Текст книги "Хрустальный плен (СИ)"

Автор книги: Владимир Атомный

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)

Глава 25

Взрослые остались обсуждать свои вопросы, как я догадываюсь, первые результаты в проекте Звёздного Пути. Мы же пошли наверх. Возможно, мою голову посетили бы иные мысли, кроме яркой и грохочущей на все лады «Император у нас дома, пожал руку, похвалил!», но пока я не могу до конца даже поверить в случившееся.

– Это всё так… необычно! – огляделась Валентина в комнате.

– В смысле?

– Я же никогда не была в таких домах и не жила в комнатах значительно меньше моей, – нашлась девушка и я оценил её попытки не обидеть.

– Понимаю, – издал я смешок. – Зато у меня были совсем другие чувства, когда только переехал. Ещё прикольней будет показать наш дом в Тохе – это деревенька на востоке. Вот уж, где квадратные метры минимальны, но зато в него приходишь только поспать, а километры в квадрате открыты для игр и жизни. Сущий простор.

– Ты умеешь рассказывать, – хихикнула она. – Вокруг нашего имения, вплотную прилегающего к северным лесам, тоже много безлюдных земель. Я столько раз сбегала в самую глушь, что папа, в конце концов, перестал ругаться. Бывало возвращалась через неделю.

– Ты жила в диком лесу одна⁈ – опешил я.

– Да, – с озорством отозвалась она. – Это странно?

– Не для тебя, – махнул я рукой.

– Эй!

– Ладно, ладно…– рассмеялся я, довольный реакцией. – Для людей это не нормально. Приемлемо, когда взрослый егерь живёт в глуши, но не ребёнок.

– Мне в дикой природе очень хорошо, – мечтательно рассказала она. – Это мой дом. Часто я даже без одежды там гуляла. Птицы, звери, деревья, трава и множество ручьёв. Купалась в озёрах, слушала всю эту музыку и подолгу лежала на лугах.

Валентина присела на кровать, а я заворожённо занял место напротив, в компьютерном кресле. Моя душа прильнула к стеклу, отделяющему мир плотной материи от тонкой, вся трепещет и ждёт продолжения рассказа.

Девушка мечтательно улыбнулась и говорит:

– Мир природы очень велик. Это большой-большой организм. Состоящий из мириад существ. Всё это течёт, светится и пульсирует. Однажды я настолько погрузилась в него, что смогла увидеть дальше нашей планеты. Чтобы ты знал – мне космос совсем не нравится. Боюсь этих фотографий планет, астероидов и всякого такого. Но в тот раз он выглядел совсем иначе. Уже не бездна… не бездонная чёрная яма с вызывающими озноб огоньками звёзд… это был океан. И я, невидимой рыбкой, плавала по нему. Было чудесно.

Очень воодушевлённый, я заглянул ей в глаза. Почему она рядом со мной? Что делает это истинное дитя природы тут? Валентина значительно меньше человек, чем мы все. Она из тех глубин, куда мягкотелому горожанину и даже чуть более крепкому селянину лучше не соваться. Хтоническая сила, прожившая уже миллиарды лет и считающая нашу большую, но микроскопическую по её меркам, планету лишь одной из многих триллионов клеточек. И клеточкой ли вообще? Может атомом? А возможно вообще электроном.

Так почему же именно я? Может, это всего лишь целесообразность, отвечающая запросам мгновения? Может быть, я всего лишь муравей в муравейнике, делающий своё маленькое дело, и ничего не случится, если меня не станет? На освободившееся место, тут же встанет другой, отличающийся едва-едва, может долей тона в цвете хитина.

А плохо ли быть муравьём? Нам свойственно возвеличивать собственное существование. Доходит до того, что значение малого, искусственно раздувается до размеров превышающих важность целого. Может быть, просто стоит стараться быть достойным муравьём?

– Я думала, что ты спросишь, как же я возвращалась домой голой, – вернула рыжая ведьма меня в реальность.

– Это не тактично, – отмахнулся я.

– Значит всё таки интересно? – ухмыльнулась она.

– Скорее, как ты в таком виде ходила по лесу. Выживала в нём. Ведь там столько веток, камней и прочего. Наверняка царапалась?

