Текст книги "Возвращение демонического мастера. Книга 14 (СИ)"

Автор книги: Findroid

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 18 страниц)

Глава 13

– Мне больше нет пути назад… – тихо пробормотала Четырнадцатая, остановившись на месте.

Я заметил это почти сразу, но тем не менее сделал несколько шагов вниз по ступеням. Взгляд девушки в этот момент стал удивительно пустым, как у людей, которых я видел в Радархарте. У тех, которые потеряли надежду на спасение.

– Перестань, – покачал я головой.

– Нет. Я была рождена, чтобы стать Лордом Цепей, чтобы поддерживать порядок в Крепости Павшей Души. Это была моя единственная задача, но я не справилась. Я вынудила отца вмешаться, а это равносильно провалу. Лучше бы ты убил меня, тогда всё было бы проще.

– Ты сама в это не веришь, – вздохнул я. – Если хочешь умереть, то это место может подарить тебе тысячу и один способ это сделать.

– Действительно… – мрачно согласилась девушка.

– Но ведь ты этого не хочешь на самом деле. Несмотря на своего отца, несмотря на неудачу, ты хочешь жить, иначе ты бы бросилась на меня тогда, ещё в Крепости. Поэтому хватит ныть из-за такой ерунды. Ты ещё жива, ещё дышишь, а значит, нужно продолжать идти.

– Ради чего? Мне некуда возвращаться. Даже если я вернусь наверх, то отец больше никогда не позволит мне исполнять роль Лорда Цепей. В лучшем случае он просто избавится от меня, а в худшем…

Она поежилась.

– Он сдохнет.

– Что? – девушка вздрогнула и посмотрела на меня совсем иначе.

– Он сдохнет, – повторил я. – Не стоит переживать о Лорде Цепей. Если раньше он был мне безразличен, то после услышанного лишь вопрос времени, когда я его прикончу.

– Он гораздо сильнее тебя, – не согласилась Четырнадцатая. – Он Лорд!

– И? Это не делает его бессмертным. Сейчас он сильнее, но ещё… пару лет назад я был гарваном из внешних витков. И посмотри, какой силы я добился, – технически для меня прошло больше десятка лет, но если выкинуть время, проведенное в личном пространстве, то с момента, как я поступил в школу Багрового Возмездия, и двух лет не прошло. И все мое возвышение было получено именно за этот период, а не когда я тренировался в личном пространстве. – Можешь мне поверить, когда я выберусь, долго он не проживет. А потом ты сама сможешь решить, как жить дальше. Если сейчас у тебя нет причин идти, так двигайся вперед за тем, чтобы найти эту причину. Я почти сотню лет прожил в месте, которое напоминает твою темницу, и сражался, очень много сражался, чтобы жить, пока не встретил тех, кто показал мне, зачем все это было нужно.

Девушка все так же стояла, смотря на меня, но уже не таким пустым взглядом, как пару минут назад. Не могу сказать, что в нем появилось много жизни, но как минимум некоторые сомнения у меня получилось зародить.

Я вновь отправился дальше, закончив с разговорами. Четырнадцатая немного задержалась, но поспешила следом. Тем временем город, к которому мы шли, оказывался все ближе и ближе. И чем ближе мы были, тем меньше становилось похоже, чтобы он принадлежал людям. И тем не менее от идеи заглянуть туда я не отказался. Нам действительно неплохо было бы найти кого-нибудь, кто владеет сведениями о Бездне и как тут все устроено.

Лестница подошла к концу, и мы оказались на просторном мосту, ведущем непосредственно в город. Если взглянуть вниз, то можно увидеть довольно крупный водоем, который омывает левую сторону гиганта.

И тут нам впервые попался местный житель, и я убедился в своих опасениях. За местных нам с Четырнадцатой сойти не выйдет. Выглядел тот как человек, но выше привычных, метра два с половиной минимум, а ещё у него были вытянутые уши и довольно острые черты лица, куда более острые, чем мы привыкли видеть.

