Текст книги "Звёздно-полосатый враг [СИ]"
Автор книги: Владислав Баев
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц)
– Какие знаки? Приведи пример.
– Ну… – замялась Лалвен. – Когда ты лежал, поражённый болезнью, я спросила – стоит ли тебя спасать? И загадала, что если не услышу твоего дыхания, значит – «нет»! Я, поднеся ухо к твоей груди – целую секунду ничего не происходило. Тогда я перенесла внимание к твоим губам. Лёгкое дуновение мне в ухо. Ты что-то неразборчиво прошептал в забытьи. Я наклонилась ниже и случайно коснулась твоих губ. То были необычные, приятные впечатления, спасибо богине! А затем… Затем с уст твоих сорвалось её имя…
Я некоторое время подождал, ожидая продолжения рассказа, но она не спешила удовлетворить моё любопытство. Казалось даже, что она потеряла нить рассказа и сейчас витает где-то в своём мирке.
– Чьё имя? – попытался я вырвать жену из пучины воспоминаний, вернуть к реальности.
– А? Что? Ах, да… Ты произнёс имя моей сестры, – очнулась Лалвенде. – Но ты произнёс его с такой ненавистью… Что я тут же почувствовала в тебе родственную душу. И да, ты дышал.
«Просто зашибись!» – мысленно прокомментировал я.
– А когда Илистри решала: брать ли мне тебя в мужья – я загадала, что если «да» – ты не проронишь ни слова, пока я медитирую, взывая к богине. И ты – промолчал. Как видишь, Илистри никогда не оставляет меня и всегда готова поддержать свою последовательницу.
«Капец! Это так она загадывает? Решает свою жизнь!»
– Дорогая, у меня к тебе есть всего одна просьба, – сообщил я.
– Да? Слушаю, Влад, – оживилась моя жена.
– Пообещай мне, что в следующий раз, когда тебе понадобился совет Илистри, ты обязательно обратишься ко мне! А я тебе помогу с условиями для «да» и «нет»!
«С такими загадками и безумным рандомом просто удивительно, что она ещё жива! – всерьёз забеспокоился я. – Определённо, следует брать её судьбу в свои руки! Иначе она погубит нас обоих!»
– Но я сама вполне… – попыталась возразить Лалвен.
– А теперь у тебя есть я! И я просто обязан помогать тебе! – я очень надеялся, что мой аргумент звучал железобетонно, но для надёжности я дополнил сказанное поцелуем.
– Ну, я даже не знаю, – она заколебалась, когда наши уста расстыковались.
– Зато я знаю! – продолжил настаивать я, покрывая поцелуями её лицо, губы и шею…
Надо отдать ей должное – она сдалась далеко не сразу, а только после постели.
Так богиня Илистри встала на мою сторону.
* * *
Когда портал приказал долго жить, активные боевые действия несколько потеряли свой накал. Мы экономили топливо и боеприпасы. А затем сорока на хвосте принесла новость, что и у америкосов портал постигла та же судьба – он закрылся, не осталось и следа.
Что это? Мы в равных условиях? И как нам теперь вернуться назад?
«Неужели я больше никогда не увижу своих родителей, не познакомлю их с моей женой и наоборот?» – от этих мыслей становилось донельзя печально. Пожалуй, я переживал только из-за этого. Блага цивилизации, мегаполисы и мегапроблемы? С удовольствием меняются на девственный мир, дивный своей природой и многообразием, магией и ещё не познанным для меня, иномирца.
Портал исчез, оставив по ту сторону и некоторые проблемы. Ну, хотя бы – Аранэль.
Экосистеме планеты люди пока не успели нанести серьёзного вреда. Так что – живём! Пока. А там – разберёмся с американами и заживём уже без условностей.
А наши светлые головы из делегации РФ додумались, что в сложившейся ситуации, когда и у нас, и у врага прервались сообщения с родной стороной, то зачем дальше враждовать? Все мы – люди, и должны держаться вместе. Посему нашу с Лалвен миссию отложили и вместо неё отправили к демократам переговорщиков. Без дроу и моего участия. Хотели всё порешать тихо и мирно – между собой.
