Текст книги "Десант в Зазеркалье (СИ)"

Автор книги: Юрий Литвиненко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 20 страниц)

Примерно через полчаса, немного не доезжая стелы на границе регионов, в километре впереди я увидел стоящую на нашей стороне машину, светящую фарами нам в лоб. Подъехав ближе, понял, что это обычная гражданская копейка, а рядом с ней стоит бурят в милицейской форме с висящим на шее АК-74*, это тоже было странным, дпсники обычно пользовались «укоротами»*. Метров за сто пятьдесят он поднял полосатый жезл.

– Лена, приготовься, что-то здесь не так, похоже, ты вчера все-таки сглазила, – сказал я, сбрасывая скорость, и переложил свою «Гюрзу» из кобуры на сиденье под правое бедро. Лена просто достала свой пистолет из сумочки и, передернув затвор, опустила в подол сарафана.

Метров за тридцать до стареньких «Жигулей» мы остановились. Посмотрев, я окончательно убедился, что если остановившие нас люди и имеют какое-то отношение к полиции, то сейчас точно действуют по своей инициативе. Красный представитель «АвтоВАЗа» явно доживал свои последние дни и никак не мог быть служебной машиной. Шедший к нам человек в полицейской форме с капитанскими погонами на плечах, совсем не был похож на представителя органов власти, скорее на хорошо откормленного борова. Еще кто-то маленький в гражданке сидел за рулем машины.

– Если что, стреляй по машине, попадешь или нет, неважно. Главное, чтобы того, или тех, кто в машине, немножко прижать.

– Ага, поняла.

В это время к нам подошел бурят весьма внушительных размеров, форма явно была с чужого плеча, автомат висел на шее, и руки лежали на нем. Из такого положения быстро применить оружие было просто невозможно. Но оставался еще один в «копейке», которого теперь, после того, как он погасил фары, было отчетливо видно, и неизвестно, что будет делать он. Подошедший «гаишник» остановился напротив водительской дверки. Я опустил боковое стекло.

– Капитан Иванов, предъявите документы, – с заметным акцентом, медленно, словно во рту что-то мешало, проговорил лжеполицейский. Сначала я решил, что он побоится конфликтовать, увидев мои документы, но я ошибся. После того, как я представился, показал свое удостоверение и открытый лист на машину, он, даже не взглянув на бумаги, которые я держал в руках, продолжил свой сценарий, – мне похеру эти бумаги, вышли все из машины, мне ее нужно досмотреть.

Это меня окончательно убедило, что просто так мы не разъедемся. Я взял пистолет из-под бедра, направил его в сторону дверки и, открыв ее, выстрелил под ноги борову, за спиной я услышал еще два выстрела. Выскочив из машины, я направил ствол в грудь «полицейского»:

– Медленно снимаешь автомат и бросаешь его в сторону, одно неправильное движение, и я делаю тебя инвалидом. После этого снимешь ремень и тоже отбрасываешь от себя, потом поднимаешь руки за голову, поворачиваешься ко мне спиной и становишься на колени, затем медленно двигаешься, к своей развалюхе, – говорил я, наверное, очень убедительно, так как «капитан» аккуратно, левой рукой перебросил ремень через голову и отбросил в сторону. Потом расстегнул портупею и бросил возле себя, в общем, все выполнял, как было сказано. На ремне я заметил чехол с наручниками, они для нас были совсем не лишними, своих-то не было. Боров, с трудом переставляя коленки, двинулся в сторону «копейки». У меня появилась возможность глянуть по сторонам. Лена выглядела, как настоящий рейнджер – стояла за открытой дверкой, широко расставив ноги, и держа двумя руками пистолет, направленный в сторону машины через опущенное окно. Правда, вид портил красный сарафан, но, в общем, было красиво. Стоящая перед нами машина парила, как закипевший чайник, видимо, Лена прострелила ей радиатор, и блоку тоже досталось, все-таки «Гюрза» – это вещь.

