Текст книги "Всполохи на камне (СИ)"

Автор книги: Зинаида Соколова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

23. Лия

Дни пролетали быстро, я вникала в работу, отец терпеливо объяснял что к чему и возил меня по объектам. В выходные я была с мамой в санатории и мы много разговаривали, гуляли.

Алёна со мной не общалась, кроме приветствия утром, но меня это только радовало. Мне эта женщина была неприятна и я её тоже явно напрягала. Мы держали нейтралитет.

За последние полторы недели отец ни разу не упоминал о своем предложении по поводу работы с Петром. И я уже начала успокаиваться. И сегодняшнее утро было очень добрым, пока я не услышала знакомый голос.

– Так-так, девочка трудится. Похвально.

Пётр на коляске проехал в кабинет и затормозил напротив меня, а я сегодня расположилась с ноутбуком в кресле у небольшого столика. Пила кофе и пыталась вникнуть в документы, которые дал изучать отец.

От неожиданности я словно онемела и застыла, глядя на мужчину напротив. Пётр выглядел гораздо лучше, чем в последнюю нашу встречу. Я знала, что он уже работает, но до сего момента не сталкивалась с ним, хотя его офис находится в одном здании с фирмой отца.

Пётр был одет в джинсы и мягкий голубой пуловер. Сочетание с голубыми глазами было просто невероятное. Я с трудом оторвала взгляд от лица мужчины и опустила его ниже, меня привлек предмет на коленях. Складная трость!

– Вы уже ходите? – воскликнула.

Пётр тоже посмотрел на трость.

– Нет. – он как-то хмуро отозвался на вопрос. – Это пока для дверей. – я непонимающе подняла брови. – Придерживаю двери, пока заезжаю в помещение, или выезжаю. Оказывается наши офисы малоприспособлены для неходячих.

Я не знала, что ответить на эту информацию, но чувствовала себя так, словно сама и виновата в неудобствах офисных кабинетов. Пётр же продолжал спокойно рассматривать меня, совершенно не стесняясь останавливать взгляд на губах, груди и коленях.

– У меня испачкано лицо? Или я облила чем-то платье? – воинственно проговорила я, краснея с головы до пят.

Мужчина тут же метнул взгляд вверх, голубые льдинки блеснули смехом, когда он увидел мои пунцовые щёки.

– Она ещё и скромница. – усмехнулся Пётр. – Для работы со мной это только минус.

– Для работы… с вами? – растерянно пролепетала я.

– Идея бредовая, но отец просил меня помочь, а я редко отказываю ему. К сожалению, именно сейчас отказать не могу. Да и помощь взаимовыгодна. – мужчина ловко передвигался по кабинету на коляске, маневрируя между столами и стульями.

Я ошарашено наблюдала за Петром и лихорадочно соображала, что мне делать. Отец меня никак не предупредил, что я начинаю работать с Петром. Да и наш разговор был не окончательным решением. Не понимаю, что такого случилось, что бы так торопиться.

– Андрей Николаевич не предупредил, что вопрос с моей работой решен… – неуверенно пытаюсь выяснить, что случилось и почему такая спешка.

– Моя помощница попала в больницу и поэтому я вынужден ответить отцу согласием на его просьбу ввести тебя в курс дел, как строится взаимодействие наших компаний. – Пётр терпеливо объяснял. – Возиться мне некогда с тобой, поэтому будешь вникать во все по ходу работы. Поднимай свою милую задницу и вперёд, за мной!

Милую задницу⁈ Я хватаю ртом воздух, не зная, как реагировать и что отвечать на этот приказной тон и фразу про мой… зад. Но, почему-то руки начинают складывать ноутбук, а ноги несут меня за мужчиной на коляске, который уже выруливает в коридор.

Я молча следую за Петром и через пять минут мы уже оказываемся в другом крыле здания, в кабинете руководителя. Петра Андреевича Петровского.

– Итак, расписание в компьютере, почта там же, пачка бумаг на столе – разобрать и оставить только важное. Через два часа общее собрание начальников отделов. Подготовь зал для этого. Будут презентации – настрой ноутбук и проектор. Не забудь отправить напоминание участникам совещания, не терплю опозданий. – Петр ловко открыл дверь тростью. – На все даю тебе час. После жду у себя. Дела не ждут.

