![](/files/books/160/oblozhka-knigi-detskiy-vzroslyy-mir-si-377781.jpg)
Текст книги "Детский взрослый мир (СИ)"
Автор книги: Вивьен Ви
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц)
Глава 16
Глава 16. «Нет больше смысла скрывать»
С похорон прошла неделя. САНУ работала привычном режиме, только на парах, которые раньше часто вел Сэмюэль, стояла необыкновенная тишина. Память о нем, казалось, никогда не угаснет в этих стенах. Каждый помнил его как лучшего учителя, способного объяснить все понятно, с юмором и обойтись без наказаний.
В столовой было шумно. Стук ложек о тарелки эхом отдавался от стен, смешиваясь с голосами солдат. Обеденный перерыв всегда был в почете. Все сидели на привычных местах. Бабби и Эйден обсуждали очередную парочку, которую случайно застал в гостиной за страстными поцелуями Эйден.
– Интересно, если в моей жизни появится кто-то, кого я смогу полюбить, то что я буду чувствовать? Да и как вообще понять, что я влюбился? – задумчиво произнес парень и откусил яблоко.
Бабби с Мэтом переглянулись, расплывшись в улыбке. Разговор зашел явно не в ту степь и Эйден даже сам не понял, как затронул бомбу замедленного действия. Девушка стянула волосы огненного цвета в высокий хвост и мечтательно вздохнула.
– Ну, знаешь, парочку примет я могу тебе описать. Например, если ты постоянно таскаешься за этим человеком с дурацкими вопросами после занятия или если пялишься на него, как на икону верующий. Ну, или…
Филипс продолжала топить друга, намекая на конкретного человека. Они с Мэтью уже давно заметили это. Глаза Эйдена всегда блестели при виде Якоба. Друзьям казалось, что скорее метеорит разобьет всю Землю в руины, чем Эйден пропустит любую малейшую встречу со старшим. А мистер Байрон, как и водится, не замечает младшего от слова совсем. Правда последнее время, особенно после последних событий, Якоб не замечал вообще ничего. Словно робот проводил занятия и скрывался в своей комнате. Даже на задания он за эту неделю не выезжал ни разу, только пару раз был в кабинете Фернандеса.
Мэтью тоже тренировался один. Андер приходил в спортзал только пару раз, сидел там с кислым выражением лица, пялясь в стену, бросал пару замечаний по поводу ударов и уходил. Но больше никто не видел его душевного состояния. На парах он был все так же серьезен, требователен и жесток. Все так же общался с остальными в надменном тоне, не давая надежды на то, что он сдался и ослаб. А Мэту будто не стеснялся показать, как ему тяжело и младшему это льстило.
– Ой, да что ты говоришь, мисс Догадка! И на кого ты намекаешь? – услышал Мэтью, когда вернулся из своих мыслей.
Друзья прожигали друг друга взглядом и готовы были столкнуться лбами, словно быки.
– А что тебя так разозлило? Правда глаза колет? – с легкостью отозвалась Бабби и с чувством победы откинулась на стул. – Признайся, что Якоб тебе нравится, – тихо сказала девушка.
– Знаете что, – разозлился окончательно Эйден, – волновать вас не должно, кто кому нравится. Ты вот например с Хатиманом разберись, – младший кивнул на хмурого Мэтью, – да и ты тоже с М… ой, да пофиг.
Парень подскочил со стула, сгрёб свой поднос и ушел. Бабби и Мэт молча переглянулись и продолжили есть уже остывший обед.
За столом старших пустовало место Сэма, на которое они то и дело поглядывали. Никто больше не смел его занять. Лин пыталась отвлечься разговорами о всякой ерунде, которая лезла в голову, парни были не против, девушка словно радио не давала уйти в свои мысли. Якоб слушал ее в пол уха, жевал бутерброд, который, казалось, потерял вкус и смотрел в сторону Мэтью и его друзей. Он видел, как Эйден вскочил и ушел, а Мэт вяло посмотрели с рыжей друг на друга и продолжили есть. Лин слабо улыбнулась, проследив за его взглядом.
