Текст книги "Мир магов (СИ)"

Автор книги: Ден4ик

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 36 страниц)

– Интересно, каких ритуалов требуют их боги? Вроде бы Каршан – единственная страна с человеческими жертвоприношениями? – Для темного мага это было не приемлемо. История с пошедшим против магов богом справедливости была известна всем. И Мунита больше всего в этом возмущало то, что до этого бог, видя эту самую несправедливость в огромных количествах, просто сидел и бездействовал. Получается его все устраивало? Темный маг, к таким божествам, положительно, или хотя бы нейтрально, относится не мог.

– Единственная страна, которая это официально признает. – Поправил Уриэль. – Я не удивлюсь если их везде практикуют. Может кроме нас. Слишком уж мало власти у церкви осталось и никакой поддержки от императорской власти. Не думаю, что в таких условиях они приносят кого-то в жертву. А у каршанцев обычные ритуалы, разве что иногда связанные как-нибудь со светом. Например, чтобы путешествие прошло спокойно, вроде бы, молоком костер заливают пока тот не погаснет, уж не знаю при чем тут молоко. А если про наш случай говорить, то отцу пришлось лошадь покупать, чтоб ее в храме зарезали. Дикие люди в общем. Религиозные сверх меры. С другой стороны, это логично. Я про их увлечение религией. Ведь их собственные боги не пытались им вредить. Наоборот всячески помогают. И на поле битвы вроде иногда присутствовали. Тут любой молится начнет. Если не из благих, то хотя бы из меркантильных соображений. Выльешь несколько литров молока и глядишь перепадет чего тебе. Наверняка все потому, что Каршанские императоры потомки одной из их богинь. Получается, темные боги просто помогают дальним родственничкам и их подданным. Ничего удивительного. У нас последний правитель с каплей божественной крови умер сколько, две, три тысячи лет назад? А сейчас одна водица… Ты только представь, как бы мы жили, если б та династия не прервалась.

– Мне как-то все равно, если честно. Все эти божественные материи интересуют разве что в магическом плане. Идея вместе ругаться на богов, конечно, весьма привлекательна, но я бы лучше поговорил о чем-то другом. – предложил темный маг.

– Поддерживаю. – согласился Уриэль.

Начало Практики 5

Говорят, что за беседой с умным человеком время пролетает незаметно, но Уриэль был с этим не согласен. Наоборот, он бы с куда большим удовольствием поговорил бы с равным, а то и с тем, кто чуть-чуть поглупее. Болезненно неприятно всегда оказываться неправым, слушать, если не нотации, то наставления. А разговор с Мунитом о магии обернулся именно этим. Зачастую Уриэль просто не знал, что ему ответить, на казавшиеся банальными вопросы, или наоборот, выдавал такую чушь, что его друг разве что не смеялся, пытаясь переварить сказанное. Маг жизни вовсе не первый раз испытывал подобное, но обычно, такие разговоры носили мимолетный характер. Он часто что-нибудь спрашивал у своих друзей, не зная, как подступиться к проблеме, получал короткий ответ и шел заниматься своими делами. В Академии и так мало свободного времени, чтобы тратить его на праздные разговоры о столь приевшейся теме – магии. И вот сейчас, когда студенты оказались выброшены на свободу, то сразу растерялись. Обучение было таким изнуряющим и всепоглощающем, что другие темы, кроме волшебства даже не приходили им в голову. Сплетни уже закончились, а разговоры на другие темы превращались в скучные лекции, так как у друзей, кроме колдовства, не было ничего общего. Будь тут Вильям, или любой другой открытый и общительный человек, то он бы нашел выход из ситуации. Да ему бы и искать ничего не пришлось, пылкое обсуждение возникло бы, само собой. Но никого, кроме двух, весьма закрытых в себе, и, сосредоточенных на своих мыслях, магов, здесь не было. Поэтому, когда быстро потухло обсуждение еды, путешествий и архитектуры, выбор встал между тяжелым молчанием и обсуждением магии. Уриэль, чувствуя за собой некоторую ответственность первый предложил тему разговора. Что-то из самой общей и фундаментальной теории, все же они учились на разных факультетах и точек соприкосновения было не много.

