290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Дисциплина (СИ) » Текст книги (страница 4)
Дисциплина (СИ)
  • Текст добавлен: 4 декабря 2019, 21:30

Текст книги "Дисциплина (СИ)"


Автор книги: Ingerda




Жанры:

   

Фемслеш

,


сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 11 страниц)

Если бы я не слышала слово «нельзя», я бы не пошла, но последнее время это слово имеет обратный эффект.

Я тихо прошла к спортзалу и потянула на себя дверь.

«Странно.

Все кабинеты закрывают, а здесь открыто».

На глаза попалась сумка директрисы. Это точно была её сумка. Я видела её, когда мы сидели в кафе.

Она просто лежала, открытая настежь, на матах, у самого выхода. Пришлось подойти ближе, чтобы рассмотреть и убедиться.

– У вас две секунды, чтобы испариться.

Этот голос будто гвоздями прибил меня к месту. Я не двигалась, а только слышала, как ко мне подходит Анастасия Кирилловна. В этой темноте можно было увидеть только тень и очертания её фигуры. Женщина подошла к щитку и включила слабый свет. Я опустила голову. Почему-то стыдно… Дневник (хоть и свой) я украла, а теперь была поймана рядом с её сумкой в темноте.

«Что можно подумать обо мне теперь?!»

Она уверенно преодолела расстояние между нами и стояла напротив, пока я искала, что сказать.

– Я написала олимпиаду.

«К чему это сейчас? Но это то единственное, что я могу произнести под её тяжёлым взглядом. Чуть припухшие веки, значит, она плакала. Из-за машины? Или что-то другое, куда мне не следует вмешиваться?! Запах духов смешался с чем-то терпким. Алкоголь? Она что, выпила в здании школы? Моя мама уже сказала бы, что меня нужно перевести в другую школу, а Анастасию Кирилловну расстрелять».

– Зачем ты здесь, Анна? – моё имя было произнесено особенно чётко и с придыханием…

– Простите. Я не знала, что здесь кто-то есть.

«Господи, что я несу?! Если я не знала, то зачем шла сюда? Воровать спортинвентарь?»

– Ты знала, – она легко улыбнулась. – И ты знала, что здесь буду я.

Женщина подошла практически вплотную ко мне. Протянула руки к моему воротнику и слишком аккуратно поправила его. Я дышала через раз. В теле ощущались неконтролируемая дрожь и чувствительность. Анастасия Кирилловна была в нескольких сантиметрах от меня, но мне было достаточно, чтобы понять – очень жарко. В спортзале слишком тихо и, казалось, я даже её дыхание слышала.

Женщина наклонилась ко мне ещё ближе, достаточно резко подняла мой подбородок и коснулась губами в лёгком поцелуе. Она сделала это так быстро, будто прошла лишь секунда, или будто она пробует.

У меня закружилась голова! Меня поцеловали губы, которые я так хотела.

«Господи, почему я делаю это? Почему я ещё не убежала?»

Я стою как вкопанная, а Анастасия Кирилловна глубоко вдыхает макушку моей головы.

Может быть, с виду я не такая эмоциональная, как внутри, но в душе я уже представила себя в аду.

– Поехали ко мне?

– Что?

Эта женщина ненавидит, когда её не слышат или не понимают с первого раза. Поэтому она стоит и смотрит, пока до меня дойдёт смысл её слов. А я слышу свой собственный пульс в ушах и вспоминаю Ромку. Он говорил мне об этом, но он предполагал, что она не позволит себе…

«Она что, зовёт меня для того самого? Или это просто я извращенка… Я никогда «этого» с ней не представляла себе и не хочу представлять. Для меня это слишком серьёзно.

Может, ей просто не хочется оставаться одной дома? Она пьяна, грустная, заплаканная… Значит, что-то плохое произошло в её жизни».

Сердце сжалось от мысли, что её кто-то обидел.

– Так ты поедешь со мной?

– Зачем?

Моим губам было тяжело двигаться, они были по-прежнему под воздействием её поцелуя.

– Не знаешь, зачем зовут в гости? – улыбнулась женщина.

– Знаю… Просто уже поздно, и я смертельно опоздала домой.

Думаю, это просто дружелюбное приглашение.

«Она же взрослая и не станет вытворять того, что в моей голове. Это бредовые и извращенские фантазии… Откуда только берутся?»