Не случилось. Дерьмократы – те ещё упёртые «нет слов». Божественная нация! А сейчас, когда для попавших в захлопнувшийся капкан этого мира американцев не осталось угрозы сдерживания и наказания в виде ядерного оружия РФ, они совсем оборзели! Считали, что здесь и сейчас превосходят наших во всём, что людей и оружия у них значительно больше. И прочая, прочая, прочая.
Может, оно и к лучшему. Да и дроу бы нас не поняли, примирись мы с врагами их мира. Война – так война! На полное уничтожение. Ибо с такими соседями… Знаем, уже толкались на планете Земля. От этих всегда можно было ожидать чего угодно. Улыбаясь при встрече, они сыпали яд в наши колодцы, пока мы не видели, покупали деньгами и угрозами слабых духом и разрушали нас изнутри. Или снаружи – чужими руками. Хватит! Сколько можно наступать на одни и те же грабли! Пора очистить этот мир от проникнувшей извне звёздно-полосатой заразы! «Наше дело правое, враг будет разбит, победа будет за нами!»
* * *
– Жаль, штрафбаты драуков уже давно пали в боях со звёздно-полосатыми. Их первыми, собственно говоря, и бросили на врага, когда всё началось, – вздохнула Лалвен.
– А кто это такие – драуки? – грешно было бы не поинтересоваться.
– Преступники дроу, проклятые, обращённые жрицами Ллос в полупауков. Монстров. Это надо видеть – рассказывать бесполезно. Когда-нибудь покажу при оказии.
«Эх, не ведомо тебе, глупой, к каким ужасам приучило нас кино. Я лично такое себе представить могу»… – но я проговорил всё это про себя, решив не расстраивать свою принцессу понапрасну.
– Итак, вернёмся к нашим баранам, – Держиморда решил, что мы несколько увлеклись посторонними разговорами на нашем небольшом координационном совете, – и обсудим наши дальнейшие шаги. У врага есть некоторое преимущество в живой силе, технике, оснащении и далее по списку… Короче, мы явились сюда как миротворцы, чтобы навести порядок и дать по щам зарвавшемуся недругу…
– Я бы не стеснялся и называл вещи своими именами – врагу, – внёс я свои поправки в речь военного.
– Спасибо за уточнение, – важно кивнул генерал-майор и продолжил. – Чтобы спасти от зарвавшегося врага этот мир, считаю необходимым заручиться поддержкой местного населения.
– Мы ударим единым кулаком, и враг дрогнет! – вставил пять копеек дипломат.
– Это непростая задача – договориться со всеми. Народы слишком отличаются мировоззрением и никогда раньше не сколачивали союзы более чем по две-три страны, – заметила тёмная дроу, моя жена.
– Тогда их не ставили перед фактом полного истребления, – возразил Держиморда.
– После закрытия порталов ситуация несколько изменилась. И кто-то решит, что лучше попытать счастья, примкнув к звёздно-полосатым, – высказала своё видение вопроса Лалвен.
– В этом и состоит ваша задача – убедить и, если потребуется, переубедить, – улыбнулся принцессе дипломат.
Он чувствовал себя несколько уязвлённым, когда Лалвенде твёрдо заявила, что для переговоров ей не требуется его участия. Достаточно будет только её персоны как коренной и доверенной представительницы этого мира и меня как выходца с той стороны.
Как говорится: спасибо за оказанное высокое доверие! Нет, серьёзно, Лалвен при любом удобном случае не переставала набивать мне цену. А я и не спорил. Всё шло по плану.
– Наши разведчики уже набросали топографию окрестностей, докуда им удалось добраться, но… Для ускорения процесса, так сказать, не мог бы ваш народ предоставить нам карту этого мира? – задал животрепещущий вопрос генерал-майор.
– Запросто! – и эльфийка наколдовала над столом проекцию их мира – единственный суперконтинент.
Масштаб с лёгкостью изменялся колдующей. Будто по мановению руки континент с невероятной скоростью понёсся нам навстречу. Стали видны горы, моря, леса. Можно было рассмотреть любое отдельно взятое дерево, камушек, песчинку… Кажется, Лалвен переборщила с приближением.
– Кхм… А есть возможность отпечатать всё это? – неуверенно поинтересовался Держиморда.
