![](/files/books/160/oblozhka-knigi-zolotoy-grifon-si-376496.jpg)
Текст книги "Золотой Грифон (СИ)"
Автор книги: Владислав Афинский
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 17 (всего у книги 18 страниц)
Глава 29
Резко Вильгельм распахнул свои обожжённые веки, вместе с тем возвращаясь в сознание. В боку торчал кусок рога демона, которому удалось пробить не только броню, но кажется даже рёбра. И судя по горящим болью венам, в кровь попал какой-то яд.
Правой рукой рыцарь схватился за рог, но тут же передумал его вытаскивать. Сейчас эта дрянь единственная причина, почему вся кровь ещё не вытекла из умирающего тела.
Стиснув зубы, Вильгельм медленно поднялся на ноги. После прыжка того демона рыцарь провалился кажется на первый этаж руин. Но нигде нет ни туши монстра, ни меча. Да и звук битвы почему-то стал тише. Быть может из-за контузии? Или сражение уже ушло куда-то дальше?
Медленно рыцарь проходил сквозь руины здания, пробиваясь к свету огня горящего города. Как оказалось, Вильгельм упал не на первый этаж, а на третий. После преодоления очередного обломка он вышел на край здания. Жилой многоэтажный дом вдруг просто резко закончился, будто кто-то его по полам разрубил.
Но посмотрев на поле битвы, рыцарь сразу же понял причину. Здесь прогремело сражение Сагарита с тем высшим демоном. Вряд ли кто-то кроме Барлерота мог оставить прямо по среди разрушенного квартала огромную расщелину, внизу которой вспышками играло адское пламя. Видимо точка в поединке мага земли и рогатого демона ещё не поставлена.
Чуть ниже, на втором этаже лежала та самая шестилапая тварь. Она ещё дрыгалась, но вроде как сдохла. Просто меч застрял прямо в морде. Клинок вошёл в череп, а затем остриё удачно пошло прямо вдоль позвоночника. Наверное, металл касался нервов, вот тело и сокращалось.
Аккуратно спрыгнув, Вильгельм заковылял прямо к монстру, как вдруг земля затряслась. Расщелина начала расширятся, поглощая ещё больше демонов у её края. А вместе с тем начали разрушаться и здания, в том числе и жалкие руины, в которых находился рыцарь.
Ко всему прочему тварь ещё и задрыгалась: своим хвостом монстр пытался схватить человека. Видимо, демон оказался лишь частично парализован.
Сам Вильгельм тоже был ранен, но всё же даже так все шансы были именно у человека, который уже подобрал деревянный обломок и мощным ударом сломал хвост, а затем вонзил импровизированную оружие во второй глаз демона, прямо рядом с мечом.
Расщелина на главной улице становилась всё больше. Земля затряслась сильнее. Огонь ударил из недр земли. А туша уже точно мёртвого демона вдруг пришла начала двигаться к краю из-за накренившегося в сторону разлома здания. Сразу же Вильгельм схватился за торчащую рукоять своего меча, реликвию рода Орвандунальдов, чей потенциал попал в руки самого бесполезного человека.
Вкладывая все свои силы, рыцарь тянул своё оружие, но оно не поддавалось. Ещё один толчок земли и здание накреняется ещё сильнее, туша начинает скатываться куда увереннее, медленно затягивая и самого человека, который не мог отпустить свой меч.
Боковым зрением Вильгельм начал искать возможности. Схватился за обломок несущей стены второй рукой. Но это лишь обстрачивало неизбежное. Клинок всё никак не хотел вытаскиваться, будто мышцы демона после смерти превратились в камень, что, впрочем, неудивительно. Демоны всегда стремятся поднасрать смертным даже после своей гибели.
Продолжая искать спасение, рыцарь вдруг увидел справа, во внутреннем дворе странно одетых людей, которые убивали демонов. Никаких знаков отличия, самое разное снаряжение и вооружение. Это были наёмники.
