Текст книги "Между крестом и полумесяцем"
Автор книги: Юлия Харченко
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)
Марием не была удивлена, когда узнала, что руководители приняли решение относительно улучшения качества сервиса в отеле. Решением глав ведущих департаментов был создан национальный уголок и уголок для детей. А по вечерам планировалось проведение тематических ужинов. В зависимости от дня недели гостей ожидали итальянская, индийская, французская, японская, русская кухни. Но в дни национальных выходных, пятницу и субботу, когда приезжали туристы со всех уголков страны, их ожидал восточный вечер.
В шоу-программе принимали участие приглашенные артисты с танцем живота, восточным театром, а на ужин готовили вкуснейшие блюда национальной кухни.
В течение последних трех месяцев главной проблемой ресторана, по отзывам гостей отеля, было именно отсутствие тематических вечеров и детского уголка. В отчетах также упоминалось, что иностранные гости желают отведать колоритных египетских блюд. Но до этого момента ежедневные отчеты, составленные Марием, не приносили никакой пользы отелю. Никаких положительных изменений не было. Казалось, директор не читает эти отчеты. Возможно, это было совпадение, но девушка вспомнила загадочную улыбку мистера Питера, когда она жаловалась на отсутствие сервиса.
Радуясь новостям, девушка отправилась проверять номера. Осознавая значимость проделанной работы, она кипела энергией и была готова работать в два раза больше. Заказав на ресепшене два электронных ключа от свободных номеров в разных зданиях, она направилась туда. Один из этих номеров она уже осматривала неделю назад. Проходя мимо, Марием обратила внимание, что в этом здании все номера помечены «текущим ремонтом», и только два из них были «вакантными и убранными». Она вошла в первый номер и ахнула: пол в ванной был переделан. Он, как и стены, был покрыт плиткой цвета индиго. Каждая плиточка была аккуратно выложена. Никаких следов клея. «Отлично!» – подумала Марием, ведь до этого полгода ничего не менялось.
Во время обеда мистер Питер, загадочно улыбаясь, подсел к ней за столик.
– Мистер Питер, я поверить не могу в то, что увидела сегодня! Я уже полгода пишу в отчетах о неудовлетворенности гостей – и никакой реакции. А сегодня… Это вы! Я поняла! Это с вашим приходом что-то изменилось! Наконец-то! У нас появились тематические вечера, в отеле появилась система. Просто удивительно!
– Не я, а вы, Марием. Это все ваши отчеты! Мы с руководством компании пробежались по ним и поняли, что нужно изменить. И вуаля! Рыба, как говорится, портится с головы. Ну… мы поменяли голову.
– Что вы имеете в виду?
– С этого дня у нас молодой и очень инициативный шеф-повар. Он предложил новую систему работы, изучил ваши отчеты за последние месяцы. Так что пожинайте результаты своих трудов.
– А с предыдущим что? И… ванные комнаты!
– Главный человек в нашем деле – это гость, он решает, что и как, и он устанавливает свои правила. В нашем бизнесе надо быть гибким. Гостю нужны изменения – значит, к этому нужно стремиться. А тем, кто считает себя умнее других, в том числе умнее и самого гостя, лучше открывать свои рестораны. Кроме того, экономия не всегда полезна. Даже если бюджет ограничен, нужно находить какие-то другие возможности для экономии, а не думать, что рано или поздно гостю понравится пресный вкус и он махнет рукой на однообразие. Но мне кажется, что проблема была не в том. В данном случае бюджет уходил не туда…
– А куда?
– Будешь задавать много вопросов, будешь такой же старой и скучной, как я.
Марием покраснела. Они уже перешли на «ты»? Она всем сердцем хотела быть такой, как этот интересный и умный мужчина, способный решать проблемы и подталкивать руководство к действиям. Интересно, каким бы он был мужем?
