Текст книги "Тайна головоломки (ЛП)"

Автор книги: Ярослав Фоглар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)

45. Подслушивающее устройство

До следующей субботы, на которую были назначены выборы Великого Вонта, оставалось ещё уйма времени, которое «Быстрые стрелы» решили посвятить изданию нового выпуска «ТАМ-ТАМа». Спрос на него теперь был просто невероятным.

Мирек, наплевав на угрозы вонтов, не побоялся написать даже о том, что происходило во время Совета, упустив только информацию о том, какими будут задания для претендентов на пост Великого Вонта. А вот о предвыборных разногласиях в рядах приверженцев Мажняка и Лосны, а также о том, какие у кого из этих двух шансы, читатели «ТАМ-ТАМа» узнали всё.

Не смог Мирек и удержаться от осторожного намёка на то, что «согласно имеющейся у «Быстрых стрел» информации, на выборах может даже объявиться и головоломка Тлескача…»

Именно эти слова вызвали такую шумиху, какой не поднималось уже с того самого дня, когда «Быстрые стрелы» объявили о том, что Ян Тлескач работал над совершенно удивительным изобретением. О газете «Быстрых стрел» теперь много говорили и в Трущобах. Вонты не на шутку разозлились, что кто-то не просто из другого района, а с Другой стороны, позволяет себе совать нос в их дела. И как они ребят только не обзывали, хотя Мирек старался в газете подбирать слова, и никого не обидеть. В вонтах говорило их высокомерие – они не могли вынести, что кто-то совершенно не принадлежащий к Трущобам знает о них такие невероятные вещи! Это возросшее напряжение между Другой стороной и Трущобами ощущали больше всего ребята с Другой стороны, ближе остальных жившие к Разделительному проспекту. Не проходило и дня, чтобы здесь не случилась драка, начатая налетевшими на другостранских вонтами (хотя по правде говоря, вонтам вместо этого следовало быть «Быстрым стрелам» признательными за совершённые ими открытия). Пока что налёты ограничивались парой-тройкой человек, которые не заходили далеко за пределы Разделительного проспекта, однако всё шло к тому, что вражда этих двух районов вновь станет такой же острой, какой была раньше.

С каждым днём беспокойство в Трущобах из-за выборов всё увеличивалось. Вонты теперь уже ссорились и между собой, и всё чаще в случающиеся беспорядки должен был вмешиваться и Долговязый-В-Каске – высокий полицейский-атлет. Заразилась этим беспокойством и Другая сторона. Происходящее в Трущобах было теперь в центре внимания другостранских, которые за неимением подобных значительных событий в их части города, хотели хотя бы заочно поучаствовать в том, что происходило по другую сторону от Разделительного проспекта, в Трущобах.

И в течение этой последней недели, когда разогнавшиеся события было уже совершенно невозможно притормозить, в клубе «Быстрых стрел» произошло ещё кое-что.

Случилось это во время их обычного собрания в клубе. Ярка только что закончил читать вслух последнюю клубную сводку, и теперь все ребята её подписывали. Снаружи завывал резкий ветер, а в клубе было тепло и уютно. Уют создавала и опущенная плотная занавеска, которая закрывала ведущее в заброшенный сад окно. Весело потрескивал огонь в печурке. В наставшей на мгновение тишине вдруг раздался шёпот Ярки:

– Слушай, Быстроножка, у вас тут что, в доме мыши водятся?

Быстроножка перестал пытаться сдуть обгоревшую спичку на другой конец стола и вытаращился на Ярку:

– Мыши? – удивлённо протянул он. – Ну в подвале, наверное, какая-нибудь завалященькая нашлась бы. Тебе зачем? Хочешь Щетине подарок сделать? Чего это ты вдруг об этом спрашиваешь?

– Да просто так, – отрезал Ярка. – Если кто-нибудь из вас вдруг соизволит заинтересоваться, то могу сказать, что в клубе завелась мышь!

– Да где, где? Мы тут никаких мышей не видели, тебе показалось, – начали осматриваться вокруг ребята.

– Если вы хоть на минуту замолчите, то услышите, – предложил Ярка.

