Текст книги "Тайна за семью замками"
Автор книги: Юлия Николаева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)
– Тебе надо, ты и присматривай.
– Скажешь тоже, – хмыкнула она, – тут такая ситуация, что твоя любовь к Сашке совершенно излишня.
– Какая еще ситуация? – повернулась я к ней.
– Так а что, Гриша орал, мол, это не шутки, кто-то хочет нас убить, сказал, без его ведома теперь никуда, а с утра мы ему должны всю правду рассказать.
– А где рюкзак? – спохватилась я.
– Рюкзак в надежном месте, Гришка до него не доберется, так что тут обошлось.
– Люба, – посмотрела я на нее подозрительно, – сознайся, ты агент ФСБ?
– Вася, не о том ты думаешь, надо решать, что будем Гришке говорить.
– Твои предложения, – отозвалась я, так как думать совершенно не хотелось.
– Главное, про коробочку молчать. Если весь сыр-бор тут из-за нее, нам головы на раз-два оторвут. Теперь дальше, про пожар говорим так: ты пришла, мы легли спать, но заболтались. Задремали, но запах дыма учуяли, ты бросилась будить Сашку с бабулей, я к соседям побежала.
– Ладно, – кивнула я, – это я могу, но вот с остальными тайнами сама разбирайся.
Я снова отвернулась, а Любка вздохнула.
– А Гришу, значит, на произвол судьбы?
Я промолчала, Любка посопела и угомонилась, а вскоре я заснула крепким сном. Снился мне, как ни странно, Гриша. Я снова была в горящем доме, лежала на полу, и тут появилось его лицо, он подхватил меня и потащил куда-то. Вокруг что-то с грохотом падало вниз, он прижимал меня к себе и бормотал что-то вроде:
– Потерпи, потерпи немного.
Глава 9
От этого сна я проснулась и некоторое время лежала в кровати, осмысливая его и злясь на себя. Вместо того, чтобы быть благодарной Сашке, я даже во сне занимаюсь полной ерундой. За окном уже рассвело, я аккуратно выскользнула из постели в ванную, умылась, смывая следы гари, после чего спустилась вниз. Сашка спал на диване, сложив руки на животе. Я улыбнулась и легонько погладила его волосы.
– Какая идиллия, – услышала я голос, обернулась и обнаружила Гришу в дверях кухни, цыкнула и прошла туда, прикрыв за собой дверь.
– Что же ты не сказала, что у вас большая любовь? – усмехнулся он.
– Тебя это не касается, – сурово ответила я, беря в руки турку.
– Кофе вон в том ящике, дорогая, – показал он мне, широко улыбнувшись.
– Ты чего в такую рань встал?
– Машину забирал.
– И что там? – повернулась я к нему.
– Дед твой жив, – пожал он плечами, – кто-то хорошенько двинул ему по голове, и все. Особняк тоже стоит, целый, невредимый.
Я облегченно выдохнула и вернулась к кофе.
– А как твой Сашка отнесется к тому, что ты провела со мной ночь? – задал Гриша вопрос, когда я разливала кофе по кружкам, отчего рука моя дрогнула, и напиток расплескался по столу.
– Судя по реакции, не очень хорошо, – усмехнулся он.
Я спешно вытерла стол, после чего поставила перед ним кружку.
– Мне казалось, мы выяснили этот вопрос, – заметила ему.
Гриша сделал глоток и посмеялся:
– А я-то голову ломаю, почему ты так упорно меня отвергаешь. Кто бы мог подумать, Сашка – большая любовь.
Я молча пила кофе, стараясь не встречаться с Гришей взглядом.
– Вот что, – он отставил кружку и заговорил серьезно, – не было у нас никакой ночи любви.
Я уставилась на него, он развел руками.
– Ты, действительно, просила тебя не отпускать, я привез тебя к себе, но ты была просто в стельку, повалилась в кровать и вырубилась, правда, предварительно стащив с себя платье. Вот и все.
– То есть никакого секса? – уточнила я.
– Никакого. С утра ты выглядела очень забавно, я не удержался и разыграл тебя. Так что можешь отбросить все неудобства и наслаждаться своими чувствами к Сашке.
