвется.

– Ну ты и скажешь, синигами! Я что, похож на полоумного?

– Может, и не похож, – хмыкнул Кимура, снова укладываясь в постель. – Может, ты сама адекватность. Ладно, суперадекватный пустой, у тебя имя-то есть?

– Само собой, – пустой как будто надулся. – У меня есть имя. И не жалкая кличка, которую мне пытались навязать. Настоящее имя. Зови меня Игучи.

***

Офицеры высших рангов редко ходят в Мир живых. Не потому, что на это существует какой-то особый запрет. Просто кому же захочется ютиться где попало, сражаться с противниками, с большинством из которых будет просто скучно. Обычно офицеры постарше успевают набрать себе множество дополнительных обязанностей, освобождающих от подобных командировок. Однако когда Кимура вдруг попросился на патрулирование, Укитаке отпустил его без всяких вопросов. Не удивительно в подобных обстоятельствах, что офицеру захотелось проветриться, побыть подальше от любопытных взглядов.

Пустого Кимура спрятал за пазуху. Он вынул одну руку из рукава и уложил ее под косоде. Этот маневр не особенно заинтересовал свидетелей, но позволил полностью замаскировать тощую тушку. Игучи затаил дыхание и реяцу, проскользнув, таким образом, незамеченным во Врата миров.

Теперь, когда синигами прогуливался по тихой улочке захолустного городка, куда его занесло распределением, пустой сидел у него на плече, цепляясь коготками. Иногда, теряя равновесие, он вцеплялся слишком сильно, прокалывая плотную ткань. Это все равно, что кошку на плече носить, с неудовольствием подумал Кимура.

– Эй, поосторожнее там! Еще раз меня оцарапаешь, пойдешь пешком.

– А ты не подпрыгивай так сильно, – недовольно проворчал в ответ Игучи.

– Ладно, давай, рассказывай, – напомнил Кимура. – Кому ты там собрался мстить. Ты обещал.

– Ну да, – Киучи поерзал, устраиваясь поудобнее, и офицер едва удержался, чтобы не сбросить его с плеча. – Куроцучи, конечно же.

– Куроцучи? – Изумился Кимура. – За что?

– А за что он меня в клетку? – Возмущенно взвизгнул пустой. – Я даже ничего не сделал! Я даже понять не успел, что к чему, а он меня хвать – и в клетку. А потом опыты. Ты знаешь, что это такое, когда на тебе ежедневно ставят опыты?

– Удивительно тогда, что ты до сих пор цел, – заметил Кимура.

– Тоже мне, цел. Да я был в три раза больше!

– И… как же?

– Убавился, – буркнул Игучи недовольно. – Адаптировался к клетке. Тесно там. Форма, она, знаешь ли, изменяема.

– Только у пустых, насколько мне известно, – отозвался Йошимаса. – Но задачку ты себе поставил… И что же, ты проберешься обратно в Сейрейтей?

– Ну да. Но мы же с тобой не виделись, верно? Мы вообще не знакомы. Так что ты никому про меня не скажешь. Тем более, сначала я убью твоего врага.

– Э, погоди с этим, – вдруг замялся Кимура. – Так сразу это не получится. Мне недостаточно убить его. Я должен занять его место. А на это потребуется время. Сперва вернуться в свой отряд, вернуть доверие капитана. Это не быстро.

– Это твое дело, – лениво отозвался пустой. – Мне ты просто покажешь, кого убить, и скажешь, когда. Вот и все. Мы же партнеры.

– Да, – сказал Кимура, и сохранившиеся где-то в глубине души остатки совести все же заставили его ужаснуться. На мгновение. – Партнеры.

***

Лейтенанты прислонились к стене, найдя крошечный участок тени, чтобы спрятаться от полуденного солнца. Отсюда был виден главный вход в штаб третьего отряда, и Кира время от времени обеспокоенно оглядывался в ту сторону: его тревожили незаконченные бумаги.

– Вы думаете, быть разведчиком – это просто хорошо драться? – Распинался Тамура. – Тут надо еще очень хорошо соображать. Это ведь не только поймать и арестовать виновника, надо еще выяснить, кто именно виновник.

Ренджи ухмылялся. Когда-то его воспитанник Тамура полагал себя только лейтенантом второго отряда, и должность в корпусе разведки явилась для него большим сюрпризом. Абарай помнил, как Фуджимаро ходил с глазами навыкате, когда обнаружил, что ему придется быть еще и следователем. И как уверял, что ни за что этого не сможет, потому что понятия не имеет, что это такое.