Дела? А все, что он наговорил до этого – не дела⁈ Теперь понятно, почему помощница попала в больницу. Пару секунд обвожу кабинет взглядом. Безликая серая мебель, белые стены, помещение без малейшего намека на уют! Подхожу к столу с компьютером, двигаю мышкой и экран загорается.

Сажусь в кресло и осматриваю стол. Кроме пачки бумаг в серой папке, на столе нет ничего, даже карандаш не нарушает это серо-белое уныние. Задумываюсь о том, чтобы позвонить отцу, уточнить про моё внезапное назначение на должность помощницы Петра, но потом решаю этого не делать.

У меня час и я очень хочу успеть. Меня задело отношение ко мне, как к никчемной сотруднице, которую навязали в помощники к великому специалисту.

Последующие шестьдесят минут я практически пашу, как трактор, делаю всё быстро, без пауз. Надо отдать должное болеющей предшественнице – порядок в компьютере идеальный, все понятно с первого взгляда.

Зал подготовила за пять минут, ноутбук было достаточно включить и он сам нашел проектор и вывел пробную картинку. Мне осталось разложить бумагу и карандаши, расставить воду и отрегулировать кондиционер – в зале было душновато.

Письмо-напоминание отправила сразу, как открыла компьютер, папку с бумагами разбирала долго, это оказалось непросто, так как приходилось вчитываться и пытаться понять, что с этим документом делать. Тридцать минут у меня это заняло.

Электронная почта была не так многочисленна, и мне хватило десяти минут, чтобы ее разобрать, и ровно за пять минут до конца обозначенного мне часа, я постучала в кабинет Петра Андреевича.

В ответ тишина. Постучала ещё, опять тихо. Тихонько приоткрываю дверь и заглядываю внутрь. Картина мне открывается неожиданная. Пётр спит.

24. Пётр

Я был счастлив от того, что работаю полноценно, однако, мой организм иногда выкидывал фокусы в ответ на нагрузку. Сил было много, но недостаточно, чтобы хватало на работу без выходных и допоздна.

Моя помощница, Елена, очень меня подвела – забеременела без разрешения. Ведь прекрасно работала, я даже не понимаю, когда она смогла залететь, у нее и времени не было на это. И вот у неё токсикоз и низкое давление. И она ушла на больничный. Впервые за пять лет работы со мной.

А я остался без правой руки, которая с полувзгляда понимала мои требования, да и мысли тоже. У меня были планы взять на её место одного из новых сотрудников отдела кадров, но позвонил отец с просьбой подумать о том, чтобы ввести в курс дел его дочь. Драгоценную Лию.

Придумывать что-то для комфорта новоявленной наследницы у меня и в мыслях не было, но отказать Петровскому не мог. И тут ситуация сама подсказала, как мне поступить. Проведу экспресс ознакомление новой родственницы, погружу ее в настоящее дело так, что сама убежит.

Меня разбудило моё имя, которое настойчиво повторяли мне на ухо. Открываю глаза и сразу ощущаю запах свежесрезанного кофе. А слева от меня стоит Лия, которая и разбудила меня, повторяя моё имя. Увидев, что я открыл глаза, она обошла стол и стала напротив меня.

– Петр Андреевич, до совещания осталось пятнадцать минут. У вас есть время выпить кофе и просмотреть почту. – Лия подвинула через стол серую папку. – Зал готов.

Я, вероятно, уснул довольно давно, так как ощущал себя гораздо бодрее. Гребаная авария! Чувствую себя старым дедом, засыпающим уже после завтрака. Все, хватит. Выпрямляюсь в кресле и хмурю брови, берясь за чашку с кофе.

– Значит, смогла уложиться только в час сорок пять минут? – отхлебываю бодрящую жидкость.

– Мне потребовалось меньше часа на исполнение ваших указаний, – спокойно поговорила Лия, – а в оставшееся время я охраняла ваш сон от посетителей и телефонных звонков.

– Сама добродетель! – я опять злился и ничего с этим поделать не мог. – Вы должны были мне доложить о посетителях! Здесь не больница, а вы похоже все еще чувствуете себя санитаркой.