Гриша допил кофе и вышел из кухни, а я осталась сидеть. Прежде чем на что-то решаться, следовало понять свои чувства. Гриша мне, конечно, нравится, но Сашка… Он меня спас, и когда я увидела его, то меня словно окатило волной, пришло какое-то странное чувство, которому я не могла найти слова.
– Дурость к тебе пришла, – подруга слова нашла быстро, – что ты теперь думаешь делать? Будешь за ним ходить, вздыхать и томно в глаза смотреть? Василиса, Сашка еще в школе не мог понять, чего ты от него хочешь, а теперь и подавно не сообразит.
– Я скажу, что люблю его.
Любка выпучила на меня глаза, не в силах подобрать слова. Наконец, она собралась и открыла рот, но тут в дверь кто-то позвонил.
– Это кто? – тут же переключилась подруга.
– Откуда я знаю, я же тут, с тобой.
Мы поднялись и ринулись к лестнице, правда, спуститься поостереглись и перевесились через перила. Сначала мы увидели Гришу, а потом мужчину в форме. Любка тут же утянула меня с перил и зашептала дурным голосом:
– Он, что, с ума сошел?
– Тихо, – шикнула я, спускаясь ниже и прислушиваясь.
– Не совсем понимаю, о чем вы, – раздался Гришин голос.
– Я опрашиваю тех, кто был с ней знаком.
– Я не был с ней… ладно, проходите.
Мы ринулись вверх по лестнице, спрятавшись в коридоре, а Гриша с полицейским прошли в кухню. Дверь Гриша прикрыл, и мы тут же понеслись вниз. Расположились неподалеку и стали слушать.
– Мы познакомились на пляже, – говорил тем временем Гриша, – поболтали, я проводил ее домой, вечером пошли на дискотеку, но я уехал раньше, а девушка осталась там.
– Кто-нибудь может это подтвердить?
– Наверное. На дискотеке было много людей. Перед тем, как уехать, я прошел мимо клуба с одной девушкой на руках, уверен, многие это заметили, потому что народ что-то кричал вслед. Потом мы сели в машину и уехали.
– Что за девушка?
Я знаками показала Любке, что речь обо мне, но она только отмахнулась, шевеля ушами.
– Это имеет отношение к делу? – недовольно спросил Гриша.
– Сейчас важно все, – отозвался мужчина, – девушка не вернулась домой, ее хватились через день, оказалось, она нигде не объявлялась, а на дискотеку приехала с вами, что видели многие.
– Это ничего не значит, – спокойно ответил Гриша.
– И все-таки расскажите, что за девушку вы несли на руках?
– Это моя приятельница, она здесь отдыхает у друга.
– Имя, фамилия?
– Василиса Костина.
Мы с Любкой переглянулись, понимая друг друга без слов, я не называла Грише свою фамилию, однако он ее знает.
– Хорошо, – продолжил мужчина, – в каких вы отношениях?
– Исключительно в дружественных, – я услышала в его голосе насмешку, – в тот вечер она с подругой перебрала лишнего, я собирался домой и решил их подбросить, раз уж они живут неподалеку.
– Кристина знала об этом?
– Вы, наверное, не совсем понимаете, – усмехнулся Гриша, – я познакомился на пляже с симпатичной девушкой, но не собирался связывать с ней остаток жизни, а всего лишь надеялся на короткий роман. По ходу действия я понял, что с девушкой мы не сойдемся и решил уехать.
– Может, вы решили уехать, потому что спешили подвезти до дома выпившую подругу?
– Вам-то какая разница? – развеселился Гриша.
– Подруга Кристины рассказала, что рядом с вами постоянно крутилась какая-то девушка, и Кристине это не понравилось.
– Естественно, раз уж она имела на меня виды, а я уделял внимание не только ей.
– А теперь девушка пропала.
– И что вы думаете по этому поводу? – спросил Гриша без интереса.
– Пока составляем общую картину, – отозвался мужчина.
– Отлично, если у вас больше нет вопросов…
Гриша сделал паузу, и мы ретировались на второй этаж. Мужчины прошли через холл, после чего следователь сказал:
– Это мой номер телефона, позвоните, если что-то вспомните.
Гриша промолчал, хлопнула дверь, и мы скатились вниз. Я отметила, что Гриша смял листок и кинул его на стол.
