Текст книги "Док. Филант. Финальный бой (СИ)"

Автор книги: Катэр Вэй

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 19 страниц)

– Ну, ты и гнида, Герман, – с неимоверной злобой, сквозь зубы прошипел Кир. – Давно, значит, задумал, падла ты тихушная, – и медленно начал подниматься со стула, щека его дёргалась.

Повисшее напряжение в атмосфере комнаты грозило взорваться кровавым побоищем, сенсоры мои уже гудели. Громкий хлопок тяжёлой ладони о стол, приправленный отборной матерной бранью Лешего, немного разрядил обстановку, но не только Киру и мне хотелось немедленно совершить убийство двух светил науки. Даже Гурл скрипел отросшими зубами, глядя на лица учёных.

Я закурил, задумался… Сердце колотилось просто бешено, повеяло уже не сквознячком надежды, а хорошим таким бризом.

– Но шанс всё же есть? Хоть один из тысячи⁈ – неожиданно для всех нарушил я повисшую предгрозовую тишину.

– Да! – Тут же нашёлся Оргаф. – С твоим даром и белым жемчугом примерно пятьдесят на пятьдесят.

Кир развернулся в мою сторону резко.

– Док, это безрассудно! Пойми ты, наконец!

– Согласен полностью. Но будь у тебя хоть один шанс из тысячи вернуть близкого человека с того света, ты бы, отринув его, смог бы дальше жить с чистой совестью, спокойно, не возвращаясь мысленно раз за разом к тому моменту и не проклиная себя за отказ? Страх смерти? Страх за собственную жизнь, если есть шанс даже на обмен?

– Нет… не смог бы.

– Что для этого нужно? – пробасил Леший, обращаясь к довольным светилам науки.

– Нужно найти двойника мальчика и создать условия естественной смерти. Вся загвоздка в том, что переселение души должно произойти в физически целый сосуд и только в момент смерти, буквально, в первые секунды. Чем дольше тело без жизни, тем сложнее будет им овладеть с пользой…

– К-как это? – Обалдел я от услышанного. – Не понял, подожди, это что же получается, нам надо найти двойника Взрывника, заморить ребёнка до смерти… Я правильно вас понимаю?

– Совершенно верно. Где ты его нашёл, на том же кластере и надо отлавливать. Другого способа нет. Проверено не единожды. – Подтвердил Горыныч, с опаской косясь на брата.

– Ну-у-у, в принципе… – начал Оргаф, – теоретически есть ещё один способ, НО! Это невозможно по причине вашего туда проникновения.

– Ну, договаривай, раз заикнулся! – зарычал Прапор, еле сдерживаясь.

– Центр управления переноса! – Выпалил профессор и со страхом покосился на Гурла. – Но это невозможно из-за неизбежного заражения. Вы погубите спорами всё живое в нашем мире, проникнув через портал. Я первый вас убью. Простите.

Прапор оскалился.

– Ну-ка, ну-ка… Допустим, у нас есть такой Центр, и что это даёт?

Глаза у обоих Кирдов распахнулись неимоверно широко.

– Я сказал «ДОПУСТИМ»! – резко прервал Прапор расспросы кирдов. – Допустим, есть, – уже более спокойным тоном, заглядывая в глаза Оргафа, продолжил «старый» вояка, – что это меняет?

Оргаф посмотрел на Гурла и, получив одобрительный кивок, сказал:

– Всё! Буквально, в корне всё меняет. Мы можем запустить программу поиска двойников по всем доступным этому центру Вселенным и вычленить каждого больного или при смерти ребёнка. Программа сама найдёт наиболее слабого, и тогда останется только подождать подходящего срока. И мы никого не будем убивать. Отнюдь. Он сам умрёт, а душа твоего мальчика из Ноосферы займёт свободное тело, тёплое тело. Таким образом, он не только вновь обретёт полноценную жизнь, но и очутится в другом мире, свободном от этого кошмара.

– Но перейти из нашего в параллельный мир – это не просто продавить мембрану пространственного измерения, тут такая мощность нужна… – Кир включился, как учёный, уйдя в рассуждения о реальности того, что уже давно посчитал нереальным. – Но, если конвертировать энергию белого жемчуга и накачать ею… Док, ты говорил, что Взрывник у тебя уже может предметы двигать?

