Текст книги "Тайна шести подков (СИ)"

Автор книги: Владимир Торин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 23 страниц)

Зубная Фея глядела на них и думала. Все ее мысли были о странных словах этого… кого?.. она уже не помнила. Да и сами слова постепенно стерлись из памяти.

Кажется, ей говорили что-то о «Карамболе» и о снах, а еще об уколах. Зубная Фея поежилась – она не любила уколы. С недавнего времени у нее они ассоциировались с холодными пальцами, пронзительным взглядом черных глаз и запахом кофе с корицей… Уколы…

Она подняла руку и занесла ее за голову, пальцы коснулись затылка и поползли ниже. Она уже почти-почти нащупала что-то на шее, когда…

– Эй! – прозвучало откуда-то сверху. – Что это ты там делаешь, милая?

– Прячусь от дождя, – ответила Зубная Фея, опустив руку.

Пара холмов из цирковых меток разъехались в стороны, отодвинутые чьими-то руками, и под стол забралась голова рыжей клоунессы.

– Дождь закончился, вылезай, милая!

Голова уползла обратно, и Зубная Фея, взмыв в воздух, вылетела из-под стола.

Тетушка Бетти в нетерпении притопывала ногой.

– Твой выход, милая. Пора показать нашим дорогим зрителям гвоздь программы.

Зубная Фея засмеялась.

– Я никак не могу дождаться!

Тетушка Бетти наделила ее подозрительным взглядом.

– Тебя ведь не сбили с толку слова этого ворчуна? – спросила она.

– Какого ворчуна? – непонимающе глянула на нее Зубная Фея.

– Вот и замечательно! – хмыкнула клоунесса. – Скорее, милая, все уже заждались!

Она ткнула рукой в сторону головы клоуна, и Зубная Фея ринулась вперед, рассыпая за собой серебристую пыльцу. Кроха не оборачивалась, и поэтому не увидела, как исказилось лицо Тетушки Бетти, как показались заточенные клыки, а глаза клоунессы налились кровью.

Тетушка Бетти алчно потерла руки и пошагала следом за своей последней артисткой.

Зубная Фея подлетела к разверстому рту клоунской головы и замерла рядом с ним. В проеме клубилась тьма.

– Мой номер! – застрекотала маленькая циркачка. – Я так долго репетировала! Мой номер поразит их! У меня все получится! Здесь не бывает невозможного!

Перекувыркнувшись в воздухе, Зубная Фея подавила в себе волнение и ринулась прямо в громадный клоунский рот. Чернота поглотила ее. А затем губы сомкнулись, проход закрылся, а челюсти заходили ходуном, жуя и пережевывая.

* * *

– Алле-оп! – взвизгнул толстый рыжий клоун.

Зубная Фея падала из-под купола цирка, стремительно приближаясь к засыпанному телами циркачей манежу…

В какой-то момент, прямо посреди своего номера, она взлетела на мостки, спрятала крылья в кофр-ранец, а затем, не снимая с губ улыбки, просто сиганула вниз.

Падение сопровождала барабанная дробь, звучащая из развешанных по залу раструбов.

Бетти Грю глядел на мстительницу в маске, не моргая. Он до сих пор не мог поверить в то, что его шоу увенчалось выступлением той, от одного имени которой вся грязь из-под ногтей этого города начинает трястись в страхе. Той, которую полиция объявила вне закона. Той, которая то и дело появляется на передовице «Сплетни».

И вот она – здесь! Исполняет все, что он ей велел. С момента своего появления на манеже Зубная Фея демонстрировала чудеса ловкости и грации: она пикировала и кувыркалась в воздухе, выписывала различные фигуры и маневры пилотажа, проносилась над рядами кресел и взмывала под самый купол.

Это было восхитительно! Великолепно!

Бетти Грю жалел лишь о том, что не догадался распродать билеты на представление. Ох, каков вышел бы вечер! Ни одного пустого места не осталось бы – и партер, и ложи были бы забиты как преступниками различных мастей, так и полицейскими из Дома-с-синей-крышей. Публика отложила бы на время свары – еще бы, ведь все они одинаково ненавидят Зубную Фею!