– Подслушивали? – хмыкнул он, кинув на нас взгляд.
Сашка от звуков заворочался и открыл глаза.
– Девушка с пляжа пропала? – не стала я оспаривать Гришины слова.
– Я к этому отношения не имею, – сразу сказал он, словно зная привычку Любки вешать на него всех собак.
Подруга покорно кивнула, чем его только разозлила, а Сашка растерянно спросил:
– Что случилось?
– Помнишь девчонку, с которой Гриша приехал на дискотеку? – тут же выступила Любка, – Кристина какая-то, она пропала.
– Да ладно? – Сашка немного поморгал, – что же такое происходит в последнее время?
– Это стоит узнать у твоих подруг, – заметил Гриша, а Любка только сделала высокомерный вид и молча утянула меня наверх.
– Как думаешь, ее убили? – задала она вопрос, едва оказавшись в комнате.
– За что? – уставилась я на подругу.
– Не знаю.
– А чего каркаешь, – разозлилась я и тут же добавила, – как думаешь, Гриша в этом замешан?
– Не знаю, – снова сказала она, но поймав мой взгляд, заболтала, – может, и замешан, если судить по услышанному, девица та еще проныра, могла сунуть нос, куда не просили, вот и пришлось от нее избавиться. А тебя как алиби использовать.
Я села на кровать и стала грызть ноготь.
– И что будем делать? – спросила все-таки.
– Не лезть, вот что, – вдруг проявила Любка благоразумность, – от Гришки надо тикать от греха, только стоит дом осмотреть, раз уж такая оказия вышла.
О чем, о чем, а о чужом имуществе подруга помнит всегда.
– А если Гришка убийца? – высказалась я, – застукает нас, пока мы по ящикам роемся, и отправит вслед за Кристиной.
Тут в комнате появился сам хозяин, окинул нас недовольным взглядом и сказал:
– Я уеду на пару часов, а вы чтобы сидели дома и носа не показывали на улицу, ясно?
Мы послушно закивали, чем только вызвали очередную волну подозрения, однако больше Гриша задерживаться не стал и ушел вниз.
– Судьба сама дает нам шанс, Василиса, – жарко прошептала Любка, – избавимся от Сашки, и за дело.
Мы спустились вниз и застали Сашку в дверях.
– Ты куда? – спросила я его ласково, отчего он смутился и пробормотал:
– Пойду бабулю проведать.
– Иди с миром, – Любка даже открыла ему дверь, но я удержала его за руку и улыбнулась.
– Возвращайся скорей.
Сашка очень неоднозначно кивнул и удалился, Любка захлопнула дверь, закрыла ее на замок, после чего повернулась ко мне.
– Ты бы так Гришку очаровывала, – покачала она головой, – наш малахольный тебя только бояться начинает. Ладно, я наверх, а ты тут, найдешь чего, зови.
Любка ускакала через две ступеньки, а я стала вяло рассматривать гостиную. Идея казалась мне мало перспективной, потому как если Гриша учинил весь беспредел, то вряд ли хранит в своем доме вещественные улики. Комод и журнальный столик не порадовали ничем интересным, и я переместилась к книжному стеллажу. Тут я зависла, потому как читать любила, а Гришин запас книг меня весьма порадовал. Я пробежалась по корешкам: в основном классика художественной литературы, несколько современных авторов, внизу полка по искусствоведению. Я вытащила первую попавшуюся книгу, это оказалась небольшая брошюра, я прочитала ее название, и сердце мое учащенно забилось. Ничего удивительного, раз уважаемый Бирюков К.В., несложно догадаться, что это Гришин отец, написал книгу под названием «Сожженная деревня Дымно. Теории и факты». Я прочитала оглавление, после чего уселась на диван и углубилась в содержание брошюры. Справилась я с ней минут за тридцать, к счастью, Любка была увлечена поисками наверху и не мешала мне. Брошюра оказалась очень занятной. Бирюков Константин Викторович в свое время занимался Новгородской областью, исследуя историю различных поселков. Так как сам он имел в Марьино дом, то этот край изучил очень хорошо, включая феномен «сказочной деревни», как ее называли жильцы. Об этом в брошюре было сказано мало, Бирюков просто упоминал сей факт в предисловии. Дымно его заинтересовало с военной точки зрения: в этом месте были довольно