![](/files/books/160/oblozhka-knigi-zolotoy-grifon-si-376496.jpg)
Текст книги "Золотой Грифон (СИ)"
Автор книги: Владислав Афинский
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 18 страниц)
Глава 9
– Пригнись! – пробасил Бартем, после чего сразу же нанёс размашистый удар.
Меч снёс черепа двум мертвецам, пролетел над головой едва успевшего среагировать Готрика, после чего пробила ржавый шлем и застряла в башке третьего уродца.
– Ах, да чтоб тебя! – сразу же заругался ветеран.
Левой рукой он пытался прикрываться щитом от атак мертвецов, но меч всё не хотел высвобождаться. Благо было ещё кому прикрывать спину в этой битве.
Из-за спины ударила алебарда, просвистела стрела лучника, да и сам Готрик прикрывал справа, не давая врагу обрушится сразу с двух сторон.
Трудно сказать сколько уже длилась битва. Может и двадцать минут, а может и несколько часов. В горячке боя легко потерять счёт времени. Но в одном Бартем был уверен, скоро наступит её конец.
Многие отряды умирали полным составом прямо на поле боя. Сражения с нежитью всегда были такими, ведь мёртвые не отступают. Это не сражение с армией соседнего королевства, здесь не берут пленных. Битвы часто идут до последнего воина, ведь убежать от тварей тьмы почти невозможно.
Определить победителя всё ещё не представлялось возможным. И живые, и мёртвые нанесли друг другу много ран, свежие и гнилые трупы заполонили вес лес, а битва смещалась к руинам. Остатки разбитых отрядов перегруппировывались и продолжали вести бой. Осадные орудия уже не работали, фланги не прикрывались стрелками, но и нежити стало заметно меньше.
– Поднять знамя! Выше, мать твою! – рявкнул офицер, таща на себе потерявшего сознание мага. – А, да чтоб тебя… Это ещё что за дрянь?! Вильгельм! Разберись!
В ответ рыцарь лишь кивнул. От отряда осталось меньше половины бойцов, все были довольно сильно рассредоточены. Небольшими группами они продвигались вперёд, окружая изрядно поредевшую нежить.
Скорее всего главные войска тоже уже схлестнулись в схватке, после которой чернокнижников стало намного меньше. А вместе с тем часть нежити просто потеряла связь с некромантами и либо рассыпалась, либо превратилась в безынициативного противника, который даже порой не нападал, пока живой не приблизиться в упор.
Однако среди таких группок мертвецов шёл очередной ревенант. Махина в тяжёлых латах, ведомая неудержимой жаждой мести, которая должна будет обрушиться на живых, повинуясь чужой воле.
Один такой ублюдок уже смог добраться до строя ранее. Тварь просто влетела в стену копий, разрубила щиты и нескольких солдат, после чего её чудом удалось успокоить ударами алебард со всех сторон. Так что в этот раз офицер приказал разобраться с гадиной рыцарю, чтобы не лишится ещё кого-то из солдат.
Вильгельм уже установил зрительный контакт с тварью. Ревенант сразу почувствовал вызов и живого, что сверлил его взглядом. Ярость и ненависть взбурлила красным огнём внутри черепа, после чего мертвец ринулся на рыцаря.
Вильгельм лишь перешёл на лёгкий бег, копя силы. В последний момент он сделал рывок и нанёс стремительный удар. Мышцы всего тела напряглись, кисть, локоть, плечо, спина и даже ноги посылали импульс в рукоять.
Меч рыцаря столкнулся с чёрным клинком и легко отбросил атаку врага, после чего Вильгельм сразу же нанёс второй удар, метя в шею. Но удар пришёлся в плечо, прорубил ржавый металл и застрял.
Рука мертвеца уже начала делать замах, но её тут же схватила латная перчатка. Вильгельм, пользуясь весом своего живого тела повалил тварь на землю. Ревенант мог ранить своего противника только с помощью меча, которым он не мог пошевелить.
Второй рукой мертвец ещё пытался как-то скинуть тушу рыцаря, но безуспешно. Вильгельм занял удобную позицию сверху, после чего начал наносить удары своей свободной рукой прямо в забрало уроду. Ржавый металл держался недолго, хлипко звякнул, после чего очередной удар латной перчатки прилетел прямо в череп.
