Текст книги "История "не"хорошей мачехи (СИ)"

Автор книги: Юлия Зимина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

34. Перед выбором

Лисан

– Какого… – нахмурился я, когда, намереваясь выйти из своей комнаты, увидел стоящего перед дверью стража.

Посмотрев на меня с невозмутимым видом, он приветственно склонил голову.

– Ты ещё кто?

– С этого дня я буду вас сопровождать, господин, – вновь склонился мужчина, на бедре у которого висел внушительный кортик.

– Зачем это? – опешил я, пребывая в недоумении.

– Затем, чтобы ты дел не натворил! – послышался обиженный голос матушки, которая спустя секунду и сама появилась передо мной. – Страж везде будет ходить с тобой! И не вздумай от него улизнуть. Не получится, Лисан! – усмехнулась она, своими действиями и словами только утончая нашу доверительную нить, которая, как я подозревал, вскоре и вовсе сойдет на нет. Интуиция шептала, что если продолжать такими темпами, то именно это и произойдёт.

Матушка не просто приставила ко мне стража. Был готов дать голову на отсечение, что она приказала ему потом всё ей рассказывать: где я был, с кем говорил, как себя вёл.

Она понимала, что контролировать меня не сможет, ведь я уже давно же ребёнок, но вот нарушить мои планы, не допуская сближения с леди Лайлет – вполне. Этот страж… Он станет серьёзной помехой.

– Кстати, – как-то хитро усмехнулась матушка. – Ронару были даны особые указания. И, если ты не хочешь опозориться, будешь следовать определённым правилам, сын.

– Это каким же? – мои глаза недобро сощурились.

Даже спрашивать не стоило, каким именно. И так понятно – не приближаться к Лайлет.

– На самом деле оно только одно, – отмахнулась матушка. – Никакого общения с распутной вдовой, что ради собственной наживы продала себя старику! Боги, да он же старше твоего отца! – брезгливо фыркнула родительница.

– А, может, хватит? – я едва сдерживался, чтобы не сорваться и не наорать на неё, чего никогда ранее не было. Поведение матери… Оно выходило за все допустимые рамки.

– Вот и я говорю тебе – хватит! – матушка, раздражённо дыша, поправила и без того идеальную прическу. – Хватит быть таким беспечным и легкомысленным! Я вообще не понимаю, как тебе только самому не противно видеть себя рядом с ней?! Она же… – выражение лица родительницы отражало высшую степень отвращения, – испорченная стариком!

Не отводя взгляда от женщины, что родила меня, чувствовал, как по венам бежит ядовитое чувство, именуемое яростью. Мне неприятно было слушать о Лайлет такие вещи. Да, она была близка с почившим свет виконтом Лакмэном, делила с ним ложе, ну и что теперь? Он – её законный супруг! Не спорю, разница между ними велика, но я смотрел на эту часть жизни аристократки как на прошлое, которое навсегда там и останется. Виконт Лакмэн – прошлое Лайлет, а я… Я её настоящее и будущее!

– В общем, – вздохнула матушка, высокомерно задрав нос, – мы с отцом приняли решение. Твоей супругой станет Майлен. Повторюсь, лучшей кандидатуры нам не найти. Она идеальна! Через неделю объявим о помолвке. С Эйренберами мы уже обо всём договорились. Так что, будь добр, смирись и прекрати вести себя как какой-то юнец.

– Хочу сказать вам то же самое. Смиритесь, – усмехнулся я, замечая, как рот матери от услышанного медленно открывается, превращаясь в удивленное «О».

– Что?! – ахнула она, хлопнув ресницами. – Что ты…

– Я думал, мы сможем всё обсудить и прийти к единому мнению. Думал, – разочарованно качнул головой, – что вы меня поймёте. Но я ошибся.

– Лисан? – в глазах матери читалась настороженность. Она чувствовала, сейчас я скажу то, что ей очень не понравится.

– Что-то объяснять во второй раз тебе и отцу не вижу смысла. Не поможет. Вы хотите породниться с семейкой, которая в моём понимании сродни гнойному нарыву со зловонным душком.