Не сводя пистолета с медленно двигающегося «полицейского», я присел и вытащил наручники. После этого пошел следом за ним. Супруга тоже вышла из-за дверки, держа ствол направленным на машину. Дойдя до парящего капота, я уложил борова на асфальт и, подозвав Лену, оставил ее караулить несостоявшегося грабителя, а сам подошел к водительской дверке. Стекло было опущено, и за ним виднелся маленький плюгавенький мужичонка лет пятидесяти, руки лежали на руле, и покрывавшая их вязь тюремной живописи точно показывала, к каким «органам» он относится. Увидев, что в машине больше никого нет, я свистнул:

– Ну а ты, родной, что стесняешься? Медленно выходишь из машины и ложишься рядом со своим подельником, – я отошел на пару метров и подождал, пока мужичок, оказавшийся ростиком чуть больше полутора метров, заворожено глядя в зрачок направленного на него ствола, аккуратно открыл дверку и боком пройдя вдоль капота, улегся на асфальт.

Пристегнув их руки наручниками через бампер, я опустил ствол и спокойно вздохнул. Наши гопстопники лежали в луже вытекавшего из двигателя тосола, и им, похоже, было совсем не холодно. Двигатель еще пять минут назад работал, и температура жидкости в луже была немножко выше комфортной.

Сердечко стучало, как дятел, все-таки я впервые попал в такую ситуацию. Но, похоже, все обошлось нормально. Можно было немного расслабиться. Лена тоже опустила руку с пистолетом и тяжело, со всхлипом вздохнула:

– И что это было?

– Пока не знаю, сейчас разберемся, – и пнул толстого лжеполицейского. – И какого хера вам было надо? Я бумаги показал, если бы отпустили, так и стояли бы здесь дальше, а так опять нары давить поедете.

– Кто ж знал, что у вас тоже стволы, и вы такие резкие! Машина солидная, думали прибарахлиться немножко.

– А глаз нет, что номера военные? Да и документы я тебе показал.

– Сразу номера не заметил из-за фар, а когда тормознули, беспонтово уже было обратку включать. Да и похеру, ну сдашь ты нас, утром все равно отпустят.

– Ну, это вы не угадали, если сдам я, то уже не отпустят. Кстати, спасибо, что напомнил, надо позвонить.

Достав телефон, я набрал Сергеича. Обменявшись любезностями, я обрисовал ему ситуацию.

– Они хоть живые? – спросил Степан.

– А что им сделается? Лежат, отдыхают, Лена им даже небольшой бассейн обеспечила из вытекшего тосола, правда, жестковато на асфальте, и тосол горячеватый, но они не в претензии.

– Ну и хорошо, сейчас прозвоню в Улан-Удэ, и за ними приедут. Ждать будешь?

– Не хотелось бы, это же часа два, пока приедут, а потом еще объясняться, бумаги подписывать…

– Тоже верно. Хотя лучше дождаться, чтоб потом эту проблему не вспоминать. Ты знаешь что, подождите полчаса, кофейку попейте, отдохните. А я вам перезвоню.

– Добро, ждем, – я отключился и, пнув толстяка вбок обрадовал: – Отдыхайте, скоро за вами катафалк подъедет. Не знаю, будут вас оформлять, или погибните при попытке сопротивления, так что молитесь.

Подобрав автомат, и закинув его на заднее сидение «Жигулей», я решил их немножко осмотреть. Надел перчатки и стал методично осматривать машину. В бардачке лежала кобура с ПМом и запасным магазином, два удостоверения инспекторов ДПС, видимо уже покойных, и три набитых магазина к АК-74. Больше в салоне ничего интересного не было. А вот в багажнике лежала сумка набитая пачками патронов, вперемешку лежали упаковки ПМовской «девятки» и калашниковской «пятерки». Там же лежал десяток гранат, старых Ф-1*. В общем боеприпасов хватило бы на небольшой бой. Сняв коврик, я нашел еще один автомат с четырьмя магазинами, и еще один ПМ. Интересно, зачем было их прятать, если все равно уже вышли на большую дорогу? Да и если бы мелкий мужичок держал в руках ствол, то так просто мы могли и не отделаться. Больше в машине ничего интересного не было.

Все-таки я не специалист по таким делам, поэтому только после осмотра машины вспомнил, что я не обыскал самих гопстопников. Немножко попинав, заставляя переворачиваться, я проверил их карманы. Самым интересным были документы. У мелкого разрисованного мужичка была справка об освобождении, причем выпустили его всего три дня назад, из одной близлежащей колонии. А у боровообразного бурята было реальное удостоверение сотрудника РОВД Тарбагатая, правда, всего-навсего сержанта ППС. То-то он и пытался сказать, что его к утру отпустят. Еще в карманах нашлось денег тысяч двадцать, я не стал мараться, и оставил их вместе с документами на водительском сидении «Жигулей». Остальное в карманах не заслуживало внимания.