Вильгельм же устало поднялся, выдернул свой меч и продолжил двигаться вперёд с отрядом, зачищая периметр.
– Вот же дерьмо… – внезапно раздался голос офицера, прерывая методичное уничтожение потерянной нежити. – Сомкнуть строй! Быстрее!
Внезапно лежащая впереди нежить начала подниматься на ноги. Трудно сказать была это засада или несчастных только что решил возродить новый кукловод. Так или иначе мертвецы уже увидели собирающихся обратной в кучу живых.
– Сегодня явно не мой день, – сглотнул стоявший позади Вильгельма Теодмер, чья пёстрая одежда покрылась кровью и грязью. Лук же и вовсе был потерян, так что в руках наёмника вновь оказался короткий меч.
Впереди стояли воины со щитами. Уставшие и раненные, они не понимали, как выдержать ещё один натиск. Бартем же и вовсе в силу возраста даже щит с трудом держал. Такие затяжные битвы тяжело давались старому одноглазому волку.
– Эдор, приди в себя! – офицер тряс за плечи мага земли, но тот ещё нескоро очнётся.
Вильгельм смотрел на бегущую нежить и понимал, что одолеть их отряд не сможет. Слишком много было мертвецов. Враг окружит остатки отряда и легко уничтожит живых.
Однако внезапно страх перед смертью оказался развеян звуком боевого рога. Тяжёлая конница выехала из-за руин и устремилась прямо к восставшей нежити. Вперёд их вёл рыцарь Ларков.
Пятнадцать лошадей в броне и пятнадцать всадников с тяжёлыми копьями. Они стёрли в пыль больше ста тварей, перемолов их в первый же натиск. После чего конница развернулась и добила остатки.
– Офицер Ланир! Рад видеть, что вы выжили! – произнёс рыцарь после того, как поднял забрало.
– Сир Гарет! – Офицер слегка поклонился. – Благодарю за помощь. Какова ситуация?
– Мы почти победили. Граф Фалентан уже почти захватил руины. Сейчас отряд боевых магов зачищает подземелья. Эта нежить была последней на поверхности.
– Скольких мы потеряли?
– Многих уважаемый Ланир. Слишком многих, – вздохнул рыцарь после чего обернулся в сторону руин, где прогремел последний взрыв. – Ищите выживших и отправляйтесь в полевой лагерь, к западу от руин. Битва закончилась… Работа на кухне была куда спокойнее…
Так остатки отряда и поступили. Тогда же стал очевиден весь масштаб произошедшего.
Сотни трупов лежали только на пути движения отряда Ланира. Гнилы останки и хаотично разбросанные кости несильно пугали, в отличии от павших соратников. Нежить почти всегда добивала раненных ещё вовремя боя.
Кому-то прилетел случайный удар в лицо, кому-то вырвали глаза и разорвали глотку летучие мыши. Также порой встречались и трупоеды, уже поспешившие начать свой пир. Они жрали ещё тёплых мертвецов, потрошили их внутренности, а порой утаскивали тела внутрь своих нор.
И всё же живые бродили среди поля битвы, пытаясь найти хоть кого-то. Одному из ста могла улыбнуться удача. Так и случилось. Один пехотинец лежал под телами своих союзников. Его нога оказалась раздроблена, а сам он потерял сознание.
Его отнесли в полевой лагерь, где вскоре ампутировали конечность. Да, маги света умели исцелять даже самые ужасные раны, однако такой целитель был лишь один. И хватало его сил лишь на помощь рыцарям, офицерам и другим боевым магам. Они были в приоритете.
– Живой? – поинтересовался Вильгельм у своего оруженосца, опускаясь рядом с костром.
– Ничего серьёзного, – отмахнулся Готрик.
И оруженосец не врал, да ему досталось, но ничего критического и правда не было. Лишь ушибы, несколько порезов, но там даже швы накладывать не нужно. Рана и сама стянется через неделю, только повязки нужно менять.
А вот Бартему досталось куда больше. Один из ударов рассёк правую руку до кости. Так что с ним сейчас работал целитель. Теодмер же отделался лёгким испугом, да лишился своей шляпы. Не такая уж и большая цена.