Пауза между нами затянулась, поэтому я посчитала нужным идти на выход. Кивнула ей в знак прощания, и только сделала шаг назад, руку снова пронзила боль.

«Почему у этой женщины столько сил? Хватке такой – можно только позавидовать.

Она держит меня…

Я правда не понимаю, что происходит».

– Я подвезу тебя.

– Спасибо.

– Не сейчас… – голос переместился к моему уху.

По телу снова мурашки и дрожь. Воздуха не хватает. В полной тишине я только услышала, как моя верхняя пуговица расстегнулась.

Затем вторая, третья, четвёртая…

Я вытаращила на неё глаза и не смела двинуться с места.

Перед ней я стояла в расстёгнутой блузке и в полупрозрачном лифчике. Мама просто считает, что поролон и какой-нибудь пуш ап – вредят здоровью. Женщина провела указательным пальцем от моего подбородка до солнечного сплетения. Её холодные руки заставляли задержать дыхание… Будто она не пальцем провела, а сталью. Я очень напряглась и сжала челюсть.

Я испытывала смущение и страх. Меня никто не видел в таком виде и никто не касался меня. Когда рука Анастасии Кирилловны легла на мою грудь, я перехватила её ладонь и вцепилась в неё двумя руками, пытаясь успокоить своё дыхание. Трясло меня знатно…

– Что вы делаете?

– А на что похоже?

– Вы пьяны и вам нужно домой, давайте вызовем такси? Хорошо? – несмотря на всю серьёзность, голос мой терялся в каждом слове. Будто я длинную дистанцию пробежала.

– Я понимаю, с женщиной ты ещё не была… Но бояться нечего.

Её рука снова легла на мою грудь и слегка сжала её. Я вскрикнула.

– Просто расслабься.

«Господи, пусть она этого не делает! Я ни с кем не была… Я не хочу всего этого, тем более здесь и с ней. Но почему я этого ей не говорю?»

Анастасия Кирилловна подводит меня к матам, которые лежат на полу, и что есть сил толкает меня в них. Я бы спину сломала, если бы чуть левее упала, так как там был уже пол.

Я попыталась быстро встать, но женщина бросила меня снова, и я как оловянный солдатик приземлилась на маты с характерным звуком.

Она расположилась надо мной, практически наваливаясь сверху, я почувствовала её холодные руки на теле. Они были везде. Это было и обжигающе холодно, и щекотно, и странно, сразу появились мурашки.

«Мне нужно уйти, позвать на помощь, оттолкнуть», – пока я думала об этом, моя грудь ощутила некую свободу и холодный воздух.

«Когда она сняла его? Я не поняла, в какой момент… Как я могла это допустить?! Анна, останови её!»

Чем ближе она опускала голову к моему телу, тем сильнее я вжималась в матрас. Я не могла ей возразить и не могла убежать… Мне было страшно и язык словно онемел. Я вся онемела.

«Почему она делает это со мной?!»

Её тёплые губы коснулись моей груди, я снова дёргаюсь. Чувствую – то самое ощущение на своём нижнем белье.

«Вот этого ещё не хватало! Очень некстати».

Мне причиняло это дискомфорт.

В следующую секунду я практически заскулила… Она не просто целовала грудь, она делала это своим языком и прямо во рту. Я закрывала глаза и рот руками. Ощущение стыда и какого-то странного эффекта от её действий – я не могла выносить спокойно.

Одна её рука скользнула по животу и расстегнула мне джинсы.

«Зачем она делает это? Она даже не мужчина! Что собирается делать? Трогать меня там? Ну уж нет, избавьте!»

Я резко подскакиваю и снова оказываюсь на лопатках. Мне хочется вопить…

Я лежу как бревно! Женщина проникает рукой в моё белье и поглаживает.

«О Боже, как это приятно и как мне стыдно. Хочется умереть прямо сейчас!»

Анастасия Кирилловна поднимает одну мою ногу и сгибает её в колене. Её губы на моей груди заставляют часто дышать и постанывать. Я ещё и эмоционально нахожусь в замешательстве: виски вспотели, горят щёки и мне нехорошо…

Её пальцы перестают меня гладить. Они двинулись вперёд. Я закричала, стоило ей только на одну фалангу их ввести. Она внимательно посмотрела на меня, нахмурилась и повторила то же самое действие. Сильнее! При этом закрыв мой рот ладонью. Она ввела их полностью и сразу же принялась двигать. Я не могла кричать из-за её руки, поэтому я только мычала и слюнявила её ладонь.

