Текст книги "Невеста из ниоткуда (СИ)"

Автор книги: ELVY

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 11 страниц)

Черный кот в отражении – мерзкий, отвратительный комок шерсти и злобы – вдруг встал на задние лапы, отпрыгнул назад, разогнался и ринулся прямо на стекло, как будто намеревался его разбить. И... он это сделал! Не разбил, конечно, волшебное зеркало не так просто поддается панике животного мира, но выпрыгнул из отражения и зацепился когтями за подол моего розового платья.

Я издала звук, который определить сложновато. Писк? Визг? Крик женщины, которая только что поняла, что магия здесь может творить все что угодно, включая экспорт кошмаров из других миров!

– Что это?! – вопила я, танцуя странный танец отчаяния, пытаясь стряхнуть кота с подола. – Машкин кот?! Тут?! Что за…

Зверь, опустившись на четыре лапы, сполз с ткани платья и приземлился на драгоценный ковер гостиной с грацией, которую я бы никогда не приписала демоническому созданию. Желтые глаза сверкнули, и он издал шипение, настолько полное вселенской злобы, что даже королевское величество слегка отступило назад.

Я развернулась к собравшейся публике, откидывая волосы назад и посмотрела на собственные руки. Они по-прежнему были хрупкими аристократическими пальчиками, но... Во мне что-то скосило. Как будто два образа сосуществовали одновременно. Все смотрели на меня круглыми глазами. Король открыл рот с выражением человека, который только что узнал, что реальность работает по совершенно иным правилам, чем он думал. Королева Мелисса держала веер перед лицом, но ее глаза светились любопытством и чем-то, что очень напоминало скрытый смех. Эдрик Сарн выглядел так, будто его только что ударили кирпичом, изготовленным из разочарования и замешательства в равных пропорциях. Но Вориан Дейст вдруг распахнул рот в ликующей улыбке. Он поднялся из кресла.

– ВОТ! – воскликнул он, указывая на меня пальцем с энтузиазмом, достойным лучшего применения. – ВОТ ВЫ ВИДЕЛИ, ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО? Видели? Это же очевидно! Мошенница! Обманщица! Украла настоящую Алису Даррок, запутала голову архимагу, втерлась в доверие ко всему королевству! И смотрите, смотрите только, какие странные способности она демонстрирует! Магия! Непостижимая, черная магия!

Кот, между тем, продолжал кружить по ковру, испуская звуки, которые обычно издают только существа, стоящие на пороге апокалипсиса.

Король повернул голову к Люстеру. Его взгляд был тяжелым, оценивающим, полным того, что я бы назвала «королевским неудовольствием».

– Господин Фейр, – произнес государь, покусывая нижнюю губу, – скажи мне честно. Ты знал?

Супруг скрестил руки на груди – это его любимое положение, когда нужно было выглядеть так, будто вся ситуация совершенно предсказуема и неинтересна. Его лицо осталось невозмутимым.

– Знал, – ответил он с тем спокойствием, которое заставляет всех нервничать. – С самого начала.

Эта фраза прогремела по гостиной, как громовой удар. Я открыла рот, готовясь издать звук возмущения, недоумения и еще дюжины эмоций, которые я не могла классифицировать в моменте.

– Как? – выдавила я, указывая на собственное лицо, которое, похоже, все еще было красивым аристократическим лицом, несмотря на весь этот кошмар. – Как ты... когда?

Люстер сделал шаг в мою сторону, и кот, почуяв энергию архимага, отскочил в сторону с писком, который я связала бы с самим Люцифером, если бы верила в такие вещи.

– Магическая аура, – объяснил мужчина, как если бы речь шла о погоде или о том, почему небо голубое. – У настоящей Алисы была совершенно иная энергетическая подпись. Кроме того, странные слова, которые ты произносишь. Способ, каким ты передвигаешься. Абсолютно нелогичные попытки научить повара готовить «борщи» и «оливье». Никто в королевстве не готовит такое. И никто не называет блюда именно так.

Я почувствовала, как щеки начали гореть пуще прежнего. Заметили, гады!