* * *
На юге от земель дроу раскинулся необъятный Голубой океан. Таниты – морские обитатели его глубин. Двоякодышащие гуманоиды, способные жить не только под водой, но и на поверхности. Чешуйчатые, будто рыбины, с плавниками на руках, спине и голове. Вместо носа и щёк – жаберные щели на треть лица. Руки – вполне себе человеческие, с тремя пальцами, а вот вместо ног – три щупальца. Щупальца помогали танитам плавать, ползать по дну и суше, а ещё, как и положено для таких причиндалов – хватать и держать. В общем, те ещё симпатяшки!
На востоке же от владений дроу в густых лесах, изобилующих огромными цветочными полянами, обитали ещё одни весьма своеобразные соседи – сильфы. В чём же заключалась их необычность? О, судите сами… Сильфы – это духи воздуха, небольшой крылатый народец, самый большой представитель которого едва ли размером с ладонь взрослого человека. Две пары прозрачных крылышек делали их чем-то отдалённо схожими со стрекозами или даже бабочками, хотя, как по мне, так они больше напоминали сказочных фей. И феев. Абсолютно каждый из сильфов умел заговаривать ветер.
Следующие соседи обитали на западе. Холмы и горы стали родиной и землёй обетованной трудолюбивого и непритязательного народа – гномов. Шахтёров, инженеров, строителей и в какой-то мере землекопов. В этих землях уже отмечалось активное присутствие неприятеля, несущего демократию на штыках автопушек и мечах ракетных боеголовок.
Ещё дальше, на западных границах гномьего царства, раскинулись эльфийские угодья. Вечнозелёные леса, бескрайние поля, холмы, реки. Богатый край. И некогда процветающий. Пока сюда не явились звёздно-полосатые. Многочисленный и всесторонне развитый народ оказывал жесточайшее сопротивление агрессору, но проигрывал по всем фронтам, теряя население и территорию. Сейчас фактически остроухие вели партизанскую войну, ибо по большим скоплениям эльфов амеры предпочитали наносить превентивный удар. Кассетные ракеты, химические атаки, зачистка напалмом – на войне нет недозволенного. Против чужих, а для Америки любая иная страна – чужак. Или у кого-то ныне живущих на Земле по этому поводу ещё остались ложные сомнения?
И вот самая западная часть суперконтинента. Болота и равнины гоблинов – именно здесь и появился первый прокол между мирами, вход для американских войск. Теперь этот плацдарм вторжения целиком и полностью принадлежали звёздно-полосатым. Коренной народ был безжалостно истреблён. Дабы не мешал и не смущал своим присутствием военных преступников, прикрывающихся фашиствующей идеологией. США уже даже успели построить тут пару биолабораторий. Вот су… масшедшие!
Северо-запад континента занимали обширные равнины. Здесь вдоволь было и холмов с лесами – вполне себе приветливый край. На этой территории обитали многочисленные кланы орков. Мощных зеленокожих воинов, во главу угла которых возводилась грубая сила и слава Орды! Однако наделённых магией шаманов зеленокожие уважали и оберегали, как зеницу ока. И именно эта территория заинтересовала звёздно-полосатых выродков после расправы над гоблинами. Но эти зеленокожие парни оказались крепким орешком. Они умирали во славу орды, даже с немыслимыми ранами рвались вперёд. Берсеркеры. Здесь впервые в этом мире амеры применили биологическое и химическое оружие.
На юго-западе континента глубоко в водную гладь Голубого океана вонзилась песчаная коса, которая плавно переходила в болота с редкими пролесками ближе к границам с территориями эльфов и некогда гоблинов. Эти земли – вотчина рептилоидов. Ведь пески и болота – излюбленные места рептилий. Их земли не представляли никакой ценности для американцев, но рептилоидам всё равно доставалось – за то, что мордой не вышли.