– А что с ним будет? – поинтересовался Готрик, смотря за человеком, которого несли на носилках: у солдата не было ног.
– Для него военная карьера подошла к концу. Отправят в отставку. На улицах появится ещё один калека, что будет просить милостыню. Война не создаёт героев, лишь разрушает судьбы и плодит калек с изгоями, – мрачно произнёс Вильгельм.
– Но он же храбро сражался, рисковал жизнью и защищал королевство…
– Да. За это он, может быть, получит пару золотых, которые кончатся в первый же год. Остаётся надеется на семью, которая сможет о нём позаботиться.
– Пару золотых? Как-то мало за такую жертву…
– Если давать каждому такому герою дом – земли всего Эримоса не хватит. Да и смысл? Следующей осенью места павших всё равно займут новобранцы, готовые умереть ради короля или Брариндора. Одна человеческая жизнь в масштабах королевства стоит не так уж и много.
– А сколько стоит жизнь наёмника?
– Ещё меньше, – произнёс неожиданный появившийся рядом солдат, которого услышанное явно задело. – Смотрю вы в полном составе, живёхонькие.
Последние слова воин короля произнёс с презрением и отвращением. Потери среди армии графа всё же оказались довольно серьёзные, а правый фланг же и вовсе потерял больше половины личного состава, некоторые отряды и вовсе были уничтожены полностью. Наверняка и этот солдат лишился своих товарищей. И, разумеется, он считал, что наёмники в битве думали только о себе, ведь все они такие эгоистичные и алчные.
– Ваши деньги, – солдат бросил мешочек с монетами на землю, рядом с костром, после чего ушёл.
– Вот урод, да что он… – прошипел лучник и уже даже начал вставать.
– Сядь, Теодмер, – устало произнёс Вильгельм, поднимая с земли мешочек и выпавшие монеты.
– Да он берега попутал! Мы честно сражались! Бартем с Готриком в первом ряду стояли! Благодаря тому, что ты убивал всяких этих ревенантов…
– Хватит, – рыцарь резко прервал товарища. – Привыкай к этому. Ещё и не такое услышишь в свой адрес. Всем плевать на твои подвиги, ты теперь наёмник. А значит на тебе уже клеймо алчного ублюдка, который думает только о личной выгоде. Смирись и прими это. Неважно как ты храбро будешь сражаться, сколько жизней спасёшь или какие подвиги совершишь. Смотреть на тебя всегда будут одним взглядом. Отношение к тебе не изменится. И никто о тебе и слезинки не проронит.
– Нет!
– Что нет?
– Не верю! Ты не прав!
– И в чём же?
– Да во всём! Может быть, ты такой чёрствый и в случае моей гибели и не оплачешь меня, но зато я могу положиться в этом на других своих товарищей. – и с этими словами лучник посмотрел на одноглазого волка и оруженосца. – Бартем и Готрик точно будут скорбеть о моей смерти.
Готрик никак не реагировал, а вот одноглазый волк покраснел и начал шумно вдыхать носом воздух, будто собирался вот-вот выплеснуть яростную тираду, состоящую лишь из бранных слов. Столь сильно ветерану уже надоели идиотские выходки лучника.
Но неожиданно Бартем рассмеялся. Да так сильно, что в конце ойкнул от боли в руке.
– Ну и дурень же ты, Теодмер, – отдышавшись произнёс ветеран. – Сначала я думал, что ты притворяешься. Но теперь я-то всё понимаю…
– Что ты там понимаешь?
– Да не обижайся ты, – наигранно с издёвкой Бартем продолжал говорить. – Солдат ребёнка не обидит.
– Кто тут ребёнок? – А вот лучник резко посерьёзнел.
– Ой, будет тебе. Шучу я. На вот, вина выпей и успокойся. Так уж и быть, плакать над твоей могилой я не буду, но в таверне кружечку за тебя пропущу.
– Да и какая разница, кто и как там о нас думает? У меня кроме вас никого и нет… – неожиданно произнёс Готрик, доставая свой бурдюк. – Пошли они все… один раз живём.
– Тоже верно, – решил согласиться Вильгельм, чтобы сменить не самую приятную тему.