Она продолжала думать над этим вопросом и по пути домой, и войдя в квартиру. Но вместо загадочного красавца на кресле перед телевизором она увидела своего настоящего мужа с тарелкой чего-то несъедобного.
Он даже не повернулся, чтобы посмотреть в ее сторону. Как сидел, так и продолжал сидеть.
То же самое происходило каждый день в течение недели, когда она возвращалась с работы: вещи были раскиданы по всей гостиной, в раковине стояла гора немытой посуды, из которой ел только Антониус. Марием держалась, ей хотелось помыть посуду, убрать, но она ждала, что ее ленивый муж вдруг заметит, что происходит вокруг него и сделает это сам. Время шло, а надежда постепенно умирала, и однажды, идя домой с работы, она решила, что пора навести дома порядок. Но, открыв дверь, она заметила женские туфли возле входа.
На кухне ее тетка Сусу отмывала гору грязной посуды двухдневной давности, из духовки разносился аромат пряного мяса, на плите что-то варилось, полы сверкали. Она, наконец, обратила внимание, что не только в кухне была чистота. Тетка вытерла руки о передник и, выпятив свой зад, грузно опустила его на стул. Да, свекровь уже сделала всю домашнюю работу. Марием стало очень стыдно за то, что это сделала не она. Антониус сидел за столом, ел маленькие кусочки лепешки с сыром Фета и помидором. Свекровь, усмехнувшись, посмотрела на Марием.
– Тетя, я не знала, что ты приедешь. Антониус ничего мне не сказал.
– Зато мне он рассказал многое. Например, какая из тебя получилась жена. Да и зачем мне что-то говорить? У меня есть глаза, и я сама вижу.
– Тетя…
– Ты выгнала мужа из спальни, и ему приходится спать на диване в гостиной. А ведь квартиру я ему купила, в первую очередь, как отцу будущего семейства. Но какое тут семейство, если супруги спят отдельно?
– Тетя, я тебя прошу, выслушай…
– Послушай меня, девочка! Я пустила твою мать с двумя сыновьями по своей доброй воле и по доброте душевной к себе в дом. Потом она обвинила меня в том, что я пыталась убить ее сына. А ты дочь своей матери! Мой сын взял тебя в жены без ничего. А сейчас ты пытаешься выгнать его. Не убираешь, не готовишь для него. Он сам по себе в гостиной на кушетке, а ты заняла спальню. Ты думаешь, брак, он такой? Я прожила с его отцом тридцать лет и никогда не выгоняла его в гостиную. Я всегда готовила, убирала и следила за порядком в большом доме, а не в маленькой квартирке, где вы живете. Рано или поздно мы умрем, и дом достанется вам, что будет происходить там? Я знаю, что у него неидеальный характер, он немного ленив, но ты брала его таким, когда выходила за него замуж, так ведь? Так будь добра, мирись с его недостатками, потому что я сейчас вижу, что ты не так уж идеальна, чтобы упрекать его в мелочах!
– Тетя, я прошу тебя, не говори так о моей маме. Ты же знаешь, сколько она перенесла и что она держится молодцом.
– Молодцом, – саркастически улыбнулась Сусу. – Твоя мама всегда была любимицей, и все всегда жалели ее. Почему никто никогда не сочувствовал мне? Ладно, мы сейчас не о ней. Я хочу, чтобы ты изменила свое поведение и отношение ко всему происходящему. Это только вина женщины, если мужчина не может или не хочет работать.
– Но…
– Роди ему ребенка, и ему придется над этим задуматься. Я не думаю, что ты так глупа и не способна изменить ситуацию.