Ещё один занимательный народ осел на самом востоке материка. Зверолюды – особи странствующие и оседлые – вариант их исполнения зависит от возраста. А если быть уж совсем точным – зверолюдки, ибо природа то ли посмеялась, то ли надругалась над ними. Дело в том, что вся их раса целиком и полностью состояла из самок. Ни разу не рождался среди них хоть один мальчик. Так было всегда. Происки эволюции. Такого просто не может быть? А вот и нет (или да – я запутался)! В этом мире – было, есть и будет есть. Тогда как же они продолжают род свой? Вполне себе оригинально. Для выживания им необходимо плотно контактировать с другими расами. Совокупляясь с кем ни попадя – они всегда рожают таких же зверодевок! Никогда не чужих и не полукровок! Невероятно, но факт! Молодые особи при достижении половозрелого возраста отправляются в эротическое путешествие по миру. На родину же они возвращаются ближе к старости или, когда приводят своих детей. Многие после «привода» передают приплод в детский дом – у них не принято лично растить, – а сами отправляются в очередное турне по свету. Тем и живут. Нередко молодёжь зверолюдов обретается и работает в борделях. Все эти зверокошечки, – кисоньки, – зайчики, – гавкалки и прочие – обожаемы самцами всех народов, нелюбимы остальным женским населением мира. Надо ли говорить, что зверолюдкам реже всего удавалось совокупляться с дроу? Как почему? Матриархальный уклад изгонял большую часть зверодевонек из своей страны. Но не сексом единым они непобедимы! Большинство особей из народа податливых и пушистых славилось ловкостью, гибкостью и/или силой, что делало из них не просто отличных, но и невероятно востребованных наёмников.
На северо-востоке континента раскинулись дремучие заболоченные леса. Здесь нашли себе пристанище огры. Здоровенные ребята, раза в два с половиной выше человеческого роста. Отечественного, не азиатского. Достаточно дикие создания, чтобы не брезговать гуманоидоедством. Особым интеллектом не отличались, а вот недюжинной силой – да. Остальные расы этого мира считали, что огры не далеко ушли от животных.
Голубой океан омывал юг и восток суперконтинента и, как уже говорилось ранее, служил домом для танитов. А вот запад и север материка омывался океаном Холодные воды. Он назван был так неспроста – многочисленные холодные течения, впадины и тёмные воды таили в себе опасность. Монстры глубин и прочие хищные рыбы властвовали там. Даже таниты не заплывали сюда надолго и без особой нужды.
* * *
Итак, план победы включал в себя усилия всего континента. Нет, я абсолютно уверен, что наши в итоге бы справились и самостоятельно. Но какой ценой? А дружить со всеми – это хороший, верный способ. Правда, безнадёжно утопический. Но Родина в виде Держиморды и Лалвенды (кто из этих двух родин к моей тельняшке теперь ближе – ещё тот вопрос) сказала надо – и я взял под козырёк!
«Действительно, а почему бы и нет?»
Первыми и самыми перспективными союзниками считались таниты. Они обладали самым большим ареалом обитания и, предположительно, численностью. Только одно обстоятельство всё портило, перечёркивало многочисленные плюсы от предполагаемого сотрудничества с ними – ну не любили они сушу, и всё тут! Поэтому начать решили с тех, кто уже натерпелся звёздно-полосатой демократии. Ближайший и естественный сосед – гномы. И самую малость на северо-северо-западе – орки. Выбор пал на бородачей. Что ни говори, но под землёй дроу чувствуют себя уютнее. Обычно.
– Предлагаю создать единое сообщество, где в мире и согласии будут сосуществовать и помогать друг другу все народы этого континента! – вещал в зале заседания совета по дальнейшим шагам Держиморда.
– Ну да! – сыронизировал я. – И назвать его – СССР.
– Отличная идея! – подхватил моё предложение дипломат. – Союз Свободных Стран и Республик.
– А мне нравится! – кивнула королева Артанис Ондорон – мать моей жены и моя непосредственная тёща – тот редкий случай, когда она соизволила почтить нас своим присутствием.
«Вот так пошутил!»
Даже генерал-майор тоже серьёзно так уцепился за эту идею. Видимо, призрак колосса на глиняных ногах крепко угнездился в сердце Держиморды.
«С другой стороны – а почему бы и нет?»
– Ну а флагом нашего союза будет Знамя Победы! – продолжил развивать тему Держиморда. – Вы же ничего не имеете против красного цвета, королева Артанис?
– Отнюдь. Хороший цвет. Крови, – кивнула королева дроу.
– Это всё, конечно, хорошо, – заметила моя Лалвен, – однако не помешало бы взглянуть на это ваше Знамя Победы до вынесения вердикта.