В конце концов к чему намеренно нагнетать обстановку. Люди здесь неглупые и всё прекрасно понимают, даже Теодмер. Главное, что все живы, а стереотипы… Не все же по ним судят. Лучше будет тоже выпить вина, да в дружной компании за костром хоть немного скрасить излишне скупую на тёплые краски жизнь.
– О, чё придумал! – Теодмер вдруг поднял палец вверх. – А давайте навестим степной город кочевников. Он здесь недалеко…
– Твою же… – ругнулся себе под Вильгельм, после неожиданного удара тупостью под дых от лучника. – Какой степной город? Ты с ума сошёл? Нахрена нам туда переться?
– Ради лучших наездниц разумеется. Если ты понимаешь о чём я, – будто объясняя очевидное, ответил Теодмер и сразу же обратился к Готрику. – Мой юный друг, доводилось ли тебе наслаждаться близостью с женщиной?
– Теодмер, ондруса тебе в зад, никаких степных городов! – резко рявкнул Вильгельм.
– Ладно, как скажешь, – лучник примирительно поднял руки, после чего аккуратно достал из своей сумки бутылку. – Смотри, что у меня есть. Корлахийское вино. Очень крепкое, благодаря особым ягодам.
– Где ты это нашёл? С собой ты эту бутылку точно не брал. Ты её стянул из палатки у одного из офицеров?!
– Нет, я же не вор. Мне её подарили.
– Точно?
– М-м-м… в общем-то да.
– Что-то не нравится мне всё это.
– Да ладно тебе, всё нормально. Давайте выпьем за павших.
– А почему бы и нет, – почти сразу согласился Бартем.
Глаза горели и у Готрика, всё же корлахийское вино считалось элитным алкоголем. Подобные напитки были достойны аристократов и пользовались популярностью среди рыцарей. А может молодой оруженосец задумался о степных наездниках. Чёрт его знает, что там творилось в голове Готрика.
Вильгельм же тяжело вздохнул и безралично махнул рукой. Рыцарь тоже изрядно устал после этой битвы. Мышцы ныли, связки ещё потянул после слишком быстрых ударов… Нужно же и отдыхать иногда.
И никто так ничего и не узнал. Никто не заподозрил чего-то неладного. Никто и не понял, что всё это было частью хитрого плана Теодмера. Лучник легко воспользовался состоянием своих товарищей, после чего закончил партию корлахийским козырем.
И когда они изрядно выпьют, то лучник вновь поднимет тему степного города. И видят боги, он сможет переубедить пьяного Вильгельма. Ведь трезвый рыцарь просто не в состоянии понять от чего отказывается. А Теодмер как хороший друг это объяснит. В конце концов так будет лучше для всех.
Глава 10
Вильгельм крепко спал и снились ему бескрайние степи. Солнце стояло в зените и обжигало своими лучами, пока верный скакун нёс рыцаря вперёд. В волосах играл ветер, но почему-то рыцарь еле держался в седле.
– Ох, да сохранит меня Аенор… – Вильгельм очнулся и с трудом сфокусировал взгляд. – Вот это вино так вино…
Сознание постепенно приходило в норму, мир уже даже перестал ходить ходуном. Но вставать рыцарь пока что не решался.
Внезапно пришло понимание, что Вильгельм лежит голый, так ещё и не в палатке, а в… каком-то шатре? Вроде бы подобные жилища называют юртами.
Тем временем одна из шкур, на которых лежал и которыми укрывался Вильгельм, пришла в движение, после чего показалась молодая девушка.
– М-м-м, храбрый рыцарь уже проснулся? – лениво протянула красотка, после чего подползла к Вильгельму.
Аккуратными плавными движениями она залезла под шкуру рыцарю и обняла покрытую шрамами руку. Сразу же Вильгельм почувствовал знойный жар и нежную упругую грудь. Девушка была абсолютно голая.
Снаружи кто-то кричал, после рьяно спорил, прямо рядом с юртой. Через некоторое время голоса затихли и раздался шум копыт. А в юрту вальяжно зашла ещё одна степная красотка.
– Всё в порядке? – спросила девушка на груди рыцаря, не размыкая глаз.
– Да, какие-то солдаты приезжали. Искали кого-то, – безразлично ответила её подруга, которая одним движениям сняла свою одежду и нырнула под шкуры. – На улице так холодно.
