Текст книги "Найти себя (СИ)"

Автор книги: Alex O`Timm

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)

Что самое интересное, кроме этой ладони, на скале, так ничего и не обнаружилось, то есть ни скважины для ключа, не кнопки или рычага. Мне вдруг подумалось, что все это напоминает не так давно просмотренный фильм, только что вышедший на экраны кинотеатров, с Арнольдом Шварценеггером в главной роли. Там его герой вспоминает о работе на Марсе, а после отправляется на это планету. В конце фильма он как раз нажимает на оттиск человеческой ладони. Здесь я увидел нечто подобное, кто знает, может когда-то и были подобные технологии. Во всяком случае, одно то, что ладонь появляется от потока света, уже говорит о многом.

Одним словом, я вложил повторно фонарик в найденную выемку, включил свет, и положил свою ладонь на появившийся рисунок. Вначале ничего не происходило, потом я попытался пошевелить рукой, и мне показалось, как что-то находящееся на моей руке, хотя я был твердо уверен, что на ней ничего быть не может, добралось до нужного места, и я почувствовал слабый укол. Вслед за этим услышал щелчок, и массивная каменная плита, как будто подалась в мою сторону, выдвинувшись из стены на несколько сантиметров.

Одновременно с этим, примерно в полуметре друг от друга на уровне моего пояса, в плите образовались два отверстия, вполне подходящие по размеру для того, чтобы вложить в них обе руки, и потянуть плиту на себя, открывая проход. Честно говоря, вкладывать в них руки было несколько боязно. Кто знает, вдруг там находится что-то убивающее любого постороннего, пытающегося проникнуть внутрь. Но любопытство было настолько сильным, что я пересилил себя. Потушив фонарь и подвесив его на пояс, вложил руки в эти отверстия и потянул плиту на себя. К моему удивлению, открылась она совершенно беззвучно, и достаточно легко. Выдвинувшись еще немного вперед, а затем отъехав в сторону.

Передо мною открылся зев достаточно большой пещеры, теряющейся где-то в темноте. Правда насколько она была глубока, не было видно, нашарив на поясе фонарь, включил его и перешагнул через порог. Стоило сделать всего пару шагов вглубь пещеры, как дверь, находящаяся позади меня вдруг сама собой, провернулась на скрытых петлях, и вход за моей спиной закрылся. Одновременно с этим вдруг зажглись многочисленные лампы расположенные под сводами пещеры, тут же послышался чей-то голос, произнесший несколько слов на странно звучавшем наречии, но тем не менее я прекрасно понял, что было сказано.

– Вот видишь! Я же говорил тебе, что по большому счету, ты уже стоишь у дверей этой пещеры. И вот ты здесь. А ведь прошло всего несколько минут!

В этот момент, меня скрутила адская боль, и я потерял сознание.

Глава 20

20

Я не знаю сколько прошло времени. Пара минут или целые сутки, хотя вряд ли именно столько. Очнулся все в той же пещере, привалившись спиной к стене. Хотя такой боли, что скрутила меня прямо на месте не было, но все же чувствовал я себя, неважно, поэтому, поднявшись со своего места, подхватил лежащий возле меня карабин, опираясь рукой о стену, добрался до выхода, открыл дверь и выбрался наружу. Прикрыв за собой вход в пещеру, осторожно спустился по каменному завалу, кое-как с частыми остановками добрался до своего фургона, влез в него, прикрыл за собой дверь, и не раздеваясь рухнул на диван, отправляясь в какое-то подобие сна или скорее бреда.

Последнее, наверное, будет самым правильным определением этого состояния. Я валялся на своем диване, а перед моими глазами мелькали кадры из жизни Семена Вагнера, вся его жизнь лежала передо мною как на ладони. С самого начала, точнее с первого воспоминания, того самого, когда он впервые назвал себя обозначив местоимением «Я». И все до самой последней мелочи, стояло перед моими глазами, порой вызывая боль, порой радость, а иногда и еле сдерживаемые слезы. Мысленно вместе с ним, я окончил десять классов школы имени Сабира Рахимова, честно говоря, даже не представлял, что нечто подобное имеется в городе, Профессиональное училище, и отправился служить в армию, принял на себя ту боль, и радость скорее даже не победы, а того, что он добился своего, и вырвал в тяжелейшей схватке право работать на грузовике. Потом службу в Южносибирске, демобилизацию, и первый брак, скандальный развод, жизнь на даче и найденные там чемоданы с деньгами и оружием.