Ох… ох… ох…

Никто не остался бы равнодушным, глядя на то, как она здесь дергается, как она делает все, что ей велено! Послушно! Беспрекословно! Великолепная марионетка в его пальцах!.. Смертельно опасная и беспомощная одновременно…

Футах в десяти от манежа, когда уже казалось, что Зубная Фея непременно разобьется, она рванула рычаги манипуляторов, и вырвавшиеся из кофр-ранца механические крылья подхватили ее. Мстительница в маске взмыла вверх. Трюк удался!..

…Трюк удался! Кроха-фея, жужжа, летала в кромешной темноте над залом, и с ее стрекозьих крылышек вниз сыпалась серебристая светящаяся пыльца. Сотни потрясенно расширенных глаз следили за каждым ее движением. Крошечная фигурка Феи отражалась в поблескивающих линзах биноклей. Она ощущала восторг, который испытывали зрители, – прежде они не видели ничего подобного! Они знали, что все это взаправду, что тут нет никакого фокуса или обмана. Здесь была она – настоящая! Фея прямиком из сказок!

Облетев зрительский зал, кроха-фея замерла в воздухе над манежем и хлопнула в ладоши. В тот же миг плавно опускавшаяся на людей пыльца заколыхалась. Серебристые волны, парящие в воздухе, превратились в сотни, тысячи стрекоз, и те ринулись к своей хозяйке. Всего за миг она исчезла в колышущемся сверкающем облаке. А потом стая принялась вырисовывать под куполом фигуры, собираясь вместе, клубясь и меняя очертания – становясь то громадным слоном, то пароходам, исторгающим клубы дыма из труб, то осьминогом, изгибающим щупальца…

Бетти Грю восторженно зааплодировал, на миг позабыв, что это именно он придумал весь номер.

Спохватившись, он зажег длинную негасимую спичку и, высоко подняв ее над головой, ринулся по барьеру цирковой арены, поджигая установленные на нем кольца. Когда-то через них прыгали дрессированные блохи Мариетты Лакур, но сегодня эти кольца предназначены для другого укрощенного зверя.

Вскоре все двенадцать колец по периметру манежа загорелись.

– Дамы и господа! – заголосил клоун. – Наш номер продолжается! Сможет ли Зубная Фея пролететь через все кольца, не опалив перышки, или поджарится, как дохлая утка? Сейчас мы это узнаем!

Зубная Фея толкнула манипуляторы и ринулась вперед. Бетти Грю едва успел отскочить в сторону. За мгновение до столкновения с первым кольцом мстительница спрятала крылья и пролетела сквозь огонь.

– Ах! – забывшись от восторга, выдохнул клоун.

На мгновение раскрыв крылья и так же стремительно их закрыв, Зубная Фея пролетела сквозь второе кольцо. Все то же повторилось и с остальными. Но вот последнее…

…Последнее колечко было у́же остальных, но кроха-фея с легкостью в него залезла – конечно, ведь она была ростом всего лишь с пальчик. Выставив перед собой руки, малышка толкнула невидимую пленку и легонько качнулась – в тот же миг из кольца вырвался мыльный пузырь. Крошечная циркачка сидела внутри. Из прочих колец начали также вылетать мыльные пузыри, и вскоре ими наполнился весь зал.

Тетушка Бетти пропела в большое резиновое ухо, которое она держала перед собой на ниточке:

– Аплодисменты нашей великолепной Зубной Фее!

– Аплодисменты нашей великолепной Зубной Фее! – пророкотал Бетти Грю, прыгая по манежу и лихорадочно хлопая в ладоши. – Даже я на миг решил, что ей не удастся пролететь в последнее кольцо! Но Зубная Фея умеет удивлять! А теперь… Дамы и господа! Вас ждет финальный трюк! То, чего еще никто в Габене не видел! То, чего в этом городе ждали все без исключения! Смертельно! Опасный! Номер!

Зубная Фея приземлилась в центре манежа и, спрятав крылья, положила ладонь на рукоятку пистолета-«москита», покоящегося в кобуре на бедре.

– Дамы и господа, только этой ночью! Только на манеже нашего цирка! Зубная Фея совершит убийство!

Улыбаясь и незряче глядя прямо перед собой, мстительница медленно вытащила из кобуры пистолет и перевела рычажок над рукояткой на «смертельный режим».