– Да, было такое, – вспыхнул огонёк озарения в её малахитах. – Пересядь сюда.

– Зачем? – насторожился я.

– Пересядь, пожалуйста, – с долей каприза просит девушка.

Я занял место с краю так, чтобы между нами было расстояние. Валентина тут же придвинулась и мы коснулись друг друга.

– Эй!

– Иначе не видно будет, – пояснила она. – На спине, в верхней части платья есть молния. Расстегни её немного.

– Зачем? – насупился я.

– Показать хочу кое-что, – с нетерпением отозвалась Валентина.

– Что?

– Увидишь! Расстёгивай давай, – топнула она ножкой.

Передо мной поток её медного богатства. Как всегда гладкие и совершенно не спутанные.

– А убрать волосы? – всё ещё держа руки при себе, обратился я.

– Доверяю это тебе, Матус. Только будь со мной нежен, – дрогнул её голос. Вот уж по кому плачут роли в кино.

Махнув в сердцах рукой, я приспустил поводок над желаниями, и руки пришли в движение. Сначала легко прикоснулся, чтобы понять какие они. Пахнут очень приятно и необычно. Напоминает лесной аромат смешанный с мёдом. Дикий мёд. Я думал, что они будут несколько жёсткие, тем более цвет напоминает медную проволоку, но ошибся. Я коснулся ярчайших, тонких и мягких волос, так и рассыпающихся в руках. Провёл сверху вниз, от плеч до пояса.

Валентина спокойно ждёт, только лёгкая дрожь прошла по телу. Признаться, меня несколько гипнотизирует перелив света на волосах. Провел ещё несколько раз по доступной длине. Наконец запустил пальцы внутрь и постарался раздвинуть. Несколько прядей оказались придавленными и девушка привстала, позволяя мне высвободить их. Уже смелее, я разделил волосы на два потока, перекинув один через плечо.

Взору открылся вид на шею и спину в сером платье. Тут же оказалась и молния-невидимка. Я расстегнул её немного.

– Ещё, – прокомментировала девушка.

– Не хватит? – всё же уточнил я.

– Нет.

Я потянул и дал ткани разойтись ещё на несколько сантиметров.

– Мало.

Расстегнул ещё.

– Заела? – попробовала угадать причину остановки Валентина.

– Может хватит? – в свою очередь предпринял я попытку остановить это действо. В разрез вижу замочек бюстгальтера.

Она подвигала плечами проверяя.

– Ещё немного, – спокойно зачитала приговор ведьма.

Я от эмоций сдернул бегунок до конца, почти до поясницы.

– Вот теперь хватит, – проворковала Валентина. – Сейчас я тебе покажу следы моих лесных приключений.

Руки девушки взялись за платье на плечах и стянули до локтей. Я онемел. Глаза с готовностью начали пить лакомый образ. Обнажённые плечи, спина до середины и пастельно-голубого цвета ремешок белья. Надёжные бретельки из ажурной ткани уходят вперёд, к объёмным чашкам бюстгалтера.

– Видишь там шрамик? – пошевелила спиной девушка.

Я напряжённо сглотнул, пытаясь остудить пересохшее горло.

– Где? – словно со стороны раздался мой хриплый голос.

– Ближе к левой стороне, ниже плеча.

Глаза нашли тонюсенькую ниточку шрама длинной в три сантиметра. Мне даже смешно стало. Такое испытание воли. На волнорез моральных качеств накатывают самые настоящие обвалы, испытывающие мою стойкость и всё ради едва заметного шрамика.

– Вижу. Миленький, – в итоге отозвался я.

– Хи-хи! Спасибо. Конечно, у меня ещё есть, но не совсем в приличном месте и…

– Верю на слово! – скорей выпалил я.

– Может всё-таки посмотришь? – обернулась Валентина, приняв самое невинное лицо.

– Лучше подышу свежим столичным, – отозвался я и пошёл к окну.

Створка с приятными звуками работы сочленений открылась. Предноябрьский холодок поплыл по полу. Я поспешил высунуться, благо сетку уже снял.

Отличное средство, чтобы прочистить мозги. Свежий, холодный воздух, быстро вымел сгутстки охмуряющего тумана из головы. Я тут же принялся за обдумывание сложившегося положения. Под постоянным давлением чувств и эмоций, у меня даже времени порадоваться результатам нет.