Всё бы ничего, подумаешь, ты не самый умный, не самый успешный, не самый талантливый и трудолюбивый. Уж с этим-то юный маг смирился уже давно, отдых и безделье стали ему намного ближе, чем желание прыгнуть выше головы. Но как же ему, несмотря на свою лень и праздность, хотелось славы, признания и уважения к своим несуществующим заслугам. Почти всегда, оставаясь наедине со своими мыслями, он приходил к рассуждениям на тему: «Эх, как было бы хорошо, будь я великим магом!». Воображал свои открытия, поступки, выступления, продумывал как находит ответы на тысячелетние магические загадки. Принимал похвалу от других колдунов и друзей. В общем, по полной наслаждался своими фантазиями, которым не суждено воплотиться в реальность. Единственный вопрос в том, насколько он будет счастлив без этого всего? Да и вообще, как повернется его жизнь, если он продолжит отставать от других? Раньше, ему казалось, что долголетие и гарантированная безбедная жизнь – это уже предел мечтаний, но проведя некоторое время среди магов он уже перестал так думать. В меньшей степени из-за того, что на него повлияли амбиции его друзей и соперников. Гораздо большую роль сыграли отдельные обрывки знаний о магическом сообществе, полученные им. Оказалось, что мага, не занятого магией, уважают там меньше, чем раба. Конечно, этого не скажут в лицо, но в голове всегда держать будут. Уриэль, до того, рассматривавший данный вариант, сразу же его откинул.

Что тут еще скажешь? Надо учиться! Но как же не хочется… Чтобы как-то отвлечься от неприятных мыслей, Уриэль начал, походя, забрасывать всю округу чарами познания. Скоро ему предстоит тут работать, так что разведку можно провести заранее. Состояние почвы было хорошим, хотя содержание микроэлементов на отдельных участках намекало на то, что на некоторых полях пора менять культуры. Скотина, изредка попадавшаяся глазу, тоже выглядела здоровой. Похоже, с животными напрягаться не придется. Заколоть прививками, провести профилактику и свободны. Что еще? Пчёл он не проверял, тут нужно на весь улей сразу смотреть. Да, работы ему предстоит – непочатый край, зато ничего сложного не ожидается, и то хорошо.

От раздумий его отвлек далекий звук марша. Играла простенькая музыка, а крепко сбитые сапоги чеканили шаг. Гадать не пришлось, через минуту из-за поворота появились первые ряды солдат. Два барабанщика громко отбивали ритм и несколько конных офицеров разъезжали вдоль колонны, осматривая строй. Кажется, их было около сотни, может чуть больше. Когда маги с ними поравнялись, им пришлось уступать дорогу, та была слишком узка, чтобы разминуться. За отрядом тянулась длинная вереница гужевых лошадей и ослов с провиантом и снаряжением.

– Хорошо наши варваров прижали! На кортов и месяца не ушло... Надеюсь с летийцами тоже проблем не будет. – Уриэль был рад подвернувшейся теме. Первый час они с темным магом обсуждали все на свете. Следующие два часа потратили на магию. Затем шли, рассматривая окрестности еще несколько часов. Колдуны уже изнывали от скуки, однотипных пейзажей и пресных разговоров. После напряженной учебы в Академии, семичасовой поход стал казаться пыткой. Ни отдохнуть нормально, ничем полезным не заняться. Эх, отчего чары полета проходили на втором курсе? Они бы пригодились сейчас.

