![](/files/books/160/oblozhka-knigi-zolotoy-grifon-si-376496.jpg)
Текст книги "Золотой Грифон (СИ)"
Автор книги: Владислав Афинский
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)
Каждый удар сопровождался молитвами и вспышками света. Медленно, но уверенно ревнитель Ароса забивал своего врага, не давая тому и шанса. И последний раз поднялось грозное оружие, после чего череп демона разлетелся на куски.
Амвросий обладал колоссальной силой и мог противостоять таким жутким монстрам. Пусть он и не умел так искусно орудовать мечом, но всю свою жизнь он посвятил борьбе с врагами Аенора. И пусть его способности и артефакты бесполезны против слабых разбойников, однако только его навыки позволяли эффективно противостоять тёмной угрозе. Только благодаря помощи храмов Ароса Брариндор мог дать достойный бой служителям храмов Миоса.
Глава 20
– В следующий раз будьте осторожнее.
Брат Амвросий закончил менять повязки. После стычки с демоном наёмникам довольно сильно досталось, благо ревнитель Ароса также разбирался и в целительстве, в том числе магической составляющей.
– Осторожность в таких делах вряд ли нам поможет, – покачал головой Вильгельм, который вторую половину пути до Плериандора шёл уже на своих двоих. – Мы видели врага, готовились к его атаке. Всю свою жизнь Бартем посвятил сражениям за Брариндор. Галарен странствовал с наёмниками и часто попадал в самые кровавые передряги. Теодмер пусть и кажется простаком, но его меткость и зоркость поразительны. Да и я проходил обучение у лучших мастеров. Но мы не волшебники. Такие твари нам просто не по зубам. Даже купленные обереги не помогли.
– Ваши обереги защищают от пагубного влияния одержимых тварей преисподней. Этот демон из тёмного пантеона Миоса.
– Да, я их отличаю. Только вот, когда в последний раз их видели в Брариндоре? Обычно они не вмешиваются в дела смертных.
– Обычно, – согласился Амвросий и спрыгнул с телеги. – Спасибо, что подвезли меня. Храни вас Арос.
– И вам того же.
Бартем направился в конюшню, где уже со своих денег оплатил чистку и лучшую кормёжку Велетуилу. Теодмер с Готриком пошли в ратушу за деньгами. Беззубого поймал лично брат Амвросий на одном из выходов и обещал замолвить словечко, чтобы награду выдали раньше. К слову, сам лидер бандитов видимо таковым по факту и не являлся. Бандитская ячейка уже давно подчинялась низшему демону Миоса.
В чём различие демонов преисподней от демонов Миоса? Для простого люда ни в чём. Но просто люд не отличит и демонолога от чернокнижника. На деле же всё несколько сложнее, хотя ненамного.
Демоны преисподней являются одержимыми. Алчность, жажда убийств или власть – очень многое может легко свести с ума простого смертного. Некоторые маги, поддавшись искушению теряют рассудок, в приоритет у них становится лишь нечто одно. Слабовольные теряют разум и после прикосновения дыхания преисподней превращаются в нечто, что наёмники видели в подземелье под храмом. Другие могут сохранить интеллект, становясь во главе сброда. Но в любом случае одержимые остаются безумными и хаотичными, они готовы сделать всё что угодно для утоления своих низменных желаний. С ними нельзя договориться, ведь они вероятнее всего ударят в спину. Они не могут себя контролировать, они именно что одержимые.
А вот демоны Миоса являются одним из видов смертных. Пусть они и выглядят ужасно, но назвать их однозначно злыми нельзя. Кроме того, Миос пусть и олицетворяет Тьму, но среди волшебников не воспринимается как нечто однозначно негативное. Как и паладины Света не все поголовно святые. Последователи Миоса чтят амбиции, гордость, силу, среди них процветает индивидуализм, который их зачастую и разделяет. Но все эти качества характеры любым смертным. Последователи Ароса же ценят смирение, покаяние и жертвенность. И зачастую Арос и Миос воюют между собой за влияние в мирах смертных, отстаивая свои убеждения.
