Текст книги "Красно-белый чемпион. Том 1 (СИ)"

Автор книги: Влад Порошин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 11 страниц)

– Правильно, Володь, скажи, – обратился ко мне наша юная звёздочка, Сергей Родионов.

– А я Ринату Файзрахмановичу уже всё объяснил, – ответил я. – Мы с вами только-только начинаем большой спортивный путь. Почти все из вас, если не будут глупить, сделают хорошую спортивную карьеру, которая принесёт немалые деньги, славу и почёт. А лет через семь каждый из вас спокойно уедет на заработки на загнивающий запад.

– Который всё никак не загниёт, – хохотнул Гаврилов.

– Это уже вопрос из «Международной панорамы», – буркнул я. – Поэтому нам унижаться и играть с «Факелом» вничью не надо. Не стоит это ни тысячи, ни двух, ни даже трёх. И потом, сегодня эти черти нам дали деньги за ничью. А завтра они же начнут шантажировать и требовать, чтобы мы проиграли чёрт знает кому. Римский император Веспасиан как-то произнёс, что деньги не пахнут. Так вот, парни, это ложь. И, в частности, от этой сделки, смердит за версту! В общем, я всё сказал.

– Ну что, будем голосовать или и так всё понятно? – спросил всех футболистов Юрий Гаврилов.

– Гнилая идея, – буркнул Сергей Андреев. – И если бы я хотел играть договорняки, то из СКА не ушёл.

– Тогда собрание можно считать законченным, – криво усмехнулся Ринат Дасаев.

* * *

Второй тур Кубка СССР стартовал в субботу в первый день весны. Тут стоит оговориться, что кубковые матчи принимал не только город Сочи и его административный район Адлер. В эти дни играли в футбол в Самарканде, в Ужгороде, в Мукачево, в Тбилиси, в Баку, в Ереване, в Душанбе и в Фергане. То есть все команды Высшей и Первой лиги соревновались в самых тёплых уголках Советского союза.

И такой турнир в преддверии чемпионата СССР имел немалую ценность. Во-первых, футболисты второй по силе лиги могли показать себя на фоне именитых соперников. А лучшие команды страны на практике проверяли новые тактические схемы и обкатывали своих новичков. Во-вторых, любители футбола маленьких южный городков живьём смотрели игру команд Высшей лиги, которые за год больше к ним не приедут.

Но у ранних стадий кубка был и свой большой недостаток. Данные матчи не транслировало телевидение. И болельщики спорта в других городах страны получали лишь короткие отчёты специальных корреспондентов. Таким спецкором на игре «Факел» Воронеж – «Спартак» Москва работал Гоша Ларчиков. В обычные дни он писал статьи для местной «Черноморской здравницы», а когда играл «Спартак» Ларчиков сидел на трибуне и внимательно следил за перипетиями футбольного матча.

«Странно, – подумал Гоша, когда не увидел в стартовом составе москвичей лучшего бомбардира Владимира Никонова. – Чё ж они убрали своего голеадора? Травма что ли? Очень странно».

Ларчиков открыл записную книжку и быстрым почерком набросал первые строки для отчёта, что в старте «Спартака» главный тренер Старостин выпустил Евгения Сидорова. Но дальше его озадачил сам ход игры. Воронежские футболисты с первой минуты заиграли так мощно и так отчаянно, что москвичи никак не могли наладить конструктивную игру. И вроде бы Шавло, Гаврилов, Черенков и Заваров делали всё правильно, но как только мяч шёл в сторону игроков атаки, так тут же следовала потеря. Другими словами Андреев, Родионов и Сидоров не могли зацепиться за мяч. А «Факел» тем временем перешёл к активным атакующим действия. Особенно выделялся на поле дуэт воронежских нападающих: Крестенко и Мурашкинцев. Самое интересное, что Вячеслав Мурашкинцев провёл несколько сезонов в дубле московского «Спартака». И сейчас буквально лез из кожи, чтобы доказать неправоту столичных тренеров.