Сначала я была пронизана болью и хотела немедленно всё прекратить, а потом… я была где-то в другом измерении. Я чувствовала сильную пульсацию изнутри, живот непроизвольно вздрагивал. Женщина что-то сделала там рукой, и я крепко зажмурилась, теряясь и забываясь. В этих ощущениях было что-то непередаваемое. Тело приятно ломило и только тупая боль в животе всё портила…

Анастасия Кирилловна снова подарила мне лёгкий поцелуй, застегнула мои штаны, помогла не запутаться в лифчике, так как руки тряслись, застегнула пуговицы и уставилась на свои пальцы. Всматриваясь в темноту, она вертела рукой во все стороны. Я видела, как она слегка испугалась, даже протрезвела, тяжело присела рядом со мной и закрыла голову руками.

– Какого дьявола, Анна?! Ты до этого о сексе только книжки читала? Знала, вообще, что это такое?

– Простите …

Меня ещё пронизывает страх перед ней, и дрожит всё тело.

– Поднимайся!

«Этот голос, интонация и то самое слово. Значит, это она отвезла меня в отель, когда я была пьяна. Почему не сказала сразу, а только обвинила во всём?!»

– Я отвезу тебя домой.

Я встала на ноги и медленно пошла за ней. Дискомфорт всё же присутствовал при ходьбе, я шла и слегка корчилась.

Осознание, что я всё-таки переспала с директрисой – ещё не пришло. Вернее, это она переспала со мной…

Мы тихо преодолели охрану (уже спящую), вышли на улицу и направились к её машине.

«Как она поведёт? Выпила же…»

– Пристёгивайся.

– Вы не расскажете?

Она помогала мне с ремнём безопасности и замерла, услышав вопрос.

О Боже, каких усилий мне стоил этот вопрос. Я всё ещё чувствовала сильнейшее смущение рядом с ней. Кажется, осознание случившегося постепенно приходит.

– Кому? – строгий голос сменился на шёпот.

– Кому-нибудь. Моим родителям, учителями или одноклассникам…

– А ты?

– Не расскажу…

– Точно?

– Хотя бы сейчас мне поверьте.

– Я попробую. Полных семнадцать есть?

– Да. Удивительно, что спрашиваете только сейчас. А вам?

– На сколько выгляжу?

– Я не разбираюсь в этом, могу нечаянно дать больше.

– Тридцать шесть.

Забавно, я думала – намного меньше.

– Вы ведь сердитесь на меня? – Я наблюдала, как легко Анастасия Кирилловна ведёт машину и смотрит на дорогу.

– Сержусь.

– Простите… Я должна была сказать вам заранее. Я повела себя ужасно и распущенно. Я не знаю почему, но я не могла двигаться… Наверное, я, правда, пропащий человек. Простите меня, пожалуйста.

– Тебе нужно моё прощение?

– Да… Я обещаю, что буду лучше учиться и посещать все уроки. И ещё, я хочу посещать какой-нибудь кружок.

– Давай сделаем вид, что этого дня не было? – остановившись рядом с моим подъездом, женщина обратила на меня внимание. Синие глаза я видела при «мёртвом» свете. – Ты сможешь его вычеркнуть? Тогда мы сможем друг друга простить.

– Зачем вам было нужно это?

– Мне это не нужно, – она улыбнулась и снова поправила мою блузку. – Ты просто оказалась не в том месте, не в то время. Это случайность.

– Случайность? А если бы, туда зашёл кто-нибудь другой? Вы бы тоже сделали это?

– Не слишком ли много вопросов ты задаёшь?

– Хорошо… Я с радостью это забуду. До свидания!

– Постой.

Женщина отстёгивает меня (так как я пыталась выпрыгнуть из машины) с ремня безопасности. Она наклонилась к моему уху:

– Спокойной ночи, маленькая Анна. Прими душ и выпей чего-нибудь успокаивающего.

«Зачем она сказала мне всё это?»

Родители снова легли спать, не дождавшись меня.

«Чувствую, завтра мне не жить…»

Я тихо прошла в ванную и надолго там закрылась.

«Что же я наделала?! Разве так всё должно было получиться?!»