– Тоже думаешь, что между ними что-то есть? – спросила она, намекая на Бабби и Мэтью.
– На счет Мэта не знаю, а рыжая точно на него запала, – ответил без особой заинтересованности Якоб, бросив многозначительный взгляд на Андера.
Он ожидал какой-нибудь реакции. А Хатиман и бровью не повел. Он помнил то, что было в санчасти, но признавать отказывается. Он заставил себя поверить, что ему ровно кто там на кого запал. Его сердцу такое слово как «чувства» к другому человеку было не знакомо и он хотел бы, чтобы так все и осталось. Единственное чувство, которое было ему не подвластно – боль от утраты близкого человека.
– Это да, – Лин оперлась о стол локтем, пытаясь продолжить разговор, чтобы в очередной раз мертвая тишина не настигла троицу, – она и на парах любуется им. Бабби красивая, они бы не плохой парой были. Жалко в нашей САНУ с любовью не просто.
Лин бросила тоскливый взгляд на Андера, а он непроизвольно посмотрел на Мэтью. Мэтью тоже повернул к нему голову, хоть и сидел спиной к столу старших. Их взгляды встретились на мгновение, но этого хватило, чтобы понять – Хатиман сейчас не в духе. Карие глаза стали еще темнее, скулы напряглись. Мэтью выучил все его повадки и стадии настроения. Даже тембр голоса давал понять как сегодня чувствует себя старший. Злой, грустный или счастливый. Последнего парень уже давно не замечал.
Андер отвел взгляд первым. Да не понимает он, что с ним происходит! Столько внутри всякого дерьма и непонятных мыслей, что самому тошно. Еще и эта ситуация с убийцей. Номера на машине ни Якоб, ни Андер не запомнили, остальные все мертвы. А может номеров и вовсе не было. Люди Фернандеса до сих пор ничего не нашли. Информации о новых группировках нет, вообще никаких следов, будто произошедший обстрел выдумка. Хатиман готов был сам перевернуть весь город, на директор ясно дал понять, что ни он, ни Якоб не должны совать туда свой нос, пока не попросят.
Андер снова повернулся в сторону Мэтью. Тот улыбался своей рыжей подружке и она улыбалась в ответ. Девушка сияла и даже ничего не смыслящий в чувствах Хатиман мог уверенно сказать, что она безумно влюблена. Чертов Хендерсон залег в сердца всех, кому улыбнулся.
***
После пар Мэтью как обычно пошел в спортзал. Он собирался побегать и отработать удары на груше, но как только он переоделся, в зал заявился Хатиман. На нем были черные спортивные штаны, кроссовки и футболка такого же цвета.
– Сегодня рукопашка, – сказал Андер и стянул футболку, бросая ее на скамейку у стены.
Мэт удивлено покосился на старшего. За долгое время он впервые решил с ним потренироваться. Парень внимательно рассматривал татуировки, будто пытался запомнить каждую. Андер был словно стена для росписи – сплошь и рядом ютились черные картинки и надписи. Мэту было стыдно признать, но ему безумно нравилось как это выглядит. Он помнит, что Андер обещал ему татуировку, но сейчас не подходящее время напоминать.
– Ты размялся? – Андер подошел к младшему, вздернув бровь.
Вместе ответа он получил слабый кивок. Мэт осторожно протянул руку, прикасаясь тёплыми пальцами к груди Андера. Там красовался разъярённый тигр, украшенный незамысловатыми узорами, которые плавно переходили в другие татуировки.
– На сколько больно делать татуировку на груди? – спросил Мэтью. – Тут же мышцы и все такое.
Он разглядывал рисунок, ожидая ответа. Парень неожиданно для себя представил как Лин гладит и целует эти татуировки, а Хатиман позволяет это. Мэт мысленно покачал головой, прогоняя эту картинку, и поднял взгляд на старшего, так и не дождавшись ответа. Потому что Андер смотрел на него и думал о своем. Сердце стучало словно у него аритмия. Он чувствовал. Сам не понимал что именно, но тело отзывалось на прикосновения и хотелось еще.