– Ночью, когда ты спала, я взял зеркало с аналогичным эффектом. Поднес его к лицу и увидел совершенно другую девушку. Совершенно чужую, и в то же время... – Люстер сделал паузу, и в его глазах вспыхнула та самая опасная смесь юмора и нежности, которая несколько часов назад пытала меня в постели. – ...совершенно желаемую.

Король медленно закрыл глаза, как если бы внезапное откровение того, что архимаг вел себя как влюбленный идиот, было слишком много для его королевского восприятия. Вориан издал звук, напоминающий кошку, которую облили холодной водой.

– Но это же... это же невозможно! – возмущался он, хватаясь за последнюю соломинку нормальности. – Она подменная! Она не может быть истинной супругой архимага! Это магия, это колдовство!

– Это называется любовь, – произнесла королева Мелисса, вставая с кресла с улыбкой, в которой светились все двадцать пять лет супружеского опыта, просветление и небольшая толика издевки. – Я ее узнаю везде, даже если она приходит в розовом платье с черным котом из другого измерения.

Я стояла посередине гостиной, ошеломленная. Люстер знал. Он все это время знал. Он спал со мной, целовал меня, шептал мне в ухо комплименты и занимался всеми этими деликатными делами в постели, И ОН ЗНАЛ!

– Почему ты не сказал? – удивилась я, указывая на мужа пальцем. – Мы же говорили! Говорили!

– Я хотел дать тебе шанс быть кем-то новым, не опасаясь разоблачения.

Кот, между тем, прыгнул на диван – деревянный, дорогой диван, который явно никогда в жизни не знал когтей бесовского животного – и начал его калечить.

Жизнь. Была. Необычной.

Люстер подошел и взял мою руку в свою. Его прикосновение такое спокойное, такое правильное, что я чуть не забыла о том, что только что мой личный кошмар вывалился из волшебного зеркала.

– Ты готова объяснить королю, кто ты на самом деле? – спросил архимаг. – Или мне рассказать, как я нашел в твоем сундуке блокнот с содержанием «Как готовить картошку в мундире»?

Я чувствовала, как краснею, но теперь краска стыда смешалась с краской возмущения, обиды и чего-то, что я предпочитала не называть.

– Ты ужасен, – пробормотала я.

– Я знаю, – ответил он. – Но ты меня любишь.

И он был совершенно прав. Вот в чем была проблема.

Вориан Дейст походил на человека, который только что узнал, что земля на самом деле плоская, а его жизнь – это просто один долгий сон, из которого он никогда не проснется. Эдрик же выглядел как мальчик, потерявший единственную игрушку в толпе и понимающий, что ее уже не найти. Король, напротив, широко улыбнулся, как человек, который только что получил неожиданный подарок на день рождения и с огромной радостью открыл его прямо в собрании высшей знати.

– Ну и замечательно, – произнес государь лукаво, обращаясь к нам обоим. – Люстер, позволь мне выразить свое восхищение. Не каждый день видишь архимага, влюбленного по уши в женщину из другого мира. Это либо трагедия, либо лучший любовный роман, когда-либо написанный магией.

Королева Мелисса, взяв мужа под руку, направилась к выходу с видом женщины, которая только что увидела подтверждение того, что она была права во всем. Но уже в дверном проеме монарх остановился, повернулся и произнес с любопытством, которое явно его больше не отпускало:

– Кстати, милая барышня, а как вас зовут-то по-вашему? Настоящее имя, понимаете ли.

Я запнулась, потому что произнесение собственного имени в таком контексте звучало как какой-то чудо-момент из плохого романа. Но разве это был плохой роман? Жизнь уже давно перестала подчиняться логике.

– Саша, – сразу ответила я. – Громова. Саша Громова.

Король кивнул, как будто я назвала ему самую обыкновенную вещь в мире.

– Ну хорошо, Саша Громова. Добро пожаловать в наше королевство. И в династию Фейр, если уж на то пошло. Надеюсь, вы не будете решать проблемы слишком часто с помощью обуви, потому что сапожников у нас не так много.

После этого королевская чета покинула гостиную, оставляя позади себя атмосферу странного, но почти комфортного замешательства. Я же стояла, попросту обалдев от всего случившегося. Я назвала свое имя при королевском дворе. Король приветствовал меня по моему настоящему имени. Это было либо сном, либо признаком того, что реальность окончательно сошла с рельсов и катится куда-то в неизвестность.