Наши хорошо подготовились к этой встрече. Дипломат тут же извлёк из своего кожаного чемодана Знамя Победы.
– Молоток и серп? – левая бровь Лалвенде удивлённо поползла вверх. – А что это за каракули на красном полотнище?
– Серп и молот, – поправил дипломат, – это то, что звёздно-полосатые ненавидят больше всего! У них так подгорает от одного вида этих символов…
– Хорошо, а каракули? Надписи на знамени? – не унималась моя ненаглядная.
Напрасно. Её въедливость порой могла доставить столько хлопот…
– Ха! Ваши символы! Тогда настаиваю, чтобы на флаг единения внесли и нашу великую богиню Ллос! – предложила королева тёмных эльфов.
– Так не пойдёт! Ллос не объединяет ваш народ, а просто подавляет несогласное меньшинство! Да и остальные примкнувшие к союзу государства не очень-то возжелают видеть на гербе чужую богиню! – конструктивно возразил я.
Непозволительно портить священный символ Победы всякими художествами по прихоти иномирки! Которая ни бе ни ме в делах наших.
– Кого это волнует! – надменно хмыкнула королева Артанис. – Либо присоединятся, как миленькие, и встанут уже под готовые и утверждённые знамёна, либо пускай проваливают и вымирают в одиночку!
Держиморда и дипломат растеряно и недовольно переглянулись, видимо, не такого развития событий они ожидали. Но внезапно им на помощь пришла Лалвенде:
– Мать! Моя королева! Зачем с чужаками делиться своим сокровенным? Нашим божеством! – уж кто-кто, а моя жена поклонялась иной богине, а от общепринятой вдоволь натерпелась в своей жизни. – А что ещё хуже – каково будет народу дроу, если каждый вступивший в СССР народ потребует разместить на гербе и своего бога? Рядом с нашей великой Ллос!
– Возмутительно! – воскликнула королева и заскрипела зубами. – Недопустимо!
– Вот и я о том же! Пусть Ллос остаётся только и только нашей! Зачем делиться святыней и расположением нашей богини с… туземцами и язычниками! – в итоге сделала несколько обидное заключение Лалвен.
– Эти надписи на знамени – второе, что ненавидят звёздно-полосатые больше всего, – поспешил я воспользоваться ситуацией, чтобы склонить чашу весов на переговорах в свою сторону.
И…
Это сработало!
* * *
Мёртвые скалистые горы проносились подо мной. Обветшалые, разрушенные пики, голые и поросшие кустарником. Немолодые, видавшие виды. Но что самое странное – летели мы даже не на вертолёте. В силу различных причин – от экономии топлива, до нераспугивания местных. А то сдуру шмальнёт кто-нибудь в нас магией – и поминай, что звали. А ведь нас, и правда, не звали. Дипмиссия: я, Лалвенде, дипломат, что просил называть его просто Сан Саныч, и ещё четверо дроу. Трое остроухих – эскорт, на вивернах, я и Лалвен – на одной, а Сан Саныч и последний дроу – на другой мантикоре. Рулили, конечно же, Лалвен и другие остроухие.
Впечатления, я скажу вам, просто охмурительные! Особенно, если учесть, что полёт проходил ночью при свете луны и далёких звёзд.
– Вцепись крепче за гриву и не трогай хвост! – дала мне наставления перед полётом моя благоверная. – И да, жало на хвосте – ядовитое.
«Ага, а пасть клыкастая, лапы – когтистые. Жаль, что коровы не летают».
Мы взлетели. Туша мантикоры тяжело оторвалась от земли, работая крыльями. Взмах. Взмах. Взмах. Страшно до жути. Но уши не закладывает – они от страха скручиваются в трубочку. Тут я впервые оценил достоинство острых ушей – ровненькие, не сворачиваются на ветру.
«Эх! Надо будет потом Лалвен на вертолёте прокатить. В отместку!»
– Лалочка, милая, а эти мантикоры оба – самцы? Самки, наверное, без грив? – спросил я первую пришедшую на ум глупость, лишь бы отвлечься от полёта.