Среди них находились и солдаты Грулара, которые помогали им пробиться к уцелевшему зданию, где командир сотни держал оборону из последних сил. С ними почему-то так активно спорил Готрик, яростно жестикулируя и указывая в центр города, а затем на переулок, где умер Бартем.
Тогда Вильгельм перевёл взгляд к центру Плериандора и чуть было не ослабил хватку. Там, за второй линией стеной замер возвышающийся даже над самыми высокими наблюдательными башнями демон. Монстр высотой в более чем тридцать метров превращал в руины город одними своими шагами. Демонологи призвали самого Кулгаса, рёв которого разорвал реальность и создал ещё больше новых разломов.
Полчища преисподней уже убивали даже собственных союзников из числа порождений Миоса. Сами же чернокнижники тоже начали что-то понимать и уже уводили войска. Ими цинично воспользовались, их обманули, демоны оказались не заинтересованы в захвате города. Лишь разрушение и ничего более, других целей Кулгас и его слуги не имели.
Обезумевшие твари хлынули новой волной, основная часть бежала к своему повелителю, чья могучая воля и направляла теперь армии. Однако некоторые демоны разбегались и по уже захваченным врагом территориями, доедая останки и добивая чудом выживших смертных.
Тем временем некоторые наёмники уже начали отправляться к укреплениям солдат короля. Воины спрятались внутри здания, где куда легче держать оборону, нежели в том же внутреннем дворе. Только Готрик продолжал что-то настаивать, а к нему присоединился и Теодмер. Солдаты и последние наёмники плюнули на всё и просто оставили двух упёртых баранов одних.
А демоны из новых разломов были всё ближе, наплевав на всё они уже пытаются перепрыгнуть через расщелину. Большая часть исчезает в недрах земли, но некоторым удаётся перебраться на другую сторону.
И Готрик с Теодмером почему-то начинают бежать, но не в сторону укреплений, а к главной улице. Скрывшись в переулке, они вновь показываются уже слева, на самой главной улице, где начинается неравный бой с демонами.
Твари преисподней увидав живых сразу же начали с новым натиском пытаться преодолеть расщелину, которая продолжала расти. Лучник стреляет метко, но всё больше тварей оказываются на той стороне.
Шестипалая туша с очередном толчком земли вдруг разломала под собой часть пола у края. Хрустнула стена, за которую держался Вильгельм. Рыцарь упал, после чего со всей дури вмазал перчаткой в пол, пробив доски и кое-как сумев удержаться.
Тело разрывалось от боли, захрустели кости, большая часть туши демона теперь свисала над бездонной пропастью, угрожая забрать с собой не только меч, но и самого рыцаря. Тем временем один из демонов уже сбил с ног Готрика.
Последний символ памяти о своём отце. Клинок, который был передан единственному уцелевшему члену рода. Металл клинка сверкал в огне бушующего вокруг пожара. И этот эфес, почему-то вдруг ставший напоминать смотрящий с осуждением взгляд. Будто сам меч сетовал на свою судьбу. Его острое лезвие могло бы сражать великих врагов, но находилось в руках уже даже не рыцаря, а какого-то наёмника…
– Да гори оно всё синим пламенем! – раздался рёв и туша вместе с реликвией рода Орвандульдов скрылась в огненной бездне.
Сам же Вильгельм устремился прямо к главной улице, спрыгивая с руин. Рана заныла ещё сильнее, тело в некоторых местах начало неметь, а сознание медленно уплывало в долину вечного спокойствия, где нет ничего.
Отдавая последние силы, рыцарь развил свою максимальную скорость, попутно расплескав по дороге собственную кровь. Никакого оружия в руках не было, но убить можно и кулаком, если достаточно сильно вмазать. А если бьёшь в висок или затылок, но слово «сильно» можно даже убрать.
