Текст книги "Это спецназ, детка (СИ)"

Автор книги: Юлианна Орлова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 17 страниц)

Глава 33

Мекс

После задержания мы отправились в зал, а после уже нас отпустили домой под недовольный бубнеж, что мы работаем недостаточно эффективно, и что расплылись от жира.

Ну где тот жир? Все в кубиках. Я решаю сказануть как обычно:

–Ну, во-первых, у Исаева есть Облачко, которая его кормит. У нашего подкаблучника такой каблук, что он только и успевает, что покушать, и обратно под туфлю, Фрост у нас ест и тут же выпускает наружу, отчего он почти просвечивается, а если бы не мышцы, то был бы страусом. У Айболита ясно все, что ни возьми, то вредно, так и живём! Вывод какой? Все беды от баб, да и, царь-батюшка, вы, кстати, на домашних харчах тоже поднабрали…мышц, – успеваю сказать последнее умное словом прежде, чем Архангел задушит меня голыми руками.

Но нет, он лыбу тянет и вот-вот заржет.

–И только я хорош мужчина в полном расцвете сил, лет и всего остального, – пальцами указываю сам на себя, прикрыв глаза и скорчив ту самую точку, от которой народ обычно ржет.

–Вот ты удот, – летит от каблука.

Но в итоге ржем все, включая босса. Напряженный денёк, нечего сказать.

И только док как был смурной, так и остался, словно ему в тапки нассали. Помню о разговоре, и уже возле тачки мы встречаемся.

Он на меня не смотрит, а я вот не догоняю. Что могло случиться?

–Поехали бахнем пива?

–Ну давай тогда на такси, а машины уже тут постоят, всё-таки отсюда не угонят, – снова пытаюсь пошутить, но он не реагирует

Кивает на мое предложение и через приложение вызывает такси. Долго ждать не приходится. На удивление, ведь обычно никто не любит работать быстро среди таксистов нашего города.

Я вообще не привык молчать, но не с таксистом же пиздеть?

Достаю смарт и листаю отправленные Нинкой фотки. Пиздец, они там набрались, а я тут как унылое говно.

Ржу в голос, и на это реагирует Шишка, возвращаясь с небес на землю.

–Что?

–Да что, сеструха моя набралась, вот поет у меня на хате. Пьяные бабы, обожаю, – тяну смарт в его сторону и ржу, а вот Шишка перехватывает смарт и внимательно рассматривает. Ни одна мышца на лице не дрогнула.

Еб вашу мать, но это же было смешно!

Мага трясет булочками, и в этот момент я смарт отбираю, ибо нечего на мою девочку смотреть. Глаза придется выколоть.

Нина продолжает петь, а Шишка становится ещё смурнее. Губы в прямую линию складывает, желваки играют.

Серега у нас язвенник, трезвенник.

–Она много выпила, судя по всему.

–Та и что? Дома же, пусть расслабляется, а ты зануда. Нельзя таким быть, прямо аж выпить хочется.

Ржу, но в ответ лишь вижу морду кирпичом. Мда…

Приезжаем в бар, бросаем жопы за первый попавшийся стол, и я уже понимаю, что от нетерперия зудит. Шишка заказывает алкогольное пиво, слава небесам!

А затем вперяется в меня серьезным взглядом. Прямо как умеет только он и Архангельский, когда думает прижучить за что-то.

–Ты о чем хотел попиздеть? – спрашиваю, когда нам приносят пивасик.

Шишка не прикасается к бокалу, а я что? Рыжий, что ли. Протягиваю себе по чуток, пока он там с мыслями собирается. Главное, чтобы не о обосрался, остальное мы переживаем.

–У меня отношения с твоей сестрой, – цедит и смотрит прямо в мою вытянувшуюся от шока рожу.

Что?

Я что? Оглох нахер? Или ослеп вкрай?

–У тебя что, блять? Отношения с моей сестрой? – с грохотом опускаю стакан на стол, часть выплескивается на стол.

Шишка так и смотрит на меня, не моргая. Только лицо напряженнее.

–Да, я люблю Нину.

Пиздец. Любит он Нину! В рот мне ноги, он свой хер подвинул в сторону моей сестры?