Марием не могла представить сейчас ни себя в роли матери, ни Антониуса в роли отца. Более того, она теперь не могла представить будущего с этим человеком. Даже этот разговор вызвал в ней новый поток необъяснимых эмоций, для нее все эти слова были дикими. Комок застрял в горле и не давал ей ответить на все обвинения. Желание оправдываться пропало. Хотелось опять зарыться лицом в подушку и заплакать. Неужели она настолько слаба? Ведь не она одна в такой ситуации. В некоторых семьях мужья бывают и похуже. Может, это стадия притирки так проходит, а потом будет проще? Но перед ее глазами всплыл образ. Питер улыбался, глядя на нее, как-то по-новому, как никто не улыбался ей раньше. Как так случилось, что она не встретилась с этим человеком раньше?
И тут раздался спасительный звонок телефона:
– Сестренка! – кричал довольный голос. – Как жизнь? Я ловлю такси и через пять минут буду у тебя. Жди. Кстати, твой адрес…
Марием продиктовала адрес и рассказала тете про намеченный приезд брата.
– И как, по-твоему, мы тут все уместимся?
– Тетя, – виновато прошептала Марием, – это только на одну ночь.
– Хорошо, только на одну ночь, – повторила женщина, заходя в спальню.
Только потом Марием поняла, что оправдывается перед этой женщиной. Это не дом Марием, даже если она замужем за ее сыном. Все это принадлежит Сусу, а не Марием, а сама она всего лишь гостья. Наверно, так же чувствовала себя ее мать, находившаяся некоторое время под покровительством сестры. Сусу пыталась и ей указать на место и сделать одолжение. Что же будет, если родится ребенок? Тетя будет и его обвинять в своих проблемах или примерит на себя роль заботливой бабушки и будет развлекать его историями о своих горестях и проблемах, взращивая в нем нелюбовь к матери и другой бабушке?
Раздался звонок в дверь, и девушка бросилась открывать. Впустив брата, она прижалась к нему. Казалось, в нем заключается все спасение от несчастий. Как же она была рада его приезду и присутствию! Мина положил сумку с вещами на пол и засмеялся, не понимая, что происходит. Его взгляд упал на тетю, которая не смела шелохнуться. Она стояла боком к нему и вытирала мокрые тарелки.
– Здравствуй, тетя. Я не знал, что ты тут.
– Я тоже не ожидала твоего приезда. Почему тебе не сидится возле мамочки?
– Послушай, тетя, давай не будем ссориться. Я тебя не обвиняю в том, что случилось с Ботросом. Слава Богу, он поправляется, и все будет хорошо.
– Еще не хватало, чтобы ты меня открыто в этом обвинял, в ту же секунду вылетел бы из моего дома.
Марием вмешалась, не давая конфликту разгореться.
– Мина, идем проветримся! Давай, дорогой, мне надо купить кое-что.
Мина только взглянул на свою тетку и хлопнул дверью.
– Если бы я знала, я бы предупредила тебя.
– Ничего, давай пройдемся. Только сегодня важный матч и по телевизору неплохие программы показывают по случаю Рамадана. Хотелось бы посмотреть. Мама передала тебе всякие вкусные вещи и фрукты. Она приготовила гуляш.
– Правда? – обрадовалась Марием, уже соскучившаяся по маминой выпечке. – Идем, попробуем встретиться с Ахмедом. Они уже, наверно, поели, можно их побеспокоить. Ахмед – муж моей сотрудницы, он открыл анимационное агентство. Подожди, я им позвоню.
Марием набрала номер Сабины, которая пообещала вытянуть своего мужа пообщаться в кафе под домом.
Глава 12Дом, как и все столбы и заборы, окружавшие его, был усеяны бумажками с надписями, гласившими: «Если хочешь узнать об Исламе, позвони нам». Кафе увешаны праздничными разноцветными фонариками и гирляндами в честь Рамадана. Марием нравилась эта шумиха. Она воспитывалась в этой стране, равно как и ее брат. Они воспринимали праздники соседей и друзей-мусульман как свои собственные. Сами того не осознавая, они напевали мотив песенки о Рамадане и ждали самые интересные программы этого года, которые можно было бы увидеть по вечерам.