– Ты чего? – Мэт нахмурился и Андер сделал шаг назад, прогоняя все мысли и желания.
– Будешь меня лапать еще раз, я за себя не ручаюсь.
– В каком смысле?
Андер проигнорировал вопрос и вместо этого принялся объяснять, что нужно делать, если на тебя нападают сзади. Их жестокий спарринг не видел никто, потому что сразу же остановил бы это безумие. Они оба злились непонятно на что и обычная тренировка в какой-то момент превратилась в драку. Андер свалил Мэта на пол и придавил своим телом. Они тяжело дышали, прожигая друг друга зверским взглядом.
– Что, солдат, с подружкой нежиться получается лучше? – усмехнулся Андер.
– А у тебя?
Мэтью понадобились все оставшиеся силы, но перекатиться на Андера он смог, правда ненадолго, пару секунд и он снова оказался под ним. Карие глаза от злости стали почти чёрными, в них плескались незнакомые ранее эмоции, от которых становилось страшно. Что он может сделать дальше в таком состоянии, не знает, наверное, даже сам Хатиман.
– Что это ты к моей Бабби пристал? – нагло улыбнулся младший, будто знал что выбесит Андера еще сильнее, не понимая только зачем.
– К твоей?
– Да, а что не так? – задыхаясь, спросил Мэтью, сощурив глаза. – Да, ну, не-е-е-т, – рассмеялся парень, – ты что запал на нее? Боже, да у тебя есть сердце?!
Сарказм Мэта действовал на Андера как красная тряпка на бешеного быка. Старший не хотел верить, что сейчас чувствует самую банальную ревность. Он склонился максимально близко к лицу младшего, зажимая его руки над головой. В зеленых глазах появился неподдельный страх и от боли в запястьях парень сжал скулы со всей силы. Их губы были в миллиметрах, дыхание синхронизировалось, сердца отбивали барабанную дробь. Расстояние уменьшилось окончательно, пухлые губы Хатимана соприкоснулись с горячими губами Мэтью, от чего тот сглотнул толи от неожиданности, толи от страха. Было жарко словно в адском котле варились двое, когда Андер, сам не понимая, что творит, прижался к губам еще сильнее, заставляя Мэтью открыть рот и ответить на поцелуй. И Мэтью не сопротивлялся, положив ладонь на оголенное плечо старшего. Этот грубый поцелуй был как отдушина. Он был необходим как кислород.
Дверь в спортзал скрипнула и Мэт испуганно посмотрел на Андера, которому сейчас было наплевать абсолютно на все. Ему впервые после смерти Сэма было так легко и хорошо. Он думал только о губах младшего, о его прикосновениях, отпуская все тревожные мысли.
– У вас тут не равный боя, как я посмотрю, – усмехнулся Якоб. – Я тебя везде ищу. Нас Фернандес просил зайти, – сказал старший и развернулся, чтобы уйти. – Извините, что помешал. Привет, Мэтью.
Парень не сдержал истерического смешка и поторопился выйти. Потому что он прекрасно все видел, отговорки теперь не подействуют. Он не будет выбивать информацию всеми правдами и не правдами. Это не в его правилах. Но парень был уверен, что Андер сам ему все расскажет.
Мэтью так и лежал, боясь пошевелиться и осознать, что происходящее не было сном. Он просто поверить не мог, что Якоб увидел их поцелуй. Этот момент просто не имел право на существование. Мэтью жил там, где геев истребляли, словно они ходячие мертвецы. Отец с детства вторил ему, что таким не место среди нормальных людей. А сейчас Мэтью лежит под самым брутальным, злым и жестоким солдатом САНУ и губы все еще помнят этот страстный поцелуй.
– Ты улыбаешься? – не поверил своим глазам Мэт, когда посмотрел на Андера. – Это по твоему смешно?