Высшие существа и боги никогда не вмешиваются в эти дела лично. Им позволено действовать лишь через своих последователей и никак иначе. Ведь если боги Ароса войдут в мир смертных и сразятся с богами Миоса, то не останется и камня на камне. Это невыгодно ни первым, ни вторым. Ведь все высшие черпают силу от своих последователей. К тому же после победы Аенора в Священной Войне установилось некое подобие баланса. Лишь особо радикально настроенные последователи двух пантеонов продолжают вражду. То порой какой-нибудь излишне фанатичный паладин устроит резню мирно живущего молодняка в вампирском особняке, то какой-нибудь чернокнижник поедет кукухой и начнёт призывать демонов прямо под храмом Ароса.
Обычно подобные происшествия единичны и являются исключением. Однако после событий в Плериандора масштаб угрозы только рос. Ещё на входе в город Вильгельм видел сотника Плериантов. Могучий воин и маг прибыл к стенам города покрытый кровью в сопровождении десяти воинов, оставшихся от сотни. Уставшие от произвола светлых, тёмные последователи объединяются, сгущая тучи над Брариндором.
– Думаешь, король отправит прошение о помощи? – уже в таверне спросил Галарен.
– Нет, скорее всего нет, – ответил Вильгельм, садясь за стол.
Королевство Брариндор разрешало строить на своей территории храмы всем богам. До недавних событий даже пантеону Миоса поклонялись наравне пантеону Ароса. И как только тёмная угроза отступит, запреты ослабят и всё придёт в норму. Поклоняться можно было всем и всему, при условии, что храм платит долю в казну, а последователи богов не нарушают закона королевства.
Брариндор отличался терпимостью, и в то же время ни один из пантеонов не возвышался над другими. Кроме того, сами великие рода как правило не преклонялись перед богами. У королевства не было покровителя среди богов Совета, а сам Брариндор старался сохранять нейтралитет, чем и гордился.
Даже в самые тёмные дни угрозу в первых рядах встречал королевский род Парандальдов. Рядом стояли отчаянные и непреклонные Сэндранды, фланги прикрывали доблестные и верные Плерианты. Суровые и бесстрашные Мантрильдонды рвались в бой даже при виде куда более сильного противника. Позади стояли Дранодальды, благодаря монетам которых стало возможно вложить в руки воинов лучшие мечи и копья. А скрепляли бреши между всеми уже Орвандунальды, пример единства и сплочённости.
Не боги спасали Брариндор, а храбрые воины, ощетинившиеся копьями и готовые умереть за своих родных. Порой некоторые высшие в своих аватарах даже являлись к королю, предлагая покровительство. Всеми силами они пытались убедить Парандальда в том, что в этот раз королевству не справится без помощи Совета. Но каждый боги получали отказ. И каждый разный Брариндор справлялся с угрозой.
И спустя столько времени Брариндор до сих пор является одним из немногих королевств, где ещё придерживались таких принципов. В большинстве других государств правители становились марионетками в руках высших существ, а народы – пешками в игре богов.
Взамен за верность боги помогают смертным. Они избавляют земли от засухи, могут поделиться силой с верными последователями. Если демоны преисподней открывали разлом, то высший являл себя в выбранном аватаре и лично сражался в битве. Правда принимая одну из сторон, ты сразу становишься противников остальных высших. И вероятность того, что королевство станет полем разборок богов, вырастает многократно.
И на фоне всего этого приходится выживать простым смертным. Магия позволила провести в дома трубы с тёплой водой, магия позволила выводить новые породы лошадей для доставки товаров на другие части континента, магия позволила создавать зелья, магия дала возможность покорить небеса существам без крыльев.
Но в то же время магия создавала ужасных монстров, способных стирать с лиц целые королевства. Магия повысила среднюю продолжительность жизни, но энергочувствительные хищники продолжают устраивать набеги на поселения. Кузнецы создают кирасы из магической руды для воинов, но те умирают целыми армиями во время разломов в пространстве, которые порождают позабытых монстров.