Мужчины сидели за соседними столиками и курили кальян, рассматривая ее блузочку с рукавом, открывающим запястья. Рядом с ними сидели женщины-иностранки, облаченные в черные одеяния и хиджабы, и обсуждали ее нескромный вид, не подозревая, что она их понимает.
– Посмотри на нее, она египтянка и не носит хиджаб. Наверно, она работает где-то в кабаре.
– Странная. Она еще не готова принять истину? Когда я примеряла хиджаб, я была такая же, как она, и спросила свекровь, не будет ли мне в нем жарко. А та ответила: «В аду жарче».
– Да, я читала, что поэтому в аду больше женщин, чем мужчин.
Марием не хотела это слушать. Ей хотелось ответить, что вряд ли атрибут одежды сможет очистить человека от грязных мыслей и желания посплетничать. Ведь истинно верующий человек должен быть чист душой и помыслами. Если они, прикрываясь хиджабом, продолжают обсуждать других – они не верят в Бога, независимо от того, к какой религии они себя относят.
Пришла Сабина с мужем. Ахмед оказался достаточно молодым мужчиной с резкими чертами лица. От него приятно пахло дорогим мылом и тамром хенди. Он пожал руку Мине и кивнул Марием. Сабина села возле девушки и заказала диетическую колу. Уловив аромат тамра, Марием с довольной улыбкой заказала его и себе.
Если сказать правду, то Марием не была сторонником разногласий относительно веры. И, хоть и была воспитана как христианка, к традициям ислама, уже много веков укоренившимся в родной стране, относилась хорошо. Арабский язык – родной язык, предполагал в школьной обязательной программе изучение и использование сур из Корана, священной книги мусульман. Христианские семьи росли на них, изучая в школах. Да и знакомые, и соседи Марием, которые исповедовали ислам, были хорошими и добрыми людьми. Тот же Тамр Хенди – был напитком, который мусульмане пили во время празднования священного месяца Рамадана. Марием он очень нравился, так же как резные окна в стиле «машрабея», причудливые арабески на окнах и дверях мечетей. Они были неизменной частью культуры и истории родного края. Она восхищалась красотами больших мечетей.
Несмотря на все это, ее вера была непоколебима. Она росла вместе с нею, ее предки передавали из поколения в поколение свои тайны и традиции. Марием была настоящей христианкой, как и ее далекие предки, которые, несмотря на введение правительством специального налога для христиан, который был отменен лишь пару веков назад, и другие способы привлечения к исламу. Ни Марием, ни ее семья никогда не задумывались над этим. Все они росли рядом с мусульманскими детьми и никогда не считали себя особенными. Страна была их родиной, как и для других людей, живущих по соседству, независимо от их вероисповедания. Так они росли и воспитывались, уважая других людей. Так учила церковь – главная школа, куда детей приводили христиане.
В церквях дети с младенчества учились культуре, языкам, театральному искусству, пели в хоре. Церковь учила быть порядочными и добрыми, благодарить Бога, почитать Библию, любить родителей и прощать ошибки. На ее территории проводились детские спортивные соревнования.
Христиане любили церковь, и посещение ее было не только семейной традицией, но и своего рода приятной привычкой. Люди приходили на службу, опускались на большие деревянные лавки, вовлекались в проповеди и молитвы, и от чистого сердца молились за других людей, родных, близких и даже незнакомых. Каждый вечер перед сном Марием читала Библию, молилась и прятала ее под подушку. Она часто вспоминала маленького мальчика, соседского сына, который просил рассказывать притчи из Библии, когда она забирала его из школы и вела в церковь. Его внимательные огромные карие глаза с пушистыми ресницами и маленький, открытый от внимания ротик, словно поглощающий каждое произнесенное ею слово. Она вспоминала его маму, бегущую за маленьким гробиком, кричащую на всю улицу от горя, ее сестер, рыдающих над ним. Да, этот ребенок был ангелочком и должен был им и остаться в возрасте наивности и чистоты. И Марием знала это еще до того, как он заболел – просто чувствовала, что что-то с ним должно было случиться. Таким чистым созданиям нет места на грешной земле.