– Что ты такое говоришь? – родительница выпучила глаза, испуганно зажав рот ладонью.

Она метнула беглый взгляд в сторону стража, который услышал то, что для его ушей не предназначалось. Вот только меня это мало волновало, молчать я не собирался.

– Говорю то, что вижу, – расслабленно пожал я плечами, наблюдая, как по шее матери ползут алые пятна злости, медленно, но уверенно перемещаясь на скулы, а после поднимаясь выше. – Что? – смотрел я на неё неотрывно. – Снова начнёшь мне Оскаром угрожать?

– Лисан? – ахнула матушка, голос которой дрогнул.

Она усиленно делала вид, что мои слова её обидели.

– Скажу раз и на полном серьёзе. Если посмеете его тронуть, я перееду в дом деда.

– Что?! – по коридору прокатился истерический визг. – Ты… ты не посмеешь!

– Хочешь проверить?

Мне не было совестно за то, что я тут устроил. Терпению пришёл конец. Я долго надеялся, что со стороны родителей будет исходить понимание. Глупец, что тут ещё скажешь.

– Если так поступишь, мы с отцом лишим тебя… – начала было гневно матушка.

– Наследства? – подсказал я, хмыкая и качая головой. – Может, я открою тебе секрет, но это вы гонитесь за баснословными богатствами, наплевав на моральные принципы, а мне хватит и тех денег, что лежат на моём именном счёте в банке. Я все эти годы копил, если ты не знала.

По лицу матери было видно, что нет, она не знала и даже не догадывалась об этом.

– Сумма, конечно, небольшая, – кивнул я. – Но её хватит, чтобы выкупить какое-нибудь здание, которое будет работать на меня. А что до дома… Как уже сказал ранее, дед будет только рад моему переселению. Тем более, что по документам его поместье уже принадлежит мне! Так что я могу переехать в него хоть сейчас и закон будет на моей стороне. Вы ничего не сможете сделать! Вот только, – не выдерживая, улыбнулся, – если я так поступлю, ваша с отцом репутация будет запятнана. Ну что, матушка, ты до сих пор намерена настаивать на своём?..

35. Такой, как она, больше не найти

Лисан

– Лорд Фалмар!

– Лорд Фалмар, добрый день!

Не смог сдержать счастливой улыбки, наблюдая, как ко мне навстречу бегут Киан и Сиэль. Их лица сияли радостью и восхищением, когда они перевели своё внимание на Оскара, на котором я сегодня приехал.

– Ух ты! – с придыханием выдохнул один из близнецов. – Какой красавец!

– Ты красавец, слышал, да? – рассмеялся я, спрыгивая с коня и легонько хлопая его по крупу. Оскар фыркнул и тряхнул шелковистой гривой. – Вот позёр!

Держал его за поводья, не позволяя отойти, ведь, кроме меня, он никого к себе не подпускал. Хотя, если быть точным, кроме меня и Лайлет, которой нигде не наблюдалось.

Так и тянуло спросить у мальчишек, где она, но язык не поворачивался. Ещё подумают, что я приехал сюда только из-за неё. Лайлет, конечно, важна, но и с близнецами мне было приятно общаться. Глядя на них, в груди становилось тепло и светло. Возможно, потому что в этих детях я видел себя.

– А можно его погладить? – спросил Сиэль, стоя в нескольких метрах от меня и Оскара.

– Если честно, – поморщился я, – он очень вредный. Не любит, когда к нему прикасается кто-то, кроме меня. Правда, – на моих губах расплылась улыбка, – есть ещё один человек, которого он к себе подпускает.

– Кто-то из вашей семьи? – спросил Киан.

Хохотнув, я только собирался ответить утвердительно, ведь намеревался добиться Лайлет, как парадная дверь распахнулась, являя молодую женщину ослепительной красоты.

Белые локоны ниспадали с её плеч, переливаясь в лучах полуденного солнца. Воздушное платье цвета морской волны идеально сидело на стройной фигуре, превращая аристократку в нимфу из древних сказаний. Она была настолько утончённой и грациозной, что я на мгновение потерял дар речи, напрочь забывая обо всём.