– Нужно повысить наши шансы на выживаемость, – за кружкой эля произнёс Вильгельм. – Мы такими темпами долго не протянем.
– Нужно, только в том и суть нашей работы. Лёгкого способа нет. Нам платят за риск.
– Да, но мы можем вложить большую часть заработанных денег в снаряжение. Всяко лучше, чем пропить всё или спустить на шлюх.
– Многие с тобой не согласятся. Хотя я не против. И так собирался новых болтов купить. Да и кольчугу подлатать надо. На шлюх и не останется. Но хоть кружечку эля пропущу, – как-то уже совсем печально произнёс Галарен.
Арбалетчик и раньше особо разговорчивым не был, а после потери своего отряда так и вовсе стал совсем уж мрачным. И его понять довольно легко. Раз за разом наблюдать за смертями своих товарищей… Совсем скоро и твоя очередь уже подоспеет. Удача не бесконечная, а смерть сомкнёт холодные объятия на каждом.
Вильгельм же размышлял куда лучше будет потратить заработанные монеты. Фактически, рыцарю требовалось лишь формальное согласие Галарена. Готрик поддержит любое решение своего наставника. Бартем матёрый воин, который понимает всю важность данного вопроса и тоже согласится. Остаётся Теодмер, но его мнение можно не учитывать. Поноет и смирится.
Главное – не дать этому лучнику себя напоить, как в прошлый раз.
Глава 21
– Не передать словами силу моего возмущения. Ни в каких мирах не найти языка, способного описать сие безобразие.
– Теодмер…
– Нет, Готрик, я не замолчу. Ведь это же надо было до такого додуматься.
– Койф спасёт твою дурную голову.
– Не спорю, друг мой, не спорю. Но из-за этого холодного металла я потерял единство с природой.
– Давно в друиды заделался?
– Тебе меня не понять… – театрально вздохнул лучник, звякая своей новой кольчугой под стёганкой: с прошлым нарядом пришлось попрощаться.
– У тебя осталась твоя шляпа.
– Это лишь капля в море. Я чувствую себя смердом…
– Ты и так неблагородный.
– Ты в душу смотри, в душу!
На это Готрик просто закатил глаза, не собираясь продолжать беседу.
Вильгельм предложил решение по улучшению экипировки отряда и его поддержало большинство. Впрочем, этот момент по большей части коснулся лишь одного человека. Сам рыцарь и так обладал лучшим снаряжением, Галарен и Бартем тоже не нуждались в новых покупках, за состоянием экипировки следили сами. Снаряжение Готрика, конечно, выглядело не очень, но тоже являлось довольно практичным и надёжным.
А вот Теодмер… Эту проблему требовалось решать жёстко и непреклонно, что и сделал Вильгельм. Нормальная стёганка, с кольчугой, боевой топор на поясе на всякий случай. Кроме того, теперь за спиной лучника находилась походная поклажа. Кожаный ранец, личная фляга, кухонные принадлежности, да тюк со сменной одеждой. Правда перемену своего облика лучник не оценил, но и выбора ему не оставили.
– Я устал идти, – Теодмер в очередной раз завёл свою шарманку.
– Немного ещё осталось.
– У меня болит палец на ноге из-за этих дурацких сапог.
– Тебя никто силой не заставляет идти, можешь лечь под дерево и поспать. Правда ждать тебя никто не будет.
– Ещё и сыро так… Можно я сяду в телегу?
– Нет, Велетуил и так везёт слишком много груза.
– Да я на пять минуточек…
– Нет!
– Как же мне тяжело…
Нытьё Теодмера пришлось слушать до самого Бланота, поселения южнее Плериандора. При этом двигаться пришлось по равнине, где не было нормальной дороги. Пару раз даже колесо у телеги отваливалось, но Вильгельм всё предусмотрел, так что с починкой проблем не возникло.