Тараном Вильгельм снёс какого-то демона, затем ударом ноги смял черепушку следующей твари, пока Готрик пытался выбраться из-под мёртвой туши, утыканной стрелами монстра. Ещё одно создание преисподней спрыгнуло с крыши, но в него сразу же врезался с новым натиском рыцарь. По инерции демон оказался откинут назад, после чего врезался спиной в здание. И сразу же его впечатлил ещё более сильный второй натиск рыцаря, который повторно пригвоздил тварь к стене.
Со всей дури тяжёлыми латными перчатками Вильгельм бил тварь, прижимая ту прямо к стене. По шлему царапали когти, слетел в сторону изуродованный наплечник, но каждый удар кулака сопровождался хрустом. С непередаваемым остервенением рыцарь ломал кости твари, вырывал рёбра, после чего вонзал их обратно в тушу. После чего наконец-то повалил тварь на землю, ударом локтя размозжил затылок.
– В здание! Скорее!
Рядом уже встал лучник, выпуская свои последние стрелы. Через несколько мгновений троица уже оказалась внутри здания. Покрытый кровью Вильгельм сразу же опёрся на стену и присел. Готрик и Теодмер принялись баррикадировать проход, не обращая внимания на изуродованные тела мирных жителей и солдат, чью оборону здесь уже однажды прорвали.
– Какого хрена вы сюда попёрлись? – с тяжёлой отдышкой спросил Вильгельм. – Почему не остались с Груларом?
– Нужно помочь принцу, – ответил Теодмер, толкая перед собой тумбочку.
– Принцу? Армия короля прибыла? – надежда загорелась в глазах рыцаря: быть может есть ещё шансы выжить.
– Только авангард сил, под предводительством юного принца. Ни пехота, ни кавалерия ещё не прибыла. Лишь грифоновы наездники вырвались вперёд. Но им нужна помощь.
– Помощь?
– Принц и лучшие маги королевства сейчас сражаются с той гигантской тварью. Не иначе как это сам Кулгас явил свой гнев из преисподней.
– Лучшие маги не справляются? – с уже стекленеющими глазами спросил рыцарь.
Юный принц Нандрилион Парандальд лично возглавил прибывшую на помощь армию. И пусть его прозвали юным, однако возраст того уже перевалил за сотню. Просто среди наследников он был самым младшим, да и лицо его сохранило молодость. Кроме того, принц несёт в себе королевскую кровь. Он сильный маг, которого обучали лучшие мастера Брариндора. Каждый в его гвардии также является превосходным воителем и магом, который оказался достоин чести нестись в битву на белокрылых грифонов рядом с младшим наследником престола. Каждый такой всадник по силе равен или даже превосходит того же Сагарита. И им помогают лучшие силы Плериандора, в лице Хранителя Востока и цвета рода Плериантов.
– Даже они не справляются… Так что же можем мы?
– Орудия. Огромные метательные машины устанавливались на все здания. На десять обычных катапульт приходится один «Убийца Драконов».
– Такие орудия стоят по всему Плериандору. Видимо они не помогают.
– Потому что чёртовы бесы своими телами заслоняют снаряды и мешают инженерам стрелять. Но мы уже за линией фронта! Выстрелим в затылок гаду. Этого никто не ждёт.
– Ничего не получится.
– Нужно попробовать. Что нам ещё остаётся? – без тени сомнений произнёс Теодмер, после чего перевёл взгляд на рыцаря. – Вильгельм?! Чёрт, он потерял сознание.
– Поднимайся наверх! – рявкнул Готрик, рядом с головой которого демоническая рука пробила стену.
– А ты…
– Я уже давно не ребёнок! Иди, только ты хоть что-то понимаешь в стрельбе!
Бросив последний взгляд на застывшего у стены рыцаря и его оруженосца, лучник побежал по ступенькам на крышу.
В руках Теодмер сжимал короткий меч, которым и прорубал себе путь среди трусливых падальщиков. И вот вскоре появилась та самая крыша, где солдаты установили дополнительное орудие.