– Нет, это катастрофа.
***
Фернандес ходил из угла в угол бесконечно разговаривая по телефону то с одним, то с другим. Ситуация с новыми людьми в городе ему порядком не нравилась и он прикладывал все силы, чтобы скорее выяснить кто это. Но все попытки были в пустоту.
Андер и Якоб сидели на креслах, глядя на нервного директора с телефоном у уха. Тусклый свет отражался на лакированной черной мебели и белом потолке. Пахло дымом от сигар и виски.
– Как Мэт? Сильно устал после тренировки? – прошептал Якоб с улыбкой.
Андер сверкнул глазами в его сторону, что означало только одно: «Заткнись, пожалуйста». Они разошлись так, будто ничего не произошло. Но в душе Андер чувствовал, будто сбегает из спортзала как с тонущего корабля. Что это было он не хотел объяснять даже внутреннему голосу, который вопил этот вопрос не переставая. Только думал, что срочно нужно наведаться к Лин этим вечером и выкинуть ситуацию с младшим из головы. Но его ярко-зеленые глаза все еще не исчезали из памяти. «Моя Бабби» так и звучало эхом в голове. Встречаются ли они? Было ли что-то между ними? Тот засос еще в прошлом месяце от кого? Скорее всего именно она оставила его. Очередной прилив ревности заставил стиснуть челюсти и сжать кулаки.
– Андер, тянуть с Данбаром больше нельзя. Нужно познакомить их с Мэтью. Он должен выяснить, может в их кругах что-то стало известно. Пора отправить его на первое задание. Думаю, он готов.
– Готов, еще как готов, – кивнул Якоб вместо потерянного друга, который многозначительно молчал.
Он не хотел чтобы Мэтью шел на задание. Он не готов, еще совсем глупый и безнадежный. Любой неверный шаг может привести к смерти и как бы сейчас старший не бесился, он переживал за жизнь Мэта.
Глава 17
Глава 17. «Держись от меня подальше»
Андер и Мэт избегали друг друга весь следующий день. При встрече в коридоре Мэтью делал вид, что Хатимана не существует. Будь его воля, он бы испарился из этого мира куда-нибудь подальше. Но как ни крути, последняя пара была у Андера и выхода не было, потому что быть снова избитым и сидеть в карцере за пропуск ему грозило больше всех. Парень понимал, что этот поцелуй ничего не изменит. Он ненавидел этот поцелуй. Ненавидел Хатимана. Чувствовал себя использованной куклой в руках тирана.
Бабби и Мэтью пришлось сесть вместе, потому что после вчерашник шуток в столовой Эйден обиделся на них и занял место рядом с соседкой Бабби. Пара началась с каких-то очередных историй про боевые искусства, но Мэтью не слушал, всячески пытаясь отвлечь себя от присутствия Андера. Ему было противно. Он чувствовал себя дерьмово, особенно после сегодняшней ночи.
– Как спалось сегодня? Выглядишь весь день так, будто в мясорубке был, – прошептала Бабби. – Опять что-то случилось между тобой и Андером?
Мэтью резко перестал дышать, но тут же успокоил себя. Бабби точно не могла знать истинную причину.
– Нет, он тут ни при чем. Просто не мог уснуть.
Не мог. Вообще никак. Всю ночь вертелся из стороны в сторону. Он хотел задать только пару вопросов: «Зачем был этот поцелуй? Что за идиотская улыбка в конце?». В конечном итоге, в третьем часу ночи парень пошел к Андеру. Ему нужно было услышать ответ, потому что без него теперь Мэтью не смог бы уснуть. Но когда рука поднялась над табличкой с именем старшего, его окликнул Якоб, комната которого была следующей после Хатимана.
– Что это ты тут забыл? В крыле старших делать нечего, – хмуро сказал парень.
Якоб был уставшим, но не сонным, будто он тоже не мог уснуть и занимался чем угодно, только бы не думать о Сэмуэле. Старший явно был не в духе. Мэтью тоже. Он злился из-за того, что Якоб увидел их в проклятом спортзале.