– А ведь у нас многое получилось, Валентина.

Обернулся и поймал её взгляд. Платье уже надето и я подошёл вернуть бегунок в верхнее положение.

– Благодарю. Что именно получилось?

– Выяснили и поняли, откуда действует враг и кто он такой. Нужно ещё прорисовать личность, понять возможности и мотивы, но первый набросок есть. Это позволило определиться с начальными шагами, предпринять меры. В итоге, мы здесь, в моей комнате. Наши родители дали добро. Не смотря на все твои старания разбавить мои благородные мотивы порочными красками, удалось под достойным предлогом получить их разрешение. Перевести тебя в Бастион и быть рядом друг с другом максимум времени. Считаю результат хорошим.

Грудь распирает от радости, а на лице гуляет улыбка.

– В благодарность за твою заботу, я даже не буду винить за совершенно необоснованную критику. Согласна с перечисленным, Матус, – улыбнулась девушка.

– А раз так, то давай сегодня же наметим планы учёбы, – бодро предложил я.

– Что-о⁈ – вскинула она брови.

– Не хочешь?

– Может хотя бы сегодня отдохнём? – взмолилась она.

Меня пробрал смех.

– Хорошо! Тогда я за стулом. Будем вместе бороздить просторы Сети.

Её лицо опять скуксилось.

– И никаких двусмысленных намёков и действий – только ноутбук, только серфинг! – провозгласил я выходя.

Вскоре примчался Самуил. Мы отвлеклись на сервировку. Потом был божественный ужин, а следом обещанное просиживание времени в Сети. Впрочем, Валентина быстро увлеклась.

Глава 26

Вознеся безопасность мира и дочери Императора во главу угла, мы ночевали не только в одном доме, но и комнате. Под предлогом, что активно и усердно учимся.

Для меня это испытание. Под гнётом страстной натуры Валентины, даже немного страшно было оставаться наедине. Я уступил ей кровать, хорошо устроившись на полу. Но, слава силам Природы, ночь прошла спокойно. Ведьма тоже предалась сну.

Утро теперь начинается с проверки на месте ли меч, – отдаю приказ появится, – и смотрю на уровень энергии в кристалле. Её всё больше – скоро Вероника сможет вернуться.

Окно ещё не осветилось рассветом. На часах около семи. Я прикинул время на сборы в школу и завтрак – пора будить гостью.

Отвернулся к двери и в голос произношу:

– Валентина! Пора вставать!

Даже не заворочалась. Я ещё раз попробовал, но сон оказался крепким. Пришлось подойти, а ведь хотелось тактично дать возможность обойтись без моего внимания.

– Валентина! – слегка потряс за плечо.

Послышалось бормотание. Потряс ещё и оно повторилось. Наклонился чтобы расслышать, и тут она резко развернулась отбрасывая покрывало, на миг являя вид себя в ночной рубашке. Её руки схватили за плечи и я оказался брошенным на кровать.

– Доброе утро, господин Председатель, – уставились её мерцающие изумрудным огнём глаза. Прекрасное богатство волос растеклось по постели и плечам. Они натурально сверкают от пробегающих мелких искорок. А дыхание удивительно пахнет прелой почвой под елями. Я отвлёкся на миг, с удовольствием вдыхая его.

– Ты чего творишь? – настало время включить капитана Мораль.

– Хочу поприветствовать, – промурлыкала рысью она и лизнула мне нос.

– Эй! А ну прекратить непотребство в моей обители и, тем более, постели! – попытался грозно отсечь я.

– Ах! – картинно, но талантливо простонала она, закатив глаза. – Твои правила обрезают крылья моему парящему существу. Может быть, есть хоть одна, – в этот момент Валентина придвинулась и закинула ногу, – возможность дать мне парить вволю.

Это истинный полигон для её артиллерии, а я – движущаяся мишень, и всё моё спасение заключено в этом движении, в способности избегать снарядов не выходя за рамки полигона и, собственно, радиуса действия этого ведьминского Бога войны.