– Ничего не хорошо. Все это полнейший бред. Сколько там на войне волшебников участвует? Десяток боевых магистров, плюс под сотню магов жизни. И несколько сотен тысяч человек – регулярная армия, гарнизоны, логистика, обслуга. А где остальные маги? Где высшие чары и подавляющее колдовство? Столько солдат потеряли, непонятно ради чего… Принц что ли с Советом поссорился или еще что? Чушь, бардак и неразбериха в общем. Это я еще не говорю, что мы атакуем совсем не тех варваров, что атаковали нас. – Мунит, чем больше узнавал о родной стране, тем больше не понимал, что происходит. Все они в первую очередь подданные Акада. Он давно смирился, что никакого равенства или справедливости это не означает, но пускай так, с этим ничего не поделаешь. А с остальным что? Какого черта каждый погряз в своих интересах и ничего не делает для других!? Магам плевать на людей, аристократы не хотят помочь простолюдинам, а богатые угнетают бедных. На верху всего этого безобразия, Император наслаждается приемами, балами и охотами. Еще и идиотская война, затеянная дворянством! Интересно, какую часть они составляют в войске, двадцатую, десятую? Как всегда, простые люди, без всякого выбора, страдали за решения вышестоящих… Но волшебники-то где? Ведь, большинство из них, тоже из простых. Кто победнее, как Мунит, кто побогаче, но знати же меньшинство! Где добровольцы на фронте, сопереживающие таким же, как и они сами людям? Сложившееся положение дел было необъяснимым, глубоко неправильным. Всё это он и пересказал своему другу.

– Умрут лишние солдаты, да и ладно. Из моих родственников никто не служит и не планирует. Если б люди жили тысячелетиями, то умирать на втором десятке лет действительно было бы грустно. А так, какая разница, жизнь все равно слишком коротка, чтобы о ней печься. То ли дело мы! Когда на горизонте века существования, вот когда страшно умирать. Тем более, я вот не слышал о массовых волнениях против того, чтобы детей в магические академии отдавать. У нас, между прочим, смертность выше, чем на любой войне! Так что пусть все просто занимаются своим делом и не лезут в жизнь к другим. Воинам – войну, магам – магию и так далее. Раньше же жили как-то без нас, нечего сейчас уповать на волшебников, как на финальное решение любого вопроса.

– Эх, Уриэль, ну что ты за дуб? Неужели совсем людей не жалко? – Темный маг просто не мог понять собеседника.

– А меня кто пожалел? Никто!

– Да чего тебя жалеть, если ты как сыр в масле катаешься? Вот представь, лежит перед тобой умирающий солдат, что мимо пройдешь?

– И рядом с ним еще плачущие родители, жена и дети за холодеющую руку держат. – Уриэль усмехнулся. – В таком случае трудно пройти мимо, помогу, конечно.

– Так вот сейчас таких на фронте тысячи… Вся разница только в том, что они не рядом и в глаза тебе не смотрят.

– Как раз в этой разнице и дело! Когда люди страдают где-то там – мне, что до этого? Я просто честен с самим собой. А ты вот, не переживаешь из-за голодающих Занирцев? Такие же люди, как и мы. Но речей в их защиту, от тебя, по какой-то причине еще не слышал. По-моему – это наглядная демонстрация верности моих слов.

– Как только наведем порядок в Акаде, можно и их проблемами заняться. Сейчас помочь им нечем нельзя, к сожалению.

– То есть солдатам, ты видимо помочь можешь, раз про это мозги мне проедаешь?

– Нет. Но для меня интересы народа Акада более близки, чем занирские, хотя и от них я не отказываюсь.

– Ага, почему тогда не пойти дальше? Вот ты уже отделил нашу страну от остального мира. Не останавливайся на этом, продолжай делить дальше! Ты из провинции Ферат, кажется? Фератцы тебе тоже должны быть ближе, чем остальные подданные Империи! Потом сужаем до родного города, друзей, семьи. Или, если не нравится география, можно пойти по другому пути! Раз ты маг, значит и «защищать» нужно колдунов. Сначала всех, затем тех, кто из нашей Академии, однокурсников, темных магов и так далее. В конце неминуемо придешь к тому, что сначала надо о себе позаботиться, разве нет? – Уриэль понимал, что Мунит с ним ни за что не согласится, но ведь в этом весь смысл? Что толку идти, да поддакивать друг другу без конца? Чем жарче дискуссия, тем быстрее пролетит время. Главное не спорить с теми, кто спорить не умеет. Отчего-то многие не могли вынести его слов, начинали кричать и ругаться. Но темный маг вроде был не из таких.