Лия выпрямилась, глаза блеснули. Я ожидал, что сейчас польются слезы, но нет, девушка вновь меня удивила.

– Я была в реанимации и видела, насколько серьезно вы пострадали, поэтому и решила дать вам отдохнуть, когда увидела спящим. Вы явно изводите себя работой, и внезапное засыпание среди дня этому подтверждение. – Лия сердито понизила голос. – Если вы и дальше будете продолжать разбор ситуации со сном, то не успеете на совещание, которое сами и собрали.

Лия замолчала и просто смотрела на папку у меня в руках, ожидая ответа на свою отповедь. Я выдохнул и резко развернул кресло в сторону зала для совещаний.

– Идем, мать Тереза! Будешь вникать в работу.

В зале для совещаний уже были все начальники отделов. Лия следовала за мной. Сегодня главным был вопрос покупки акций компании, которая вела проектные работы в двух больших городах соседнего региона. Я хочу расширяться, это моя цель на ближайшие пару лет, а лучше на год.

Пока я болел, эта работа буксовала, но теперь я готов действовать решительно и даже рисковать. Осталось организовать процесс.

– Здравствуйте! – я подъехал к столу и осмотрел всех присутствующих, остановил взгляд на Лие, севшей за стол у стены. – Сообщаю вам, что в ближайшие пару недель функции моей помощницы выполняет Лия Андреевна.

Двенадцать мужчин одновременно посмотрели в сторону девушки и мне стало не очень комфортно, словно они посмели разглядывать нечто важное для меня. Странное ощущение.

– Каретников, ты готов? – я остановил этот затянувшийся процесс рассматривания Лии.

Мужчина дернулся и посмотрел на меня.

– Да. – звонко ответил.

Загляделся, паразит. Ну, посмотрим, как справится с докладом, наверняка вся кровь от головы отлила вниз.

Последующие полтора часа работа кипит. Обсуждение было бурным и, иногда, даже грубым. Лия сидела за ноутбуком и едва поспевала менять картинки презентаций, не раз приходилось листать обратно, искать информацию в других файлах.

Я ни на секунду не терял нить беседы, но успевал заметить, как напряжен был профиль девушки. Она явно очень нервничала, часто закусывала нижнюю губу и хмурила бровки. Волосы Лия заколола и мне был отлично виден точечный изгиб шеи и изящного подбородка. Хороша, куколка. Я могу понять Каретникова, который открыто пустил слюни на эту лакомую конфетку.

– Таким образом, у нас нет возможности получить контрольный пакет акций без некоторого давления. – закончил докладчик.

– Давление обеспечит Иван Каретников. – я решил поручить важную командировку этому прыткому парню. – Мне нужен результат через неделю. Сегодня же выезжай на переговоры.

Изначально я хотел отправить Давыдова, но сейчас на ходу поменял решение, чем вызвал удивление Каретникова. Он был ещё птенцом по сравнению с другими, но мне, почему-то, захотелось, чтобы он исчез, пока Лия будет работать у меня. И отправил его подальше.

Я тряхнул головой и продолжил отдавать указания, коих было немало, но краем глаза опять пытался проследить за новой помощницей. Это уже было ненормально. Черт побери, с Леной таких проблем не было! Я и смотрел на нее, если только она умудрялась стать на моем пути.

– Все! В пятницу жду всех по одному с отчетами. – я развернул кресло в сторону помощницы. – Лия Андреевна, составьте расписание и вышлите всем по почте. – и, не оборачиваясь, поехал к выходу.

Уже у двери кабинета Лия догнала меня.

– Петр Андреевич… – услышал я рядом.

– Лия, закажите нам обед, дел много и гулять по кафе некогда! – не желая слушать, что хочет сказать эта похитительница моих нервов, я быстро скрылся в кабинете.

25. Лия

Столько адреналина мой организм за всю жизнь не вырабатывал. Даже экзамены и защита диплома так меня не напрягали. А это просто совещание. Мозг кипел, я пыталась не ошибиться, не перепутать ничего. Все в новинку, все малознакомо, а тут ещё целый отряд мужиков пялится на меня, во главе с новоявленным начальником.