Пальцы мои судорожно сжимали завитушки крылатого полульва. Наверное, даже после посадки не разожмутся – придётся отрывать меня с клоком красных волос лёвы. Да не обидится он!
– Даже и не знаю, Влад. Можешь заглянуть им под задние лапы, когда прилетим, – хохотнула моя.
«Весело ей!» – а мне вдруг почему-то стало жутко обидно, что мой глупый и спонтанный вопрос продинамили.
– Я лучше под твои загляну, – буркнул я себе под нос.
И, вроде, сказал я тихо, да ветер должен был неслышно унести мои слова назад… Но ушки Лалвен вздрогнули, а до меня донеслось насмешливое «хи-хи!»
* * *
Нет, конечно, можно было в гости отправиться и пешком да в большем представительстве – по горам или даже под. Но по воздуху – значительно быстрее. Управились – затемно. Минимизируя опасность.
И вот наш кортеж пошёл на посадку. Виверны планировали, а мантикоры грациозно падали. Как слоны в паскудной лавке. И как только такие туши могут летать! Я про мантикор. Виверны-то плавно парили, в отличие от скорпольвов. Сказать, что у меня сердце ушло в пятки – значит соврать. В пятки бы оно ушло, испугайся я на взлёте. А вот при резком падении – сердце сначала поднялось и трепыхало в кадыке, а затем – погремушкой стучалось изнутри черепушки.
Моё сердце остановилось,
Моё сердце замерло,
Моё сердце остановилось,
Отдышалось немного и снова пошло.[1]
Однако, вопреки ожиданиям «птичка» села достаточно мягко – то ли лапы у мантикоры кошачьи, то ли Лалвен – первоклассный пилот, ас своего дела. Или всё сразу. Да уж, остроушка всё больше и больше мне нравилась. Каждый день я открывал её с новой интересной стороны.
«Транспортники» опустились на небольшое горное плато среди скал.
– Прибыли! – бодро сообщила Лалвен, грациозно соскакивая с мантикоры и подавая мне руку.
Чтобы помочь мне сойти. Нормально, да?
– Огромные прибыли! – выдохнул я, опуская трясущиеся ноги на землю. – Родимая! Землюшка!
И я встал на четвереньки, лобызая камни. В свою защиту могу заявить, что штаны я сохранил сухими.
Сан Саныч тоже не пострадал. И выглядел даже лучше меня.
– Нам туда! – Лалвен махнула рукой куда-то в сторону.
Ближайший к нам край плато оканчивался горой, устремляющейся к небесам. А в боку гиганта зиял тёмный зев пещеры. Стражников почему-то у входа видно не было. Только две большие груды камней по бокам.
«Неужели нельзя проводить встречи под открытым небом? Снова лезть во тьму подземелий», – настроение у меня становилось всё хуже и чернее.
– Госпожа! Что-то не так! Я не вижу охраны, – негромко сообщил принцессе один из дроу. – Позвольте, я осмотрюсь?
– Действуй! – кивнула моя Лалвен.
«Лалочка!» – я преисполнился нежности при взгляде на неё. Такая она была сейчас важная, грозная и обожаемая.
Разведчик тем временем подкрался к входу во тьму и приник к стене. Прислушался, а затем осторожно шагнул в зловещий зев.
Его не было около десяти минут. А затем разведчик дроу вывалился из пещеры, упал на четвереньки. Он задыхался. Мышцы его спазматически дёргались, руки и ноги не желали слушаться.
– Воздух! Отравлен! – и тёмный упал навзничь, только его левая нога продолжала конвульсивно подёргиваться.
Лалвен как истый врачеватель и последователь богини Илистри чуть было не кинулась на помощь собрату, но я её удержал. Крепко схватил за руку. Уж больно всё это походило на боевое отравляющее вещество нервно-паралитического действия. А эта мерзость имела свойство оседать на коже и одежде поражённого, чтобы потом заражать окружающих.
– Ви-Икс, – прокомментировал Сан Саныч, похоже, мы с ним мыслили одинаково. – Амеры так и не уничтожили все свои запасы. Сволочи!
– Стойте! Не подходите! Там – смерть! – поспешил я предостеречь дроу, которые порывались к павшему у входа в пещеру товарищу.
И тут камни по бокам от тёмного зева зашевелились и принялись быстро собираться в двух каменных высоких… людей.