Вскоре отряд добрался до поселения. В этот раз Вильгельм решил немного отдохнуть от опасных заданий и взялся за доставку небольшого груза. Буквально пару ящиков с неизвестно чем для неизвестного, которого удалось довольно быстро найти в указанной таверне. Скромная оплата не заставила себя ждать.
Но весь план путешествия в Бланот заключался в другом. Автором гениальной авантюры стал лучший предприниматель Брариндора, он же Теодмер. Со своим длинным языком и богатым словарным запасом, лучник быстро убедил своих товарищей в том, что Велетуил так-то просто проедает деньги. Однако этот конь и его телега способна приносить доход. Каждый незагруженный килограмм – убыток их частой торговой компании. Нужно использовать ресурс на максимум. «А походить и пешочком можно» прямо так и сказал Теодмер, который первым и начал ныть.
Но идея действительно была хороша. Ни твердолобый рыцарь, ни старый сотник его величества, ни арбалетчик, умеющий только убивать, не нашли никаких аргументов против. Так что телега оказалась загружена разным товаром. Жаль, что дальновидности Вильгельма хватило только на починку поломки телеги.
– Так, а собственно, что мы будем делать с товаром? Кому его продать то?
Торговая компания теперь обещала загнуться столь же стремительно, как и открылась. Ведь что делать с этим барахлом? Просто так по щелчку пальцев его сдать нельзя. Стоять на рынке и торговать тоже вариант так себе.
– Не переживайте, я разберусь. У меня тут связи, – Теодмер подмигнул командиру и скрылся. – Ждите меня с последним лучом солнца. Я приду вечером с востока, пьяный и с деньгами.
И после этих слов Теодмер растворился в толпе, буквально исчез вместе с гружённой телегой и целым конём.
– Господа… – после ухода лучника слово взял рыцарь.
– Тоже думаете, что мы навсегда потеряли нашего коня и вернётся он в лучшем случае просто пьяным и без денег?
– Готрик, не надо сомневаться в товарищах, – поучительно заявил Вильгельм. – А в Теодмера не помешает ещё и верить. Ведь кроме веры нам ничего и не остаётся.
– Не очень оптимистично.
– Ладно, сейчас вопрос в другом. Чем мы займёмся до вечера? Солнце ещё даже в зенит не вошло, времени полно.
– Ну, хех… – усмехнулся в усы сотник его величества, поглаживая свою бороду. – После успешно закрытого контракта можно выпить за Короля и Отечество, да плотно покушать.
– Нет, просиживать задницы до вечера мы не будем. Может на каменоломню сходим? Четыре крепких мужика там лишними не будут.
– За медяки гнуть спину я не собираюсь, – Галарен сразу же отказался от весьма сомнительной идеи. – Пойду лучше поохочусь. Зря я что ли арбалет покупал?
– Резонно. Остаётся ещё трое.
– Я для каменоломни точно староват, – прямо заявил Бартем.
На этом моменте Вильгельм ненадолго задумался. Но вдохновлённый недавней речью лучника про предпринимательство, рыцарь теперь твёрдо решил использовать на полную в том числе и человеческий ресурс, а не только телегу с конём. Нечего прохлаждаться в таверне. Каждому можно и нужно найти применение.
Решение нашлось довольно быстро. Бартем так-то матёрый воин, ветеран армии, бывший сотник его величества. Пусть он и не инструктор, но опыт его неоспорим. Готрик молодой и не очень опытный, ему нужны тренировки. Как всё удачно получилось.
Оставался непосредственно сам командир отряда, который всё же решил отправиться на каменоломню. Да, эта работа недостойна рыцаря, но Вильгельм и так уже пал слишком низко, продавая свой меч и возя «неизвестные» товары для всяких «незнакомцев». Гордость уже была продана, хуже от таскания камней точно не станет.
К тому же тяжёлый труд оказывал медитативное воздействие. В нём удавалось забыться почти также легко, как и в битве. Так что Вильгельм отправился таскать телеги с полезными ископаемыми. Благодаря своей физической силе рыцарь работал за нескольких, так что договориться о работе не составило труда. Оплата тоже оказалась приличной по местным меркам, правда всё равно медяки оставались медяками и ничем более. Но всяко лучше, чем пьянствовать в таверне.
