Текст книги "Новая Жизнь 4 (СИ)"

Автор книги: Виталий Хонихоев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 19 страниц)

Глава 17

POV Санта (San Ta), Третий Та, он же Такамару Дзюса

Санте вся эта идея не нравилась с самого начала. Нет, посидеть в Шелтере, покурить травку там или выпить пивка, да старый добрый сунь-вынь замутить с Марикой всегда было в кайф. Марика не ugly bitch какая, Марика соска, ее папаша из больших шишек, у нее всегда лавэ на кармане и шмотки круче-гуччи.

У Марики и кожа была чистая и пахла она не бензом и выпивкой, она парила вейпы с жижей из травы, которую барыжили Коркни на углу шестьдесятой и Стрит. Большой Та, так тот вообще от Марики балдел, считал, что она удачу приносит.

Сам Санта к Марике дышал ровно, был не прочь переспать с girl на продавленном матрасе в Шелтере или на заднем сиденье автомобиля или вывезти ее за город и устроить дикий сешн и сунь-вынь вместе с Большим Та, братьями Ре и Марикой. И от того, что он отлично осознавал всю пропасть между Марикой и ними – его eldak стоял как кол, разве что не дымился. Натягивая Марику и глядя как, она наклоняется и расстегивает молнию на ширинке у Большого Та – он всегда представлял как она ходит в Рождество по Центральной Авеню, вся чистенькая и красивая, в своем дорогом белом пальтишке и меховой горжетке, с последней модели смартфоном и какой-то парень из ее класса – пытается ухаживать за ней и мечтает о ее поцелуе… знал бы он, что она этими самыми губами вытворяет.

Марика – shalava. Настоящая shalava, а не из тех, что делают вид. Те, что делают вид, просто кидают тебя на лавэ и высасывают твои бабосы из кошелька быстрее чем пылесос «Бьянка» – мелкий бисер. Настоящие shalava – они любят сунь-вынь, трах-тибидох, обожают ходить в штыковую атаку, все это харево, вампуку и перепихон. Деньги Марике были не нужны, она сама их тебе дать могла. Валом у нее денег обычно.

Потому троица, или как их называют на улицах Три Та – не имела ничего против Марики. Та приходила в Шелтер после школы, швыряла портфель в угол, закидывала ноги на стол и закуривала вейп, если ни у кого не было косячка с травкой. Швыряла на стол смятые купюры – если кончилось пиво или жратва – и Большой Та послушно тащился за едой и выпивкой. Иногда они играли в игры, иногда валяли дурака, пару раз Большой Та разбирался с ее незадачливыми ухажерами – ему это словно доставляло удовольствие. Нравилась она ему.

Вот только, когда Санта услышал о Плане Который Сделает Нас Богатыми – он сразу был против. Нет, нет и нет. Это вот сейчас они никому неинтересны – говорил он Маленькой Та (Си Та), кто мы такие? Да никто, троица хулиганов на улицах города. Повезло, что дядя Большого Та, такой же огромный самоанец, как и сам Большой Та – умер в позапрошлом году и здание от него осталось, Шелтер – это все что у них есть. Они и вечеринки тут могут устраивать и деньги собирать и даже беглецов, которые из дома сбежали – приютить. За деньги, конечно. Что-то приносит барыжничество жижей или травкой, но это так, смех. На радарах у фараонов они не засвечены. А эта shalava Марика, что предлагает? Это ж от десяти лет строгого режима, и на секундочку – может быть и bang! – в башку! А тело на органы! Какой в pizdy киднэппинг?! Да ему eldak класть на то, что она себе предлагает стырить – все равно фараоны к стенке могут поставить. Они ваши приколы не улавливают, обвиняк в рожу, браслеты на лапы, морду за решетку и прощай жизнь кентовская. Здравствуй нары и щербатая стенка. Не, Марика, иди ты в pizdy со своими «деловыми предложениями». Нам только trouble с фараонами не хватало, вот у Маленькой Та просроченных квитанций по штрафам с парковки в неположенном месте – на машину хватит, если это ей выплатят. И у него алименты на сына в Сибуе. Большой Та в прошлом году привлекался за дебоширство, а ведь это он тебя, Марика, отбивал, когда ты в «Магнолии И» какому-то мажору на голову тарелку надела и вином полила, а у него кенты дернулись резко.

