290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Дисциплина (СИ) » Текст книги (страница 6)
Дисциплина (СИ)
  • Текст добавлен: 4 декабря 2019, 21:30

Текст книги "Дисциплина (СИ)"


Автор книги: Ingerda




Жанры:

   

Фемслеш

,


сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 11 страниц)

Анастасия стояла на коленях на просторном диване, а я сидела между её ног, ощущая лопатками упругую спинку дивана.

Когда она помогла моим пальцам двинуться дальше, я ощутила, как стучит у меня в висках. И двигать рукой я начала уже без её помощи. Я помню, как она делала это со мной. Всё получилось инстинктивно, где-то в закромах мыслей я знала, что должна делать.

Директриса держалась за спинку дивана позади меня и сбито дышала куда-то в шею. Чем быстрее я двигала рукой, тем громче были звуки, которые она издавала. Её тело тоже двигалось самостоятельно, вызывая во мне огромную бурю эмоций. Она сама задавала и меняла ритм, и с протяжным стоном она наконец-то поцеловала мои губы. Так, как никто не делал раньше.

Она целовала долго, хватаясь за мои волосы, а затем опуская руки к моим джинсам. Директриса бесцеремонно избавила меня от одежды и белья и мягкими ладонями погладила моё дрожащее тело.

Я хотела, чтобы она сняла свой бюстгальтер… Не знаю почему, но я этого хотела.

И нащупав застежку на её спине, я долго копалась, что аж улыбку на её лице вызвала. Её губы без помады были ещё более привлекательными.

Наконец, мне поддался этот элемент белья, и я замерла. Нужно просто спустить бретельки с её плеч. Это не сложно. Она ждёт, когда я сделаю это, и выпрямляется в спине. Набравшись смелости, я смогла это сделать.

«Господи, передо мной неприкосновенная и закрытая женщина без одежды. И мне позволено видеть её в таком виде… Точно ли тот вечер был случайностью?!»

Касаться её самостоятельно – мне всё ещё неловко. Она укладывает меня на спину и касается своей грудью моего тела.

«Какая горячая у неё кожа… Я точно буду гореть в аду!»

Она целует меня под рёбрами и прокладывает дорожку из поцелуев.

Сердцебиение только усиливается и усиливается. Я вскрикиваю, когда она касается губами там… Анастасия Кирилловна едва удерживает меня. Я хотела всё прекратить.

«Разве можно это делать?»

Она держала мои ноги широко разведёнными и повторила своё касание, но на этот раз языком.

Сначала я всё это видела… Я видела, как она это делает. А потом, когда к своим действиям она добавила пальцы, я смотрела в потолок. Мне казалось, что он падает прямо на меня. Ощущения бросали меня в жар и в холод. Позже она снова вернулась к моим губам, оставила поцелуй и не забыла коснуться моего лба.

– У тебя снова поднимается температура, ты чувствуешь это?

– Нет…

Я не могу ровно дышать.

Мы всё ещё были не одеты, на одном диване. Я смущалась при этом разговаривать. Анастасия Кирилловна поднялась первой, накинула халат на обнажённое тело и ушла куда-то.

«Зашумела вода, значит, она ушла в душ».

Пока она отсутствовала, я быстро надела на себя свои вещи и старалась сидеть на диване ровнее, будто ничего не происходило несколькими минутами ранее.

Я не чувствовала себя плохо или какую-то температуру, я чувствовала что-то другое. Рассматривая свои пальцы, я прокручивала в мыслях то, что я делала ими, и до какого состояния они довели эту женщину.

За спиной хлопнула дверь, и я быстро убрала руки в карманы. Анастасия Кирилловна принесла мне лекарство и протянула бутылку с водой. Она была достаточно бодрой и невозможно привлекательной. Влажные распущенные волосы, белый халат (смею предположить, что тоже на голое тело) и немного насморка.

«Надеюсь, не я её заразила…»

Женщина села в кресло напротив меня. Её взгляд далеко не рассеянный, а очень собранный и внимательный.

«Может, она не так уж и пьяна была, когда снова решила переспать со мной?!»

– Лекарство приняла?

Я тут же отреагировала на её вопрос и запила водой то, что держала в кулаке до этого. Я больше не спрашивала у неё, для чего или от чего этот препарат.