Марием любила всех людей, неважно, были они родными или нет, христианами или мусульманами. Она всегда относилась к другим с уважением и по-доброму, улыбалась тем, кто улыбался ей. Хотя иногда она и не соглашалась с поведением людей, все же была готова простить им ошибки. Она часто вспоминала бедную Шерин. И хотя в ее понимании их с Миной отношения были недопустимой ошибкой, она сочувствовала бедной девушке. Марием никогда в разговоре с Миной не упоминала ее имени, хотя ей и не терпелось спросить о Шерин. Она благодарила Бога, что и сама сможет помогать брату и присматривать за ним, хотя и верила, что Мина больше не допустит такой ошибки.
Марием задумчиво перевела взгляд с брата на мужа Сабины. Затем снова на брата.
За разговорами незаметно прошли несколько часов, но цель разговора не была достигнута. Или Ахмед искал кого-то другого, или просто не хотел брать Мину на работу. Они улыбались друг другу, обсуждали футбольные матчи. Ахмед рассказывал Марием и Мине интересные истории из жизни, высмеивал политиков и дипломатов. Но за этими улыбками не было ничего. Встреча подошла к концу. Ахмед поднялся, пожал пальцы девушке и похлопал по плечу Мину:
– Извините. Мне нужен аниматор с опытом и знанием трех языков как минимум: английского, немецкого и русского. В туризме это требование обязательно. Да и зарплаты у нас невысокие – сто-сто пятьдесят долларов.
– С зарплатой сто долларов вы требуете знание трех языков? – удивленно спросила Марием, немного ориентировавшаяся в городских зарплатах.
– Да, рынок переполнен, начинающей компании на рынке тяжело. Нужно демпинговать и предлагать нечто новое, лучшее.
Марием стало неудобно перед братом за то, что оторвала его от привычной, уже сложившейся жизни, дала, как оказалось, неосуществимую надежду. Сабина, увидев взгляд Марием, просто пожала плечами. Они поднялись и ушли. Брат с сестрой еще сидели пару минут, соображая, как нарушить затянувшуюся паузу. Девушка взяла руку брата и крепко сжала, Мина поднял глаза и улыбнулся.
– Ты знаешь, я все-таки рад, что приехал, и мне хотелось бы остаться. Я постараюсь найти какую-нибудь работу в течение завтрашнего дня, если не найду, то уеду.
– Мне тоже хотелось бы, чтобы ты был рядом. Мне так нужна поддержка родного человека, тут я совсем одна. Мой муж не понимает меня. Его мать, ослепленная любовью к сыну, не хочет понимать. Я сделаю все возможное, что зависит от меня, чтобы ты был рядом.
Они поднялись и пошли к центральной улице. Чистые сердцем, с наивными мыслями, окрыленные надеждами, каждый со своей мечтой о будущем. Они шли по центральной улице, на которой стояли машины туристической полиции, и не замечали их. Из второй машины вышел мужчина в форме и перегородил им дорогу.
– Направляетесь, небось, в съемную квартирку, парочка голубков?
Марием резко повернулась и растерянно посмотрела на мужчину в черном костюме.
– Документики… – объявил довольный собой мужчина, разглядывающий округлости девичьей фигуры.
– Мы родственники, – объявил Мина.
– Документики… – повторил мужчина.
Мина нашел идентификационную карту и студенческий билет и протянул мужчине.
– Ее документы…
Марием протянула свою карточку «айди» (внутренний паспорт гражданина) и разрешение на работу и отступила назад, пораженная тем, что посторонний мужчина находится так близко к ней. Ехидная улыбка широкого рта с желтыми зубами не предвещала ничего хорошего. Мужчина вернул ей ее документы:
– Наркотики есть?