Он был облачен в тяжелое белое полотнище, перекинутое через плечо и уложенное вокруг тела широкими, строгими складками. Правда, ткань была далеко не новой, а потертой, со множеством пятен. И судя по всему, это был мужчина.

Туземец уставился на нас, прищурил глаза и сказал что-то на незнакомом нам языке. Ткнул в меня пальцем, вновь что-то буркнул, а затем махнул рукой и поплелся прочь от города.

– Мне показалось, или он пьян? – с некоторым удивлением уточнила спутница.

– Спрашивать у него я не стану, – ответил ей. – Но по крайней мере не он пытался нас убить, что уже хорошо.

– Ага…

Я вновь глянул мужчине в след, а затем мысленно заглянул в свое пространственное хранилище. Спустя минуту я выудил оттуда тяжелый светлый кусок ткани и протянул его девушке. Та непонимающе взяла у меня его из рук, а я тем временем уже стал доставать второй.

– Попробуем замаскироваться, – сказал ей и стал накидывать на себя ткань на манер их одежды, разве что закрыл ещё и голову чем-то вроде импровизированного капюшона. Четырнадцатая тоже повозилась с тканью и спустя минуту смогла приспособить её для создания образа.

– Ну как?

– Думаю, выглядит похоже.

– Только ростом мы не вышли.

– Да и пусть. Если что, сбежим. Я не прочувствовал от него духовной энергии, так что не думаю, что они очень опасны.

Разумеется, судить о силе всей расы только по одному представителю, глупо, ведь по такой же логике можно судить о силе Лорда по первому же попавшемуся крестьянину, но некоторый позитив это давало.

И вот спустя, наверное, полчаса пути по мосту мы оказались перед воротами в город. Тут не было ни стражи, ни провожатых, лишь ещё один представитель местных. Причем голый. Он танцевал в окружении стеклянных цветов и что-то мычал, не обращая ни на кого внимания.

Впрочем, вскоре мы поняли, что он не единственный. Стоило зайти за ворота, и нам на пути время от времени попадались такие. Как мужчины, так и женщины, причем для остальных обитателей этого чуждого места они, видимо, были обыденностью, потому что совершенно никто не обращал на них внимания.

– Странное место, – шепнула мне Четырнадцатая.

– Немного.

Но одно хорошо: на нашу странную мелкую парочку никто толком не обращал внимания. Практически все проходили, но и самих горожан при этом было не так уж и много. Как-то ожидаешь от такого крупного города гораздо большую плотность толпы.

– И что мы собираемся тут делать? – спросила Четырнадцатая.

– Пока не знаю. Обычно в новых местах просто идешь в таверну средней паршивости, где за несколько спиров можно узнать последние новости, но мы слишком выделяемся на фоне местных и языка не знаем, так что просто пока осматриваемся.

Город на самом деле выглядел довольно необычно. Большая часть построек была сделана из светлого камня, но при этом я не видел ни единой пагоды, и чаще всего если здания пытались сделать многоэтажными, то внешне это мало отражалось. Здание просто вытягивали вверх, и резные колонны, которые тут, видимо, были основой многих строений, просто доходили не до крыши первого этажа, а до второго или третьего. И строили тут, соответственно, с размахом и под собственный рост, отчего я ощущал себя ребенком, забравшимся в дом взрослых.

Небесная столица тоже страдала некоторым гигантизмом, но там он был другого рода. Чтобы сесть на местную скамью, мне пришлось бы на неё запрыгивать, и сделав это, я бы не смог физически достать ногами до земли. И ещё занимательно, что тот житель города, которого мы встретили первым, был не самым высоким местным представителем, попадались и те, кто был выше трех метров ростом. В два раза выше, чем Четырнадцатая.

– Может, они принимают нас за детей, оттого и не обращают внимания? – предположила спутница.

– Возможно.

Пока же мы просто шли по улицам этого странного места, стараясь не путаться под ногами у местных. Танцующие со стеклянными цветами попадались нам всё чаще, но понятнее это действо не становилось. Зато через полчаса гуляний мы наконец поняли, почему так мало местных нам попадалось: большая их часть в данный момент была сконцентрирована на центральных улицах. Там будто бы происходил какой-то праздник. Люди выстроились по обоим концам широкой дороги и наблюдали за приближающимся шествием.