Теперь и со второй стороны рыцаря тоже лежала ещё одна голая девушка, которая тепло сопела на ушко. С каждым вздохом поднималась и её грудь, игриво касаясь мужского плеча.
Вильгельм же лежал и пытался хоть что-то вспомнить. Но прошлое будто скрыли тёмные чары. Воспоминания покрыла пелена мрака.
– Кхм… а где моя броня и меч?
– Не знаю, – зевнув, ответила одна из девушек. – Ты к нам уже без них пришёл.
– А я был один?
– Нет, с друзьями… Одноглазый волк, пёстрый павлин и маленький оленёнок.
– И где они?
– Наверное отдыхают с другими кобылицами.
– Ох… – Вильгельм тяжело вздохнул, после чего начал подниматься.
– Уже уходишь? Может задержишься ненадолго? – девушка игриво прикусила губу, немного приспуская шкуру и оголяя грудь.
– В другой раз. Мне нужно найти мою броню и меч.
Надев рубаху, натянув штаны с ботинками Вильгельм в спешке покинул юрту. Земли свои рыцарь уже успешно просрал, вместе с конём и копьём, не хватало ещё лишиться брони и меча.
Огромный степной город, состоящий из временных самодельных палаток кочевников. Никаких каменных домов, только переносные жилища из шкур. А ещё куча животных, особенно много лошадей.
– Твою же… ну как же так… – Вильгельм закрыл лицо руками, после чего ещё раз тяжело выдохнул. – Ничего же не предвещало беды…
– О, сир рыцарь! Как отдохнули? – раздался басистый голос.
Одноглазый воин в своём снаряжении прогуливался по улице в приподнятом настроении. И, судя по всему, он уже успел изрядно так опохмелиться.
– Бартем! Не передать словами, как я рад тебя видеть! Что произошло?!
– Мы выпили, а потом ещё выпили и ещё… Много пили, а потом ещё и выпили, и… в общем, да. Нажрались мы знатно. Не помню, когда в последний раз напивался до беспамятства.
– Может хоть что-то помнишь?
– Да… сейчас… подожди… Иногда ко мне приходило прозрение. Один раз я блеванул у телеги. И ничего постыдного в этом я не вижу. Да и дело скорее не в алкоголе, а в той похлёбке… Второе просвещение пришло, когда я отливал у дерева… Должно быть мы были ещё в военном лагере. Я стоял, слушал журчание и вой ветра, после чего обмочил сапог. Здесь уже есть чему устыдиться…
– Понятно… К сожалению, ничего содержательного…
– Стой, подожди… Ещё я помню костёр и музыку. Танцы. Одна из степных красавиц так завораживающе качала бедрами, после чего впилась в меня своим взглядом. Продолжая танец, она приплыла прямо ко мне, села на колени, ловкими движениями сняла с меня штаны и…
– Благодарю за, несомненно, очень ценную информацию Бартем. Хотя я тоже начинаю что-то такое вспоминать. Распутных танцовщиц, которые прямо на улице устраивали… А в общем неважно. Меня больше интересует местонахождение остальных наших товарищей и моих доспехов с мечом!
– Они где-то в городе, я уверен. Только глупец бы сбежал из сего воплощениях райских удовольствий Этия… Теперь я могу умереть в бою с чистым сердцем… – одноглазый волк даже слезу чуть было не пустил.
– Так, никто помирать не будет, – по-дружески произнёс Вильгельм и хлопнул по плечу товарища, надеясь, что тот не поймал белочку. – Но наших товарищей нужно найти.
– Предлагаю пойти к верховной жрице любви.
– Куда?
– Вон в ту большую юрту. С её благословления знойные наездницы и оказали нам столь радушный приём.
– Хороший план. И главное рациональный так держать, – Вильгельм немного приободрил сам и себя, после чего направился в новой цели.
Переполненный надеждой рыцарь направился в сопровождении одноглазого ветерана к наиболее выделяющейся юрте. Также Вильгельм заметил ещё одну интересную особенность. Жилища своим расположением создавали своего рода район, во внутренний двор которого можно было войти лишь одним путём.
Также на территории этого района находились в большинстве своём лишь женщины. Многие из них загадочно улыбались, провожая взглядами западных гостей.