Отдохнуть же вполне получится и вечером. К тому же до следующего серьёзного контракта ещё нужно вернуться обратно в Плериандор, что также занимает почти сутки чистого времени без учёта на привалы. Да и сам рыцарь не собирался надрываться.
С участьем Вильгельма работа на его участке сразу пошла куда быстрее. На этой каменоломне открытого типа добывали, как и просто куски пород для строительства, так и уголь. А чуть глубже внизу находились так и вовсе шахты, где добывали магические руды.
Именно эта каменоломня и стала главной причиной создания поселения Бланот. А добытые ресурсы потом расходились чуть ли не по всему Брариндору, где мастера создавали искусные изделия, которые потом даже отправлялись на кораблях в другие государства.
Брариндор пусть и не может тягаться с лидерами континента, до эльфийского Кеенора ему как до одной из лун Эримоса. Однако отсталым королевство людей на западной части крупнейшего континента назвать уж точно нельзя. А если вспомнить историю, то когда-то Брариндора и вовсе боялись те же эльфы.
Но конец четвёртой эры ознаменовало не только завершение Священной Войны. Тогда же Кеенор дал бой союзу молодых рас, которых вели в бой герои уже позабытых эпох. Тогда же все эти герои и погибли, забрав с собой лучшую эльфийскую кровь, в том числе и предыдущего короля-дракона.
И что самое интересное, в этой бойне не было вины богов. Эльфы поклонялись стихиям и первородным, а не богам. Союз молодых рас также не признавал величия Совета, где стало появляться так много бывших смертных.
В основу войны лёг конфликт великих родов, основатели которых когда-то дали начало тем людям и эльфам, которые теперь населяют Эримос. Великие воины, высокие и могучие, живущие тысячелетиями. Они являлись предками сегодняшних смертных, которые так измельчали. Правда нельзя сказать, что это плохо. Ведь именно количество в результате и позволило молодым видам вытеснить своих предков.
Даже если бы в той войне не погибли последние представители величия четвёртой эры, то естественный отбор сделал бы своё дело в скором времени. Тогда же стало понятно, кто уйдёт следующим. Эльфам осталось недолго властвовать в этом мире. Как и другим древнейшим видам смертных, вроде драконоидов, прямоходящих потомков древних драконов. Их осталось слишком мало, рождаемость слишком низкая, а смертность высокая.
Время придёт и великим родам Брариндора, которые берут начало из времён первых героев. Уже сейчас даже Парандальды сильно измельчали, являясь лишь тенью могущества своих предков. Да, король Брариндора всё ещё сильнейший в королевстве, его уважают и за границами королевства. Но со своими предками он никогда не сравнится. Впрочем, в этом и нет нужды. Изменение – суть прогресса, старому приходится уходить, чтобы дать место новому. Хотя некоторые называют это вырождением.
Одну телегу руды за другой Вильгельм выносил из туннелей внизу каменоломни. Затем удивительные механизмы из подвижных блоков и канатов поднимали руду вверх. Огромные и внушительные нории, своими ковшами зачерпывали добытые ископаемые внизу, после чего поднимали их чуть ли не на самый верх каменоломни. Работали нории благодаря вращательным механизмам, которые двигались благодаря водяным колёсам. Последние установили прямо внутри каменоломни, когда нашли подземную реку.
Не так далеко от самой каменоломни находились уже мастерские, где производили строительные блоки. Некоторым кускам просто придавали нужную форму, после чего отвозили на постройки жилых зданий. Но порой над добытыми породами трудились даже маги. Волшебники накладывали невидимые узоры, а блоки отправлялись уже на постройку крепостей и замков. После добавления скрепляющих веществ прочность стен увеличивается в несколько раз. К тому же благодаря защитным чарам ни один маг уже не сможет просто так снести постройку, изготовленную из таких блоков.
