Текст книги "Госпожа Луна"

Автор книги: Генрих

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 24 страниц)

Чуточку раздумываю, затем предлагаю:

– Ваши помощники ведь могут выйти на наш сайт? Замечательно! Пусть выберут вкладку с непритязательным названием «Луна» и пункт меню «Лунные зарисовки»…

Пришлось играть роль гида по нашему сайту, а вернее изображать его для зрителей. Теперь смотрим то, что снял наш лунный орбитер. На экране проматываются кадры лунного рельефа. Проекция орбитера на поверхность обозначается красным крестиком. В правом верхнем углу экрана отражаются координаты проекции с точностью до секунды.

– Стоп! Видите крестик? Это точка, над которой летит спутник. Он сейчас совместился с контуром окружности. Это место посадки «Аполлона-16». Теперь сделайте максимальное увеличение. И что вы видите?

Ничего никто не видит. Девственно чистый ландшафт, где не ступала нога человека. В том числе, американского.

– Прошу заметить, что разрешение изображения очень высокое. Примерно пять сантиметров на пиксель. То есть мы действительно даже следы астронавтов могли увидеть. Если бы они были.

Снова на экране проматываются лунные пейзажи. История повторяется на месте посадки «Аполлона-11». Которого тоже нет. Кира делает огорошенное лицо. Артистка!

– Это ведь каждый может увидеть. Заходи на сайт, кликай и любуйся. Сделаны и отдельные снимки в высоком разрешении.

– Хм-м, а остальные места посадок?

– Да я знаю, как американские защитники ведут споры, – брезгливо морщусь. – «Покажите остальные места, а то не поверим! Побывайте там вживую, иначе не поверим! На всех местах побывайте, чтобы закрыть все вопросы! Привезите нас туда, чтобы мы сами могли убедиться! А то не поверим!»

Кира улыбается.

– То есть они станут втюхивать нам свою гнилую веру за очень дорого. «Попрыгайте перед нами вот так, а то не поверим. А сейчас вот так покрутитесь и поприседайте, а то не поверим!» Забыли только спросить: а мне какой интерес их переубеждать? Нет, если заплатят нам за экскурсию на места мифических прилунений «Аполлонов», тогда да. По десять миллионов лунных рублей с носа, и мы подумаем о возможности их туда свозить. Как говорится, любой каприз за ваши деньги.

– Полагаю, эти споры со временем сойдут на нет. Трудно возражать самому авторитетному эксперту по Луне, – Кира одаряет меня улыбкой.

– Обыватели пусть спорят о чём угодно. Мне непонятно, почему многие учёные были уверены, что американцы там высаживались. Учёные, которые игнорируют законы логики и обычного здравомыслия, могут ли они называться учёными?

– На каком основании они могли усомниться в высадке «Аполлонов» на Луне? До вашего там появления? – очень хороший пас она мне даёт.

– На основании того, что защитники американцев постоянно жульничают и занимаются откровенной демагогией. С самого начала жульничают. Вот представь, я – скептик, а ты считаешь, что американцы высаживались на Луну. Мы вступаем в дискуссию. С чего она должна начинаться?

Вопросительно гляжу на Киру. Она пожимает плечами.

– С аргументов скептика, то есть тебя.

– Нет. Как только ты вступаешь в спор, ты сразу по умолчанию должна согласиться с тем, что все американские источники информации – сомнительные. Иначе зачем ты споришь, если считаешь их абсолютно достоверными? А раз так, то использовать их нельзя. Однако защитники пользуются ими направо и налево.

Кира натурально пытается осмыслить концепцию, вижу это. Не находит, к чему придраться.

– А что, разве неамериканских свидетельств нет?

– Нет. Откуда им взяться? Ни один иностранный космонавт не участвовал в программе «Аполлон». Ни один иностранец не посещал «Скайлэб». Попытки наших кораблей отследить полёт «Сатурна» были пресечены американским флотом. Рабочие частоты для приёма телеметрии нам не предоставили.

– Но весь научный мир…

– Есть французские источники, немецкие и даже советские, – начинаю, на первый взгляд, себе противоречить. – Но они представляют собой ссылки на американские. То есть они все вторичны, основаны на американских. И какой вывод должен сделать честный учёный?