Пока я обыскивал машину и «лежащих полицейских», Лена приготовила кофе, такой как надо, очень крепкий. Я плеснул к себе в чашку еще и немного коньяка, первый же глоток застучал в висках, но мозги стали проясняться. Допив кофе, я уже чувствовал себя вполне бодро, правда, сердечко постукивало, но общее состояние стало намного лучше. Тут раздался звонок Сергеича:

– В общем, все нормально. Сейчас подъедут из Тарбагатайского РОВД, заберут твоих бандитов. Пообещали, что тебя только расспросят, и никаких бумаг подписывать не придется. Так что считай, что ничего не было.

– Понятно. Как все закончится, отзвонюсь.

Я сделал себе еще одну чашку кофе и набил трубку. Напряжение отпустило, и по телу растеклась приятная слабость. Даже дергающиеся в тридцати метрах две причины нашего сегодняшнего стресса не вызывали раздражения. Рядом сидела Лена, и видно было, что ее еще изрядно потряхивало. Чашка с кофе в руках дрожала, в руках дымилась сигарета, чего я не видел уже лет пять. Похоже, тоже сильно проняло, да и как иначе, если я с моими, как я считал, крепкими нервами отходил уже полчаса, то что говорить о ней, видевшей такие ситуации только в кино.

Я успел выкурить еще одну трубку, когда супруга сказала:

– Похоже, это по нашу душу, – я глянул в зеркало, и увидел летящую с холма гаишную «девятку», и поспешающего за ней ППСного уазика. Проскочив метров на пятьдесят мимо нас, они остановились со скрипом резины. Из первой машины выскочил целый подполковник милиции с АКСУ* на шее, и пошел в нашу сторону, из уазика вышли трое полицейских и пристроились сзади к начальнику.

– Сиди в машине, и держи пистолет наготове. На всякий случай. Заблокируй дверку, и не выходи ни в коем случае. Как я выйду, пересаживайся на мое сидение и, если что, уезжай подальше, жми тревожную кнопку и звони Сергеичу. Стрельбы не бойся, наша машина держит выстрелы из их пукалок.

– Так, вроде уже нормальные менты приехали.

– Мне тоже так кажется, но на всякий случай запомни, что я сказал. И, если что, так и делай.

– Понятно, но ты будь поосторожней.

– Хорошо.

В это время полицейский подполковник подошел к нашему «Тигренку» и встал точно так же, как до этого стоял теперь лежащий «капитан». Видимо, учили их всех одинаково.

На этот раз я, не видя явной угрозы, спокойно выпрыгнул из машины.

– Подполковник Ященко, начальник РОВД Тарбагатая, – представился подошедший полицейский. Лет тридцати пяти, в отутюженной форме, фуражке с тульей не меньше десяти сантиметров, что немного придавало ему роста, собственных сантиметров у него было не больше ста шестидесяти.

– Подполковник Левченко, Министерство Обороны, – подал я руку.

Обменявшись рукопожатиями мы вдвоем отошли в сторону. ППСники культурно остались на месте.

– Так шо тут случилось? – спросил Ященко, доставая сигарету из мятой пачки Winston.

– Да ничего страшного, ехали мы себе спокойно, и вдруг полосатая палочка, и какой-то боров тычет стволом в лицо. Ну, пришлось немного успокоить. Там в салоне и в багажнике посмотришь, мужики, похоже, воевать собрались.

– А вы далеко?

– Как получится, но на обратном пути заеду, узнаю, как этих идиотов устроили.

– Устроим по высшему разряду, мне уже позвонили. Но это все как бы оформить надо.

– Да ничего не надо, Назначь героев из своих пацанов, которые этих ублюдков взяли, а то и на себя подвиг запиши. Мне все равно, главное, чтобы нас нигде не упоминали. Но на обратном пути я проверю, как их определили. Не люблю таких эксцессов.

– Да нет проблем, считай, что они уже тайгу лобзиком пилят.

– Ну и хорошо. Может по коньячку?