плотные бои, и деревенька переходила из одних рук в другие. Начав раскапывать ее историю, автор и сам не знал, что его ждет. Во-первых, так и не удалось узнать, кто же все-таки сжег деревню. Во-вторых, Бирюкову не удавалось найти ни одного жителя, оставшегося после войны. Единственным был пропойца из Марьино, но он не просто отказывался говорить на эту тему, с ним словно что-то происходило: из милого, приветливого старикана он вдруг превращался в напуганного и обозленного. Объяснять что-либо не желал, и те две встречи, которых сумел добиться автор, окончились ничем. Несложно догадаться, что речь шла о нашем Аркашке. Кроме разговоров Бирюков также посетил места боевой славы, обнаружив там только лес да крест посреди поляны. Единственным, что привлекло его внимание, стала пещера из черного камня, вход в которую был завален очень давно (так написал сам автор, и у меня нет причин ему не верить). Ухватившись за это как за последнюю нить в попытке разгадать тайну деревни, Бирюков стал наводить справки о пещере. Собственно, никто ничего не знал, но ему-таки повезло, в одном из домов в Марьино Константин Викторович имел разговор с бабулей, дружившей когда-то с Аркашкиной женой. Та рассказала ей, что во сне, бывало, муж бредил по пьяному делу, что-то бормотал про пещеру, дьявола и загадки, однако на утро делал вид, что не понимает, о чем речь, и списывал все на зеленого змия. Бирюков, что не удивительно, быстро связал все воедино и пришел к следующему выводу: жители Дымно, вероятно, считали пещеру дьявольской, потому и засыпали когда-то камнями, предание прижилось и передавалось как местная байка, а Аркашка, видимо, в детстве излишне впечатлился данной историей, потом и война сказалась, отсюда такая реакция.
В общем, ничего конкретного Бирюков не сообщил, а закончил размышлениями о том, что неплохо бы пещеру разрыть. Видимо, сынок его и решил воплотить мысли в жизнь.
Я как раз закончила чтение, когда появилась Любка.
– Ничего, – заметила она огорченно, – стервец заботится о конспирации. А ты, что, книгу читаешь? Вася, я тебя зачем здесь оставила?
Я сунула ей брошюру, подруга прочитала название и уставилась на меня в глубокой растерянности.
– Это что же выходит… – начала она, но я ее перебила:
– Именно, Гришка в этой истории с головой, может, его Дымно по своим причинам заинтересовало, конечно, но мы этот интерес весьма подогрели.
– А что тут? – Любка смотрела оглавление.
– Я тебе потом суть расскажу. Одно известно точно: Гриша давно знал, что Аркашка из Дымно, а мы постоянно вертелись возле дома старика, что он не оставил без внимания. Из брошюры ясно, что Аркашка разговоров о Дымно не любит и что черная пещера вроде как дьявольская, причем взято это не с потолка, а из Аркашкиного пьяного бреда. Соответственно, Гриша быстро связал наш интерес к Дымно и Аркашке именно с пещерой. Но что им движет: желание разгадать тайну деревни или что-то более конкретное, – это вопрос.
– Это мы и должны узнать. Я имею в виду, конкретное.
Я посмотрела на нее непонимающе, а Любка напомнила:
– Коробочка, которую наш общий друг закопал под вишней. Не время ли нам взглянуть на ее содержимое?
– Гришка велел дома сидеть, если он придет, а нас нет…
– К черту Гришку, – рассердилась Любка, – мы так близко подошли к разгадке…
– Вот именно, – перебила я ее, – запасись выдержкой, не стоит провоцировать Гришу, пусть думает, что мы его слушаемся.
– Ладно, – нехотя согласилась подруга, – чем займемся тогда?
– Пошли чаю попьем.
Мы выпили по две кружки, когда я высказалась:
– Как думаешь, как Гришка мою фамилию узнал?
– Чего ты удивляешься? Гриша человек со связями, а в свете происходящего вполне разумно навести справки об интересующих личностях.
– А почему мы к нему интерес не проявили?
– Дуры потому что, – ответственно заявила Любка, – да и у кого бы стали интересоваться? У Лешки твоего? Дал бы он нам паспортные данные, и что делать, смотреть на них?