В все это проносилось в моем сознании находя себе место в соответствующих местах моей памяти, и завершилось разговором с Буддой. И его слова, врезавшиеся в мою память

– Вот видишь! Я же говорил тебе, что по большому счету, ты уже стоишь у дверей этой пещеры. И вот ты здесь. А ведь прошло всего несколько минут!

По всему выходило, что я реинкарнация того самого парня, который никак не мог избавиться от пацанов-монахов, всюду сопровождающих его. И я просто не мог понять, как произошло то, что я являясь живым воплощением ушедшего на перерождение человека, чуть было не встретился с ним в реале. Это было просто невероятно.

Я провалялся в своем фургоне несколько суток. Разумеется, все это время, я не просто лежал пластом. Совсем нет, я готовил себе еду, занимался какими-то делами, однажды даже пришлось выслушивать очередной бред заехавшего ко мне полицейского, решившего попить за мой счет кофе, с рассказом о каком-то местном пьянчужке, который разбушевавшись, побил стекла в собственном доме, и теперь его семья, сидит в темноте, забив оконные проемы, чем только можно, только потому, что стекло нынче дорого, а на его замену нет денег. Я слушал этого человека, а у меня перед глазами мелькали сценки из жизни Семена Вагнера, который с некоторых пор, с легкой руки своего тестя превратился в Карла Беккера, получив почти тоже имя, что было у него во время переноса в 1939 год.

И сейчас вдруг получается, я фактически его реинкарнация, обладающая всей его памятью и опытом. Все это немного напрягало, но с другой стороны, где-то даже и радовало. Например, я точно помнил все весь порядок буквенно-цифрового счета и пароль вклада, находящегося в Британском банке HSBC в Гонконге. Кроме того, фактически именно мне принадлежал счет в немецком Дойче-Банке, на счетах которого находилась довольно крупная сумма в немецких марках. Конечно там имелись некоторые проблемы с подписью и документами, но я думаю вполне решаемые. Если хорошо потренироваться в подписи, вполне можно использовать пусть не всю сумму, что находится на счетах, но хотя бы часть ее.

Все это заставило задуматься и о будущем. Ведь по словам Будды, выходило, что добравшись до Пещерного храма, я вспомню все, что было со мной в прошлой жизни, то есть то, что происходило с Семеном Вагнером. Получу все его навыки, знания языков и тому подобное. Когда, мое сознание окончательно справилось с нахлынувшими воспоминаниями о прошлой жизни, я решил, что стоит посетить этот Пещерный Храм еще раз. Одно дело помнить о том, что там находится, и совсем другое, увидеть это собственными глазами и хотя бы потрогать все что там есть. Сборы были недолгими, единственное, что я с собой взял, так это карабин, и то, только из опасения встречи с каким-нибудь зверем, хотя и сомневался, что такая встреча произойдет. Они тоже умные, и ни за что не пойдут туда, где обитают люди. Разве что, оголодав до такой степени, что терять уже нечего. Но сейчас не разгар зимы, поэтому вряд ли такая встреча возможна.

Спокойно добрался до завала, поднялся на него, отрыл проход в пещеру и оказался внутри. Больше всего поразило то, что судя по моей памяти, храм, за время полувекового отсутствия пришел в полное запустение. За исключением двух помещений, того где хранились древние книги и продукты, завезенные сюда немцами, все находилось в плачевном состоянии. Сейчас же моим глазам предстал, полностью обновленный храм, в своем, можно сказать первозданном виде. Даже укрепленные на сводах пещеры лампы, тут же зажглись, освещая все окружающее меня пространство.