– Ох и наделали мы дел вчера… – уже в третий раз тяжело вздохнул Вильгельм.
Завидев ещё одну девушку в мозгу что-то щёлкнуло, и тьма слегка отступила. Правда никакой ценной информации извлечь рыцарю не удалось. Единственное что отлично отпечаталось в сознании – татуировка стрелы на пояснице сзади.
– Нужно постучать или как? – перед входом Вильгельм остановился и озадачился.
– Стучать не нужно, просто создать шум. Покряхти там.
– Думаю нас и так уже услышали.
– Значит входи.
– Точно?
– Входите уже! – раздался женский голос из жилища.
– Доброе утро, – уже внутри поздоровался Вильгельм.
– О, храбрый рыцарь и его одноглазый верный друг. Пришёл забрать своё снаряжение? Вон оно в углу стоит, там, где ты его и оставил, – произнесла довольно зрелая, но ещё весьма привлекательная женщина.
– Благодарю.
Вильгельм быстро начал надевать свой доспех, попутно хваля себя за предусмотрительной. А то пьяный уронил бы меч в какой-нибудь сортир или ещё чего похуже. Хотя в идеале вообще не нужно было до такого напиваться.
Также рыцарь подметил, что никто не попытался украсть его вещи. Хотя этой женщине ничего не стоило просто спрятать их, а потом загнать. А пьяницам с запада можно рассказать какую-нибудь выдуманную историю.
– Может быть вы знаете, где мой оруженосец? – Вильгельм решил ещё раз попытать удачу. – Юноша, с нами был, чёрные волосы…
– Да, помню. Он в юрте у Лисы. Как выйдете, шестая справа.
– Ещё раз благодарю.
Вильгельм вышел из центральной юрты уже в своей броне. Память понемногу освежалась, восстанавливались те или иные образы. Но полной картины ещё не было. Наверняка Готрик сможет пролить свет на…
– Что за… – Вильгельм остановился около шестой юрты справа.
– О, а парень времени зря не теряет.
– Там несколько голосов!
– Эх, молодость. В свои годы я однажды после битвы в борделе сразу с восьмью…
– Бартем, оставь свои истории при себе. Одна просто замечательнее другой…
Где-то час рыцарь сидел около потухшего костра и ковырял палкой угли, прежде чем одна за другой начали вываливаться девушки из шатра. Последней вышла, видимо, как раз Лиса: у неё были рыжие волосы. А там уже появился и Готрик, который явно не так сильно налегал на алкоголь.
Конечно, можно было вломиться в юрту и вытащить своего оруженосца в любой момент… Но рыцарь не собирался лишать своего верного товарища счастья. Тем более это был его первый раз, пусть о нём парень будет вспоминать только хорошее.
– Сир рыцарь! И давно вы тут? – произнёс Готрик и сразу же покраснел.
– Достаточно. Что вчера было? – сразу же Вильгельм перешёл к делу.
– О… много чего…
– Начинай с начала. Время у нас есть.
– Хм, ладно… В общем начали мы пить ещё близ военного лагеря. Поднимали тосты, всякое такое. Мне вино Теодмера не понравилось, так что я не налегал. В какой-то момент лучник вновь начал предлагать посетить степной город. Вы отказались. Тогда Теодмер отошёл и вернулся с ещё одной бутылкой…
– Чёртов шут. Прости, продолжай.
– Потом вы выпили ещё, и идея посетить степной город уже казалась вам не такой уж и плохой. К тому же Теодмер предложил закупить шкур за копейки и потом продать их в Плериандоре. Так что вы согласились, а потом… потом мы поехали сюда.
– Поехали?
– Теодмер отошёл ещё раз и вернулся с лошадью и телегой.
– Вот же сын… Кхм, нехороший человек. Он стащил офицерское вино, а потом украл лошадь с телегой из военного лагеря!
– Рано судить Вильгельм, быть может, он действительно нашёл…
– Бартем, поставь бурдюк с вином.
– Ладно, ты прав.
– Готрик, прошу, продолжай.
– Ну мы довольно быстро добрались до сюда и сразу направились к верховной жрице. И… ну…
– Не тяни.