Я словно кофе с мороженым. И горячая часть – это счастье от осознания величия Творца. Поистине, Его воля велика, а творческий умысел великолепен. Какой бы длинной не оказалась цепочка событий и действий от образа в Его сознании, до воплощения Валентины в нашем мире – это истинная дочь Универсума. В своей щедрости, он даровал мне возможность полюбоваться вместилищем мятежного духа девушки, ощутить опаляющий жар страсти идущий от неё, вдохнуть ноты удивительных ароматов и побороться с истинным соблазном. Я обязать ценить это и бороться за победу не путём уничтожения, а методом симбиоза тварного с духовным, под мягким диктатом последнего.

– Тебе, Валентина, можно всё, кроме того, что я запрещаю, – голос непроизвольно стал ниже, а интонации обрели совершенно необычную злодейскую тональность.

– А можно, хотя бы иногда, брать в осаду Вашу твердыню нравственности, господин Председатель? – голосом юной девочки поинтересовалась она.

– Пробовать на зубок? – вспомнил я расхожее в комиксах выражение.

– Лучше на язычок, – проворковала она.

– В общем, – с трудом справился с накатывающей волной жара, – штурмовать мои стены разрешаю. Ибо, как же иначе тебе проявлять свою воинственность по отношению к нормам, традициям и устоям.

– Как хорошо, когда тебя понимают, – ещё плотнее прижалась она, немного повозившись и устраиваясь поудобней. Глаза девушки оказались на уровне мерцающего кристалла. Зрелище завораживающее. Но меня вдруг пронзил стыд за происходящее, ведь Вероника по сути между нами, а происходит тут такое, о чём лучше не думать.

Я не успел выскочить из объятий. Валентина поднесла руку к кристаллу, взяла в ладонь и с невообразимой глубины чувством произнесла:

– Вероника… Я по тебе скучаю.

У меня стремительно стал повышаться градус удивления. Девушка нежно поднесла хранилище души к лицу и легонько потёрлась. Всё с безграничной чувственностью. Очень трогательно. Вижу, как выкатилась слезинка, а за ней другая. Валентина прикрыла глаза.

Лёжа в родной кровати, я осознал небывалое. Скорее даже ощутил. Сейчас, слились в единую сложную композицию даже противоположные явления, не говоря уже о родственных. Творится небывалое, но гармоничное. Душа ликует, а сердце с готовностью гонит по артериям живительный поток, полный радостных пузырьков кислорода. Я понял великую важность момента. Плотское, эмоционально-чувственное и глубоко духовное нашли возможность соединиться. Важность каждого мига и ничтожность самого времени. Красота и её неважность в сравнении с мерным звоном вечного. Песчинка моего сознания вновь оказалась на перепутье вселенского торжества.

– Валентина, – осторожно позвал я.

Дочь Императора подняла веки и на меня лёг взгляд, цвета молодой травы.

– Что связывает тебя и Веронику?

– Я не могу сказать.

– Почему?

– Пока не могу. Давай дождёмся её появления и тогда раскроем карты, – непривычно нежно попросила она.

– Конечно! – тут же отозвался я. Для меня просьба от девушки, с такой подоплёкой – приказ к действию от Императора. Не обсуждается.

– Испытываю большую благодарность к тебе, но не могу её выразить, – страдальчески посмотрела Валентина.

– А слов не достаточно? – улыбнулся я.

– Это прелюдия.

– Опасаюсь узнать к чему? – уже более нервно рассмеялся я.

– Можно я, буквально на чуть-чуть, приоткрою тебе творящееся во мне? – заглянула с надеждой она.

– Как именно?

– Ну, ты просто ощутишь малую часть всей бури.

Возникло предчувствие, отговаривающее от согласия, но моё мужское эго уже встрепенулось – Валентина страдает и мне важно понять от чего.

– Можно.

В этот миг я забыл всё, что испытывал ранее. Вернее эти мытарства просто потеряли в цвете, силе и значимости. С твёрдого берега, меня зашвырнуло в беснующийся океан сумасшедших чувств. Тело задрожало, мгновенно покрывшись испариной. Напряглось и заполыхало в пожаре страсти. Источником воды, способным задушить это пламя, стала Валенитина и ничего более. На ней сошлось всё вожделение. Она точка сборки. Она всё.