Установленная за ширмами аппаратура, смотрелась как новенькая, правда молчала, совершенно не реагируя на мои попытки запустить ее в работу. То есть питание отсутствовало. Похоже какой-то внутренний источник энергии осуществлял только работу освещения, но никак не радиоаппаратуры. Соседние комнаты тоже оказались в полном порядке. Заваленное льдом помещение с умывальником, душем и унитазом, сияло чистотой и красноватым отблеском полированного гранита. Стоило повернуть вентиль крана, как оттуда потекла чистейшая вода, взятая с одного из ручьев, стекающих с вершины горы, возле душевой секции, находился водонагревательный котел, с некоторым запасом дров возле него, говоря о том, что можно в любой момент согреть воду, и принять душ.

Вещи моего предшественника, были аккуратно сложены в деревянном шкафу, стоящем в жилой комнате, а все принадлежащие ему документы, в столешнице письменного стола. Больше всего я удивился тому, что, открыв принадлежащий Карлу Беккеру паспорт, увидел на фотографии, свое собственное изображение. Решив, что мне почудилось, достал права, и обнаружил тоже самое. Причем все это выглядело не как грубая подделка, а именно официальный документ.

Как же так, подумалось мне, ведь я же не однажды видел этого парня, пусть и с помощью бинокля, да и приезжающий ко мне полицейский, сразу же отметил бы наше сходство, едва увидев меня. Но ничего этого не произошло, и тут на тебе. Это смахивало на какую-то мистику. С другой стороны, здесь все казалось невероятным. Но вспомнив слова Будды, с которым я – бывший, имел беседу, о технологиях будущего, в общем-то все более или менее становилось на свои места.

– Это, как бы компенсация.

Неожиданно раздавшийся голос, заставил меня вздрогнуть и обернуться. Однако сколько бы я не пытался увидеть произнесшего эти слова, так никого и не обнаружил. Хотя мгновением спустя услышал этот голос вновь. Звук голоса разносящийся по пещере, жил как бы своей жизнью доносясь до меня отовсюду, но его источник определить было невозможно.

– Я, просто подумал о том, что, наверное, следовало бы дать какой-то знак, или намек на то, что начало испытание, сопровождается перерождением, причем отложить его не получится. Ведь до появления твоего предшественника, испытание начинали люди довольно серьезного возраста, и возможность возродиться в новом теле и начать новую жизнь, большей частью воспринималось ими скорее, как благо. А тут получилось, что человек ушел из жизни в самый разгар, считай молодости. Что такое тридцать лет? Вот я и подумал, что ты – это фактически он, его реинкарнация. Ну и решил, пусть это самое малое, что я могу предложить, послужит и приемнику. То есть тебе.

В Германию, во всяком случае в тот городок, где находится дом Карла Беккера, ехать тебе конечно не стоит. Все-таки и ростом подкачал, да и не похож на него. Во всем остальном, можешь пользоваться его документами, счетами в полной мере. Никто не скажет, ни дурного слова, и не решит, что ты подделал документы, чтобы завладеть состоянием Карла. Которое кстати не такое уж и большое, хотя и вполне приличное. Вот в общем-то и все, что я хотел донести до тебя.

– Кстати, не удивляйчя когда окажется, что и твой грузовик, оформлен на новое имя. А, то что-то не внушат мне доверие эта китайская поделка с видом на жительство, да и советские номера на грузовике, тоже смотрятся, как-то чуждо. Все-таки немецкие номера вызывают большее уважение. Хотя если ты планировал остаться в Китае?

– Не уверен, скорее добраться до Гонконга, раз уж тот счет с некоторых пор моя собственность.

– Это правильное решение. И чем быстрее ты это сделаешь, тем лучше. Дело в том, что с некоторых пор этот банк прекратил оформлять новые номерные счета, но пока еще переоформляет созданные ранее. Кстати хочу добавить к вышесказанному. Если решишь воспользоваться имеющимися здесь продуктами, считай, что срок их годности начинается с того момента, как они покинут этот Храм. Пусть это будет тебе божественным благословлением, хотя, как ты знаешь бога, в понимании буддистов, не существует, но все-таки. Но все же, я бы посоветовал не забирать все. Вдруг ты, или тот кто придеь за тобой, будет нуждаться в пище.