–Что ты мне заливаешь, млять? У тебя там своя драма-хуяма, любит он! Ты трахаешь мою сестру! Ты ещё в тайне это делаешь, а сейчас такой хороший пришел сказать мне об этом?!

Шишка с силой сжимает челюсть и опускает взгляд, желваки играют. Сука. Ты думал, что мы не в курсе нах, что ты там всё ещё умираешь по своей единственной любви, а сейчас что?

Нашел новую? Да в рот мне ноги!

–Я сказал тебе как есть, сейчас. Да поздно, но мы взрослые люди.

Ах люди они взрослые! Руки сжимаются в кулаки, я рывком поднимаюсь, и заставляю себя успокоиться. Нет, стоп.

–Что? Поздно?

–Можешь радоваться, она от меня ушла. Но я собираюсь ее добиваться.

Все. Я но, почему она была без настроения. Потому что этот каличный ее довел!

–КАК ДАВНО ТЫ ТРАХАЕШЬ МОЮ СЕСТРУ, УБЛЮДОК? – рывком поднимаюсь.

–Еще раз скажешь так в отношении Нины, я тебе зубы пересчитаю, – мелкая шавка тявкает на меня, а шоры на глаза уже опустились

Палит на меня дерзко, я с места скрываюсь и прикладываю ему по челюсти, но и отхватываю в ответ. В зале слышится крик, нас пытаются разнять.

Это спецназ, детка, хер ли ты сможешь разнять.

За грудки тяну Серёгу на себя, вскипая от злости, когда мне по роже тоже прилетает. Не слабо так, что аж звёзды перед глазами загораются.

Ах ты ж удот!

Удар поставлен, у нас у всех он поставлен!

–Ты с ума сошел, – рычит мне Шишка, сплевывая кровь. Охрана уже спешит к нам.

Оказалось, что бокалы с пивом нахрен разлетелись по полу, и мы катаемся по стеклу в пиве!

Гребанный балет!

–Я придушу тебя. Это не по-пацански, блять! Ты понимаешь вообще или нет? Ты за спиной у меня крутил с моей сестрой, Шишка! Из меня дурака делали, а с виду прямо невзлюбили друг друга! Тоже мне, цирк "Шапито"! Ты в глаза мне как смотрел все это время?

Я помню, как они срались. Словесные перепалки достигли апогея, и тогда я решил, что лучше им не видеться, а они начали трахаться. Охуеть? Охуеть!

Ещё и рисовали передо мной жгучую ненависть.

Я понять не мог, чего они рычат друг на друга, а тут вот оно что. Чтобы я не заподозрил!

Или потом они решили помириться?

Врать зачем?

Охранник за шею меня перехватывает, Шишку в другую сторону оттаскивает второй охранник.

Между нами огненные потоки лавы, спаливающие все вокруг. Глаза у него налиты кровью, у меня тоже, кулаки сбиты в кровь.

–Пацаны, разошлись по углам! Вы чего творите!

–Вызывайте полицию, срочно!

–Я здесь полиция, мать вашу, ксива в кармане! – выпаливаю, вырываясь из захвата. Сиплю. Шишка в ярости не меньше меня, но уже выбирается из загребущих рук.

Сейчас снова сверимся! Да как тут вообще спокойным быть?

Народ вытаскивает нас на улицу, пыхтя что-то типа “нам сегодня не хватало проблем”! Советуют разбираться вне заведения, чтобы не создавать неудобств.

Я как разберусь сейчас, мало не покажется. Кое-кто точно поедет к стоматологу новую челюсть делать.

Стоим оба под нарастающим снегопадом, когда нам выносят вещи. Оба молчим, дышим тяжело и пялимся в пол, натягивая куртки.

Напряжение можно резать тесаком нахрен. Я не просто так взорвался!

Впервые они познакомились у меня на дэрэшке, и что? Посрались за вечер несколько раз!

Я сразу понял, что они характерами не сойдутся, ведь моя Нинка взрывная, а Шишка спокойный. Иногда слишком. Но что-то сегодня он тоже сломал систему.

–Был неправ. Молчать не надо было. Не по-пацански, согласен, – соглашается наконец-то Шишка, меня кулаком по плечу шлёпает.

Я от злости вибрирую.

–Мы одна команда. Я думал, мы товарищи, друзья, блять, да мы семья, Шишка! – рычу, на него не смотрю.

Снег лупит сильнее, а Серега выдыхает тяжело.

–Команда, семья, да. Я тебе сказал сейчас. Мы взрослые, разберемся сами, а тебе сказал, потому что давно надо было. И все.

На меня не смотрит, но кидает жёстко в морду слова, от которых хочется ещё пару раз по ебальнику прописать.

–Разобрался уже, как я посмотрю. Расстались чего? – бурчу, вперяя злобный взгляд в товарища, как я думал.

Шишка хмурится, желваками играет. В свете уличных фонарей стоим как два истукана.

Есть идея, чего они могли поцапаться, вернее, чего Нина сбежала. То, что она его кинулся сомнений нет, а “расстались” – это попытка Шишки завуалировано сказать о реальном положении вещей.

–Я дурак, все исправлю, – спокойно произносит, и я впервые согласен с его словами за этот вечер.

–Хоть одна здравая мысль. Плакала из-за тебя? – напрягаясь, считывая реакцию Шишки. Он коротко кивает и снова челюстью двигает.

Выбить бы ее ему к чертовой матери, чтобы мало не показалось.

–Я сказал, что виноват и все исправлю. Точка. Хватит меня как пацана.

–Исправишь, конечно, куда ты нахер денешься. Я тебя из-под земли достану. Быстро попиздовал в цветочный, купил ей корзину цветов, потом в ювелирку, и чтобы уже вечером в ногах валялся. Не простит – вмажу ещё раз. И в этот раз поедешь в травму, Серый, я серьезно. За свою сестру я убивать готов, если ты не понял.

Домой еду на такси, по пути захожу в суши-бар, затем в кондитерскую. В квартиру заваливают с пакетами наперевес.

Девочек надо порадовать, че сказать. Обе заслуживают, а вторую ещё и пожалеть.

Только переступаю порог, так и охуеваю.

Девчонки танцуют со шваброй и веником, как будто это шест.

–А голенькая для меня станцуешь? – шепчу Маше.

Глава 34

Маша

Момент, когда слышится голос Мекса, остановится оглушительным. Швабра из моих рук выпрыгивает, и я вместе с ней подскакиваю, прежде, чем получить испуг, который придется выкатывать яйцом.

–А ты белье купил для стриптиза? Хочешь снять? Сначала одеть придется! —заплетающимся языком шепчет Нина в ответ, а я ржу, переводя мутный взгляд на спецназа.

Он на меня смотрит не моргая, как картиной любуется.

Я может пьяненькая, вот почему улыбаюсь до спазмов лицевого нерва.

И кажется, что взгляд косит в сторону южнее от лица Мекса.

Стоп. А лицо-то разбито.

Глотаю вязкую слюну и хмурюсь, медленно подходя к Мексу. Откуда разводы? Что это такое?

Нет, он смотрится пздц горячо! Просто пздц! Поверить не могу, что это мои мысли, но от этой горячей красоты я готова уже снимать одежду…ту немногую, что есть на мне

Катастрофически хреново это смотрится. Споткнувшись на ровном месте практически падаю плашмя, если бы не мой спаситель. Мекс перехватывает меня и к себе прижимает.

От удовольствия глаза закатываются и в итоге закрываются, потому что у него прекрасно получается меня держать.

Маш, ты пьяна в какашку, ты в курсе, да?

Держи меня, спецназ.

–О, клиент готов? – он хрипло смеётся и прижимается губами к щеке. Меня обдает жаром и разрядом тока в двести двадцать.

Волнами вибрирует по коже наслаждение. Ну вот как у него так получается?

Как?

Обхватывает двумя руками и крепко-крепко прижимает к себе.

–Так а в чем проблема? Мне надо ток сказать, сколько бабок надо дать, и все. Ты ж понимаешь, что как мужик я не в состоянии купить самостоятельно чёт эдакое. Зайду в отдел и умру от кровоизлияния в член. И все…и все, – наклоняет меня так, словно мы в танце кружим, а каком-то очень пошлом танго, например…

Нина цокает языком и прижимает бутылку с вином губам, на что Мекс реагирует своеобразно…

–Систр, а давай попиздякаем? – прищуривается, а губы сжимает в прямую линию. Свою разбитую губу напрягая.

–Ну давай, бро, расскажешь кто тебя разрисовал?

–Пф, а чего не рассказать? Я тебе и расскажу про свои узоры, и про узоры того, кому их также оставил. Выразительно оставил, Нин. Малыш, – обращается уже ко мне. Опускает голову ниже, – я тут принес пожрякать нам, организуешь? Там ещё под коробками тебе подарок, смотри внимательно. А мы с Ниной немного поговорим, хорошо?

Целует меня в лоб мучительно нежно. Мурашки по коже. Давление в груди разрастается, ребра раздувает. Как хорошо становится, а ещё очень тепло.

Нина с Мексом уходят в комнату, а я разбираю пакеты.

Тут столько еды, словно мы собираемся вдесятером, а не втроем.

Улыбка на лице растягивается, а вот ухо вылавливает приглушённые крики и громовой бас.

Вот интуиция подсказывает, что это все связано с рисунками на лице у Макса.

Значит, дрался он с кем-то из-за сестры. Это трогательно, да? Старший брат защищает сестру, и это трогает душу.

Раскладываю суши, выпечку, соки, и на дне пакета нахожу сертификат для покупок в одному крутом магазине домашней одежды и нижнего белья. Вот же ж…жук. На обратной стороне нацарапано:

“У нас тебе совсем не в чем ходить, малыш, выбери себе что-то, но смотреть я все равно буду на тебя голенькую”.

У нас? Нас…

Ну ладно, давай, скажи, что все равно.

Нет, не все равно.

Сердце сейчас выпрыгнет

Я Понимаю, что все слишком быстро. Чересчур. Стремительно.

–Нина, вернись, я не договорил! – гремит Мекс, и я на месте подпрыгиваю. Значит, он бывает яростным тигром, который рычит?

Да, этот парень не просто юморной парнишка, который всегда улыбается и сражает наповал.

–Пошел нахер, братец, я без сопливых разберусь. Ладно? Моя жизнь, я сама решать буду, что мне делать и как мне делать! Надо было бы помочь, я бы пришла к тебе! – кричит с коридора Нина. Не подерутся же?

Выбегаю на звук и встречаю заплаканную девушку, Мекс стоит напротив и всматривается в нее злобным взглядом.

Ощущение, что напряжение в пространстве спровоцирует взрыв.

Он в ярости, Нина тоже.

Давление нарастает.

Несложно догадаться о причинах. Надеюсь, он не оторвал причиндал парню Нины.

–Маша, сочувствую, он пиздюк-контролер, а ещё и ревнивец. Имей в виду, с такими больными дел иметь нельзя! – рывком поднимает голову и вперяется в меня больным взглядом, потом подходит обхватывает лицо и резко придвигается, чтобы зацеловать в обе щёки.

–Так, девочки, давайте на кухню, поедим. Поругаемся потом, – недовольно бурчит. По внешнему виду читается раздражение.

–Нет, я домой. Не буду портить романтик. Люблю, целую, пух!

Поворачивается и начинает собираться под такой же недовольный бубнеж Мекса.

“Мол куда ты в таком состоянии”.

“Я сказал, что ты идёшь на кухню”

И все такое прочее.

Но Нина имела всех в виду, как и Мекс, в этом они похожи.

Погаркав на прощание друг на друга, две стихии расходятся как в море корабли.

Дверь хлопнула так, что я на пару секунд глохну.

Спецназ выдыхает надсадно, поворачивается ко мне, и расслабляется.

Весь алкоголь из крови выветрился. Пальцы ног поджимаются, маолзят по холодному кафелю.

Молчание повисает. После громких звуков непривычно…

Мекс подходит ко мне и шепчет:

–Извини, семейные дела, пойдем кушать, купаться и спать, я пиздец устал.

–Максим, я домой. Мне правда надо…

Парень меня обнимает и зарывается лицом в шею, прикусывая кожу. Охаю от неожиданности.

Мекс отрицательно машет головой, мол ыигушки мне.

Что за?

Я не могу тут жить. Какое вообще может быть сожительство?

–Куда? У тебя там живности нет, кактус Гришу я полью завтра. Отдыхай и расслабляйся, завтра сходи в спа,в цоколе ещё салон красоты. Короче дел у тебя будет невпроворот. А у меня служба, работы дохуя, нет времени правда. Оставайся. Пиздец накрывает, не хочу по-другом

у. И вообще, у меня есть наручники, не выпущу…

И не выпустил.

Глава 35

Мекс

Я бешусь адово. Нина ведёт себя как ребенок, губы дует и не разговаривает со мной, а я может другу втащил за нее за то, что обидел, за то, что плакала из-за него.

Меня это прямо выбечило адово.

Я иначе хз как. Она что думала? Что этот хуй с горы будет ее потрахивать, обидит, а я молчать буду? Да я узнал бы изначально, сразу бы втащил и запретил бы им всякие отношения.

Я и так наслышан о его “проблемах”.

Временами мне так хочется всыпать сестре по сраке пару “ласковых касаний”, а потом вспоминаю, что люблю, и желание пропадает.

Моя сестра геморрой! Родители беснуются, потому что не понимают, что с дочкой происходит. Она молчит как партизан, и я молчу, потому что меня попросили языком не молоть.

Кто я такой, чтобы делать наоборот?

С Шишкой мы на ножах до тех пор пока он, по крайней мере, не помирится с Ниной так, чтобы она снова улыбалась.

А как вы понимаете, пока что этого нет, вот и ходим недовольные.

В целом я не доволен, что у них отношения! Да с кем угодно, но не с ним. Что я? Не нашел бы адекватного мужика?

Нашел бы, провел бы проверку по всем фронтам, да может и женили бы Нино!

Меня только Маша и успокаивает, вот прижмусь к ее жопке, и сразу легче становится, а она та ещё заноза в заднице иногда.

Не хочет со мной жить. Вот ни в какую, а я что? Что я рожей не вышел? Ворчу как дед старый, это да, но так у меня и причины для этого есть.

До трясучки напрягает, когда она уходит, а уходит она часто! Каждый раз как серпом по причиндалам, хоть на луну вой!

–Макс, отпустиии, у меня собеседование сегодня! – вырывается из моего захвата, а я ее перехватываю и накрываю собой.

Лбом упираюсь в её и в глаза всматриваюсь, а у самого аж дыхание перехватывает. Пиздец. Какая красивая девочка у меня, даже самому себе не верю.

Она смеётся и пытается увернуться. Прижимаюсь губами к губам и слизываю сладкий мед.

Ну какое собеседование? Я же лучше собеседования…

Маша пальчиками по плечам водит. Вспыхиваю и бедрами подаюсь вперёд. Член колом стоит, а Маша подо мной голенькая.

Ладно, в трусиках. Я против того, чтобы спать в одежде, но она напяливает все то модное, что купила по подаренному сертификату.

–Маш, я ругаться буду, – проезжаюсь головкой по бёдрам и приземляюсь в мягком пульсирующем местечке.

Ну вот. Утренний секс омрачняется уходом!

А я так быстро привык к тому, что она встречает меня дома, ещё и готовит что-то. Нет, я не прошу, ведь я в состоянии купить готовую жрачку, но это непередаваемое ощущение, что у тебя дома борщ и девушка в твоей майке, сводит с ума!

–Максим, ну правда, мне пора. Ещё покушать приготовить.

–Хуйня, давай закажем и лучше займёмся чем-то более приятным, упираюсь в нее всем телом и кайфую от стоящих от возбужденных сосков, упирающихся в мою грудь.

Охуеть искры перед глазами.

–Мне купаться ещё, да и на восемь, не успеем, – шепчет в губы. Взгляд темнеет.

–А мы быстро, как бы смешно это ни звучало, догонимся вечером…

Утром у нас всегда быстро, где схвачу, там и будем пошляками.

–Душ, Максим, – упирается ладошками и пытается выбраться из-под меня. Ну хорошо, душ, так душ. Там у нас ещё не было, да?

–Секс в душе – мой любимый. И попотел, и помылся, – смеюсь и упираюсь лицом в шею, втягивая сладкий аромат.

–Пошляк!

–Эстет в области секса, – перехватываю малышку и на руки поднимаю. По дороге в душ я торможу у каждой стенки, прижимаю Машу к себе и стягиваю белье рывками.