«Убить она меня не хочет, точно».

– Теперь, да.

– Теперь, я видела.

– Вы… Отвезёте меня домой? Или можно я вызову такси с вашего телефона? – Я нервничала перед ней.

– Отвезти не смогу.

– Тогда такси.

– Я бы предложила тебе остаться сегодня здесь. А завтра посмотрим на твоё самочувствие. Отвезу домой, если будет плохо, или в школу, если будешь в порядке.

– Мне следует сообщить папе.

– О чём?

– Что я не ночую дома.

– И как ты ему скажешь? Я сплю с директором школы, поэтому останусь у неё?

Я буквально задохнулась от её слов. Как бы это странно ни звучало, так оно и есть.

«Я сплю с ней… Да, чёрт побери».

Смотря на её открытые колени, я понимала, что влипла по уши.

«Но почему она выбрала меня?»

–Могу я спросить вас? – Она кивнула. – Почему я? – У неё не нашлось заготовленного заранее ответа, и Анастасия Кирилловна поднялась с кресла с задумчивым лицом и тяжёлым вздохом.

Через несколько шагов она оказалась возле меня и присела рядышком.

– Я не знаю. Мне этого захотелось.

Женщина оперлась на спинку дивана и прикрыла глаза. Наверняка она думала о чём-то.

Я сидела рядом, сначала смотря на её бедро, которое прижималось к моему, а затем я рассматривала её спокойное лицо. Она уснула. Я поняла это по тяжёлому сопению и по чуть склонившейся голове.

От неё очень приятно пахло, причём всегда и по-разному.

– Анастасия Кирилловна! – легонько коснулась её плеча, но она только поморщилась и отвернула голову в другую сторону.

«Выбора нет, придётся остаться здесь. Только куда я могу лечь спать?»

– Анастасия Кирилловна! Куда я могу прилечь? – снова легонько трясу её за предплечье.

Женщина приоткрыла глаза, посмотрела на меня пару минут, затем приобняла за талию и легла головой на подушку, потянув меня за собой.

Она продолжала спать, а я практически не шевелилась. Спиной я ощущала, как директриса прикасается ко мне всем телом и спокойно дышит, а на своей шее я чувствовала этот горячий воздух. Думаю, я не смогу уснуть.

«Почему я сплю рядом с этой женщиной? Почему она позволяет себе заниматься со мной этим?!»

Я не знала всех ответов на свои вопросы… Ведь она сама не знает, что происходит.

Комментарий к Седьмая часть

Спасибо, что читаете <3

========== Восьмая часть ==========

Утром, сохраняя тишину и спокойствие, она отвезла меня домой.

Я хотела разбить эту тишину, задать пару вопросов ей, но молчала. Она знала об этом и периодически смотрела на меня таким взглядом, будто говорила: «Мне пока нечего тебе сказать. Пойми это», поэтому я просто открыла дверцу её машины и в следующий миг – уже захлопнула её.

«Спасибо… Настя, что довезли».

Пока я поднималась в свою квартиру, её машина уже исчезла из-под окон. Остались только следы на свежевыпавшем снегу. Я смотрела на них, будто они были очень важны мне, и эти следы были той самой чертой, которую мы перешли. Обратного пути нет.

Анастасия Кирилловна, должно быть, понимает это. Мы обе должны понимать.

После нескольких часов, проведённых в раздумьях, мне удалось взять себя в руки и сделать вид, что ничего не происходит. Я приготовила папе обед, встретила его с работы, убрала квартиру и снова ушла в свою комнату.

Залипнув надолго в интернете и прочитав далеко не одну статью о своём состоянии, убедилась: нет, я не в порядке. Мои мысли о ней разрушают меня.

«Как же мне не хватает хорошей взбучки от мамы. Где я была, когда ненавидела её нравоучения?!»

Я застряла целиком в грустных синих глазах и белых лилиях…

«Цветы смерти», – пронеслось в моей голове.

«Господи боже, я схожу с ума.

Что мне делать с этой постыдной любовью и с этими чувствами? Я ведь, правда, не могла устоять перед ней. Я делала это потому, что хотела сама. Хотела, чтобы ей было хорошо. А что я получу взамен? Она ведь не будет со мной всегда, и влюбиться в женщину – недопустимо. Мама будет разочарована во мне, папа будет постоянно твердить, что неправильно воспитывали меня; в храме – с ними перестанут здороваться. Я разрушу себя и свою семью.