Раздался звон колокола, после чего работники устроили перерыв. Условия труда, конечно, оставляли желать лучшего, но прямо уж рабством подобную работу назвать всё же нельзя. Платили здесь всегда достойно, кормили всех за счёт владельца каменоломни. Даже простые носильщики получали прилично медяков, правда с такой нагрузкой средняя продолжительность жизни оставляла желать лучшего.
А вот обслуживание тех же норий или обработку блоков можно считать и вовсе за престижную профессию, которая хорошо оплачивалась. Рабский же труд в Брариндоре уже толком нигде и не использовался из-за своей не самой лучшей эффективности. Времена рабства в королевстве закончились тогда же, когда закончились завоевательные походы, более четырёх тысяч лет назад.
После той битвы у стен Лантинаэля остатки разбитых армий вернулись на свои земли, но уже без своих королей. С тех самых пор королевство Брариндор потеряло интерес к чужим территориям. Слишком многое пришлось отдать в войне, в которой по конечному итогу не было никакого смысла. В ней не оказалось победителей.
Глава 22
В Бланоте пришлось задержать на пару дней. Теодмер попросил проявить терпение, его переговоры немного затянулись. За это время не произошло чего-то удивительного или крайне важного.
Галарен всё также пропадал в лесу, возвращался с тушками всякой мелкой дичи. Их он загонял фактически за бесценок тавернщнику, а тот взамен лишнюю кружку наливал или скудное на мясо рагу бесплатно на стол ставил.
Бартем тренировал Готрика. Но каких-то успехов они тоже не достигли. Всё же стоит понимать, что сотник его величества не наставник. Он ветеран, который командовал сотней, громко кричал и действительно хорошо махал мечом. Только вот для обучения кого-то необходимо обладать не только опытом, но и менторскими навыками. Именно по этой причине Бартем и не смог остаться обучать молодняк. Другим инструкторам королевской армии он и в подмётки не годился, а ехать куда-то в богом забытую деревню и обучать ополчение держать вилы… После стольких лет службы… Чувство обиды резало гордость подобно раскалённому ножу.
Вильгельм же продолжал вкалывать на каменоломне. Наставник из него был ещё хуже, чем из Бартема. Лидерские и управленческие навыки оставляют желать лучшего. От простых людей рыцарь отличался лишь огромной физической силой и дорогим снаряжением. Можно было бы пойти в инструкторы, чем-то подобным Вильгельм даже пытался заниматься, но… Находится на тёплой должности лишь из проявленной к тебе жалости и уважению к знатной фамилии. Лучше уж камни таскать за медяки.
– И вот он я! – завалился в таверну радостный и уже подвыпивший Теодмер.
– Ты продал то барахло? – подозрительно уточнил Вильгельм, надеясь, что лучник не пропил весь товар.
– В каком-то смысле определенно да.
– Что это значит? – Подозрение лишь возросло от такого ответа.
– Ну-у-у… – протянул Теодмер, отводя взгляд в бесконечную даль, которая оканчивалась стеной таверны. – В общем-то, вот!
И лучник положил прямо в центр стола мешок с деньгами. Внутри находились в основном медные и серебренные монеты с малым номиналом из-за чего создавалась иллюзия огромной суммы из-за количества самих монет.
Но даже так Вильгельм был более чем уверен, что здесь находилось куда больше денег, чем отряд отдал за барахло купленное в Плериандоре. Ненамного, но больше, что не могло не радовать. Что уж говорить, после трёх дней угрюмых размышлений и мрачных ожиданий рыцарь уже сто раз успел пожалеть о том, что решил поиграть в торговцев.
– Ну что же, теперь можно отправляться обратно, – довольно произнёс Вильгельм, ведь поездку более чем можно назвать удачной: никаких рисков, а прибыль в общей сложности довольно приличная, жить можно.
Однако стоило рыцарю только покинуть таверну, как на улице он сразу же увидел Велетуила и груженною телегу.