– Что там? – спросила Четырнадцатая с легкой заинтересованностью.

– Пока не знаю.

В нашу сторону двигалось что-то большое, но рассмотреть пока не удавалось. Я дернул девушку за рукав, и мы отошли от толпы, и там, чуть в стороне, где нас не видели, я воспользовался силой и забрался на крышу. Четырнадцатой теперь тоже доступны способности, так что и для неё это не составило большого труда.

Тут, с высоты, вид открывался гораздо лучше. Мы отлично видели улицу и множество местных, что приветствовали огромную вычурную повозку, которую тянул десяток странных ящериц. Причем видок у них был какой-то нездоровый, словно бы они были поражены какой-то болезнью. Сама повозка была размером с дом, только зачем-то поставленный на колеса, да и сами колеса были больше меня и тем более Четырнадцатой. И на вершине всего этого подвижного чудовища располагалось что-то вроде трона, на котором сидел полуобнаженный мужчина, лицо которого было скрыто алой маской.

На ярусах ниже от него на цепях сидели десять обнаженных женщин, каждая из которых держала в руках крупный стеклянный цветок, и нараспев пели песню, возможно, славящую сидящего на троне. Было в этом что-то одновременно красивое и пугающее.

Помимо уже оговоренных на этом движущемся троне можно было заметить ещё одну бросающуюся в глаза фигуру: горбатую старуху с перекошенным телом. Если бы не массивный тяжелый посох, который больше напоминал ветку дерева со множеством металлических колец на концах, она бы, скорее всего, не смогла стоять.

Во время движения старуха что-то доставала из сумки на поясе и рассыпала на людей, которые пришли посмотреть на это шествие. Судя по увиденному, это был какой-то порошок, переливающийся разными огнями в полете, и толпа настолько жадно бросалась на него, что готова была разорвать тех, кто стоял рядом.

Солдат тут тоже хватало, небольшая часть шла перед ящерами, сидя на конях, а вот пешие отряды двигались следом ровными шеренгами. Прямо на наших глазах один из толпы выскочил, попытался добраться до повозки, но один из всадников перехватил его и пронзил копьем. Все это было проделано очень быстро и методично, видимо, не в первый раз безумцы пытаются прорваться.

Повозка все приближалась, и теперь мы были практически на одном уровне.

– Пригнись немного, – сказал я спутнице и сам припал к крыше.

И вот трон поравнялся с домом, на крыше которого мы засели. Была надежда, что нас не заметят или не обратят внимания, но видимо, у Духа Спирали в очередной раз плохое настроение, потому что старуха с посохом нас заметила. Она что-то крикнула, отчего процессия остановилась, а затем вытянула свою костлявую руку и указала пальцем точно на нас…

Глава 14

– И как я умудрилась в это вляпаться… – буркнула себе под нос Кальдия, разглядывая лагерь, в котором оказалась.

Выглядел он крайне непримечательно и состоял из десятка шатров, расставленных полукругом, но сейчас часть из них пустовала. Фактически на данный момент в лагере была только Кальдия, Урад Досин и мрачная бледная женщина, чьего имени демоница не знала. Причем девушка была уверена, что Безумный Демон Сотни Звезд и сам не знал её имени, что, впрочем, не мешало им предаваться утехам по несколько раз на дню. Мужчина просто вставал, говорил «пошли», и те шли уединяться.

Демоницу это немного раздражало, но она хотя бы их понимала. В этой глуши делать совершенно нечего. А ведь ещё недавно она с Досином жила во дворце, в гигантской крепости со множеством слуг и сильных воинов, в месте, которым правил Лорд Знаний. Но всё это очень быстро закончилось, когда их новый благодетель, Гор Вей, решил, что им с Лордом Знаний не по пути.

И вот они сидят в этой глуши и мучаются от безделья.