– С удовольствием. Сейчас, своих озадачу.

– Ну, тогда подходи.

Я подошел к нашему «Тигренку», и попытался открыть дверку. Не тут-то было, Лена, как правильный солдат выполнила все, что я ей говорил, замки дверей были заблокированы, а сама она сидела на водительском сидении с «Гюрзой» в правой руке, и левой в готовности завести наш броневичок. Похвалив про себя ее за прилежность, я постучал в окошко и помахал рукой, показывая, что все нормально. Увидев мои телодвижения, она заметно расслабилась и щелкнула кнопку разблокировки замков.

Забравшись в салон, я сразу успокоил супругу:

– Все нормально, это хорошие менты, или понты, или вообще не знаю, как их сейчас называют. Короче, сейчас подойдет местное начальство, мы выпьем по пять капель и едем дальше. Перебирайся сюда.

Лена пробралась между сидениями, не забыв при этом заблокировать вручную замок водительской дверки. Я мысленно похвалил ее за это, сам я об этом не догадался. Вдвоем мы быстро сообразили на стол закуску, благо было что достать. Фруктов мы набрали в Ильинке, омуль был куплен еще на Байкале, а ветчина, салями и мясной балык был у нас в холодильнике еще с базы. В общем, стол мы накрыли достойный. Дополнив все бутылкой коньяка и одноразовыми рюмками, мы принялись ждать Ященко, наблюдая за тем, что происходило возле несчастных «Жигулей». Часть представления мы пропустили, «накрывая поляну», но и концовка была весьма занимательна. Когда мы стали смотреть на стоящую впереди красную «копейку» и уже не лежащих, а стоящих, упершись руками в капот, виновников нашего приключения, дальнейшее действо произошло до обидного быстро. Один из приехавших полицейских что-то проорал и пинками загнал неудавшихся разбойников в задний отсек ппсного уазика. Через пару минут, вежливо постучавшись в дверку, к нам присоединился уже знакомый подполковник Ященко, и с ним еще один полицейский, в черной форме, без знаков различия, но с АК-103 в руках, и «Грачом» в нагрудной кобуре. На обтягивающей грудь РПС* уместились восемь магазинов с патронами, два подсумка с десятком ВОГов* для подствольника, украшающего его автомат и нож разведчика, правда, не стреляющий.

– Вы извините, но я пригласил еще и нашего командира взвода СОБРа, если, конечно, вы не против.

– Да какие проблемы, все одно дело делаем. Рассаживайтесь как удобно, будем знакомиться. Я подполковник Егор Левченко. Это моя жена, старший прапорщик, зовут Лена. Мы вообще-то в командировке, по Сибири, Забайкалью и Дальнему Востоку. Ехали спокойно, но вот здесь небольшой форс-мажор случился. Хотя и от него польза есть, вот с вами познакомимся.

– Ну, я уже вроде как представлялся, подполковник Ященко Петр Иванович, начальник Тарбагатайского РОВД. Русский, тридцать восемь лет, срочную служил под Читой, в двухтысячном два месяца был в командировке в Чечне в Аргуне. После школа милиции, и медленное загнивание в этом богами забытом крае. Вот дослужился до начальника РОВД.

– Капитан Кузнецов Георгий Брониславович, можно Жора, командир взвода СОБР. Вернее, майор, четырнадцать командировок в Чечню, последняя в четырнадцатом году. Тогда и попортил немножко фасад проверяющему, после этого понижение в звании и должность командира взвода здесь, в Тарбагатае. Спасибо, что хоть забыли, а то еще бы хуже было.

– Ну, а у меня чуть сложнее, но почти та же история, – начал рассказывать я, – срочную я не служил, учился в Благовещенске, в речном училище. Там и получил звание старшины второй статьи, присягу принимал на сборах на Русском острове. Училище гражданское, и по распределению я попал на амурский блядовоз. Потом ушел с флота, зарплата на уровне уборщицы, а работа – все лето без выходных, вахты четыре часа через восемь. Помыкался пару лет по разным работам, и пошел в армию, сначала сверхсрочка, через полгода дали прапорщика, потом курсы офицерские и звание младшего лейтенанта, а потом перешел во второй отдел штаба армии, и пошла нормальная работа. Попутно закончил институт заочно. Вот так до майора и дослужился. Потом на пенсию ушел, а недавно опять служить позвали, очередное звание дали, и условия такие, что отказаться было трудно, вот и пошел.