– И кого бы нам выбрать для нашего трюка? – продолжил Бетти Грю. – В зале есть добровольцы? Что?! Нет?! Никто не хочет получить свое мгновение славы?! Зануды! Что ж… Тогда у нас не остается выбора! Дорогие зрители! Дамы и господа! Сегодня мы с вами увидим небывалое зрелище, уникальное в своем роде и неповторимое! Зубная Фея убьет…

– …себя! – рассмеялась Тетушка Бетти. – Понарошку, разумеется! Потом она оживет! Честно-пречестно! Ну а сейчас… алле-оп!

Свет в зале погас. А затем зажегся фонарь. Обычный фонарь на чугунном столбе, который кто-то будто притащил из какого-то парка и поставил на манеже.

Кроха-фея зажужжала и устремилась к фонарю…

– Давай же! – ласково подбадривала ее Тетушка Бетти. – Покажи! Покажи зрителям все, на что способна!

– Давай же! – в нетерпении подгонял Зубную Фею Бетти Грю. – Покажи! Покажи зрителям все, на что способна!

Мстительница медленно подняла «москит»…

– Давай же! – вопил клоун. – Ты так близко! Фу-марфу!

– Давай же! – воскликнула клоунесса. – Ты так близко! Фу-марфу!

Голову снова пронзила острая боль, прямо, как тогда, в саду…

Время будто превратилось в кисель…

Кроха-фея коснулась пальчиками затылка, нащупала на шее, у основания головы, крошечную опухшую ранку – след от укола…

И тут в ушах крохи-феи раздался знакомый трескучий голос: «Гадость! Могла бы и что-то получше принести! Ну, чего еще взять от дурацкой газетной девчонки! Надеюсь, тебя посадят в чулан и лишат сладкого!»

Кроха-фея тряхнула головой. Что это?! Что это было?!

А голос все не стихал:

«Что? Я еще очень добрый, вообще-то. И сама любезность. Ведь я сейчас в своем Добром костюме. Вот если бы я надел Злобный костюм…»

Голос этот был очень похож на голос Тетушки Бетти, но… она ведь ничего подобного не говорила… или?..

«Стараюсь не связываться с важными делами. Особенно, если они касаются меня!»

Кроха-фея ничего не понимала. Она будто подглядела в замочную скважину фрагмент чьей-то жизни, чьи-то воспоминания…

– Мои?..

«Фу-марфу! – продолжала Тетушка Бетти… Бетти… – Я не читаю газеты! Там все вранье и вообще не смешно!

И тут кроха-фея вспомнила. Она – в отвратительном фургоне на Семафорной площади и пришла туда по делу… Подковы… странные подковы привели ее в этот фургон.

«Дело серьезное, – в голове застучал собственный голос. – Похищено пять человек и один убит…»

И тут кроха-фея вспомнила. Она вспомнила себя…

– Это сон… – прошептала маленькая циркачка, приближаясь к фонарю. – Я должна проснуться… Я сейчас не здесь. Я – не я. «Карамболь»! Он вколол мне «Карамболь»!

«Этой подкове здесь не место», – сказал Левиртуозный Левиттус в саду. Он хотел ее выбросить и избавить чудесный сад от инородного предмета…

В памяти всплыли слова, сказанные крохе-фее великаном, который на самом деле не был великаном: «Здесь есть выход… и он называется…»

Зубная Фея приставила ствол «москита» к виску и застыла.

«И он называется…»

Кроха Фея была уже в нескольких дюймах от открытой дверцы на плафоне и дрожащего огонька фонаря. Она ощутила жар. Пушистые серебристые волосы слиплись от пота, края тоненьких крылышек начали обугливаться…

Зубная Фея взвела курок.

– Корчащаяся Клоака… – прошептала она.

– Корчащаяся Клоака, – прошептала кроха-фея, а затем… ринулась вверх, прочь от фонаря. Оказавшись в безопасности, она оглядела манеж и увидела…

Зрелище было ужасным, отвратительным до крайности. В центре манежа корчилось и бурлило кровавое пятно, формой напоминающее человека – женщину в длинном платье. Пятно будто бы закипало. Порой из него вырывались окровавленные конечности, но раз за разом они ныряли обратно.

«Это дверь или, вернее, люк в полу, – сказал Гуттаперчевый Тоффини тогда, в саду, – который ведет в ужасное, кошмарное место…»

Ну, еще бы! «Ужасное, кошмарное место» – это ведь… реальный мир, в котором нет изумительных розовых облаков или нарисованного рассветного неба, в котором не бывает чудес, в котором ее ждет… ужас, боль и смерть… в котором ни один из циркачей так и не покинул манеж…

Кроха-фея отчаянно не хотела туда возвращаться, но и остаться здесь не могла. Это сон… она спит… пора… просыпаться…

– Нет! – в отчаянии заревела Тетушка Бетти, вонзив в лицо когти, обрывая его, раздирая на лоскуты. – Нет-нет-нет!