И на 25-ой минуте именно Мурашкинцев убежал от Вагиза Хидиятуллина, стянул на себя двух центральных защитников Романцева и Пригоду, и пропихнул мяч между ними на ход Сергею Крестенко. Кстати, 23-летний Крестенко тоже поиграл в Высшей лиге, но уже за московское «Динамо». А в данную секунду он высочил один на один с вратарём Дасаевым, и как-то бесхитростно пробил прямо в голкипера. Но Дасаев сыграл не по мячу, он заранее прыгнул в правый угол и мяч влетел в сетку ворот «Спартака». Две тысячи зрителей встретили гол «Факела» громкими аплодисментами. Ибо благодарная сочинская публика болела не за кого-то в частности, а в целом за хороший советский футбол.

– Нормально забил, – сказал Гоше Ларчикову незнакомый парень, который подсел с левой стороны.

– Хорошо разыграли, – смущённо кивнул корреспондент, так как незнакомец пришёл в обществе красивой девушки.

У высокого и нескладного 25-летнего Ларчикова девушки всегда вызывали некую робость. А у этой барышни были большие удивлённые глаза и насмешливый красивый рот.

– Куришь? – незнакомец протянул Гоше пачку «Marlboro».

– Нет, спасибо. У меня больные лёгкие, – ещё больше смутился Ларчиков.

– Скажите, а это вы корреспондент «Черноморской здравницы», Георгий Ларчиков? – вдруг спорила Гошу красивая незнакомка. И когда он кивнул, она добавила небольшой и приятный комплимент. – Я, кстати, читала ваши статьи. И они мне очень понравились.

– Спасибо, – ещё раз кивнул Гоша и словно девица покраснел.

– А ты знаешь почему у «Спартака» сегодня не играет Никонов? – спросил его незнакомый парень. – Аморалка. Он недавно напился в ресторане гостиницы «Жемчужина». Пристал к моей сестре. Руки ей выкручивал. А потом приехал к её дому, колотил в дверь и запугивал всех соседей тем, что у него большие связи в Москве.

– И зачем вы мне это всё рассказываете? – пролепетал Ларчиков.

– Я этому Никонову за сестру морду бы набил, – незнакомец покосился на свою красивую спутницу. – Только у него связи в Москве. Засадит потом, сволочь, – парень смачно сплюнул на бетонный пол и закурил сигарету. – Напиши фельетон. Как брата прошу. А то совсем москвичи обозрели.

– Я фельетоны не пишу, – ещё сильнее смутился Гоша. – Мы так не работаем. Главный редактор должен дать специальное задание.

– Я заплачу, мне денег для сестры не жалко, – незнакомец ещё раз сплюнул на пол.

И в этот момент на футбольном поле воронежский «Факел» вновь большими силами пошёл в атаку. Трибуны зашумели. Нападающий «Факела» Крестенко отдал пас Мурашкинцеву, а тот, сыграв в одно касание, вывел своего напарника по атаке на хорошую ударную позицию. И Вячеслав Крестенко пробил с 18-и метров точно в угол. Дасаев же чуть-чуть застоялся в воротах и прыгнул с небольшим опоздание. А при счёте 2:0 воронежские футболисты устроили радостную и большую кучу-малу.

– Ладно извини, браток, мне пора на смену, труба зовёт, – незнакомец пожал руку Гоше и пошагал на выход со стадиона, а его красивая сестра осталось сидеть на трибуне.

– Жаль, что вы не хотите мне помочь, – хлюпнула носиком красивая девушка.

– Если только попробовать поговорить с главным редактором, – замялся Гоша.

– Поговорите, – девушка моментально подсела к Ларчикову и взяла его под руку, словно своего парня. – Мой брат денег не пожалеет.

* * *

В перерыве после первого тайма наш главный тренер Николай Старостин молча ходил по раздевалке и держался за голову. Счёт первой половины игры был удручающий – 3:0 в пользу «Факела». Две штуки в ворота Рината Дасаева положил Сергей Крестенко, и ещё один гол добавил второй нападающий соперника Вячеслав Мурашкинцев. И нельзя было сказать, что команда играла из рук вон плохо. Ребята создали три хороших момента. Женя Сидров так вообще выскочил один на один. Но голкипер «Факела», 192-сантиметровый Андрей Ширяев воронежцев выручил. Кстати, Ширяев успел поиграть и за дубль московского «Динамо» и за дубль московского «Торпедо». То есть нас, прошлогоднего чемпиона СССР, били бывшие московские дублёры.