– О, нет… нет-нет-нет…
Огромное орудие, сделанное из исключительно магического металла. Три пары гигантских плеч и тетива способная выдержать на себе сотни, нет, даже тысячи килограмм. Каждый снаряд – двадцатикилограммовое копьё и магическим наконечником. Это орудие создавалось для убийств великанов и прочих огромных тварей. И сейчас передняя часть этого арбалета упёрлась вниз.
– Нет, ну же! Работай! – восклицал лучник, толкая не поддающийся магический металл.
Но и механизм, который вращал эту конструкцию, оказался сломан. Шестерён не хватает, хотя даже если удалось бы повернуть орудие, то всё равно выстрелить удалось бы только вниз, прямо в пол, из-за сломанной передней опоры. Сама же конструкция, сделанная из металла, весила слишком много, чтобы её поднять.
– Рычаг, давай же, я читал про тебя в книгах.
Теодмер действительно много читал, много путешествовал и много знал. Нужна лишь опора и какой-нибудь дрын, в целом и сам снаряд, напоминающий копьё подойдёт. В его прочности сомнений нет, длинна вполне подходящая.
Выбрав опору, лучник начал пытаться хотя бы приподнять конструкцию, но тщетно. Рычаг не двигался.
– Дерьмо, ладно, есть ещё идея, – сдаваться вот так просто Ульмар Убийца Драконов явно не собирался и залез на обломок, с которого спрыгнул прямо рычаг. – Срань Ароса!
В результате лучник просто упал, а рычаг лишь слегка пошевелился. Так ещё из-за падения Теодмер головой приложился и, кажется, ногу вывихнул. Корчась от боли, со слезами на глазах, лучник пытался справиться с болью, как вдруг конструкция задрожала.
У передней части орудия находился Вильгельм. Его руки впились в металл, от чего трещали латные перчатки. Ноги дрожали от невиданной нагрузки, хребет грозился дать слабину. Зубы крошились от напряжения, сосуды полопались в глазах, кровь хлынула из ушей, ноздрей и раны, заткнутой рогом. Противно хрустели кости.
Но вместо того, чтобы остановиться, рыцарь сделал дикий рывок из-за чего даже доспех пошёл трещинами, пластины отлетели, а вместе с тем чудовищного веса орудие неуклонно поднималось всё выше. Сломившись перед волей рыцаря, инженерная машина уже легла на подставленные плечи, позволяя подключить больше мышц спины. Много знал историй Теодмер, почти никто в них не верит. Так будет и с произошедшим сегодня.
Лучник не знал сколько ещё выдержит умирающее и истекающее кровью тело рыцаря, поэтому поспешил закинуть снаряд, начав натягивать тетиву с помощью трёхметрового рычага, на конце которого должны стоять трое крепких мужчин для эффективной и относительно частой стрельбы. Но здесь сейчас находились только один Теодмер и один Вильгельм.
– Левее, ещё левее…
Делая одно движение рычагом за другим, лучник уже почувствовал, как у него немеют руки от одного только натягивания тетивы. Попутно он также раздавал указания Вильгельму, который на себе держал переднюю часть орудия, попутно делая шаг за шагом, пока его собственная кровь оставляла мерзкую полосу.
А в глубине города шла неравная хватка. Другие орудия сыпали снарядами по Кулгасу, но убивали его слуг. Десятки грифонов зависли над его головой, устремляя разрушительные заклинания в своих врагов.
Сильнее всего выделялся юный принц, на которого и тратил почти всё своё внимание сам Кулгас. Высший демон преисподней обменивался мощными ударами воли с маленьким, но не слабым человеком.
В какой-то момент Нандрилион не удержался на своём грифоне. Но падение принца было превращено ещё в одну атаку, копьё вонзило прямо в ладонь демона, которая сразу же взорвалась за тысячи ошмётков.