На меня накатила истерика. Кажется, это и есть полное осознание. Такое болезненное. Я просидела несколько часов в ванной, размышляя, что мне теперь делать и как смотреть в лицо директрисе.

Она касалась меня своими руками, везде. Она сделала то, чего не должна была, а я – позволила ей.

Мама была права, когда решила, что Москва не для меня и я стану грешницей.

«Ну как я могла это допустить?!»

Лёжа в своей постели, я всё думала и думала об этом. Вспоминала ощущения, которые довелось испытать с ней. Они до сих пор отдаются в теле какой-то тяжестью. Несмотря на то, что уже случилось, мне до сих пор интересно, почему она была такой разбитой и заплаканной.

«Я была её таблеткой? Анастасия Кирилловна отыгралась на мне из-за кого-то другого?! Надеюсь, ей стало легче».

***

Когда наступило утро и я начала свои сборы в школу, родители были ещё дома. Вернее, только папа. Маме добираться до работы очень долго, поэтому она выходит слишком рано.

Папа сидел за столом, когда я вышла из своей комнаты.

– Доброе утро, пап.

– Доброе, Анна. Присядь-ка за стол.

– Я могу опоздать на уроки…

– Ничего страшного. Наши отношения в семье важнее уроков.

Я слушаюсь своего отца и сажусь напротив. Никакого страха при этом не испытываю, его из меня вчера директриса выбила. Сейчас меня только она пугает.

– Ты хотел поговорить о чём-то?

– Да. Мама обеспокоена твоим поведением последнее время. Я понимаю, она может преувеличить… Поэтому, хочу спросить у тебя лично. Анна, есть ли повод для беспокойств? У тебя всё хорошо в школе?

– Всё хорошо, пап. Мама просто переживает, что я поздно возвращаюсь домой. Это же Москва, здесь нормально задерживаться в школе. В дальнейшем, я хочу записаться на какой-нибудь кружок, буду приходить ещё позже. Тем более, у меня выпускной класс. Скоро экзамены, я должна хорошо их сдать. А чтобы заниматься дополнительно, мне снова придётся проводить много времени в школе и с одноклассниками. Маме снова это не понравится.

– Если это пойдёт тебе на пользу, не волнуйся о маме. Я поговорю с ней, и мы уладим возникшее непонимание. Ты права, выпускной класс это не шутки.

– Папа, а мы долго будем ещё здесь? В Германию вообще вернёмся?

– Вернёмся, но пока с этим ничего не ясно. Очень много работы здесь и, скорее всего, отправят мне ещё одного напарника.

– А чем ты занимаешься на работе?

– Тебе действительно это интересно? Ты никогда этим не интересовалась.

– Я хочу попросить тебя кое о чём…

– О чём же?

«Не знаю, стоит ли спрашивать об этом папу, но больше ведь некого. Надеюсь, он оставит это между нами и не впутает сюда маму».

– Моя одноклассница принимает странные таблетки. Хочу выяснить, вредят ли они ей и что за препарат. У меня есть одна таблетка. Я взяла её, чтобы выяснить. Ты поможешь?

Папа смотрел на меня так, будто я призналась ему о том, что было вчера, и добавила, что принимаю наркотики.

– Давай свою таблетку, отнесу её в лабораторию.

– Спасибо, папа!

Я сбегала в комнату, достала из-под подушки синюю таблетку и вручила её отцу. Не знаю зачем, но он её понюхал.

– Ты, я надеюсь, ничего не принимаешь?

– Нет.

– Хорошо. Смотри мне, Анна… Я верю тебе.

***

В школе всё обычно и серо. В сторону спортзала не смотрю, и даже во время уроков физкультуры я как привидение хожу по коридорам, но не иду туда.

«Интересно, что скажет папа, когда проверит этот препарат? Я узнаю, что Анастасия Кирилловна принимает. Надеюсь, это не что-то запрещённое. Надо было сразу об этом подумать, а не отдавать. Остаётся надеяться, что это просто какие-то лекарства».

Я видела её издалека. Она носила какие-то документы по школе, заходила в учительскую и долго там находилась, а позже в свой кабинет.

«Неужели она ни разу не вспомнила, даже мельком, что сделала со мной вчера?!»

– Привет, Анна.

– Ты меня напугал. – Рядом со мной на подоконник присел Ромка. – Выздоровел?