– Тут ты полностью прав, надо лишь учесть пару моментов. Во-первых, из этой схемы надо исключить всех тех кому никакая помощь не нужна, то есть магов. Во-вторых, для меня нет никакой разницы между акадцами из разных провинций. В остальном, всё верно. Сначала семья, затем жители Акада, после – все остальные.

– Ахах, вот видишь, несколько минут поговорили и ты со мной согласен. Быстро я тебя завербовал. Скоро и по остальным вопросам смогу тебя переубедить. Как же приятно оказаться правым!

– Ни в чем ты меня не переубедил! Это моя изначальная позиция и есть, ты спросил – я ответил, не больше.

– Хорошо, хорошо, не переживай ты так, подумаешь разок ошибся, к чему так нервничать!?

Уриэль еще долго подтрунивал на эту тему, что послужило ему хорошим развлечением. Целых пятнадцать минут ожесточенных препираний, какое наслаждение! Окончательно доведя друга до той степени, что тот отказался разговаривать дальше, он замолчал. В тишине и скуке его мысли снова вернулись к магии жизни. Думать о ней самой не хотелось, она представлялась ему загадкой, огромной неотесанной глыбой, из которой неопытному скульптору приказали высечь статую. Вместо статуи колдун пока решил подмести крошки вокруг и подготовить площадку. Итак, в своем нынешнем состоянии магия жизни представляла из себя жалкое зрелище, как и магия смерти. Первый вопрос: должно ли так быть, или у нее есть скрытый потенциал? Интуиция и чувства кричали о последнем. Все, что он видел в природе и мире было гармонично. Физика, биология, химия, в них нет лишних частей. Всё имеет свое применение. Даже математика – изобретение человеческого разума и та была на удивление гармонична. Даже самые забористые теоремы, казавшиеся по началу абсолютно неприменимыми, потом чудесным образом пригождались для новых областей магии. Или взять живых существ – у каждого свои достоинства и недостатки, свои способы существования. Боги сильны, но нуждаются в верующих, демоны послабее, но и поток душ в их домен более жидкий. Элементали могущественны, но глупы и безвольны. Люди слабы, зато многочисленны и амбициозны. И так во всем. Может это не идеальная гармония, но какой-никакой баланс имеется.

Казалось бы, продолжением этой логики должна быть магия – не изобретение человека, но явление природы. Как может быть, что остальные типы маны настолько полезнее указанных двух? Где так любимый природой баланс? С другой стороны, с чего он вообще взял, что он присущ вселенной? Да, он может привести тысячу и один случай этого самого «баланса», но наверняка и случаи обратного найдутся. Уриэль понимал, что, как и все люди, он мог видеть закономерности там, где их нет… Ну кто сказал, что типы магии должны быть равны? Вон есть же в физике «сильное» и «слабое» взаимодействия? Он не особенно вникал в вопрос, понимание этого нужно только для сложнейших из высших чар, однако названия говорят сами за себя. Может магия жизни и есть такое «слабое» взаимодействие, дающее своему пользователю несравнимо меньше могущества, чем «сильное»? Однако, если принять это за правду, то можно прямо сейчас всё бросать… Конечно – это выбор наиболее разумный. Если поколения магов прошлого ничего не придумали, то что сможет он? Но как тогда слава, известность, признание и все остальное? Да, Уриэль для их достижения пока ничего не делал и даже не мог себе представить сколько придется для этого трудится. Но разве не об этом он думал, лежа в ванной, или перед сном? Душа изнывала в предвкушении восхищения, которым его окатят окружающие, когда он сделает свое монументальное открытие! Тут тоже самое, что и с деньгами. Мог ли он прожить на сто золотых в месяц? Конечно! Но на тысячу он развернется во всю ширь. Вот и с мечтами о славе также. Без нее он спокойно проживет, но как же хочется погреться в ее обжигающих лучах! А иного способа ее получить, кроме как заняться магией жизни, он не видел. Нет слияния, нет понимания, способностей, может быть нет и интеллекта.