Ещё миг и сознание утонуло бы в этом океане. Шансы на борьбу были не просто малы, их не было совсем. Такие порывы невозможно обуздать. Но Валентина закрыла дверку в себя и я остался оглохшим, слепым и обессиленным. За какие-то секунды мир поделился на до и после. Очень медленно я начал что-то чувствовать и различать.

– Прости, – прошептали её губы.

Просто прижал девушку к себе и поцеловал в голову. Жить с таким внутри – это неописуемая задача. Сразу вспомнились все неловкие моменты и я обрушился в очищающие волны прощения. Валентина несёт очень трудную ношу. Отныне буду иначе воспринимать протуберанцы её термоядерного существа.

– Нам пора собираться, – с некой грустью произнёс я. – Пошли завтракать.

Глава 27

Стоило закрыться двери в комнату, где девушка осталась переодеваться, как раздался её вскрик. Я рванул ручку и ввалился обратно. Глаза резанул свет от портала, разорвавшего пространство по центру. Из него торчит здоровенная лапища и шарит по комнате. Валентина успела отбежать и жмётся в угол.

Грудь опалил гнев. Я даже испугаться не успел, как переполнился им.

– Меч, появись!

Тут же дёрнул оружие и занёс для удара. Тварь за границей портала словно почуяла опасность и поспешила втянуть конечность обратно, но я успел рассечь кисть. Под вопли и брызги, рука скрылась в бездне.

– Всё хорошо?

Валентина кивнула.

– Сделай пузырь и пошли добьём гада!

– Зачем⁈

– Чтобы жить спокойно! – отозвался я, хватая воздух ртом, словно бежал. – Думаешь, его отпугнёт рана? Скорее разозлит.

– Ты уверен? – неожиданно переспросила Валентина, с испугом в глазах.

– Удивляешь меня! Ты же недавно одолела великого демона и совершенно не перживала о том! – приспустил я меч.

– Ну, так я же не знала, что меня хотят похитить! – пожаловалась она. – Как представлю этого похотливого Падшего, так дрожь пробирает!

– Во-первых, я тебя защищу. Во-вторых, чего это он похотливый? – усмехнулся я. – Негодяй – да, но не обязательно же похотливый.

– Но ведь ты…

– Так! – мягко прервал я. – Пошли надаём монстру положенного урона и поговорим уже в Изнанке – портал сейчас схлопнется.

– Хорошо, – ободрилась Валентина.

Пространство издало глубокий звон и вокруг сформировался кокон. Я взял ведьму под руку, позволяя порталу выплюнуть нас в постапокалиптический мир Изнанки. Хлопок ознаменовал полную материализацию.

Крыша на доме отсутствует, как и стены. Сейчас это руины с торчащими костьми металлического профиля и обломанными зубьями гипсовых плит. Кровавое море буйствует на небесах. Где-то воет ветер, подобно одинокому шакалу, но до нас порывов не доносится. Мы словно в вакууме. В гнетущей тишине, когда сверху нависает багровый кошмар, по природе обязанный издавать хоть какие-то звуки, мне стало совсем не по себе.

Ситуацию изменил демон – Гигантский, страшный и злой, нечленораздельно заревевший и прыгнувший к нам. Я хватаю Валентину за пояс и вниз.

– Смягчи удар! – успеваю крикнуть.

Нас встречает воздушная подушка. Демон, разворотивший второй этаж дома, крутанул рогатой башкой. Я судорожно огляделся. Соседские дома примерно в том же состоянии. Бой лучше принять на середине потрескавшейся улицы с выцветшим асфальтом.

– Бежим! – потянул я спутницу.

Мы быстро удалились от врага. Демон опять зарычал и прыгнул, но перекрытие под ним провалилось. Тварь начала с трудом выкарабкиваться из-под обломков,цепляясь о штыри арматуры.

– Может я его пока обстреляю чем-нибудь? – уже веселея, предложила Валентина.

– Погоди! А сил хватит, чтобы потом обездвижить? Хочу попробовать мечом достать.

– Хватит! – беззаботно махнула ведьма рукой и приготовила обе для атаки.

Во врага, со всех сторон, полетели крупные куски почвы, включая обломки перекрытий. Потом, с десяток молний обрушились на хитин чудища. Следом затрещал растекающийся огонь.