Тут зазвонил звонок, мы бросились открывать и испуганно замерли, потому как вернулся Гриша, и зол он был без меры. Ткнул в Любку пальцем и сказал:
– Ты – быстро к Сашке, а ты, – тут палец перешел ко мне, – с тобой я поговорю отдельно.
Мы забормотали что-то невнятное, но он даже слушать не стал, сграбастал Любку за шкирку и выставил за дверь, не забыв последнюю запереть изнутри.
– Что случилось? – испуганно смотрела я на него.
Он взял меня за руку и усадил на диван, сам встал напротив, прислонившись к комоду.
– Дела наши таковы, – начал он, немного подумав, а я сразу поняла, что ничего хорошего ждать не приходится, – как вы слышали сегодня утром, пропала девица, с которой я познакомился на пляже.
– Кристина, – уточнила я.
– После разговора со следователем, я решил немного покопаться в этом деле… В общем, девушка погибла.
Я открыла рот, таращась на него.
– Каким образом? – все-таки задала вопрос.
– Упала со склона в болото.
Я снова вытаращилась и брякнула:
– Ее водяной утащил.
– Что? – не сразу понял Гриша, а когда понял, поморщился, – если бы водяной, было бы куда меньше проблем.
– А что за проблемы?
– Помогли девушке отправиться в мир иной, вот что.
– Кто помог? – все происходящее напоминало мне какой-то беспросветный мрак, я только и делала, что таращилась на Гришу, задавая глупые вопросы.
– Тот, кто ее огрел по голове и в болото скинул, – ответил Гриша, а я снова отличилась умным вопросом.
– За что?
Гриша немного посмотрел на меня, а потом сказал:
– Может, водички попьешь?
Я обиделась и замотала головой.
– Рассказываю суть, – вернулся Гриша к теме беседы, – после того, как я уехал с тобой и Любкой, эта девица…
– Ее зовут Кристина.
– Теперь это значения не имеет. Короче, она перебрала и собралась ехать выцарапывать глаза. Тебе, не мне.
– Мне-то за что?
– Девица явно решила, что я отличный вариант, – тут Гриша поморщился, – но я дал ей от ворот поворот, и она решила, что это из-за тебя. Выпила, стала орать, что не позволит всяким замарашкам уводить у нее парней, пошла разбираться. Не самый умный поступок, но что взять с пьяной бабы?
– Ты можешь как-то уважительней?
– Слушай, – вздохнул Гриша, – я подцепил девицу на пляже, планируя провести с ней пару ни к чему не обязывающих ночей, так что извини, что не проявляю должного уважения.
Я покраснела и замолкла, а он продолжил:
– Если бы не удар по голове, можно было бы списать на невнимательность, пьяная девчонка, идущая в темноте по склону… Ничего удивительного, особенно учитывая, сколько раз подобное тут случалось.
– Кто ее нашел?
– Я и нашел.
– Ты? – снова вытаращилась я, а Гриша усмехнулся.
– Чего ты так удивляешься? Я не менты, ходить по друзьям и вести задушевные разговоры мне некогда. Поговорил с самой близкой подругой, подумал головой и поехал к болоту.
– И?
– Нашел на тропинке серьгу, привез подруге, она ее опознала. Я позвонил менту, он, конечно, был недоволен, но кого надо вызвал. Девчонка упала возле гати, так что тело не успело утянуть далеко. Можно сказать, повезло.
– Ты же выкинул бумажку с телефоном следователя.
– Я ее не выкинул, а бросил на стол, – ухмыльнулся он, – а ты все подмечаешь, значит. Несмотря на помощь, мент своих подозрений на мой счет не убавил, но есть новые обстоятельства, и они мне нравятся еще меньше.
– Какие? – испуганно спросила я, почуяв, что добрались до меня.
– Кто-то видел, как Кристина садилась в красный «Опель», при этом жестикулируя и ругаясь. Машина поехала в сторону нашей деревни.
– Красный «Опель», – сказала я довольно спокойно и повторила, – красный «Опель». Понятно.
Надо заметить, что кроме моего красного «Опеля», я больше тут подобных машин не приметила, оттого и впала в уныние.