Кроха-фея устремилась прямиком в Корчащуюся Клоаку, и за миг до столкновения с бурлящим кровавым месивом, в ужасе закрыла глаза, а затем…

…моргнула и открыла их. Серая поволока исчезла. Губы и щеки дрогнули, и сквозь невероятную боль в лице Зубная Фея убрала жуткую улыбку.

– Быть не может! – взвизгнул клоун.

Зубная Фея отвела пистолет от своей головы и нацелила его на Бетти Грю.

– Эй! Этого не было в сценарии! – рявкнул клоун. – Гвоздь! Гвоздь номера! Ты должна застрелиться!

– Застрелиться? – она бросила быстрый взгляд по сторонам, увидела трупы циркачей и сжала зубы. Она не смогла… не смогла помешать этому мерзавцу!

Стремительным движением Зубная Фея переключила режим на «моските» со «смертельного» на «очень болезненный», и выстрелила. Раз, другой, третий…

Пули-ампулы, свистнув, вонзились в толстое брюхо клоуна. Тот в ответ издал мерзкий звук и помахал рукой перед носом, разгоняя запах.

Мстительница ждала. Вот-вот… прямо сейчас… из этого мерзавца полезут все его кривые зубы…

Но время шло и ничего не происходило. Микстура в ампулах… не подействовала?!

И тут Бетти Грю поморщился, а затем широко раскрыл рот и сунул в него руку. После чего прямо на глазах у потрясенной Зубной Феи принялся расшатывать один из своих зубов.

Издав утробный рык, он выдернул зуб и швырнул его мстительнице. После чего широко улыбнулся – оставшиеся во рту зубы были все в крови.

– Мои зубки захотела? Ну бери, раз тебе так хочется! Но только один! Остальные мне нужны… чтобы перегрызть тебе горло, крылатая дрянь!

Бетти Грю присел, скорчил гримасу, а затем резко выпрыгнул вверх и назад, перекрутился через голову и скрылся в темноте за границей круга света от прожектора.

Зубная Фея, держа «москит» перед собой, осторожно шагнула туда. Ее все еще тошнило, голова слегка кружилась, а по рту растекался сладкий леденцовый привкус – все это было остаточным эффектом от действия «Карамболя».

– Ты все испортила, Зубная Фея! – раздалось из темноты разъяренное шипение Бетти Грю. – Я придумал такое замечательное представление! Оно должно было войти в цирковую историю! Его кульминация должна была стать настоящим событием! А ты все испоганила! Ну почему нельзя было просто нажать на спусковой крючок и эффектно сдохнуть? Ненавижу тебя! Ха-ха…

Не отводя пистолет от того места, откуда звучал голос, Зубная Фея сняла с пояса «штурм-фитиль» и, чиркнув запальным колесиком, зажгла его.

На миг остановившись на границе света и темноты, она прищурилась и сделала шаг.

Клоуна там не оказалось. Фонарь вырвал из тьмы стоящий на манеже крошечный граммофон. Пластинка крутилась, игла царапала ее, а медный рожок покачивался вверх-вниз.

– Что за… – начала было Зубная Фея, недоумевая: неужели этот хмырь заранее просчитал вариант, что она испортит его игру, и записал свой голос?

И тут она почувствовала движение за спиной. И машинально дернулась в сторону.

Рядом с ней пронесся здоровенный, раздутый до невероятных размеров, клоунский башмак.

Пытавшийся ее пнуть ногой, но в итоге пнувший лишь воздух Бетти Грю завертелся волчком на месте.

Зубная Фея парой отточенных движений засунула в кобуру на бедре «москит», закрепила на поясе «штурм-фитиль» и вырвала из петли на боку кофр-ранца «зуболом».

Волчок в виде толстого клоуна меж тем все не собирался останавливаться. К вращению добавился хохот.

Подняв оружие, Зубная Фея шагнула к Бетти Грю, и тут он сделал подлость. Клоун начал пускать газы. Это не был ни парализующий газ, ни какая-то эфирная форма «Карамболя». Мерзавец начал пускать… свои газы. Его фигуру затянуло бурое облако, а в нос Зубной Феи ударила такая крепкая вонь, что она едва не рухнула в обморок.