Но из-за спины Кулгаса уже вылетели новые конечности. А пасть его разверзалась прямо над приземлившемся на крышу здания Нандрилионом. Адское пламя столкнулось со штормом из молний, сам Алдиос Верный направил свои ветра в бой, чтобы изменить поток проклятого огня, после чего остальные воины попытались воспользоваться возможностью. Но Кулгас тоже дрался не один.
Силы сражающихся оказались равны, никто не мог получить преимущества, чтобы развить его до победы. В результате бой затягивался, потери росли, лучшие герои Брариндора умирали, а солдаты сдавали позиции и отступали от одного взгляда слуг высшего демона. А если уж взгляд самого Кулгаса касался плоти, то смертные солдаты умирали прямо на месте.
– Пусть мне снова повезёт, пусть мне снова повезёт… – шептал Теодмер, наводя орудие с помощью дрожащего от нагрузки Вильгельма.
Слишком огромное расстояние, слишком стремительно меняется поле боя, слишком сильный ветер, да и само орудие двигается. Лучник смотрел в ходящий ходуном прицел, в ожидании того самого момента, пока силы дрожащего от нагрузки рыцаря стремительно таяли.
И вот Теодмер нажал на рычаг. С чудовищной силой расправились плечи инженерной машины. От отдачи обвалилась крыша, сам Вильгельм отлетел к краю, как и Теодмер чуть было не сломал позвоночник. Всё из-за того, что орудие было изначально сломано, без второго фиксатора спереди, после залпа сломался и первый.
Но через всю неразбериху полетел двадцатикилограммовый снаряд. Прямиком из того направления, где, казалось бы, оборона врага уже давно сломлена.
Трудно сказать планировал ли Алдиос Плериант создать очередной поток в новом месте или же эта удачная случайность. Но ветер подкорректировал полёт снаряда, устремляющемуся прямо к затылку. Это заметили и главные силы двух армий. Ведь лучшие маги и сильнейшие демоны полагались не на зрение, а на магическую чувствительность.
Снаряд летел вперёд, уже начал сверкать его магический кристалл на наконечнике. И один из слуг Кулгаса, могучее существо, сражавшийся сразу с тремя воинами гвардии грифонов, взмахнул своими демоническим крыльями и взлетел к небо, повинуясь воли хозяина. Демон легко отвел снаряд в сторону, который взорвал осадную башню.
Казалось сущее мгновение, неважная ерунда, которая не может повлиять на исход битвы. Но вот уже три гвардейца сразу же изменили свою тактику, накинувшись группой на новую слабейшую цель, выжимая всё из полученной возможности.
Хрупкий баланс сил нарушился из-за этого манёвра твари преисподней. Как только демон отразивший снаряд вернулся в бой, он уже встретился с пятью гвардейцами, которые его и убили. Одним за другим, подобно карточному домику, подчинённые Кулгаса начали подыхать и сдавать позиции.
А вместе с тем и Нандрилион Парандальд больше не беспокоился, что на него неожиданно нападёт какая-то тварь. Всю свою мощь он сконцентрировал исключительно на Кулгасе. Тоже сделал и Алдиос Плериант.
Мощь Хранителя Востока чудовищным вихрем в небесах создала гигантскую воронку. Величайший маг воздуха подчинил себе изменчивую стихию. Сам же Нандрилион являлся магом молний, что уже начали свой смертельный танец среди облаков. А затем гигантский сверкающий искрами столб пронзил Кулгаса, разрушая его связь с реальным миром.
Тело твари преисподней ещё только разваливалось на куски, а гвардия грифона уже рассредоточилась по всему городу. То же сделал и сам Нандрилион, устремившись прямо к первой линии обороны.
Огромная вспышка молний сопровождала появление юного принца Брариндора. Одним усилием воли он превратил в пепел сотни низших демонов, даже не повернув в их сторону ни головы, ни своего копья.
И приземлился Нандрилион прямо к тому месту, откуда был пущен снаряд. Одним движением руки с его брони слетели печати Ароса, одаривая проклятое место святым сиянием Ароса. Демоны исчезали, а раненные исцелялись.