В сознание меня привёл Оскар. Фыркнув, конь дёрнул головой, вырывая поводья из моей руки.

– Эй! – опешил я, не веря своим глазам, когда жеребец с наглой физиономией направился к Лайлет, проходя мимо притихших детей.

– Привет, мой хороший! – улыбка тронула губы Лайлет, заставляя моё сердце биться чаще.

Она, вытянув руки, словно желая обнять животное, сбежала по ступеням, без всяких опасений и тревог прижимаясь к голове Оскара. Наглец поспешил склониться, желая этих объятий.

Я смотрел и не мог унять бурю эмоций, что бушевала в груди, сплетая чувства в единый вихрь, сметающий всё на своём пути. Ко мне Оскар никогда так не подходил, никогда не искал ласки. И нет, я не завидовал. То, что происходило сейчас, лишь доказывало – Лайлет удивительная женщина с доброй душой. Животные чувствуют плохих людей и никогда с ними так себя вести не станут. Особенно Оскар.

– Ну, как у тебя дела? – рассмеялась Лайлет, и её смех был похож на звон колокольчиков, на которых играют цветочные феи. – Всё хорошо? – аристократка продолжила ворковать с моим конём, который ластился к ней, словно котёнок.

Мне даже стало немного завидно. Она гладила его, нежно трепала гриву, касалась пальцем бархатных ноздрей.

– А я тебе вкусняшку принесла. Подожди немного, – запустив руку в карман юбки, Лайлет достала морковку, которую Оскар тут же с удовольствием съел, хрустя на всю округу.

– А говорили, – удивлённо заметили близнецы, – что он никого к себе не подпускает, только вас и ещё одного человека.

– Так леди Лайлет и есть тот самый человек, – усмехнулся я, заметив изумление на лицах мальчишек. – Она, можно сказать, спасла ему жизнь.

– Спасла жизнь? – ахнул Сиэль, а его брат замер с открытым ртом.

– Правда-правда, – кивнул я, подходя ближе к детям и говоря тише, чтобы не мешать общению леди Лайлет с Оскаром, которого мне хотелось увести подальше от аристократки, чтобы он не слишком наглел. – Дело в том, – с моих губ сорвался тяжёлый вздох. Мне было нелегко вспоминать те дни, когда я сходил с ума, пытаясь помочь своему другу, – что у него был травмирован глаз.

– Глаз?! – воскликнули в один голос мальчишки.

– Как уже сказал ранее, – кивнул я, – кроме меня он тогда никого к себе не подпускал, а я не обладал необходимыми навыками, чтобы провести осмотр. Ситуация была очень серьёзной. Оскар отказывался есть и пить, – дети смотрели на меня, не моргая, явно сочувствуя. – И вот тогда судьба свела меня с леди Лайлет. Признаюсь честно, – хитро сощурился я, придвигаясь к детям ближе, – не верил, что ваша мама сможет помочь, но, не имея другого выбора, позволил ей попробовать. И, как видите, у неё всё получилось.

Близнецы переглянулись, а потом посмотрели на Лайлет, которая звонко рассмеялась, когда Оскар склонил голову и ткнулся носом ей в бедро.

– Ах ты хитрец! – улыбалась женщина моей мечты. – Учуял ещё морковку? Ла-а-адно, сейчас дам!

– Мало того что ей удалось покорить моего коня, – продолжил я, понимая, что не смогу от неё отказаться, – так она ещё и осмотрела его глаз, прочистила и обработала рану.

– Лорд Фалмар, – осторожно начал Сиэль, – а вы… ничего не путаете?

Я улыбнулся ребёнку.

– Не путаю. Поверьте, ваша мама удивительная! Такой, как она, больше не найти на всём белом свете!

36. Пища для размышлений

Киан и Сиэль

– Может, – Сиэль сидел на краю столешницы, болтая ногой в воздухе, – стоило пойти на эту сделку?

Киан посмотрел на брата так, будто тот его разочаровал.

– А что? – потупил взгляд Сиэль, чувствуя вину за сказанное. – Ничего плохого взамен Лайлет от нас не потребовала.