Мстительница отшатнулась, а Бетти Грю наконец остановился. Голова его еще несколько раз по инерции крутанулась, а затем замерла.

Показав Зубной Фее пальцами «чайку», толстяк развернулся и запрыгал прочь через манеж на своих пружинящих башмаках.

Зубная Фея выхватила из кобуры гарпунный пистолет с заправленной в ствол веревочной ловушкой, которую сама мстительница называла «колыбелью для кошки», и выстрелила вслед убегающему клоуну. Вылетевший из ствола веревочный ком ударил его по ногам сзади, развернулся и стремительно оплел их. Бетти Грю рухнул на манеж.

Мстительница бросилась к нему, и в тот миг, как «зуболом» в ее руке уже опускался на покрытый гримом лоб Бетти Грю, в животе клоуна открылась дверца, и из нее выпрыгнул кулак на гармошечном механизме. Он ударил Зубную Фею в грудь с такой силой, что она отлетела на несколько шагов и рухнула на спину. Падение чуть смягчил кофр-ранец – он отдался звоном, но механизмы внутри не пострадали: механик Зубной Феи давно сделал кофр-ранец не только пуленепробиваемым, но и противоударным, зная вредную привычку этой дамы постоянно падать.

Зубная Фея перевернулась и поднялась на ноги, а в следующий миг отпрыгнула в сторону – успевший освободиться клоун прыгнул на нее. Мимо пронесся громадный деревянный молот.

Девушка ответила «зуболомом», но клоун, развернувшись всем телом, ушел от удара и нанес свой. Мстительница резко согнулась, и молот, со свистом рассекая воздух, проскользнул над ее головой. Фея попыталась выбить клоуну колено, но тут из его живота снова вырвался кулак, и она едва успела отбить его в сторону. Кулак исчез в ящике на животе, а Бетти Грю пнул девушку ногой. Этот удар цели достиг, и она отлетела на пару шагов.

– Грязная помойная крыса! – крикнул клоун и прыгнул, занося свой молот. Зубная Фея отпрянула, и удар пришелся прямо в то место, где она только что стояла.

– Уродина с жабьей рожей!

Игнорируя оскорбления, Зубная Фея сделала отвлекающий выпад «зуболомом», а затем ударила клоуна коленом в живот.

Бетти Грю отпрыгнул назад и шлепнулся на задницу. Упомянутая клоунская задница отпружинила, как от батута, и вылетев вперед и вверх, толстяк нанес очередной удар молотом в прыжке. Скользнув в сторону, Зубная Фея оттолкнула молот вбок и на излете ударила приземлившегося клоуна по ребрам. Что-то хрустнуло.

– Стрекоза уродская! – заревел он. – Ты сломала мой любимый скелет кота на ниточках!

Зубная Фея не слушала. В голове стучала мысль: «Прикончи его! Прикончи его!»

Так что, помимо безумного клоуна, мстительница пыталась одолеть еще и пробудившуюся в ней ненависть и жажду избавить мир от этого урода…

Удары молота перемежались ругательствами, ударами выпрыгивающего из живота кулака, попытками пнуть ногой, плюнуть и даже укусить.

Бетти Грю не раз и не два успел получить «зуболомом» по лбу, но оружие Зубной Феи лишь отскакивало от него с чугунным звоном, а этому злыдню было хоть бы хны.

– Думаешь побить клоуна в его же цирке? – расхохотался Бетти Грю. – Проще утопить рыбу в море! Я неодолеваем! Я несразим! Я непобе…

Локоть Зубной Феи с размаха пришелся клоуну в челюсть, а следом – «зуболом» ударил его по запястью. Бетти Грю вскрикнул и разжал руку. Одной он не смог удержать молот, и тот упал на манеж.

– Ааргх! – взревел клоун, на миг позабыв свою любимую белиберду «фу-марфу», выпучил глаза и бросился бежать.

Зубная Фея – за ним. Горячность схватки лишила ее самообладания и – что намного хуже! – она потеряла бдительность.

Клоун прямо на бегу схватил веревку, тянущуюся куда-то вверх, дернул за нее, и…

Зубная Фея задрала голову и резко встала на месте, словно с разбегу влетела в невидимую стену.