– Теперь послушайте меня, ребята, – наконец пророкотал Старостин. – Не знаю, что с вами сегодня случилось, но так играть нельзя. То, что вы вытворяете на футбольном поле, иным словом, как позор, я назвать не могу. И Дасаев нас сегодня, прямо скажем, не выручает. Не выспался, Ринат, что ли?

– Чуть-чуть, – буркнул Дасаев.

– Звезду поймал, – поддакнул Фёдор Новиков. – Признали лучшим вратарём страны. Вот и наступила самоуспокоенность.

– Далее, что касается замен, – с задумчивым видом произнёс главный тренер. – Леша Прудников разминайся, заменишь Рината в рамке. Ну и ты, Никон, тоже разогрей мышцы. Выйдешь вместо Сидорова. Впереди ещё 45 минут игрового времени. Счёт 3:0 – это не приговор. Постарайтесь взять игру в свои руки и забить на первых минутах второго тайма. И пожалуйста, не позорьте меня, старика.

После слов «деда» я моментально вскочил с лавки и принялся усиленно приседать и делать вращательные движения коленей и голеностопов, чтобы связочки все разработались, и чтобы кровь весело побежала по моему крепкому молодому организму. «А Дасаев-то сегодня как-то не так отработал в рамке, – вдруг подумалось мне. – Неужели деньги взял? Вот балбес малолетний! Да и „Факел“ сегодня бьётся как в финале Кубка кубков, как в последний раз. Возможно, и им тоже пообещали хорошие премиальные? А может мне всё это просто и померещилось? Я ведь тоже сегодня плохо спал».

* * *

После перерыва на футбольный газон маленького и скромного стадиона «Труд», где будут снимать «Гостью из будущего», я выскочил заряженный на борьбу и готовый костьми лечь, но не опозорить красно-белые клубные цвета. И как только львовский судья Игорь Дудко дунул в свисток повёл своих товарищей на ворота воронежского «Факела».

– Не спим, мужики, не спим! – иногда выкрикивал я, чтобы расшевелить партнёров по команде. – Завар, Василич, Шавло, Фёдор Фёдорович, Радик, Андреев, собрались! Не на полянке в субботний день мячик пинаем!

Соперник же, почувствовав перемены в нашем настроении, большими силами прижался к воротам и включил популярный защитный футбольный приём под названием «автобус». Кстати, кроме 192-сантиметровго голкипера защитные порядки «Факела» цементировали ещё три высоких футболиста: Олег Осипов, Владимир Перегонцев и Владимир Пономарёв, который из позиции центрального полузащитника сместился ближе к своим игрокам обороны и, фактически, стал третьим центральным защитником. Поэтому первые наши наскоки воронежцы хоть и не без труда, но сумели отбить.

Однако с каждой минутой мы наседали всё сильнее и сильнее. И на 50-ой минуте матча после многоходовой комбинации, я, Черенков и Заваров, вывели на хорошую позицию Сергея Родионова. Он вывалился с правого края практически один на один с голкипером соперника. Но находясь под острым углом пробил прямо во вратаря, который выбил мяч за лицевую линию. Зрители одобрительно поаплодировали. Воронежцы с хорошей игрой поздравили своего кипера. А наш фланговый игрок, Александр Заваров, побежал подавать угловой с правой стороны.

Ко мне приклеился мой тёзка Пономарёв. Он был выше меня на 6 сантиметров, но при навесах не всегда решающее значение играет рост. Иногда гораздо важнее выбрать правильную позицию и вовремя выпрыгнуть вверх. Правда, когда пошёл навес от Заварова, моя позиция в районе 11-метровй отметки была прямо скажем не очень, так как мяч полетел на ближнюю штангу. Но на эту передачу первым рванул наш юный форвард Сергей Родионов. Он опередил своего оппонента и головой переправил мяч ещё дальше, на мою 11-метровую точку.

Пономарёв схватил меня двумя руками за футболку и выпрыгнуть не дал. Однако мяч уже опускался вниз и мне удалось пробить по нему одним кивком головы. Футбольный снаряд устремился под перекладину. И голкипер «Факела», который двигался в левый от меня угол, попался на противоходе. Мяч же, чиркнув верхнюю штангу, влетел в сетку ворот соперника. Счёт стал – 3:1. Но эти цифры на табло нас совершенно не устраивали.