Вернее, она мучается…

Прямо на её глазах из дальней палатки как раз вышли Демон Сотни Звезд и та бледная девица. Причем последняя выглядела донельзя довольной, что раздражало Кальдию ещё сильнее. А ещё она поймала себя на мысли, что и сама бы не прочь оказаться на месте той женщины. Как минимум было бы одно дополнительное, ещё и приятное, занятие, только вот Досину не было дела до Кальдии. Демоница была для него кем угодно, но не любовницей, будто бы наличие рогов опускало её до уровня мебели или, на худой конец, прислуги, которая штопает вещи и готовит еду.

Но тем не менее тут ей всё-таки нравилось больше, чем в Радарифе. Каждый раз, когда она поднимает глаза наверх, приходит мысль, что, может, все не так уж и плохо, что предательство и побег стоили того. Каждый день видеть это голубое, бескрайнее небо…

Даже сейчас она невольно задрала голову и посмотрела на плывущие высоко-высоко облака.

– У тебя что, опять припадок? – рассмеялась та девица, проходя мимо.

– Да пошла ты, – шикнула в ответ Кальдия.

Вот как не задались у них отношения, так и продолжались. Девица нет-нет, да подколет Кальдию из-за какой-то мелочи. И сложно было понять,о проявление ревности, или потому что Кальдия демон с двенадцатого витка.

Впрочем, размышлять о том, чем бы себя занять, Кальдии не пришлось, потому что спустя несколько минут неподалеку из леса вышло две фигуры: Гор Вей и Лон хэ Фай, причем оба выглядели довольно потрепанными.

Не говоря ни слова, Гор Вей прошел к своему шатру, и его фигуру окутала тьма. Он опустился на одно колено и достал из пространственного кольца тело Юнли, его телохранительницы и шпионки в одном лице. Кальдия тоже находила её неприятной особой хотя бы потому, что та практически ни с кем не разговаривала, кроме Гор Вея.

Тьма, окутывающая Гор Вея, окутала и тело девушки. Несколько мгновений ничего не происходило, а затем Юнли внезапно сделала резкий вдох и чуть не подскочила с места. И если бы не рука Гор Вея, легшая ей на грудь, она бы точно это сделала.

– Спокойно, ты вернулась, – сказал он.

– Мы… справились? Сделали это? – спросила она.

Но Гор Вей не ответил, вместо этого он втянул в себя облако тьмы и обратился ко всем присутствующим.

– Планы изменились, – сообщил он. – Покушение на Ральорра, увы, провалилось.

Бледная тут же выругалась, и Кальдию это порадовало. Больше на её лице не было той самодовольной, почти блаженной улыбки.

– Теперь прикончить его будет ещё сложнее, – покачал головой Досин, сложив руки на груди. – Вы зря не взяли меня с собой.

– Это мало бы что изменило. Мы сделали ставку на Юнли, и… эта ставка сыграла. Я нашел его слабое место, и теперь осталось только найти способ ударить по нему. Снова.

Тем временем Юнли явно чувствовала себя не важно. Она едва стояла на ногах, и Лон Хэ Фай протянул ей флягу с водой. Или не водой. Кальдия в этот момент внезапно поймала себя на мысли, что тоже не отказалась бы от чего-нибудь горячительного. В конце концов, что ещё делать в такой глуши кроме того, чтобы напиваться?

Но она отвлеклась.

– И какие же планы?

– Мы отправляемся в третий виток, к развалинам Радрифа, и попробуем найти то, что осталось от Мингара.

– Дохлого сына Небесного царя? – бледную аж перекосило. – Зачем он нам?

– Затем, что для убийства Ральорра нам нужен мертвец, и не просто мертвец, а достаточно сильный, чтобы суметь его прикончить. Пустой, похоже, не способен увидеть будущее мертвых, именно поэтому душе Юнли удалось его достать. Раньше это была лишь моя теория, но теперь мы убедились в том, что она правильная.

– Только вот теперь он знает, что мы знаем, – покачал головой Лон Хэ Фай. – Прости за прямоту, мой друг, но ты слишком одержим убийством этого существа.

– Я просто хочу, чтобы наш мир прожил подольше, – Гор Вей развел руками. – Да и моим планам Пустой очень мешает, так что от него обязательно нужно избавиться. Всем будет спокойнее, если он отправится туда, откуда пришел.