В тот же миг на манеж рухнул… рояль. Он с грохотом и звоном приземлился прямо перед Зубной Феей, разбившись в дребезги. Щепки разлетелись во все стороны, и мстительница успела лишь повернуться и прикрыть голову.

Одна из щепок пробила штанину и вонзилась в бедро. Зубная Фея закричала и выдернула ее из раны.

Выигранного Бетти Грю времени между тем хватило, чтобы достать из бутоньерки свою мухоловку. Поставив ее на манеж перед собой, клоун выхватив из кармана баночку, полную светящейся изумрудной жидкости, и вылил содержимое склянки на растение.

А затем бросился бежать и при этом заголосил:

– Дамы и господа! Встречайте! Умопомрачительный Герберт!

– Что ты заду… – начала было Зубная Фея, и тут Герберт зашевелился и начал расти прямо на глазах…

Фут за футом стебель еще недавно крошечного растения с треском удлинялся и расширялся, от него отрастали и закручивались спиралями лозы, корни грубели и взрывали опилки, которыми был засыпан манеж. Бутон-ловушка, окаймленный воротником темно-зеленых мясистых листьев, раскрылся, и мстительнице предстали два ряда острых клыков, которые также стремительно росли, увеличиваясь следом и за головой монстра. В воздухе повис зловонный запах болота.

– Что, не ожидала такого, фиглярская Фея?! – расхохотался Бетти Грю.

Что ж, она и правда подобного не ожидала. Зубная Фея содрогнулась от посетивших ее воспоминаний. В памяти возникли: гигантская мухоловка в доме на пустыре и крошечное проросшее семя в банке, которая стояла под кроватью в ее комнате. От этих воспоминаний в горле пересохло, а в животе как будто что-то вдруг начало шевелиться и корчиться.

Мухоловка тем временем выросла примерно на двадцать футов – теперь она занимала собой уже всю центральную часть манежа. Голова монстра качнулась на стебле и повернулась к Зубной Фее.

– Нет! Даже не думай! – крикнула мстительница и, высвободив крылья, взлетела в воздух, когда лозы растения, развернулись и ринулись к ней…

Все дальнейшее смешалось.

Зубная Фея впервые сейчас будто бы оказалась в цирке по-настоящему. Причем не в зрительском зале, а на каком-то жутком безумном аттракционе. Она летала и маневрировала, пытаясь увернуться от зеленых лоз растения. Тут и там постоянно появлялся подпрыгивающий на своих пружинных башмаках Бетти Грю, размахивающий молотом и намеревающийся размозжить ей голову. Еще и музыка, громыхающая в цирке, казалось, совершенно спятила.

«Нужно подняться повыше! – пронеслось в голове. – Там, где эта тварь и ее хозяин меня не достанут!»

Отбив очередную тянущуюся к ней лозу «зуболомом», Зубная Фея попыталась взлететь под купол цирка, но гигантское растение не собиралось ее отпускать. Оно резко развернуло все свои лозы и рвануло ими в сторону беглянки. Одна из конечностей твари обхватила Зубную Фею за ногу, крепко сжала и потащила вниз. Бутон-пасть мухоловки раскрылся еще шире. Громадные клыки по краю багровой пасти были перетянуты нитями коричневой слюны, Фею обдало волной зловония, от которого даже сквозь плотно прилегающие лётные очки заслезились глаза.

Зубная Фея перевела двигатель на максимальные обороты. Из сопла ударил столб пламени, крылья с лязгом сложились-раскрылись, и все же тварь была сильнее. Она потянула пытавшуюся ускользнуть жертву к себе.

Из пасти мухоловки вырвалось алчущее утробное ворчание.

Зубная Фея глянула вниз – клыки были уже в каких‐то двух футах от каблуков ее сапог.

– Дамы и господа! – провозгласил Бетти Грю, с удовольствием глядя на мухоловку и «муху». – До того, как Зубная Фея будет сожрана, осталось три… два… – Мухоловка меж тем все тянула пленницу вниз, и клоуну, к его неудовольствию, пришлось начать отсчет заново: – Три… два… и…

И тут, когда ноги Зубной Феи уже коснулись скользкого нутра утробы растения, что-то произошло. То, чего Бетти Грю никак не ожидал.

