Текст книги "Философский камень (СИ)"

Автор книги: Владислав Афинский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 18 страниц)

– Каких целей? – вдруг произнёс Константин и тут же нахмурился.

И к нему оказались обращены сразу несколько взглядов, в том числе и взгляды моих марионеток.

– Он услышал эхо моих мыслей. Не обращайте внимания, – спокойно ответил я, разобравшись с ещё одним телом. – Постараюсь впредь быть более… точным и аккуратным. Просто ещё не до конца освоился со своими возможностями. Прощу за это прощения, Константин.

– А…

– У них более низкая ментальная чувствительность, – мигом пояснил я, ведь мне не требовалось слышать вопрос, который сперва рождается в разуме. – Что же касается моих целей…

И тут все напряглись. Сохранял спокойствие лишь командир моей гвардии, идеальный исполнитель. Остальные же вдруг позволили своим страхам обнажиться. Или это моё восприятие стало слишком обострённым? В любом случае стало явно понятно, что многие здесь переживают о том, что совершенно не понимают меня.

– Вы боитесь. Ведь я так силён и не понятен для вас. Что же касается моих целей… то я просто хочу лучшего для своего рода. Оставить после себя наследие. Банальная и простая цель, которая сопряжена с величием нашей державы, ведь здесь будет жить моё наследие. Что касается политических амбиций… это меня не волнует. Просто хочу выиграть войну, да спокойно жить, занимаясь своими делами.

Немногие мне поверили, хотя был предельно искренним. Всем почему-то казалось, что обладатель такой силы должен желать стать во главе мира. Но зачем мне это? Я и так уже устал, хочется отдохнуть и заняться чем-то простым, попутно выполнив собственную клятву. Я ведь ни дня для себя не жил. Что в прошлом мире, что в этом. Всегда что-то мешало, но ничего, вот сейчас выиграю войну и начну новую жизнь. Настоящую новую жизнь… как же часто я себе это повторял.

– Последний, – произнёс я, разобравшись с очередным телом. – Что же… всё как я и думал.

– Вы узнали имя заказчика?

– Лучше, я узнал того, кто стоит за заказчиком. Одна маленькая ошибка была допущена нашими врагами.

Глава 27

– РАСХОДИМСЯ!!! ПОВТОРЯЮ, РАССХОДИМСЯ!!! – кричал командир подконтрольного мне ополчения.

Весь Киев объяла смута, но не такая сильная. Скорее всего это была лишь демонстрация силы и попытка замедлить моё передвижение, попутно парализовав производства. В целом переворота можно не боятся, мои солдаты, моя гвардия, моё ополчение и конечно же мой «Долг и право» справится с митингующими.

В это же время я решил посетить своё изначальное тело, которое уже достали из-под обломков и перевезли в новую лабораторию, недалеко от Киева. Изначально тело хотели доставить в Петроград, но тогда бы повысились мои затраты на управление марионетками, а этого допустить было нельзя. Поэтому лично настоял на создание новой лаборатории и даже профинансировал часть проекта.

И первое, что я услышал – турецкий язык.

– Русский вернулся в сознание. Несите дополнительные резонаторы, будем облучать.

– Как проходит процесс восстановления? – я говорил прямо в разум нового старшего учёного.

В свою очередь учёный сразу же выронил из своих рук планшет, не цифровой, а бумажный. В свою очередь закреплённые листы тут же попадали.

– Успокойся, это просто ментальная магия. Как видишь моё тело сейчас неспособно говорить привычным способом.

– Господин Лебедев? – оказывает турк знал моё имя, хотя между собой они обычно использовали прозвища вроде «уродливый русский», «типичный русский», «заносчивый русский».

Забавно. А ведь все эти турки учёные, казалось бы, интеллигенция! А на деле как маленькие дети за спинами придумывают оскорбительные прозвища. Впрочем, учитывая нашу общую историю, удивительно что они в лицо и прямо не оскорбляют русских коллег. Хотя… нет, ничего неудивительного здесь нет. Всё же они нам жизнью обязаны.