– Вопрос в другом: с какой стати Мингару, если Лорд Удачи его не размазала, нам помогать? – поинтересовался Безумный Демон Сотни звезд.

– А почему мне помогаешь ты? Или остальные? Я найду к нему подход, да и это уже мое дело, как именно это сделать. Пока же будьте готовы, нам всем предстоит очень много дел в грядущей войне между Лордами, вот так прохлаждаться уже будет некогда.

* * *

– Тысяча раз… Тысяча два… Тысяча три… – Мор продолжал делать отжимания на одной руке и, как только счет дойдёт до двух тысяч, собирался переключиться на вторую.

Первое время Лей даже помогала ему считать, но день шел за днем, и в какой-то момент она просто устала от этого и сосредоточилась на своих тренировках.

Они все ещё были в третьем витке, но не в той части, которую занимала пустыня, а на другой, не менее жаркой, но более богатой зеленью территории у самого моря Штормов. И на самом деле Лей тут нравилось. Солнце, бескрайнее море, которое она в прошлом могла только представлять, густая обильная зелень и… куча жуков. Благо с последним помогала одна простенькая техника, которой её и Мора обучили первым делом. Она выжигает всяких мелких букашек, которые оказываются поблизости, эдакий убийственный Покров для мелкой пакости.

Сама Лей облюбовала для тренировок полосу мокрого песка у самой воды. Песок проседал под ногами при каждом шаге, и держать стойку на нем было заметно сложнее, чем на твердой земле. А ещё противоположная её собственной огненной стихие стихия воды. Её тут было очень много, и она заметно ослабляла контроль над её собственной. Можно сказать, что большая часть хадванов, в чьем поселении они жили вот уже несколько месяцев, имели сродство именно с водой. Остальные, как и Мор, обладали духом железа и держались будто бы особняком от остальных, но при этом пользовались большим уважением.

Лей прогнала меч через привычную связку, шагнула, развернулась и краем глаза вновь зацепилась за Мора. Тот как раз перевалил за полторы тысячи отжиманий, и левая рука начала мелко подрагивать. Несмотря на всю его огромную физическую силу, он всё-таки оставался человеком.

– Тысяча шестьсот восемь… Тысяча шестьсот девять…

– Мор, – позвала девушка, опуская меч.

– Тысяча шестьсот десять…

– Мор, ты со вчерашнего вечера ничего не ел.

– Тысяча шестьсот… одиннадцать. Ещё четыреста, и поедим.

– Старая Вешта сказала прийти к ней до заката. Если опоздаем, она опять будет ворчать, что мы не уважаем её седины, и выдаст тебе очередное последнее предупреждение.

– Она их каждый день выдает, – пропыхтел Мор, не сбиваясь со счета. – Вчера было три.

– Вот и я о том, – вздохнула Лей.

Мор всё-таки усмехнулся, сбился, ругнулся себе под нос и поднялся на ноги. Песок налип на его плечи и грудь, и Лей в который раз отметила, как окрепло его тело за эти месяцы. После Радрифа он тренировался так, словно собирался голыми руками разорвать Урада при следующей встрече.

– Ладно, твоя победила, пойдем есть.

Ужинали они на общих мостках, вместе с десятком хадванских семей. Готовили тут всегда на всех, в огромных котлах, и Лей до сих пор не понимала, как местные умудряются делить еду без споров и очередей. Мор смел три миски похлебки, выслушал от Вешты очередные предупреждения об опоздании, после чего направился в отдаленную часть лагеря, где живут желенокровые.

Лей с ним не пошла.

Первые ночи она присутствовала там, у круга из вкопанных факелов. Смотрела, как Мор становится в центр, опускает руки, и как трое железных хадванов начинают его бить до тех пор, пока он просто не может стоять. Они использовали какую-то свою кулачную технику, отчего во время ударов их кулаки вспыхивали белым, как у Мора во время использования силы железа.