Лоза, удерживающая мстительницу, вдруг расплелась, растение содрогнулось и взвыло, с его качнувшихся листьев посыпался дождь изумрудной пыльцы, и гигантский злобный Герберт всего за пару мгновений уменьшился, превратившись в старого безобидного Герберта.

– Фу-марфу! – Клоун в гневе затопал ногами. – Треклятый ботаник! Обманул меня с «М-микстурой» – он не сказал, что ее действие временное! Эй, а ну пошла вон, пьяная чайка! Я тебе не рыбёха!

Это уже относилось к Зубной Фее, которая, не теряя лишнего времени после освобождения, спикировала и устремилась к Бетти Грю. Он махнул молотом, пытаясь ее отогнать, но промахнулся, и мстительница ударила его носком сапога в зубы. Клоун растянулся на манеже, а затем быстро вскочил. Описав круг в воздухе над Бетти Грю, Зубная Фея напала на него снова, а толстяк опять-таки без особого успеха попытался ее отогнать.

– Пошла вон! Вон пошла! Отвали от меня! Тухлая летучка!

Он размахивал молотом, пытался бить по воздуху, даже прыгнул один раз, и тогда его обдало жаром, а рыжие волосы загорелись от пламени, вырвавшегося из сопла кофр-ранца Зубной Феи.

Клоун притушил их ладонью и, выждав, когда мстительница нападет снова подобрался, а затем с размаху ударил молотом, но на этот раз бить клоуна Зубная Фея и не собиралась.

Она сложила крылья и рухнула вниз, приземлившись обеими ногами прямо на рукоятку опустившегося молота. Рукоятка треснула и сломалась. В руках у клоуна остались лишь два отныне бесполезных обломка.

– Не-ет! Мой любимый молот! Поганая дрянь! Ты сломала его!

Из глаз клоуна хлынули фонтаны слез, он крутанулся на месте и бросился бежать, вопя и рыдая.

Быстро преодолев манеж, Бетти Грю запрыгнул на барьер, а с него, оттолкнувшись, эффектно перелетел через проход, идущий вокруг арены, и приземлился на спинку одного из кресел третьего ряда партера. Поймав равновесие, клоун ринулся через зрительский зал прямо по спинкам кресел.

Зубная Фея подпрыгнула, и вырвавшиеся из кофр-ранца крылья подхватили ее. Мстительница устремилась следом за клоуном, который все отдалялся, демонстрируя чудеса ловкости, не сильно уступающие фунамбулистке Воздушной Диве Вивиан.

Злобный клоун повернул голову и осклабился. А затем в Зубную Фею полетели – она даже не сразу поняла, что это было! – часы с кукушкой. Мстительница вильнула вбок, а Бетти Грю уже швырнул в нее еще что-то. Бросаясь из стороны в сторону, Зубная Фея уворачивалась от летящих в нее предметов, которые клоун доставал из своих карманов. Убегая, этот злыдень метал в свою преследовательницу: книгу «Как быть смешным и не быть за это побитым» за авторством Лаки Стьюпида, резиновую курицу, шляпу-цилиндр, колесо от моноцикла, раскладной стульчик, чайник, бутылку с моделью корабля внутри, птичью клетку, маленькую дохлую собачонку. И как все это только могло уместиться в его костюме?!

И тем не менее, весь этот хлам не мог остановить или хотя бы отвлечь Зубную Фею. Она видела, что задумал Бетти Грю.

Судя по всему, клоун хотел сбежать через проход, скрытый занавесом-форгангом, который вел за кулисы.

Сделав крюк, она облетела зал и перерезала толстяку путь, повиснув в воздухе между ним и занавесом. Бетти Грю остановился и, балансируя на спинке кресла, принялся рыскать в карманах костюма в поисках того, чем еще можно было бы швырнуть в Зубную Фею. Но, видимо, различный хлам в многочисленных карманах так некстати для него закончился.

– О, неужели даже Злобный костюм тебе не помог?! – с презрением бросила Зубная Фея.

– Фу-марфу! – Бетти Грю засунул руку по локоть в прорезь между пуговицами на своем черном клоунском комбинезоне и начал тамвозиться. – Это совсем не Злобный костюм! Это просто Сценический Добрый! Злобного ты еще не видела! Но и у этого еще есть в запасе пару шуток!

Клоун выхватил здоровенный… язык не поворачивался назвать это револьвером. Оружие в руке толстяка было громадным, и в каждой каморе барабана могла бы запросто уместиться динамитная шашка.