Может, мне следует не видеть её какое-то время? Только вот как? Я учусь в её школе… И если директриса захочет, она снова сделает это».

Я вздрогнула, когда зазвонил мой телефон. Кинулась к нему как ненормальная. Но это не она звонит – и радостно, и грустно.

– Да, Рома!

– Привет! Давно не видел тебя. Очень заболела?

– Не так уж и давно. Завтра уже в школе буду.

– Хорошо. Есть дело к тебе.

– Какое?

– Не телефонный разговор, завтра всё узнаешь.

– Зачем тогда звонишь сейчас?

– Просто скучно стало. Я Вадика видел на улице. Недалеко от твоего дома… Думал, что он к тебе приходил, но он с отцом был.

– Давай завтра обо всём, я сегодня себя чувствую не очень хорошо.

– Конечно. Кстати! Если вдруг тебе интересно, директриса наша – сегодня вся изнутри светилась. Радостная такая ходила, аж противно. Видимо, мужик у неё появился, раз такие перемены в настроении. Понимаешь о чём я? Хотя, куда там тебе понимать, ты ещё до таких дел не доросла. Увидимся завтра, не болей.

– Пока.

– Пока, Анна.

Положив телефон рядом с собой, я закрыла глаза и вновь прокрутила в памяти вчерашний вечер.

«Как мне относиться к ней теперь? Как вести себя в школе?»

В мае мне исполнится восемнадцать. Родители захотят, чтобы я вышла замуж. А я – уже вступала в интимную связь. Мне нужно будет поговорить об этом с семьей до того, как они начнут знакомить меня с будущим мужем.

Я надеюсь, что Анастасия Кирилловна не слишком просто относится к тому, что было между нами.

Утром я узнала, что Кристина тоже исключена из нашей школы за курение в туалете. Но по слухам, её пристроили уже – в школу неподалёку от дома.

Весь первый урок я думала обо всём этом. Обычные сорок пять минут мчались слишком быстро.

Я не слышала тему урока, не слышала, что Ромка говорил мне под ухо, я просто не хотела идти на историю. Может быть, высшие силы смилуются и мы увидим нового учителя вместо Анастасии Кирилловны?

Прозвенел звонок, и я была последней, кто вышел из класса.

– Анна, ты точно поправилась? Выглядишь очень бледной.

Роман стоял у окна и ждал меня. Он как всегда был в капюшоне, натянутом чуть ли не до носа.

– Ты что-то сказать мне собирался…

– Да. Рад, что ты помнишь. Перемена короткая, а нам ещё до кабинета идти, поэтому сразу к делу. Я долго думал и теперь знаю, как вернуть Вадима в школу.

Парень хлопнул в ладоши.

– Спроси меня, как?

–Ты всё ещё об этом? Почему он хочет вернуться именно сюда? Много школ в городе…

– Анна, ты не понимаешь! Эту школу закончить очень престижно. Тебя тупо возьмут в любой зарубежный вуз без вступительных. Думаю, твои родители были в курсе, поэтому и отправили тебя сюда.

– Я этого не знала.

– Поэтому здесь столько мажоров. И учиться здесь тяжелее. Так ты собираешься узнать мой план?

– Рассказывай.

– В общем, я узнал, что наша директриса с кем-то встречается.

У меня мороз по коже и, наверное, скрипнула челюсть, но вид я сохраняла спокойный.

«Зачем ему эта информация?»

– Нам с тобой нужно выяснить: с кем она спит? И желательно добыть компромат на неё. Знаешь, в этой школе всё строго с такими вещами. Нельзя, чтобы дети знали о личной жизни учителей и особенно директора. Она, конечно, птица непростая, и нам до неё тянуться будет непросто, но мы выясним это.

Теперь мне стало страшно и одновременно интересно.

«Как далеко этот парень собирается зайти? Может, я лучше поговорю с ней, и мне удастся самой вернуть Вадима? Не знаю, чего ожидать от Ромки. Он бывает слишком безумным из-за своей неразделённой любви».

– Ром, а я тебе для чего? Ты ведь и сам можешь всё выяснить.

– Нет, Анна! Без тебя мне это не по силам.

– Почему?