– Назад! – предостерегла дипмиссию Лалвен. – Големы!
Глава 5
Враг моего врага. Гномы
И широка его натура –
Ты не смотри на низкий рост!
Цветёт, бурлит его культура –
Ведь гном в душе совсем не прост! Запрещённая гномья баллада «О семи повешенных» (на самом деле их становилось обычно восемь – после исполнения сей баллады в катакомбах шахтёров)
Волосатые пятки – это не повод гордиться! Гномиха – зверолюдке. Оттуда же
Големы. Бездушные куклы. Создания рунной магии гор. Обладают иммунитетом к магии и высоким сопротивлением физическому урону. Опасный противник.
– Они могут чем-нибудь зарядить в нас? – забеспокоился я.
– Ась? – местные не поняли моего диалектизма.
– Стреляют, говорю? – пришлось пояснять примитивизмом.
– Пока стоят. Иначе бы ты уже почувствовал на себе, – усмехнулась моя улыбашка Лалвен.
– Покусаю! – разозлился я на шутиху.
– Не советую – они крепче, чем кажутся! Зубы поломаешь, – то ли не поняла меня ненаглядная, то ли поняла, но не так.
– Короче, я это к чему… Здесь мы сейчас не пройдём, даже если и есть ещё к кому идти. Из-за отравы. Есть к рудокопам иной вход?
Пока мы мило беседовали, каменные уродцы окончательно сформировались. Один из них загородил собою вход, а второй двинулся в нашу сторону. Неуклюжие, но спорые движения. Тяжёлые шаги сотрясали почву под ногами. Для его роста – более чем солидный вес.
– Конечно. Правда, недалече только один. И то будем там уже засветло.
Как мне не хотелось снова лезть на крылатого скорпольва – знаю только я. Но приближающийся каменный человек внушал доверие ещё меньше.
– Тикать надо, хлопцы! – заключил я и первым взобрался на спину нашему летуну. – По коням!
Чувство разума перед надвигающимся на нас бронепоездом возобладало, и дублировать мой порыв души принцессе вербально уже даже и не потребовалось.
Все вскочили на крылатых и устремились ввысь. Только лишившаяся седока – он валялся бездыханным у входа во тьму пещеры – виверна замешкалась и запоздала со взлётом. Выучка – дрессировкой, но инстинкт самосохранения ещё никто не отменял. Когда голем приблизился опасно близко, чешуйчатая рептилия зашипела, изогнула длинную шею и рванула в голубую даль. Она едва ушла от холодных земляных объятий пробудившихся исполинов.
Но…
Голем поднял правую руку и направил её вслед удаляющейся виверне.
– Бздынь-бздынь-бздынь! – прострекотала короткая каменная очередь, и сбритая в полёте крылатая рептилия рухнула вниз на каменное плато.
Каменюка подковыляла – ну не могу я назвать её походку бегом – и принялась кулаками утюжить виверну. Что тут сказать? Хорошо, что эти рептилии не умеют кричать от боли, а способны только шипеть.
«Капец птичке! Отлеталась».
Снова подо мной мантикора махала крыльями – бяка такая! Но теперь я за это готов был её расце… Нет, пожалуй, обойдётся простым спасибо. Или яблочком её покормлю. Не? Мяска дать?
– Всё! Из зоны поражения вышли! – прокомментировал один из дроу. – Нас уже не достанет.
Некоторое время летели молча. Лично я переваривал увиденное, а память услужливо и гаденько воспроизводила в голове сцену гибели виверны. Нет бы что важное в нужный момент подсказать – так нет! А вот такие сцены – всегда пожалуйста!
– Чьи они, големы? – спросил чуть погодя Сан Саныч, когда стало понятно, что в нас стрелять не будут.
– Гномьи творения. И без хозяев они несколько агрессивны, – Лалка, казалось, знала в этом мире всё и обо всём. Моя гордость!
– Ага, самую малость, – поддакнул я.
– Если бы каждый так выполнял свою работу, для которой предназначен, – философски заметила принцесса.
Я промолчал. Каменюки ведь – не живые, вещь. Поэтому мне почему-то вспомнилось ядерное оружие. Плохая, просто отвратительная аналогия!