К тому же в Уриэле еще тлели угли надежды, почти истлевшие, закопанные в пепле, но тлели. Кажется, недавно, на очередных ночных библиотечных бдениях он набрел на возможную причину неразвитости магии жизни. Началось все с него самого, его группы и учителей. Каждый из них не имел хорошего слияния с другими стихиями. Что это значило? Да то, что в маги жизни шли лишь те, кого принципиально не брали на другие направления. А если кто и попадал на первый курс, то потом быстро разочаровывался и пытался слинять, как сам Уриэль, планировавший перевестись на магию разума. Получалось, что на его факультете оставались полные неудачники. К тому же их количество оставляло желать лучшего. Кроме Уриэля в группе всего три человека и двое из них, включая его самого, не желали оставаться на текущей специальности. Архивные записи показали тоже самое. Их факультет всегда был самым малочисленным. Понятно почему! Когда перед магом стоит выбор между бесперспективным бредом, у которого даже потенциал весьма сомнителен и нормальным направлением магии – он всегда выберет второе. Вот и надеялся Уриэль, что эта область волшебства настолько недоисследована, что стоит только вонзить лопату в жирный чернозем и сразу наткнешься на клад.

К несчастью, оставался главный вопрос! А как исследовать-то? Их этому пока не учили… Да ладно, не учили, у него самого совершенно нет никаких идей. Вроде понятно куда можно ткнуться – вот гены, инструкции по которым работает каждый живой организм, вот эмбриональное развитие – ключевой этап формирования жизни, у тех, у кого оно вообще есть. На крайний случай аура – неизменный спутник любой жизни. Вопрос! Что ему со всем этим делать!? Уриэль не имел ни малейшего понятия…

Практика 1

В деревню под коротким и неблагозвучным названием Ират они дошли, когда солнце было в зените. На последних километрах пришлось свернуть с идеально ровной каменной дороги на узкую грунтовку, протянувшуюся между двух полей. Скоро стали встречаться отдельные хуторские жилища, и, наконец, место их практики – долгожданное село. Больше, чем представлял себе Уриэль, полторы сотни домов, расположенные на высоком холме. Снизу, с восточной стороны, расположился слегка заросший пруд. Дома стояли на трех изогнутых улицах, которые сходились в одну широкую площадь. С одной стороны, ее подпирало богатое, каменное двухэтажное строение, с другой, здоровенный дуб с каменной чашей между корней.

Собирая короткие поклоны от сельчан, маги пошли к площади, ожидая встретить там старосту или узнать о его местоположении. Так и произошло. Их уже ждала целая делегация, во главе с представительного вида мужиком. Внешность у него был слегка странноватой: полное, почти круглое лицо на худом теле. Длинные прямые волосы довершали нелепый образ. Поклонившись, он начал с приветствия.

– Ох, господа маги, мы уж вас заждались. Вы же еще вчера должны были прийти. Думали, вдруг что? Хотели уж посылать в эту вашу гильдию, спросить, чего, да как, хорошо Никт вас на дороге утром увидел и доложил! Ничего не случилось? – спросил он с участием.

– Нет, все в порядке. Практика только сегодня начинается, а у нас в городе дела были. – Уриэль решил взять ведущую роль на себя. Он не ожидал, что встреча начнется с допроса, однако, все отмазки были давно приготовлены.

– Сегодня, то сегодня, да день уже к концу подходит. – Его палец без труда нашел высоко в небе золотой кругляшек.

– Нам до солнца дела нет, была бы работа, а время найдется. Ну, показывайте, что тут у вас? Экскурсию проведете или сразу за дело? – Уриэль хотел закончить бессмысленные разговоры о их опоздании.

– Экскурсии?