– Теодмер предложил отдохнуть, мы все согласились. Вы передали ему кошель с монетами, чтобы он договорился о других кобылицах. Вы сначала противились, потом согласились и всё же отдали деньги, ведь Теодмер куда более красноречив… А ещё… Там ну это… Говорили первый раз должен быть особенным и… – Готрик внезапно начал много запинаться, после чего окончательно замялся и покраснел ещё сильнее.
– Можешь не продолжать.
Вильгельм всё и так понял. Его оруженосец сразу же по приезду отправился в шатёр к Лисе, где и постигал запретный плод всю ночь. И, видимо, по наставлению лучника и вероятно не только лучника решено было, что одной девушки для Готрику будет мало.
– А сам лучник где?
– Не знаю. Мы как приехали я из юрты не выходил…
– Лошадь мы где оставили?
– Около внешних юрт, там загон есть.
– Проведи.
Так отряд почти в полном составе отправился по дороге к стойбищу. Вильгельм быстро нашёл нужную лошадь. Она сильно выделялась, ведь являлась вьючной, в отличии от скакунов степных кочевников. А ещё она стояла за загоном и не была привязана. Видимо про это все забыли.
– А вот и этот прохиндей! Теодмер! – Вильгельм сразу заметил самого проблемного члена отряда, который мирно спал в телеге. – Проснись, наглая ты рожа!
– М-м-м… твои волосы пахнут полевыми цветами… – пробормотал в ответ лучник, после чего перевернулся на другой бок.
– Несите ведро воды.
– Нет, не надо воды. – Тут же Теодмер поднялся в вертикальное положение, пусть и не открыл глаза. – А то намочите мою утончённую одежду.
– Чёртов вор, я тебя сейчас… – Всё же Вильгельм смог сдержаться, в конце концов рыцарь и сам виноват в произошедшем. – Какого хрена Теодмер?!
– Что такое? Что случилось? – лучник ещё не до конца проснулся, но всё же веки поднялись, – Ох, как ярко… Я не понимаю это солнце и наш дражайший рыцарь вступил в орден Ароса и теперь над его головой завис нимб, подаренный самим Аенором Милосердным… А может это и сам Аенор явился ко мне в своём смертном обличии…
– Готрик, подай вон ведро…
– Стоп, не нужно. Просто уточните ваш вопрос.
– «Ваш»? Ты с кем говоришь? Я тут один, пьяная ты дрянь.
И после этого Вильгельм уже сам схватил ведро и выплеснул прямо на лучника, который лишь слегка вздрогнул. Однако взгляд его тут же прояснился.
– Это была освежающе. Однажды я бывал у берегов Великого Озера и…
– Мой кошель, Теодмер. Где наши деньги? – терпеливо со стремительно угасающей надеждой произнёс рыцарь.
– Ах, да… Вот, друг мой. Твой кошель.
Лучник протянул рыцарю мешочек набитый под завязку монетами. Казалось их даже наоборот стало больше, чем было. Дрожащими руками Вильгельм развязал верёвочку и посмотрел внутрь.
– Арос и Миос! – Сердце рыцаря пропустило удар. – Тут одни медяки! Мы всё пропили!
– Друг, мы не пропили ни монеты! – внезапно произнёс лучник. – Деньги отправились к жрицам любви и ни к чему более…
– И нас ищут за кражу офицерского имущества! Лучше бы часть монет действительно пропили…
– К тому же у нас есть лошадь и телега, – Теодмер окинул руками телегу, в которой и сидел.
– Воровство у армии в военное время…
– А деньги ушли на благое дело…
– Мы всё спустили на степных распутниц.
– Ну, здесь я вынужден согласиться. Хотя твой печальный тон вызывает недоумение. Было ж весело. Не помню, когда так отдыхал в последний раз.
– Да, прямо как в старые добрые, – неожиданно согласился Бартем.
Готрик же пусть и промолчал, однако всё было видно и по его лицу. Все согласились с лучником, а рыцарь остался в меньшинстве.
И всё же Вильгельм разрывался не от злости к Теодмеру, а из-за досадного осознания. Ведь и сам рыцарь с радостью прогулял все заработанные деньги. И винил он в произошедшем в первую очередь себя за проявленную в критический момент слабость.