– А что в командировку на машине? Поездом или самолетом спокойнее.

– Просто много мест, куда заехать надо. На машине куда быстрее получается, да и любим мы самостоятельно передвигаться, так сказать автотуризм за государственный счет, из окна поезда, а тем более из самолета разве столько увидишь?

– Понятно, – протянул Петр Иваныч, – ну а пить то мы будем?

– Во, блин. Позвал, а сам басни рассказываю. Давайте, хоть и тривиально, «За знакомство».

Звона от пластмассовых стаканчиков, конечно, не было, но выпили душевно.

– Ладно, раз я вас баснями прокормил, то давайте вторую следом, – предложил я, разливая коньяк.

– Тогда за присутствующих дам, – поднял стаканчик Ященко, и мы опрокинули стаканчики.

– За дам, обычно, третий пьют, – возразил Жора, вытирая усы.

– Третий молча и стоя, – ответил я, – стоять здесь невозможно, поэтому, просто молча. И вспомним тех, кто уже никогда не поднимет тост, – налил по полной и, помолчав минуту, вспоминая каждый своих погибших друзей, выпили.

– Жор, а ты вообще откуда? – спросила Лена.

– А хрен его знает. Отец был военный, родился я вроде здесь недалеко, в Забайкалье, на Оловянной. Потом где-то в Приморье жили, еще в Якутии отец служил. Там я школу и закончил. Потом Рязанское училище, а после него география такая, что и сам не сразу вспомню. В начале двухтысячных из армии уволился, сократили, оказалось, что такие спецы армии не нужны. Пошел в МВД, вот и служу.

– А не хотел бы интересно поработать? Небезопасно, зато оплата очень неплохая. За год сможешь себе хату купить, или крутую машину? – решил я сразу реализовать возникшую мысль.

– И где ж это такие пирожные раздают?

– Не раздают. Но предстоит интересная экспедиция в совершенно неизведанный район, веду ее я. И мне очень нужен хороший начальник службы безопасности. Давай так, ты даешь свои данные, я скидываю их нашим шефам, после этого, если они соглашаются, и ты не отказываешься, мы поговорим более конкретно.

– Без проблем, обязательств пока никаких, а там посмотрим, когда будет видна конкретная задача.

– Ладно, еще по одной, и нам ехать пора. Хотим к следующему вечеру до амурки добраться.

– Давай, – поддержали оба полицейских, мы выпили, я проводил их до машин, постояли, покурили, красный простреленный «жигуленок» уже был зацеплен на жесткую сцепку за ППСным уазиком.

– Ну, мужики, через пару недель заеду. Где вас искать?

– Как всегда, в Караганде, – заржал Ященко, – а вообще, подходишь к дежурному по РОВД, и нас тут же найдут.

– Ладно, до встречи, поедем мы, – мы пожали друг другу руки, и я сел в нашего «Тигра».

– Все, едем, или еще водку пьем? – заулыбалась Лена.

– Едем, едем, а то опять пить придется, – я завел машину, нажал на сигнал, машина отозвалась низким басом, мужики у милицейской колонны махнули руками, и мы покатили дальше, наматывая километры российских дорог на колеса нашего «Тигренка».

Минут через двадцать, проехав высокую красивую стелу с надписью «Забайкальский край», я прижался к обочине и остановился.

– Что? – забеспокоилась Лена.

– Все нормально, Сергеичу позвоню, – после трех гудков Степан снял трубку:

– Ну как? Все разрулили?

– Все нормально, мужики приняли хулиганов, обещали, что те больше шалить не будут. Но я на обратном пути заеду, проверю. Я что еще звоню-то, мне здесь собровец приглянулся, пробей его, может нормальный безопасник получиться. Капитан, разжалован из майоров, Кузнецов Георгий Брониславович, командир взвода Тарбагатайского СОБР.

– Записал, проверим. А ты, я смотрю, не только отдыхаешь, а еще и работу работаешь, преступников ловишь, кадровые вопросы решаешь.

– А то, не даром хлеб едим. Когда результаты по капитану узнать?

– Через пару дней. В Катьку приедешь, позвонишь, расскажу, что узнать получится.