– Она баба, ты – тоже. В смысле, девушка. И она к тебе более снисходительна ещё потому, что ты немка. Мы русские – другие немного. А ты, чуточку того… – Роман заглянул мне в лицо и улыбнулся. – Понимаешь?

– Надеюсь, только ты относишься ко мне, как к «чуточку того»…

Я развернулась и пошла в сторону кабинета истории.

«Он вообще понимает, что обижает меня этим? Надеюсь, что не все так ко мне относятся?»

Только я зашла в класс, ко мне обратились девчонки, с которыми общалась Кристина:

– Эй, Анна? Дай списать таблицу по истории?

– Какую таблицу?

Они засмеялись.

«Странно. Разве домашним заданием была какая-то таблица?»

– Как теперь собираешься без Вадима и Кристинки учиться?

Одна из них явно отличалась дурным нравом и громким голосом. Даже Костя, который относился ко мне более-менее нормально, никак не реагировал.

– Они разве помогали мне в учебе?

– А ты смелая. Смотри, Анна… Мы слышали, что ты следующая вылетаешь из школы.

– Интересно, от кого?

Девушка, которая на целую голову выше меня, подошла практически вплотную и скривила лицо в усмешке. От неё пахло какими-то духами, которыми пользуются уже взрослые женщины (наверное, берёт мамины) и сигаретами.

– А допустим, я за этим стою.

– Я тебе что-то сделала?

Прозвенел звонок.

«Чтобы не ввязаться в очередную драку, я не должна ей дерзить. Скорее бы директриса пришла.

Не хотела видеть её, но сейчас я забираю свои слова обратно. Проблемы образовались вокруг меня слишком неожиданно. Впрочем, как и всегда».

– Да!

– Например?

– Ты припёрлась в наш класс, и из-за тебя многих классных ребят исключили. Этого мало?

– Не я же их исключала. Может, вам просто стоит себя иначе вести?

– Будешь учить меня, детдомовка? Это ещё не всё.

– Почему ты называешь меня так?

– Потому, что моя мама завуч этой школы, и я многое о тебе знаю. Ты не впишешься в наш класс никогда и выпускаться с нами не будешь. Тебя никто не трогал только потому, что ты Вадику нравишься и с Кристиной общалась. Теперь твой мощный щит разломился.

Девушка одним махом руки сбросила всё, что было на моём столе. Никто ей не помешал. Я стояла и сглатывала полученную информацию.

«Одно мгновение, и ты наказан этой жизнью… Это моя цена за то, что мы с Анастасией Кирилловной сделали. Это Господь наказал меня. Но я не буду плакать при них. Я не собираюсь опускать руки».

– Так, все сели по местам! Звонок прозвенел десять минут назад!

Директриса обратила внимание на нас, стоящих среди моих разбросанных учебников:

– Вас тоже касается. Анна? Подними учебники и готовься, я буду спрашивать у доски.

Анастасия Кирилловна пристально проследила за нами и присела за учительский стол.

Она внимательно заполняла журнал, изящно держала ручку, поправляла очки, если они сползали, и стучала обратной стороной ручки по столу, если кто-то начинал шептаться.

На её уроках идеальная тишина, она не терпит неуважения.

Я не повторяла параграф, а всё данное время рассматривала её. Эта женщина – такая деловая и недоступная – была однажды моей. Хорошо это или плохо, я не знаю.

– Кто готов отвечать первый параграф? – Её голос практически дал мне пощёчину. Я моментально начала листать страницы и искать, где повторять. Она прекрасно это видела. – Пожалуй, Анну Фаргер мы давно не слышали. Прошу, к доске.

Мы поменялись местами. Я стояла, скрестив ноги, у доски в зажатой позе, а Анастасия Кирилловна смотрела на меня с моего места. Она чуть задрала подбородок и прищурилась, так как очки оставила на своём столе.

Я плохо подготовилась и отвечала слишком неуверенно. Не очень хорошо усвоила тему, да и вообще, последнее время в облаках летала на уроках.

На мой ужасный ответ нашлись те, кто дополняет рассказчиков, и я, опустив голову, вернулась на своё место.

Новую тему я снова практически не слушала. Я слушала только её голос, и меня беспокоила непростая ситуация в классе.

После урока я решила задержаться и поговорить с директрисой о некоторых вещах.