– Послушай, Третий Та – наклонилась к нему Марика: – вы мне нравитесь, но я же могу и уйти. Я же могу вон, к братьям Ре или к Коркни обратиться. Это бизнес предложение. Все выиграют.

– Третий, ну ты чего? – гудит своим басом Большой Та: – давай поможем Марике. И деньжат поднимем. У меня за аренду должок второй месяц.

– Ага и подставим свою шею под топор. – ворчит Санта: – нас повяжут и …

– Да кто вас повяжет! – закатывает глаза Марика и выдувает вверх струю пара из своей электронной сигареты: – никто даже заявления писать не будет! У моего papa сейчас тяжелое политическое положение, ему только скандала не хватало! Вам даже делать ничего не надо – изобразите из себя страшных и тупых громил, каковыми вы и являетесь!

– Shalava ты, Ма-тян – говорит Маленькая Та и забирает из рук у Марики ее вейп, затягивается и пускает струю прямо ей в лицо, Марика вдыхает пар и улыбается, облизывая губы.

– Shalava– соглашается она: – а вы все – нищеброды. Я хоть богатая shalava… ну или буду богатая после этого. Не с вами, так с другими.

– Рокерасы разводить не будем – постановляет Маленькая Та: – по-любасу тема жирная, скок на миллион, я против Марики ничего не имею. Девка она правильная, когда от нее troubles были? Ой, да иди ты в жопу, Третий, я знаю за что ты рокерас бросить хочешь. В тот раз в баре это ж ее краш сидел с какой-то shalava крашенной в блонд, как гяру из «Унесенные Ветрами Токио», она была в своем праве и ты это знаешь! Надо было этому fraery яйца открутить!

– В pizdy – говорит Санта, или Третий Та. Он прекрасно знает, чем все это закончиться. Сейчас они проголосуют, и он опять останется в меньшинстве.

– В pizdy вашу демократию – повторяет он: – если вы все дебилы и укурки, кто-то же должен вас удерживать от глупостей … и все ради чего? Вот сколько там у ее papa дома в сейфе лежать может? Максимум несколько десятков тысяч…

– Пятьдесят миллионов триста пятьдесят тысяч. Это в иенах. А есть еще доллары. – говорит Марика. Наступает тишина.

– И… какой наш процент? – уточняет Санта. Пятьдесят миллионов!

– Об колено – пожимает плечами Марика: – пополам. Вам половина и мне половина.

– Что делать то надо? – сдается наконец Санта. Он проиграл. Риск есть, но пятьдесят… хорошо – двадцать пять миллионов на троих. Хм. Им понадобиться помощь – позовут Братьев Ре и дадут им… ну скажем четыре миллиона, чтобы оставался двадцать один – как раз делиться на троих. Хотя, нет, жирно Братьям будет, им и ляма достаточно, а вот двадцать четыре миллиона намного лучше делиться на троих, чем двадцать один. За лям Братья сделают все, что надо, наизнанку вывернуться, у них сейчас финансовые troubles, а у кого их нет? Только у папаши Марики, судя по всему.

– Слушай, Ма-тян – поворачивается он к ней: – а… кем у тебя папаша работает? На всякий случай?

– Ой, это неважно – машет в ответ Марика: – главное, что он в полицию не пойдет. От вас чего требуется – я у вас в Шелтере посижу денька два, побалдею… а как он меня искать начнет – напишу, что мол, похитили вашу доченьку и выкупа требуем. А вы встречу назначите где-нибудь в доках, в пустующем здании. Деньги берете и уматываете в закат, меня оставляете… в подвале где-нибудь, к батарее привязанной и надруганной… – зажмуривается Марика и отбирает у Маленькой Та свой вейп-агрегат: – прямо-таки изнасилованной… с синяками на бедрах и засосами на шее…

– Shalavaты Ма-тян – качает головой Маленькая Та, дожидаясь своей струи пара из вейпа в лицо и вдыхающей ее полной грудью: – нет такого глагола – «надруганной».