«Первый пошёл, дай Бог не последний», – подумал я и первым бросился к мячу, чтобы отнести его на центр поля.

И не успели воронежские мастера кожаного мяча опомниться, как в следующей атаке в их штрафной снова заполыхало. На этот раз Гаврилов и Шавло сыграли в стеночку и вывели на ударную позицию Сергея Андреева. Андреев выскочил на ворота «Факела» уже с левого края. Далее на замахе убрал одного защитника. Но пробил рядом с ближней штангой.

А на 60-ой минуте сольный номер выдал Фёдор Черенков. Перед этим Саша Заваров прошёл вдоль правой бровки и вырезал поперечный пас на Фёдора. И вроде бы напрашивалась передача на ход Родионову, но Черенков этой передачи не сделал. Он дождался, когда защитники «Факела» отвлеклись на рывок Сергея, сам же прокинул мяч себе на ход и смело ворвался в штрафную площадь нашего неуступчивого соперника. И через секунду мощно пробил в дальний левый угол. Голкипер Андрей Ширяев прыгнул, но до мяча не долетел.

– Даааа! – закричали мы, когда счёт сделался – 3:2.

После чего несколько секунд трепали вьющиеся волосы Федора Черенкова.

– Ты слышал, что сегодня в наш дом отдыха приезжает команда по лёгкой атлетике? – спросил меня Юрий Гаврилов, когда мы семенили на центр поля. – Девушки-легкоатлетки заезжают на соседний этаж.

– Тебе, как закоренелому женатику, думать на такие темы неприлично, – усмехнулся я.

– Да пошёл ты, знаток человеческих душ, – обиделся мой друг.

– Вечером, Василич, поговорим, вечером, – я сплюнул на неровное и лысое поле стадиона «Труд». – Сейчас игру спасать надо.

– Теперь они никуда от нас не денутся, – уверенно ответил Юрий Васильевич, кивнув в сторону приунывшего соперника.

* * *

– Какая всё-таки футбол интересная непредсказуемая игра. То «Спартак» проигрывал почти без шансов. То во втором тайме он перехватили инициативу и должен был дожимать своего соперника, но «Факел» героически выстоял. И сейчас за две минуты до конца может сотворить сенсацию и победить, – сообщил своей новой знакомой барышне корреспондент Гоша Ларчиков, когда они сидели на центральной трибуне стадиона.

К слову сказать, на стадионе «Труд» имелось всего две трибуны. Одна из 6-и рядов располагалась вдоль дальней противоположной бровки поля. И вторая, центральная, тоже из 6-ти низеньких рядов, была возведена вдоль этого ближнего края. И разница между ними была лишь в том, что центральную трибуну разбивал пополам двухэтажный домик, где ютились раздевалки и судейская комната. А ещё всего в десяти метрах от центральной трибуны стояли скамейки запасных обеих футбольных команд.

– Скукота этот ваш футбол, – надула Вера губки.

– Скажите, к вам точно приставал Владимир Никонов? – спросил Гоша.

– Да, он. Вон он, бегает, свои голы забивает.

– Я почему спрашиваю, – замялся Ларчиков. – По слуха Никонов вообще не пьёт.

– Просто это скрывают, и у него большие связи, – насупилась его новая знакомая.

И тут зрители разом вскочили с мест. Так как Сергей Шавло лихо пронёсся всего в нескольких метрах от центральной трибуны, прострелил вдоль штрафной площади, и набежавший Владимир Никонов пушечным ударом с 22-метров вколотил третий мяч в сетку «Факела».

– Гоооол! – обрадовались болельщики.

– Как прОбил, чертяка, как прОбил! – загомонили полный мужичок рядом с Ларчиковым.

– Положил, словно рукой, точно в девяточку, – поддакнул другой любитель спорта. – Жаль Никона раньше не выпустили. Две минуты осталось. Теперь Воронеж точно выстоит.

– Не хотите писать фельетон, так и скажите, – ещё сильнее обиделась Вера. – Тогда я пошла. И не надо со мной сегодня ходить в кино. Сидите на этом стадионе один.

– Я напишу. Я обязательно всё напишу, – затараторил Гоша, которому не хотелось расставаться с красивой и притягательной девушкой. – Просто мы не будем указывать имя футболиста. А то вдруг вы всё-таки ошиблись?