– Именно. Ещё раз спрашиваю, как проходит процесс восстановления?

– Согласно графику. Мы используем наработки сестёр Синициных. Также младшая сестра нас консультирует.

– Младшая? Она жива?

– Да, ей досталось намного меньше других. Говорят, старшая взяла на себя основной удар. Правда сама младшая Синицина отправилась в Петроград, ей нужно находиться под постоянным присмотром опытного целителя. Однако она продолжает работать и кажется… кажется это потеря пошла ей на пользу.

И турк вдруг оскалился, будто бы злорадствовал. Однако несмотря, на его радость, наших потерь, в его мыслях также находились и вполне резонные причины для этой радости. И надавив на него через страх, я заставил его говорить дальше, выкладывая всё, что вертелось у него на языке.

– Извините-извините, я не хотел никого обидеть… – тут же принялся щебетать учёный, у которого начала проявляться паническая атака. – Лишь хотел сказать, что… младшая Синицина очень зла, она в бешенстве, жаждет мести и правосудия… она тут же закрыла половину проектов и сконцентрировалась на том, что по-настоящему поможет делу.

– Оружие?

– Да, оружие. Лучшее и совсем не гуманное, которое позволит превратить Берлин в раскалённый шар, отравить Рейн на века вперёд и заставить захлёбываться детей этих свиней в крови.

И быстро страх турка сменился гневом, ненависть, яростью и злобой, той которую может испытать лишь отец, семью которого уничтожили ковровые бомбардировки небесного флота Кайзера. И таких среди бежавших в Российскую Империю турков было много. Да, мы были врагами, но то что сделал Кайзер…

Кайзер решил уничтожить слабую расу, которая вряд ли бы подчинилась также легко, как европейцы. Огнём и мечом германские и австрийские полки проходили через Османскую Империю. Они даже не были настроены на какое-то сотрудничество, ведь культурная и религиозная пропасть считалась слишком огромной. Поэтому Кайзер решил провести некое подобие геноцида.

Солдатам же было приказано любой ценой хранить именно свои жизни. Видишь дом? Есть подозрение что там солдат? Не думай, равняй его с землёй, даже если слышны крики прячущихся в подвалах детей. Кроме того, и сами турки же давали оружие в руки детям, женщинам… и геноцид они устраивали, только не у немцев, а у нас, на кавказе.

Впрочем, держать зло Николай за это не стал. Всё же сейчас турки являлись для нас эффективным инструментом. И помимо учёных, на нашу сторону перешли и некоторые военных, из которых мы сформировали добровольческие полки для отбития в будущем их территорий. Правда скорее всего все турки просто полягут, защищая нашу землю, потому что и сама Российская Империя пока что пытается выживать.

Впрочем, факт остаётся неизменным. Турки ненавидят немцев и австрийцев сильнее чем ненавидят русских.

– Мой адъютант передал мне донесение, что у вас есть план как выиграть войну, – я же перешёл непосредственно к делу. – Если ваш план не подразумевает приношение нашего народа в жертву каким-то тёмным богам или чего-то вроде того, то я готов выслушать.

– Да, мы готовились к нападению Кайзера, однако не знали, что он сделает это так скоро. Слишком быстро растёт его мощь, слишком стремительно расширяются амбиции, и экономика находится на пике своей мощи. Однако безвыходных ситуаций не существует…

– Больше конкретики.

– Оружие, проект, вы сильный одарённый, именно вы являлись недостающей частью нашего плана. Идеальное тело, идеальный проводник, высокая концентрация маны, огромная эффективность заклинаний… вы используете даже мельчайшие крохи энергии, будто бы жили в какой-то другой реальности, где требовалось бороться за каждую каплю маны. И эта эффективность позволит снизить нам энергозатраты. Ваша же прочность позволит закрыть глаза на некоторые недочёты.

– И что это за оружие? Ядерная бомба?