– Мне нужно поговорить… с ним.
Мэт неопределенно кивнул в сторону двери и Якоб от чего-то вдруг стал выглядеть еще смурнее. Якоб, как и Эйден, обладал талантом подмечать детали, на которые другие не обращают внимания. Мэтью влиял на его друга и здесь даже не нужно быть экстрасенсом. Андер изменился, только черт знает в какую сторону.
– Его нет в комнате, он у Лин.
– Ну, хорошо, – пожал плечами парень и собрался уходить.
– Будь с ним осторожен. Ты умный и хорошо его знаешь. Андер не умеет любить и может причинить очень много боли.
Мэт слушал это все не поворачиваясь. Так и стоял спиной, а потом кивнул и пошел по коридору, прокручивая слова Якоба сотню раз. Да нет у них никакой любви! Он просто чувствовал себя использованным. Он отвечал на поцелуй даже сам того не понимая, потому что человек привыкает ко всему – Мэт привык к командам Хатимана. И тогда, лежа под ним, он думал, что делает правильно, но теперь понимает – Хатиман никогда не подключит сердце. Он просто эгоист, который правит окружением как марионетками и Мэтью ненавидел себя за то, что позволил сделать это с собой.
– Мэт, – Бабби позвала друга уже в третий раз, но он услышал ее только когда она взяла его за руку.
Он и правда нравился ей и Эйден знал об этом, потому что Бабби недавно проболталась. Заметить не сложно. Она всегда рядом, всегда готова помочь. Даже когда Мэтью упрямо смотрел на Хатимана, не обращая на нее внимания, она не сдавалась.
– У тебя точно ничего не случилось? – взволнованно спросила она.
– Нет, все хорошо.
Андер стоял скрестив руки на груди, рассказывал тему пары и неотрывно смотрел на Мэтью. Изучал, будто видел впервые и проклинал тот день, когда познакомился с ним. Все перевернулось вверх дном после вчерашней тренировки. Целуя Лин ночью, губы казались не такими нежными, занимаясь с ней сексом, перед глазами то и дело был Мэт. Злило ужасно, но не так сильно как тот факт, что сейчас они с Бабби держались за руки, пряча их под партой. Она так смотрела на него, невозможно просто. Друзья так не смотрят, у друзей так глаза не горят. И Хатиман вдруг поймал себя на мысли, что не хочет этого. Не хочет, чтобы другие касались Мэтью, потому что он принадлежит только ему, он его… подопечный, разумеется.
– Мэт, – голос Андера заставил всех вздрогнуть, – после пары останешься.
По кабинету прокатился шепот солдатов, Эйден нахмурился, услышав это, Бибби напугалась, сжимая ладонь друга еще сильнее. Хендерсон готов был выйти хоть через окно, лишь бы снова не остаться с ним наедине, не попасть под пристальный взгляд карих глаз, не чувствовать его рядом. Что-то пугало, отталкивало, злило. Зачем он поступил так вчера? Зачем испортил их зарождающуюся дружбу?
Бабби после пары не хотела оставлять Мэта, но тот успокаивающе улыбнулся и сказал что все будет хорошо. Правда сам в это верил с трудом, а девушка боялась только одного – Хатиман снова причинит ему боль. Удивительное попадание.
Когда все вышли, в кабинете воцарила мертвая тишина. Мэт подошел к столу Хатимана и просто ждал хоть каких-то слов, нервно кусая губу. Андер сидел на кожаном кресле вытянув ноги, как обычно в черной одежде и с нечитаемыми эмоциями. Он снова был именно Хатиманом, стараясь прогнать и без того редкого Андера навсегда. В холодном взгляде не было больше тепла, эмоций, желания. Пустота.
– Фернандес сказал, что тебе пора начать действовать. Сегодня ночью твое первое задание, – Хатиман взял ручку в руки и принялся щелкать ей.