– Ну хорошо, имя можно и не указывать, – улыбнулась Вера и свои соблазнительным боком прижалась к Гоше Ларчикову, как к любимому мужчине.

* * *

Как только я вложил в удар всю спортивную злость и мяч вонзился в правый верхний угол ворот «Факела», на поле выбежала вся наша команда. Проигрывать весь матч и отыграться за две минуты до конца – это в какой-то мере спортивная удача, которая бодрит кровь и доставляет настоящее футбольное наслаждение.

– Красавец, Никон! – кричали и хлопали меня по плечам мои товарищи.

– Потом, мужики, потом, – бурчал я. – Осталось ещё две минуты. Воронеж надо дожимать!

Как вдруг меня приобнял Ринат Дасаев и, прошептав мне на ухо, попросил, чтобы я больше не забивал, и мы остановились на этом ничейном счёте – 3:3.

– Они мне ноги переломают, Никон, – шепнул он. – Спасай, друг.

– Так ты всё-таки взял эти проклятые деньги? – опешил я. – Зачем? Ты же лучший вратарь страны? У тебя футбольного таланта немеряно! Зачем ты в это влез?

– Пошли, мужик, пошли! – захлопал в ладоши Николай Старостин. – Нужен последний штурм. Соберитесь! Никон, давай!

– Идиот, – тихо буркнул я Ринату Дасаеву и побежал на центр поля.

И первая мысли моя была, что если Дасаев такой идиот, то пусть получит по заслугам. Но через несколько секунд я подумал, что эти черти действительно могу переломать ноги. И наказывать Рината за глупость, свойственную неопытной молодости, слишком жестоко.

Однако мои партнёры по команде нашего разговора не слышали и, перехватив мяч, попёрли на воронежский «Факел» с удвоенной силой. Соперник же вконец расклеился. Шавло, Гаврилов, Черенков, Заваров, Хидиятуллин, Родионов и Андреев раскатывали своих оппонентов как детей. И в самой последней атаке Сергей Андреев решился на сольный проход. Он поочередно обыграл трёх защитников «Факела» и со своего левого края сделал шикарную передачу направо Сергею Родионову. И в принципе Родионов должен был поставить точку в этой нервном противостоянии. Но Сергей заметил моё подключение к атаке и отдал пас прямо под удар.

Я же, оказавшись в десяти метрах от ворот соперника, увидел страх в глаза голкипера Ширяева, который выручал свою команду около десятка раз, и представил как Дасаеву ломают ноги. И в следующее мгновенье намерено шибанул гораздо выше рамки ворот. Раздался громкий мужской мат, разочарованный вздох сочинских трибун и судья из Львова Игорь Дудко выдул два коротких и один длинный свисток.

– Мачт закончен, – сообщил всем собравшимся спокойный дикторский голос. – Воронежский «Факел» и московский «Спартак» сыграли со счётом – 3:3.

Глава 11

шПосле матча с воронежским «Факелом» привычного разбора игры не было. Николай Петрович Старостин собрал команду в большом четырёхместном номере и рассказал, как мы будем жить дальше. Так как дальше у нас начиналась самая настоящая футбольная свистопляска. Послезавтра, 3-го марта, мы должны были сыграть против куйбышевских «Крыльев Советов», 5-го марта был запланирован перелёт в Тбилиси и первый домашний матч Кубка кубков против французского «Нанта». А 7 числа команда летела обратно в Сочи и играла матч против краснодарской «Кубани».

Кстати, в спорткомитете «деду» предлагали отказаться от участия в групповом этапе Кубка СССР, чтобы наша красно-белая дружина спокойно готовилась к противостоянию с французами. А потом «Спартак» стартовал бы в Кубке страны сразу со стадии плей-офф. Но Старостин сказал, что мы – народная команда, играем для народа и никаких дополнительных коврижек нам не требуется. Сыграем против Первой лиги, как все остальные.