– Как видишь. Лучше бы я ещё болел. В школе мне не нравится.

– Не один такой.

– А с тобой что? Потерянная девушка.

– Какая?

– Ну, выражение лица у тебя потерянное. Случилось чего?

– Да нет, просто опять домой поздно пришла и с папой беседовали утром.

– А-а-а… Сильно ругали?

– Терпимо.

– Пригласи Вадима в кино?

– Что? Зачем мне это делать?

– Я с вами пойду. Билеты я уже купил. Ты же понимаешь, если бы это не выглядело странно, я бы и сам его позвал. Но боюсь, он откажет.

Первый раз я увидела, как Рома улыбнулся. Не усмехающейся улыбкой, а вполне естественно.

– Ладно, давай свои билеты. Какой хоть фильм?

– Мистика какая-то. Я не знаю, что он любит, не стал мелодрамы всякие рассматривать.

– И правильно. А то подумает, что я это смотрю.

– Ты?

– Я же его типа позову. А как мне объяснить, что я и тебя позвала?

– Никак. Я не с вами, а отдельно. А потом, мы просто случайно увиделись.

– Хорошо.

– Что у тебя с этой?! – парень кивнул на наш класс.

– С кем?

– С директрисой.

– Ничего, но мне как-то уже всё равно. Почему на наш класс показал? Забыл где её обитель?

– Не похоже, что тебе плевать. Задрожала вся. Ты не в курсе, наверное, но Анастасия Кирилловна теперь у нас историю ведёт.

– Почему? А где наша учительница?

– Ушла на пенсию. Пока новую не найдут, Кирилловна будет.

– Она историю что ли знает?

– Ну да, она же типа историк и археолог. Ты, видимо, о ней вообще ничего не знаешь.

– Ты прав…

– Ладно, пойду я в кабинет и повторю всё, а то забыл – каково это, учиться.

Этот урок истории был самым долгим уроком в мире. Она писала на доске, а я смотрела на её руки и вспоминала, что они скрывают. Смотрела на её губы и отчётливо помнила их мягкость и вкус.

Нам повезло, что мы изучали новую тему, а не начали урок с опроса домашних заданий. Я сидела одна на последней парте, директриса периодически обращала на меня внимание, но не так, как хотелось бы мне. Она смотрела на меня как на ученицу. Рассказывает она действительно хорошо, нам даже больше понравилось, чем предыдущая учительница. Анастасия Кирилловна знает историю блестяще. Ромка сидел тоже на последней парте, только в первом ряду, и бросал мне записки.

Открыв очередную, я чуть не подавилась смехом. Половина класса аж развернулись в нашу сторону, и едва мне осталось прочесть предложение, записка из рук выскользнула. Анастасия Кирилловна положила её на свой стол и продолжила тему.

После звонка никто не смел убегать из кабинета, как мы привыкли на остальных уроках. Мы не спеша записали задание на дом и, попрощавшись, покинули кабинет.

– Анна, на пару слов, задержитесь.

На меня сочувственно посмотрел каждый, кому не лень было обернуться.

Я собрала принадлежности и подошла к столу преподавателя. Смотрела на то, как она достает учебный материал седьмого класса. Значит, мы не одни у неё.

– Здравствуйте…

Поздновато для приветствий, но молчание между нами напрягает.

– Возьми свою записку. Я не стану её читать, но в следующий раз постарайтесь уважать меня и предмет. Если не хотите, чтобы я выгнала вас из класса. Я не только о тебе, Романа это тоже касается.

– Извините.

Я взяла записку с её стола и тут же отправила в урну. Женщина улыбнулась уголками губ.

– Это самое верное решение. Можешь идти.

Не думала, что я начну переживать из-за того, что мы с директрисой сделали.

Но то, как она ведёт себя, было и правильно, и раздражало меня.

«А что, если по школе ходит такая же как я?! Которая тоже оказалась не в то время и не в том месте. И она тоже смотрит на Анастасию Кирилловну исподлобья и вспоминает всё в деталях.

А что, если в этой школе много таких людей? Некоторым уже по восемнадцать исполнилось…»

***

– Привет, Анна! Ты что, начала общаться с нашим Призраком? – Кристина подошла, когда мы стояли в очереди в гардеробе. Весь день не пересекались с ней, только на уроках я видела её спину. Должно быть, она помирилась с Костей, раз снова они сидят вдвоём.