– Ну, тогда до связи.

– Пока.

4. Дорога на восток. 29.05. – 31.05.2016 (вторник). Забайкалье, Амурская область

Дорога по Забайкалью всегда включает унылое настроение, если сначала, от Петровского Завода, еще интересные места – сопки, покрытые лесом, частые деревеньки, то после Хилока и до самой Читы окружающая обстановка становится весьма однообразной, а тут еще с утра зарядил дождь. На скорость он не влиял, но и настроения не поднимал. Позавтракали в машине утром, уже проехав Хилок, еще часа через полтора остановились отдохнуть, от монотонной дороги и мелкого моросящего дождя нас стало клонить в сон. Недолго думая, мы просто съехали на обочину и, разложив сидения, отключились на пару часов. Проснувшись, приготовили кофе, и когда глаза полностью открылись, двинулись дальше. Весь день небо было затянуто свинцовыми тучами, дождь то усиливался, то стихал, и мы с редкими остановками после обеда проехали Читу. Ближе к вечеру в Чернышевске-Забайкальском опять заправились под завязку, и уже в сумерках въехали в Амурскую область. Неизменный обелиск приветствовал нас на границе регионов. Глаза слипались, но сил еще хватило добраться до перекрестка на станцию Ерофей Павлович, где, съехав на большую стоянку с заправкой и кафе, разложились спать. И хотя ехать предстояло еще целый день, это все-таки была уже родная амурская земля.

Проснулись рано, все-таки в дороге, да еще и в машине, спать долго не получается. Время было около четырех часов, дождя не было, но небо, как и в предыдущий день, было затянуто низкими плотными тучами. Дорога стала прямой, как стрела, и ровной, как стол. Сданная в эксплуатацию пять лет назад трасса М-58, похоже, поддерживалась в отличном состоянии. Ехать было приятно, но однообразно, дорога шла вдалеке от населенных пунктов, и только указатели на перекрестках показывали, где мы проезжаем. Болотистая местность сменялась тайгой, и уже к обеду мы проехали развязку на город Циолковский, амурский «Байконур». Построенный буквально за несколько лет, космодром уже в ближайшие год-два должен начать совершать запуски ракет.

Дальше дорога пошла повеселее, проехали перекресток на Свободный, мост через Зею, и уже к трем часам дня въехали в Белогорск, город, где жили родители Лены. Под взгляды сидящих на лавочках старушек, мы подъехали к подъезду. Взяв пакеты с подарками и разными деликатесами, поднялись на третий этаж. Звонок в дверь, и через минуту мы обнимались с Лениной мамой и пожимали руку ее отцу. Радости не было предела, ведь мы ни разу не звонили с тех пор, как состоялся первый телефонный разговор с Терехиным.

– Ну, могли бы заранее сообщить, что едете, я бы приготовила что-нибудь. А то как-то даже неудобно, – причитала Арина Ивановна.

– Да ладно, – успокаивала ее Лена, – все, что надо, мы с собой привезли. Так что не суетись. Все есть. Доставай приборы, рюмки, и садимся к столу.

Все было накрыто в пять минут и мы, сев к журнальному столику, традиционно подняли первый тост «за встречу». После этого посыпались расспросы, что и как. Рассказав о своей жизни в Поморье, сказали, что перешли на новую работу, вернее, службу и уезжаем в экспедицию. Начались причитания, упреки в том, что мотаемся с места на место, никак не зацепимся. Но я их попытался успокоить:

– За год экспедиции мы заработаем больше, чем за всю жизнь. У нас сейчас зарплата больше семисот тысяч на двоих в месяц. А во время экспедиции тройная оплата, вот и считайте. Через год мы и квартиру купим, и машину новую, и вообще обеспечим себя на долгое время. А контракты у нас трехгодичные. Десять месяцев командировка, два отпуск. Так что раньше нам такое и не снилось, можно сказать, «бога за бороду ухватили».

– Но это же не за красивые глаза такие деньги платят? – спросил дед.

– Конечно, нет, экспедиция совсем необычная, и не совсем безопасная. Но, если все организуем правильно, проблем быть не должно.

– И не страшно вам? – покачала головой бабушка.