– Э, обзор местности. Чтоб мы знали, что и где находится. – Маг сделал себе заметку на будущее – разговаривать попроще.

– Это можно. Пойдемте. – за короткое время, вокруг них уже собралась толпа. Кажется, каждый хотел посмотреть на живого мага.

– Это мой дом, – он указал на большое строение. – еще при деде выстроен. Вон тот – палец уперся в далекую, стоящую несколько отдельно хижину, – будет ваш. Бабы уже прибрались. В поля не пойдем, завтра сами посмотрите. Вон лес вдали, там стоянка охотников. Из пруда не пейте, в нем парша завелась. В пяти верстах на север речка. Колодец на западном склоне, но воду вам и сами принесем, чай не колдунское дело. Есть можете с моей семьей или вам отнесут. Принимать больных будете в своем доме, тех кто прийти может. Остальные в своих хатах, но их всего пара человек.

– А в каких сторонах два других села? – пребил маг жизни.

– А нет их уже, только мы остались. Расширяться будем в следующем году, уже тесно становилось. Как раз их земельку нам продали. Скинуться всей общиной пришлось!

– А они сами то куда делись? Неужто вымерли?

– Да, нет. Их отправили на заселение новых земель. Мы ж на севере каких-то кротов, говорят победили. Вот их отседова и сняли.

– Не кротов, а кортов. – Видя равнодушие в глазах слушателей, Уриэль осекся. – Неважно.

– Что-нибудь еще?

– Пока достаточно, если что, мы сами спросим. Тогда сейчас немного отдохнем, поедим и за работу. Или может где-то нужна срочная помощь? – Лишь сейчас Уриэль заметил, что его желудок буквально крутило от голода.

– Не нужна. Пойдемте тогда, будете моими гостями, как раз жена пирогов испекла, к вашему приходу.

– Э, да я думаю мы вас стеснять не будем, лучше отдельно пообедаем, заодно дом посмотрим.

– Как угодно.

Отворив дверь своего временного жилища, волшебники оказались в типичном сельском доме. Деревянный сруб приятно пах свежей древесиной, а каменная печь в одной из комнат дарила надежду на теплые ночи. Они заняли каждый по комнате, последняя, со столом посередине, осталась общей. Там и решили есть.

– Хорошо, что деревни расселили. Меньше работы. Неделя с небольшим и закончим. Остальное время полностью наше. Рыбу в речке половим, можем к охотникам напроситься, да просто отоспимся наконец. Не ради здоровья, а в удовольствие. Эх, чую от этих накрахмаленных постелей меня за уши не оттащат. – Делился планами маг жизни, запивая пирог с капустой, молоком.

– Согласен. Не понимаю, как такая накладка вообще могла получится?

– А, да в канцелярии опять всё перепутали! Пока там документы дойдут от военных до гражданских, потом от гражданских до наших магов – не один месяц пройдет. А люди уже того. Ладно, пошли что ли. – Он убрал жир с рук простенькими чарами. – А то правда не удобно получилось. Деревенские наверно часов с шести работают. А время уже к полудню. Ты как, со мной, или отдохнешь?

– С тобой! Не терпится посмотреть на работу великого мага жизни.

Быстро раскидав вещи по комнатам, волшебники пошли обратно. Выспросив текущее местоположение старосты, оперативно его нашли и Уриэль инициировал новый раунд переговоров.

– Давайте тогда начнем с алхимии, раз вы говорите, что ничего срочного нет. Отсортирую ваши зелья, сформируем новый заказ, проинспектируем запасы. Итак, где тут ваши запасы?

– В доме моем, где ж еще, господин. Пойдемте. – Тот кажется обрадовался представившейся возможности.

Жилище старосты, великаном возвышавшееся над остальными строениями не больно-то впечатляло колдунов, привыкших к размаху Академии. Просторная, чистая, светлая домина с десятком комнат на двух этажах, плюс глубокий сухой подвал, в котором и хранилась продукция знаменитых на весь мир акадских алхимиков. В плотном деревянном ящике на подложке из сена лежали ровные ряды подписанных склянок с разноцветными жидкостями. Уриэль достал свой, загодя принесенный, справочник и начал сверять номенклатуру. Затем чарами познания проверил сохранность зелий, прикинул в голове нужды сельчан, подбил дебет с кредитом и выдал свой вердикт.