– Да. И не только двигать, но и швырять. За полгода ежедневной прокачки он стал довольно мощным полтергейстом. Да и втягивает в себя уже столько, что у меня мощи иногда не достаёт.

– Хм… – Кир тёр подбородок. – А ты знаешь, это многое меняет… Если он достаточно силён, чтобы выйти в астрал, то он проникнет в любую Вселенную, главное, нам ничего не напутать и суметь сгенерировать постоянный приток манны и локальную привязку к телу установить… а получится? – Обратился он уже к брату.

Я немного смутился, но всё же признался:

– Он давно уже в астрал выходит. Мне с ним там общаться как-то удобнее.

– Однако! – Изумился Кир. – Чего же раньше-то не говорил, Док⁈

– Зачем? Кому оно что даёт, кроме нас двоих? – Пожал я плечами.

– Раньше – да, согласен, – встрял Горыныч, – но теперь для нас это очень важная информация и даёт реальные шансы на удачный переброс.

Кир молча мерил комнату шагами, а на лице отражалась усердная работа мысли.

– Как я понимаю, это не пустые рассуждения? – Гурл напрягся, как хищник на охоте. – У вас, действительно, есть доступ к Центру управления?

– Ну, не одни же вы впереди планеты всей. – Усмехнулся Леший. – И мы не лыком шиты. Да ты не боись, мы пакостить не собираемси, чай не дурачьё.

– Я обязан доложить об этом, – сдавленно произнёс Гурл.

– Хм… – сосредоточенно почесал Леший бородатый подбородок. – Ну, у тебя, конечно, есть выбор: молчать и оставаться нашим товарищем или… просто, молчать. Совсем. Понимаешь, о чём я?

– Не дурак. Но и ты пойми меня.

– Я тебя отлично понимаю и ещё понимаю, что он, – батька указал на профессора, уже во всю обсуждающего с близнецами предстоящую операцию, – скорее удавится сам, нежели упустит такую возможность. А заложив нас начальству, не видать ему своих экспериментов, аки собственных ушей, потому как Док в нашем мире, а Центры эти – в вашем. И только один единственный есть тут, – указал он пальцем себе под ноги, посмотрев на Кирда, как на дитя неразумное. – Ты понимаешь ход моих мыслей?

Гурл хмурился всё больше и больше.

– Он-то точно промолчит, и наверняка даже под пытками не скажет, а ты? – Продолжил Леший психический прессинг.

– А-ай, да чёрт с вами! – Кирд рубанул в сердцах воздух. – Вы и так меня уже втравили на сотню «увольнений». Одним больше, одним меньше… а жизнь всего одна, и с вами она стала гораздо веселее. Ну, что, когда летим, панове?

– Вот это наш друже, вот это по-нашему. – Улыбнувшись, хлопнул он несчастного кирда по спине. – Думаю, сегодня и полетим, негоже время терять, да и давненько я на этой хреновине покататься желал.

Кататься нам пришлось в натуральном аквариуме. Корабль кирдов стерилен от спорового воздуха, и, пройдя через входной телепорт, объект попадает в камеру дезинфекции и только потом – в основную зону. Но мы сами, увы, являемся носителями и выдыхаем миллиарды «вредоносных» частиц, нас попросту законсервировали в прозрачной герметичной камере и установили «переноску» в грузовой отсек. Покатались, называется.

Неприятно, однако, но что поделать: варианты более удобного и быстрого передвижения, к сожалению, отсутствовали.

Кирды прилетали на малом летательном аппарате, управлять которым мог и один пилот. Ненужных свидетелей, хвала небесам, не было.

* * *

– Пап, я не хочу там оставаться…

– Посмотри, какая природа: красота и никаких мутантов. – сердце моё разрывалось от боли, но я продолжал уговаривать, желая для мальчика нормальной, спокойной, а главное, безопасной жизни. – Нормальная семья, сёстры, мать с отцом. Тебе там будет лучше. Глянь, как она плачет… она будет тебя любить, как родного. Да, что я говорю, ты есть для неё родной.

– Нет! – Упёрся он рогом. – Я хочу домой! К тебе, к ребятам… к Асе с Алёнкой. Вы – моя семья, а не они. Перенесите меня обратно, пожалуйста, – умолял он чуть ли не плача.