Класс уже ушёл, директриса ещё что-то записывала в своем ежедневнике.

«Это идеальный момент, чтобы подойти. Я ведь не в спешке её застала».

– Анастасия Кирилловна!

Женщина подняла голову и, увидев меня, посмотрела по сторонам.

– Можно задать вам несколько вопросов?

– По поводу чего? – взгляд её менялся на глазах. От учителя до непредсказуемого хищника.

– По поводу… Я просто не знаю, как должна относиться к вам. И правильно ли это всё?

Директриса вздохнула и помассировала свои виски.

– Как относилась раньше, так относись и сейчас. Разве что-то изменилось?

– Может глупость скажу, но… понимаете, меня ест чувство вины и какое-то презрение к себе. Кажется, я поступила не совсем хорошо.

– Анна, тебе сколько лет? Ты ребёнок? Моя восьмилетняя дочь уже умеет принимать решения и не жалеть о них.

– Наверное, вы её иначе воспитывали.

Она больше не желала слушать меня и снова уткнулась в свои записи.

– Я хотела ещё узнать… Почему вы не можете вернуть Вадима в школу?

– А это тебя почему волнует?

Я снова столкнулась с синими глазами.

– Просто так спросила…

– Просто так. Скажу, что это не твоё дело.

– Ну, можете, хотя бы одну причину назвать?

– Мне так захотелось. Иди на урок, иначе окна в спортзале снова станут грязными. И, Анна, мы вернёмся к разговору о нас с тобой, но за пределами школы.

– Хорошо. Спасибо.

Впервые за день захотелось улыбнуться.

***

После уроков и занятий в художке, я вся в краске шла в гардероб и снова забирала свою одежду последней. На улице уже почти стемнело… Выхожу на крыльцо школы, покидаю двор, медленно иду на остановку, в глазах резко темнеет – и только потом я чувствую боль в затылке. Поворачиваюсь назад и вижу нескольких одноклассников. Они без разбора хватают снежные комки и бросают в меня.

«Неужели не лень им было ждать, пока я выйду из школы?»

Единственное, что я могла сделать, – это бежать. Просто бежать, куда глаза глядят. Сначала они бежали за мной и орали в спину, но потом отстали. Видимо, девочки устали и они плюнули на эту затею.

«Шишка на голове обеспечена…»

Я добежала практически до дома Анастасии Кирилловны, и, чтобы не идти на остановку через тёмные дворы, пошла мимо её дома. Подняла голову вверх на несколько секунд и посмотрела на верхние этажи. Кольнуло в области сердца.

Опустила голову, когда услышала машинную сигнализацию.

Не постеснявшись быть замеченной, я подошла чуть ближе. Теперь меня скрывала только соседняя большая иномарка.

Анастасия Кирилловна стояла и улыбалась с букетом белых лилий, а держал её сумку и открывал ей дверь в подъезд молодой мужчина.

Он приобнял её за талию, и дверь за ними закрылась.

Я не рассчитывала на какие-то отношения с ней, не думала, что хочу ей нравиться, но после увиденного, мне хотелось заплакать. Это, пожалуй, было бы лучшим компроматом для Ромки…

Думаю так из-за того, что как-то неприятно чувствую себя. Кошки скребут на душе.

«Она с ним, наверное, тоже спит. Почему бы не выбрать для этого кого-то одного? Зачем ей два человека? Может, ей потом захочется нескольких одновременно?!

Стоп, стоп, стоп! Не злись, Анна. Просто прикончи свои чувства или люби её тайно».

Мне не нужно вступать в интимную близость с ней. Для меня это важно, а она делает это ради своего собственного удовольствия. Ей – «так хотелось».

***

Домой я снова приехала не очень весёлая. Папа чистил свою обувь, когда я пришла. Завтра снова уходит на смену, а я буду сходить с ума от депрессии.

– Как дела в школе? – папа сразу обратил внимание на моё грустное лицо, поэтому решил поговорить позже, когда я уже сидела за столом.

– Нормально.

– Нос почему повесила? По маме соскучилась?

– Есть немного.

– Ты звонишь ей?

– Забываю из-за учебы, прости. Я позвоню на выходных.

– Да ничего, я понимаю всё. Мама говорит, что Густав подрос, возмужал… Тебя вспоминает часто.