Мэт кивнул. И пусть внешне он был серьезен, внутри его переполняла какая-то страшная радость и нервы. Он никогда не думал, что будет так счастлив познакомиться с убийцей своей семьи, но только для того, чтобы отомстить. Он ждал этого так долго и наконец свершилось.
– Я буду с тобой там. Будь готов к полуночи, мы поедем в клуб.
Мэт снова кивнул, продолжая молчать. За окном хмуро плыли облака и моросил дождь. Кроны деревьев шумели от ветра, а голова парня раскалывалась от боли. Бессонная ночь, черт знает которая по счету, давала о себе знать.
– Я могу…? – младший кивнул на дверь.
– Подожди, – выдохнул тут же Андер, вскочил с кресла и подошел к парню, – зачем приходил ночью?
Они стояли друг на против друга, изучая глазами серьезные лица. Мэт держал руки в карманах черного бомбера и только благодаря этому Хатиман не заметил как сильно руки парня сжались в кулаки от злости. Старший ведет себя так, будто о поцелуе и не помнит даже.
– За солью, – хмуро ответил Мэт.
– Очень смешно. Спрашивай, у тебя ведь есть вопрос? Так вот я не знаю на него ответа, Мэт.
– Мне он больше ненужен, – на лице парня расплылась нервная улыбка, он сделал шаг назад. – Здесь все сумасшедшие, так что я не удивлен. Здесь хуже чем в психбольнице и скоро я стану таким же как вы, – Мэт продолжал слабо улыбаться, едва сдерживая слезы. – Буду убивать, унижать, делать все, что, сука, в голову взбредёт. Ты ведь так и живешь? Я ненавижу все, что находится здесь.
Андер взъерошил волосы, тяжело выдохнул. Он был полностью согласен с Мэтом – тут все по-своему сходят с ума. Хатиман вот что-то чувствовать начал и это пугало, как и любого другого человека новое.
– Успокойся, – спокойно попросил Андер.
Мэтью и не ожидал ничего другого. Он кивнул, пытаясь унять желание заплакать, но глаза все равно блестели от подступающих след и парень поторопился просто уйти, чтобы не показывать свою слабость.
***
– Его зовут Закари Данбар, – Фернандес показал Мэту фотографию. – Сейчас он раздавлен из-за смерти лучшего друга, поэтому будет легко подобраться к нему. Пара бокалов виски, душевные отвлекающие разговоры. Стань для него другом. Теперь на тебе лежит еще одна важная задача – выяснить знает ли он что-то об убийце его друга и Сэма.
В кабинете витал запах сигаретного дыма. Фернандес перекладывал бумаги из досье, рассказывая все, что знал о предпочтениях Зака. О том какую еду он чаще всего заказывает в ресторанах, какой алкоголь пьет в клубах. Мэтью впитывал информацию как губка, но он дрожал от волнения. Не так просто будет сидеть за столом с убийцей его семьи и распивать одну бутылку на двоих. Отвратительно.
– Андер будет рядом. Последнюю неделю Зак ошивается там почти каждый день, потому что это был любимый клуб покойного Идриса.
Мэтью снова кивнул, невольно бросив взгляд на старшего, сидевшего рядом. По лицу Андера сложно было понять эмоции. Старший смотрел на фотографии Данбара и все время молчал. Он думал о том, как жестоко поступают они с Мэтью, обманывая, что убийца Зак. Потому что они подставляют его жизнь, а Андер уже принял тот факт, что не хочет потерять его.
Ближе к полуночи Андер и Мэт выехали из САНУ. Они оба молчали, глядя на дорогу. Шум мотора успокаивал, но не на столько, чтобы чувствовать рядом с Хатиманом покой. Старший спокойно вел машину, держа руль одной рукой и откинувшись на спинку сиденья. Фонари мелькали освещая его лицо и снова пряча в тени. Он снова выглядел так, будто ничего не происходит.
– Долго еще будешь на меня пялиться?