– Я знаю, что ты ночевала у меня, – продолжил Гриша, – а твоя подруга дома, вы были не в состоянии не то, что за руль сесть, а просто встать. Между тем, машину видели примерно через час после нашего отъезда.
Я пыталась думать, а точнее, вспомнить хоть какие-то события того злополучного вечера, но они были не просто в тумане, а в какой-то плотной белой пелене. Ни единой мысли о том, кто мог взять машину, не было. К тому же, откуда у этого человека ключи от нее?
– Просто голова кругом, – пожаловалась я, а Гриша принес мне воды.
Пока я ее пила, мне то ли полегчало, то ли просто просветление наметилось, но я подумала: что мешало Грише воспользоваться моей машиной, пока я была в отключке? Раскидал бесчувственные тела, вытащил ключи из моей сумочки (а они были в сумочке? Этого я не помнила) и смотался к клубу. И что? Увез Кристину и утопил ее? За что?
Я нервно вздохнула.
– Я опять оказался злодеем? – поинтересовался Гриша, а я на него покосилась, всерьез задумавшись о том, не читает ли он мысли.
– Думаю, что мне теперь делать, – пожаловалась я, но он только пожал плечами.
Конечно, не в его же машину села эта Кристина. Завел себе девицу для секса, а расхлебывать по непонятным причинами приходится мне.
– Доказать, что это твоя машина, невозможно, – заметил он, – но готовься к тому, что вопросы будут задавать долго и мучительно.
– Они всерьез предполагают, что я увезла в лес девицу, ударила ее поленом по голове и сбросила в болото? – не выдержала я, – даже если на секунду представить, что этот бред – правда, зачем мне это делать?
Гриша многозначительно указал на себя, а я снова вытаращилась.
– Понимаю, – ухмыльнулся он, – мысль, что из-за меня можно убить, кажется тебе абсурдной, но встань на место мента. Две девицы, один мужик, который пришел с одной, ушел с другой. Обе выпили, что-то там взыграло, ты решила разобраться, села в машину и вернулась к клубу. Может, ты и не хотела убивать, просто донести до девушки, что не стоит тянуть ручки к парню. Вы отъехали, начали скандалить, это переросло в драку, и ты случайно тюкнула ее по голове первым попавшимся под руку поленом. Силы в пьяных гораздо больше, вот девчонка и отдала концы, а ты испугалась и стала соображать, что делать. Тут в голове вспыли байки про водяных, которые девиц в болото таскают, не долго думая, ты затащила тело в машину, доехала до склона, дотащила труп и скинула вниз, после чего поспешила обратно ко мне. Я, например, спал и не слышал, что ты уходила, так что вполне могу подтвердить твое алиби.
Гриша говорил, а я отчаивалась все больше и больше, уж больно складная получалась у него история. Когда он замолк, я решительно сказала:
– Все было не так.
– Я же не спорю, – он даже руку к груди приложил, – но мент за подобную мысль ухватится. А если ухватится, начнет беседовать, а беседовать с вами, ой, как интересно, я пробовал. Что ни слово, то что-то новенькое. Начнете завираться со своими историями про женихов и деревни, мент заподозрит неладное, а там уж и до трупа в багажнике недалеко.
Я затряслась, как осиновый лист, представив свои перспективы. Все услышанное надо было срочно обмозговать с Любкой.
– Мне надо идти, – поднялась я решительно, Гриша пожал плечами.
– Удачи, – сказал мне и свернул в сторону кухни, – если несложно, защелкни на двери замок, там есть английский.
Подобное обращение удовольствия не доставило, дверь я закрыла, но хлопнула ей основательно. После чего понеслась разыскивать подругу по окрестным дворам. В прочем, много времени это не заняло, первый же местный житель указал дом, в котором временно поселилась баба Маша. Любка там и нашлась, сидела во дворе за столом и уплетала пироги с молоком.
– Васечка, присаживайся, – обрадовалась она мне, – а тут такие страсти творятся.
– Какие? – испугалась я, ожидая уже чего угодно.
– Вся деревня на ушах стоит: водяной сегодня ночью очередную жертву утащил.
Я вздохнула, покачав головой.
– А где Сашка с бабой Машей?
– На Аркашкины похороны пошли.
– Его сегодня хоронят?