Защищаться было нельзя. Уклоняться было нельзя. «Железо надо закалять», – говорят следующие этому пути, а закалка не спрашивает согласия у заготовки. Мор держался долго, дольше, чем держался бы любой из знакомых ей воинов, но к середине ночи он всё равно падал, и тогда его поднимали и продолжали бить. На четвертую ночь Лей поймала себя на мысли, что больше не может смотреть на это. Не может видеть, как он сплевывает кровь и едва способен дышать.

Когда они заканчивали, к нему подходила хадванка из местных и использовала какую-то водную технику, после чего Мора относили в их хижину, а на утро он был практически в порядке. Это было в некотором смысле поразительно, но те мгновения, когда соплеменники притаскивали его едва живого, всегда заставляли её сердце сжиматься от ужаса. Каждый раз она задавалась вопросом, а вдруг они переборщили? Вдруг однажды Мор не выдержит и умрет прямо там, и будет слишком поздно нести его к Юл Эй?

И возможно, Лей смогла бы это выдержать, как выдерживала прочие испытания, если бы не одно но. И это но звали Тейва.

Та самая хадванка, на которую она вначале не обратила внимания и даже поблагодарила в первую ночь за помощь Мору, превратилась в ту, кто заставлял сердце Лей обливаться кровью.

Лей помнила слова, сказанные им в первый же день, ещё до того, как им выделили дом. Говорил старший из железнокровых, седой хадван по имени Унгар, который, казалось, постиг на пути железа практически всё.

– Огонь железу не пара, девочка. Дух железа и без того горит изнутри, его надо остужать, а не раздувать. Спутницей железнокрового должна быть вода, а ваша близость будет лишь вредить ему, запомни это, – сказал старец с некоторым сожалением.

Они с Мором тогда переглянулись и дружно пропустили сказанное мимо ушей. Мор так и вовсе хохотнул, что уж чего-чего, а вреда от Лей он как-нибудь переживет. Но слова никуда не делись, и каждый раз, когда Тейва помогала Мору после очередной ночи, они кинжалом били в сердце.

Но даже вечерней процедуры было мало. После каждой ночной закалки железо в Море горело. В прямом смысле, его кожа к утру была такой горячей, что над ней дрожал воздух. И каждое утро к их дому приходила Тейва. Она садилась рядом с Мором, опускала ладони ему на плечи, и от её рук по его мускулистому телу расходилась прохлада. Лей в это время обычно стояла у стены и смотрела, каждый раз ощущая свое бессилие.

А местные… Местные только усугубляли всю эту ситуацию. Хадваны не были жестоким народом, Лей никто не оскорблял и не гнал, но вместе с этим часто заставляли почувствовать себя тут чужой. А ещё за общим столом место по другую сторону практически всегда занимала Тейва. Женщины, штопая сети, заводили при ней разговоры о том, какие крепкие дети рождаются от железа и воды, а Вешта однажды прямо спросила, не думала ли Лей о возвращении домой, у неё ведь наверняка остались дела в Гаруде.

Её не прогоняли, просто каждый день, по капле, давали понять, что она тут лишняя.

Но разумеется, больше всего раздражала Тейва. Кажется, именно с этой женщиной Лей впервые в полной мере познала, что такое ревность. Она никогда не считала себя ревнивой, напротив, они с Мором уважали друг друга, и она была уверена, что он никогда не посмотрит на других женщин. Так было до появления Тейвы.

Она не только его лечила, но частенько подгадывала момент, когда Лей нет рядом, и приносила воды. Кокетничала с ним, хвалила его мышцы, а здоровяк, кажется, даже не понимал, какой именно интерес испытывает к нему девушка.

В конце концов, Лей в один из дней решила, что стоит прямо поговорить с Тейвой и поставить точку в этом вопросе.

Лей нашла её у воды, где та полоскала белье, и встала рядом, скрестив руки на груди. Заготовленные слова, злые и точные, она крутила в голове всё утро, что было так на неё не похоже. Лей сама себя не узнавала в такие моменты.

– Скажи прямо, – начала Лей, – чего ты добиваешься?

– Не понимаю, о чем ты говоришь, Лей, – и бровью не повела Тейва.