– Значит так, те что у вас под номерами два, семнадцать и двадцать один нужно сдать обратно алхимикам. Либо брак, либо выветрились, хотя условия хранения у вас вроде бы правильные, не знаю. Я вам напишу экспертизу, их заменят бесплатно. С остальными все в порядке, но они не оптимальны, вы переплачиваете. Я еще не осматривал ваши угодья, но если состояние земель такое же, как и у тех полей, что вдоль дороги, то вам не нужны такие мощные удобрения. Скорее всего «Шпис Ультра» – Уриэль усмехнулся, произнося такое пафосное название. – вам без надобности. Оно нужно чтоб в пустыне пшеницу проращивать, а не здесь. Лучше заменить на продукцию «Мирк и Ко», вам с головой хватит, а дешевле в разы. Медицинский набор неплох, даже хорош для данной местности – маг красноречиво оглядел окружавший его подвал, – однако, ваши доходы не позволяют раскрыть его потенциал. Если городские лекари могут себе позволить так сильно диверсифицировать – Уриэль запнулся, видя глубокое непонимание на лице благодарного слушателя – Хм, ну разделять, что ли, или разнообразить свой ассортимент, кхм, зелья, свои зелья, да – С каждой секундой он запутывался все больше в сложных терминах при разговоре с простым человеком. – Короче, слишком много у вас узко направленных зелий. Такое по карману только городским лекарям и алхимикам. Из-за этого некоторые болезни и травмы у вас просто нечем лечить. Так понятно? – дождавшись кивка облегчения, он продолжил. – Так вот, недавно появилось неплохое зелье компании «Братья Ульф», сейчас найду название. – Он принялся вдумчиво листать свой справочник, поглядывая время от времени на страницу с содержанием. – Ага, «Морбис Беллум». Можно сказать, лекарство от всех болезней. Шучу, конечно. От многих. Но главное, что у них есть хорошая программа для таких деревень как ваша. – По крайней мере так было написано в обширной инструкции мага. Желая убедиться, что его рекомендации дойдут до адресата маг, быстро перенес всё на бумагу и протянул старосте. – Уяснили?

– Будет исполнено, господин! – сказал староста таким голосом, как будто прямо сейчас собирался бежать в город к алхимикам.

– Чего, исполнено-то? Это не приказ, а совет. Поступайте по своему разумению, чей деревня не моя, а ваша. Ладно, теперь к больным. Вы говорили о тех, кто сам прийти не может. Сегодня с ними разберемся. Завтра с остальными больными. А потом уже со скотиной, землей и прочим. Ну, веди!

– Может вас с сыном моим отправить, Деликом? Он всю округу как свои пять пальцев знает. Я всё же человек занятой… – Мужик гордо приосанился. Уриэль по своей конформистской природе думал сначала согласится, но вовремя остановился. Сын-то может и знает деревню не хуже отца, да совета от него не дождешься. Они ж сюда помогать направлены. Вдруг случай противоречивый подвернется или еще что? В инструкции описывались такие ситуации. Маг планировал всю ответственность в принятии решений благоразумно переложить на старосту.

– Успеете ещё делами заняться. Лечение процесс недолгий. Ведите! – скомандовал он. И только сейчас понял, что не знал имени своего проводника. – А звать вас как, кстати?

– Улот, господин. – сказал он со вздохом, означавшим смирение с нелегкой судьбой, и, напоследок, окинув ласковым взглядом пузатый кувшин, из которого явственно пахло брагой, вышел на улицу.