– Нет… – растерянно произнесла она.
– А у тебя? Покуриваешь, да?
Мужчина обыскал Мину.
– Нам можно идти?
– Ишь какой! Ты, – обратился мужчина к девушке, – иди домой, а ты садись в машину. Поедем проверять тебя.
– Я ничего не сделал! – испуганно вскрикнул Мина.
– Пожалуйста, отпустите его, – прошептала Марием. – Он единственный мужчина в семье, мама будет волноваться, у нее слабое сердце.
– Поэтому ты пойдешь и успокоишь свою маму.
– Пожалуйста, – заплакала Марием.
– Пожалуйста, перестань, – прошептал Мина, обняв сестру.
– Я сказал: в машину!
Мина залез в грузовую часть синего пикапа, где уже находилось шесть человек.
Марием, испуганная происходящим, стояла, боясь пошевелиться, надеясь убедить полисмена отпустить брата.
– Хочешь, чтобы отпустил? – тихо прошептал полицейский девушке.
– Прошу вас…
– У меня есть знакомый торговец в магазине одежды… Там есть кабина для Переодевания. У нас есть десять минут, которые мы можем провести с толком. И я отпущу твоего брата, – полицейский противно заржал, а девушку стошнило прямо на его ботинки.
– Ты что! – воскликнул тот. – Твой брат будет чистить их своим языком.
На этом он развернулся, залез в кабину и хлопнул дверью. У девушки кольнуло сердце, потемнело перед глазами, и она стала опускаться на колени.
Глава 13Кто-то подхватил Марием на лету и начал приводить в чувство, трясти перед ее лицом куском грязного картона.
Когда она открыла глаза, то увидела знакомое лицо.
– Вы беременны?
– Не думаю.
– Идемте к доктору, тут рядом клиника.
– Не надо доктора… Моего брата забрали в полицейское отделение. Но он ничего не сделал. Он приехал ко мне в гости.
– Это обычная история, – женщина усадила девушку на скамейку на автобусной остановке.
– Спасибо за помощь. Вы работаете массажисткой у нас в отеле? В СПА?
– Да, – сказала женщина.
Марием не выдержала и разрыдалась. Женщина положила ей руку на плечо.
– Вы не должны плакать и доводить себя до истерики. Такое здесь случается каждый день! Каждый день они вылавливают мальчишек и забирают на ночь. Он посидит в участке, по компьютеру проверят его и отпустят. Моего мужа забирали уже раз десять, а под утро он приходил домой.
– Вы правда так думаете?
– Уверена! Уже имею опыт, – женщина жалостливо улыбнулась.
– Он был очень злой…
– Они всегда такие.
– Нет… Он мне предложил пойти с ним и пообещал отпустить брата, а меня стошнило прямо на его ботинки.
Женщина расхохоталась.
– Я боюсь, что он что-то сделает брату. Тот сказал, что он будет чистить языком его обувь.
Марием разрыдалась еще сильнее. Женщина достала мобильный телефон и куда-то позвонила. Потом, схватив Марием за руку, потащила за собой в подъезд жилого дома. На третьем этаже находился кабинет юриста. В махонькой комнатушке за большим столом сидел очень худой молодой человек с маленькими очками на носу. Женщина вкратце озвучила произошедший случай. Молодой человек грустью улыбнулся.
– Я бы вам посоветовал написать заявление в полицию, но, боюсь, это может только повредить вашему брату. Напишем, когда он выйдет. Его имеют право задержать на два дня, но не больше.
Девушка зарыдала опять. Молодой человек протянул девушке бутылку минеральной воды.
– Пожалуйста, успокойтесь, это может случиться с кем угодно в этом городе. Не стоит из-за этого расстраиваться. Они проверят вашего брата, увидят, что он чист, и отпустят.
– Он приехал из-за меня, это я виновата.