Кира подыгрывает не словами, а лицом.

– Очень простой. Нет никаких объективных свидетельств неамериканского происхождения о реальном прилунении «Аполлонов». После этого остаётся всего пара шагов к грустному итогу: американцы никогда не были на Луне.

Кира делает задумчивое лицо.

– В версию аферы укладывается множество мелких неудобных фактов. Вот представь, американцы летали к Луне девять раз…

– Как «девять»? Они же только шесть раз высаживались!

– «Аполлон-13» в результате аварии просто вернулся на Землю. Но до них было ещё два пилотируемых испытательных полёта. Они просто облетели Луну и вернулись. Так вот, о чём я? Я летал на Луну всего один раз. Но на обратном пути мы попали под солнечную вспышку. Не очень сильную, врать не буду. Фоновая радиация повысилась десятикратно. Мы спрятались, конечно, в самом защищённом месте. Так это я один разочек слетал, а американцы-то – девять! Да по Луне гуляли! И ни разу под вспышку не угодили.

– Могло просто повезти…

– Могло. Только вероятность такого… – показываю пальцами зазор миллиметров в пять.

21 сентября, пятница, время 16:15.

Омск, ул. Королёва 1, Телекомпания «12 канал».

– Когда пойдёт в эфир? – спрашиваю, терпеливо дождавшись окончания ЦУ от Киры монтажёрам.

Собственно, в их царстве, напичканном мониторами, и сидим. Поначалу все косились на моих Грету и Фриду, потом привыкли.

– Рассусоливать не будем. Завтра вечером в прайм-тайм выпустим. Ещё через сутки выложим в интернет. Ждём аншлага.

Кира только сейчас после получасового инструктажа команде расслабленно откидывается в кресле, вытянув свои бесподобные ноги.

– У меня к тебе пара вопросов, – осторожненько закидываю удочку.

– Понятно. А я думаю, почему не уходишь? – улыбается с пониманием.

– Куда это я пойду? – удивляюсь совершенно искренне. – Как это я к вам домой без вас попаду?

– О-о-у, в самом деле, не сообразила. Ты решил у нас остановиться?

Нет, мля! В гостиницу пойду! Теоретически можно, вот только документы на своих девчушек ещё не сделал. Да и какие на них могут быть документы? Технический паспорт?

– Для чего-то же вы хоромами обзавелись?

Чета Хрустовых хочет отдельный особняк, но пока не обломилось. Живут в каком-то элитном доме, в пятикомнатной квартире. В соседях глава компании «Омские Медиа», о других не знаю и не собираюсь любопытствовать.

– Мне нужно связаться с экс-президентом России. Не можешь помочь?

– Зачем он тебе?

– Мне не он сам нужен. Мне нужен его приятель Медведев, а вот напрямую я с ним связываться опасаюсь. Как минимум, нас прослушают.

– Надо кое-кому позвонить, – Кира задумчиво крутит локон. – Надеюсь, за мной не следят?

Прокручиваю в голове все возможности. Вздыхаю.

– Могут. Но есть шанс, что вовремя не сообразят. Главное – ты фамилию «Медведев» не называй.

Полагал, она отцу позвонит. Ошибся.

– Привет, Оля! – Кира начинает щебетать и делает это довольно долго.

Если кто-то её подслушивает, то наверняка медленно сходит с ума. Если мужчина, конечно. И невзначай в процессе разговора мелькает:

– Оль, а ты не в курсе, где сейчас ВВП? У меня идея возникла интервью у него взять. Беременность? Не помешает. Я ведь могу и дистанционно.

Выясняют в итоге, где он находится. Не сразу. Сначала проинструктированная Оля запросила интервью на своё имя, раздобыла телефон секретаря и только после многочисленных уточнений получаю дату и номер телефона. Надо бы свою спецслужбу заиметь, всё как-то не озабочусь. Да и не знаю, как это делать. Директора ФСБ бы вербануть.

24 сентября, понедельник, время 10:05.

Посёлок Ореанда близ Ялты.