– Привет. Да, мы общаемся. А что?

– Да просто ты хоть в курсе, что он по мальчикам?

– В курсе. Кристин, он не понравился мне как парень, мы просто друзья.

– Когда начнёшь встречаться с парнем, лучше не общайся с ним, вдруг он встрянет между вами?!

– Спасибо за совет.

– Обращайся, подруга. Не хочешь поесть сегодня вместе?

– Не сегодня.

– Ну ладно, давай завтра или когда тебе будет удобно.

– Хорошо.

Не думала, что Кристина считает меня своей подругой. Смешно вспоминать, как началось наше общение…

Я увидела Вадима в гардеробе, осмелилась подойти к нему и позвать в кино.

«На что только не пойдёшь, ради друга».

Вадим явно не ожидал этого поворота и слегка был смущён. Естественно, он принял моё приглашение и восторженно рассматривал фильм, который я якобы выбрала.

Сеанс фильма назначен на завтра, в одиннадцать утра. Очень удобно – завтра воскресенье. За Вадимом приехал отец, и он, поцеловав меня в щёку, ушёл по первому сигналу автомобиля.

– Так-так, насчёт поцелуев мы не договаривались.

Я снова вздрагиваю.

– Ром, ты точно как привидение. Второй раз уже пугаешь меня.

– Ну извини.

– Следил за нами?

– Конечно. Мне нужно было своими глазами видеть, что он взял билет. Хочешь я помогу тебе с Кирилловной? Тоже продвинем ваши отношения.

– Не надо.

Мне снова неудобно слышать о ней.

– Почему? Она не нравится тебе больше?

– Не знаю… Хочу больше времени уделять учёбе. И я взяла список кружков и секций, хочу походить куда-нибудь.

– О, хорошая идея. Я бы тоже походил. Давай на арт-терапию походим?

– Что это?

– Рисовать будем. Говорят, в этой группе меньше всего людей.

– Давай туда. Я любила раньше рисовать.

========== Седьмая часть ==========

Что-то подсказывало мне, что с Вадимом и кино – очень плохая идея.

«Ромка только от ревности сойдёт с ума. С каких пор я участвую в подобном?»

Мы смотрели фильм, я неотрывно следила за событиями на экране, а Вадим смотрел на меня и поглаживал мою руку. «Он расценивает это как свидание?!»

Было очень неловко перед Романом, который сидел позади нас и всё прекрасно видел. Вряд ли он тоже смотрит фильм.

На протяжении всего фильма я несколько раз убирала руку Вадика со своего колена, а голову с плеча.

Когда мы вышли из зала, как и планировалось, к нам подошёл Рома.

Он выглядел взвинченным, но старался это в себе подавить.

– Привет, ребят. Не ожидал вас здесь встретить… Как вам фильм? Говорят, это лучший блокбастер года, – Ромка чуть ли челюстями не скрипел, проговаривая свой спланированный сценарий.

– Мне понравился. Концовка очень тронула.

– А я не смотрел почти. Разве можно пялиться на экран, когда рядом с тобой девушка?!

Неловкость испытали все, кроме Вадима.

Роман смотрел на меня, будто я была виновата в чём-то.

«Он ведь сам затеял этот план! А что он думал? Что Вадик начнет обсуждать с ним сюжет и забудет обо мне?! План изначально был сыроват и не продуман».

Когда Вадим целился с поцелуем в мои губы, Рома практически закричал:

– Анна! Тебя ждёт на улице Анастасия Кирилловна!

У меня аж в глазах потемнело от этой информации.

– Зачем она меня ждёт?

– Не знаю. Она встретила меня, когда я выходил за колой и попросила передать.

Парень потряс передо мной баночкой колы, для правдивости своих слов.

– Я подожду тебя здесь, сходи.

Вадим, как настоящий мужчина, решил не отступать, а продолжить наше «свидание». Но, если бы это был другой учитель, мне было всё равно, но только не директриса. Её присутствие здесь – указывало на подставу.

– Нет, мне нужно домой. Не провожай, сама доберусь. Идите вместе.

Пронзительно взглянув на самодовольное лицо Ромки, я вышла на улицу.

Не заметив её машины поблизости, я даже обрадовалась. Я бы, правда, была рада, если бы Рома соврал мне, но Анастасия Кирилловна просигналила мне из другой машины.