– Сама ты shalava, Тигуса-тян – парирует Марика: – «надруганной» – это прилагательное. Это вот взять меня и приложить… например к Большому Та. Вот он надо мной и надругался…

– Не буду я над тобой надругиваться – басит Большой Та: – у нас на Самоа за такой коленкор за яйца подвешивают. На дереве. На три дня.

– А если я скажу «пожалуйста!»? – хлопает ресницами Марика и Большой Та давится чем-то и кашляет.

– Пожалуйста. Рокерасы о том, кто и кого и куда сунь-вынь – оставьте для прокурора – морщится Санта: – а зачем тебе банда-то? Ты и сама могла бы…

– Не, papa у меня строгий. И, сцуко, внимательный. Я вот зубы не почистила, а ему спиздела что почистила, так этот поц за мной щетку проверил! Говорит – звездишь ты Марика, сухая щеточка-то! Я в следующий раз уже и щетку намочила под краном, а он проверил крышечка на тюбике зубной пасты открывалась или нет. Я, сцуко, уже и пасту на щетку нанесу и рот водой прополощу… а тогда уже легче и в самом деле зубы почистить.

– Зубы это серьезно – говорит Маленькая Та: – надо чистить, а то к тридцати беззубая будешь.

– Паадумаешь. Зато сосать удобно будет – отмахивается Марика: – можно подумать ты собираешься до тридцати жить.

– Если у меня будет восемь миллионов триста тысяч иен – буду. – кивает Маленькая Та.

– Как ты интересно считаешь – говорит Санта: – а Братьям Ре за помощь?

– Какие такие Братья Ре? – удивляется Маленькая Та: – ничего не знаю! Грабеж! В первый раз слышу!

– Если Марике нужно чтобы мы как банда выглядели – надо не только Братьев нанять, но и их ребят из доков – поясняет Санта: – а то что за банда такая – мы втроем и все.

– Если Большого Та татуировками разрисовать будто он якудза да тесак в руки дать побольше – так он за десять якудза сойдет. Только ему надо грозный вид сделать и перестать лыбиться как идиот. А тесак у тетушки Вонг выпросить можно, у нее все равно сил нет его использовать, с прошлого года как повар у нее ласты склеил. – поясняет свой план экономии Маленькая Та.

– Старый Ричи умер? Когда? – удивляется Санта: – вроде недавно его видел на Фестивале Фонариков Сейтеки… он лавочку держал…

– Это в прошлом году и было. Он потом к внукам поехал в Киото, простудился и умер. Говорят, правда, что не простудился, а на shalava girl умер – прямо в борделе. – поясняет Маленькая Та.

– Ни хера! – бросает Марика: – я тут, млять, клиент и мне нужна банда! Прямо-таки банда! Мой papa сам припрется деньги выплачивать, а если вас будет мало – так он вам устроит Варфоломеевскую ночь. И Большого Та татуировками тоже разрисуйте и тесак тетушки Вонг тоже достаньте – чтобы все по высшему классу.

– И тебя изнасиловать – кивает Маленькая Та: – впятером прямо.

– Не, пятеро много … хотя меня ж вроде как насилуют… – задумалась Марика: – но только чтобы чистые были, за кого поручиться можешь! Я потом на антибиотиках сидеть не собираюсь. И симпатичные.

– Где я тебе среди парней Братьев Ре найду чистых и симпатичных? – разводит руками Маленькая Та: – ладно, тесак достанем, Большого Та разрисуем как будто он настоящий гангстер, но парней Братье Ре отмыть и найти симпатичных…

– Вы, girls со своим сунь-вынь совсем уже голову потеряли. Надо будет трубы проложить или скважину пробурить – так потом сделаем, после дела – встревает Санта: – сперва деньги достаем и поделим, а потом делайте что угодно.

– Для антуража – надо – говорит Марика: – я ж тут два дня чалиться буду, и что, прямо меня за два дня не трахнули ни разу? Да меня во все дыры тут трахали… вот такой видок должен быть.