– Нам назначено, – после моего заявления вооружённые обитатели блокпоста мариновали нас четверть часа.

Охраняют, как действующего президента. При въезде на территорию особняка заставляют разоружиться. С тяжёлым вздохом вытаскиваю стечкин, мои невозмутимые девочки предъявляют слегка ошалевшей охране по паре глоков. Моя дипломатическая неприкосновенность в данных ситуациях не пляшет.

– Чего смотрите? – хмуро оглядываю мужчину в камуфляже и с капитанскими звёздами. – Пишите расписку.

Тут же передумываю. Оставляю нанятый автомобиль с девчонками и своим пистолетом за забором. Чувствуя себя без оружия и охраны голым, направляюсь к главному зданию усадьбы.

– Вот он, наш героический покоритель Луны!

На вершине расширяющейся к низу лестнице стоят двое. Меня приветствует хозяин усадьбы, рядом стоит улыбающийся Медведев. Огромный камень обрушивается вниз, снимая тяжесть с сердца. Хозяин сердечно приобнимает за плечи, меня ведут внутрь.

– Владимир Владимирович, я, собственно, по поводу Дмитрия Анатольевича…

Договорить мне не дают.

– Нет-нет-нет! – ВВП делает запрещающий жест. – Кто же сразу о деле с порога говорит?

– Ой, простите! Как ваше здоровье, Владимир Владимирович? Как ваши дочки поживают? Много внуков у вас сейчас? А то я и не в курсе.

Мужчины с удовольствием смеются. Дальше узнаю, что почти всё в порядке. В том числе и с тремя внуками. Вернее, двумя внучками и внуком. Здоровье понемногу сдаёт, но в меру, возраст всё-таки. Вот и нахожу повод для перевода беседы в содержательное русло:

– Дмитрий Анатольевич намного моложе, за что ж его так неожиданно на пенсию?

Мужчины становятся заметно серьёзнее. Формально Медведева вправе списать. Всё-таки семьдесят лет. Но выглядит он прекрасно, а работа ведь не в том, чтобы шпалы укладывать. Тяжелее телефонной трубки ничего поднимать не надо.

– Ты сделал слишком привлекательным этот пост, – после паузы экс-президент выдаёт диагноз. Медведев согласно кивает. – Вот они и решили поставить на канал связи с тобой своего человека. Ты пока не знаешь, кого?

– Догадываюсь, – высказывается Медведев. – Похоже, это Куницын, зампред АП. Не гарантирую, но предположительно приятель Кондрашова.

Удаётся не сморщиться от неприятно знакомой фамилии. Однако все тут же согласились, что конкретная кандидатура неважна.

– Давайте проясним для себя всё возможное. Дмитрий Анатольевич, вы ведь не против продолжать со мной работать?

На мой вопрос Медведев усмехается:

– Нет, конечно. Мне нравится.

– И формальная должность – дело второстепенное? – снова получаю согласие. – Какой оклад вас устроит? Только учтите, я довольно-таки прижимистый работодатель.

Слегка поторговались. Меня спасает то, что Медведев, как бывший президент, будет получать соответствующую пенсию. На данный момент порядка восьмисот тысяч. Так что согласился на прибавку в тысячу лунных рублей в месяц. Ну а что? Суммарно больше миллиона выйдет в российских рублях.

– Теперь технические детали, – окидываю мужчин взглядом. – Мне нужны ваши столичные контакты.

– Ого! – хозяин усадьбы рассмеялся от души. – Мальчик вырос, на ходу подмётки рвёт.

К их общему смеху присоединяюсь лишь вежливой улыбкой.

– Владимир Владимирович, вы свои связи в могилу не унесёте. Дмитрия Анатольевича делать наследником нет смысла. Был бы он лет на двадцать моложе, тогда я и тему не поднимал бы.

Да, хочу статус наследного принца. А чо такого?

– Владимир Владимирович, прикажите позаботиться о моём водителе, – мы явно задержимся, а о своих людях, даже временно нанятых, нельзя забывать.

Кивает.

– А о девушках не волнуешься? А-я-я-й! – ВВП укоризненно качает головой.