– Ядерная? Бомба? Не понимаю о чём вы, но думаю наше оружие даже лучше. Мехмет, ослиная башка, чего ты встал⁈ Шевели задницей, неси свитки! Хоть какая-то от тебя польза будет!

И понурый Мехмет активировал свой экзоскелет и подчинился, после чего притащил огромный контейнер. Подобное я уже видел, это не просто контейнер, а артефактное изобретение. Очень дорогое, очень редкое, чем-то напоминает компьютеры. Только вычислительные процессы махина не производит, а лишь хранит информацию в ментальных образах. Так что это скорее не компьютер, а огромный жёсткий диск с возможностью вывода информации.

Использовать эту штуку могут только одарённые, что затрудняет использование. Однако именно этот метод хранения информации считается абсолютно безопасным. Взломать его без повреждения содержимого невозможно. Поэтому самые важные секреты государства хранят в таких штуках. И часть таких артефактных махин турки смогли вывести, во многом благодаря жертве правителя Османской Империи, который сражался за дворец вместе со своими солдатами, выигрывая время.

– Императорская броня, экзоскелет новой модели, – гордо произнёс турк, когда ментальное пространство заполонили образы и чертежи шедевра техномагической мысли.

– Всё моё тело – экзоскелет. Плюс, как можешь видеть, он состоит из чистой маны. Куда лучше? Мне кажется, эта рухлядь будет больше мешать, чем приносить пользы.

– Это броня должна была предназначаться лучшему воину Османской Империи, будущему наследнику императора! А вы такое говорите! Да это оскорбление!

– Это констатация факта. Я не вижу ни одной причины это использовать. Кроме того, не факт, что я смогу это использовать из-за ваших расчётов, сделанных на основе… м-м-м… вашего избранного наследника. У меня магическая концентрация в разы выше, всё вокруг фонит, а энергоканалы…

– Это всё можно адаптировать и поправить, – надменно заявил турк и даже нос чуть-чуть задрал. – А потенциал этого изобретения позволит одолеть Кайзера. А если падёт Кайзер, то и вся армия сгинет вместе с ним.

– Ага, в пыль рассыпятся, а флот просто повзрывается.

– Это будет прецедент! Кайзер считается сильнейшим в мире! И если он падёт на поле боя, на глазах его воинов, то страх вселится в их души. Это будет огромной силы деморализующий удар, после которого Германская Империя уже не оправится. И это будет также сигнал всему миру, что рейх Вильгельма слаб.

– Всё ещё не понял, как эта броня должна помочь мне убить Кайзера. Она очень прочная? Или что?

– Рунический узор, посмотрите, но внимательно.

– Ну?

– Полное слияние с ментальным телом, мы можем адаптировать и добавить броню как верхний слой вашего тела. Также здесь имеются заготовки для соединения с ментальным телом…

– Ага, вижу. Но заготовки не подходят.

– Почему? Они идеально подходят для магов тёмной стихии. Вы же… тёмный маг? Наша разведка говорила, что в битве при Кёнигсберге, да и не только в ней, вы активно использовали тёмные чары, как маскирующие, так и атакующие.

– Верно, но эти навыки… хм…

Я на секунду задумался и начал смотреть на проект под другим углом. Мне казалось что вершина моих возможностей заключается в использовании ментальных чар, однако я же ещё остаюсь весьма опытным тёмным магом. И моё ментальное тело в некоторых местах адаптировано как раз для использования тёмной магии, а не ментальной. Правда я хотел в будущем эти участки заменить, однако… зачем?

А ещё и магия крови. Кристина отдала мне значимую часть своей сути, но разве мне стоит использовать эту часть лишь для создания марионеток? Помнится сама Кристина могла творить невозможное с помощью этой силы. Почему я не могу? Потому что огромна пропасть в навыках. Что мешает мне подтянуть навыки? Время.