Что касается нас, футболистов, то тут единого мнения не существовало. Кто-то втихаря поругивал Старостина за то, что он отказался от такой шикарной преференции – сразу начать гонку за Кубок СССР с игр на вылет. Кто-то радовался, что мы будем больше играть и меньше бегать по стадиону, наматывая бесконечные круги. И лично я тогда Старостина поддержал и сказал всем парням, что без реальной игровой практики мы «Нанту» первый домашний матч точно проиграем. Вывалимся из игрового ритма, получим в домашней игре пару шальных мячей и поход за Кубком обладателей кубков для нас бесславно закончится. И мне казалось, что многие со мной согласились.

– Календарь у нас впереди сложный, – пророкотал бархатистым голосом Старостин. – Поэтому против Куйбышева и Краснодара на поле выйдут те, кто смотрел прошлые матчи со скамейки запасных. Основной состав мы прибережём для французского футбольного коллектива. Теперь по завтрашнему дню. Завтра у нас разгрузочная получасовая тренировка и восстановительные процедуры: сауна и массаж. Есть вопросы?

– Кто сыграет против Куйбышева? – протараторил Боря Поздняков.

– Состав на игру против «Крыльев» я назову завтра вечером, – ответил «дед» и, обведя футболистов насмешливым взглядом, добавил. – У меня есть ещё одно объявление. К нам на этаж подселили девушек из легкоатлетический сборной города Ленинграда, поэтому ведите себя прилично. Не гогочите, как в зоопарке. И не позорьте нашу команду.

После совета: «не гоготать, как в зоопарке», футболисты дружно заражали, словно в цирке.

– Эх, знал бы я раньше, что буду жить на сборах с легкоатлетками из Ленинграда, то никогда бы не женился, – громко высказался Юрий Гаврилов, вызвав как дополнительный гам и пересуды, так и новый нездоровый смех.

– Думаешь, что ленинградские легкоатлетки тебе согласятся гладить, готовить и прибираться в твоей квартире? – осадил Гаврилова Николай Старостин. – «Любовью дорожить умейте, / С годами дорожить вдвойне. / Любовь не вздохи на скамейке / и не прогулки при луне», – «дед» продекламировал стихотворение Степана Щипачёва и сказал, чтоб мы все топали на ужин.

А по дороге из нашего жилого корпуса в клуб дома отдыха «Спутник», где находилась столовая, Старостин попросил меня с ним немного прогуляться. «Наверняка сейчас спросит об игре Дасаева, который из трёх ударов, один мог однозначно взять. И вообще действовал в рамке ворот странно», – подумал я. Однако «дед» про эту неоднозначную игру Рината Дасаева не сказал ни единого слова. Он спросил, что я думаю по поводу состава на следующий матч. И я чуть не ляпнул: «А что по этому поводу думают Фёдор Новиков и Гера Ярцев? Они часть тренерского штаба и должны выполнять свои функции». Но потом мне показалось, что Старостин в глубине души винит себя за столь плотный футбольный календарь нашей команды. Поэтому от бессмысленной и беспощадной юношеской дерзости я перешёл к насущному вопросу:

– Во-первых, самый большой объём работы выполняют наши фланговые игроки. Пахать вдоль всей бровки очень непростая задача. Значит меняем Шавло и Заварова на молодых Позднякова и Морозова. Далее нужно поберечь Черенкова. Физика у Феди не на высоте. Пусть вместо него побегает Женя Сидров. У Хидиятуллина имеется несколько мелких повреждений и его тоже следует поберечь. Выпустим на его позицию, опорного полузащитника, Юру Суслопарова. В атаке вместо Серёжи Андреева задействуем Володю Лютого. Ну и вместо защитника Пригоды выпустим опытного Сашу Мирзояна. Когда ветеран сидит на лавке – это нехорошо.

– А ты значит сам себя поменять не хочешь? – уставился на меня «дед» своими проницательными глазами.

– Я, Николай Петрович, здоров как бык, – усмехнулся я. – Да и Гаврилова можно не менять. Он играет за счёт интеллекта, а не за счет тупой беготни.

– Что по вратарям?

От этого вопроса я внутренне напрягся. «Деньги нехорошие взял наш красивый и жгучий брюнет», – буркнул я про себя, но вслух предложил, чтоб вратари вновь сыграли по одному тайму.

– Таким образом перед «Нантом» мы точно узнаем – кто из голкиперов находится в лучшей игровой форме? – сказал я.