– Его девушкам ничего, кроме электрической розетки не надо! – Медведев начинает откровенно ржать, глядя на недоумение своего патрона. – И то раз в сутки.

Надо же! Оказывается, он не знал. Отстаёт от жизни помаленьку.

Глава 19
Наследник

29 сентября, суббота, время 18:15.

Москва, «Башня Федерация-Запад», банк «ВТБ Капитал», переговорная.

– Скока-скока? – гляжу на импозантного мужчину лет пятидесяти с откровенной насмешкой.

Не только на него, реакция остальных мне тоже любопытна. Однако мой интерес остался неудовлетворённым. Опытный и тёртый народ собрался. Ядро пресловутого кооператива «Озеро», генералы промышленно-финансовой группы, подпиравшей предыдущего президента. Поэтому по лицам ничего не прочтёшь, только у одного, самого молодого, что-то мелькнуло в глазах.

– А что вы хотите, Виктор Александрович? – Ковалёв стряхнул с рукава дорогого костюма невидимую мне пылинку. – Элитный жилой комплекс, двести пятьдесят роскошных квартир со всей инфраструктурой. Нормальная цена. Москва – дорогой город, неужто новость для вас?

Вменяемую цену, вот что я хочу. Триста восемьдесят миллиардов рублей – это явный перебор. С подобными аппетитами эти бравые ребята даже лунную казну до дна махом выберут. Это будет трудно, но я в них верю.

– Это какую же вы прибыль себе заложили, Николай Фёдорович? Процентов восемьсот? – не отвожу от него пристального взгляда и вижу, вижу, как что-то на долю секунду колыхнулось на дне его карих глаз.

– Через край хватанули, Виктор Александрович. Мы больше двухсот миллиардов потратили.

Покерфейс прочно прописался на лицах всех присутствующих, но кто-то негромко хмыкает. Я тоже это сделал.

– Понимаю, что вы – человек небедный, но таких денег у вас просто нет. Поэтому и не могли вы их потратить. Вы забываете, с кем разговариваете. Я совершенно не на пустом месте стал кандидатом физико-математических наук. Поэтому с числами управляюсь легко.

Далее объясняю буквально на пальцах. При средней площади квартир в полторы сотни квадратов при озвученных затратах в двести лярдов получается, что себестоимость квадратного метра лежит в пределах от пяти до шести миллионов рублей. В моём родном Синегорске за такие деньги можно полноценную квартиру купить. Двухкомнатную точно, пусть и не в центре.

– Даже если вы паркет сделали из столетнего морёного дуба, а водопроводные трубы позолотили, у вас всё равно такой себестоимости быть не может. Или вы стены цветным мрамором облицевали? Этого тоже мало.

Молчит. Молчит и в глаза не смотрит.

Стоило только попросить мне организовать резиденцию Лунной республики, что-то вроде посольства, тут же получил встречное предложение. Жилой комплекс «Лазурный» у них завис. И правильно – где они найдут в Москве лишнюю пару сотен миллиардеров? Они даже в столице стадами не ходят.

– Давайте договоримся, Николай Фёдорович. Установим предварительную цену в сто двадцать. Это верхняя планка, которая может только опуститься. Потому что мои специалисты – экономисты и строители – внимательно проверят ваши расходы на возведение комплекса. Я спокойно соглашусь на рентабельность процентов в двадцать пять, но не выше. И если мои люди обнаружат в ваших зданиях полипропиленовые трубы или биметаллические радиаторы, эту тему мы закроем. Сами выпутывайтесь с вашим комплексом.

– Нет у нас таких труб. И радиаторы из нержавейки, – бурчит Ковалёв.

– То есть бюджетные у вас радиаторы, – возобновляю ехидство. – У нас на Байконуре в обычных квартирах для рабочего персонала бронзовые радиаторы и латунные трубы.

Со времён модернизации жилфонда на Байконуре помню, что бронзовая сантехника в четыре раза дороже, чем из нержавейки.