Люстер, между тем, величественно махнул рукой в сторону стражников, которые немедленно схватили недовольного Вориана и вышедшего из транса Эдрика, препроводив обоих к выходу. Бывший жених сопротивлялся, кричал что-то про несправедливость и нарушение договоров о поединках, но стражники были неумолимы. Относительно зеркала истины произошла еще более забавная история. Люстер велел слугам убрать чертово стекло подальше, в такое место, где оно не сможет больше экспортировать кошмары из параллельных миров. Один из слуг спросил уточняющий вопрос – куда именно? В какую комнату? – и архимаг, махнув рукой снова, ответил:

– К едрене фене. Мне все равно. Только подальше.

Слуга выглядел озадаченным, потому что «к едрене фене» не было официальным названием ни одной комнаты в замке, но он послушался, потому что когда хозяин говорит с таким тоном, вопросы задавать не принято. Зеркало было вынесено, оставляя после себя только воспоминание о том, как черный кот вывалился из волшебного стекла и атаковал мою одежду.

Когда гостиная наконец опустела, и все постоянно кричащие или разочарованные люди покинули помещение, Люстер взял мою руку в свою снова.

– В спальню, – произнес муж, глядя на меня с таким выражением, которое сразу же заставило щеки вспыхнуть. Да, снова!

– Куда? Зачем? – выдала я, хотя совершенно прекрасно понимала, что следует дальше.

– В спальню, – повторил он с ухмылкой, которая обычно выскальзывала из его лица в самые интимные моменты. – Нас прервали на самом интересном месте. И, если уж я помню правильно, утренняя прерывистость осталась незавершенной.

Я хитро улыбнулась, прикусив нижнюю губу, и издала хихиканье, которое обычно издают женщины, которые вот-вот получат то, чего они хотели целый день. Вот и мы направились вверх по лестнице, держась за руки, как парочка влюбленных подростков, только с большей долей сексуальной напряженности и с мужчиной, который явно знал, что делает. Но когда мы пересекли порог спальни, наш романтический момент получил совершенно неожиданный поворот.

На кровати – нашей собственной постели, где я всего час назад лежала в блаженстве – устроился Машкин кот. Черный, мерзкий, вредный комок шерсти лежал точно в центре кровати, словно это был его трон, а весь замок – его личное владение. Когда мы вошли, чудо-животное не пошевелилось. Оно просто посмотрело на нас, медленно прищурило свои желтые глаза и издало мурлыканье, которое звучало как насмешка над всеми моими планами.

– Нет, – вскрикнула я. – Нет, нет, нет! Слезь оттуда! Немедленно!

Кот в ответ только вытянулся, заняв еще больше места на постели, демонстрируя полное безразличие к моим угрозам и мольбам. Люстер издал звук, который я бы классифицировала как низкий смех – того сорта смеха, который издают люди, которые только что понимают, что вселенная имеет чувство юмора.

– Оставь его в покое, – произнес архимаг. – Бедное животное пережило путешествие между мирами. Ему нужен отдых.

– Ему нужно... Люстер, это же теперь наш кот! Он туда... мы... – Я захлебывалась от возмущения, пытаясь объяснить ему, как именно черный бес портит весь вечер.

Но мой супруг только пожал плечами и, к великому удивлению, подхватил меня на руки – буквально поднял меня с пола, как невесту, переносимую через порог нового дома, хотя мы уже давно перешли этот порог. Его руки обхватили меня так плотно, что я едва могла дышать, но это было отличное ощущение.

– Куда? – успела прокряхтеть я, когда он направился не к кровати, а к выходу из спальни.

– В кабинет, – ответил мужчина, неся меня вниз по коридору. – Там достаточно тихо. И есть кушетка.

Его голос содержал нотку обещания, и я почувствовала, как в моем животе что-то перевернулось – что-то приятное, горячее, и чертовски возбуждающее.

В этот момент, когда Люстер спускался со мной по лестнице, я понимала только одно: я счастлива. Безумно, иррационально, совершенно нелогично счастлива. И если для этого требовалось пережить королевский визит, встречу со своим прошлым и демоническим котом, который умудрился следить за мной между мирами, то оно того стоило.