– Жить вообще страшно, можно под машину попасть, может кирпич на голову упасть. Но если об этом постоянно думать, то крыша поедет. А здесь мы не одни едем, группа десять человек, все люди с опытом, обеспечение по высшему разряду. В общем, вряд ли будет опаснее, чем улицу перейти.

– Ну да, ну да. Вы всегда сами решаете. И вроде как все нормально получается, удачи вам!

– Вот и благодарим. Удача всегда нужна. Что рассусоливать над тем, что уже свершилось, – подытожил я.

Мы еще просидели до полуночи, обсудили всех родственников, знакомых, все, что произошло за последние годы, после чего, уже изрядно уставшие, завалились спать.

5. Дорога на Восток. 01.06.2016 (среда). Белогорск – Екатеринославка

Утро встретило щебетом птиц за открытым окном, повалявшись еще какое-то время, мы поднялись. Часы показывали начало девятого. Нос улавливал запах горячей выпечки, и мы, промыв глаза и почистив зубы, пошли на кухню. Здесь нас ждало огромное блюдо оладий, сметана, земляничное варенье и свежезаваренный зеленый китайский чай. О лучшем завтраке и мечтать не надо. Я выпил пару больших кружек чая, ополовинил блюдо с оладьями и почувствовал, что загрузил свой желудок под завязку, даже дышать стало трудновато. Мы перебрались в зал, посмотрели по «зомбоящику» свежие новости, продолжая разговаривать обо всем и ни о чем.

Так за разговорами время подошло к обеду. Бабушка расстаралась, и мы обедали настоящими пельменями «Амур», в горшочках, в бульоне с печенью и сметаной. Давно забытый вкус, сами мы как-то ленились готовить их. А здесь, после того как сняли с горшочков хрустящую корочку из теста, в ноздри ударил аромат, который ни с чем не перепутаешь. В общем, пельмешки ушли на ура. Они были настолько сытными, что в нас даже чай не полез. Если б такая еда была ежедневно, то я в двери проходил бы с трудом. После обеда мы пару часов повалялись в постели и решили пройтись по городу. Зашли на рынок, обошли ближайшие магазины, встретили пару старых знакомых, Белогорск городок небольшой. И к пяти часам были дома. Посоветовавшись с Леной, решили вечером ехать к моим родителям. Ленины отец и мать немного повозмущались, что мы мало погостили, но мне тоже хотелось побыстрей увидеть своих и, попив перед отъездом чай с остатками утренних оладий, в восемь мы выехали из города.

До Екатеринославки было недалеко, меньше сотни километров, которые мы проехали за час. Родной поселок встретил зеленью садов и парков, новыми домами, магазинами, отремонтированной центральной улицей. Подъехав к родительскому коттеджу, я посигналил, и мы вышли из машины открыть ворота. На крыльцо вышел отец, посмотрел сначала на нашего «Тигра», потом увидел меня и пошел навстречу. Следом вышла мать. Повторилось то же, что и вчера в Белогорске, объятия, слезы, радость встречи. Я загнал машину, и мы зашли в дом, здесь ничего не изменилось с момента нашего последнего приезда пять лет назад. Сели на веранде, мать начала суетиться накрывать стол, Лена помогла ей, быстро соорудили окрошку, мы принесли привезенные с собой деликатесы и, сев за небольшим столиком, стали рассказывать родителям о последних событиях в нашей жизни. Реакция была почти та же, что и до этого в Белогорске. Но так же быстро мы успокоили мать и отца, а я решил рассказать им немного больше, чем родителям супруги. Принес из машины ноутбук и включил фотографии мира Зазеркалья:

– Вот туда мы и едем, команда подбирается нормальная, Андрей с Людой, Артем Серебряков, мужики из Чиндата, в общем, все свои. Переживать нечего, первая партия год там пробыла, Моисей и сейчас там остался. Вы его знаете, я фотографии присылал, на которых я вместе с ним. А ко всему еще и деньги бешеные за эту экспедицию. Так что все отлично, можно сказать, нарвались на золотую жилу. Через год опять к вам приедем и расскажем, как оно там. Только никому ни слова об этом не говорите. Для всех мы просто в экспедиции, где-то в Сибири.

– Так это же страшно, – как обычно запричитала мать, – совсем другой мир, мало ли что там может случиться.