– Тут запутанное вышло дельце, – перешел к сути Тамура. – Нужно было все проверить. Когда речь идет об аристократах, от нас требуют проявлять особенную осторожность.

– Почему? – Удивился Ренджи.

– Ну как же? – Тамура покосился на Киру несколько смущенно. – Заденешь одного аристократа – это, считай, обвинение против всего клана. А если необоснованно задел, так они сразу шум поднимут, мол, нашу честь позорят. Это ты, Абарай, можешь мне потом просто по морде дать. А те сразу до Совета.

– Ты преувеличиваешь, – мягко заметил Кира.

– Ну, такой вариант развития событий возможен, – пожал плечами Тамура. – Поэтому, пока у нас нет фактов, мы не можем ни на кого показать пальцем.

– Ну так вы выяснили что-нибудь? – Снова вернулся к делу Абарай.

– На самом деле нет, – признался Тамура. – Мы работали в нескольких направлениях сразу. Несколько человек вели слежку. Еще несколько проверяли всю подноготную кланов. А мы с капитаном просто дедуктировали. Кстати, это капитан Шихоинь указала мне на то, чего я не заметил: Кимура начал путаться в показаниях. Сначала он уверял, что девочка собиралась стрелять в тебя, Кира, а потом заявил, что она хотела его подставить.

– Да я сразу понял, что он врет! – С облегчением воскликнул Ренджи.

– Интересно, как, если даже я не понял? – Тамура подмигнул. – Мне кажется, у тебя предвзятое мнение.

– Ну и что? – Ренджи почувствовал, что краснеет. – Она была у меня в подчинении. Я ее, можно сказать, знаю. Мне сразу было понятно, что она не могла ничего такого вытворить.

– А ты запретил мне говорить с ней, – напомнил Кира. – Может, хоть теперь можно?

– Теперь пожалуй, – согласился Тамура.

– Ну вот сам ей и скажи. Эй, Такато!

Лейтенанты обернулись. Оказалось, что Кира заприметил девчонку, выходящую из штаба. Та, услышав оклик, немедленно бросилась к ним.

Каори издали заметила лейтенанта Абарая. Екнуло сердечко, и она хотела незаметно проскочить мимо, но Кира окликнул, и пришлось подойти. Не смотреть, не смотреть. Вот так, поклониться вежливо и не распрямляться. Теперь ей видны были только сандалии, и это ее вполне устраивало.

– Я только хотел поблагодарить тебя, – сказал Кира.

Каори не удержалась, выпрямилась и удивленно уставилась на него.

– Я бы раньше сказал, но Тамура мне запретил, – виновато продолжил Кира.

Каори перевела взгляд. Она заметила, что Абарай шагнул чуть в сторону, и теперь она могла его не видеть, но тогда приходилось смотреть прямо в глаза лейтенанта Тамуры. Разведчика Каори побаивалась. И не только потому, что он вел следствие по ее делу, обвиняя ее в преступлении. Он вообще был какой-то чужой и странный. И этот его веер, который он постоянно таскал с собой, почему-то заставлял ее ежиться.

– Тебе нечего бояться, – Тамура протянул руку и снисходительно потрепал ее по макушке. – Против тебя ничего нет.

– А как же пустой? – Робко уточнила Каори.

– Ты же вроде говорила, что клетку разрушила не ты.

– Не я. Но все равно из-за меня.

– Пустые вне компетенции разведки, – напомнил Тамура. – Мы занимаемся синигами. Пустого пусть Куроцучи ловит.

– А как же тот? Ну… охранник, – спохватилась Каори. – Ведь капитан Куроцучи… неизвестно, что он может сделать.

– Не более, чем можно по уставу, – успокоил ее Тамура. – Слишком много свидетелей. Если с парнем сейчас приключится что-то скверное, Куроцучи будет слишком сложно объяснить подобное совпадение. Так что на опыты он его не пустит.

– А это правда, что он… может?

– Это не доказано, – Тамура поморщился. – Мы это только подозреваем. Но согласись, то, что Куроцучи всех подряд пускает на опыты, может быть просто местной легендой. Люди любят пугать друг друга.

Каори неуверенно улыбнулась. Тамура улыбнулся в ответ. Кажется, он был не таким уж страшным. Девушка решилась спросить:

– Так вы нашли что-то против Кимуры?

– На самом деле, ничего, – признался Тамура. – Мы пытались спровоцировать его на какие-то действия, в итоге спровоцировали только тебя.