– Уже забыл, – близнец недовольно поджал губы и отвернулся к окну, в которое было видно небо, окрашенное всеми красками заходящего солнца, – как она сожгла все игрушки, которые нам дарил отец? Забыл, как выгнала нас на чердак, запрещая слугам помогать с уборкой? А как она продала наших Лиама и Луара?! – повысил голос Киан. – Если забыл, тогда ты самый настоящий глупец! Я вот никогда не смогу стереть это в своей памяти! Не знаю, что с ней творится, но эти изменения меня настораживают!

– Думаешь, – тихие слова Сиэля нарушили повисшую тишину, – Лайлет что-то задумала?

– А ты считаешь, что нет?

Киан глубоко вздохнул, поднимаясь с кровати. Ребёнок не понимал, почему отношение мачехи к ним так разительно поменялось. Она будто стала другой. Совершенно другой. Внешне всё та же злая ведьма, довольно хохочущая при виде их слёз, а на деле… На деле будто другой человек. Чуткий, заботливый, умеющий сопереживать. За все эти годы, что она провела в их доме, Киан никогда не видел её такой. Дети получали от неё только оскорбления, обвинения и насмешки, а ещё затрещины, таскание за уши и давление своим авторитетом взрослого, приходящегося им с братом опекуном.

– Она хотела отправить нас в интернат, – тихо произнёс Киан, неотрывно глядя в окно, скользя взглядом по ало-пурпурным полоскам облаков, что разрисовали небо. – Мы ведь с тобой сами слышали её разговор.

– Знаю, брат, – закивал Сиэль, придвигаясь к нему ближе. – Знаю! Вот только…

– Что «только»?

Киан внешне был похож на своего брата-близнеца, но характеры у них разительно отличались друг от друга. Ему сложно было поверить в то, что видели его глаза. Здравый рассудок отказывался принимать внезапную доброту и заботу мачехи без подозрений. Она никогда не относилась к ним как к семье, скорее как к обузе, от которой Лайлет хотела избавиться, причём как можно скорее.

Нет, когда эта аристократка впервые пришла в их дом, она, конечно же, была мила и улыбчива, вот только Киан не верил её лицемерным хихиканьям. Аристократка из кожи вон лезла, пытаясь доказать их отцу, что она подружилась с близнецами, и Сэль купился на её ложную заботу. Он всегда был мягким ребёнком, нуждающимся в материнской любви, и именно поэтому ему пришлось очень больно, когда после смерти отца Лайлет мгновенно превратилась в дьяволицу, являющую мальчишкам свою истинную натуру.

– Я на самом деле и сам не понимаю, что происходит, – набрав полную грудь воздуха, Киан выдохнул. – Может ли лорд Фалмар нам солгать, что Лайлет вылечила Оскара?

– Не думаю, – отрицательно мотнул головой Сиэль.

– Вот и я. А даже если бы и мог, то животное точно не стало бы обманывать.

– Видел, да, как Оскар ластился к ней?

На Сиэля даже смотреть не стоило – и так было понятно, что в его глазах танцуют эмоции вместе с робким проблеском надежды. Он верил. Верил, что Лайлет действительно стала другой. Изменилась в лучшую сторону. Что её улыбки и слова искренни, а не какой-то очередной тёмный план, несущий за собой беду.

Конечно, Киан всё видел: и отношение Оскара к мачехе, и то, как она обращалась с ним. Так, будто он её ребёнок, которого она несказанно любит. В голове у мальчика вновь и вновь возникали моменты той ночи, когда земля сотрясалась от раскатов грома. Киан так боялся грозы. Никогда не признавался в этом, даже брату, но Сиэлю этого и не требовалось. Он сам всё видел, поэтому всегда звал его к себе на кровать, когда случалось столь страшное природное явление. Зачем Лайлет пришла? Зачем начала забалтывать их, обманывая, что боится молнии и грома? Конечно же, Киан не поверил ей, но и настаивать на том, чтобы мачеха ушла, ребёнок не стал. А потом ещё и эти её сказки…

Киан злился. Как же сильно он злился! В его маленьком сердечке возникали чувства и эмоции, которые он гнал прочь, но они не хотели уходить. Настаивали, чтобы мальчик дал своей мачехе шанс. Пусть совсем крохотный, но всё же шанс.