Время ещё имеется, какой-то прогресс возможен. Почему у меня нет артефактов, повышающих силу магии крови? Потому что я ещё не обговорил эти вопросы с учёными, что работали с Кристиной в Петрограде. Они хотели использовать её как оружие, она отказалась, мне ничто не мешает согласится. Наверняка у них имелись какие-то планы.

Ментальная магия сильна, но почему в её тени я не видел тёмной магии и магии крови? Потому что несмотря на весь свой пафос, я мыслю, как простой человек. Местами это даёт о себе знать. Какая досада.

– Но я не настаиваю, не нравится ну и… – турецкий учёный махнул рукой, видимо ожидая что только увидев этот проект я начну прыгать от радости, а тут такая скупая реакция. – Найдём кого-то другого. Жаль только все лучшие тёмные маги пали вместе с императорской семьёй. Но мы спасли сестру нашего правителя. Возможно, когда-нибудь она родит нам будущего монарха, вокруг которого мы сплотимся и вернём то, что принадлежит нам по праву. К этому времени сделаем доспех лучше и…

– Доспех нужно сделать лучше к концу месяца. Он хорошо, я буду его использовать, но после внесения ряда поправок. Он действительно может помочь убить Кайзера. Ну или увеличить мою мощь.

– Приступим прямо сейчас, – тут же грусть и печаль исчезли со смуглого лица учёного, который, кажется, забыл обо всём сказанном. – Я знал, что вам понравится.

– Несомненно, – спокойно ответил я, никак не реагируя на эту забавную смену эмоциональной палитры, а также лукавство.

После этого я оставил частичку сознания в родном теле, чтобы начать корректировку императорской брони под моё ментальное тело. Основная же часть была снова перемещена в одну из марионеток, которая ехала в машине вместе с гвардией и представителями моих союзников. Ехать пришлось долго, но не из-за расстояния, а из-за толп на улицах.

Впрочем, мы добрались до нового жилища вдовствующей императрицы. Уже минут как пятнадцать из-за чего моему сопровождению, а также моим союзникам пришлось ждать меня. Что-то слишком много внимания основному телу уделил, увлёкся.

– Господин Лебедев, всё в порядке? – поинтересовался у меня гвардеец, пока Виктор Карпов ходил вокруг нашего автомобильного конвоя и следил за выставленными блокпостами.

Мы буквально окружили особняк вдовствующей императрицы, подтянув для этого и солдат, и личные гвардии, и ополчение и даже наёмную охрану из «Долга и право». Выглядел этот жест агрессивно, но и сама вдовствующая императрица знала на что шла.

– Я в норме, – кивнул я, после чего со всей процессией отправился внутрь.

Тепло нас не встретили, но и немногочисленные защитники рода Романовых не стали нам препятствовать. Как и вдовствующая императрица хоть и могла сбежать, а также пожаловаться сыночку Николая, однако она этого не стала делать. Её влияние сильно, она могла бы сделать многое, но дело в том, что мы ещё сильнее, Романовы в Петрограде поддерживают нас и Соколовых.

Победитель в потенциальном внутреннем конфликте известен заранее. Моя готовность устроить кровавую бойню также донесена до нужных ушей. Меня поддерживают генералы, ведь они знают кто дрался вмести с ними на без преувеличений всех фронтах. За моей спиной северные земли, которые я мог сжечь и уничтожить, чего очень хотели некоторые белогвардейцы, но был достигнут компромисс и за грехи отцов не стали отвечать дети.

Интеллигенция до сих пор смотрела на меня с высока, но настоящую власть уже давно держат не они, а промышленники и техномаги, многие из которых с радушием приняли юные дарования из числа бывших простолюдинов. Аристократия придерживается нейтралитета, ведь знает что со мной и Соколовы, а значит противостояние будет проблемным для них.

Народ же считает меня героем, ведь «Долг и право» лучшее что случалось с Российской Империей за долгое время. Мы стали связующим звеном разрозненных групп, дав возможность диалога тем, кто грыз друг другу глотки. Сначала это был прецедент, приятный и значимый, теперь же мы силой продвигаем наши принципы. Те, кто не может слушать и хочет лишь говорить – такие нам в державе не нужны.