* * *

– Скоро уже? – Поторопил меня Оргаф. – Давай ложись. – И принялся подключать ко мне беспроводные нашлёпки.

– Пап, ну скажи им, пусть перезагрузят маленький участок и перенесут меня обратно в Стикс! Они же могут! Ну, пожалуйста!

– Хорошо. Готовься. Делай всё в точности, как объясняли Кир с Горынычем. – И повернувшись к учёным, я передал слова Взрывника о возврате его обратно.

Кирды сильно удивились, но спросили лишь, есть ли у нас ещё белый жемчуг, кроме того, который я сейчас съем, на случай, если мальчик окажется не иммунным, что, скорее всего, так и будет.

– Есть, не ищите, – ответил вместо меня Прапор. – Пацана только верните. – И снова закурил. Нервничал он не меньше меня. Да все нервничали. Леший вон, почти всю бороду уже выдрал.

Я посмотрел на друзей, на три белых шарика, согревающих живым теплом мою ладонь, и проглотил их, тут же ощутив разливающиеся волны по всему организму, исходящие из желудка. Датчики, присоединённые к моему телу, начали работать, аппаратура принялась пищать, трещать и издавать множество других различных звуков. Я лёг на кушетку и, закрыв глаза, вышел в астрал.

Маленький вихрь крутился воронкой, набирая мощь с каждым оборотом. Я протянул руку, и её захлестнуло, словно жгутом: сырая, белая манна втекала в одну руку и выходила голубым жгутом из другой, образуя вторую воронку, к которой присоединился Взрывник. Сначала ничего не происходило, и сколько прошло времени, определить в этом состоянии я не мог. Тут оно текло иначе. Я смотрел на мальчика и улыбался, перекидываясь с ним мыслеобразами. Так мы наловчились общаться в астрале, без единого слова. Голубое свечение уже не впитывалось в само «тело», оно обволакивало его, как кокон, вращаясь, стало походить на вихрь. Теперь я уже не видел Взрывника, только чувствовал. Внутри меня всё начало жечь, как будто вместо крови по венам бежит раскалённый металл – ещё немного и я начну орать от нестерпимой боли.

– Что это? – вспыхнула внутри беспокойная мысль.

Кокон снизу выпустил хвостик и начал вытягиваться в собственную воронку, будто вода уходит вниз, но ему явно не хватало мощи, хвостик всё время подскакивал обратно, скукоживался. Нужно увеличить поток волновой энергии, и времени оставалось катастрофически мало: вихрь манны иссякал на глазах, а моё астральное тело всё пылало ОГНЁМ.

– АААААААААА! – заорал я что было мочи и качнул волну силы на полную, как только мог. Белый вихрь начал таять ещё быстрее, а голубой – резко вытянулся, уйдя в бесконечную даль и, ярко вспыхнув, схлопнулся, исчезая. Меня хлестнуло обраткой с такой силой, словно сшиб Камаз, размазав всего по асфальту…

– Удалось? – последнее, что мелькнуло в моём сознании, и разум отключился. Я провалился в Никуда, в полную безграничную мглу, в Нирвану ширяльщика…

* * *

Нужный «сосуд» нашёлся, практически, у чёрта на куличках, на свалке, как сказал Гурл. Этот мир давно забросили после ядерной войны и позабыли о его существовании. И вот, как ни странно, но жизнь на планете возродилась и начала новый виток. Люди, на вид вроде нормальные, строили новую цивилизацию, развивались, и там, в одном из поселений лежал при смерти тот, кто и был нужен. Если бы не ДНК-поиск, то навряд бы в том мире сработал обзор хомо сапиенса. Давно рухнувшая цивилизация никого не интересовала, и все локальные привязки давно деактивировались.

– Установил связь?

– Да. Стабильно.

– Выводи на экран.

– Есть.

– Показатели Дока?

– Зашкаливают, но пока держится.

Герман нервно отстукивал пальцами по панели.

– Пора бы уже…

– Сфера портала не активна, не вижу колебаний мембраны.

– Не вытянет. Слишком мало энергии в импульсе, надо больше!

– Куда ещё больше, посмотри на датчики!

– Мощности не хватает, проф!

– Есть что-то!.. Гадство! Сорвалось… Есть! Есть контакт!