«Приехала поддержать нас на соревнованиях, разрешила отправиться в соседнюю империю, хотя раньше даже слушать об этом не хотела, а потом ещё и за покупками повезла…»

Истязая себя мыслями, которые не давали покоя, близнец вздохнул.

– Хороший сегодня был день, – внезапно улыбнулся Сиэль, вырывая его из размышлений.

А день сегодня был действительно прекрасный. Лорд Фалмар пробыл у них до самого ужина. Они все вместе сидели за одним столом, чего не случалось уже очень-очень давно. А Лайлет… Лайлет самолично подкладывала мальчишкам еду в тарелки, глядя так, будто она их родная мама. Та, что дорожит своими детьми и готова ради них на всё.

– Пойдём проведаем Лиама и Луара, – устало произнёс Киан.

Он так хотел показать лорду Фалмару их с Сиэлем друзей, но не стал. У Луара на морде остался шрам, который, как сказал лекарь, сойдёт, если мазать целебной мазью. Киан мог бы показать лорду Фалмару чернохасских жеребцов, а заодно и доказать ему, что та Лайлет, которую видит этот мужчина, далеко не та, какой она пытается себя показать. Вот только ребёнок не стал этого делать. Почему? Он не мог дать ответа на этот вопрос.

«Пусть считает это моей благодарностью за то, что мы поедем на соревнования!»

Солнце уже наполовину скрылось за горизонтом. Близнецы шли по дорожке, ведущей к конюшням. Никто не говорил ни слова, каждый блуждал в своих мыслях.

Коснувшись ручки двери, они бесшумно её открыли, заходя внутрь и обнаруживая, что в деннике Луара включён свет.

Нахмурившись и заподозрив неладное, мальчишки, не сговариваясь, зашагали вперёд, слыша тихий, едва различимый голос, который при приближении стал более разборчивым и понятным.

– Эта Лайлет… Знал бы ты, как сильно я её ненавижу.

Киан, удивлённо приподняв брови, посмотрел на опешившего брата. А потом вновь заглянул в денник, где находилась их мачеха, осторожно наносящая мазь на шрам коня.

– Столько боли принесла мальчикам. Вот за что она так с ними, скажи мне? Это ведь дети! Маленькие, беззащитные дети! Они лишились мамы с самого рождения, и вместо того, чтобы заменить им её, змея издевалась над ними как только могла! Хорошо, что её больше нет! Надеюсь, на том свете она ответит за содеянное в полной мере!

37. Кое-то не сдаётся

Лета

День был насыщенным на эмоции и пролетел очень быстро, забрав у меня почти все силы – как физические, так и душевные.

Киан и Сиэль… Эти дети столько выстрадали из-за Лайлет. Неудивительно, что теперь они не доверяли мне.

Я понимала, не стоит слишком надеяться на скорое примирение с ними, но в глубине души всё равно теплилась робкая надежда, что дети примут купленные мной игрушки и вернутся в свою комнату. Однако они отказались. Киан, не раздумывая, взял Сиэля за руку и молча повёл к выходу с рынка.

Анита смотрела на меня с сочувствием, и я с трудом сдерживала слёзы, которые жгли глаза.

«Мальчики не верят мне, и неизвестно, поверят ли вообще», – крутилось в голове.

Но мне удалось взять себя в руки и прогнать эти мысли. В конце концов, я в этом мире совсем недавно. Вполне естественно, что близнецы относятся к моей персоне с холодом. Нужно время, чтобы всё исправить.

Когда приехал Лисан, стало немного легче. Он помог мне успокоиться, позволил немного перевести дух.

Если честно, я завидовала ему – сын маркиза так быстро нашёл подход к близнецам, подружился с ними. Они не сводили с него глаз, расспрашивали о детстве и о том времени, когда он участвовал в соревнованиях.

Меня удивило, что дети не показали ему Лиама и Луара. Я ждала этого момента, готовясь увидеть разочарование в глазах аристократа, ведь именно по вине Лайлет животные пострадали. А поскольку теперь я занимаю её тело, эта вина ложилась и на меня.