– Я о Море. О том, что ты крутишься вокруг него постоянно.

Тейва отжала рубаху, аккуратно сложила её в корзину и только потом подняла взгляд, удивительно спокойный для такого момента.

– Ничего, – ответила она. – Я делаю то, на что ты не способна. Ему больно, я снимаю боль. Это мой долг перед железнокровыми.

– И только? – что-то в Лей начало успокаиваться, но следующие слова девушки лишь распалили пламя внутри.

– Нет, – Тейва даже не подумала отводить глаза. – Он мне нравится. Он сильный, добрый, и из него выйдет хороший муж. Со своими ему будет лучше, ты и сама это видишь. Его путь только начался, закалки будут тяжелее, а жар железа внутри будет лишь усиливаться. А ты не сможешь ему с этим помочь. Ему нужна такая, как я, – девушка демонстративно зачерпнула воду и заставила ту подняться в воздух, создавая водные конструкции. – А рядом с тобой он просто сгорит или сойдет с ума.

– Это не тебе решать, – сквозь зубы процедила Лей.

Видит Дух Спирали, ей было очень сложно сдерживаться в этот момент. Хотелось выхватить меч и снести мерзавке голову, но к счастью, здравомыслие и контроль над эмоциями – это одно из первых, чему она обучилась на своем пути. Пока она росла, каждый стремился напомнить, кем был её отец, и если бы она постоянно на это реагировала, то плохо бы закончила.

– Не мне, – согласилась Тейва, – а тебе. Ты можешь держаться за него, обрекая его на страдания, или отпустить, если он тебе и правда дорог. Оставь его со своими. Он погорюет и забудет. Мужчины забывают быстрее, чем им кажется.

Больше Тейва ничего не стала говорить, просто собрала постиранные вещи и поспешила прочь, оставляя Лей на берегу.

Вечером был очередной праздник, хадваны находили для них поводы едва ли не каждую неделю. На берегу горели костры, кто-то тянул песню под стук барабанов, и Мор сидел в самой гуще, среди железнокровых, таких же хадванов, как он сам, темнокожих и мускулистых.

Лей стояла в стороне, за границей света, и просто наблюдала за этим празднеством, в очередной раз чувствуя себя лишней. В какой-то момент Тейва, подскочила к Мору, облаченная в крайне вульгарный наряд из листьев, который состоял только из короткой юбки и маленького топа, едва скрывающего грудь. Она взяла его за руки и потащила за собой танцевать. Мор на мгновение замешкался, но всё же поддался уговору и присоединился к общему танцу.

Лей смотрела на это и понимала, что картина перед ней такая, какая и должна быть. Мор всегда выглядел белой вороной в Школе Багрового Возмездия. Слишком крупный, слишком добрый. Он всегда казался не от мира сего, и видимо, этим он Лей и покорил. Но смотря на него сейчас, она отчетливо поняла, что он как будто впервые на своем месте, среди своих людей.

Лишней в этой картине была ровно одна деталь, и эта деталь сейчас стояла в темноте, вцепившись пальцами в собственные локти.

Осознание этого было одновременно болезненным, но и дарило некоторое облегчение. Впервые Лей приняла тот факт, что ей действительно стоит уйти.

Уходила она за полночь, когда костры догорели, а Мор уснул. В такие дни у него не было закалки, поэтому и спал он в такие ночи особенно крепко. Она постояла над ним какое-то время, размышляя, стоит ли его разбудить, стоит ли сказать ему или хотя бы, может, стоит оставить записку? Но в итоге решила, что это не нужно. Тейва все ему растолкует, заставит принять смириться.

«Как там она сказала? Мужчины забывают быстрее, чем им кажется», – от этой мысли Лей грустно улыбнулась и все же склонилась над Мором и поцеловала его на прощание. Он не проснулся, лишь что-то пробурчал себе под нос и заворочался.

– Спи крепко, силач, – сказала девушка, развернулась и вышла из хижины.