– Давай! Давай, ещё немного! – орал Оргаф, как на футболе за форварда.

Приборы пищали один громче другого. Все датчики подскочили на максимум. В следующую секунду панель задымилась, заискрила. Освещение утратило мощь, сразу ярко вспыхнуло, и в бункере жахнуло так, что, если бы не Муха, вовремя успевший накрыть всех куполом, в живых в помещении ни осталось бы никого.

* * *

Из-под многотонного завала людей выкопала Гидра со своими отпрысками. Она услышала призыв самца и поспешила на выручку. Дети не понимали, почему нельзя есть эту еду, а надо её ещё и кормить, но мать ослушаться не смели и странного скреббера, который приказывал их матери, они почему-то побаивались, хотя на вид он был почти как еда. Вскоре люди покинули Остров, оставив семейство в покое и молодые скребберята быстро позабыли о странных человечках, но Гидра скучала. Ей нравились эти человечки. Ей снова хотелось той зелёной, не живой совершенно еды, арбузов… кажется, так называет их Умник.

* * *

В деревню Тихую вернулись, спустя неделю после аварии в бункере. Эксперимент удался. Перед самым взрывом все видели, как умерший мальчик открыл глаза.

– Всё хорошо, вот только бункер жалко, – со вселенской печалью на лице сказал весь перебинтованный Горыныч. – А какие грандиозные у меня планы были…

– Не у тебя одного, – пробурчал не менее забинтованный Оргаф.

– Зато мы теперь точно знаем, что перенос душ – это реально вполне. – Заявил Гурл, жутко шепелявя. Отлетевший кусок панели выбил ему все передние зубы.

– Вот только Дока чуть не угробили. И бункер, а ну его в качели, жалко… – поддержал беседу грустный Кир.

– Да… А сколько там всего было… – прерывисто вздохнул Фома.

В этот момент в комнату вошёл Леший.

– Пустое. Не о том печалитесь. Все живы и почти целы. Вот только Док без сознания до сих пор, и это мне ой как не нравится. – Поставил на пол здоровенный металлический короб – один из немногих предметов, который удалось откапать Микробу после взрыва. – А главное, я душу его не слышу, не гудит она более, и это пугает. Что есть тело без души, даже будь оно трижды живым? Кто есть мы – люди? Не гоже за Богов работу их делать. Не гоже… Охо-хо… – Покачал он головой, глядя на спящего непробудным сном Дока.

– Завтра дома будем, может Батон чего сможет сделать, – с надеждой в голосе сказал Арман.

На рассвете кирды улетели, а вечером, перед самым закатом два КРАЗа «Спартан» въехали в город.

* * *

Я вышел из комы, спустя два месяца, и то благодаря совместным усилиям двух опытных, сильнейших знахарей: Батона и удачно заглянувшего в гости к старому знакомому, Змея.

– Ну, здравствуй, батоно, – первое, что я услышал, ещё не открывая глаз.

Поднять веки оказалось очень сложно: я забыл, как это делать. Моё тело лежало неподвижно, никак не реагируя на мозговой посыл. Запахи, прикосновения чувствовал, но пошевелиться не мог, говорить тоже.

– Паралич полный⁈ – подумал я, холодея от ужаса, но немного успокоился, вспомнив, что в этом мире все болезни – это временное неудобство.

– Змей, ты точно уверен, что он вернулся?

– Абсолютно, Батоно.

Чьи-то пальцы подняли мне веко. Смутно, как сквозь рифлёное стекло, я увидел два склонившихся надо мной силуэта.

– А ну, маякни нам, болезный.

Я попытался скосить глаз. Получилось!

– Ещё разок. Работай, давай!

Я повторил неимоверный трюк…

– Вах! Точно вернулся!

Неделю меня разминали массажами, двигали конечностями, восстанавливали атрофированные мышцы. Теперь я мог не только самостоятельно моргать, но даже ходить на судно. Ася приходила ежедневно, друзья тоже не забывали. Как только узнали о моём пробуждении, устроили в клинику целое паломничество, и каких новостей за пропущенные два месяца жизни я только не наслушался. Но самыми важными оказались три.

Первая: переселение души удалось, и Взрывник очнулся в новом теле. Правда, больше они ничего не успели, и с возращением в Стикс теперь серьёзная накладка, потому как нашего бункера больше нет – это и есть вторая новость. Ну, и третья, как «обрадовали» меня лекари, я теперь совершенно обычный человек, от слова – СОВСЕМ.