Такие порядки мы строили, к таким порядкам придётся привыкать и всем остальным. И мы поможем привыкнуть, поможем найти новое место в новой системе, а также объясним почему прошлая система была неэффективным дерьмом. Хотя тут и так уже всем и всё было понятно.

Только вот вдовствующая императрица имела совсем другие взгляды.

Без приветствий мы вошли в приёмный зал, где начали усаживаться за круглым столом. Мои верные союзники, представители лояльных мне генералов, Константин имеет право говорить от главы рода Соколовых, ряд дворян из «Долга и право», а также некоторые влиятельные люди Киева.

А напротив нас сидела сама вдовствующая императрица, мать нашего Государя и ныне главная проблема всей державы. Хотя она так и не считает. Вместе с ней сидят наши, без преувеличения враги. Представители недобитых красных, которые уже не пытаются взять власть, но продолжают лезть в дела и готовить мировую революцию. Правда, что у нас, что в Германской Империи им дают по зубам. Тяжело сражаться с сильнейшими одарёнными, которые совсем не заинтересованы в том, чтобы империалистический строй рухнул.

Британцев я тоже узнал сразу, по их манере поведения и ментальному фону. Они пусть и молчат, но мыслят все на своих родных языках. Благо британский я уже знал, выучил через поглощение шпионов. Кроме того, мой уровень ментальных навыков позволяет понимать речь любого, ведь прежде, чем с уст слетает слово, его смысл рождается в разуме. Через беседы и мысли мне удаётся учить языки.

Американцы, приплыли или прилетели сюда аж с другого континента. Французы. Тут даже были представители немцев и австрийцев, однако сами они не являлись австрийцами и немцами, но всё же будут тут от лица наших врагов. Сколько гадости вокруг себя собрала вдовствующая императрица.

Особнячком держатся меньшевики из Москвы, стараясь не смотреть на меня. Ведь именно благодаря мне они существуют. Большевиков решили убрать, а меньшевиков оставить в знак доброй воли. Теперь эта добрая воля строит нам козни за нашими спинами. Впрочем, их мотивы понятны и их я не осуждаю.

– Решили продать Родину? – прямо спросил я, плюя на все принципы дипломатии.

Глава 28

– Ситуация предельно проста, Александр Лебедев, – растянуто и медленно говорил представитель из штатов. – И ничего личного здесь нет.

– Как и предателями мы не являемся, – добавила вдовствующая императрица. – Война проиграна, экономика Германской Империи несравненно больше нашей. Наши войска имеют худшее снаряжение и, кроме того, Кайзер уже знает о секрете нашей семьи.

– Не только Кайзер, – с мерзкой улыбкой произнёс британский разведчик. – Весь мир уже об этом знает. В роду Романовых же на данных момент нет ни одного достойного претендента на трон, а также одарённого, который мог бы соперничать с Кайзером.

Я же молча слушал и едва сдерживался. Вот тебе и страны Антанты, вот тебе и результаты всех договорённостей. Правду говорят, что у России только два союзника: армия и флот. Как только запахло жареным, то сразу же за спинами нас продали. Впрочем, наше временное перемирие тоже смотрится неоднозначно.

– И что вы предлагаете? – спросил я, ложа свои руки на стол.

– Поделить зоны влияния, – снова говорил американец, пока остальные от красных и до немцев молчали.

– Мы готовы продлить перемирие с возможным прекращением всех военных действий. Статус КВО.

И сразу же на лицах немцев, австрийцев, британцев, американцев появились едва заметные ухмылки. Они явно не собирались учитывать интересы Российской Империи. Более того, судя по их ментальным образам… они уже всё поделили. Германская Империя не хочет воевать с Британской из-за географического положения и сильного флота. Лондон взять будет куда сложнее, чем Петроград.