– Не понял… – Вильгельм медленно перевёл взгляд с груженной телеги, на кошелёк с монетами, потом обратно. – Это ещё как? Откуда деньги, если ты не продал товар?
– Я его продал, это новое барахло. Присмотрись.
– Зачем ты его купил?
– Обменял, а не купил. Бартер. А это загоним уже в Плериандоре.
– Подожди. Это же сколько получается мы на этом заработаем? Прошлая партия уже окупилась, а тут ещё одна… – Вильгельм обрадовался ещё сильнее. – Как тебе это удалось?
– Вы слышали про пирамиды Иатии?
Теодмер ловко сменил тему и тут же заговорил зубы своему командиру. Оставалось лишь гадать при чём тут собственно загадочные пирамиды юга, если речь шла о чудесном появлении денег. Но бранящейся стражи Вильгельм не видел, а значит всё нормально и законно.
Вскоре отряд отправился прямо по истоптанной тропе через равнину, которая несколько раз ещё сменится холмами. Прокладывать полноценную дорогу между Бланотом и Плериандором королевство сочло невыгодным. В основном все полезные ископаемые доставлялись из Бланота на юг, в земли Дранодальдов, в частности в Алертон.
К тому же постройка полноценной дорогие между Бланотом и Плериандором сразу же оживит торговлю между двумя поселениями. И проблема не столько в конкуренции между родами, сколько в том, что Плериандор и Бланот находятся на границе со степями. А в степях живут кочевники. И как только на границе появится оживлённый тракт с кучей караванов, сразу же начнутся конфликты с этими степными дикарями.
К тому же в Брариндоре не один только Бланот добывал магические руды. Ресурсов хватало всем, у Плериандора на западе тоже имелись свои шахты. Более редкие ресурсы можно возить и через столицу королевства, попутно закупая и продавая товар в городах по пути. Такой подход куда более безлопастный и эффективный. Особой нужды в качественной дороге между Бланотом и Плериандором просто по факту не было. Деревням на этом участке хватает и их троп.
– Чувствую запах чего-то прекрасного и невообразимого… – вдруг Теодмер замер и начал принюхиваться. – Природа хочет мне что-то сказать… А, нет, показалось. Это мой вкуснейший панцирник. Многое я сделал и ещё большее сделаю, но сегодня я крайне благодарен сам себе за то, что предусмотрительно купил этот прекрасный бутерброд для себя. Теперь он скрасит этот полдник. Знаете, почему этот бутерброд прозвали панцирником? В честь Панцирей, армии простых смертных, что хранила когда-то Священные Земли. Среди них не было сильных магов, в основном все те, кто так и не смог добиться чего-то большего чем увеличения своей физической силы. Все они носили тяжёлую броню, панцири, кирасы, иногда латы. Но называли их всех панцирями в честь основателя, который носил могучий доспех. И выделялся в его образе всегда панцирь, от которого отскакивали даже пики и удары кавалерийских копий. После смерти части доспехов основателя достались его наследникам, которые продолжили его дело. Жаль, что никто из них не дожил до нашего времени. Как и оказались утерянные их реликвии в битвах прошлой эры.
– Действительно чем-то пахнет, – вдруг опомнился и Вильгельм.
– Да, это кволинский соус. Очень вкусный и ещё тёплый. Будешь кусочек?
– Да иди ты со своим бутербродом! – отмахнулся рыцарь и начал озираться по сторонам: чутьё сразу же забило тревогу.
– Кажется вот там что-то… – Галарен указал в сторону, где вдали, слева, у горизонта слегка виднелись верхушки могучих хвойных деревьев.
Отряд ещё минуту стоял и пытался понять, что же там такое. После чего всё стало предельно очевидно.
– Пожар, – произнёс Готрик, когда чёрный дым стал достаточно густым. – И этот запах… Костёр так не пахнет.
– Нужно проверить, – недолго думая, рыцарь тут же принял решение.
Никто спорить с ним не стал, разве что Галарен лишь как-то странно ухмыльнулся. Но приказ арбалетчик исполнил и отправился вслед за отрядом.