– Я тоже его вспоминала, не так давно.

– А его родители очень любят тебя и всё ждут, когда ты вернёшься в Германию. Мы с мамой думаем, может к ним будем свататься?

Я чуть не поперхнулась чаем.

«Куда они так торопятся? Я не готова ещё. И я должна буду с ними поговорить. Нет, только не сегодня, мне пока хватит информации».

– К чему такая спешка?

– Анна, это же ещё не официальный брак. Просто помолвка. Вы дадите друг другу обещания и обменяетесь кольцами. А когда оба будете совершеннолетними, устроим вам свадьбу.

– Всё равно, это очень серьёзно. Я могу немного подумать об этом?

– Разумеется. Ещё мама присмотрелась к Петро… Помнишь его?

– Нет.

– Он живёт недалеко от лицея, в котором ты училась. Только его родители более требовательны: чуть ли рост и вес не подбирают. Сам Петро уже не подросток – ему двадцать шесть в этом году. Должен быть серьёзнее и к женитьбе подойдёт более ответственно.

– Пап, можно я пойду спать? Завтра рано вставать.

– Хорошо. Не забудь уроки сделать. А то начну контролировать, как мама.

– Я в школе их сделала. Осталось устное, почитаю перед сном.

«Какой там сон, когда ты без пяти минут жена… неизвестно кого и неизвестно, что я буду чувствовать к своему мужу».

В голове снова всплыл образ Анастасии Кирилловны:

«Кто этот мужчина? Как давно она с ним знакома? Все эти отвратительные лилии, он ей дарил?! А что, если да?

Если бы он знал обо мне, он бы продолжал питать к ней чувства? Хотя, может, они похожи друг на друга и делают это без чувств. Одновременно кончают и прощаются поцелуем в щёку.

Фу, откуда такие мысли-то в голове?»

Я выпила снотворное, чтобы скорее уснуть, и старалась больше не думать об этом.

Я слышала, как папа выключил свет и тоже лёг спать.

Надеюсь, что он не представлял мою счастливую свадьбу перед сном.

***

Несколько дней прошло, как у нас нет истории, меня не вызывают к директору, Ромка всё никак компромат не может нарыть, и одноклассники продолжают издеваться.

То их издевки приравниваются к детсадовским, то они делают очень больно. Меня ненавидят в классе, и только Ромка теперь со мной общается. И то, он больше пользу из нашего общения извлекает.

Сегодня суббота, день сократили из-за какого-то праздника. Только не уроки сократили, а перемены, как всегда.

Даже в столовой никто поесть нормально не успевал.

Директриса так и не поговорила со мной. Мне просто было любопытно, что она скажет?!

«Извини, Анна… Я женщина, ты женщина – мы сделали это из-за моей прихоти, а теперь я нашла себе мужчину, и в тебе я больше не нуждаюсь», – прозвучит как-то так? Или, может быть, что-то более тактичное:

«Анна! Ты же не ребенок и должна понимать, что такие отношения ни к чему не приводят. Поэтому ими не стоит дорожить».

«Да, я к любому варианту готова. Только почему она решила молчать?

Настолько счастлива с этим цветочником?

Не знаю почему, но как вспомню, так вздрогну. Как же бесит…»

– Анна! Ты мне вообще помогать собираешься? После новогодних каникул Вадим должен быть в классе. Я обещал ему, – шептал Роман на уроке химии, пока мы делали лабораторную. Делать вид, что его не слышно, бесполезно. Он мог повторять одно и то же много раз.

– Когда ты успел ему пообещать?

– Мы переписываемся немного. Вчера виделись и пили вместе пиво.

– Прогресс. То он хочет убить тебя за твою ориентацию, то пьёт с тобой. Может, он тебя использует?

– Нет. Я уверен, между нами точно что-то проскочило.

Ромка сделал мечтательный вид и просидел так до конца урока. Лабораторную я делала без него.

После уроков я решила прогуляться пешком, сколько смогу, а там на автобус сяду какой-нибудь.

Шла, куталась в шарф, пыталась устоять против ветра и почти подпрыгнула, когда сзади просигналила машина.

Анастасия Кирилловна махнула мне рукой и открыла дверь, когда я подошла. Её улыбка немного согрела меня, но я всячески заставляю себя не поддаваться чувствам. И это получается, стоит вспомнить того мужчину с ней.