Жизнь в Аэлоре странная, безумная и совершенно непредсказуемая. Но это моя жизнь, и я ее любила. Даже если она включала в себя архимага, черного кота-демона и розовое платье, которое, похоже, я так и не смогу избежать. И Йону, которая убирала в кабинете Люстера, когда мы зашли туда уже целуясь.

– Госпожа? Господин Фейр? Вас бес попутал?

Эпилог. Год спустя, согласно местному календарю

Эпилог. Год спустя, согласно местному календарю

Дневник Александры Громовой (она же Алиса Фейр, она же женщина, которая спит с архимагом, она же жертва черного кота из параллельного измерения)

Запись №378:

Люстер сказал мне утром, что я беременна. Ему даже сказал это не врач! Архимаг просто посмотрел на меня через завтрак – я ела третью порцию сыра с медом, что совсем не соответствует утреннему рациону – и произнес:

– Ты беременна.

Просто как если бы это наиболее очевидная вещь в мире, наряду с тем, что небо голубое, трава зеленая, и его слуги сходят с ума, стирая мой гардероб.

– Откуда ты знаешь? – спросила я, активно жуя сладость.

– Магия, – ответил он лаконично, возвращаясь к газете, которая, видимо, говорила ему что-то очень интересное про политику в соседних королевствах.

Я постоянно забываю, что он архимаг, отчего приходиться мысленно хлопать себя по лбу. Для меня он – человек, который кладет слишком много сахара в чай, оставляет грязные сапоги посередине спальни и очень, очень хорошо целуется, когда думает, что на него никто не смотрит. Но потом вот так вдруг вспоминаю, что он может читать людей, как открытую книгу, видеть их магические ауры, и в целом является человеком, при котором нужно учитывать его нечеловеческие способности.

Йона, когда я ей рассказала про беременность, издала звук, который я смогла бы описать как «радостное безумие, смешанное с предчувствием того, что жизнь в замке станет еще более странной». Девушка сейчас бегает по замку, пытаясь найти для меня платье, которое будет выглядеть «беременно-торжественно». Я ее честно не понимаю, потому что округлость живота расти еще не собиралась, а она уже закупает ткань, как если бы готовилась к рождению не просто ребенка, а всей королевской семьи.

Мадам Вертель, со своей стороны, начала вести журнал, в котором записывает все мои пристрастия к еде. Первая запись: «Сыр и мед в восемь утра. Нестандартно». Вторая: «Попросила Слезника готовить солянку три раза в неделю. Повар выглядит счастливым». Третья: «Госпожа очень злилась, когда кот Люцифер (это имя, которое мы дали демоническому животному, потому что оно так же адекватно относится к реальности) украл рыбу со стола прямо из-под ее носа».

Да, кот остался. Не верю, что это случилось, но оказалось, что черное чудовище, которое сначала пугало весь замок, теперь живет здесь как полноценный член семьи. Люстер даже дал ему официальное имя, что, я боюсь, означает, что он собирается оставить его навсегда. Люцифер, кстати, выглядит очень доволен собственной жизнью. Он ест три раза в день, спит на моих подушках (обозлено), получает ласку от Люстера (что совсем не справедливо), и иногда позволяет мне гладить его, если я приношу ему рыбу. Кот с собачьим лицом и демоническим характером.

О Вориане Дейсте:

Он приехал еще два раза после того казуса с зеркалом. Первый раз попросил прощения (я не приняла). Второй раз попросил... хм, спросил, нет ли у меня сестер, которые были бы более заинтересованы в брачных контрактах (я пригрозила туфлей).

Люстер сказал, что человеку нужно дать время понять, что не всегда получается то, чего хочешь. Слова мудрые, вот только в их произнесении звучала скрытая издевка над моим прошлым, когда я тоже не получила то, чего хотела (а именно – возможность остаться в Саратове и никогда не переселяться в чужой мир).

Жизнь, однако, оказалась лучше.

О Эдрике Сарне:

Про него ходит слухи, что он переехал в восточные земли и теперь там занимается торговлей специями. Я надеюсь, он счастлив. И также надеюсь, что он больше никогда не будет прыгать из кустов.

О королевской семье:

Король и королева пригласили нас во дворец. Мелисса, кстати, прислала подарок – огромную куклу, которая была в точности копией младенца, и записку: «На случай, если ты будешь волноваться. Иногда помогает».

Я волнуюсь. Много.

Какой ребенок будет от человека, способного управлять магией с рождения? Магическим существом, которое потом будет пугать людей, как его отец? Или просто... нормальным ребенком, который будет ненавидеть розовый цвет и любить родителей?

О Слезнике:

Он теперь занимает видное место в моем сердце. Когда я рассказала ему про беременность, он издал свое святое «занятно» таким тоном, что я чуть не расплакалась от умиления. Теперь готовит для меня специальное меню для беременных, в котором сочетаются мои «странные» рецепты с местной едой. В результате получается что-то вроде гибридной кухни, которая была бы совершенно ужасна, если бы Слезник не был гениальным поваром.

Рэт, его помощница, сказала мне, что повар разговаривает с ребенком в животе, даже если я не присутствую. Он рассказывает малышу про разные блюда и объясняет, почему каждое из них важно для развития. Я не знаю, может ли плод слышать такие вещи в утробе, но если может, то мой ребенок родится с отличным чувством юмора и с понимаем того, что хорошая еда – это основа цивилизации.

Главный вопрос:

Люстер не спрашивал меня, хочу ли я этого ребенка. Просто заявил, что он в пути, и начал переделывать гостевую комнату под детскую комнату, и обсуждать с мадам Вертель вопросы безопасности и... нянечку?

Я спросила, почему он не спросил меня. Он ответил: «Потому что я знаю, что ты хочешь этого. Даже если сама еще этого не понимаешь».

Это было настолько нагло (нарушение моего личного пространства, претензия на познание моих истинных чувств), что я не знала, рассердиться ли на него или целовать. Я сделала и то, и другое. В этом порядке.

Финальная мысль:

Год назад я проснулась в чужом теле, в чужом мире, замужем за человеком, которого не знала. И я была в ужасе.

Сейчас я беременна от архимага, живу в замке, который медленно становится моим домом, готовлю солянку с местным поваром, дружу со слугами, которые изначально на меня смотрели как на чужачку, и сплю в постели величиной с маленькую квартиру.

Розовое платье все еще ненавижу. Кот психопат. Люстер закрыт, как средневековый замок (хотя с каждым днем немного оттаивает). Но, по крайней мере, он мой. И я его люблю.

Сашка из Саратова никогда не думала, что скажет такое. Но вот я это говорю:

Спасибо, волшебное переселение. Спасибо за новый мир. Спасибо за то, что я познакомилась с человеком, который смотрит на меня так, будто я – центр его вселенной, даже когда я в четвертый раз ем сыр с медом.

Жизнь хорошая.

Даже если в ней нет интернета, нет кофе, нет нормального телевидения... но естьон . И этого достаточно.

Постскриптум:

Люстер прочитал эту запись. Сказал, что я пишу слишком романтично. Я ответила, что это называется «быть беременной женщиной, которая гормональна». Он хмыкнул и поцеловал меня в макушку.

Я уже знаю, что наш ребенок будет таким же занудой, как отец. И это меня совсем не беспокоит.

Люцифер издал мурлыканье, которое звучало как согласие. Или как презрение. С этим котом никогда не понять.

Люстер говорит, что кот просто согласен.

Очень важный постскриптум:

Йона пришла с новостью, что король хочет наладить отношения с местными магическими кругами и предлагает нам приехать на официальный обед. Я сказала, что только если там не будет розовых платьев. Йона обещала, что она лично проверит каждую складку ткани.

Записано рукой Александры Громовой (урожденной женщины из параллельного мира, теперь жены архимага, находящейся в интересном положении, и полноправной жительницы королевства Эларис)

P.S. Люстер, если ты это читаешь, я знаю, что ты сейчас улыбаешься. Я слышу, как скрипит кресло в кабинете. Приходи в спальню. Люцифер только что вышел. И мне нужна твоя помощь с... кое-чем…

P.P.S. Люцифер, если ты это прочитаешь (что я сомневаюсь), оставь мои подушки в покое.

P.P.P.S. Что-то мне подсказывает, что Люцифер вообще не умеет читать. Но он может убить меня одним взглядом, так что пусть думает, что умеет.