– Придумаем – машет рукой Санта: – не забивай мне башку своими сунь-вынь. Давай по делу – когда приступаем?

– А прямо сейчас – говорит Марика и кладет свои ноги на стол: – вот прямо сейчас вы меня и похитили и насиловать начали… а завтра я своему papa напишу…

– Shalava. Как есть shalava … – восхищенно качает головой Маленькая Та: – ладно, я тогда в магазин за выпивкой и жратвой сгоняю… пока вы ее в антураж приводите…

Так вот все и решилось. И вроде бы и план был неплох – никого же на самом деле не похитили, а возьмутся за них фараоны как следуют – так и выясниться, что никакого преступления не было, а эта shalava Марика – просто хотела своего папика на лавэ обуть. Дело житейское, никакой банды нет, все смеются и танцуют. А если прокатит – то они нормас лавэ поднимут… он себе уже такой ядовито зеленый «Кавасаки Монстр» присмотрел в шоу руме… и часы наручные от «Ролекс».

Но все же что-то свербило под черепной коробкой у Санты, что-то не давало ему покоя. Марика – после двух ночей вейпа, игры в приставку и «развлечений» с Большим Та – написала своему отцу смс и назначила встречу. Они взяли парней Братьев Ре, самих братьев (старшего не было в городе, поехали с Кузеном Ди и Мэдзумори), нашли пустой склад в доке, Марика потребовала, чтобы ее к батарее приковали – для достоверности. Вид у нее уже был помятый – после двух суток загула, а тут еще Маленькая Та по ее же просьбе ей рубашку разорвала и юбку. И по морде съездила разок. Марика тут же сказала, что клево и попросила еще раз. Сумасшедшая shalava, это точно. Маленькая Та бить Марику отказалась и сказала, что достаточно и что она может парней Братьев Ре позвать – для пущего антуража. Но тут уж Марика сама отказалась – говорит ей надо кайф словить и papa убедить, а не лечь в больницу с разрывами внутренних органов.

Вот и сидел Санта на каком-то деревянном поддоне и лениво перекидывался словами с Большим Та. Настоящее его имя – Тупуаса, кстати. Только самоанцы могут вырасти в такую вот тушу мяса и сала, килограмм двести в Большом Та точно есть. Двести пятьдесят?

– Да не – гудит Большой Та, разглядывая свои нарисованные водостойкими маркерами татуировки: – я похудел. Килограмм на двадцать, наверное. Тут достаточно вечером не есть. Сила воли…

– Сила воли? Снучи-бучи, толстяк, какая у тебя сила воли? – неожиданно развеселился Санта: – в pizdy! Нет у тебя силы воли, ты жирдяй и кусок желе!

– Да если бы я себя не сдерживал, я бы сейчас килограмм триста весил! – оправдывается Большой Та: – у меня суточная потребность в калориях за четыре тысячи!

– Эй! Ребята! – кричит из подвала пристегнутая Марика. Ей там скучно, с ней Маленькая Та, но разве ж это компания? Маленькая Та – она слишком girly-girlи Марику не возбуждает. Кроме того у нее кончилась жижа и травку всю еще вчера скурили. Вот и кричит она периодически… хочет Большого Та, но Большой ему здесь нужен, кроме того тут еще люди Братьев, да и Кузен Ди в своей кожанке с черепом на ней и Мэдзумори, который не расстается с бейсбольной битой, а они тут развлекаться будут? Не, сперва дело, сумасшедшая ты shalava, а сунь-вынь с Большим Та – потом. В принципе… он и сам не прочь в этом поучаствовать, Марика всегда такая чистая и свеженькая, а сейчас она в грязном подвале на бетонном полу, рубашка порвана, юбка сорвана… так она ему гораздо больше нравится.

– Чего тебе? – отзывается Большой Та и хмурится. Пытается строить крутого, думает Санта, уж он-то Большого давно раскусил. Большой у нас добродушен и слаб на передок. А уж своим девушкам он и вовсе из себя веревки вить позволяет. Подкаблучник.