«Вот же черт! Она правда здесь…»

Я на ватных ногах подошла к её машине и села на переднее сиденье, расслабленно вдохнула аромат её духов, и снова по телу прошёлся какой-то озноб.

Мы обе молчали.

«Почему она ждёт меня здесь и не говорит, зачем приехала?!»

Она очень строго смотрит на меня. Будто я натворила что-то ещё… Держать её взгляд не получается, в моей душе всё начинает трепетать и обрываться от воспоминаний. Тех воспоминаний, которым нет места.

– Вы хотели меня видеть?

– Нет, не хотела. Кажется, это ты соскучилась.

– Что? Вы меня путаете с кем-то!

«Почему она говорит это?!»

Женщина была удивлена моему возмущению и протянула мне свой мобильник. Я взяла его в свои трясущиеся руки и прочитала сообщение от неизвестного отправителя:

«Анастасия Кирилловна, Вы немедленно должны приехать к кинотеатру «ЛюксСинема» я буду ждать Вас у входа. Если Вы не приедете, я раскрою Ваш секрет. Анна Фаргер».

Во рту пересохло… Я смотрела снова и снова на текст этого сообщения, пока не погас экран телефона. Надеялась, что он исчезнет.

«Это сделал Рома? Но я же ничего не рассказывала ему о нас с директрисой».

– Ты собираешься меня шантажировать? – голос практически над ухом. Наверное, я была бледной, так как пронзило лёгкое головокружение.

«Она думает, что это моих рук дело… А раз она здесь, Ромка посчитает, что у неё действительно есть какой-то секрет».

– Зачем вы приехали? Это даже не мой номер телефона.

– Зато твоя подпись.

– Я не отправляла вам этого! Уезжайте отсюда, а я скажу, что вы просто приехали отчитать меня.

– Кому ты это скажешь?

– Не могу вам ничего рассказывать, это касается только меня. Вы ведь помните наш уговор? Между нами ничего не было. Уезжайте.

– Надеюсь, ты не играешь со мной?! – повысила она голос.

– Даже если с моего телефона придёт что-то подобное, пожалуйста, не реагируйте. Я всё равно никому ничего не расскажу, и не говорила. Эта тайна умрёт вместе со мной, – голос дрогнул, и нечаянно я расплакалась. Женщина склонила голову и вытерла мои слёзы большим пальцем.

– Тогда вытирай слёзы и испаряйся из моей машины, – теперь она улыбнулась.

Это всё ещё неприятно слышать, но я сделала то, что она велела.

Сразу же я пошла на остановку. Мне не хотелось больше участвовать в этих играх.

«Рома перегнул…»

Анастасия Кирилловна проехала мимо, сосредоточенно смотря на трассу.

«Её взгляд такой холодный… Каждый, кто попадает под прицел, – однозначно замерзает».

***

Дома у меня было много дел сегодня. Родители, оба, устроили выходной и решили провести его на набережной. Если бы не кино, я поехала бы с ними.

Сейчас жалею, что отказалась от их предложения. Тогда бы мне не пришлось лишний раз встречаться с директрисой.

Пока они отсутствовали, я занималась уборкой, стиркой, готовила обед, делала уроки на завтра.

На почту пришло сообщение от классного руководителя, там говорилось о моём первом месте по олимпиаде и много-много восторженных смайликов.

«Ну хоть в чём-то меня считают хорошей».

После того как я переспала с директрисой («Боже, как же ужасно это звучит»), мне хотелось это повторить… Я бы никогда не додумалась и не сказала бы ей этого, но это то, что я чувствую. А сегодня, после нашей встречи, эта потребность только возросла.

Находясь в ванной, я подолгу смотрю на своё тело и вспоминаю… Где и как она касалась меня. Мне хочется проделать своей рукой тот же самый путь, но я не смею этого сделать. Я просто принимаю прохладный душ и стараюсь снова забыть тот вечер.

«Может мне съездить в католический храм и поговорить об этом? Только не в тот, где мама работает, иначе нашу семью ждёт позор. А вдруг они связаны друг с другом?! Но, если идти в другой, никто ведь не знает, чья я дочка. Нужно сходить. Завтра после уроков я поеду прямиком в то место».