В свою очередь американцы в принципе тоже не особо хотят плыть в Европу и воевать. Зачем им это? Они просто протянут руку победителям, попутно выдадут кредиты на восстановление всем странам Европы, будут потирать ручки и радоваться. Кайзер же также прекрасно понимал, что у него и раньше была сильнейшая армия, второй по силе флот, а теперь ещё и сам он стал сильнейшим одарённым всего мира. Какой смысл ему с нами договариваться?

Я всё это понимал, но у меня было множество вопросов к красным, к меньшевикам, к вдовствующей императрице и всем этим предателям, которые решили продать Родину. Как так? Они разве не понимаю, что с нами сделают? Или им уже пообещали передать губернии? Свободная Сибирь, свободный Киев, свободный Минск… сделают кучу марионеток. Разделяй и властвуй – принцип хорошо известный каждому правителю.

– Почему вы на это идёте? – спросил я, снова переведя свой тяжёлый взгляд на вдовствующую императрицу. – Государь ваш сын. Как вы посмели предать его?

– Он мой сын и я хочу, чтобы он жил. С божьей помощью нам удалось избежать красной революции, но какой в этом смысл, если его и всю семью расстреляют? А их точно расстреляют, чтобы подавить и сломить нас. Лучше сдаться сейчас.

– А Николай знает о вашем решении?

Вдовствующая императрица промолчала и опустила взгляд. Наверняка ей тяжело далось это решение.

– Мы не хотим разрушать Российскую Империю. Просто создадим буферную зону между нами. Освободим прибалтов, уберём военные базы в Чёрном Море, шведов и финов тоже неплохо бы освободить… Конечно же придётся выплатить репарации. И мы приставим кураторов, которые…

Американцы уже начал смаковать будущую разделку наших территорий. Попутно он также прислушивался к мнению представителя Германской Империи. К слову, немцы и австрийцы вели себя сдержано и по большей части молчали. Это указывало на то, что всё уже было решено до этой встречи. И моё появление здесь не случайно, всё гады рассчитали и уже готовы ставить ультиматум.

– Нельзя так поступать, – вдруг раздался не очень уверенный голос одного из революционеров, в котором я сразу узнал Керенского, который после разгонов мятежников сбежал в Москву и объединился с помилованными меньшевиками. – Это приведёт к дестабилизации в нашей Империи, что в свою очередь станет причиной раскола, войн, а также…

– Не переживайте, в случае чего наши войска вам помогут, – с мерзкой улыбкой ответил американец.

Эти ублюдки ждали, что развал случится из-за внутренних причин, но когда мы разобрались с нашими проблемами, то они решили действовать максимально грубо.

– Нам не нужна горячая точка под боком, – сухо бросил представитель Германии. – Буферная зона, поделим зоны влияния, будем их контролировать и не мешать друг другу.

Американец вдруг замялся. Кайзер всё же мудр, он понимает, что нужно будет удерживать уже захваченные территории. Поэтому всю Россию забирать он не хочет, как и не желает, чтобы в ней пришли к власти условные красные, которые являются угрозой всему империализму. Ему нужна стабильная и проигравшая Российская Империя. Американцем же наоборот нужна нестабильность в Европе, чтобы наживаться на чужих бедах.

И вдруг начались споры. Керенский тоже не был рад услышанному, он пришёл сюда говорить, но знал не больше моего. Вернее даже меньше. Одно дело сдаться и откупиться парой губерний, совсем другое вставать на колени. Красные тоже начали возмущаться и требовали прояснить судьбу Ленина, которого вроде как убили в Швейцарии, но это пока что лишь слухи.

Вдовствующая императрица попыталась воззвать к спокойствию, но кажется в целом здесь всем было плевать на Родину, на пролитую кровь русских солдат, на будущее наших детей, на честь, долг и право. Все преследовали личные цели, а спросить мнения простого народа, как всегда, забыли. Но ничего, зато здесь есть я.

