Текст книги "Это спецназ, детка (СИ)"

Автор книги: Юлианна Орлова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц)

Глава 25

МАША

Обжигает легкие, внутренности как на вертеле вращаются, когда Мекс бедрами меня к себе толкает ближе, приподнимая ноги. Съезжаю пол коленкам к выступающему бугру и упираюсь сокровенным.

Я не понимаю, как так получается, что проучить хотела его, а попалась сама. Просто какой-то ядовитый гриб этот спецназ, пускающий галлюциноген в кровь и превращая меня в ведомую.

Платье нещадно задирается, пока широкие ладони ныряют в мои волосы и оттягивают их вместе с углубленным поцелуем, сразившим меня наповал.

Сознание мутится вместе с поднимающейся по горлу агонией.

Сердце стучит в висках, ослепляя и оглушая. Яркими вспышками на ладонях оседают ожогами мои касания к огненной коже. Подушечки цепляются за проступающую щетину, а спецназ все целует и целует, практически не давая сделать и рваный вздох.

Толкается языком в рот, полностью дезориентируя. Чувствую, что он думает обо мне как о безнадежной, потому что к таким поцелуям и такому напору я не готова, я вообще не знала, что так бывает!

Легкие сжимаются под прессом, когда Мекс прикусывает мою нижнюю губу и оттягивает вниз, рывком отпускает и слегка отстраняется, всматриваясь в меня мутным взглядом.

Я вся объята пламенем. Красные огоньки загораются, свет на паркинге тухнет, но лицо Мекса видно даже в кромешной тьме, потому что глаза его пылают.

–Видишь, проиграла. И кстати, вот мои анализы, – тянется к телефону, а мой шок на лице становится все ярче. Что. Что. Что.

Какого?

Губы пекут огнем, распухли, а Мекс протягивает мне смарт, на котором…анализы, сделанные две недели назад. Яркий дисплей заставляет жмуриться.

И анализы в полном, мать его итить, порядке! И нарколог, и психолог поставили свою размашистую подпись, что годен к службе…

–Там меня кстати писькин доктор смотрел, сказал, что все у меня огонь. Я ему говорил, чтобы посмотрел внимательно, все-таки самый большой орган в моем теле на проверке!

–Самый большой орган у человека – это кожа.

–А у меня член! – победоносно улыбается, откидывает смарт в сторону и впивается в мои губы, проталкивая язык в рот.

И чем больше я и дольше он меня целует, тем сильнее я отключаюсь от приборов, и уже впиваюсь ладошками в коротко стриженный ежик.

Бедра толкаются вперед, Макс со стоном обхватывает их и насаживает на себя, спускаясь рваными поцелуями по шее к груди, кусает через ткань платья, зарываются носом в грудь.

–Все, теперь у меня зеленый свет, – смеется, притягивая ближе. Черт.

–А ты проиграла, – продолжает, а затем набирается полные легкие воздуха и выбирается из машины вместе со мной на руках, так быстро и изящно, что я поверить в происходящее не могу.

Рывком к машине прижимает, щелкает брелоком и снова целует шею, мочку уха, скользит по скуле и к губам прижимается.

Свет в паркинге загорается.

Наглые руки скользят по талии вниз к бедрам, щипают, гладят, ласкают и грубо перехватывают, явно оставляя на коже следы.

О них я узнаю завтра.

Поднимает на руки и несет вперед, двигаясь по приборам, потому что продолжается целовать, нет, насиловать губы, грубо сминая их и зализывая грубость нежностью.

Во второй раз я открываю глаза находясь в лифте, тут светло и точно есть камеры, но Мекс отрицательно машет головой, на пол меня опускает и упирается лбом в мой.

–Второй…третий…

–У тебя какой?

–Девятый, мать его за ногу! – шипит, злобно всматриваясь в табло, на котором медленно скользят цифры.

–Если сюда кто-то зайдет, я его вытолкаю назад.