Его взгляд прожигал меня, мешая сосредоточиться на слайдах презентации. Не зря я не хотела работать с Петром, не зря. От него так и веет раздражением, недовольством и даже ненавистью. Когда совещание закончилась, я хотела поговорить с Петром о том, что не буду работать с ним. Даже начала разговор, но он перебил и отправил меня заказывать обед.

Перечить Петровскому у меня получалось плохо и я решила, что завтра просто останусь дома и на этом завершу всю эту ситуацию. С этими мыслями я сидела за компьютером и разбирала очередную порцию почты.

– Лия? Ты здесь? – рядом раздался голос старшего Петровского.

Я вздрогнула от неожиданности и встала.

– Ой, я не ожидала вас увидеть! – мне было как-то неудобно, неловко, непонятно почему.

– Да и я тоже. – отец улыбался. – Значит вы с Петром договорились?

– Договорились? О чём? – я была в недоумении.

– Я просил его помочь, найти возможность ввести тебя в курс дела. – Андрей Николаевич говорил с воодушевлением. – Знаю, что ты просила меня не отправлять тебя сюда. Но ты уже здесь. Ты согласилась на предложение Петра?

– Я попробовала сегодня… – сама не понимала, почему я согласилась, – Петру сложно отказать и вот я здесь… но… только сегодня, наверное. – промямлила я и снова села на стул.

Отец нахмурился и наклонился ко мне.

– Он обидел тебя, Лия? Что случилось?

Я замотала головой, краем глаза глядя, не открывается или дверь кабинета.

– Обидел? Нет… не знаю, – совсем растерялась, – он со всеми такой… жёсткий, злой что-ли…мне кажется, что я не смогу справиться со всем… соответствовать… – окончательно смутилась и опустила голову.

Отец взял меня за руку и другой рукой приподнял мой подбородок, чтобы посмотреть в глаза.

– Лия, милая моя девочка, если ты так считаешь, то можешь прямо сейчас уйти отсюда, не смей думать, что я заставляю тебя. Мне важно, чтобы тебе было хорошо! Хочешь заняться чем-то ещё – пожалуйста! – Петровский так тепло на меня смотрел, так искренне говорил, что мне стало… стыдно.

Куча людей мечтает получить такую работу, такой опыт, и я мечтала работать по-настоящему, учась и преодолевая трудности, а сейчас расклеилась, испугалась. Чего? Кого? Тут мне было понятно – Петра. Но сказать об этом я не могла, тогда нужно признаться в подробностях нашего знакомства с Петром, а мне не хотелось расстраивать отца и вносить раздор между мужчинами…

Пётр очень сильный человек, властный, жёсткий, даже грубый и я ничего изменить не смогу, а разборки мне не нужны. И я приняла для себя решение.

– Спасибо вам…тебе, – замолчала на пару секунд, – давай я поработаю неделю и тогда решу, оставаться мне здесь или нет? Хорошо? – вот и подписалась не недельный стресс.

– Лия, ты сама решай. Можешь в любой день уйти, хорошо?

– Хорошо! – мне стало легче от того, что сказал отец. И я еще чувствовала себя немного задетой собственной слабостью. Мне захотелось доказать себе, что я могу справиться, что я сильная, хотя и… боюсь.

Отец ушел к Петру и они проговорили почти час, меня никто не беспокоил и я быстро справилась с письмами и расписанием для начальников отделов. Петровский старший ушёл и я, наконец, отправила документы по электронке и направилась с бумажной почтой в кабинет к Петру Андреевичу, моему начальнику на ближайшие семь дней, как минимум.

Я несколько раз активно вдохнула, выдохнула и постучала в дверь. Тишина. Я в недоумении уставилась на дорогую деревянную поверхность перед глазами. И что мне делать? Постучала ещё. Опять тишина. Может он опять спит?

Решила посмотреть, несмотря на то, что могу получить за это порцию грубости. А вдруг ему плохо там, всё-таки у него недавно было сильное сотрясение мозга. Тихонько открываю дверь, в кабинете никого. Значит он или в зале для совещаний, или в смежной с кабинетом комнате. Я успела заметить, что там вполне себе домашняя обстановка – кровать, диван, плазма на стене, есть санузел.