– Ага, – Любка вдруг заголосила, – тут это дело нехитрое: могилку вырыли да закопали.
– Чего это ты так орешь? – подозрительно спросила я ее.
– Боязно мне, Василисушка, чую проклятье мы притащили из Дымно этого. Стоило нам туда скататься, как вон оно что вокруг началось.
Я хмуро поглазела на подругу и осторожно поинтересовалась:
– Ты сегодня со сколькими бабулями общалась?
Любка обиженно засопела.
– Ну поболтала с парочкой, а что такого? Ежели и так все очевидно: мы своим нежданным приходом разбудили дьявола, и теперь он за это на деревню посылает несчастья.
Я некоторое время моргала, глядя на нее, потом сказала, как можно увереннее:
– Люба, неприятности наши, действительно, начались после поездки в Дымно, но устраивает их нам вовсе не дьявол, а конкретные люди, имеющие там свой интерес. А девица, которую якобы водяной утащил, и есть Кристина.
– Иди ты, – с этими словами дурь с Любки слетела, и она потребовала подробности.
Я пересказала наш с Гришей разговор, после чего подруга довольно нелицеприятно высказалась.
– Обложили, суки, – закончила она свою браваду, – хотят нас любым способом из игры вывести.
– Положим, так, только неясно, кто это. Грише так подставляться глупо, он и так у полиции на подозрении. Хотя, если совсем припекло…
– Теперь и к нам менты пожалуют, – недовольно буркнула подруга.
– Пожалуют, – раздался Сашкин голос, и мы обе подскочили на месте, не заметив, как приятель появился во дворе.
– Ты подслушиваешь? – тут же нахмурилась подруга, а Сашка махнул рукой, присаживаясь рядом.
– Что вас слушать? Просто услышал последние слова. Вы про пожар говорите?
Мы переглянулись, и подруга ответила:
– Предположим, а что пожар?
– Так Барона, оказывается, снотворным накачали в ту ночь, чтобы он шума не мог поднять. Так в полиции сказали.
– То есть пожар произошел не сам по себе? – задала Любка вопрос, хотя ответ был очевиден.
Сашка хмыкнул:
– Вы сами-то в это верите? Я вам так скажу: если бы не полиция, которая теперь вас быстро не отпустит, вас бы отсюда уже выставили.
– Кто?
– Так местные, – Сашка развел руками, – вы теперь тут сами, как главное проклятие. Кто дьявола выпустил? Что теперь делать? Само собой, от вас избавляться, чтобы вы зло с собой забрали.
Мы уставились на него с сомнением.
– Это не мои мысли, – тут же заметил он, – пересказываю только что услышанное на кладбище. Здесь тоже не советую засиживаться, скоро бабуля с тетей Мариной вернутся, вряд ли они будут рады встрече.
– Что же нам делать? – с обидой спросила я.
– Поживите пока у Гриши, тем более, он вас сам приютил. Кстати, а вон и народ идет с кладбища.
Мы выскочили к калитке и увидели толпу людей. После Сашкиных рассказов встречаться с ними, прямо сказать, желания не было, к тому же в голове почему-то возникали картины о мужиках с вилами и топорами и сожжения на кострах. Любка, видимо, подумала о том же, потому что потянула меня за калитку.
– Пойдем мы, – кинула она Сашке, и мы ринулись в сторону Гришиного дома, правда, подруга успела еще прихватить с собой пяток пирогов.
Гриша на звонок открыл и посмотрел на нас недоуменно. Мы сбивчиво и с неохотой поведали ему о ситуации, он вник не сразу, а когда понял, о чем речь, весело рассмеялся.
– Ничего смешного в этом нет, – ответила Любка, суя ему в руки пироги, – толпа линчевателей, не иначе. Примешь нас?
Гриша распахнул дверь, продолжая посмеиваться, и мы зашли в дом. Он проявил внезапное радушие, так как даже накормил обедом, который, по всей видимости, только что и приготовил.
– Кладезь талантов, – покачала Любка головой, уплетая предложенное, а Гриша только улыбался.
После обеда он расположился внизу, читая книгу, а мы отправились наверх, в комнату, где ночевали, и вскоре заскучали.
– Самое время посмотреть коробочку, – заметила Любка.
– Гриша может что-то заподозрить.