Мысль ухватилась за образ, я крутанул в голове череду логических звеньев и говорю:

– Валентина! Ты можешь создать вокруг него облако горючего газа, прям очень горючего и взрывоопасного?

– Не знаю, – отозвалась она, выпустив по демону ещё шаров. – Что ты задумал?

– Вспомнил кое-что из нашего мира. Нужно распылить взрывную смесь и мгновенно воспламенить по всем объёму.

Тем временем, архидемон справился с задачей и переваливается через стену. Валентина нахмурила брови.

– Давай, я просто создам вокруг него много-много огненных шариков и взорву их?

Я опасливо глянул на вот-вот одолеющего преграды врага.

– Хорошо, только быстрей!

Воздух вокруг демона спешно наполнился мелкими, как пластиковые пульки, жёлтыми шариками. Они липнут на него, словно пчёлы. Архидемон отмахивается, но шарики истинно уподобились насекомым.

– Зажми уши, Матус, – посоветовала девушка.

Я едва выполнил просьбу, как всё множество огоньков взорвалось. Басовито, мощно, как в фильмах или роликах боевых учений.

От звука-то уши уберегли, а вот взрывная волна и пламя за ней, бросили нас, как футбольные мячи, на зубья стен соседних домов. Валентина успела укрыть слоем воды и самортизировать удар. Оглушённый, покачиваясь, я смотрю на место, где недавно был демон, а сейчас лютует огненный торнадо, жгутом рвущийся ввысь и перевитый жирными клубами чёрного дыма.

– Уф! – утёр я мокрое лицо с нагаром от взрыва и поморщился – воняет копчёной резиной.

– Мы его уделали? – с озорством спросила девушка, перебравшись через остатки стены и поправляя одежду.

Я с заметным интересом разглядел её ночную рубашку – местами прогорела, местами порвалась. Валентина настолько прекрасна, что даже сейчас приковывает взгляд.

– Конечно, – отозвался я, но тут из черных клубов дыма раздался рёв. – Ах ты ж гад! Слушай, Валентина, можешь сжать струю огня так, чтобы получилась тонкая струйка с очень высоким давлением?

– Много-много огня в узком потоке? – переспросила она.

– Вроде магмы, только сильно нагретой. Как расплавленный металл.Заключи его в некую капсулу своей магии и с огромной скоростью выпусти в демона. Как из шприца!

Озадачил я ведьму. Но что поделать, если нет кумулятивного снаряда и комплекса для его запуска.

– Это что-то из нашего оружия, да?

– Именно, – обрадовался я. – Попробуешь?

– Да! Я могу и металл создать. Смотри!..

Перед нами возник здоровенный блестящий куб.

– Расплавь его! – скомандовал я. – Эй, только щит поставь сначала!

У меня волосы едва не трещат от резко побелевшего куба. Валентина ойкнула и жар тут же спал. Прошло пару секунд. В квадратном объёме воздуха, раскалившийся добела объект вскипел.

– Теперь представь соответствующий шприц, но его кончик пусть будет длиннее обычного.

С детским восторгом вижу, как лучащаяся субстанция приняла форму цилиндра.

– Пока не выпускай! Представь, что там заслонка… Теперь подноси к демону.

– А он там? – вгляделась Валентина в клубы. Архидемон словно услышав, вывалился из места взрыва – потрёпанный, чернее былого, но живой.

– Теперь нагоняй давление и выпускай сквозь кончик, – проговорил я, с нарастающим напряжением внутри. Получится ли?

Валентина хорошо сдавила объём с металлом и его перегретая струя мгновенно вырвалась из невидимого шприца! Демона пробило навылет, а с ним и дом. Хотел было крикнуть, чтобы она плевалась в разные места, но девушка и сама уловила тему – стала водить туда сюда, как резаком.

Устоять перед непрекращающейся кумулятивной струёй архидемону не удалось. Я недооценил врага, полагая, что сейчас быстро завалим, но может чудом, а может сообразительностью, нашёл способ нанести непоправимый ущерб. Тварь, даже исполосованная огненной струёй пыталась шевелиться, а на месте зияющих дыр стремительно появлялась плоть. Валентина оборвала эти попытки.