Пока раздумываю, куда мне направиться сначала, я слышу приглушённый голос Петра, а потом звук бьющегося стекла. Звуки идут явно из смежной комнаты.

Складываю бумаги на стол и уверенно шагаю туда. Стучу в дверь и в ответ слышу знакомый недовольный голос.

– Кто там, черт побери⁈

– Это Лия. Пётр Андреевич с вами все в порядке?

В ответ пыхтение и сопение. Странно.

– Петр Андреевич, можно мне войти?

Снова тишина, но потом я получаю ответ.

– Да войди ты уже!! – опять пыхтение.

Я захожу и вижу посреди комнаты пустую коляску Петра, а дверь в санузел приоткрыта и в проеме, на полу лежит… голова хозяина этого жилища. Вернее, я вижу только темные волосы и… глаза, которые смотрят на меня испепеляюще.

– Что ты замерла⁈ – узнаю знакомую интонацию, значит цел мой начальник.

Быстро подхожу к двери и открываю ее шире и замираю. Пётр лежит на полу… в трусах.

– Лия, ты будешь меня разглядывать или все таки поможешь встать? – снизу раздается голос.

Я перевожу взгляд на лицо мужчины, что весьма непросто. Почти два метра мускулов в боксерах меня, мягко говоря, впечатлили. Мои щеки тут же запылали, сказался таки малый опыт общения с обнаженными мужчинами, вернее его отсутствие.

– Лия, очнись и подгони сюда коляску!

Отмираю и в два шага оказываюсь в комнате, подтаскиваю чудо техники к двери и не знаю, что делать дальше.

– Я довольно тяжёлый, но если ты поможешь мне перевернуться, то я смогу взгромоздится в это чертово кресло! Возьми меня за руку, Лия. – Пётр протягивает мне руку и я, наконец, окончательно прихожу в себя и мы начинаем, очень даже слаженную, операцию по подъему начальника с пола.

Я подхватываю Петра Андреевича под руку и приобнимаю за бок, чтобы помочь ему подтянуться в кресло, а он, хоть и опирается на меня, все же старается на меня сильно не давить.

Под моими руками горячая и, почему-то, влажная кожа, а также совершенно каменные мускулы, в нос ударяет цитрусовый запах. Это рождает очень странные ощущения в голове, в теле. Мысленно приказываю себе сосредоточиться на деле, а не на… теле.

Кряхтим, пыхтим, но мы справляемся. Пётр снова сидит в коляске. А я замечаю, что на стуле у двери лежит рубашка и брюки.

– Что случилось? Почему вы решили мыться среди бела дня? – удивленно спрашиваю.

– Я занимаюсь для восстановления после аварии, – сообщает мужчина, – и спокойно принимал душ каждый раз, но сегодня поскользнулся и вот…

Опускаю взгляд и вижу ссадины на колене Петра. И ещё вижу, что мужчина передо мной крупный… везде.

– Врача вызвать? – обеспокоенно спрашиваю.

– Ссадины обработать? – ухмыляется мужчина в трусах, проследив за моим взглядом.

– Посмотреть не повредили ли что-нибудь, когда падали! – восклицаю возмущенно.

– Я успел сгруппироваться и упал на здоровую половину тела. Так что, все важные органы целы. – отвечает Пётр и направляет свою коляску к стулу с вещами.

26. Пётр

Это просто анекдот! Завалился в душе, как мешок с картошкой! Пытался доползти до коляски или, хотя бы, до кровати, но Лия опередила. Зашла и уставилась на меня, как на манекен в магазине.

Её ножки перед моим носом тоже не остались без внимания, но уже моего, непроизвольно наслаждался видом снизу, а эта обеспокоенная моим состоянием кукла и не заметила ничего такого.

Она сама таращилась на тело на полу, краснела и сердилась за это на саму себя. Тут я солидарен с ней – она тоже меня выводит из равновесия. Кроме очевидных естественных причин, связанных с гормонами, меня изначально что-то раздражало в этой милой и скромной девочке.

Она как вызов, как упрёк моему мужскому началу, циничному и непримиримому. А потом, когда я узнал о том, что Лия ещё имеет отношение к нашей семье, меня уже совсем расколбасило.