Недолго думая, Бетти Грю нажал на спусковой крючок, и из ствола вырвалась хлопушка.

Зубная Фея рванулась вверх.

Взрыв прогремел где-то под ней. Вторая хлопушка разорвалась над головой, и в ушах зазвенело. Третья разлетелась на клочки в футе перед ней, немного не долетев. В воздухе повисли тучи порохового дыма, а на манеж посыпалось конфетти.

Взрывы загрохотали со всех сторон, один окатил ее волной жара, волна от другого оттолкнула в сторону. Мстительница маневрировала, пытаясь уворачиваться, а клоун все стрелял, всякий раз добавляя от себя: «Получила?!», «Вот тебе!», «Бум!», «Бам!»

Отстреляв все хлопушки, Бетти Грю отшвырнул револьвер в сторону и ринулся к занавесу. Один миг – он был еще в зале. Другой – уже исчез из виду.

Зубная Фея подлетела к занавесу, опустилась на пол и спрятала крылья. Прислушалась. Заходить туда она не решалась – вдруг, подлый клоун притаился с дубинкой или чем похуже и ждет, когда она сунется за ним.

До Зубной Феи донесся отдаляющийся топот.

«Он мог его записать заранее? – подумала она. – Это звучит запись?»

В итоге, решив, что это было бы уже слишком даже для Бетти Грю, она отринула сомнения и, подняв «зуболом», осторожно отодвинула край занавеса.

Жирная приземистая фигура клоуна нырнула за угол в дальнем конце прохода.

Зубная Фея бросилась следом за Бетти Грю. Узкий коридор, заставленный стоящим вдоль стен реквизитом, привел ее в небольшое проходное помещение. Под потолком покачивалась керосиновая лампа на крюке. По обе стороны от прохода были установлены странные механизмы, делавшие это место похожим на фабричный цех. Трубы сотрясались, ходили ходуном валы, шипели поршни, а в трясущихся чанах клубилась и собиралась в розовые коконы сладкая вата. Когда очередной такой кокон сворачивался, механические лапы передавали его дальше, где из батареи разномастных емкостей его обсыпали пестрой присыпкой, а затем устанавливали на специальную полку. Рядом машины-пауки плели коричневую карамельную вязь, создавая конфеты, которые тут же формовали, обдавали паром и заворачивали в полосатые обертки. В дымящихся печках-арилках один за другим появлялись круглые плоские леденцы на палочках – красные с белым спиральным узором.

Клоуна здесь не было. Зубная Фея осторожно двинулась дальше, пытаясь разгадать очередную уловку толстяка. В том, что он что-то задумал, она не сомневалась.

Крепко сжимая «зуболом» в одной руке и держа другую на рукояти «москита», Зубная Фея прошла через цирковую кондитерскую. Преодолев очередной коридор, она оказалась в овальном помещении, в котором стояли приспособления, предназначенные для создания фокусов: стойка с зеркалами, гардероб с ложными стенками, стеклянный аквариум для номеров с освобождением от цепей и эскапизмом, стол для распиливания людей. Пол и весь реквизит были засыпаны фиолетовой пылью. Следы клоунских башмаков в этой пыли вели к темнеющему дверному проему в дальнем конце помещения.

Зубная Фея двинулась туда, осторожно ступая след в след, и тут сбоку что-то зафыркало и заурчало.

Из-за ряда манекенов выкатилась странная штуковина. С виду это нечто напоминало постирочный механизм – бронзовый проклепанный цилиндр чуть пружинил и трясся на трех колесах. Из торчащего в его боку раструба в воздух полетели мыльные пузыри.

«Это не могут быть простые пузыри! – с тревогой подумала Зубная Фея. – Видимо, они отравлены…»

Она не успела додумать мысль, как ловушка, в которую ее заманил клоун, захлопнулась. Из стенной ниши за спиной выехала еще одна такая машина, и также принялась выпускать пузыри.

Всего за несколько секунд Зубная Фея оказалась в густом облаке мыльных пузырей. Сверкающие и переливающиеся, они стремительно заполонили собой все помещение.

Задержав дыхание, Зубная Фея обернулась кругом. Пузыри были повсюду – и совсем крошечные, и большие, размером с ее голову. Клубящееся облако скрыло проходы, потолок, пол и реквизит. Казалось, кроме пузырей здесь ничего не осталось.