Всё как всегда. Когда приходит новое начальство или просто новый человек в сложившееся сообщество, его пытаются развести. Повышение зарплаты или более высокую должность выпросить, элементарно денег взаймы. Старожилы в курсе, что долг не отдадут, а с новеньким может и прокатить. Могут свалить самые неприятные обязанности. Короче, на новом месте, с новыми людьми надо держать ухо востро.

– Насчёт вашего запроса, Виктор Александрович, – вступает в беседу мужчина с лицом, ассоциирующимся с гранитным валуном. – Я слышал разговоры, что американского посла хотят лишить его резиденции. Спасо-Хаус – очень неплохое место.

– Спасибо за наводку, Игорь Аркадьевич. Сейчас гляну…

Влезаю в сеть через планшет, смотрю. Дюжина собравшихся гостей тихо переговаривается. Долго меня ждать не приходится:

– Склоняюсь к тому, чтобы отказаться. Место замечательное, однако, есть целый ряд но. Памятник архитектуры и культуры, там особо не порезвишься. Для торжественных мероприятий лучше не придумаешь, но работать там не очень удобно. Охрану даже не представляю, как и где разместить. Реконструировать ничего нельзя, насколько понимаю.

Короче, мне нужно такую же, но с перламутровыми пуговицами. «Будем искать», – сказали мужчины.

– Нельзя ли принести хоть какие-то бутерброды, Алексей Андреевич? – обращаюсь к Хованскому.

Для меня почти новость, что ВТБ входит в пул экс-президента.

– Лучше в ресторан спуститься, – тонко улыбается хозяин этого места.

Ресторан так ресторан. Для нас выделили отдельный зальчик, так что никто не мешал. Порхают улыбчивые официантки, с ловкостью фокусников расставляя блюда. Без стука. Заказал креветок, капустный салат с селёдкой и томатный сок. Ужин должен быть лёгким. За всех заплатил щедрый хозяин.

– Мы нуждаемся в больших проектах, Виктор Александрович, – Игорь Аркадьевич незаметно берёт на себя роль представителя всей группы. – Что вы нам можете предложить?

Он занимает место напротив меня. Рядом со мной никто сесть не может. У меня по бокам два парня из админотдела Агентства. Напрямую работать с этими людьми будут они.

Пришлось долго думать над ответом. Секунд тридцать.

– Как вы понимаете, самой Лунной республике ничего грандиозного ненужно. Что-то строим в Гуантанамо, но тот заказ уже отдан. Можно подумать над строительством метро в Омске, но тут мне надо с экономическим отделом советоваться. Если финансировать будем мы, то проект должен быть окупаемым. Принадлежать-то он будет нам.

Добиваю салат и продолжаю:

– Тому же Омску думаем выделить деньги на приведение дорог в порядок. Это станет чисто спонсорской помощью. Мы хотим взять этот город как бы под свой патронаж. Но это тоже мелковато для вас…

Не все согласились с моей оценкой масштабов. Ну да, строительство дорог – финансово выгодное дело.

– А вот что вас по-настоящему может заинтересовать, – делаю паузу (и не зря – все мгновенно смолкают), – так это возведение военных баз. Для корейской дивизии, кубинской, да и о своей, российской, не будем забывать. Так как это силы быстрого реагирования, то понадобится сеть баз по всему миру. С аэродромами, запасами, персоналом, узлами связи и так далее.

– И много вы планируете таких баз? – слышу осторожный вопрос.

– Сначала немного – по паре на каждую дивизию. Их пока три, если вы не в курсе. А там видно будет. Надо ещё с нашими генералами советоваться.

1 октября, понедельник, время 09:45.

Москва, Красная площадь.

Подъезжаем к главной площади страны по улице Ильинка. На въезде останавливаемся для проверки документов. Пока патрульные выясняют, можно ли нас пропускать, время зря не теряю.

Около нашего микроавтобуса с дипломатическими номерами возникает группа с камерами, микрофонами и прочими атрибутами, ясно указывающими, к какой профессии принадлежат их носители.

– Здравствуй, Оля! – приветственно машу рукой знакомой блондинке.

Технично оттёршие конкурентку коллеги неохотно пропускают девушку вперёд. И дают место её микрофону перед моим лицом. Грета и Фрида прикрывают меня с боков, Гена защищает сзади своим мощным телом.