Все замолчали. Они слышали, как снаружи завывает ветер, да насвистывает печная труба. И вдруг… как будто где-то в стене послышался лёгкий шорох.

– Ей-богу, мышь! – выдохнул Быстроножка.

– Да погоди ты, тихо!

Странный звук повторился. Он шёл откуда-то снизу, от пола, из угла под окном. Индра показал на что-то пальцем в том направлении. Мирек приподнял абажур лампы, чтобы в углу стало немного светлей. Мешковина, которой была задрапирована стена под окном, легонько шевелилась. Иногда чуть больше, иногда совсем неразличимо. Под ней было явно что-то маленькое и живое. Время от времени ткань натягивалась, и тогда под ней можно было различить чёткий контур.

– Мышь! Правда мышь! Поймаю её! – зашептал Быстроножка, и в глазах у него загорелся охотничий огонёк.

Он начал подкрадываться к окну с вытянутой вперёд рукой, которой собирался прижать к стене бегавшего под тканью зверька. Он крался так тихо, что мышь его даже не замечала, и ребята слышали, как она продолжает там громко шуршать. Быстроножка прыгнул вперёд, его рука прижала мешковину на стене.

– Поймал? Держишь? Не убежала? – наперебой загалдели ребята и бросились к Быстроножке.

Но вот что странно – Быстроножку его добыча совершенно не обрадовала, он не произнёс и слова. Его рука, всё ещё прижатая к стене, кажется, что-то держала, а лицо было белым как мел.

– Ну, что такое? Что случилось-то? Покажи! – удивлённо спрашивал Мирек. Быстроножка в ответ зашептал:

– Слушай, Мирек, это была вовсе не мышь. Это было… Я даже и не знаю, что это было. Какая-то железяка, что ли!

Но Мирек уже стоял на коленях, поднимая мешковину к подоконнику. Быстроножка убрал руку, и ребятам открылась очень странная картина – под окном, прямо из дырки в стене, из размякшей от влаги земли за ней, торчала маленькая железная трубка в несколько сантиметров длинной.

– Мышь удрала по этой трубке! – заявил Индра, а Мирек вдруг закричал: – Да какая мышь, тоже мне, умники! Это совсем не то! Теперь-то я всё понимаю! Быстро все в сад, через окно!

С этими словами он уже откидывал закрывавшую окно занавеску и кричал ребятам, чтобы погасили свет.

– Всем взять батарейки, – продолжал. – Оттуда, из сада, нас кто-то подслушивал. Понимаете, через эту самую трубку, которую нам к клуб прямо через стену провели! Она практически как телефон работала!

Клуб «Быстрых стрел» находился в полуподвале, а их окно располагалось на высоте нецелого метра над землёй, так что вылезти из окна в сад было делом нескольких секунд. Теперь оставалось выяснить, если сад за окном был действительно таким пустым, каким он им казался в кромешной тьме.

46. Погоня по заброшенному саду

– А теперь тихо и осторожно! – предупредил ребят Индра, и сделал это не просто так.

Им действительно следовало быть осторожными, потому что в саду, в который, к слову сказать, жителям дома ходить запрещалось, было очень много кочек и ям, возникших на месте старых клумб, а на земле валялось полно засохших веток, компанию которым составляли кучи старого кирпича и камней. Что же до тишины, которую попросил сохранять их Индра, то нужна она была для того, чтобы ребята могли услышать, откуда исходит тот странный звук, который они услышали, когда вылезали в сад через окно.

Было слышно, как кто-то в этой кромешной тьме продирается через колючие кусты, и при этом довольно сильно торопится, что подтверждали его частые падения.

– Звук доносится вон оттуда! – зашептал Ярка и показал в темноту впереди себя, где, как знали ребята, росло несколько старых клёнов. Оттуда действительно слышался шорох опавших листьев. Мирек посветил в указанном направлении фонариком, и остальные тотчас же последовали его примеру. В свете направленных на деревья фонариков мелькнула чья-то тень, но она была слишком далеко, чтобы ребята смогли различить, кто это был. Топот бегущих ног направлялся в обход них, к противоположному и самому запущенному концу сада, который заканчивался высокой стеной.

«Быстрые стрелы» бросились вслед за незваным посетителем. В головах у них лихорадочно роились мысли. Кто это такой? Что общего у него с той трубкой, торчащей в стене? Кто вообще придумал воткнуть эту трубу им в стену, чтобы подслушивать разговоры в клубе? Индра вдруг споткнулся о какой-то провод и запутавшись упал, но остальные не сбавили темпа.

– Главное – зажать его в том углу, – зашептал Мирек. – Оттуда он уже никуда не денется. Стена, за которой соседний двор, слишком высокая, так что через неё он не перелезет. Только бы он налево не кинулся – там низкий забор, а за ним дворы Матлашовой улицы!

Они приближались к казавшимся непроходимыми кустам.

– Стой! Стой! – закричал в темноту Быстроножка, но в ответ все услышали лишь звук убегавших ног.

Ребята остановились у границы кустов. Свет фонариков не проникал через стену зелени. Вдруг где-то в глубине послышался звук падения, а затем полный боли вздох.

– Да брось ты, отзовись! – закричал Мирек по направлению к источнику звука. – Тебе от нас всё равно не сбежать, только зря ноги себе переломаешь!

Однако подоспевший как раз Индра, которому удалось наконец выпутаться из лежавшего на земле провода, не стал дожидаться ответа и вломился прямо в гущу кустов. Остальные последовали за ним. Они пробирались вперёд, растянувшись цепочкой, чтобы неизвестный не проскочил мимо них обратно туда, откуда все только что прибежали.

– Здесь, он здесь! – сделав несколько шагов вперёд закричал Индра.

И действительно, за кучей наваленной земли, которая вся давно обросла травой, по земле каталось что-то жалобно поскуливающее. Ребята посветили на фигуру фонариками. Упавший шевельнулся, будто бы пытаясь встать, но подбежавший к нему Ярка направил луч света прямо тому в лицо.

– Да это же Богоуш! – удивлённо воскликнул он. – Самый младший в «Братстве кошачьей лапы»!

Богоуш был довольно известным персонажем среди другостранских ребят, и только такая компания, которая подобралась в «Братстве кошачьей лапы», могла принять его к себе. «Быстрые стрелы» знали его ещё тогда, когда «Братства» и не было в помине – Богоуш пришёл к ним с просьбой о помощи, потому что Длинная Жердь отобрала у него целую стопку выпусков одного детского журнала. Ребятам журналы спасти удалось, причём досталось тогда Длинной Жерди не только от них, но и от старика Душка, которого все называли Злобным Дедом. Казалось бы, Богоуш должен был быть «Быстрым стрелам» за их помощь признателен, но где там! Когда Длинная Жердь поклялась им за это отомстить, Богоуш пришёл к Жерди с предложением дружбы, и они оба ополчились против «Быстрых стрел»! Потом эта парочка познакомилась со Щетиной, после чего в один прекрасный лунный вечер, когда все трое оказались запертыми старухой Завадилкой в дровяном сарае в компании дохлой трёхлапой кошки, и родился клуб «Братство кошачьей лапы».

Из-за неблагодарности к «Быстрым стрелам» Богоуша начали презирать все, кто знал об этой истории, и было за что: он был ненадёжным, трусливым, коварным и злопамятным. Он мог кричать гадости и плевать на проходивших ребят только высунувшись из высоко находившегося окна, однако стоило кому-нибудь поймать его, как он начинал выть белугой на всю округу и просить помощи у идущих мимо взрослых. Ещё он любил распускать разные слухи, которые много кому из ребят и девочек наделали неприятностей.

Теперь же тучи над его головой сгустились, и Богоуш, у которого на подобные вещи был нюх, прямо таки чувствовал, что трёпки ему не избежать.

47. Допрос

– Богоуш! – удивлённо воскликнул Мирек.

– Да, он самый, – удручённо кивнул пленник и начал причитать: – Ну всё, я погиб, мне конец… вот если бы Длинная Жердь была здесь со мной…

Он принялся вдруг вырываться, плеваться во все стороны, царапаться, брыкаться и при этом кричать:

– Пустите меня! Что вы меня держите? Сейчас же отпустите, оглохли что ли?.. Хулиганы!.. И не обзываться, ясно?.. А то я всё про вас расскажу! Вот как заору, и увидит управдом, что вы тут в саду. Вы ведь знаете, что вам сюда нельзя! Так что отпустите меня… Кто это меня там сзади душит? А-а-а-а-а…

– Нечего тут сопли распускать! – решительно перебил Мирек бессвязный поток речи Богоуша, видя, что тот начинает реветь. – Никто тебя не душит, мы тебя только за одну руку держим. Ты парень, или надувший со страху лужу котёнок? Даже смотреть на тебя противно! Однако так и быть, ничего тебе не сделаем, если расскажешь, что ты тут забыл, и что знаешь о той трубке.

– А вы правда меня отпустите? Честное слово, что ничего мне не сделаете? – допытывался Богоуш.

– «Быстрые стрелы» своё слово всегда держат! – с негодованием воскликнул Индра.

– Только за один этот глупый вопрос ты уже заслужил пару подзатыльников!

– Тогда расскажу вам! Всё расскажу! – охотно затараторил Богоуш.

И боясь получить даже небольшую затрещину, он один за другим начал выкладывать секреты «Братства кошачьей лапы», подло и трусливо предавая этим своих товарищей. И чего только не узнали «Быстрые стрелы» из этой исповеди!

– Помните, – начал Богоуш, – вы удивлялись, когда издали первый «ТАМ-ТАМ», кто мог так быстро отнести экземпляр Тонде Плигалу во Дворцы? Ну так вот это были мы – я и Щетина, потому что нам приказала Длинная Жердь.

– Попляшет он у нас ещё, – процедил сквозь зубы Ярка.

– Потом наше Братство узнало, – продолжил Богоуш, – что в Трущобах где-то есть чёрная кошка с белыми лапками. Как раз для нас! Мы решили её поймать. Длинна Жердь сказала, что мы эту кошку прибьём, и каждый из нас возьмёт себе по одной лапке, как талисман, и будет носить её на шее. Но нас было мало, и мы в Трущобы лезть побоялись, ну, вы сами знаете…

– На вас, трусишек, это похоже! – ухмыльнулся Быстроножка.

Но Богоуш был всего лишь Богоуш – подобные замечания совершенно не задевали его гордость. Он продолжал:

– Это всё случилось, когда дворцовские начали выпускать своего «Сборщика». Ну Длинная Жердь и решила, что если мы будем для «Сборщика» приносить о вас разные новости, то те нам помогут искать кошку в Трущобах. Тогда мы и устроили ту штуку с железной трубкой у вас в клубе, чтобы подслушивать. И в первый же день, когда мы начали вас подслушивать, вы в клубе обсуждали того сторожа из костёла и то, что он вам рассказал о Яне Тлескаче! По правде говоря, слышно было вас довольно паршиво, потому что вы тихо разговаривали. Но всё, что разобрать удалось, мы записали и отнесли Тонде во Дворцы. Вот так и получилось, что «Сборщик» с вашими же новостями вышел раньше, чем «ТАМ-ТАМ».

– Теперь-то я понимаю! – прервал рассказ Богоуша Мирек. – Вот в чём дело было! А мы никак не могли понять, каким образом у «Сборщика» оказывались полученные нами новости раньше, чем мы их успевали написать. Пусть они и были перевранные и неполные… Так значит, это им передавало «Братство», подслушивая нас через ту штуку!

– Эх, а мы поначалу думали, что им новости передал Красненький! – простонал Ярка. – А потом, когда всё повторилось даже после его ухода, даже начали бояться, что в нашем клубе есть и ещё один предатель!

– Я знаю, – похвастался Богоуш. – Мы за вами следили и подслушивали там, у забора. Правда разговаривали вы шепотом, так что много мы не услышали.

Индра напомнил:

– Только один раз у «Сборщика» не было новостей о Трущобах раньше нашего «ТАМ-ТАМа», помните? Когда мы нашли вторую часть дневника Тлескача. А подслушать они тогда не смогли по одной простой причине – дневник мы читали у меня дома, потому что в клубе была сломана печка. А раз нас не было в клубе, то и подслушивающее устройство «Братству» ничем не помогло!

– Уж как мы злились! – признался Богоуш. – А Тонда Плигал нас начал подозревать в том, что мы ему просто решили новости не рассказывать. Не верил, что мы просидели у этой трубки почти до самой ночи, и всё без толку! Хотя в Трущобы они нас с собой несколько раз всё же взяли. Нашли мы там и кошку с белыми лапками, вот только её хозяйка на нас натравила вонтов, так что кошки у нас до сих пор нет! Потом Братство было в Трущобах ещё один раз, на каком-то там собрании в костёле. Меня с ними тогда не было, и хорошо! Потому что ничего из той вылазки не вышло – только Длинная Жердь приползла домой полумёртвой. Сегодня я собирался вас один подслушивать. Добрался до трубки и решил её немного дальше в стену просунуть. Видимо, наделал шуму, и вы меня поймали. Вот, собственно, и всё.

Отпустите теперь меня!.. Что вы меня держите, я вам всё рассказал!.. Да отпустите же!

– Сейчас отпустим, – успокоил его Мирек, – после того, как расскажешь, что у вас Красненький делает. Не то, чтобы он нас сильно интересовал, просто хотим знать, если он теперь с вами.

– Красненький не в нашем «Братстве», – ответил Богоуш. – В Трущобы он, конечно, с нами ходил, но тогда с нами ходили и парни из «Сборщика». Он ни с кем особо не разговаривает, не помогает. Ребята говорили, что он на высушенную скорлупу похож – тело есть, души нет.

– Благодарим за рассказ, – кивнул Мирек. – А вот что тебе теперь «Братство кошачьей лапы» скажет, мы не знаем. Но уж точно не поблагодарят!

– «Братство кошачьей лапы», – сокрушённо повторил Богоуш, перестав даже вырываться из рук ребят. – Что на это скажет Длинная Жердь? Сна меня просто выгонит, точно выгонит. А Щетина наложит на меня какое-нибудь страшное заклинание! «Быстрые стрелы», прошу вас, возьмите меня к себе в клуб, а? С вами не так опасно.

Его голос под конец перешёл в плаксивый тон, но на ребят это не подействовало.

– Заварил каши, сам и расхлёбывай! – решительно произнёс Мирек. – Ты себя вёл совершенно не по-товарищески. Ни по отношению к нам, ни по отношению к «Братству». Ты как флюгер на ветру – откуда подует, туда и повернёшься. Самый настоящий предатель. А слухов сколько ты разносил… Да тебя никто из другостранских ребят не любит, каждый презирает. И никто эту твою дурь из тебя выбить не сможет, только ты сам, если начнёшь себя вести, как следует. Вот тогда и мы с тобой дружить начнём!

С этими словами «Быстрые стрелы» его отпустили. Богоуш только пробубнил что-то в ответ, да и скрылся в темноте. Ребята слышали, как он перелезает через забор в соседний двор, а потом оттуда послышалось:

– А вот вы мне ничего и не сделали, ничегошеньки не сделали. Шипачки – дурачки!

– Кажется, он твои слова близко к сердцу не принял, – повернулся к Миреку Ярка. Мирек промолчал, вместо него ответил Быстроножка:

– Да ну его, хорёк-вонючка!

48. О Красненьком

Ещё в тот же вечер «Быстрые стрелы» вынули из стены клуба подслушивающее устройство, а на следующий день Быстроножка заделал оставшуюся от трубки дырку.

Богоуш теперь каждый раз просто умирал от страха, стоило ему подумать о мести «Братства кошачьей лапы» за своё предательство и трусость. Так как он не был уверен, узнали они уже о случившемся или нет, то на всякий случай не и носа на улицу не высовывал, а если под окном появлялся Щетина и свистом звал его выйти, то притворялся, что его нет дома. Он вёл себя как напуганный страус, который чуть что, сразу закапывает голову в песок, хотя и понимал, что прятаться вечно ему не удастся. Рано или поздно он наверняка столкнётся с кем-нибудь из «Братства» на улице, и вот тогда-то расплаты ему не миновать! Однако так далеко вперёд он не заглядывал – страх лишил его последней капли здравого смысла.

Тем временем «Быстрые стрелы» издали внеочередной выпуск «ТАМ-ТАМа», в котором написали и о подслушивающем устройстве, установленном в их клубе «Братством кошачьей лапы», и о поимке и трёпке, которую получили члены «Братства» и «Сборщика» в Трущобах. Объяснили, зачем «Братству» понадобилось лезть в Трущобы.