Состояние Лиама пришло в норму – шрамов на нём не осталось. Мазь, которую дал лекарь Мириот, оказалась действительно чудодейственной. Но с Луаром дело обстояло сложнее. Раны жеребца затянулись быстро, но большой шрам, идущий от лба и почти до самых ноздрей, всё ещё был заметен. Меня утешало лишь то, что со временем он исчезнет. Жаль только воспоминания о побоях невозможно стереть из их памяти.

Я была рада, что Киан и Сиэль согласились сесть со мной за один стол. При Лисане они вели себя иначе, не показывая, что между нами не всё гладко. Почему мальчики так поступили? Возможно, потому что не хотели выносить сор из избы, хотя это свойственно даже не всем взрослым. Или, может быть, они пожалели меня, что маловероятно. В любом случае я была благодарна.

Пока лорд Фалмар был у нас, дети смеялись и шутили, позволяя мне увидеть их другими – счастливыми и беззаботными. Но как только он уехал, близнецы снова стали серьёзными и молчаливыми, уходя к себе подальше от меня.

Я понимала, что легко не будет, но всё равно сорвалась. Наболело, накипело. Мне нужно было выговориться, но кому? Только тому, кто не сможет ничего рассказать.

Убедившись, что Сиэль и Киан у себя, я направилась к Лиаму и Луару.

Нанося мазь на шрам животного, рассказывала ему о своих печалях, терзающих душу. Конь слушал, периодически фыркая, словно понимая всё, что я говорю ему.

Пусть немного, но мне стало легче.

– Ну вот, – вздохнула я, ласково поглаживая бархатистые ноздри животного, – пожаловалась тебе, теперь с новыми силами можно двигаться дальше.

Выключив свет, направилась к выходу и заметила, что дверь немного приоткрыта.

Хмыкнув, нахмурилась.

– Может, я не до конца её закрыла?

Оглядевшись, никого не увидела. В теле чувствовалась усталость, хотелось спать. Поэтому я без задней мысли направилась к дому.

Лисан попросил разрешения поехать с нами на соревнования. Дети были в восторге, услышав это. Я не стала возражать. Также согласилась, чтобы Оскар остался у нас, пока его хозяин находится в другой империи.

Меня так и тянуло спросить, с чем это связано, но я промолчала. Одно было ясно – Лисан не хочет оставлять своего друга в родительском доме. Видимо, для него там существовала какая-то угроза.

Ночь прошла как в бреду. Я постоянно просыпалась, вскакивая на кровати. Плохие сны, вызывающие тревогу, никак не давали покоя, отступая только с рассветом. Поэтому я проснулась позже обычного, да и то от деликатного стука в дверь.

– Госпожа, доброе утро, – Анита осторожно заглянула в комнату, когда я разрешила ей войти.

– Как дела? – сонно спросила у неё, чувствуя, что глаза слипаются.

– У ворот поместья стоит граф Навьер… – кашлянула девушка, наблюдая, как мои глаза распахиваются от услышанного, а затем недобро сощуриваются.

– А он что здесь забыл? – холодно спросила я.

– Стража не стала его пропускать…

– И правильно! – откинув одеяло, я спустила ноги на пол. – Я же его выгнала! Ясно дала понять, что не хочу больше иметь с ним ничего общего! Ты посмотри какой прилипчивый!

– Он принёс большой букет цветов, – прошептала Анита, не выдерживая моего разъярённого взгляда и отводя глаза.

– Пусть он эти цветы засунет… – сжав пальцы в кулаки, я медленно набрала полную грудь воздуха, чтобы успокоиться.

Свежо было воспоминание в памяти, как граф Навьер домогался до меня. Его потные руки и омерзительно частое дыхание!

– Видимо, мало ему в прошлый раз досталось!

«Боже, он же такой тошнотный! Не понимаю, что в нём нашла Лайлет?!»

– Его прогнать? – спросила Анита.

– Не нужно! – мотнула головой, с воинственным видом направляясь в комнату гигиены. – Я сама с ним поговорю! А потом пусть катится вместе со своим цветочным веником на все четыре стороны!