– Сразу предупреждаю: у нас не больше пяти минут. Встреча с президентом ровно в десять, – у президентов России неудобная для меня привычка вытаскивать на встречу в неположенное время.

– По какому поводу вас вызвал президент России? – РИА-Оля не упускает предоставленной возможности.

– Тема встречи не сообщалась, но и без того понятно – нам есть что обсудить. Однако вы не правы по поводу вызова, Оля. Президент России не может меня вызвать, я получил приглашение, на которое ответил согласием. Раз уж я в Москве.

– Как обстоят дела на Луне?

– Замечательно. Но я давал подробное интервью Кире Хижняк, можете его внимательно посмотреть.

Кира, кстати, оставила себе свою фамилию, ссылаясь на то, что она стала брендом.

– На Луне есть женщины?

Не в бровь, а в глаз! И жалко, что задала этот вопрос не Оля. Зато ясно, что утечки пока нет, никто не знает, что там побывала Юна Ким.

– Нет, пока нет. Мы не хотим посылать наших девушек в недостаточно обустроенное место. Сначала создадим для них максимально возможный комфорт, тогда и рискнём. На принципах добровольности, разумеется.

Старший полицейский машет рукой, обозначая разрешение, и тем самым прекращает общение с журналистами.

– Пресс-конференцию бы, Виктор Александрович! – меня настигает призыв Оли.

– Давайте сегодня, – оборачиваюсь ненадолго, – часа в три. Подыскивайте место.

– У нас! – Оля не теряется.

– Договорились.

Вот такой я стремительный.

1 октября, понедельник, время 10:03.

Москва, Кремль, Сенатский дворец, канцелярия Президента.

Персоналии:

Сазонов Владислав Леонидович – президент РФ;

Валерьянов Олег Сергеевич – министр юстиции;

Куницын Валерий Алексеевич – заместитель главы АП;

Полуянов Антон Максимович – министр финансов;

Анисимов Александр Юрьевич – генерал армии, министр обороны;

Кондрашов Анатолий Леонидович – министр торговли и промышленности.

– Всем здравствовать! – приветствую скопом всех пятерых. – Господин президент!

Представительная компания подобралась, один другого выше. Чернышов – привычный завсегдатай наших встреч с президентом – сегодня отсутствует. Зато масса других высоких лиц. Министра обороны Анисимова хорошо знаю, а вот замглавы АП Куницына вижу впервые. По определению теневой вельможа. Министров юстиции и финансов тоже знаю только по фотографиям из сети.

Кого бы век ни видел, так это Кондрашова. Опять всплыл!

– Извините за задержку, недооценил дотошность полицейского поста.

– Располагайтесь, Виктор, – президент кивает на кресло слева от себя.

С моей стороны сидит пресловутый Кондрашов, что очень хорошо – не придётся смотреть в его сторону. Остальные напротив, лица у всех приветливые. Что ещё хорошо – не стали мы друг другу руки пожимать, а то пришлось бы с порога на обострение идти. Кондрашова демонстративно в игнор ставить.

Приветливости доверять не лежит душа. Поэтому и организовал летучую встречу с журналистами у стен Кремля. А то кто его знает? Зайдёшь, а потом и не выйдешь.

– Что-то вы о нас совсем забыли, Виктор, – мягко пеняет президент.

Подарок небес! Лучшее начало даже представить сложно. Да, я сознательно игнорировал Москву в последнее время. Дал интервью Кире, посетил экс-президента, а затем при его содействии встретился с его людьми. Возможно, о чём-то Сазонов не знает, что вряд ли. Хотя демонстративного игнорирования не было, но вёл я себя в последнее время так, будто Кремль – далёкие задворки, до которых когда ещё очередь дойдёт.

– Как только вы пригласили, я немедленно откликнулся, – пожимаю плечами, дескать, о чём речь? – К тому же вы сами канал связи с российским правительством обрубили. Не я же Медведева уволил.

– Мы решили, что более молодой человек справится лучше, – вмешивается Куницын. – Семьдесят лет – это всё-таки возраст.