Стоим так близко друг к другу, что огонь двух тел сливается воедино. Ладонь мою Максим перехватывает и пальцы жмет. Дыхание поверхностное, у него и у меня. Он медленно поворачивается ко мне, губами прижимается ко лбу и шепчет:

–Тут камеры, а офис у черта на куличках…тебя могут увидеть, пока я приеду все решать, порно онлайн блять,– надломлено хрипит, но в голосе столько боли, а еще и чего-то малознакомого.

Я вся вибрирую от напряжения, и всматриваюсь в экран, медленно сменяющий цифры.

–А в паркинге?

Нас же там тоже могли видеть…и не то чтобы там хоть что-то было бы видно, но черт возьми, мы же целовались!

Нет, Маша, это называется совсем не так. Это даже не прелюдия!

Спецназ меня за талию к себе жмет и носом водит по волосам. Мурашки по коже табуном.

–Там, где были мы, нет…

–Ты так беспечно к машине относишься? – голову поднимаю и сталкиваюсь нос к носу с ним.

–Железяка на колесах. Надо будет – куплю еще, а вот за тебя придётся глаза вырвать кому-то, а это, к сожалению, уголовщина, – опускает взгляд на губы, когда лифт останавливается.

Вся возможная скорбь заключена во мне, и вся возможная злость – в нем. Глаза сужаются от бешенства, а в лифт заходит бабушка лет эдак семидесяти.

–Максимушка, вот так встреча! А я тебя так давно не видела, сынок! – улыбка окрашивает морщинистое лицо, а Мак реально расслабляется. Злость сдувает на раз-два.

–Любовь моя, это я вас давно не видел, – он одной рукой держит меня, второй тянется к старушке и перехватывает ее ладошку, чтобы поцеловать.

Та же прямо расплывается в ухмылке.

Вот же ж дамский угодник! Он любую обольстит.

–Ой шут гороховый! – но улыбка только шире становится, и личико преображается. Сразу скидывает лет десять, если не больше.

Максим так с ней тепло общается, с душой. Обычно среди молодежи есть только раздражение.

–А почему с невестой не знакомишь? – на меня переводит цепкий взгляд, и он такой внимательный, что я сразу понимаю, сканирует. Не то на «шлюховатость», не то на еще что интересное, что обычно может интересовать бабушек.

–Ой, это я на вас засмотрелся, и все забыл, последние мозги растерял. Это Маша…

–Ну невеста твоя, да?

–Моя.

Меня огнем обдает. Я нервно улыбаюсь и киваю, шепча под нос «приятно познакомиться». Невеста…звучит так, словно и правда выходит, вот только никакая не невеста. И все равно ведь душа по швам расходится от радости, что прямо потоком хлынула и затопила каждый уголочек.

И вот уже наш этаж, мы выходим. Ну как…сначала Любовь, затем мы.

–Любовь Николаевна я, значится. Теперь я спокойна. Странно, что Максимушка никого не водил. Я уже начала волноваться о мужском здоровье, сынок. Знаешь, думала нести корень женьшеня. Он очень полезен для потенции. Маша, а ты красивая девочка. Деток вам побольше, но сначала свадьбу и все такое. Это я с виду такая…старая, а вообще, очень даже современная. Эх, Петька только подвел меня и мою старость…– хмурится и видно, что настроение улетает куда-то в трубу. Очевидно, муж умер. Она небрежно трет руку, поднимает рукав, а там маленькая выцветшая татуировка с мужским именем. В самое сердечко попадает…

Впервые вижу бабушку с татуировкой, и меня это впечатляет.

–Любовь моя, а вы не смейте печалиться. У вас там дома все хорошо?

Она вскидывает потрясенный взгляд на «Максимушку»

–Как же будет плохо? Ты же все починил! Плохиш плохишом, но такой хороший, что хоть к ране прикладывай, Маша, – на меня переводит внимательный взгляд и чуть ли не по слогам проговаривает, – не будь дурой, держись крепко за него. Была бы я молода, и не была бы влюблена в Петьку своего, была бы я вся твоя Максимушка. А так, пошла я к Маринке, старую кочергу надо проведать, а то все трындит по телефону. Скоро ухо отвалится к черту!

С отвисшей челюстью я слежу за тем, как она медленно идет к двери в дальнем углу, а мы начинаем движение в противоположную сторону. Да так быстро, словно за нами гонятся.

Без слов Мекс открывает дверь, толкает ее и пропускает меня вперед, как истинный джентльмен. Первый шаг в темноту сопровождается рваным дыханием.

Спецназ заходит следом.

Звук захлопывающейся двери. Горячие ладони опускаются на талию и с силой сжимают, приподнимая меня над полом.

Глава 26

МАША

Мекс откидывает меня к стене рывком. Чувствую, как он стягивает обувь с меня, напористо и жестко удерживая второй рукой. Задыхаюсь от эмоций. Как только обувь с громким стуком падает на кафельный пол, он впивается в губы, сметая сознание в черную дыру.

–А если я скажу «нет»? – шепчу, отрываясь от его губ. Ухмылка искажает губы, а у Мекса зеркалится моя физиономия.

–Моя твоя не понимать, – смеется и целует, много-много раз, отрываясь от меня и тут же впиваясь.

Подкидывает меня буквально и фигурально, ведь кажется, что ему от меня оторваться и вовсе нереально. Ладони ожогами касаются кожи, колготки варварским способ сдираются, а и черт с ними в самом-то деле.

Сталкиваемся лбами, губами и языками, короткая щетина сжигает кожу, смело проезжаясь по ней. Рваные вздохи похожи на глотки воздуха утопающего в водных пучинах. Бежать больше некуда. Наказывать тоже.

Перехватив за талию повыше, Мекс «сажает» меня на бедра, а я синхронно переплетаю ногами массивную фигуру. Пальцы сами тянутся к свитеру, который я старательно пытаюсь стянуть сами.

Но подушечки режутся о точеные кубики, превращая мозги в кашу. Это как так? Как так, что прямо такие выразительные и так много? Непозволительно красивый, это вообще неправильно!

Даже в темноте кажется, что я прозрела, но тактильное зрение не подводит. Оно меня окунает в безобразие под пальцами, форменно безобразие. Иначе как назвать острое желание касаться, даже несмотря на то, что я вообще ничего такого не планировал аи уж точно не собиралась.

Ага, но нарядилась так, как будто уже.

И не спорю.

Только дышать не могу, потому что словно легкие сжимают. Выкручивает и жилы вытягивает. Широкие ладони все веду ниже и обхватывают ягодицы, плотно сжимая.

А я все думаю о том, что сказала эта старушка. Неужели прямо не водил, и я тут первая?

Очень хочется верить, но еще я чертовски хорошо понимаю, с кем связалась.

–И правда не водил никого, – задыхаясь, шепчу, когда мы оказываемся явно в другой комнате.

Бедром он включает свет и в ярком освещении вижу широко распахнутые глаза и след от моей помады практически на всем лице. Одуреть.

Пальцами обвожу линии, а Мекс перехватывает их ртом, прикусывая подушечку. Пока я оттягиваю нижнюю губу.

Смотрит так, что в душе все переворачивается. Не будет врать сейчас уж точно.

–Нахрена мне сюда водить кого-то? – вскидывает брови вверх и тянется к моим губам, ино я ладошкой накрываю их, отчего Мекс целует тыльную сторону ладони. И так целует, что мурашки по телу взрываются бесконечным потоком.

–А меня нахрена привел?

–Потому что тебя хочу сюда привести. И было бы здорово, чтобы тут была часто и много, а лучше все время, – шепчет в раскрытую ладонь, всматриваясь в меня болезненно-внимательным взглядом. Сейчас без шуток, и я не знаю, что меня больше пугает. То, что он серьезный, или то, что предложил мне тут быть много и часто, явно намекая на совместное проживание.

–Ковбой, не так быстро, – съезжаю на шутку, потому что так очевидно проще. А сердце стучит часто-часто.

–А как надо? Я могу очень медленно, но мне кажется, тебя украдут, а я пока нихрена не разобрался, что с этим страхом делать.

Толкается бедрами в меня, отчего меня погружает в кипящий чан, а затем еще лбом в мой примагничивается. Дышит часто. Я также, глотая выдыхаемый им воздух.

–У тебя ведь это несерьезно? – касаемся губами, пока я шепчу, как мне кажется, чистейшую правду. —завтра объектом интереса станет другая, а ты и не позвонишь больше.

Спецназ перехватывает меня за подбородок и заставляет замереть, прижав к себе так крепко, что больно дышать.

–Тебе достаточно знать, что я ни за кем еще так не бегал и отношений не предлагал, скорее бежал от них сам, как от огня. И домой не водил, тут спал разве что пьяный Бодя, и то однажды, потому что этот писюк не пьет больше.

Губы растягиваются в улыбке.

Не водил никого, смотрит открыто, взгляд пугающе серьезен. Такого никогда у него н видела. Пожалуй, впервые.

–Так уж и бегал.

–Вместе с инструментами, представляешь?

Не соврал, да. Вместе с ними и бегал.

Мекс плавно тянется к замочку на платье. Расстегивает быстро. А затем опускает голову к шее и поцелуями съезжается вниз, чтобы зацепить кромку и потянуть ее вниз, оголяя грудь.

Лифчик идет следом, он даже на него не смотрит. А это мое лучшее белье.

Слежу за тем, как зрачки у него расширяются при взгляде на грудь. Вот уж эстет, аж облизывается и тут же накрывает ладонью.

Я все еще сижу на нем, то есть держать меня ему не стоит ничего.

Одуреть. Просто одуреть.

Словно прочитав мысли, он поворачивается и медленно опускает меня на кровать, чтобы платье стянуть, но на трусиках тормозит. На колени опускается и водит по ним пальцами, поджигая кожу. В штанах и без верха. Каждая мышца напряжено, а я упираюсь ладонями в кровать ив чем мать роидла, кроме тонкого лоскута ткани на бедрах.

–Я так понимаю, ты готовилась, да?

Расстегивает свои брюки, но стягивать не спешит, они все равно плотно сидят на бедрах. Есть за что держаться. Что задница, да и не только…внушительных размеров.

Следом ведет по моим ногам, собирая реакции тела на касания. Реакции, в которых я теряюсь. Волосы липнут к коже, я отчего-то вся взмокла и напряглась, кусая губы.

–Много чести, готовиться еще,– шепчу дерзко, а Мекс резко ко мне придвигается, толкая мягко в грудь и накрывает собой.

–Правильно. У нас подготовка одна– полностью голая, – подхватывает за бедра и рывком переворачивает меня.

Бам-бам-бам. Разряд тока пронзает тело. И теперь я сверху, что полностью вводит меня в ступор. Он все еще в штанах, я все еще голая. Почти голая.

Мекс ссаживает меня бедра так, чтобы я полностью чувствовала все, полную готовность, отчего я практически теряю сознание, ведь ладонями он перехватывает грудь, массируя и делая что-то-то такое, что я сама пока не понимаю.

Приподнимает бедра и резко опускает. А затем поднимается и меня к себе толкает. Теперь мы у изголовья кровати, я верхом на нем, штаны приспущены. Вижу толстую резинку боксеров и именитое название бренда. Еще бы у него были семейники…

–Я хочу кое-что попробовать с тобой. Ты мне доверяешь? – хрипло шепчет, а взгляд расфокусирован, ладони все еще массажируют грудь, перебирают возбужденные соски. Он словно помешался на этом процессе, а пульсация подо мной усиливается.

Не могу ничего сказать, потом что разучилась говорить и только киваю в ответ, рвано втягивая воздух и запрокидывая голову, когда он двумя пальцами оттягивает горошину и снова приподнимает меня.

Снова проезжаюсь по бугру, оставляя влажный след на серой ткани.

Если он сейчас не сделает хоть что-то, я ту умру на нем.

–Но сначала попроси…– обводит языком мои пересохшие губы и ухмыляется, продолжая толкаться в меня.

–О чем?

–Чтобы я продолжил. Я же говорил, что не дам, даже если будешь просить. Попроси так, чтобы я сделал это.

Отпускает меня и больше не двигается, запрокидывая руки за голову. Смешинки во взгляде размазывают меня по этому выгравированному телу.

Он, черт возьми, издевается?

–Ля, кстати, да, я умею двигать членом. Прикинь? Хочешь покажу? А ну хотя ты и так чувствуешь же, да? Ну ты там не думай, как слон хоботом не получится, но туда, сюда, волнами вполне. Вот смотри, – движения между бедер ощущается так явственно, что меня снова бросает в жар, затем в холод.

Обморок мне все-таки обеспечен.

–Хочу, чтобы ты продолжил, – шепчу на выдохе, цепляясь в его грудь, чтобы удержаться. Внизу живота разливается пламя. Не может быть, что он сейчас просто скажет «нет».

Но вместо очевидного…Мекс цокает языком, ссаживает меня с себя, а заодно и стягивает боксеры, являя вставший колом член. Большой и готовый.

–Так себе, если честно. Кто-то был очень плохой девочкой, хотел довести меня и не дать, ты думаешь, я тупой? Нет. Я на тебе повернут уже, но за такие делишки буду наказывать, – поворачивает голову ко мне и зависает на груди.

Глава 27

Мекс

Лежу и подыхаю, член горит адски, по ощущениям на сто из ста, мать его так.

Выдержка висит на тонком волоске, и он вот-вот оборвется. Проучить она меня хотела. Возбудим и не дадим, да? Ну же, малышка, ты не с тем играешь в такие игры, я могу быть очень умелым игроком, что мало и не покажется.

Я буду терпеть долго, но потом…когда ты сломаешься, моей выдержки хватит на всю ночь. И не сточится.

Наказать хочется почти так же, как и погрузиться в нее грубо, чтобы прямо наконец-то ощутить тугость манящего тела. Во рту разливается сладкий привкус, я смакую его с одержимостью маньяка.

Маша ошалело на меня смотрит, а я даже если моргаю, то перед глазами ее дыньки мелькают. Сдуреть, какая же она сладкая, но нет, малыш, будет по-плохому. Ловлю беглые эмоции пупсика за хвост, а сам тяну довольную лыбу. Предвкушая дальнейший исход.

Взглядом ныряю в манящие бедра, а они дрожат у нее, кожа гусиная.

Волнуется, краснеет, млеет. А ещё злится, что видно невооруженным глазом.

Глаза в глаза, дыхание сорвано. Я бедрами вверх двигаю, отчего член дёргается, и Маша сразу же переводит туда голодный взгляд. Да. Хочешь. Сильно хочешь. Это видно и чувствуется.

Бляха, как выдержать острое желание схватить эту фигурку и на себя насадить. Вот прямо так, чтобы без ничего. И тут сторону себя сам, улетая на воображаемый шлагбаум.

Ты с ума сошел, Шолохов? Без ничего собрался?

Да, блять, мне кажется, что я сейчас подохну, а это единственный путь к спасению.

–Знаешь что? Пошел ты к черту, спецназ, – шипит дикой кошкой, с места срываясь, а я только голые ягодички и вижу, мои глаза в такт двигаются этим движениям.

Пока пупсик собирает с пола вещи, я отмираю и встаю, перехватывая ее за талию и упираясь стоящим членом между ягодичек.

Замираем оба, и я слегка толкаюсь между бедер, безошибочно считывая и до того очевидную готовность. Влажная, жаркая, моя. За бедра стоит схватить чуть ниже и будет…

–Корона упадет признаться, что хочешь меня? Также сильно, как я тебя? – шепчу, скользя ладонями по плоскому животику выше к груди, которую накрываю и уплываю к чертовой матери. Выступающие пики щекочут кожу. Слюна во рту моментально скапливается.

Пиздец, меня накрывает.

–Тебе показалось, – бросает мне дерзкое, отчего терпение лопается. Ах, показалось?