И чем ближе Вильгельм приближался, чем сильнее становился дым, тем сильнее билось сердце. Странный, едва уловимый запах становился сильнее, до этого его можно было легко спутать с запахом сырой земли, но теперь ошибки быть не может. Так пахнут мертвецы, запах свежевырытой могилы, который сопровождает армии нежити.
– Поспешим, – отдал новый приказ Вильгельм и отряд ускорился.
Затем в ноздри ударила вонь горящей плоти. Крики и плач проносился среди хвойных деревьев. Словно копьём тишину пронзил слабый лязг стали.
Армия с пустыми глазами, в тёмной глубине черепов которых горели красные огни, стояла кольцом вокруг поселения. Ополчение укрылось в центре, за внушительным частоколом, но спрятаться успели не все. Гремели сражения в улочках, где мёртвые застали врасплох живых.
Нежити было много, действительно очень много. Среди ветхих мертвецов уже стояли и свежие трупы. Однако это была тупая нежить, среди них очень много бывших селян, у которых нет ни оружия, ни брони.
– Сбрасывайте мусор с повозки, – остановившись произнёс рыцарь.
– Это наши деньги. Поселение уже захвачено. Эти жители потеряли всё, им нечем платить, – холодные слова принадлежали Галарену.
– Я сказал, сбрасываем мусор с повозки, – с рыком пробасил Вильгельм, надевая полный шлем.
Спорить с рыцарем арбалетчик не решился. Через секунду весь товар был сброшен на землю, а в повозку залез Теодмер и сам Галарен. Бартем с Готриком на своих двоих стали по флангам от лошади. Рыцарь шёл впереди.
Нежити действительно было много, но она рассредоточилась по всему периметру. Лишь изредка встречались группы тварей, которых бы и сам Вильгельм в одиночку одолел. А вместе с отрядом прорваться к центру казалось и вовсе простой задачей.
Своим мечом рыцарь легко разил сразу по несколько мертвецов. Слева мелькало копьё Готрика, который действовал медленно, но без промаха и бил точно в голову. Уверенно держался и сам сотник его величества. Из телеги без остановки летели стрелы и болты.
– Новые подходят, – буркнул Галарен, поглядывая назад.
Там, у границы кольца нежити уже затягивалась брешь, которую создали наёмники. Новые мертвецы со все округи шли сюда. Места поверженных заменяли трупы из соседних поселений и позабытых курганов.
– Прорвались сюда, прорвёмся и отсюда, – уверенно произнёс Вильгельм, останавливаясь около ворот частокола. – Открывайте!
– Это некромант! Не верьте ему! – донёсся из-за ворот старческий голос.
– Заткнись, дурень! – рявкнул второй человек, после чего раздался деревяный стук и ворота отворились. – Быстрее заходите!
Вторым человеком оказался не командир ополчения, а дозорный аванпоста. Характерные отличительные знаки на наплечники говорили о офицерской должности солдата, который прибыл по тревоге к поселению. Рядом с ним стояли и другие дозорные, правда лошадей что-то стало заметно меньше.
– Нужно отступать. У вас как раз есть две лошади. У нас тоже ещё одна. Телеги имеются. Посадим туда раненных и немощных… – сразу же Вильгельм попытался взять ситуацию в свои руки.
– Что? По-твоему, мы тут сидим просто так?! – командир дозорных резко прервал рыцаря, после чего истерично рассмеялся.
– Ну… – особой дальновидность Вильгельм, к сожалению, явно не отличался.
– Иди за мной, – подозвал офицер, поднимаясь по ступенькам над частоколом. – Смотри.
И Вильгельм начал смотреть. Вокруг горели дома, где-то дожирали последних выживших в их собственных подвалах. Нежить медленно бродила по улочкам между хижин. Вдали, среди стволов хвойных гигантов подбирались чуть ближе вереницы мертвецов со всей округи.
– Много трупов, очень много. Соседним деревням досталось не меньше.