– Послушайте, давайте так: если через два дня он не вернется или вернется, но с травмами, то мы вместе поедем в полицию, напишем заявление, и полицейский ответит за все. Кроме того, я обещаю, что помогу вам и не возьму с вас ни копейки.
Девушка перестала всхлипывать и улыбнулась. Приятный мусульманин улыбнулся в ответ и протянул свою визитную карточку. Женщина поблагодарила юриста, протянула руку, в которой незаметно передала скомканную купюру.
– Как вас зовут? – спросила Марием, когда они покинули кабинет юриста.
– Люда.
– Спасибо Вам, Люда.
– Все нормально. Все мы люди и должны помогать друг другу.
Выйдя из здания, Марием снова начала всхлипывать.
– Я виновата, я во всем виновата. Сначала я дала ему надежду, что найду ему здесь работу. Его не взяли, потом это…
– По поводу этого не переживай, его через пару часов отпустят, и он вернется домой.
– Неужели так сложно устроиться аниматором?
Люда задумчиво остановила свой взор на тротуаре.
– Мне кажется, что наш отель ищет мальчика аниматора. Ты бы узнала у своего начальника.
– Но он знает только английский язык, ну и арабский.
– Насколько мне известно, если ты не ищешь большую зарплату – этого достаточно. А сейчас все отели экономят бюджет. Профессиональные сотрудники, претендующие на высокую зарплату, сидят без работы, а персонал везется из поселков. В кафетериях их кормят испорченной едой, оставшейся после туристов, дают им койку в комнате без кондиционера и без телевизора и платят крохи. Аниматоры, по сравнению с официантами в нашем главном ресторане, зарабатывают приличные деньги. Мой муж сидит без постоянной работы уже больше года, он мэтр-ресторатор. Сейчас он получает сущие гроши, имея хорошее образование и опыт.
– Мой муж уже полгода тоже не может найти работу. Но он – лентяй.
– Извини, это не к тебе лично относится, но почти все местные – лодыри. Это как визитная карточка народа, и касается в основном мужчин, женщины – они как-то более ответственные. А мужчины так бы и сидели в кафе и курили бы кальян целый день. Мой тоже лентяй, но он старается. Когда появилась наша дочка, он забыл про кальян, одолжил деньги, купил лицензию и пошел работать по ночам таксистом. Роди ребенка, увидишь, как твой муж изменится.
– А если нет, то мы умрем с голоду?
– Ты знаешь, в стране, откуда я родом, очень многие женщины воспитывают ребенка сами. И родители помогают. Пока бабушки сидят с ребенком, мамы работают. Если муж ничего не сделает – бросай его и возвращайся к матери, у тебя еще брат есть…
– У меня их двое…
– У тебя два брата и мать, и ты еще думаешь, что умрешь с голоду?
– Наверно, ты права, но здесь так не принято…
Женщина усмехнулась.
– Не принято иметь равнодушного к проблемам семьи мужа. Знаешь, когда я родила, я поняла, сколько я потеряла, не родив ребенка раньше. Да, без него жизнь беззаботная, но с ребенком она приобретает какой-то новый смысл, женщина становится женщиной, и в этом ее предназначение. Не карьера, не интриги, не дарение миру красоты, а материнство – предназначение. Ты смотришь на свое дитя и понимаешь: он не только часть тебя, но и личность, которую ты создала. Он улыбается тебе, и ты чувствуешь, насколько он беззащитен и зависим от тебя, насколько он дорог тебе, насколько любим тобой, а ты любима им. Так любима, как никем другим ранее. Он – самое ценное и родное, что у тебя есть, и только от тебя зависит, каким человеком он вырастет. Только от тебя и от Бога зависит его будущее! Ты смотришь на его улыбку – и проблемы отступают. Ты понимаешь, что все будет хорошо. Когда ты родишь, ты поймешь сама!
Марием улыбнулась. Люда бросила в ее душу зерно надежды, надежды на счастье, любовь и решение всех ее проблем!