К чему это было сказано, я не совсем понял, хотя, увидев банки с тушенкой образца начала века, до меня дошло, о чем вещал этот голос. В памяти предшественника сохранилось восхищение от кофе находящегося здесь, и мне сразу же захотелось его попробовать. Правда желания оставаться здесь и дальше, почему-то исчезло, стоило услышать все то, что как казалось высшей сущности, я должен был знать. Оружие, как таковое, в отличии от своего предшественника, меня не слишком интересовало. Разве что, вспомнив о нем, добрался до одного из немецких карабинов, и снял с него оптический прицел. И планку, на котором он крепился к винтовке, с надеждой установить на свой СКС, ну и не побрезговал легендарным маузером С-96, в очередной раз удивившись, увидев, что странная конструкция, с которой ходил Карл по округе, не что иное как именно он самый, только пристегнутый к кобуре. К тому же выяснилось, что этот пистолет оформлен вполне официально как охотничий карабин, еще в Германии, и привезен сюда. Другими словами, я могу совершенно официально вывезти его куда-то еще. Мне показалось что лишним это не будет, к тому же и с патронами был полный порядок. Так что забрал его с собой.

Немецкий «Шмассер» МП-38, как его называли в советских фильмах про войну. Подержал в руках и брезгливо отшвырнул в сторону. Может он и был неплохим оружием. Но воспринимался мною, как фашистское оружие убийства, и даже касаться его было неприятно. Больше, собственно брать здесь было нечего. Одежда моего предшественника в любом случае, не подходила мне по размерам, да и хватало своей. Может я и загляну сюда, чуть позже, а пока взяв все, что мне было нужно, покинул храм перенеся все в свой грузовик.

Разложив все по местам, чтобы не бросалось в глаза. Спрятав по глубже не нужные сейчас справки и документы, заварил кофе, который действительно показался мне очень вкусным. И решил, что с этого дня буду пить только его, а перед отъездом обязательно загляну в Пещерный Храм, чтобы пополнить свои запасы. Снятый мною оптический прицел, так и не встал, на полагавшееся ему место. Ну, да я не великий оружейник, и поэтому, не слишком расстроившись, решил отложить это дело до будущего, и показать свой карабин специалисту, который наверняка предложит, как все это состыковать между собой.

Честно говоря, после посещения пещеры, и воссоединения с памятью своего предшественника, все желание оставаться здесь и дальше, сошло на нет. Тем более, что какое-то количество драгоценного металла, у меня уже было в наличии, кроме того, откуда ни возьмись, появилось наследство, в виде счета в немецком банке на сумму, более ста тысяч немецких марок, плюс некая сумма в Британском HSBC в Гонконге. Конечно доберусь я туда еще не скоро, но так или иначе, деньги у меня есть, и сидеть здесь без дела не слишком охота. Хотя с другой стороны, страж порядка пообещал, что через пару недель появятся первые ласточки, в смысле – туристы. Поэтому, торопиться не стоит.

Я просидел на своем месте, еще около месяца. Не скажу, что прямо не было отбоя от клиентов, все-таки большую часть товара покупали в деревне, или привозили с собой. Ко мне заходили, разве что для того, чтобы выпить чашку кофе, или слегка перекусить перед восхождением. Ну и разумеется офицерские сухие пайки, тоже пользовались спросом. Но опять же особого ажиотажа на них не было. Довольно быстро разошлись сигареты. Но это был для меня, как бы попутный товар, и я не задирал на них цены, может поэтому их и раскупили довольно быстро.

Некоторая помощь в торговле, пришла, как ни странно от местного настоятеля. Однажды он прибыл ко мне в фургон, вместе со стражем порядка, который выступал, скорее в качестве переводчика, и пожаловался на то, что из-за поломки вертолета, который обеспечивал доставку продуктов питания в монастырь, довольно скоро придется сильно урезать продовольственную норму. Хотя что там урезать дети, итак живут считай впроголодь.