Нахер то белье. Нахер! Ни разу ещё не рассмотрел и толку от него не вижу.

Ходи передо мной голая.

Дурею с каждым разом всё сильнее и сильнее, у меня аж слепота расползается, как смотрю на нее.

Яркий свет просто одурманивает.

Вожу руками по бархатной коже и впитываю в себя разряды тока. Искрит не по-детски.

Стекаю взглядом по пухлой спелой груди и аж трясет от желания поцеловать, провести губами, слизать. Что и делаю, собственно, остервенело, жадно. Понять не могу, почему меня только сильнее клинит.

Вообще не понимаю. Но только с радостью касаюсь и трогаю, жмякаю и растекаясь. Пздц заводит.

Маша цепляется руками за плечи и извивается в моих руках, пока я пальцами пробираясь между складочек и вваливаюсь в душ, локтем врубая воду.

–Максим, ох, —слышу полустон, когда языком провожу от груди к шее и прикусываю мягкую кожу.

Цепляю мочку и одновременно надавливаю большим пальцем на пульсирующую горошину между складочек.

Хочу без резинки, одуреть как сильно. Впиваюсь в раскрытые губы и пожираю ее, а вода все стекает, обтекает нас.

Боковым зрением ловлю мурашки у нее на коже.

Приятно, ведь от меня у нее мурашки. Членом вожу у входа и целую, целую, пока дышать оба не можем.

За волосы перехватываю и тяну вниз, намакатываятна кулак.

–Хочу без резинки, малыш, – шепчу в ущо, слегка надавливая на складочки. Бам-бам-бам, лупит по затылку и в огонь кидает.

Я впервые умоляю не пользоваться резинкой, скажи мне кто о таком, заржал бы в голосину, но по факту…

Хочу без резинки. И это не меняется в мыслях. Хочу, бляха, и все.

–Макс, это не шутки, – шепчет в губы, взглядом мажет томным. Уже изнывает.

Я сжимаю пальцами розовый сосок и оттягиваю, а ответа жду. Малышка обмякает и упирается затылки в стенку.

Опускаю ее на пол и разворачиваю к себе спиной.

Сейчас столько идей, как дожать, но не силой же? Я мог бы слегка.

Дурак, что ли?

Не смей.

Вот и стою, вожу пальцами по позвоночника я размазываю гель для душа. Тяжесть в Фаберже мешает дышать, стоять и существовать.

Членом упираюсь в ягодицы и массирую манящее тело. Прикусываю плечико и просовываю пальцы между половых губ и не дышу. Ощущение, что тягаю железо сотку без остановки.

А по факту, сдерживаюсь, чтобы не трахнуть без защиты и без ее на то согласия.

–У меня женские дни через пару дней. Но осторожно, Макс. Не в меня.

Одуреть, от неожиданности жму ее к себе сильнее. Упираю в стенку в удобной позе, а бедра на себя тяну. Раздвигаю ягодицы и ввожу член рывком в изнывающее лоно.

Маша вскрикивает и опадает, а я ее за талию держу и вхожу глубже.

Черт. Рычу и снова вхожу, рывки все сильнее, зрение плывет. Ладонью жму грудь, сминаю сосок и к чертовой матери уплываю.

Фейерверк перед глазами метается.

Я все думал, что это херня без резинки, мол, ярче. Не верил. Но черт, я был не прав. Это взрыв!

–Малыш, ты просто ааа, – удаляюсь бедрами сильнее, Маша постанывает, замирает передо мной и ослепительно сильно кончает, я следом.

Выйти успеваю, но тяну до последнего.

Впервые у меня словно инсульт хватил.

Маленькие ручки сжимаю в руках и прижимаю к стене. Так и стоим.

Вид зашибезный!

Эмоционально штормит.

Я понимаю, что всё идёт совсем не так, как я думал. Это все чертовки сильнее, чем казалось.

Губами упираюсь в затылок и глаза закрываю.

Вот и покупались.

Я не смогу тебя отпустить, малыш.

Мне надо сделать так, чтобы ты была всегда со мной.

Бабские мысли, блять, откуда эти бабские мысли?

У бабника!