– И у нас без замен остаются Романцев и Родионов, – задумчиво пробубнил Старостин. – Не команда, а какой-то «Тришкин кафтан».

– Зато каждый игрок «Спартака» в этом сезоне вдоволь наиграется, – хмыкнул я.

* * *

Вечером в клубе дома отдыха было необычайно многолюдно. И в кои-то веки соотношение между представителями сильного пола и пола слабого здесь было примерно одинаковым. В толпе то тут, то там мелькали незнакомые приятные лица советских спортсменок. А ещё местный художник-оформитель вывесил турнирную таблицу нашей первой отборочной группы после 2-го тура, где наш красно-белый «Спартак» красовался на первом месте с 3 очками. Далее следовали четыре команды, набравшие по 2 очка – это ленинградский «Зенит, краснодарская 'Кубань, куйбышевские 'Крылья Советов» и харьковский «Металлист». На последнем месте с 1-м очком пока что шёл воронежский «Факел». И вся борьба, конечно же, была ещё впереди.

– Любуетесь первым местом? – захихикала девушка с маленьким вздёрнутым носиком, хитрыми озорными глазками и волосами светло-пшеничного цвета.

– Что ж вы сегодня в ничью-то сыграли? – хмыкнула её подруга, которая для первого вечера в этом доме отдыха старательно накрутила тёмные волосы, наверняка использовав бигуди.

Эти две симпатичные подруги около нашей турнирной таблицы застали меня, Юрия Гаврилова и Сашу Заварова. Мы, кстати, тоже принарядились для этого вечера во всё самое лучшее, надев на себя американские джинсы, немецкие кроссовки и какие-то иностранные рубашки.

– А вы, барышни, в каких видах спорта специализируетесь? – спросил я. – Бег, бег с барьерами, прыжки в высоту или полёту во сне и наяву, но уже с разбега и в длину.

Девушка со вздёрнутым носиком весело захихикала, а её более серьёзная подруга ответил мне с явным вызовом:

– Допустим прыжки в высоту. И что это меняет?

– Тогда ответьте, милые барышни, вам каждый раз удается взлететь над планкой на метр 80 или на метр 90? – снова спросил я.

– На метр 90 мы ещё не прыгаем, – недовольно пробубнила девушка с завивкой. – И, между прочим, метр 93 – это олимпийский рекорд и рекорд СССР для закрытых помещений, где прыгать гораздо проще.

– Вот и мы не каждый раз побеждаем, – ответил вместо меня Гаврилов. – Сегодня была ничья, зато завтра непременно будет победа.

– А вы случайно не из Ленинхрада? – спросил Саша Заваров.

– Мы из разных городов, но среди нас есть и из Ленинграда, – почему-то с обидой в голосе произнесла серьёзная девушка и потащила свою подругу в зал, где к этому моменту уже гремела лёгкая танцевальная музыка.

Как вдруг в зале заиграла песня «Музыка нас связала, тайною нашей стала». Услышав знакомый мотив группы «Мираж» из другого времени, я просто опешил и с приоткрытым ртом замер на месте.

– Мужики, вы это слышите? – пролепетал я. – Это не слуховая галлюцинация?

– Сдаётся мне Никон у нас опять холовой хряпнулся, – загоготал Заваров. – Шо опять память от рук отбилась? Ха-ха-ха.

– Не чуди, Володь, это же твоя песня, – пихнул меня в бок Гаврилов. – Забыл, что ли, как ты Старостиных просил, чтоб тебе помогли оформить авторские права сразу на несколько песенных композиций?

– Несколько композиций? Это хорошо, – пробормотал я и вспомнил, что в своей квартире в Москве видел какие-то странные бумаги из Всесоюзного агентства по авторским правам. Я ещё их хотел выбросить вместе с мусором, так как толком не разобрал о чём там говорится. Мне тогда подумалось: «Ну какое отношение я, футболист, имею к музыке?». А оказывается, у меня есть некая интеллектуальная собственность, которая способна приносить реальный доход. Может не сейчас, но потом обязательно с неё будет капать звонкая монетка.

– Пошли, выпьем по коктейлю, – предложил Юрий Васильевич.