Я только уснула, пришли родители и меня разбудили шаги по моей комнате. Мама перекладывала мою одежду в шкафу, нюхала каждую вещь и убирала обратно. Потом долго рассматривала всё, что лежит на моём столе.

– Мам?

– О, Анна! Я думала, что ты спишь.

– Что ты здесь делаешь?

– Решила твои вещи забрать в стирку. Я разбудила тебя?

– У меня нет стирки, я постирала всё сегодня днём.

– Какая ты молодец. Уроки сделала?

– Сделала, и завтра приду домой поздно.

– Я понимаю. Прости меня, Анна. Мы с папой обсудили этот вопрос. Я до сих пор думаю, что ты моя маленькая девочка, за которой нужно всегда смотреть… А ты уже совсем взрослая девушка и должна хоть немного иметь личного пространства. Для меня это пока непривычно, но я постараюсь свыкнуться с этим.

Мама ещё раз мельком взглянула на мой стол и вышла из комнаты, тихо закрыв дверь.

Мне даже интересно стало, что же она там такого рассматривала?!

«О нет, я бросила на столе свои наброски. Можно ли мне рисовать?! Я не знаю. Но, если она ничего не сказала, значит, я могу этим заниматься».

***

Две недели я умудрялась прятаться от директрисы, и мне почти всегда это удавалось. За исключением урока истории. Одно утро, обычный понедельник, в школе началось с ужасной драки, и били Ромку.

Четыре парня из нашего класса, во главе – Вадим, пошли следом за Романом в туалет, и там всё произошло. Хорошо, что на шум пришёл гардеробщик.

Если бы он пришёл несколькими минутами позже, Романа можно было смело госпитализировать. А потом у нас сняли историю, так как Анастасия Кирилловна разбиралась с ребятами в своём кабинете и ждала приезда их родителей. Девчонки сказали, что директриса смело может исключить за подобное из школы.

«Только бы она не сделала этого. Жалко ведь, до выпуска осталось всего ничего…»

Пока истории у нас не было, мы просто сидели в кабинете и занимались чем угодно, кроме истории. Хотя нам было сказано: читать параграф самостоятельно, завтра его будут спрашивать. Даже я подумала, что прочту его дома, и делала наброски в конце тетради. Тетради по истории.

На занятия после уроков я записалась и буду ходить дважды в неделю. Мне очень понравился преподаватель – он удивительный и талантливый художник…

«Почему интересно он решил работать учителем в школе?! Наверняка он мог бы открыть галерею и давать частные уроки».

После истории все побежали на физкультуру, а кто-то её прогуливать. Кто-то – это я.

Я до сих пор не хожу в спортзал. Я просто не могу переступить его порог… Сегодня мне не повезло. Злая, после утреннего инцидента, директриса шла по коридору в сторону школьного буфета, а я сидела там в самом углу и ела банановые чипсы.

Я всегда здесь сижу, когда не иду на какой-нибудь урок, и никто меня здесь не видит, а Анастасия Кирилловна приспустила очки и по инерции посмотрела именно в этот угол. Когда она посмотрела на меня, затем на часы и уверенно направилась ко мне с чашечкой кофе, я хотела немедленно вскочить и убежать. Только вот она уже садится напротив меня и отпивает горячий кофе. Её помада неизменно тёмно-красных оттенков…

– Здравствуй, Анна, напомни, какой у тебя урок?

– Здравствуйте, физкультура.

– Тогда почему я вижу тебя здесь? Забыла, где находится спортзал?

Я начинаю дрожать изнутри, стоило ей упомянуть то место. Я не смотрю на неё слишком долго, предпочитаю рассматривать свои руки или прохожих.

– Я не могу сегодня идти на этот урок. Чувствую себя не очень хорошо.

– Поднимись в медпункт и возьми справку. На уроке ты, в любом случае, должна присутствовать, даже если имеешь освобождение.

Она смотрит на меня, чуть прищуриваясь и потягивая ароматный напиток. Я уже не знаю, что бы такого придумать… Она на всё находит, что сказать.

– Хорошо. Чуть позже схожу за справкой.

– Мне подождать? – тон голоса заметно снизился. – Или отвести тебя на урок за руку?

– Анастасия Кирилловна! Простите, но я не могу туда пойти! Это место… Разрешите мне досидеть этот урок здесь?! – голос сбивается, и в глубине души я знаю, она откажет мне в этой простой просьбе.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю