Текст книги "Барышня-бунтарка (СИ)"
Автор книги: Яна Епринцева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 15 страниц)
Глава 43
К капищу Макоши мы подъехали уже ближе к вечеру. Солнце начало клониться к краю небосвода, отчего тени деревьев, окружающих возвышенность с храмом на самом верху, вытянулись и потемнели.
Коляска остановилась у подножья холма, и я невольно засомневалась, бросив взгляд на Радимира.
Он ободряюще кивнул и, в одно мгновение, спустившись на землю, подал мне руку, помогая сделать то же самое.
– Идём, любовь моя, – улыбнулся он.
– Ты тоже войдёшь в храм? – удивилась я.
Мужчины редко обращались к богине, считавшейся покровительницей женщин. Разве только могли поклониться ей в главном храме столицы, где стояли идолы всех божеств, в том числе и Небесной Пряхи. Непосредственно на капище Макошь представители сильной половины человечества заходили лишь в исключительных случаях, либо во время больших, шумных праздников, посвящённых богине плодородия.
– Провожу тебя к храму и подожду снаружи. Мне не хочется оставлять тебя одну даже на таком небольшом расстоянии. Не знаю почему, – проговорил он, но, увидев испуг на моём лице, быстро добавил: – не бойся, тут безопасно! Просто… Я не знаю, как объяснить… А ты сама ничего не чувствуешь?
Я подхватила корзинку с баночкой мёда и кувшином молока, что мы купили для приношения богине, и подала руку мужчине.
Радимир сразу же отобрал у меня корзинку. Он подхватил меня под локоток и повёл вверх по вымощенной камнем дороге, прямиком к входу в капище.
Холм, на котором располагалось святилище, густо порос травой и кустарником, кроме того, храм окружали старые раскидистые деревья. Тишина и умиротворение царили в этом чудесном месте, но на сердце у меня было более чем неспокойно, а душе творилось что-то непонятное.
– Знаешь, Радимир, а ведь Макошь сказала через своих служительниц, что нити наших судеб переплетены крепко. И если я не буду с тобой, то другого мужчины никогда не познаю, – сказала я.
– Неужели? Вот так новость! – счастливо рассмеялся он. – И после этого ты всё равно пыталась сбежать от меня?
Повернув голову, я заглянула в светящиеся изумрудные глаза. Внезапно мне захотелось рассказать ему о прошлом посещении капища, объяснить решение бежать в главный храм, и это желание было столь сильным, что я не смогла с ним бороться.
– Погоди, Радимир, постой! Давай присядем тут, прямо на траве, и я расскажу, что сказала мне Макошь!
Место это, окружённое благоухающими цветами таволги, в изобилии росшими на склоне холма, так и манило меня. Тем более что спешить в храм не было никакой необходимости, к богине можно обратиться в любое время, а свет от негасимого костра укажет путь к идолу Макошь, в любой темноте.
Мужчина с готовностью кивнул и без колебаний опустился на траву. Я уселась рядом и в подробностях поведала о прошлом ритуале. Выложила всё, повторила те слова, что мне удалось запомнить.
При этом меня не покидало странное чувство. Как будто потоки горячей энергии бежали сквозь моё тело, зажигая крохотные огоньки прямо внутри меня. Они зарождались в ступнях и летели вверх, распространяясь по клеточкам с бешеной скоростью.
Это не было похоже на нашу неудавшуюся близость с Ярогорским. Тогда я тонула в волнах наслаждения. Сейчас же, наоборот, казалось, что я скинула оковы эмоций и поднялась над ними.
При этом я чувствовала, как тело обретает лёгкость и силу. Чем дольше я сидела на склоне холма рядом с Радимиром, тем свободнее и счастливее ощущала себя, мне казалось, что ещё немного, и я воспарю над землёй.
По неизвестным причинам мне остро захотелось снять с рук кружевные перчатки. Хотя обычно девушки моего сословия избавлялись от данного предмета гардероба только дома. Во-первых, ходить без перчаток было неприлично, а во-вторых, нужно было беречь кожу от солнечного света, ведь в моде была аристократическая бледность. Но забыв обо всём, я сняла их и сунула в карман, при этом не прекращая рассказывать о прошлом посещении храма во всех подробностях.
Закончила говорить я и положила свою обнажённую ладонь на руку Радимира и в тот же миг вскрикнула, пронзённая неведомой силой. Но самым необычным оказалось не это: в воздух прямо из наших сплетённых рук поднялся столп света и устремился вверх, осветив темнеющее вечернее небо.
Глава 44
– Радимир, что это! – закричала я, не в силах поверить своим глазам.
Но мужчина ничего не ответил, он сидел рядом с таким же изумлённым видом, как и я, не сводя взгляда с потрясающего зрелища.
Столп света, который так неожиданно вырвался из наших соприкоснувшихся ладоней, уходил ввысь, прямо к облакам. Он сверкал и переливался всеми цветами радуги, а внутри него, то и дело вспыхивали миллиарды крохотных искорок.
Моё тело вновь пронзали молнии, как и во время поцелуев с Радимиром, но в этот раз их сила была умеренной и не сводила с ума, а напротив, придавала энергии и заставляла сердце трепетать от непонятного восторга.
Внезапно свет погас. Просто исчез, как будто и не бывало, лишь на кончиках пальцев ещё некоторое время сохранялось странное ощущение, как будто их кололи тоненькими иголочками.
Мы с Радимиром продолжали сидеть и смотреть друг на друга, не разжимая рук, как будто ожидая, что необычное явление повторится.
Я, не переставая, думала о том, что произошло. Мне ещё ни разу в жизни не доводилось видеть ничего подобного, а вот Ярогорский, похоже, знал, что это такое.
– Это магия, Искра! Эта та самая магия, что удерживает оборону северных рубежей! Ты понимаешь, что это значит? – закричал он, сжимая мою руку.
Я отрицательно затрясла головой, потому что даже представить себе не могла, каким образом мы смогли вызвать магию, не обладая даром.
– Ну как же? Вот из такого же энергетического поля, что образовалось только что, и состоит заслон, защищающий страну от аспидов! И создают его княжеские чародеи, – восторженно продолжал Радимир.
– О-о-о… Это чудесно! Значит, ты не утратил магию окончательно. Она есть в тебе и, возможно, со временем восстановится полностью, – пробормотала я без особой радости.
К моему собственному изумлению, весть о возвращении дара к Радимиру меня совершенно не обрадовала. Ведь в этом случае он вполне может вернуться на службу к князю. И жениться. На девушке с даром, и уж точно не на мне.
«Может, оно и к лучшему… – с тоской подумала я, готовая разрыдаться. – Ведь тогда я смогу сохранить свою честь, о которой так волновалась… Хотя… Провались она пропадом, эта честь! Зачем она мне без него?»
Ярогорский заметил, что я не разделяю его восторга, и попытался выяснить причину. Судя по всему, мужчина хотел, чтобы я тоже порадовалась его исцелению. Он принялся тормошить меня, не переставая счастливо смеяться. Вот только моё настроение испортилось ещё больше. Я начала осознавать, что больше всего на свете боюсь расстаться с ним.
– Искра, ты не рада? Магия, она есть! Я не ошибся тогда, это была именно она! – эмоционально проговорил Радимир и притянул меня к себе, заставляя смотреть ему в глаза.
– Нет, ну почему… – соврала я. – Очень рада. Возможно, тебя даже примут обратно на службу. Будет здорово…
– Искра, ну ты чего? В чём дело? Ты боишься дара? – воскликнул он.
– Нет конечно. С чего вдруг? Магия княжеских чародеев ещё ни разу не навредила никому из жителей государства. Она опасна лишь для аспидов и кровопийц северных границ, – как будто читая главу из учебника, пробормотала я.
– Да при чём здесь магия чародеев? – отмахнулся мужчина, – Я говорю сейчас о твоём даре. Ты боишься его?
– Как я могу бояться того, чего у меня нет? Я, правда, очень рада за тебя…
– Как это нет? Вот же, только что, мы оба это видели и ощущали! – Радимир не оставлял попыток достучаться до меня.
– Нет! Это только твоя магия. Теперь ты сможешь найти себе подходящую жену, вернуться на службу и зажить счастливо, как того и заслуживаешь. А я…
– Глупышка! – перебил меня Радимир. – Разве ты не видишь, что это наша с тобой общая магия? Та, в которой сливаются мужская и женская энергия?
– Нет, этого не может быть, я точно знаю, что я родилась без дара. Даже твой доктор это подтвердил. Да и много кто ещё… – в полном замешательстве пробормотала я.
– Они ошибались! Определённо ошибались! Дело в том, что чистая мужская энергия выглядит иначе. Я бы тебе показал как, но ведь лишился дара. А хотя…
Радимир вскочил на ноги, поднял руки вверх и закрыл глаза. Он замер на склоне холма с сосредоточенным видом, делая глубокие вдохи.
Я не спускала с него глаз. Ярогорский был великолепен: высокий, статный и широкоплечий, он, как могучий великан, возвышался надо мной. В нём чувствовалась скрытая мощь, огромная мужская сила, которая притягивала к себе как магнитом.
Радимир стоял так несколько долгих минут, как будто собираясь с мыслями или пытаясь сконцентрироваться. Наконец, он открыл глаза и медленно свёл руки вместе, одновременно опуская ладони на уровень груди.
В этот миг я увидела золотисто-синее пламя, исходящее прямо из его пальцев. Оно поднималось всё выше, выбрасывая сверкающие языки, постепенно охватывая тело мужчины, заставляя его светиться.
– Вот, Искра! Вот она, магия княжеских чародеев! Она вернулась ко мне! Понимаешь, вернулась!
Радимир обратил на меня взгляд зелёных глаз, в которых теперь тоже горели золотистые всполохи его пламени, и счастливо улыбнулся.
Глава 45
«Как он красив! Настоящий княжеский чародей. Эх… Ну почему я такая неудачница?» – думала я, глядя на Радимира.
Мне никак не удавалось поверить в то, что у меня самой может быть магия. Это звучало настолько неестественно и странно, что казалось мне чем-то невероятным. Ведь всю жизнь меня убеждали в обратном.
Да и сама я чувствовала прикосновение к чему-то сверхъестественному лишь во время контакта с Ярогорским. Без него никакой магии во мне нет, а следовательно, это он делится даром со мной, и никак иначе.
– Ты видела, Искра? Я смог пробудить дар самостоятельно! Он вернулся! – Радимир радовался как ребёнок.
Всполохи магического пламени погасли, и мужчина вновь опустился рядом со мной на траву.
Я же решила не портить ему настроение своим кислым видом и изо всех сил принялась притворяться счастливой. Даже обниматься кинулась, повторяя, как рада тому, что его дар вернулся.
Казалось, он поверил в мою искренность. Радимир ласково прикоснулся тыльной стороной ладони к моему лицу, а я без колебаний обхватила его руку своею и прижалась к ней сильнее, ощущая восхитительное удовольствие от соприкосновения кожа к коже.
– А теперь попробуй ты. Покажи мне свою магию, – сказал Радимир улыбаясь.
Я отпрянула и отрицательно замотала головой. Выполнить его просьбу было совершенно невозможно. Молнии, разряды электричества, потоки горячей энергии, всё это появлялось лишь во время телесного контакта с ним, вот как сейчас. Когда же мы не касались друг друга обнажёнными частями тела, ничего такого не происходило. Я не могла показать ему магию, потому что во мне её просто не было.
– Не бойся, Искра! – настаивал он. – Просто встань, сконцентрируйся, попытайся почувствовать, как она разгорается в центре груди, и направь в кончики пальцев. Давай, у тебя получится!
Что мне оставалось делать? Нехотя я поднялась на ноги, также как до этого Радимир, подняла руки и закрыла глаза. Я старалась изо всех сил почувствовать энергию магического дара, представить её, мысленно умоляла появиться, но ничего не выходило.
Ни искр, ни молний, ни горячего тока по венам. Ничего этого не было, да и, если говорить откровенно, быть не могло.
Но я упорно старалась, изо всех сил воскрешая в памяти ощущения, испытанные совсем недавно. Вот только они меркли и ускользали, не желая появляться вновь. К горлу подкатили рыдания от отчаяния и безысходности, но я сделала глубокий вдох и подавила их, не желая показывать свою слабость.
«Зачем ты ломаешь комедию? Ничего не получится, это же очевидно. Просто признайся», – промелькнуло в моей голове.
Я прекратила безуспешные попытки, опустила руки и открыла глаза.
– Во мне нет магии, Радимир. Нет, и никогда не было. Если хочешь, мы можем вместе с тобой спросить об этом Макошь, – сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал.
Лицо Ярогорского утратило счастливое выражение, вновь став отрешённым и бесстрастным. Он как будто вновь спрятался от меня за маской равнодушия, и осознание этого доставляло мне почти физическую боль.
– Что же, идём, спросим Макошь, – проговорил он, поднимаясь на ноги и протягивая мне руку.
– Идём… – пробормотала я, принимая его ладонь.
А вокруг, между тем, потемнело. Солнце спряталось за горизонт, и лишь алые сполохи ещё какое-то время виднелись на самом краю неба. Пока мы сидели на склоне холма, на лес опустились сумерки, окутав деревья и храм серой дымкой.
Капище возвращалось впереди чёрной громадой. Оно было построено из крупных, гладко обтёсанных валунов, расставленных в особом порядке. А вокруг возвышались небольшие помещения, в которых жили и молились жрицы.
Священное место принесения треб и даров богам – Алатырный камень, отполированный за долгие века, слабо поблёскивал, как будто отражая свет появившейся на небе вечерней звезды. А перед входом приветливо светилось огневище, приглашая путников заглянуть на огонёк, спрятаться от надвигающейся темноты под сенью благодати Небесной Пряхи.
Мы направились прямо туда. Радимир сжимал мой локоть и молчал. Я тоже не делала попыток заговорить. То чувство единения и спокойствия, что было между нами весь день, испарилось без следа.
В этот миг как никогда ранее я ощутила шаткость моего положения. Он говорил, что любит меня. Возможно, это так. Вот только что выберет амбициозный молодой чародей? Любовь или значимое место в княжеской армии? Ответ был очевиден.
Многие века наше сословие выбирало защиту Пограничья, близость к князю и почётное положение в обществе. Об исключения я не слышала ни разу. И уверена, что не услышу.
Радимир остановился у входа в храм. Так как он не отпускал мою руку, мне тоже пришлось остановиться.
– Я войду и обращусь к Макошь. Попрошу богиню растолковать её решение. Зачем она сплела наши судьбы? Зачем заставила так сильно полюбить тебя? – проговорил мужчина, сжимая мой локоть сильно-сильно, до боли.
– Ты больше не хочешь любить меня, Радимир? Сейчас, когда твоя магия вернулась, я больше не нужна тебе? – глотая слёзы, пробормотала я.
Он ничего не ответил.
Глава 46
Мы продолжили путь и вошли в храм. Я изо всех сил старалась успокоиться и мысленно отчаянно ругала себя за глупейшее непостоянство, корила за тот разброд, что творился у меня в душе. Ведь совсем недавно я желала навсегда сбежать от него. Спрятаться подальше и не вспоминать ни о Ярогорском, ни о продавших ему родителях.
Что же теперь изменилось? Что подействовало на меня так сильно, что я готова забыть обо всём: о девичьей чести, о порядочности, о пересудах за спиной и в целом о мнении общества? Неужели я влюбилась? Но как это возможно? И за что я могла полюбить его?
Воображение живо подкинуло мне множество причин, по которым можно легко влюбиться в Ярогорского. Он красив, богат, галантен, силён. Он заботился обо мне и пытался радовать подарками. Он признался мне в любви, в конце концов! Этот список можно было бы продолжать бесконечно, вот только мои размышления прервало появление белокурой жрицы, которую я видела в храме во время прошлого посещения.
– Входите! – воскликнула она, подняв руки к небу, при этом многочисленные золотые украшения на её руках тихонько зазвенели. – Макошь дала знак, что вы придёте, я жду вас целый день.
Никто из нас, ни я, ни Радимир, не стали задавать вопросы. Мы молча вошли в храм и, поклонившись до земли идолу богини, опустились перед ним на колени.
Каждый из нас молился о своём. Я старалась не думать, о чём спрашивает Макошь мой спутник, а вместо этого сосредоточиться на своих собственных мыслях.
«Великая богиня, подскажи, что мне делать? Как жить дальше? Ты избрала для меня участь своей жрицы, и я подчинилась. Вот только так и не смогла добраться до храма. Что ждёт меня дальше? За что убили Всеведу?» – мысленно задавала я вопросы Небесной Пряхе.
Подняв взгляд на украшенный золотом идол, я невольно вздрогнула. Мне показалось, что глаза богини, сделанные из изумрудов, смотрят вниз, прямо на меня. Это было настолько странно и неестественно, что я невольно оробела. Ведь фигура Макошь сотворена искусными мастерами так, что взгляд её всегда был направлен вперёд, а не вниз. Она как будто встречает всех вошедших в храм.
Правда, уже через секунду это наваждение исчезло. Изумруды как будто приняли обычное положение и больше не смотрели на меня.
«Сделай свой выбор. Сама. Не ври и не лицемерь. Прими свою суть. А передо мной ты всё равно как на ладони», – эта фраза сама собой возникла у меня в голове. Её как будто бы произнёс мой внутренний голос, но почему-то я была уверена: это ответ богини.
Радимир рядом со мной тоже вздрогнул. Я догадалась, что Макошь и ему дала ответ.
Мы ещё некоторое время стояли на коленях на каменном полу и шептали заученные молитвы. Но те слова, всё не шли у меня из головы.
Вокруг горели свечи. Их сполохи отражались от золотых пластинок, из которых состояла одежда богини, отчего у меня начало рябить в глазах, и я невольно закрыла их.
«Мне не хочется в главный храм, вот я туда и не попала. Я просто притворялась, что готова принять участь жрицы, но судьба эта не влекла меня, а наоборот, отталкивала. Для меня было важным мнение общества и более ничего. Я готова была поступиться своими чувствами и желаниями из боязни прослыть падшей женщиной. Я не гожусь в жрицы, и Макошь об этом знает. Она проверяла меня. Хотела узнать, насколько искренни мои намерения», – осознание пришло совершенно неожиданно, и оно потрясло меня.
Моя судьба быть рядом с ним. В горе ли, в изгнании, неважно! Принять позор с гордо поднятой головой, вот моя участь и моё испытание. В бесчестии, но рядом с ним, или в почёте, но вдали от него? Сейчас выбор стал для меня очевиден. Вот только что выберет сам Радимир?
Я поняла, что уже сегодня смогу отправиться в главный храм, если захочу. И Ярогорский больше не будет меня удерживать. И понимание этого наполнило моё сердце болью. Слёзы покатились по моим щекам, из-под закрытых век, но я не обращала на них никакого внимания.
Сзади подошла жрица и положила маленькую руку мне на плечо. Даже через одежду, я чувствовала, какая она тёплая, и это тепло начало растекаться по телу, принося успокоение.
– Далеко-далеко есть одинокая гора. На самой её вершине там, где любят отдыхать облака, стоит резной синий терем. В том тереме живёт Небесна Пряха. У неё есть волшебная прялка, сделанная самим Родом из сучка вечного дуба. С её помощью Небесна Пряха сплетает тонкие нити особым узором, открывает двери между мирами и из мира верхнего, миру земному, заветные знания передаёт, – тихим голосом заговорила жрица.
Эту легенду о Макошь мы знали с самого детства. Ведь получая образование, первым делом все дети начинают изучать сказания о богах, покровителях и защитниках нашего мира. Но здесь, в пустом храме, в мерцающем свете свечей, перед ликом самой богини, легенда звучала по-особому, не так, как раньше.
Мы с Радимиром одновременно повернулись к жрице. А она уселась рядом с нами, прямо на каменном полу, и жестом показав располагаться поудобнее, продолжила свой рассказ.
Глава 47
– Каждый вечер садится Пряха у окна. Левой рукой берёт кончик нити, а правой поднимает веретено и раскручивает. Легко скатывает она нить человеческих судеб, внимательно следя, чтобы пряжа ровно ложилась, не путалась. Рядом с Пряхой сидят две девицы: темноглазая Недоля, подаёт колдовскую кудель несчастий, а синеокая Доля – счастливую кудель, – продолжает между тем свой рассказ жрица. – Так уж много веков повелось – счастье и несчастье по миру друг за другом ходят, след в след. Бывает, что девицы мешкаются и пропускают чью-то судьбу, да только редко это случается, и ваши жизни сия участь миновала.
Я и Радимир сидели на каменном полу и слушали тихий голос служительницы Макошь.
«Миновала сия участь. А я уж было совсем уверилась, что в мою нить судьбы лишь кудель Недоли попала. А вот нет, счастье тоже ждёт. Ведь Небесная Пряха знает, кому что наворожила», – подумала я и бросила быстрый взгляд на Ярогорского.
– За работой поёт красавица Пряха: «Забытое не вспомнится, прошлое не тронь, что спрядено, то уж навеки». А ваши судьбы Макошь спряла, скрутила крепко, той нитью, что не рвётся.
Мы с Радимиром невольно переглянулись.
– Вот только люди всё чаще забывают заветы богов, всё больше влечёт их земное. Власть, богатство, почести. Готовы ли вы отказаться от этого? – жрица взглянула на Ярогорского, и тот вздрогнул, опустив взор. – Решай, Радимир, решай, не мешкай. И знай, ты не сможешь овладеть телом Искры, как мечтал, без брака. Макошь не позволит. Но готов ли ты взять в жены ту, что поставит крест на твоей карьере?
Лицо мужчины приняло отстранённое выражение. Оно застыло, как маска, и ни я, ни жрица не могли понять, о чём он думает в этот момент.
– Со своим будущим вам придётся разобраться. Но позже. Макошь этой ночью явилась мне, – продолжала между тем она. – У неё для вас особая миссия. Если вы не остановите зло, оно разрушит защиту Пограничья, навсегда повергнув страну в хаос и мрак. Убийство Всеведы, дело злых рук, и оно лишь часть кровавого ритуала, что проводится под покровом ночи в княжеском дворце.
– Во дворце? – воскликнули мы с Радимиром одновременно.
– Именно так. Отыщите того, кто затеял злое дело, разоблачите, и князь сможет прервать этот страшный ритуал. А тогда уж и решайте, что для каждого из вас важнее. Почёт и слава, иль любовь и совместное будущее, что приготовила для вас Небесная Пряха.
Позже, уже сидя в коляске, ко мне обратился Радимир. Он явно нервничал, это было видно даже в сгущающейся тьме.
– Ты готова остаться со мной? Или всё ещё хочешь отправиться в храм Макошь? – голос его, напряжённый, как струна, звучал неожиданно резко.
Я задумалась, от волнения, теребя похолодевшими пальцами гладкую ткань юбки. Получается, выбор за мной?
– А что будет, если я останусь? Ты слышал жрицу: Макошь не позволит тебе овладеть моим телом без брака. А насколько я помню, ты не намерен жениться, – мне с трудом удавалось подбирать слова.
Радимир схватил мою руку и сжал в своей большой ладони.
– Я люблю тебя Искра. Люблю. Я готов жениться.
До меня не сразу дошёл смысл его слов. Совсем недавно он и слушать не желал о свадьбе, и самое удивительное, что это было до того, как его дар вернулся. Сейчас же, когда перед ним открываются блестящие перспективы, он готов отказаться от них ради брака со мной.
– Что? Нет! Радимир, у тебя есть магия! Тебе нужна жена с даром! Зачем тебе я? Это невозможно…
– Ты не хочешь быть моей женой? Ответь правду! – в голосе мужчины послышалась боль.
– Хочу. Но не могу отобрать у тебя будущее. Не могу, и не проси! Ты сам возненавидишь меня за это со временем. Ты должен вернуться на службу, – твёрдо заявила я, чувствую, как сердце разрывается от боли и желания быть рядом с ним.