Она не знает, что косвенно виновата в гибели другого человека, очень для меня дорогого, и в том, что семья моя разлетелась на части после этого. Умом понимаю, что нелогично наказывать девчонку, но злость и гнев берут верх.

Не может она быть невинной овечкой, за всеми этими большими глазками и красными щёчками скрывается обыкновенная человеческая самка, как и все подобные, охочая до денег и удовольствий.

Вся моя жизнь, мой опыт это доказывают, исключений не встречал. Разница только в объемах желаемого и только. А я, как мазохист ещё и в помощницы Лию взял. С момента, как очнулся в реанимации, я веду себя как-то нелогично, раздражаюсь, потом жалею об этом, потом жалею, что проявил слабость. И так по кругу.

Работа помогает прочистить мозги и я взялся за неё с огромным энтузиазмом, но, похоже, не все так просто. Кризис средних лет у меня что ли? Всё не в радость, все не так.

С этими мыслями я оделся и вновь выкатился в кабинет, хватит мозг себе кипятить, пора действовать.

– Привет Василий! – я набрал своему другу ещё по университету. – Помощь твоя нужна. Заехать сможешь сегодня?

– Здорово Петь, чего случилось? – друг взволнованно прогудел в трубку.

– Случилось невероятное и нужно проверить, так ли это в действительности. – я не хотел по телефону обсуждать свой план.

– Ты встретился с пришельцами⁈ – загоготал Вася.

– Можно и так сказать.

– Ладно, заинтриговал, заеду сегодня!

– Хорошо, жду. – выдохнул я и положил трубку.

Идея пришла мне в голову только что, но я решил сразу ее опробовать. Посмотрим, что получится.

На столе лежит кипа бумаг, которые принесла Лия, а также готовое расписание. Документы рассортированы и сложены по темам и важности. Хм, девчонка-то имеет хоть и небольшой, но мозг, и явно неплохо училась.

– Ладно, пусть живёт, есть ее сегодня не буду, – усмехаясь, проговорил я вслух сам себе, – волк сегодня добрый. А вот завтра… посмотрим.

Просмотрев документы, решаю выехать из кабинета. В приемной Лии нет. Я уже хватаюсь за телефон, чтобы выяснить, куда она запропастилась, когда в следующую секунду моя временная помощница появляется в дверях.

– Интересно, где же гуляла моя помощница? – язвлю просто автоматически.

Лия замирает на секунду, а потом спокойно подходит к своему столу и кладет на него стопку папок, которые она принесла. Потом поворачивается ко мне.

– Петр Андреевич, меня вызвали в отдел кадров по поводу оформления меня в ваши помощницы на период болезни Елены. Это во-первых. – Лия делает шаг в мою сторону и слегка наклоняется ко мне. – А во-вторых, я принесла документы, которые вы запрашивали в отделе. И в-третьих, у меня обед! – завершает речь боевой воробышек, сверкая глазами.

– У моей помощницы график плавающий, поэтому и… – начинаю внушение.

– И поэтому Лена ушла на больничный! – заканчивает фразу Лия.

Я молча смотрю на эту пигалицу. Роста – чуть больше полутора метров, работает у меня едва ли три часа, а уже бунт пытается устраивать. И мне вспомнился момент, когда меня увозили из той районной больницы. Лия невольно проводила меня тогда, стоя у двери приемного покоя.

Я помню свою реакцию на эту девчонку, помню её ножки, волосы, фигурку. Сейчас Лия одета куда лучше, хотя и совсем скромно для возможностей ее отца. Не могу с собой ничего поделать – Лие не доверяю, как не доверяю никому, но здесь ещё и семья завязана. Нет мне покоя, грешному!

– Вы чего молчите? – замечаю встревоженное лицо девушки совсем рядом. – Вам плохо? – Лия хмурится, вглядываясь в меня.

– Сегодня приедет посетитель один, впустить без доклада! – разворачиваю коляску обратно в кабинет.

– На нем метка будет? Как узнать, кого пускать?– слышу вопрос в спину.

– Василий Чуров. – бросаю через плечо и удаляюсь.