По утоптанной дороге они направились, через всю деревню, прямо в конец улицы. Уриэль, походя, глазел по сторонам. Село оказалось зажиточным. Никаких тебе покосившихся заборов, погорелых домов и сморщенных, синюшных стариков. Сквозь ограды он видел толпы играющих или помогающих старшим детей, взрослых, занятых работой, бездну скотины и птиц. Вся живность, от людей до котов и собак, непрерывно кричала, гудела и шумела, носясь по округе. На мага это оказывало положительное воздействие. Кипящая вокруг жизнь потихоньку стала вытеснять из его души книжную скуку. Волна радости и воодушевления подвигла его снять все личные заклинания, чтобы вздохнуть полной грудью свежий воздух, почувствовать на коже легкие прикосновения ветра и согревающие солнечные лучи. В очередной раз поддавшись эмоциональному порыву, он осознал, что допустил ошибку! На улице воняло так, что у него слезы из глаз полезли. Запах он узнал сразу, доводилось встречать, когда еще не был магом. Свежий куриный навоз! На фоне него, остальное зловоние, витавшая рядом, меркло. Светлые боги, за что? Быстро воссоздавая бастионы заклинаний, и в особенности, воздушный фильтр, он клял себя за импульсивность. Немного успокоившись он решил вызнать о своем первом пациенте.

– Улот, а к кому мы собственно идем? Что за болезнь и кого она поразила?

– А, старуха Элам занемогла. Откуда нам знать, чем, чай не колдуны. Лежит целыми днями в постели, больная вся. Старость! А нам за ней ухаживать не уперлось. Своих детей не родила, пользы никакой, одно ворчание.

– А что с детьми? – спросил темный маг.

– Смешная история! Значит первый ее суженный был городской. Писарь кажется. Лет пятьдесят назад, тогда еще старостой дед мой был. Так вот, только он ее к себе в город увез, чтоб там жениться – она обратно. Жениха ее, говорит в тюрьму посадили, а ждать она не хочет. Оно и понятно, свадьбы-то не было. Потом второй нарисовался, охотник из Терна, соседней деревни. Родители познакомились, свадьбу спланировали, неделя где-то оставалось. А охотника в лесу медведь возьми и задери! – Улот рассмеялся. – Затем третий – сын рыбака из далекой деревни, наши-то на нее уже косо смотрели… Познакомились, она ему и говорит: «ты до свадьбы никуда не выходи, сиди дома, обо мне думай!». Ну, тот послушал. Через пару недель узнали, что он так дома и сгорел! Такая проклятая баба и даром не нужна, вот ее никто и не взял в жены.

– А чего она не уехала подальше, где никто о ее «проклятье» не знает? – удивленно спросил Мунит.

– Так нет у нее ничего, на какие шиши уедешь? С пустыми руками смелость нужна, а она – трусиха! Да и кто б ее пустил, хороших мужиков гробить?

Логика старосты немало удивила Уриэля, но он решил не спорить, вопреки своему обыкновению. Тем более, что он уже видел ауру женщины, к которой они направлялись. Вообще, магам редко нужен прямой контакт со своей целью. Если объект находился в поле магического зрения, то нет абсолютно никакой разницы, на какой дистанции он находится – маг видел его идеально четко. Так же, расстояние не было проблемой и для заклинаний. Единственное исключение – непосредственное аурное воздействие, но необходимость его применения исключительно редка. Однако, инструкция советовала обратное. Ему рекомендовалось не только встречаться с больными, но и с умным видом водить над ними руками, по-разному создавая видимость активной деятельности. Что ж, он был не против небольшого спектакля, хотя диагноз поставил, не входя в помещение. Улот был прав – Элам, просто на просто, была стара. Разумеется, такого диагноза как «старость» не существует, как не бывает и смертей от «старости». Так просто называют огромное количество мелких нарушений в работе организма, приходящих с возрастом. Именно это он и наблюдал: измочаленная аура, в разрывах, трещинах и рубцах, больное сердце, истончившиеся кости, одряблевшие мышцы и вздувшиеся сосуды. Чары познания каждую секунду вспыхивали тревожностью, сообщая ему новые и новые неисправности в чужом организме.