«Чур меня, чур! Принцесса»…
И, чтобы убить время в полёте, отвлечь сознание от шокового состояния, я принялся размышлять на иную тему:
«Если муж королевы – король, даже в матриархальном обществе, то супруг принцессы есть тоже принц? Или как? Сбоку припёка?»
Взвесив все за и против, я решил спросить ответа на этот животрепещущий вопрос – а внутренности у меня в полёте ещё как трепетали, даже уже наружу просились – у своей жены. При удобном случае. Без свидетелей. А то мало ли что…
Стоило только солнышку взойти, как где-то далеко-далеко на западе началась канонада. До нас доносилось лишь слабое эхо, отражённое от гор.
– Снова звёздно-полосатые орков обрабатывают, – заметила Лалвен. – Хлебнули зелёные горюшка.
Но вот мы добрались. Внизу, у подножия одной из гор суетились карлики, бородатые и широкоплечие. В касках. Они топорами рубили на склонах лес. Очищали от листвы, пилили и бревна волокли к, правильно, входу в подземелье.
Завидев нас, сия братия засуетилась и рассосалась, а на глаза демонстративно выползли закованные в броню, со щитами и топорами, а то и арбалетами, вояки. И снова два голема. Один появился у входа, а второй сопровождал комитет по встрече незваных гостей.
Снижались медленно и осторожно. Показательно, с благими намерениями.
– А ничего, что там это? Каменюка? – я обеспокоенно дёрнул за рукав Лалки.
Вернее, хотел дёрнуть, да из рук боялся выпустить вихра мантикоры. Падать ещё высоко! Да и рукавов у принцессы сейчас не было – короткий кожаный жилет и штаны в обтяжку. Всё чёрное. Ничем не примечательна и от остальных не отличить. Если бы не упрямая чёрная прядка в «проседи» волос. Ну и изящный обруч в виде короны – как статус. А то мало ли кто прилетел – ещё стрелять начнут без разбора. Так же – сразу видно, что знатная мадам из дроуских лидеров прилетела. Не иначе как на переговоры.
– Ничего! – обнадёжила меня принцесса. – Это они без хозяев шалят, а так – без разрешения даже не шелохнутся!
Она секунду подумала и всё так же сидя спиной ко мне добавила:
– Не дышат даже, – я так и представил широкую улыбку на её лице.
– Ага, смешно! – оценил я, вновь вспоминая виверну – уж она точно шутки не оценила!
Принимали нас сдержанно, с достоинством. На людей косились с недоверием и враждебностью. Если бы не остроухие соседи по подземельям рядом с нами, то я бы не ручался за нашу безопасность. Значит, ЗПВ – звёздно-полосатый враг, как его иногда здесь сокращали промеж себя – насолили местным сверх меры. Да и что с них взять-то, убогих душой и разумом, – фашиствующие дерьмократы – они именно такие…
Снова потянули под землю, узнав цель нашего визита.
«Прощай, солнышко! Надеюсь, ещё свидимся!»
Слава Богу, бородачи не увлекались ночным зрением – за неимением оного, полагаю – на стенах везде плясали магические рунные огни цвета тени. То есть свет они, конечно, давали, но вот сами при этом оставались затемнёнными. Какой свет? Дитя тьмы – приятный да ласковый. Не грел и не обжигал.
Нас отвели в пещерные апартаменты – просторная полость с удобствами. Даже вода здесь струилась по жёлобу и стекала в отверстие снизу. Хочешь – умойся, а нет – так по нужде любой туточки же…
Но не будем о грустном! Сразу же – к весёлому:
– Теперь нам аудиенции ждать дня три минимум! – вздохнула Лалвен. – Даже если низкорослики сейчас и сгорают от любопытства, то вида не подадут – по этикету полагается заставить гостей ждать, прочувствовать величие гномьего рода!
Величие… Действительно, все стены пещеры были испещрены наскальной живописью: шахтёры копают, снова копают, долбят, грызут туннели, склоняются каменной глыбе, везут вагонетки, лопатами пересыпают драгоценности… А ещё вдоль одной стены стояли бюсты правителей, полагаю. Всё гномы серьёзные и, как китайцы, на одно лицо, честное слово!