– Не знаю, как ты умудрился выжечь себе все каналы, да после этого ещё и живым остаться, случай нереальный. До этого выживали только «подпаленные», – рассказывал о своих наблюдениях и Змей. – Я о таком даже не слышал никогда, поэтому задержался. Слишком интересно. Приложил руку к твоей реанимации, очень хотелось пару вопросов тебе задать.

– Давай свои вопросы. На что смогу, отвечу.

– Как ты это сделал?

– О-о… если бы я только знал… сам до сих пор в шоке и ничего не понимаю. Змей, я что, теперь так и останусь инвалидом?

– В смысле? А, не-е, – махнул он рукой, – с регенерацией у тебя всё нормально, скоро побежишь. А вот с дарами всё печально. Можешь считать себя обычным человеком.

– Получается, мне теперь и живчик не нужен? Зачем тогда я его пью?

– Не, живчик нужен. Ты иммунным так и остался. И даже дары присутствуют. Но вот никакого взаимодействия нет. Ни взаимодействия, ни течения энергии. Каналы отгорели. Все. Полностью.

– Хреново.

– В случае с «подпаленными» восстановление даже в форсированном режиме занимало месяцы. В твоём случае даже форсировать нечего.

– А создать искусственно?

– Не выйдет. Пойдет что-то вроде отторжения. Или нужен знахарь из тех, кто тут пробыл с полвека. Но и тут всё под вопросом, что выйдет, а что нет.

– Ага, ещё и найти такого надо.

– В этом регионе таких нет. Я бы знал. Но я кое с кем общаюсь. И если твой случай моих знакомых заинтересует, то тут появятся очень интересные гости. Но раньше, чем через полгода это не случится точно. Встречаемся нечасто и это очень непросто. Понимаешь?

Я кивнул в ответ. Со Змеем говорили ещё долго, а потом он уехал, пообещав обязательно заглянуть, когда снова окажется в наших краях, очень далёких от его дома. Ещё он говорил с Мухой, о чём, не знаю, но вскоре после отъезда лекаря Муха покинул стаб, сказав, что ему нужно познать себя и ближе познакомиться со Стиксом, прочувствовать его природу, понять суть.

* * *

Спустя ещё два месяца я уже вполне бодренько передвигался с тросточкой, правда, уставал быстро. Вот и в этот раз, совсем немного не дойдя до своего нового дома, уселся на скамейку у соседского забора передохнуть. Тёплый ветер ласкал кожу, лето ещё не началось, а уже чувствительно так припекало. Со всех сторон визжали пилы, стучали молотки, где-то работала дрель: люди поднимали город, делали его краше прежнего, запах свежей древесины и краски витал в воздухе. Я посмотрел на свой отбитый палец, чернеющий вчерашней гематомой, и усмехнулся – нейрохирург со строительным молотком…

По улице носилась угорелая малышня, а вон и Ася с Алиной показались из-за угла, шли из парка с колясками: сыновей выгуливают. Я махнул рукой, приветствуя, но они настолько увлеклись беседой, что не заметили жеста. Прапор вышел в белых кальсонах, нагрузил два мешка песком и понёс во двор. Чинук, сидящий на коньке крыши в ожидании очередного кровельного листа, помахал мне рукой, мол, заходи. Я кивнул и улыбнулся в ответ.

Жизнь продолжается. Парадиз отстраивается…

Эпилог

«В тот день, когда я поднял меч на своё отражение, падали звёзды, плакали зеркала. И я не ждал ни победы и ни поражения. Только зола…» [Бед Кристиан «Путями Истины»]. – Прочёл Взрывник на широком лезвии кривого ножа и аккуратно положил на место.

Читателю предоставляется право самому выбрать ГГ, который и станет Филантом – Волком Улья, именем которого названа трилогия. У народов Европы Волк наделялся эпическими силами и магией. Целая гамма оборотней или вервольфов увековечена в старинных легендах и в современной Фантастике, в Фэнтези, в кино. Волк мог менять личину, обладал нечеловеческой силой и гипнозом, мог становиться народным мстителем или братушкой. Сила гипнотизирует…

Конец