Мир магии ещё только открывает для меня первые страницы. Говоря по сути, пока не вижу разницы между архидемоном и собратом попроще. Наверняка, нормальный и серьёзный оператор тонкоматериальных полей сейчас бы сильно обрадовался. Впечатлился бы столь скорым боем и вообще смелостью сразиться с архидемоном.

Но Валентина лишь расхохоталась и, вскинув бровь, заявляет:

– Закономерный итог!

– Разбалуешь такими заявлениями, а потом какой-нибудь недодемон легко прибьёт меня.

– Ворчун! – отозвалась Валентина и огляделась. – Больше нет врагов?

Я же озадачился другой мыслью.

– А есть возможность захвата демона с целью допроса?

– Это зачем⁈

– Чем больше мы узнаем о Падшем, тем значительней увеличим шансы на победу, – отозвался я, подходя.

– Ты хочешь сражаться с ним? – сильно удивилась Валентина.

– Я хочу защитить Империю и тебя от опасности. Если придётся с ним сражаться и у меня будут шансы, то готов вступить в бой, – с горечью произнёс я.

– Шансы-то есть, но ты меня удивляешь, – улыбнулась она.

– И почему же? – приготовился я услышать какую-нибудь дурь. – Разве странно стремиться защищать жителей своей страны и девушку?

– Я думала, что достала тебя нестерпимо.

Ответ несколько обескуражил. Девушка несносна, это да, но избегать ответственности за её жизнь из-за такого – позорно.

– Даже мысли не было оставить тебя наедине с опасностью, – хмуро проговорил я.

Глаза ведьмы зажглись, а лицо обрело томный вид.

– Покорил меня одной фразой, господин Председатель. Когда ты серьёзен и с испачканным в пылу схватки лицом – выглядишь дико мужественно. Мой рыжий герой! Огненный защитник!

Какие-то слова, что хотели сорваться с моих губ, смыло волной смущения и радости от признания. Боюсь смотреть в её пышущие нерастраченной страстью малахиты. Но и ответить надо.

– Спасибо.

– Ещё и скромный! – пропищала она, хватаясь за лицо. – Всё! Бери и неси меня на ложе. Я согласна!

Единственным приёмом против такого, что у меня есть, является маска умудрённого и серьёзного человека.

– Нам нужно поймать языка. Поможешь?

– А потом на ложе? – мечтательно спросила она.

– Потом завтракать и в школу, – погрозил я ей пальцем и огляделся.

Высокая часть города выглядит очень впечатляюще, с уклоном в гнетущее воздействие. Множество высотных домов разрушено и лежит в руинах. Те же, что уцелели, уходят в кровавое буйство облаков. Я не маг, поэтому понимая, что через завалы нам так просто не пройти, думаю о каком нибудь танке или БМП. А лучше всего вертолёт.

Уделив несколько секунд грёзам, вынырнул в реальность. Искать демонов или иных тварей Падшего методом тыка – бесперспективно. Все надежды на Валентину.

– Может, у тебя есть какая-нибудь метла?

Ресницы изумрудных глаза захлопали в удивлении.

– Не поняла…

– Ну, ты же ведьма, а значит на чём-то должна летать, – растерянно выговорил я.

Девушка от души расхохоталась, немного заразив меня.

– Ой, Матус! Сказал, так сказал, – она попробовала отдышаться. – Уж не знаю чья фантазия это породила, но высшие маги пользуются порталами. Ещё можно заставить себя левитировать, но оба способа затратны.

– А если кратковременно?

– Это можно, – кивнула она.

– Давай, на ту высотку. Получится? – я показал на удивительно ровно отломанное здание, с сохранившимся перекрытием.

– Ну-у… надо попробовать, – озадаченно отозвалась Валентина, как вдруг лицо озарилось. – Только нужно покрепче обхватить друг друга.

Я живо это представил и с надеждой говорю:

– По другому никак?

– Нет! – возмутилась девушка. – Так сказал, словно что-то плохое предстоит.

– Я такого не говорил.

– А что же тогда имел в виду? – требовательно обратилась она.

– Прижиматься к тебе – очень волнительно, и может вызвать неудобства, – попробовал пояснить я, оглядывая её и свою одежду. Точно не для полётов и сражений в Изнанке.

– Не переживай, – подошла она, – прижимайся смело. Я же сама предложила, тебе не о чём волноваться. Правда же?