Когда Вильгельм вынырнул из объятий тьмы, он увидел принца Брариндора лично. Будучи благородной крови и одним из важнейших людей королевства, этот человек не позволил гордыне взять верх, ни на кого он не смотрел свысока. И почувствовав появление Кулгаса, он сразу же несмотря на все риски ринулся со своей гвардией в бой, в последствии рискуя жизнью, как обычный солдат.
И Нандрилион действительно рисковал жизнь, это было видно и по его грифону со сломанными лапами, и по расплавленной броне, сквозь трещины которой текла королевская кровь, которая не была голубой, а такой же алой, как и у всех. Само же лицо принца закрывал оплавленный шлем. И если раны Вильгельма исцелились от одной печати, то раны Нандрилиона носили магических характер.
– Благодарю за помощь, – тихо произнёс принц, садясь на обломок рядом со сломанным орудием: силы наследника Парандальдов тоже были на исходе.
– Мы даже не попали, – выплёвывая остатки крови в лёгких, произнёс Вильгельм. – Снаряд был отклонён.
– Я не могу с точностью сказать, как бы закончился бой без этого снаряда. Вполне возможно он ни на что не повлиял. Что уж говорить, даже если бы пал я со своей гвардией, то уже совсем скоро прибудет кавалерия, а с ней и пехота нашей армии. Кулгас не рассчитывал побеждать, он питается лишь болью и страданиям, которые и множит, – произнёс Нандрилиона, снимая вместе с кожей лица свой шлем. – Сегодня я увидел многое. Я видел солдат, бросающих свои позиции и бегущих в страхе. Я не могу их за это винить. Более того, я уверен, что каждый из них готов был отдать жизнь за наше королевство. Но демоны могут сломать даже самого стойкого. В своих иллюзиях они редко показывают пытки, чаще они показывают смерть близких людей. Да, это всё иллюзия, но не отличимая от реальности. Поэтому дезертиров в этой битве не казнят. Королевство требует жертвы собственной жизни от солдат, но просить приносить в жертву родных уже слишком. И всё же, не передать словами моё удивление, когда я увидел здесь не храбрых воинов Алдиоса, а наёмников, среди которых волей судьбы оказался последний из своего великого рода.
– Ваши храбрые солдаты вон в том доме, тоже держали оборону до последнего.
– Да, я знаю. Они сражаются за свои семьи, за своих близких, за своих братьев и сестёр по оружию, они сражаются за королевство. Благородная жертва ради благородной цели. А какая цель у наёмников? Хотя быть может именно отсутствие семей и чего особенно сакрального в их жизни не позволило демонам воспользоваться этой не только силой, но и слабостью?
– Я не знаю. Может просто совесть не у всех ещё сдохла?
– Может, может… – вздохнул принц и поднялся на ноги: лицо его уже полностью исцелилось. – Что же я передохнул. В десяти километрах от города уже мчится наша конница. Почти все демоны вокруг подохли, остатки добиваются войсками прямо сейчас. Однако не стоит забывать про их союзников. Порождения Миоса отступили ещё до моего прибытия, их нужно догнать и разбить. Также не все демонологи пали в битве. Но это уже наша работа. Вам же стоит отдохнуть. Все защитники буду приставлены к награде, наёмникам щедро заплатят. Но прежде, чем я уйду, я хочу сделать вам подарок, Вильгельм Рыцарь. Денег у меня с собой нет, но я дам вам это.
С этими словами Нандрилион Парандальд сорвал со своего плеча инсигнию. Золотой грифон украшал наплечники всей гвардии принца. А сам символ грифона являлся олицетворением королевского благородства. От своего имени монарх Брариндора лично назначал исключительные награды с изображением этого магического зверя.
– Пусть этот знак служит примером того, что на благородный поступок способна не только знать в дорогих доспехах. И что порой среди наёмников встречаются люди, знающие о чести больше, чем некоторые рыцари.