– Решили и решили, – снова пожимаю плечами. – Кто я такой, чтобы вмешиваться в кадровую политику правительства и президента? Только у каждого решения есть издержки. В данном случае это уничтожение надёжного канала связи между нами. Мне как-то не слишком удобно напрямую с президентом связываться по каждому мелкому вопросу. Всё-таки высший пост государства, любой вопрос для обсуждения должен быть масштабным.

– Вы сами ведь находите приемлемым обсуждать мелкие темы? Хотя ваша должность статусом не уступает посту Владислава Леонидовича, – тонко улыбается Куницын.

Есть в его облике что-то от ловкого зверя, давшего ему фамилию.

Пытается на слове меня ловить, ага. Хрен ты мой искин переиграешь!

– У нас совершенно разные ситуации. У Владислава Леонидовича развитый административный аппарат, мне же многими делами приходится заниматься лично. Это позже, когда я найду подходящих людей, введу их в курс дела, натаскаю, тогда и можно будет на них положиться.

– Вы хотите восстановить Медведева на прежнем месте? – по-армейски прямо и грубо бухает министр обороны.

Даже мы с Сазоновым переглянулись с пониманием. Остальные прячут улыбки.

– Нет. Это будет потерей лица. Злые языки сразу скажут, что буйный Колчин выкрутил руки президенту, а потом пойдёт целое цунами из слухов, предположений, измышлений. Журналисты, конечно, обрадуются…

Все расслабились после этих слов. А зря!

– Хотя, конечно, удаление Медведева не могу расценивать иначе, как недружественный акт по отношению к Луне. И не понимаю, с чем это связано.

– Зря вы так думаете, Виктор, – примирительно произносит президент. – Отставка Медведева не имела цели поссориться с Луной.

Немного жду, но не дожидаюсь, в чём состоял замысел. Давить бессмысленно, всё равно не скажет, по лицу вижу.

– Мы куда-то в сторону свернули, – в разговор вступает Полуянов, министр финансов. – Вызвали мы вас не по этому поводу… то есть пригласили. Дело в том, что в связи с созданием нового государства, Лунной республики, возникает целый ряд проблем. Между Луной и Российской Федерацией. Ведь все граждане Луны одновременно являются гражданами России. Или я ошибаюсь?

– Не ошибаетесь, Антон Максимович, – охотно подтверждаю.

Момент тонкий, малюсенькая информация открывается моим собеседникам. На Луне нет – по крайней мере, пока – ни одного нероссийского гражданина. Если они думают, что я нечаянно проболтался, пусть думают.

– Но если так, то Российская Федерация несёт потери. Затрачены немалые средства на обучение и воспитание, медицинское обслуживание. Ведь вы и сами Московский университет закончили?

Подтверждаю кивком.

– Получается, что Россия является донором Лунной республики. Эту проблему следует утрясти.

– Не только упомянутую вами, Антон Максимович, – люблю вести переговоры в стиле айкидо. Сначала соглашаюсь, затем подсекаю. – Проблем возникло огромное количество. Но то, о чём вы говорите, это просто маленькая юридическая неувязка. Да, Луна потребляет какие-то ресурсы России. Спорить с этим бессмысленно. Однако Россия тоже имеет огромную выгоду от близости с Луной. Вы, как министр финансов, должны это знать. Например, контракт «Сферы-Ком» с Роскосмосом на изготовление и вывод на орбиту двух тысяч спутников. Сколько стоит один спутник?

Министр отводит глаза, остальные тоже молчат. Чернышов сегодня отсутствует, некому дать справку. Некому, кроме меня.

– Миллиард рублей он стоит, не меньше. Плюс запуск и вывод на орбиту, и в итоге получается сумма до полутора миллиардов. Контракт на семь лет, за время которых в экономику России вольётся около трёх триллионов рублей. Считайте, по полтриллиона в год. Это только один контракт, пусть и самый крупный! Причём это иностранные инвестиции в экономику России, – последнее замечание очень в тему, инвестиции из-за рубежа до сих пор для многих высоких лиц своего рода фетиш.