Длинной Жерди оставалось только скрипеть от злости зубами, когда другостранские ребята, завидев его начинали кричать: «Что, поймали белолапую кошку?». Тонда Плигал после выхода этой разгромной статьи в «ТАМ-ТАМе» совершенно серьёзно начал подумывать о том, не перестать ли ему выпускать «Сборщик». Щетина прятался в сарае со своими крысами.

«Быстрые стрелы» между подготовкой к ожидаемой ими субботе, когда они смогут увидеть и даже заполучить в руки ёжика в клетке, как воплощение того, что они с таким трудом разузнали, не переставали думать о том, что сказал им о Красненьком Богоуш: что он не присоединился ни к команде «Сборщика», ни к «Братству кошачьей лапы», и «похож на высушенную скорлупу – тело есть, души нет».

Ребята испытывали странные чувства, время от времени встречая Красненького на улице. Они не могли знать, что думает в эти моменты он, но знали, что чувствуют сами: волнение, желание с ним заговорить, снова стать его другом. Однако никто из них с Красненьким не заговаривал, хотя это и было вопреки всем обычаям Другой стороны. Ведь вся эта история началась именно с него, не могли же они теперь первые идти к нему мириться! И потом, разве не оказали они ему огромную услугу там, в костёле Святого Якуба? Если бы Красненький хотел помириться с «Быстрыми стрелами», он бы не преминул тогда воспользовался подвернувшимся ему случаем. Но он им не воспользовался, предпочтя без единого словечка благодарности сбежать в толпу вонтов перед костёлом, чем пересидеть со своими бывшими друзьями в укрытии до окончания собрания. Ребята из «Быстрых стрел» воспринимали это как новое оскорбление, и не могли ему этого простить. Этот поступок Красненького задел всех так же, как и первый.

Красненький был довольно симпатичным мальчишкой, и немного его знавшие другостранские ребята даже были уверены, что он гордится своей обаятельной мордашкой. Как-то раз, в ту пору, когда Красненький ещё был с «Быстрыми стрелами», одна из проходивших мимо ребят дам восхищённо сказала своей подруге: «Какой, однако, милый мальчик, вон тот, что в красной пилотке. Вы это заметили?». Они все слышали это замечание, от которого лицо Красненького стало под цвет его пилотки, а Быстроножка с этого дня не мог удержаться, чтобы не поддразнить этим Красненького: «Эй, милый мальчик, бери мяч, идём в футбол играть!».

Однако теперь всё было по-другому: Красненький проходил мимо «Быстрых стрел», словно бы их и не существовало, а его симпатичное лицо было мрачным и недоброжелательным.

Красненький и Быстроножка жили в одном доме, там же находился и клуб «Быстрых стрел». Как-то раз мама попросила Быстроножку спуститься в подвал за картошкой. Он выбежал из квартиры в мягких тапочках, шаги в которых на лестнице не было слышно, к тому же с улицы доносился грохот транспорта, а потому кто-то, стоявший внизу, у запертой двери клуба, его не слышал. Это был Красненький! Пригнувшись, он заглядывал в клуб через замочную скважину.

Быстроножка был всего в нескольких шагах от него, когда Красненький, наконец, его заметил. Он тут же пружиной распрямился и отскочил от двери. Сделал несколько движений, будто бы собирался бежать, но опомнился, поняв, что ему это не поможет, и тут же густо покраснел от стыда. Быстроножка от удивления застыл на месте. Красненький же повернулся и быстро вышел на улицу.

– Это потому, – говорил потом Быстроножка остальным ребятам в клубе, – что у них нет подслушивающего устройства, вот они и послали его подслушивать нас через замочную скважину…

Но Мирек и Ярка были с его версией не согласны – Красненький прекрасно знал, когда у «Быстрых стрел» в были клубе собрания, а Быстроножка застал его у двери в такое время, в которое собрания ещё ни разу не было! Поэтому они были уверены, что причина странного подсматривания в замочную скважину у Красненького была совершенно другая. И в скором времени они эту причину узнали.