– Эх…– оглядел её прожённую ночную рубашку я, цепляясь взглядом за особо впечатляющие места. – Потом не жалуйся.

Уже без опаляющего стыда, признался себе, что рад такой ситуации. Совесть и мораль по прежнему на страже порядка, но не каждый же день оказываешься в параллельном мире, в домашних тонких штанах, да старой майке и сражаешься с архидемоном. И вообще, «не каждый день» – это очень общее определение, никому в Империи такое не выпадало и не выпадет, наверное. Разве правильно, распространять общие правила на полностью выбивающуюся из понятий общего, ситуацию? Нет, а раз так, я шагнул навстречу Валентине, заключил в объятья и прижался, как можно плотнее.

– Как ты… крепко обнял, – с трудом проговорила девушка.

– Ой! Так полегче? – сбавил усилие я.

– Да. Я вовсе не против таких объятий, но трудно дышать, – смущённо отозвалась ведьма.

Её рыжие волосы прекрасны. Я постарался не зажать ни одного. Пахнут диким мёдом и свежестью.

– Летим? – спросила она.

– Ага.

Живот остался спокоен. Ускорения не ощущаю совсем, но земля стала удаляться. И панорама постапокалиптического города и высота, позволили отвлечься от тёплого ощущения девушки. В восхищении я завертел головой. Судя по открывшимся видам завалов, трещин и рвов, пешком мы бы точно не прошли. Высотка стремительно приближается.

– Кажется, я могу дольше лететь, чем думала, – жарко проговорила Валентина.

– Почему?

– Твоим страстным объятьям благодаря, господин Председатель.

Тут уж меня отвлекло от видов города и приковало к ощущениям тела. Откинув голову, повёл взглядом по лицу и окунулся в горящие глаза. Всё оживает навстречу Валентине. Я чувствую её отзывчивость, а она мою.

– Знаешь, – уже хрипло отозвался я, – давай лучше, как наметили.

– На высотку? – промурлыкала она.

– Да. Нужно проветрится.

Валентина всё поняла, ибо скрыть пылкость я не могу.

– Может сначала закрепим наше э-э… своего рода соитие… погоди, погоди! – оборвала она всплеск моего возмущения. – Имею в виду столь близкое нахождение друг к другу. А если тебе почему-то не нравится закреплять на твёрдом основании, могу удерживать нас в воздухе.

Почти без сопротивлений, фантазия тут же нарисовала это. Воспылав лицом от смущения, я спешу с ответом:

– Нет! Донеси до высотки и осмотримся. Меня от твоих предложений стыд душит. Развратная ты ведьма!

– Всегда думала, что это оскорбление, но из твоего рта звучит, как комплимент, – рассмеялась Валентина. – Почему?

– Не знаю, – буркнул я.

– Может, потому, что губы у тебя соблазнительные? – опасно близко к ним произнесла она. Взгляд впился в клубничные уста девушки, а неким чудом я уловил ещё и аромат ягоды. Природа верно служит Валентине.

– Самые обычные, нет в них ничего.

– Ну, так! Было бы странно, если бы ты сам любовался ими, а мне можно, – последние слова прозвучали особенно томно, сводя с ума. Но я тут же вспомнил бездну страсти, что живёт красивом вместилище её хтонического духа и понял – это лишь толика! Я обязан крепить плотину самообладания Валентины.

– Я не против. Только старайся преобразовывать это в платоническую сферу.

– Что ты со мной делаешь, Матус? – вдруг рассмеялась она. – Всегда думала, что от наставнического тона папы будут уныло ныть скулы, но вот слышу его от тебя и нравится. Прям школьница перед учителем.

Я выдохнул от внезапно накатившей волны жара. Обкатанный множеством комиксов образ послушной ученицы и строгого наставника, слишком живо вспыхивает в голове. Кто больше, кто почти без, но добавляют в него тона подспудного влечения и это дурманит.

– Это моя магия, – с нервным смешком проговорил я. Мы уже опускаемся на перекрытие, а давящее и гипнотизирующее небо, устрашающе близко – стоит лишь вытянуть руку.

– А говоришь напрочь лишён сил, – ответила девушка и выпустила из объятий.