– Здравствуйте.

– Привет. Не холодно без перчаток?

Она опустила свою холодную руку на мои, уже чуть покрасневшие. И на удивление, от её привычно холодных рук я почувствовала тепло.

– У меня тёплые карманы.

Она покачала головой и вздохнула:

– Понятно. Тебя домой везти или хочешь ко мне в гости?

Она посмотрела с вызовом, но на меня это не подействовало. Всё тот мужчина не исчезал из моей памяти.

«Приглашай лучше его, он не откажет…»

– Домой. Я подошла к вам, потому что вы обещали поговорить со мной.

– Точно. Совсем забыла.

«Ну, естественно, забыла, а может, и не помнила».

– Я так понимаю, ты жалеешь, что мы переспали?

– Не знаю… Кажется, да.

– Почему? Не понравилось? – меняет громкий голос на томный шёпот. Я густо краснею.

– Дело не в этом.

– Ответь на вопрос! Понравилось или нет? – улыбается и останавливает машину, включив при этом аварийку.

– Да, это было хорошо, но это ведь нельзя назвать отношениями.

– Верно.

Женщина склонила голову и наблюдала, как моя нервозность выбирается наружу через трясущиеся руки и небольшое заикание.

– Тогда как это называется? Это в порядке вещей – спать с людьми, к которым нет никаких чувств?

– Ты ошибаешься. Я испытываю к тебе тёплые чувства, и твоя невинность для меня совершенна.

Директриса опустила руку на моё колено и несильно сжала его, продолжая смотреть в глаза.

– А какие чувства вы испытываете к тому мужчине, который охапками вам цветы приносит?

– Приятельские и тоже тёплые.

«Она даже не спросила, какой мужчина, и откуда это мне известно».

– Вы с ним… тоже?

– Кажется, мы говорили о нас с тобой.

– Я решила! Мы с вами больше не будем вместе спать. Я и без того ненавижу себя за то, что пошла на это. Теперь у меня проблемы.

– Какие проблемы?

Она едва заметно забеспокоилась, хотя её выражение лица говорило, что я должна какой-нибудь бред сморозить.

– Летом я должна буду выйти замуж, а я уже с кем-то была близка.

– И что? В чём заключается проблема?

– Это недопустимо… Меня посчитают легкомысленной, а мои родители будут меня стыдиться.

– Тебе не кажется, что это какие-то давно устаревшие принципы?

– Я живу по ним, и вся моя семья так живёт. И вся моя деревня следует этим правилам.

– Анна, обратно я зашить тебя не смогу… – Анастасия Кирилловна рассмеялась. «Мне вот, вообще, не смешно. Посмотрела бы я на неё, окажись она в подобной ситуации». – Поэтому придётся смириться. На тебе ведь никак это не отразилось, и я всегда была аккуратна с тобой. Даже врач в больнице, в которую ты ездила, сказала, что я ювелир, – снова заливистый смех.

– Отвезите меня домой.

– Ты обиделась на меня? Прости, дурацкие шутки.

– Я не обиделась. Просто вы не можете понять моей проблемы. Потому что она моя, а я никто для вас.

***

Я проплакала всю ночь и всё утро. Папа был на работе и, к счастью, не видел, как меня развезло.

Сначала я хотела чего-нибудь выпить и поехать к директрисе, но в нашей квартире нет алкоголя. Потом я хотела рассказать Ромке про её мужчину, но это было бы слишком подло.

Потом я решила, что хочу быть отчислена из её школы.

«Пусть она сделает это. Пусть мой класс будет счастлив, что я, наконец-то, ушла. И пусть мама вернёт меня в Германию. Я согласна быть с Густавом. Мы давние друзья, и я попытаюсь ему объяснить, почему он не является моим первым…»

Комментарий к Восьмая часть

Если меня накрывает желание написать что-то, я просто делаю это и зачастую не перечитываю то, что написала. Если вы замечаете ошибки, пожалуйста, исправляйте, я это приветствую и тысяча благодарностей!

Надеюсь, выходные прошли классно ?)

========== Девятая часть ==========

Мой настрой по поводу вылета из школы сохранился до утра и был непоколебим. Если нужно, я всё сделаю для достижения цели, и использую все способы.