– Случиться может и здесь, главное, чтобы голова на месте была. Я же сказал, что люди там год прожили, и ничего, все нормально. А нас больше будет, и обеспечены намного лучше. Зато как интересно, ну и выгодно, конечно, тоже.

– Да молодцы вы, – резюмировал отец, – я бы и сам от такого не отказался, будь помоложе. Такое раз в жизни выпасть может, и то далеко не каждому.

– Вот мы для этого туда и идем, – ответил я, – чтобы подготовить базу и начать заселение того мира. Это будет очень полезно и выгодно. Правда, портал узкий, много за один раз не переселишь но, похоже, должны быть и другие, найдем, будет больше возможности там развиваться.

– Ну и правильно, – подытожил отец, – такую возможность упускать нельзя, езжайте, может, через год и нам покажете, как оно там. А у нас вы надолго?

– Хотелось бы еще в Большой Камень съездить, давно нашу приморскую родню не видел. Так что, наверное, завтра вечером поедем дальше, а на обратном пути задержимся подольше.

– Ну, вы сами решаете, – согласился отец, – съездите, нам уже не получится, а так повидаетесь, приветы, подарки передадите, ну и фотографий привезете.

– Значит, завтра в ночь и выедем.

Выйдя на крыльцо, я закурил и набрал телефон Терехина:

– Привет, у нас все нормально, сейчас у родителей, завтра выезжаем в Приморье. Что там по Кузнецову?

– Все нормально. Он тебя не обманул. Отличный офицер, действительно четырнадцать командировок, причем не на блокпостах копейки сшибал, а реально воевал. Разжаловали, как он тебе и сказал, за то, что проверяющему фейс попортил, но когда я прочитал за что, то подумал, что этот Кузнецов очень сдержанный мужик, я бы вообще убил. Холостяк, вернее, разведен уже давно. Так что проблем с переездом – переводом не должно быть. В общем, смотри сам, думаю, он подойдет тебе безопасником. Но решаешь опять же ты.

– Понятно. На обратном пути еще с ним поговорю и, если что, привезу с собой. Ну ладно, до связи.

– Аналогично.

6. Дорога на Восток. 02.06.-03.06.2016(пятница). Екатеринославка – Большой Камень

Утром все немножко переиграли и решили выехать пораньше. К четырем часам дня были уже собраны. Нам-то собирать было нечего, а родители наложили пару сумок гостинцев. Банки с соленым салом, варенье, что-то еще, в общем, подарков наложили на всех родственников.

– Ну, все, предавайте приветы, и ждем вас через недельку, – давала последние наставления мать.

– Да мы, наверное, и раньше вернемся, сутки туда, пару дней в Большом Камне, сутки обратно. Ну, еще день-два на лень и непредвиденные обстоятельства. Вот и получается, что неделя – это крайний срок. Да мы и звонить каждый день будем, так что все нормально, к следующей пятнице точно у вас будем.

– Ладно, не навек прощаемся. Езжайте, раньше выедете, раньше на месте будете, – резюмировал отец, – Привет всем.

Пообнимавшись и пожав руки мы с Леной сели в своего «Тигренка», и двинулись дальше, к крайней цели нашего круиза. Выехав на подъездную дорогу и десять минут попрыгав по давно неремонтированному асфальту, мы выехали на федеральную трассу. Снова под колеса легла М-58, нормальный асфальт, прекрасные виды за окнами автомобиля, движения почти не было, редкие встречные машины и еще реже попутные. Хорошо, что выехали пораньше, отроги Хинганского хребта проходили еще засветло. Хоть и больше напрягаешься при езде через перевалы, но и виды открываются намного красивее, и обстановка вокруг меняется быстрее. Вокруг природа бушевала, молодая зелень тянулась к солнцу, по зеленым полянам разбросаны огоньки первых летних цветов. Проскочили поворот на Облучье, посмотрели сверху на станцию Известковая, проехали по Теплому Озеру, в сумерках мелькнул перекресток на Биробиджан. Дальше пошла ровная как стол равнина, с редкими перелесками мелких деревьев, поужинали в кафе «Сова», оформленном очень оригинально. Рубленый дом, внутри никакой отделки, чучела птиц, грубо срубленные столы и лавки, на стенах картины со сценами охоты. В углу большая медная лягушка с подносом перед ней, в который посетители бросали монеты и купюры, мы тоже не стали изменять традиции.