А в шумном танцевальном зале под музыку «Миража» уже вовсю отрывались спортсмены и спортсменки. Мне даже подумалось, что если внимательно присмотреться к тому, где чаще всего знакомились будущие чемпионы и чемпионки со своими половинками, то дорожка приведёт именно к подобным спортивным сборам. Я уже не говорю о таких знаменитых спортивных парах, как спринтер Валерий Борзов и гимнастка Людмила Турищева, футболист Альберт Шестернев и фигуристка Татьяна Жук или футболист Олег Блохин и ещё одна красавица гимнастка Ирина Дерюгина. Именно здесь ковались крепкие спортивные ячейки общества. Или не совсем крепкие, ибо сама жизнь подчас выдаёт такие резкие повороты, что только держись и не теряй присутствия духа и самообладания.

Далее мы заняли свободный столик, скинулись по рублю и послали самого молодого нашего друга, Сашу Заварова, в бар, где разливали хорошие безалкогольные коктейли.

– Никон, скажи – тебе не кажется, что наш Дасай сегодня как-то очень странно играл в рамке? – спросил меня Гаврилов, когда мы остались одни.

– Кажется, – не стал юлить я. – И с Ринатом непременно надо провести беседу. А ещё ленинградский «Зенит» проиграл 1:0 «Крыльям» из Куйбышева. И ничего. Смотри как Ленинград веселится. Кстати, в этом сезоне у «Зенита» подобралась неплохая команда, и он наверняка зацепится за медали чемпионата.

– Не может быть, – усмехнулся Гаврилов.

– Можем поспросить, – спокойно сказал я, но Юрий Васильевич от пари благоразумно отказался.

А потом Заваров принёс бокалы с какой-то газированной жидкостью и дольками лимона и мы, по привычке чокнувшись, пожелали друг другу собрать всё золото мира в футбольной борьбе. И вдруг заиграла ещё одна песня не из этого 1980 года. Зазвучал мужской вокал, который переплетался с женскими голосами на бэке, и выводил он следующие слова:

В путь-дорогу птицам пора,

Птицам снится юг.

Жёлтый лист кленовый вчера

Сел в ладонь мою…

Я покосился на своих друзей, но спрашивать, как ещё и эта композиция перекочевала сюда не стал. И так слишком много проколов случилось для одного дня. Неожиданно ко мне подошла легкоатлетка со вздёрнутым симпатичным носиком и спросила – не хотел бы я её пригласить на танец? И я конечно же спросил:

– Вы не будете возражать, если я вас приглашу на эту медленную композицию?

– Ну не знаю? – наигранно закапризничала девушка. – Если вы так настаивает, то я согласна.

Мои друзья тихо загоготали. Я же почесал свой умный затылок и повёл эту необычную барышню на самый центр танцевального зала. Там мы обнялись, и я представился, что зовут меня Володя, но иногда мои товарищи по команде называют Никоном, в честь патриарха всея Московии.

– А у меня простоя имя – Зоя, – представилась девушка.

– И вы не из Ленинграда? – усмехнулся я. – А то наш главный тренер, Николай Петрович Старостин, по прозвищу «дед», предупредил, что, если нам встретятся ленинградки, то вести себя прилично, как в лучших домах Лондона и Парижа. Громко не ржать, в носу пальцем не ковыряться и локти на стол не складывать.

– Интересно, – захихикала легкоатлетка. – А как вы должны вести себя с остальными девушками?

– Ясное дело как, – пожал я плечами. – На своё усмотрение. У нас в футболе всё работе именно по такому негласному принципу – если тренерская установка не проходит и не срабатывает, то играть надо, опираясь на свои мозги и свою интуицию.

– А у нас, слово тренера – закон, – буркнула Зоя.

– Закон – это хорошо, если тренер умный и проницательный. И плохо если ваш наставник – старый и замшелый дуб, – засмеялся я и тут же предложил завтра сбежать в город, чтобы пойти в кино.

Зоя же на несколько секунд задумалась, прижалась ко мне всем телом, пока мы медленно кружились под песню о кленовом листе, и наконец сказала, что данное предложение само по себе интересно, но на него она сможет ответить лишь завтра, после первого тренировочного дня. Я же подумал, что Зоя – неплохая девчонка и кажется совсем неглупа. К сожалению, у некоторых спортсменов и спортсменок бывает такой недостаток, вследствие большой занятости на тренировках и спортивных состязаниях.