Я молча встал из-за стола, выпрямился и оглядел всех собравшихся ещё раз. Затем мой взгляд лёг на командира моей гвардии, на офицеров верных полков Государя, на Константина Соколова и товарищей из «Долга и право». Отвращение, ненависть и гнев я видел на их лицах и понимал, что не ошибся в выборе стороны.

– Что-то хотите сказать, Александр Лебедев? – ехидно спросил американец.

– Да, – кивнул я, после чего вздохнул и отдал приказ. – Всех взять под стражу. При сопротивлении убить. Отпустите только австрийских и немецких представителей. Остальным будет выдвинуты обвинения в государственной измене, шпионаже, саботаже, а также попытки устроить переворот.

И в этот момент удивились все. Но в ту же секунду красные и меньшевики были положены мордой в пол, потенциальные шпионы из зарубежа попадали из-за электрических дуг. На ноги попыталась встать вдовствующая императрица, которую трогать боялись, и она уже было открыла рот, но тут же ход сделал я:

– МОЛЧАТЬ!!! – подобно грому пронёсся мой голос, рассекая все ментальные узоры и не позволяя вдовствующей императрице использовать магию. – Её тоже под стражу! Сильно не бейте, всё же она мать Государя! Ей ещё предстоит рассказать сыну о содеянном.

– Глупцы! Вы хоть понимаете, что вас ждёт за… – что-то начал кричать американец.

– ЗАКРОЙ ПАСТЬ!!! – ударом ноги гвардеец успокоил заморского гостя.

Я же начал утверждать расстрельные списки на месте. Всех убивать не стану, однако некоторых мы казним для устрашения.

К слову, немцы и австрийцы уже убрались. Почему я их отпустил? Потому что они враги, с ними всё понятно. Да и нарушать перемирие я не хочу. А вот шпионов и предателей ждёт суровая кара. Пока я жив на моей земле никаких заговоров не будет.

– Романовых не трогайте, грузите на баржи и отправляйте в Петроград. Пусть Государь разбирается. Также расскажите о случившимся Соколовым.

– Есть, – тут же кивнул Константин и отправился выполнять приказ.

Я же начал поглощать зарубежных гостей. Не всех, но часть. Быстро узнал, что все причастны к диверсиям на нашей территории. Также они помогали устраивать мятежи в губерниях. Они же покушались на меня… в общем, все были виновны однозначно.

Однако и тут убивать всех я не стал.

– Треть на расстрел, ещё треть на повешение. Остальным отрубите руки и окажите первую помощь, после чего отправьте их домой.

– Передать послание британскому монарху или быть может… – что-то хотел предложить и Виктор.

– Нет, никому ни слова. Мы казним шпионов и диверсантов, о какой-либо причастности стран мы не знаем. Впрочем, если наши «союзники» признаются, что они пытались устроить у нас переворот… я принесу перед ними извинения за убийства их граждан. А до тех пор они для меня неизвестные враги.

– Понял, – Виктор оскалился и пошёл решать вопросы.

– Как будем поступать с Керенским и красными? – спросил меня командир моей гвардии.

– Красных отпустите. Керенского тоже. В следующий раз пусть так не делает.

– А как же кара…

– Им собирались сделать предложение позже. К тому же…

– Вы собираетесь свергнуть Государя?

– Нет, он скоро уйдёт сам, – спокойно произнёс я, предварительно убедившись, что меня слушают только нужные люди.

Империализм как государственный строй является пережитком прошлого. Пора двигаться вперёд, это стало понятно ещё после обнажения проблем с красными. И эти проблемы мы решали не диктатурой, а диалогом. «Долг и право» стал своеобразной партией, внутри которой существовали независимые группы лиц собранные по интересам. Мы слушали их мнения, вместе проводили голосования, распределяли общий бюджет…

Для решения проблем пришлось также усложнить систему, разделить власть, создать больше инструментов и уменьшить централизацию. И именно это решило корень проблемы. Однако финальным штрихом будет уход Государя. Николай и сам это понимал. Одним из планов решения красной проблемы был как раз его уход, чтобы он стал собирательным образом всех проблем, а новое временное правительство смогло не допустить переворота и революции.