– Простите, ваше высочество, я просто пытаюсь отвлечься от предстоящей встречи. Всего-то убийца моей семьи, – с сарказмом ответил Мэтью.
Андеру хотелось кричать, что это не он убийца, хотелось рассказать всю правду, но он не мог. В какой-то момент у него появились весы, на которых сидели Фернандес и Мэтью. Он думал все будет легче, но такого в его жизни не бывает.
Когда они въехали в город, Мэтью пристально разглядывал мерцающие огнями витрины магазинов, окна высоток, людей, спокойно идущих по своим делам. В его жизни в ближайшее время этого не будет. А возможно уже никогда.
Клуб, возле которого припарковался Андер, был огромным. Три этажа возвышались над парнями, громыхала музыка, очередь у входа казалась бесконечной, а охранники были в двое больше Андера, хотя казалось куда уже.
– И через сколько лет мы пройдем? К утру успеем? – скривился Мэтью, собираясь выйти из машины.
Андер готов был зарычать. С таким настроем на задание идти нет смысла, как и нет количества попыток. Была только одна: здесь и сейчас, потому что два раза подойти к Данбару шанса не будет.
– Стоять, – выдохнул Хатиман, взяв Мэтью за запястье. – Нельзя с таким настроем идти на задание.
Они смотрели друг на друга хмуро и с раздражением. Мэтью отвел взгляд первым. Карие глаза напротив стали уже привычными, но он снова трогал его без причины. Держал за руку и не собирался отпускать. Хатиман не контролирует свои порывы касаться, хотя контролю он обучен. Мэт освободил свою руку и снова посмотрел на старшего.
– С каким настроем? У меня уже крыша едет от всего происходящего, я не понимаю даже того, что я делаю сейчас. То что я выгляжу спокойным, не значит что внутри у меня пустота. События уже по горло наполнили, дышать невозможно, – устало проговорил Мэтью, будто готовил эту речь сотню раз, но никак не решался сказать.
– Верю, но лучше собраться.
– Для кого лучше? Иногда я думаю кому нужна эта месть? Родных не вернешь. Но тут же я думаю, а что если это моя миссия? Больше нет смысла жить.
– Есть Бабби.
Мэт непонимающе посмотрел на Андера и рассмеялся. Андер не мог сдержать улыбку, как бы ему не хотелось. Смех Мэтью заразительный и звонкий. Не возможно не ответить.
– Хватит ржать, я тебе тут серьезные вещи говорю! – возмутился старший.
– Между нами ничего нет. Я не знаю зачем тебе эта информация, но, пожалуйста, раз это тебя так тревожит.
Андер покачал головой, делая вид, что это его вообще не интересовало, но идиотская улыбка не сходила с губ. Да, он был счастлив, что между ними ничего нет и одновременно это пугало.
– Смотри, это он? – младший кивнул в сторону очереди.
Закари спокойно прошел мимо недовольной толпы, пожал руки охранникам и зашел в клуб. Он был полностью в черном, видимо, все еще в трауре.
***
Говорят, что пережив смерть любимого человека, мы теряем частичку себя, оставляя ее вместе с холодным телом в гробу. Заку казалось, что он потерял себя полностью. После смерти Идриса смысла жизни он больше не видел. Он помнит какую чувствовал боль и она до сих пор отголосками воспоминаний отдавала в груди.
Почти каждую ночь он приходил в этот клуб. Здесь они часто были с Идрисом, здесь впервые Зак понял что чувствует к другу нечто большее.
В клубе было легче пережить ночь. Громкая музыка заглушала мысли, алкоголь успокаивал сердце. Зак специально не запирался в VIP-комнате, он сидел за барной стойкой, потому что вокруг было много людей. Сегодня тема ночи «Ад и рай», потрясающее зрелище: ангелы в белом, демоны в черном, а на деле Бог и Дьявол здесь один – алкоголь.
Закари кивнул бармену в знак приветствия и тот не спрашивая наполнил стакан виски. Рядом уселся какой-то парень в черном. Он не был похож на демона, его лицо было милым и добрым, молодому парнишке было лет восемнадцать. По лицу блуждали яркие круги цветомузыки. Он заказал пиво.