Честно говоря, я не замечал или скорее не обращал на это внимание, но вдруг выяснилось, что в местном монастыре живут не только мальчики, но и имеется довольно много детей противоположного пола. Просто местный монастырь, скорее выступает в роли школы-интерната для малоимущих детей, нежели в качестве обители верующих. То есть разумеется помимо обычных школьных предметов изучаются и постулаты Буддизма, но в основном даются начальные знания. То есть учат: читать, считать, писать. А то, что я не замечал девочек среди пацанов, так собственно одежда у всех одинаковая, стрижка, тоже под ноль. Все-таки организовать полноценное омовение, когда круглый год за окнами температура ниже нуля, достаточно сложно. Да и девочки редко покидают стены монастыря, занимаясь обычными для их пола, делами. То есть наводят порядок, занимаются приготовлением пищи и всего остального.

Прибывший с ним полицейский, вступив в разговор, попросил меня, если это возможно, уступить несколько ящиков продовольствия, в помощь монастырю.

– Вы не думайте. – Произнес настоятель, – Я не прошу, чтобы вы подарили нам эту еду. У монастыря есть деньги, пусть и не такие большие как бы хотелось, но мы готовы оплатить это продовольствие, или хотя бы часть его.

Честно говоря, я уже не находил себе места от нетерпения. Основной груз, который я брал с собой в дорогу, уже был мною съеден, и большая часть товара, предназначенного для продажи, нашла своего покупателя. Да и по большому счету, я уже пребывал в небольшом плюсе. То есть несмотря на то, что как минимум с десяток ящиков пайков еще находились в фургоне, за счет остального товара, я почти оправдал свою поездку сюда. Поэтому подумав произнес.

– Я прекрасно понимаю ваше положение, и потому могу предложить следующее. У меня, на данный момент, имеются в наличии около десятка ящиков с армейским сухим пайком. Если вас устроит это, готов пожертвовать его на нужды монастыря.

– Нот я же предложил вам выкупить его, может вы меня неправильно поняли?

– Я все правильно понял, просто, во-первых, я не могу позволить себе наживаться на детях, а во-вторых, этому есть и другая причина. Дело в том, что срок хранения этих продуктов, уже подошел к концу, и мне бы не хотелось продавать вам просроченные продукты. Хотя, честно говоря, я сам неоднократно употреблял их в пищу, и не могу сказать, что их вкус, как-то изменился.

– Это не страшно. – Произнес настоятель. – Армейские нормы сильно отличаются от гражданских, я с удовольствием приму ваше пожертвование храму.

– У меня есть еще кое-что, что поможет вам выжить в наше трудное время. Разумеется, если вам это нужно.

– Что вы имеете ввиду?

– Я по образованию геолог, и примерно в пяти километрах от места моей стоянки, имеются небольшие залежи коксующихся углей. Я не скажу, что это идеальное топливо, потому как, этот уголь больше предназначен для плавки металла, но если употреблять его с некоторой осторожностью, то вполне подойдет и для обогрева жилища.

– Что вы имеете ввиду, под осторожностью?

– Во-первых, его достаточно трудно разжечь. Потребуется несколько больше дров, чем обычно. Но осторожность заключается в том, что температура горения этих углей несколько выше длиннопламенных. И если засыпать много, то при горении они могут расплавить чугунные колосники. Но это же даст и лишнее тепло в доме. Если вам это интересно, я могу проводить того человека, которого вы мне покажете, до найденного месторождения. Кроме того, учитывая то, что я не собираюсь здесь надолго задерживаться, готов подарить храму так же и некоторый запас имеющихся у меня дров.

Одним словом, расстались мы можно сказать друзьями. Хотя честно говоря возвращаться сюда еще раз, я не собирался, разве что появлюсь при очередном перерождении, но честно говоря, несмотря на принятую от моего предшественника память, до сих пор не слишком верил в то, что являюсь реинкарнацией Семена Вагнера. Хотя все документы, перешедшие от него ко мне, утверждали обратное.

Так или иначе, после передачи оставшихся продуктов, я собрал все свои вещи, навел небольшой порядок в округе, чтобы никто не догадался о том, чем на самом деле я занимался все это время, и отправился вниз по ущелью вдоль реки Тамор, в сторону городка Фанглинг. Обратный путь оказался намного легче, и поэтому если на дорогу к деревне, я затратил почти двое суток, то обратно доехал за двенадцать часов, почти без остановок.