Проход в Бескрайний лес лежал на холме за поселением, и туда она направлялась быстрым шагом, едва сдерживаясь, чтобы не перейти на технику шагов. Ей казалось, что если она остановится, то передумает и повернет назад, сломав решимость.

Море шумело позади, будто бы провожая, и она убеждала себя, что так правильно, что это взрослое, верное решение, что злость на собственную стихию, на воду, на Тейву, на весь этот гостеприимный народ перегорит за пару недель, и она сможет двигаться дальше. А Мор найдет свое счастье тут.

И вот она остановилась на границе леса. Тут, между деревьями, и был скрытый проход в Бескрайний лес.

– Давай же… Я же все решила… – сказала она себе шепотом, смотря куда-то под ноги.

Лей и сама не знала, сколько так простояла, минуту или час. Казалось, что все время мира перестало существовать. Но она наконец собралась это сделать, когда чьи-то руки обхватили её сзади.

Лей дернулась всем телом, ладонь рванулась к мечу, но замерла, почувствовав слишком хорошо знакомый запах.

– И куда это ты собралась? – голос Мора над ухом был хриплым со сна, но руки держали крепко. – Если решила отправиться в Гаруд, то позвала бы меня, я бы отправился с тобой.

– У тебя тренировки, Мор.

– Да, но думаю, если бы мы ушли на пару дней, никто бы особо не возражал.

Он замолчал на какое-то время, продолжая крепко её держать.

– Мор, пусти…

– Не могу. Это прозвучит глупо, но у меня такое чувство, что если я сейчас тебя отпущу, то мы больше никогда не увидимся. Странно, правда?

– Мор… – слова встали комом у Лей в горле.

– Знаю, я слишком много времени провожу за тренировками, хоть и обещал уделять тебе внимание. Если хочешь, то я брошу все это… Я знаю, что тебе тут плохо, Лей, хоть все и такие дружелюбные. Так что если хочешь уйти насовсем, то… уйдем вместе.

– Мор, – девушка вновь повторила его имя и развернулась, чтобы посмотреть ему в глаза. Обхватила руками его лицо, ещё такое молодое, что так констатировало с его крупным мускулистым телом. – Я должна уйти, а ты должен остаться. Ты будто бы нашел свое место рядом с такими же, как ты. Ты нравишься Тейве, а она, очевидно, нравится тебе. И как бы больно не было признавать, но, возможно, вы созданы друг для друга. Как сказал старейшина, в пару железу нужна вода, а не огонь.

– Нет, Лей, – Мор замотал головой. – Плевать, что они говорят, мне нужна только ты! Слышишь⁈ Только ты!

– Мор, я не смогу постигнуть воду… Это противоположная моей стихия. Я пыталась, видит Дух Спирали, пыталась, но это бесполезно. Даже простейшие техники даются мне непосильным трудом, что уж говорить про те, которые необходимы тебе.

– Лей…

– Мне лучше уйти, – она всё-таки высвободилась из его хватки и оказалась перед проходом в Бескрайний лес. Один шаг, и она там. – Так будет лучше для всех, Мор.

– Нет, – он вновь помотал головой и стал удивительно серьезным. Лей редко видела столь серьезное выражение на его обычно беззаботном лице. – Я больше не приму помощь Тейвы или кого-то ещё помимо тебя.

– Мор, перестань. Не будь ребенком.

– Я больше даже не посмотрю на неё и не заговорю с ней.

– Я всё равно уйду.

– Уходи, я не стану тебя держать. Но мое решение от этого не изменится.

Лей мгновение смотрела на него и все же сделала шаг прочь.

* * *

Прошла неделя с её возвращения в Гаруд, и Лей всеми силами пыталась вернуться в привычный круг дел. В конце концов, она была главой целого павильона дома Крейн, и в её отсутствие накопилось много дел. На самом деле она была в какой-то степени рада погрузиться в работу и тренировки, чтобы очистить разум от тяжелых мыслей.

Она считала, что после ухода станет легче, что дела позволят отвлечься, но стоило ей оставаться одной, как мысли накатывали с новой силой. Даже лежа в постели, она чувствовала запах Мора на соседней подушке, даже зная, что простыни новые.