«Настя мне никто! Я не должна воспринимать её – как выбор своего сердца. Только не в этой жизни!»

Взяв самые острые ножницы, которые мама использовала для шитья, я обрезала свои длинные волосы. Если бы меня остановили, врезали бы по рукам и потрясли за плечи, я бы остановилась… Но я одна дома. Папа ещё на работе.

Сначала одна сторона, и с характерным хрустом копна волос падает на пол. Затем, вторая, и как же меня трясло в тот момент…

Волосы подстрижены неровно, пару сантиметров не достают до плеч. В какой-то момент, показалось, что мне нравится такая прическа. Шея стала более открытой.

Я надела джинсы и обычную, не особо выглаженную, футболку.

Взяла все свои накопленные деньги и пошла в школу. Пока шла, специально тянула время, чтобы прилично опоздать на урок. Ведь я явно одним выговором не отделаюсь.

Зашла в магазин через дорогу от школы, купила себе тёмно-фиолетовую помаду и карандаш для глаз. В школьном туалете я воспользовалась этой косметикой и пошла на урок геометрии. История стояла у нас вторым уроком, значит, нужно набираться смелости и вести себя как можно хуже.

На геометрию меня не пустили в класс, ведь я не на десять минут опоздала, а до звонка осталось минут пять или около.

Просидела на лавочке возле истории, всё равно одноклассники сюда придут.

Первым меня увидел Рома. Он увидел меня ещё в дверях, когда учительница приказным тоном сказала: «Закрой дверь с той стороны».

– Анна?! Ты что с собой сделала? Такое чувство, будто ты прямиком из борделя для несовершеннолетних. Ты что, из дома сбежала? – Ромка рассматривал меня, как восковую фигуру, обойдя со всех сторон. – Помада ещё такая дурацкая. Тебе бы больше пошла розовая, ты бледная и с такой тёмной как смерть выглядишь.

– Ром, она здесь?

– Кто?

– Анастасия Кирилловна.

– А где ей ещё быть? Я её утром видел, она на уборщицах отрывалась. Они где-то разлили воду, и Кирилловна чуть не упала. Я бы посмотрел на это, и на их месте разлил бы перед её кабинетом.

– Что?

– Ты не слышала меня что ли?

– Извини, я о другом думаю.

– А зачем она тебе сдалась? План придумала?

– Он в действии.

Со стороны мы с Ромкой напоминали мне Сида и Нэнси.

«Только отныне у каждого своя цель. Кто-то хочет вернуться в школу, а кто-то её покинуть».

– Так ты это с собой сделала, чтобы мне помочь? А как ты собралась действовать? Разве поможет тебе твой прикид?

– У меня другие планы. Прости, друг, пока не скажу… Да ты и сам всё увидишь.

Я села за последнюю парту, достала мобильник и начала без зазрения совести в него залипать. На столе нет ни учебников, ни тетрадей, хотя всё лежит у меня в сумке.

Когда я услышала стук каблуков, я разозлилась. Больше всего я злилась на себя. Ведь я ещё не вижу её, а сердце практически выпрыгивает из груди.

В класс зашли Анастасия Кирилловна и молодая девушка невысокого роста.

Директриса увидела меня, на пару секунд задержала свой взгляд и только усмехнулась. Я сжала челюсти.

«Это невыносимо… Тонешь в синих глазах и никто не может спасти».

– Минуту внимания! Одиннадцатый «А»! У вас с сегодняшнего дня новый преподаватель по истории! Ульяна Леонардовна, – указала на девушку директриса. – Если она после первого урока начнёт на вас жаловаться, я буду наказывать, – вновь перевела на меня взгляд женщина. – Надеюсь, на ваше понимание.

Было такое чувство, что она это мне сказала. Класс разглядывал новую учительницу и перешептывался, как будто она не человек. Единственный плюс в этом, они даже не оборачивались на меня. Я будто привидение сегодня.

Новая учительница заметно нервничала и, не взирая на то, что класс её не особенно принял и стоял на ушах, ни одного замечания не сделала. Просто вела урок и делала какие-то записи.

После истории я решила не идти на оставшиеся уроки и ушла с Ромкой за школу. Он курил, а я просто сидела рядом и думала о своём.

– Как тебе историчка?

– Нормальная вроде. Скромная.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю