Текст книги "Чай для господина Ли (СИ)"

Автор книги: Е Лань

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 10 страниц)

– Отлично. Пусть посидит там еще пару дней. Корми его хорошо. Он наш козырь.

– А что вы будете делать, госпожа?

Я взяла в руки уцелевший (и спрятанный теперь в доме) горшок с «Пурпурным Драконом».

– Я буду готовить чай, Мо Тин. Но на этот раз – холодный. Месть – это блюдо, которое, как известно, вкуснее всего со льдом.

Я подошла к карте города, висевшей на стене. Улица Фонарей. Чайная Клана Ван. Дом министра Чэня.

– Сяо Лань, – позвала я свою помощницу, которая прибежала с отчетом. – У меня для тебя особое задание. Мне нужно, чтобы ты распространила сплетню.

– Какую, госпожа? – глаза девчонки загорелись. Она обожала интриги.

– Скажи всем на рынке, что Вэй Сяо Нин сломлена. Что она закрывает «Жемчужину Дракона» и распродает оборудование. И что рецепт «молочного чая» продается. Цена – тысяча золотых.

– Вы продаете бизнес?! – ахнула Сяо Лань.

– Нет, глупая. Я ловлю крупную рыбу. Кто первым прибежит покупать рецепт – тот и наш враг. Или Чэнь Юй, чтобы уничтожить конкурента, или Клан Ван, чтобы присвоить идею.

– А если придут оба?

– Тогда мы устроим аукцион, – я хищно улыбнулась. – И посмотрим, кто кого сожрет.

Вечер опустился на город. В моем саду пахло гарью и тревогой, но в моей душе был штиль.

Я посмотрела на разбитую бутыль с ядом, которую мы так и не убрали, оставив как напоминание.

– Вы хотели отравить мои корни? – прошептала я. – Вы забыли, что чайный куст становится только крепче, если его подрезать. Вы только что сделали меня сильнее.

[Квест «Тень над плантациями»: Этап 1 завершен. Атака отражена.] [Получен предмет: Улика (Бусина Чэнь).] [Новая цель: Разоблачить заказчика.]

Я закрыла окно. Завтра будет новый день. И завтра я начну свою игру. Не как жертва, а как охотник.

Глава 11

Слухи в столице распространяются быстрее, чем чума, и намного эффективнее, чем любая реклама. Сяо Лань сработала блестяще. Уже к полудню следующего дня весь торговый квартал шептался о том, что «Чайная Императрица» Вэй Сяо Нин сломлена, разорена таинственными врагами и распродает последние секреты, чтобы спастись от позора.

Я сидела в «Забытом Павильоне», заканчивая оформление главного лота.

Это был свиток. Я взяла самую дорогую бумагу, пропитала её ароматом ванили и сандала, и каллиграфическим почерком (навык «Императорский Этикет» включал в себя и каллиграфию, слава Системе) вывела: «Секрет Нефритового Жемчуга. Истинный рецепт соединения Инь и Ян в чашке».

Конечно, рецепт был настоящим. Я не собиралась продавать пустышку – это разрушило бы мою деловую репутацию. Но там был нюанс. Маленькая, крошечная деталь. В списке ингредиентов я указала «Воду Скрытого Дракона» и «Лист Пурпурного Дракона» как обязательные компоненты для достижения «того самого» вкуса. Без них чай получался бы просто сладким молоком. А где взять эти ингредиенты? Только у меня.

По сути, я продавала им инструкцию по сборке автомобиля, не продавая двигатель.

– Госпожа, – в комнату вбежала Лю-эр, запыхавшись. – Они здесь! Управляющий чайной Клана Ван прислал посыльного. Они хотят встретиться. И... еще приходила служанка от «таинственной госпожи», которая не назвала имени, но вуаль у неё была вышита цветами персика.

Персика. Чэнь Юй. Рыбка заглотнула наживку.

– Где назначена встреча? – спросила я, запечатывая свиток сургучом с оттиском моей шпильки, дракона я пока использовать не решалась.

– В ресторане «Пьяная Луна», в приватном кабинете «Золотой Лотос». Это нейтральная территория.

– Отлично. Мо Тин!

Страж возник на пороге бесшумно.

– Я готова. Ты будешь моим телохранителем. Но помни: ты не должен вмешиваться в торги. Твоя задача – следить, чтобы меня не убили после того, как я получу деньги.

Мо Тин кивнул, но его лицо было мрачным.

– Молодой Господин не одобрил бы этого, госпожа. Продавать секреты клана...

– Я продаю не секрет, Мо Тин. Я продаю урок. Пошли.

Ресторан «Пьяная Луна» был роскошным заведением, где воздух был густым от запаха жареного мяса и дорогих духов. Нас провели в кабинет на втором этаже, отгороженный от общего зала резными ширмами.

Я села во главе стола. На мне было белое траурное платье, без украшений, лицо скрывала плотная вуаль. Я должна была выглядеть как женщина, которая потеряла все.

Первым появился представитель Клана Ван.

К моему удивлению, и легкому трепету, это был не управляющий. Это был сам Ван Юй. Тот самый красавец с веером, который спас меня на открытии лавки.

Он вошел, скользнув взглядом по моему наряду, и усмехнулся.

– Госпожа Вэй, – он небрежно поклонился. – Белый цвет вам к лицу, но мне казалось, что хоронить кого-то рано. Разве что ваши амбиции?

Он сел напротив, раскрыв веер.

– Амбиции – дорогое удовольствие, господин Ван, – ответила я тихим, надломленным голосом. – Иногда приходится выбирать между гордостью и выживанием.

– Тысяча золотых, – сразу перешел он к делу. – Я слышал цену. Это безумие за рецепт чая с молоком, но я готов заплатить. Не ради чая. Ради того, чтобы Клан Ли признал поражение.

Он выложил на стол вексель. Тысяча золотых. Этой суммы хватило бы, чтобы отстроить «Забытый Павильон» заново и нанять армию садовников.

Я уже хотела протянуть руку, как дверь снова открылась.

Вошла женщина. Вуаль скрывала лицо, но по фигуре и дорогой ткани платья я узнала личную служанку Чэнь Юй – ту самую, что передавала заказ наемнику. Сама Чэнь Юй, видимо, ждала в карете, боясь запачкать репутацию.

– Мы протестуем! – заявила служанка визгливым голосом. – Этот рецепт был украден у семьи Чэнь! Госпожа Вэй – воровка! Мы требуем вернуть свиток!

– Украден? – Ван Юй поднял бровь. – Если он ваш, зачем вы пришли торговаться? Заявите в магистрат.

– Мы... мы не хотим скандала, – замялась служанка. – Мы готовы выкупить его, чтобы сохранить лицо семьи. Тысяча двести золотых!

Она бросила на стол тяжелый мешок. Звон монет был музыкой для моих ушей.

– Тысяча пятьсот, – лениво произнес Ван Юй.

– Тысяча восемьсот! – взвизгнула служанка.

– Две тысячи.

Ван Юй явно развлекался. Он видел, что служанка в панике, и специально поднимал ставки, чтобы разорить конкурентку. Умный, опасный мужчина.

Служанка затряслась. Две тысячи золотых – это годовой бюджет поместья министра. Чэнь Юй придется продать свои драгоценности, чтобы покрыть такой расход.

– Две тысячи... и сто! – выдохнула она. – Это все, что у нас есть с собой. Но если госпожа Вэй отдаст рецепт сейчас, мы забудем... старые обиды.

Она посмотрела на меня со значением. Это была скрытая угроза: «Продай нам, и мы перестанем пытаться тебя убить».

Я сделала вид, что колеблюсь.

– Две тысячи сто... – прошептала я. – Господин Ван?

Ван Юй закрыл веер.

– Я пас. Я бизнесмен, а не безумец. Чай не стоит таких денег. Поздравляю, – он кивнул служанке. – Вы только что купили самую дорогую чашку чая в истории Поднебесной.

Служанка схватила свиток со стола, бросила мешок мне и выскочила из комнаты, словно за ней гнались демоны.

Я осталась сидеть с мешком золота и Ван Юем.

– Браво, – сказал он, когда дверь закрылась. – Красивая игра, госпожа Вэй. Вы использовали меня как рычаг, чтобы выдоить из Чэнь Юй все соки. Я должен был бы обидеться, но я восхищен.

– Вы сами пришли, господин Ван, – я сняла вуаль. – И вы сами подняли цену. Зачем?

– Потому что я знал, что внутри свитка, – он улыбнулся. – Вы не продали бы мне настоящий секрет. Вы продали бы мне пустышку. А Чэнь Юй... она слишком глупа, чтобы понять это сразу.

Он встал.

– Вы опасный враг, Вэй Сяо Нин. И интересный партнер. Мое предложение в силе: если Клан Ли рухнет, а с таким управлением это вопрос времени, приходите ко мне. Я найду применение вашим талантам.

– Я запомню, – кивнула я.

Когда он ушел, я выдохнула. Спина была мокрой от напряжения.

– Мо Тин, – позвала я. – Забирай золото. Уходим, быстро.

Мы вышли через черный ход, но не успели дойти до кареты.

В темном переулке нас ждали.

Не служанка Чэнь Юй. Наемники. Пятеро, вооруженные мечами.

– Золотишко тяжелое, да, госпожа? – ухмыльнулся главарь, поигрывая ножом. – Не надорвись. Давай сюда, и, может быть, останешься жива.

Чэнь Юй решила перестраховаться. Купить рецепт, а потом забрать деньги обратно силой. Двойной удар.

Мо Тин вышел вперед, закрывая меня собой. Его меч с лязгом покинул ножны.

– Пятеро против одного? – спокойно сказал он. – Нечестно. Вам понадобится еще десяток.

– Вали его! – крикнул главарь.

Началась свалка. Мо Тин был мастером, его клинок мелькал как молния, но их было слишком много. Они теснили его, пытаясь достать меня.

Я прижалась к стене, сжимая в руке мешочек с перцем, мое единственное оружие. Сердце колотилось.

Один из наемников проскользнул мимо Мо Тина и бросился ко мне. Я увидела его гнилые зубы и блеск ножа.

– Сдохни, ведьма!

Я бросила перец, но он успел закрыть лицо рукой. Он схватил меня за горло.

В этот момент воздух прорезал свист.

Стрела.

Она вонзилась наемнику в плечо, пригвоздив его к деревянной балке навеса над моей головой. Он взвыл и выпустил меня.

На крыше соседнего здания стояла фигура. Черный плащ развевался на ветру, в руках – длинный лук.

Фигура спрыгнула вниз, приземлившись между мной и нападавшими. Мягко, как кошка.

Второй меч сверкнул в свете луны.

– Кто тронет мою жену – умрет, – голос был холодным, как ледник, но в нем клокотала ярость дракона.

Ли Цзы Фан.

Он вернулся.

Наемники замерли. Они узнали его. Не по лицу, оно было скрыто тенью, а по ауре. И по гербу клана Ли на ножнах.

– Это Глава Клана! – крикнул кто-то. – Валим! Нам не платили за бой с мастером!

Они бросились врассыпную. Мо Тин, тяжело дыша, у него на руке была кровь, хотел преследовать, но Ли Цзы Фан остановил его.

– Пусть бегут. Они передадут послание заказчику.

Он повернулся ко мне. Убрал меч в ножны. Подошел вплотную.

Я стояла, прижимая мешок с золотом к груди, растрепанная, напуганная, но живая.

– Ты... – начала я. – Ты должен был вернуться через три дня.

– Я загнал двух лошадей, – сказал он просто. – Я почувствовал неладное. И, как вижу, не зря.

Он посмотрел на мешок в моих руках.

– Ты продала рецепт?

– Я продала иллюзию, – выдохнула я, чувствуя, как адреналин отпускает, и ноги становятся ватными. – Две тысячи сто золотых. Чэнь Юй заплатила за инструкцию, которая бесполезна без моих ингредиентов.

Его глаза расширились.

– Две тысячи сто?

– Да. Это бюджет на восстановление плантаций. И на новые точки «Жемчужины».

Он вдруг рассмеялся. Это был не тот сухой смешок, что я слышала раньше. Это был настоящий, громкий смех облегчения и восхищения.

– Ты невероятная женщина, Вэй Сяо Нин. Ты ограбила министра, не вынимая ножа, и заставила её думать, что она победила.

Он обнял меня. Крепко, до хруста ребер. Я уткнулась носом в его плащ. От него пахло дорогой, потом и лошадью. Самый лучший запах на свете.

– Я думал, я сойду с ума, пока ехал, – прошептал он мне в макушку. – Думал, опоздаю.

– Ты как раз вовремя, – я отстранилась и посмотрела ему в глаза. – Мы теперь богаты, Цзы Фан. И мы знаем врага в лицо.

– Мы не просто богаты, – его лицо стало серьезным. – Мы партнеры. Настоящие.

Возвращение в поместье было триумфальным, хотя и тайным. Мы вошли через черный ход, чтобы не будить Матушку Чжао, пусть поспит еще ночь спокойно, завтра её ждет сюрприз.

В кабинете Ли Цзы Фана мы высыпали золото на стол. Гора монет сияла в свете свечей.

– Мо Тин, – Ли Цзы Фан бросил стражу увесистый кошель. – Это тебе и твоим людям. За верность. И вызови лекаря, пусть зашьет тебе руку.

Страж поклонился и исчез.

Мы остались одни.

Ли Цзы Фан налил вина в два кубка.

– За победу? – предложил он.

– За начало, – поправила я. – Это только первый раунд. Чэнь Юй поймет, что её обманули, когда попытается сварить чай. Ван Юй уже точит зуб на наш рынок. А твоя мачеха...

– С мачехой я разберусь завтра, – перебил он. – Я привез новости с юга. Плантации пострадали, но корни живы. Им нужна система ирригации. Та, которую ты построила у источника. Я хочу, чтобы ты поехала со мной и показала мастерам, как это делать.

Я замерла с кубком в руке.

– Ты берешь меня в деловую поездку? Официально?

– Я беру тебя как своего главного советника. И как жену. Хватит прятаться по углам. Пусть все видят, кто стоит за возрождением Клана Ли.

Он подошел ко мне, забрал кубок и поставил на стол. Взял мои руки в свои.

– Сяо Нин. Я хочу заключить с тобой новый контракт.

– Какой?

– Бессрочный. Никаких «тридцати дней». Никаких условий развода. Мы строим эту империю вместе. Ты – мозг и вкус. Я – меч и щит. Прибыль делим пополам. Риски – тоже.

Мое сердце забилось так сильно, что, казалось, Система сейчас выдаст предупреждение о тахикардии.

– А... чувства? – тихо спросила я. – В контракте есть пункт о чувствах?

Он посмотрел на меня долгим, темным взглядом.

– Пункт о чувствах мы будем прописывать каждый день. Медленно. Шаг за шагом. Как заваривается хороший чай. Согласна?

Я улыбнулась.

– Согласна, партнер.

В этот момент перед глазами всплыло системное окно, но я отмахнулась от него.

[Поздравляем! Отношения перешли на уровень: «Союзники Сердца».] [Разблокирован навык: «Двойная Культивация» (Бизнес-версия).] [Получено достижение: «Золотой дождь».]

– Кстати, – сказал Ли Цзы Фан, возвращаясь к деловому тону, но не выпуская моих рук. – Чэнь Юй заплатила две тысячи сто. А рецепт? Что именно ты там написала?

Я хихикнула.

– Я написала правду. «Возьмите воду, в которой отражалась луна в час Крысы... Добавьте слезы дракона...». Она будет бегать с ведрами по ночам неделю, прежде чем поймет, что это метафора.

Ли Цзы Фан расхохотался.

– Ты жестока. Мне это нравится.

На следующее утро поместье проснулось от звуков стройки.

На деньги Чэнь Юй мы наняли три бригады. Одна восстанавливала «Забытый Павильон», превращая его в настоящую лабораторию. Вторая ремонтировала склады. Третья отправлялась на юг, везя с собой чертежи бамбуковых труб.

Я стояла на веранде, наблюдая за суетой. Сяо Лань прибежала с отчетом:

– Госпожа! Весь город смеется! Служанки семьи Чэнь скупают молоко на всех фермах, но у них ничего не получается! Чай сворачивается, вкус кислый! Говорят, что вы продали им проклятый рецепт!

– Не проклятый, Сяо Лань. Просто... капризный.

Ко мне подошел Ли Цзы Фан. Он был одет в дорожный костюм, но выглядел отдохнувшим.

– Готова? – спросил он. – Матушка Чжао только что узнала, что я передал тебе ключи от главной казны. Я слышал крики даже в конюшне.

– В свое время я прошла через все круги ада, – я поправила воротник его плаща. – Свекровь с мигренью меня не испугает.

– Тогда идем. Завтрак подан. И я велел накрыть его в саду. В твоем саду.

Мы шли по дорожке рука об руку. Слуги, встречавшиеся нам, кланялись. Они чувствовали перемену ветра. Эра упадка закончилась. Началась эра Чайной Императрицы.

И где-то вдалеке, в доме министра Чэнь, визжала Чэнь Юй, глядя на свернувшееся молоко в своей золотой чашке.

Месть была сладкой. Сладкой, как мой «Нефритовый Жемчуг».

Глава 12

Матушка Чжао, узнав, что я еду с мужем, заперлась в своих покоях, сославшись на «смертельную обиду сердца». Это было мне только на руку: меньше яда в воздухе перед отъездом. Экономка Ван, лишенная власти, ходила тише воды, ниже травы, лично проверяя, хорошо ли упакованы мои дорожные сундуки. Страх потерять теплое место оказался сильнее ненависти.

– Сяо Лань, ты остаешься за главную, – я поправила красный платок на голове моей управляющей. – «Жемчужина» должна работать без перебоев. Если Клан Ван попытается снизить цены – не реагируй. Мы держим марку. Если придут стражники – показывай эту бумагу.

Я вручила ей охранную грамоту с личной печатью Ли Цзы Фана.

– Не волнуйтесь, госпожа! – Сяо Лань сверкнула глазами. – Я порву любого, кто сунется к нашей лавке. А вы... привезите мне сувенир с юга. Говорят, там растут фрукты размером с голову!

– Привезу.

Я подошла к карете. Это был не легкий городской паланкин, а настоящий экипаж для дальних путешествий: массивный, обитый черной кожей, с широкими колесами. Запряжена четверка мощных лошадей. Вокруг – отряд охраны во главе с Мо Тином, его рука уже заживала, но он все равно выглядел мрачным, проверяя подпруги.

Ли Цзы Фан ждал меня у подножки. На нем был дорожный костюм цвета грозового неба, волосы собраны в простой хвост. Без сложных церемониальных одежд он казался моложе и... опаснее.

– Готова? – он протянул мне руку.

Я вложила свои пальцы в его ладонь, она была теплой и шершавой от поводьев.

– Готова. Только надеюсь, твоя карета имеет хорошую амортизацию. Трястись неделю по имперским дорогам – то еще удовольствие.

– Амортизацию? – переспросил он, помогая мне подняться. – Я велел положить двойные пуховые подушки.

Внутри карета оказалась на удивление уютной. Мягкие сиденья, обитые бархатом, откидной столик, встроенные ящички для мелочей. Ли Цзы Фан явно ценил комфорт.

Мы тронулись. Колеса загрохотали по брусчатке, затем звук сменился мягким шуршанием грунтовой дороги. Мы покидали столицу провинции.

Первый час мы ехали молча. Ли Цзы Фан читал отчеты, я смотрела в окно. Мир за стенами города был красив той дикой, необузданной красотой, которой не увидишь в ухоженных садах. Рисовые поля, зеленые холмы, далекие пики гор, окутанные туманом.

[Локация изменена: Имперский Тракт.] [Новое задание: «Путь на Юг». Добраться до плантаций «Зеленого Тумана» без потерь.] [Награда: +200 к отношениям с мужем, +500 опыта.]

– О чем думаешь? – голос Ли Цзы Фана нарушил тишину.

Я отвернулась от окна.

– О воде. На юге засуха, но там есть горные реки. Проблема не в отсутствии воды, а в её доставке. Если мы сможем построить систему акведуков из бамбука, как я сделала в саду, мы спасем урожай. Но масштаб... Нам понадобятся сотни рабочих.

Он отложил свиток и посмотрел на меня с легкой улыбкой.

– Ты неисправима. Мы только что выехали, а ты уже строишь акведуки. Другая женщина на твоем месте думала бы о красивых пейзажах или о том, что забыла любимый гребень.

– Я взяла гребень, – я коснулась волос, в них был нефритовый феникс – его подарок. – А пейзажи красивее, когда знаешь, что они приносят прибыль.

Он рассмеялся.

– Знаешь, Сяо Нин, я иногда жалею, что не встретил тебя раньше. Той, настоящей тебя. Два года мы жили под одной крышей как чужие люди. Сколько времени потеряно.

Его взгляд стал серьезным, в тесном пространстве кареты, где наши колени почти соприкасались, воздух вдруг стал густым.

– Не жалей, – тихо ответила я. – Раньше я была... не готова. И ты тоже. Мы узнали друг друга тогда, когда были нужны друг другу больше всего.

Карету тряхнуло на ухабе. Я невольно качнулась вперед, и он подхватил меня за локти, удерживая от падения.

– Осторожнее, – его лицо оказалось в опасной близости от моего. Я видела золотистые искорки в его темных глазах.

Он не убрал руки. Его большие пальцы медленно поглаживали ткань моего рукава, посылая мурашки по коже.

– Расскажи мне, – попросил он шепотом. – Откуда ты знаешь про «амортизацию», «маркетинг» и «акции»? В каком мире учат женщин учат этому всему?

Я замерла. Сказать правду? «Я из 21 века, а ты – персонаж игры»? Нет, это прозвучит как бред сумасшедшей. Или разрушит магию.

– В мире снов, Цзы Фан, – ушла я от ответа. – Пока я болела после падения в пруд, мне снился странный мир. Там повозки ездят без лошадей, дома достают до неба, а люди могут говорить друг с другом через тысячи ли, глядя в маленькие зеркала. Там женщины правят империями наравне с мужчинами. Я училась у них.

Он смотрел на меня долго, пытаясь понять, шучу я или нет.

– Звучит как сказка, или как пророчество.

– Может быть. Но знания остались, и я использую их для нас.

Он медленно отпустил меня и откинулся на спинку сиденья.

– Повозки без лошадей... – пробормотал он. – Надеюсь, они трясут меньше, чем эта.

К вечеру мы добрались до предгорий. Небо затянуло тучами, начал накрапывать мелкий, противный дождь. Дорога превратилась в кашу.

– Мы не доедем до города Чанша, – сообщил Мо Тин, подъехав к окну кареты. – Лошади устали, колеса вязнут. Придется ночевать на постоялом дворе «Золотой Фазан». Это через два ли.

– «Золотой Фазан»? – нахмурился Ли Цзы Фан. – Грязная дыра, но выбора нет.

Постоялый двор выплыл из тумана, как призрак. Деревянное двухэтажное здание, покосившееся от времени, с тусклыми фонарями у входа. Двор был забит повозками.

– Похоже, не мы одни застряли из-за погоды, – заметила я.

Мы вошли в общий зал. Здесь пахло жареным луком, мокрой шерстью и дешевым вином. Народу было битком – купцы, наемники, странствующие монахи.

Когда мы вошли – я в дорожном плаще, но с осанкой аристократки, и Ли Цзы Фан, излучающий ауру власти, разговоры стихли.

Хозяин, толстый лысый мужчина, выбежал нам навстречу, вытирая руки о передник.

– Благородные господа! Какая честь! Простите за этот балаган, дождь загнал всех путников под крышу.

– Нам нужны комнаты, – сказал Мо Тин. – Две лучшие комнаты для господ и комнаты для охраны.

Лицо хозяина скривилось в гримасе извинения.

– Ох, простите, господин воин! Беда! Все занято! Купеческий караван из Шелкового Пути занял весь второй этаж еще в обед. Осталась только одна комната. «Императорский Люкс», название явно было преувеличением, и сеновал для охраны.

– Одна комната? – Ли Цзы Фан нахмурился. – Ты знаешь, кто я?

– Знаю, господин Ли! Узнал по гербу! Но хоть убейте, мест нет. Даже если я выгоню кого-то, это нарушение кодекса гостеприимства...

Ли Цзы Фан повернулся ко мне.

– Сяо Нин, я могу приказать им освободить комнату, но это вызовет скандал.

– Не нужно, – я покачала головой. – Мы не варвары, чтобы выгонять людей в дождь. Одной комнаты хватит, мы ведь муж и жена.

Хозяин расплылся в улыбке.

– Вот и славно! «Императорский Люкс» – лучшая комната! Там широкая кровать, теплый очаг!

Мы поднялись по скрипучей лестнице.

Комната и правда была... сносной. Чистой, по крайней мере. Большая кровать под красным пологом занимала половину пространства. В углу стоял стол и два стула. Камин чадил, но давал тепло.

Слуги принесли наши вещи и горячую воду.

Когда дверь закрылась, мы остались одни, в одной комнате, с одной кроватью.

Неловкость накрыла нас. Дома у нас были разные спальни. Мы были партнерами, союзниками, но мы никогда не спали вместе.

Ли Цзы Фан снял мокрый плащ и повесил его у огня.

– Я лягу на полу, – сказал он, оценивая довольно потертый ковер. – Постелю плащ.

– Не говори глупостей, – я подошла к столу и начала распаковывать походный чайный набор. – Ты Глава Клана. Если ты простудишься на полу, кто будет управлять плантациями? Кровать широкая, положим валик из одеяла посередине.

Он посмотрел на меня с благодарностью.

– Ты прагматична, как всегда.

– Это выживание, Цзы Фан. Садись, я заварю чай, нам нужно согреться.

Я достала свой «походный шедевр» – прессованный чай в таблетках, еще одна моя инновация для удобства транспортировки. Кипяток взяли у хозяина.

Мы пили чай молча, слушая шум дождя и пьяные крики снизу.

– Знаешь, – сказал он вдруг. – Я давно не чувствовал такого спокойствия. Дома всегда интриги, взгляды, ожидания. А здесь... только мы, дождь и плохой чай.

– Чай хороший, это просто вода местная жесткая, – улыбнулась я. – Но я понимаю. Свобода.

– Расскажи мне еще, – попросил он. – О том мире, о снах.

И я рассказала. О небоскребах, похожих на стеклянные горы. О самолетах – железных птицах. О том, что женщины там носят брюки и сами выбирают мужей.

Он слушал, глядя на огонь, и в его глазах отражались языки пламени.

– Сами выбирают мужей... – повторил он задумчиво. – Значит, если бы ты была там, ты бы меня не выбрала? Нас ведь сосватали родители.

Вопрос был с подвохом.

– В том мире я бы сначала посмотрела на твой бизнес-план, – отшутилась я. – Но... если бы я встретила тебя на улице... такого мрачного, гордого, с глазами цвета старого чая... я бы, наверное, пригласила тебя на кофе.

– Кофе?

– Это горький напиток. Черный, как ночь. Тебе бы понравилось.

Он усмехнулся.

– Значит, у меня был бы шанс.

Мы допили чай. Свечи догорали.

– Пора спать, – сказала я, чувствуя, как слипаются глаза. День был долгим.

Мы готовились ко сну с неловкой деликатностью. Я переоделась за ширмой в ночную сорочку, скромную, хлопковую. Он остался в нижних штанах и рубахе.

Мы легли. Между нами лежал свернутый плащ.

Но кровать была старой, матрас провисал к центру.

Я лежала, глядя в темноту потолка, и слушала его дыхание. Оно было ровным, глубоким.

– Цзы Фан? – прошептала я.

– Мм?

– Спасибо, что спас меня тогда. В переулке.

Он помолчал. Потом я почувствовала, как его рука нашла мою поверх плаща-границы.

– Я бы спас тебя даже из преисподней, Сяо Нин. Ты... ты разбудила меня. До тебя я спал наяву.

Он сжал мои пальцы. Крепко, но нежно.

– Спокойной ночи, партнер.

– Спокойной ночи, муж.

Мы уснули, держась за руки.

Утро встретило нас солнцем и... криками во дворе.

Я проснулась первой. Рука Ли Цзы Фана все еще держала мою, но во сне мы скатились к центру, и теперь моя голова лежала у него на плече.

Я замерла, боясь пошевелиться. От него пахло теплом и сандалом. Его лицо во сне было спокойным, морщинка между бровей разгладилась. Он был красив. По-настоящему.

Внезапно дверь распахнулась без стука.

На пороге стоял Мо Тин.

– Хозяин! Беда!

Ли Цзы Фан проснулся мгновенно. Рука потянулась к мечу, который лежал у изголовья. Я отскочила на свою половину кровати, натягивая одеяло до подбородка.

– Мо Тин! – рявкнул Ли Цзы Фан. – Ты забыл, как стучаться?!

Страж покраснел и отвернулся.

– Простите, хозяин! Но дело срочное. Наши лошади.

– Что с ними?

– Они больны. Все четверка. У них пена изо рта и дрожь. Конюх говорит – отравлены. Кто-то подсыпал дурман-траву в сено ночью.

Мы переглянулись. Идиллия кончилась.

– Клан Ван? – спросила я, быстро вставая и накидывая халат.

– Или кто-то, кто хочет, чтобы мы не доехали до юга, – Ли Цзы Фан был уже на ногах, его лицо снова стало ледяной маской. – Мы застряли. Пешком мы не дойдем, а купить новых лошадей в такой глуши...

– Пойдем посмотрим, – сказала я.

Мы спустились во двор. Наши красавцы-кони стояли, понурив головы, их била крупная дрожь. Конюх постоялого двора, трясясь от страха, клялся, что он ни при чем.

– Это диверсия, – констатировал Ли Цзы Фан, осмотрев кормушку. – Дурман. Они не умрут, но встать в упряжь не смогут дня три.

– Три дня?! – воскликнула я. – У нас нет трех дней! Плантации могут погибнуть!

Я оглядела двор. Купцы, ночевавшие здесь, собирались в путь. У них были мулы, волы, телеги.

– Цзы Фан, – я схватила его за руку. – Смотри.

В углу двора стояла странная процессия. Группа людей в простых одеждах грузила ящики на... огромных буйволов. Это были не обычные буйволы, а горные – мощные, лохматые звери.

– Это горцы, – сказал Ли Цзы Фан. – Они возят соль через перевалы.

– Они идут на юг?

– Скорее всего, это самый короткий путь.

– Нам нужно договориться с ними.

– Сяо Нин, это дикари. Они не берут пассажиров. И ехать верхом на буйволе... это не для твоей нежной кожи.

– Моя кожа переживет, – отрезала я. – А вот твой бизнес – нет. Идем.

Я направилась к горцам. Их предводитель, старик с трубкой и кольцом в носу, посмотрел на меня с интересом.

– Нам нужно на юг, почтенный, – сказала я, используя самый уважительный тон. – Наши кони больны. Мы заплатим.

Старик сплюнул.

– Золото нам не нужно, женщина. В горах золото не едят.

– А что едят? – спросила я.

– Чай, – сказал он. – Хороший чай с солью и маслом. У нас кончился.

Я улыбнулась, широко и хищно.

– Мо Тин! – крикнула я. – Тащи мой сундук с образцами!

Через десять минут сделка была заключена. Мы отдали им два короба прессованного пуэра и банку масла. Взамен они согласились взять нас с собой.

– Придется ехать верхом на тюках, – предупредил старик. – Буйволы своенравны. Упадете – подбирать не будем.

– Мы не упадем, – ответил Ли Цзы Фан, подходя ко мне.

Он выглядел озадаченным.

– Ты только что променяла комфортную карету на спину вонючего зверя?

– Зато мы срежем путь через перевал, – я похлопала лохматого буйвола по боку. – Это приключение, партнер. Ты же хотел чего-то нового?

Он вздохнул, но в его глазах плясали бесенята.

– Ты безумна. Абсолютно безумна.

Он подсадил меня на широкую спину зверя, устроенную между тюками с солью.

– Держись крепче, – сказал он, запрыгивая на соседнего буйвола с ловкостью, которой я не ожидала.

Наш караван двинулся в горы.

Я оглянулась на постоялый двор. Где-то там, в тени, наверняка прятался шпион Ванов, злорадно потирая руки. Он думал, что остановил нас.

Глупец. Он просто пересадил нас на вездеходы.

Дорога вверх была крутой. Ветер свистел в ушах. Но вид... Вид был захватывающим. Туманные пики, водопады, орлы в небе.

– Цзы Фан! – крикнула я ему сквозь ветер.

– Что?

– А ты умеешь петь? Горцы поют, чтобы отгонять злых духов!

– Я глава клана, я не пою!

– А зря! Здесь никто не слышит!

И я запела. Громко, фальшиво, какую-то попсовую песню из своего мира про "дорогу, уходящую в небо". Горцы обернулись, послушали и... подхватили ритм, стуча палками по рогам буйволов.

Ли Цзы Фан смотрел на меня, и впервые за все время я увидела, как он смеется. Не сдержанно, а в голос, запрокинув голову.

[Отношение цели Ли Цзы Фан: Влюбленность (Зарождение).]

Система не врала, я чувствовала это кожей.