Главный финансист государства пытается изобразить скепсис, но получается плохо. Никто из высокого синклита его не поддерживает.

– Есть масса других мелочей. Само Агентство работает не в безвоздушном пространстве. Закупки оборудования и материалов идут постоянно. Мы как-то подсчитывали, что за первые пять лет пребывания на Байконуре мы приобрели в России товаров и услуг на полтриллиона рублей. Причём в большой степени это хайтековская продукция, часто с большим мультипликативным эффектом. Оборудование для космических кораблей, солнечные панели, микросхемы, программный код. Устно всё перечислить трудно, нужен список на несколько листов.

Министр финансов окончательно сдувается.

– В данном случае надо элементарно подписать соглашение с Луной, что-то вроде Таможенного Союза. В рамках ТС действует принцип свободного перемещения товаров, услуг, рабочей силы и капитала, – примирительно говорит министр юстиции. – Но с Антоном Максимовичем надо согласиться в части того, что вопрос следует утрясти. По моей линии тоже есть ряд моментов.

– Я весь внимание, Олег Сергеевич.

– Юрисдикция граждан Лунной республики тоже нуждается в обсуждении. Будут ли они обладать двойным гражданством? Каков статус на территории Российской Федерации? Принципы налогообложения и множество прочих мелочей.

Сам могу добавить кое-что. Например, правовые основания для действий и просто нахождения на территории России наших андроидов. Но пока умолчу. Сюрприз будет. На самом деле, сам пока не знаю.

– Я бы хотел для граждан Луны дипломатическую неприкосновенность.

Моё заявление вызывает гул вздохов и переглядываний в стиле «Ишь, чего захотел!»

– Само собой, это обсуждаемо. Но, например, на Кубе к этому пожеланию отнеслись с пониманием.

Мощный аргумент. Сразу все задумываются. Подспудная мысль в том, что как бы Луна не сделала именно Кубу своей главной опорной страной. А что? Наша территория там уже есть. Как-то встречалась экономическая статья о том, что через месяц после нашего появления на Кубе её ВВП вырос на два процента.

– Естественно, мы собрались не для того, чтобы одним махом решить все проблемы, – закругляется Валерьянов. – Исключительно для того, чтобы оценить их в общих чертах.

– Да-да, – подключается министр обороны. – Виктор Александрович, мы получили ваше предложение встретиться с вами на Байконуре. Но поймите нас правильно, нам это страшно неудобно. Дело в том, что запрошенные вами документы под грифом «Секретно». Их, например, в электронном виде не существует, а вывозить из здания министерства вообще запрещено.

Ну, если просят, то можно и навстречу пойти. Кажется, уже можно, блюдо готово, пора подавать на стол. Не знаю всех целей, которые ставили перед собой эти высокостатусные персоны, но я своей главной достиг.

– Предлагаю вот что. Видимо, Луне волей-неволей придётся открывать в Москве своё представительство. Это не совсем посольство, потому что обычным путём визу, например, у нас не получить. Если они вообще будут. Но вот для обсуждения поднятых вами тем станет самым удобным местом. Там будут находиться наши рабочие группы, вашим людям предоставим все условия для работы. Или они просто станут приезжать. В пределах столицы это будет удобно.

По еле заметным признакам возникают подозрения. А это не то самое, ради чего меня вызвали, то есть пригласили? Чтобы представитель Луны всегда под боком был?

– Сможете выделить Луне здание поближе к центру? На условиях продажи, в крайнем случае – долгосрочной аренды.

После многозначительной паузы президент буквально выносит меня из состояния равновесия:

– Одна из башен в «Москва-Сити» подойдёт? «Башня-2000»?

Министерский народ вокруг поглядывает на меня с лёгкой улыбкой. Ну да, не каждый день увидишь Колчина выбитым из колеи. Они точно все заранее знали. Я уже готов простить им Медведева, тем более что ответный ход у меня готов.

– К-х-м! – прочищаю горло и только после уточняю: – Целиком?

– Можно и целиком. Там не более полутора десятков арендаторов осталось.

Медленно поворачиваюсь к впервые открывшему рот Кондрашову. Интересно, он тут какие-то свои дела опять мутит?