– Мы ему скажем, что пойдем на твою машину смотреть.
– А если он с нами пойдет?
– Значит, посмотрим машину, – рассердилась она, – события в деревне развиваются уже помимо нашей воли, надо торопиться, пока нас отсюда реально не выставили.
– Ладно, – согласилась я, и мы спустились вниз, делая независимый вид.
Делали мы его исключительно для Григория, но он попросту не обратил на нас внимания, даже не повернулся в нашу сторону. От подобного поведения мы растерялись и даже немного обиделись, видимо, поэтому Любка кашлянула и сказала:
– Мы отойдем ненадолго.
– Бога ради, – отозвался Гриша, не отрываясь от книги.
Любка сделала кислое лицо, и мы покинули дом.
– Подлец, – заявила подруга тут же, – знает, что деться нам некуда, вот и ведет себя наглым образом.
– Может, в отместку заночуем в машине? – предложила я.
– Кому от этого станет хуже? К тому же, я в машине умру от страха.
– А куда мы идем? – додумалась спросить я, когда мы уже дошли до Сашкиного дома. Любка кивнула в его сторону.
– Ты спрятала коробку тут?
– Отличное место, – пожала она плечами, – вряд ли кому придет в голову.
– А если ее сперли?
– Я же не на забор рюкзак повесила, – обиделась подруга, заходя во двор. Мы воззрились на пепелище.
– Странно, – заметила я, – если убить хотели нас, то почему дом подожгли с Сашкиной комнаты?
– Может, не знали? – почесала Любка голову.
– Чего проще узнать? – не согласилась я, – коли наши чемоданы возле печи стоят, и тут везде проходной двор.
– А если, – вдруг сказала Любка, – никто и не хотел нас убивать? Может, некто рассчитывал на то, что мы выбежим из дома, а он под шумок свиснет у нас что-нибудь?
– Например, что?
– Например, письмо моей бабули.
– Но ведь кроме Сашки никто в дом не заходил, – нахмурилась я.
– Еще был… – тут подруга осеклась и начала прятать глаза.
– Кто еще был? – уставилась я на нее.
– Ты была, – невозмутимо захлопала она глазами, но успеха не возымела.
– Люба, – строго сказала я, – хватит юлить. Кто еще был в доме?
– Гриша был, – вздохнула она, а я нахмурилась, – я рюкзак спрятала и вернулась, ты уже в доме была, и Гришка подбежал. Услышал, что ты там, да и рванул внутрь, никого не слушая. Тебя вытащил, ты без сознания была, потом за Сашкой вернулся, его там какой-то балкой придавило, он выбраться не мог.
Я стояла с открытым ртом.
– А почему ты мне об этом только сейчас говоришь? – практически заорала я, внезапно вспоминая свой сон и начиная сомневаться, сон ли это был вообще.
– Василисушка, я не виновата, – запричитала она, – Гришка так орал, так орал, и на меня, и на Сашку, велел за ним идти, донес тебя до своего дома, опять на нас наорал и строго-настрого запретил тебе рассказывать.
– Какого черта? – злилась я.
– Так гордость у мужика, – пояснила Любка, – он за тобой и в огонь, и в воду, а ты нос воротишь, а уж как совсем помешалась да к Сашке стала чувства проявлять… Ты, надеюсь, в свете этой информации, остынешь от своей любви? А то и Сашке неловко, он как бы и ни при чем, а все лавры пожинает.
Я молчала, скрежеща зубами и проклиная все эти социальные отношения в корне. Решив оставить данную тему без обсуждения, я шагнула к машине и дернула ручку, она открылась. Ключ зажигания торчал в замке.
– Лучше скажи мне, что это за чудеса, – сказала я, разглядывая салон.
– Понятия не имею, я была так же пьяна, как и ты. Но кто-то точно спер ключи и воспользовался машиной.
– Ценная мысль, – хмыкнула я, залезая внутрь и тщательно осматриваясь.
– Что ищешь? – полюбопытствовала подруга.
Тут что-то блеснуло на полу возле переднего сиденья, я наклонилась и вытащила торчащую из-под коврика сережку: это была длинная цепочка с вкраплениями красных камушков. Я повертела ей перед Любкиным носом, а та аж зашлась.