– Паспорт, – спокойно сказал бармен.
Мэт скуксился. Он и думать забыл о том, что алкоголь так просто не продают. В их стороне его все знали, а этот новый мир ему не был известен и он правда чувствовал себя ребенком без возможности за себя постоять.
– Налей ему под мою ответственность, – вдруг сказал Закари.
Бармен настороженно посмотрел на Мэта, но все таки наполнил стакан и долил алкоголя Заку. Мэт благодарно кивнул, делая пару глотков. Он заглянул в серые глаза, пытаясь понять одно – как такой человек мог убить его семью? Парень рядом не выглядел как мафиози, убийца или наркоман. Он был обычным, в черной рубашке и черных джинсах с рванными коленями.
– Ты на меня пялишься, если ты не заметил.
– Прости. Я Мэтью. Спасибо, за пиво.
Хендерсон протянул ладонь и парень неуверенно пожал ее.
– Закари.
Они снова выпили. Мимо прошла компания девчонок, весело смеясь. Одна из них остановилась и, прикинувшись купидоном, натянула тетиву, делая вид что стреляет в парней.
– Надеюсь, у вас все будет хорошо.
Истерически смеясь, пьяные и веселые девушки ушли. Хмурые до этого Зак и Мэт вдруг улыбнулись, качая головами.
– Что это было? – Мэтью обратился к Заку, но тот лишь пожал плечами.
Время тянулось медленно. Парни разговаривали, пропуская один стакан за другим. Закари скучал по общению с человеком, который не знает о его горе, ведь каждый родной и знакомый считал долгом жалеть его и со скорбным выражением лица потакать каждой просьбе. С Мэтом было легко. Он шутил, рассказывал что-то из жизни. Такой человек сейчас ему нужен и Данбар не торопился его отпускать. Мэтью хороший актер.
Ему было тяжело. Он ни секунды не забывал, что рядом с ним убийца, хоть и не мог в это окончательно поверить. Слишком уж Закари был открытым и милым. Но Мэт доверял словам Фернандеса больше чем своим глазам, потому что люди носят маски и Закари не исключение.
Младший был пьян. Из-за того что он не выпивал в САНУ, организм отвык от алкоголя, и сейчас Мэт пытался пить медленнее. У него есть задание, он солдат.
– Кто этот парень на твоем экране? Встречаетесь?
Конечно же Мэтью знал что это Идрис. Они обнимались и смеялись на фотографии, а внутри младшего сплетались чувства в тугой узел. Он понимал что сейчас Зак чувствует ту же самую боль от потери, которую чувствовал Мэтью потеряв родных, а после Сэмюэля. И если Хендерсон хоть каплю верил Бога, он бы согласился, что Закари расплатился за свой грех. Но, увы, Мэт не верил уже даже в себя.
Зак от вопроса тут же погас. Он молча осушил стакан, глаза заблестели от подступающих слез, но от собрался и ответил:
– Мой друг. Его убили.
– Прости, – с горечью сказал Мэт.
Он бы хотел сказать, что прекрасно его понимает, но тогда он бы выдал себя. Поэтому младший тоже выпил до дна и молча поставил стакан на стойку.
Ночь кружила их в бесконечно сменяющихся треках, цветомузыке и разговорах, подкрепленных алкоголем. Мэтью видел цель – стать максимально близким Данбару, и он старался даже будучи пьяным в стельку.
Они разошлись только к закрытию клуба. Мэт усадил Закари на такси, взял его номер телефона и пообещал написать, когда будет дома. Только вот ни дома, ни телефона у него не было. Он плыл по течению жизни и натыкался на рифы. Сейчас этот риф – Закари и не понятно, держаться за него подольше или разбить и двигаться дальше.
Андер все время был рядом и он гордился своим подопечный. Мэтью держался как истинный актер и Закари, кажется, не усомнился даже на секунду.