Тяну строптивую на кровать и падаю сверху, впиваясь одновременно в губы и стягивая с нее трусики. Пальцами между складок вожу и собираю влагу, тут же размазывая по губам и по лобку.

Она в такт моим движениям бедрами двигает, извиваясь подо мной. Волосы веером разлетаются по постели. Зрение отказывает, в мозгах только что наструганные опилки, я полный ноль.

Сверху собой накрываю Машу, расставляя ножки пошире, а пальцами раздвигаю складочки, массирую горошину и продолжаю таранить рот. Кусаю, слизываю, вторгаюсь. Мне хочется всего и сразу.

А малышка спину царапает, впиваясь пальцами так, что любому другому могло бы и не понравиться. Но не мне. Я от этого только сильнее завожусь.

–Не вздумай без защиты! – рычит, оторвавшись от меня на миг. Сейчас взгляд серьезный, ударяется о мои воздвигнутые скалы. Ясно…с горестью тянусь к тумбочке. Пиздец, первый раз в жизни я был готов без ничего, а меня по носу щелкнули молотком. Пришибло знатно, даже обидно стало.

Ну и чего это я? Серьезно не понимаю сам себя, но злюсь.

Защита месте, член вибрирует от желания, Маша передо мной голая абсолютно. Кожа сладкая, блестит на свету. Я бы на нее смотрел и смотрел. Вожу головкой по губам, раздвигая складочки, а Маша глаза закатывает и голову запрокидывает, тяжело дыша. Тут же наклоняюсь и слизываю выступающие капельки пота.

Трясет адски. Каждое касания сродни разряду тока. Ладонью накрываю грудь и снова провожу по складкам членом. Пиздец, пиздец. И это даже не вошел. Икры сводит судорогой.

Маша кусает губы, а я наклоняюсь и перехватываю это движение, освобождая нижнюю. Вожу по губам языком.

Подбородок перехватываю и всматриваюсь в широко распахнутые глаза. Пиздец. Тебя уже ведёт, давно ведёт.

–Скажи, что хочешь меня также сильно, как я тебя, и мы продолжим…—рычу в губы, свирепая от ее наглости и ценности.

–Я хочу тебя, – приподнимает бедра повыше, а у меня на глаза падают шоры. Толкаю бедра и рывком вхожу, размазываясь как в наркоте в этом адово приятном ощущении тесноты.

Секундный всхлип выдыхает мне в губы, хватаясь руками за ягодицы. Я в ее впиваюсь и держу крепко, вторгаясь в нее снова и снова, насаживаю грубо, до сорванного голоса малышки.

Рывком перехватываю под коленками и поднимаю ножки, что я изменить угол наклона. Капли пота по спине скользят, и я не выходя из Маши снова толкаюсь поглубже. Сейчас ярче, сейчас иначе, что меня вырубает, и я срываюсь на бешеный ритм, впитывая в себя стоны малышки.

Опускаюсь к губам и затыкаю ей рот языком, глотая огненный воздух, который она пытается выдохнуть.

Зрение плывет, когда я чувствую, как она подо мной сжимается и тут же расслабляется, уплывая куда надо. Первый пошел отлично. Дрожит.

–Херли ты ломалась, мы бы уже давно так отжигали везде и всюду…—хриплю, удерживая малышку за подборок. Она хрипло смеётся, прикрывая глаза. Испарина блестит на коже. Красивая, закончила красиво, но я в самом процессе. Медленно выхожу, рывком поднимаюсь и бегу к заветной коробке с тем, что Маше очень понравится.

–Если бы я знала, что ты такой, изнасиловала бы тебя ещё в клубе. Эй, ты куда?

–У меня есть то, отчего ты будешь в восторге…это эректильное вибро кольцо, —разворачиваюсь и смотрю на изящную фигурку своей девочки.

Встаю перед ней и надеваю на себя кольцо, а пульт передаю шокированному пупсику. Ну же, малышка, не смотри так скептически, это пздц как приятно. Устанавливаю сигнализатор повыше, и ложусь рядом с ней.

–Давай ты сверху. Кнопкой на клитор, сейчас начнется самое интересное.