Впрочем, есть и другой вариант. Пусть он уйдёт сам, на хорошей ноте, станет символов нашего государства. Полностью убирать Романовых никто не станет, ведь несмотря на их слабость, они всё ещё являются уважаемым и влиятельным родом. Да, Государь оказался бездарным, однако их кровь сильна и у них есть всякие родовые техники, кроме того, не стоит забывать, что на дворянстве держится наша армия.

Поэтому никаких радикальных перемен не должно быть. Постепенно мы будем вносить изменения, а вместе с тем и рост технологий поможет нам уравнять простого человека и мага. В любом случае, в новой системе место займут многие, в том числе меньшевики, среди которых мы провели чистку убрав предателей и оставив тех, кто способен принести пользу стране. Тоже касается красных, которые пока что слишком радикальны, но когда-нибудь успокоятся и также начнут приносить пользу. Ну и Керенский со своими эсерами тоже способен принести пользу.

Кто угодно может принести пользу, тут суть в том, что задача государства раскрыть потенциал кого угодно. Но это всё в будущем, ведь пока что нам нужно выиграть войну и спасти страну.

– Огонь! – дал команду офицер и повалились трупы, прямо на главной площади Киева.

Все должны видеть о случившемся. Пусть меня прозовут кровавым, безумным, да хоть врагом народа. Мне плевать, я делаю то, что должно быть сделано. И за подобные проступки может быть только одно наказание.

– Господин Лебедев, разведка догладывает о передвижении сил у фронта, – произнёс офицер разведки, получающий донесения через передовую технологию, а именно магической транспондер, для использования которого нужно двое обученных одарённых.

– Первыми огонь не открывать. Не допускайте провокаций. Когда прибудут подкрепления?

– Алексеев в дне пути, – ответил мой лучший разведчик, а затем тут же воскликнул. – Генерал Лебедев! Донесение от Болотного Лиса! Из Минска к нам двигаются полки! Над болотами уже пролетела авиация, а также корветы с десантом!

– Что за… нападение?

– Уточняем.

Мои радикальные действия могли привести к чему угодно. Всё же не стоит забывать, что я только повязал саму вдовствующую императрицу, у которой в союзниках половина Романовых. Вполне возможно, лояльные ей части попробуют устранить меня. Только вот в Минске же работала Ольга Николаевна, разве она могла допустить такое? Хотя может она тоже решила поиграть в спасительницу и за спиной отца помогала устроить обмен Родины на жизнь семьи?

В любом случае я знал на что шёл и сдавать назад не собирался. Было мобилизовано всё ополчение, также отдан приказы лояльным генералам на фронте, которые начали стягивать часть резервов к Киеву. Будет нужно я всех предателей на тот свет отправлю лично или чужими руками, без разницы.

– Это императорская гвардия! – спустя очень долгую и очень тяжёлую паузу воскликнул офицер разведки.

– Императорская?

– Да, кажется… возможно на борту кто-то из императорской семьи.

Неужели Ольга Николаевна решила лично явиться? Для разговора? Но почему она не захотела связаться?

– Они в боевом построении, наводят орудия… – продолжил говорить офицер, пользуясь глазами второго одарённого, который на самолёте проводил разведку.

– Не стрелять. Первыми не стрелять.

– Ваши действия могут быть восприняты как измена.

И резон в этом заявлении был. Однако я ничего дурного не сделал, хотя, пожалуй, поступил слишком резко и возможно стоило сначала обсудить решение с Государем. Но видит Бог, нашей стране стало только лучше от смерти этих диверсантов и предателей. А всякие важных шишек я так или иначе не трогал, со стороны Романовых так и вовсе никто не пострадал. Ну а эти американцы и британцы… ну покалечил немного, бывает, они знали на что шли.