– Смс пришла! – кричит Марика: – едут! Деньги везут!

– Все по местам! – командует Санта: – работаем!

– Точно фараонов не будет? – подозрительно спрашивает у него Кузен Ди: – на фараонов мы не …

– Не подписывались, знаю… – кивает Санта, краем глаза следя за въездом на территорию. Вот они – два фургона с яркими надписями и рекламой какого-то дурацкого шоу. Неплохая маскировка – признает Санта, но почему их два? У них проблемы? Он усиленно делает вид, что не смотрит на фургоны, но на самом деле краем глаза видит, как открывается дверь, как оттуда выходят люди и направляются к ним. Тем временем все люди Братьев, сами Братья и Большой Та – разыгрывают сцену «Большая и Страшная Банда тусит на месте и никого не ждет».

Ага, думает он, вот сейчас самое время повернуть голову и посмотреть на них. Он поворачивает голову и люди из черных пятен на периферии взгляда – превращаются в четкие объекты. Он сглатывает слюну. Вот черт, думает он, надо было спросить, допытаться – кто же чертов отец у этой shalava! Да, никакой полиции здесь нет и уже не будет, но то, что он видит перед собой – намного хуже любой полиции.

Четверо. Трое в черных костюмах, визитная карточка якудза, как и черные очки на лицах. Санта почему-то уверен, что за наглухо застёгнутыми на все пуговицы рубашками и затянутыми галстуками – сине-красные драконы, карпы и самураи. Татуировки якудза. Настоящие, а не те, что они только что нарисовали на Большом Та водостойким маркером.

Одна девушка впереди – одета в хороший, дорогой, серый костюм. На плече ее отдыхает катана. Самая настоящая, мать ее катана! Вторая – у паренька за ней. Санта не знает ни ее, ни паренька, но он узнает громилу, стоящего рядом и стройную, похожую на взведенную пружину девушку. Дробитель Черепов Сомчай и Охотница за Фамильными Драгоценностями Косум.

– Аматэрасу… – выдыхает он: – неужели отец Марики – Кума?!

– Нам pizda… – добавляет стоящая рядом Маленькая Та: – вот сучка, вот подставила…

Глава 18

POV Таро Хираи, частный детектив

Мир не менялся. Этот мир оставался таким же дерьмовым, с его моросящими дождями, старыми газетами на подоконнике, хрипящим радиоприемником и переполненной пепельницей на столе. Вчерашний день был похож на сегодняшний, а сегодняшний – точная копия завтрашнего. Ни черта не меняется.

– К тебе гость – говорит Джейн Джи Ай, которую он вот уже пять лет подряд называл просто Джи-Джи. Она сидит на подоконнике и покачивает своей ножкой, затянутой в черный чулок и обутой в черные же туфли на шпильках. Она затягивается длинной черной сигаретой и пускает клуб дыма к потолку: – наверняка клиент, Та-кун.

– К черту работу – рычит Таро, у него болит голова, колет в груди и что-то хрипит в легких. Он поднимает голову и с трудом садится на диване. Старый диван скрипит под ним, потертый кожезаменитель давно полопался и потерял свой респектабельный вид.

– Вселенная продолжает меня удивлять – бормочет он себе под нос.

– How so? – интересуется Джи-Джи, отпивая из витой стеклянной бутылки с колой: – ты открыл для себе радости пурбетантного возраста? Все эти прыщи и клерасил вместо нормального мыла?

– Я думал, что хуже я себя уже не почувствую – поясняет Таро и откидывается на спинку дивана: – ан нет. Теперь у меня еще и коленка болит. После того случая в восемьдесят седьмом… так и болит. Ну ничего, остался еще порох в пороховницах у старого ронина …

– У тебя песок остался, а не порох – вставляет Джи-Джи: – не слышишь – стучатся в дверь? Открой уже, а то и в этом месяце будешь только тофу с сакэ жрать… и деньги у Момо-тян клянчить. А она тебе в дочери годится, старый ты козел, постыдился бы…

– Какой смысл? – отвечает Таро, запрокинув голову на спинку дивана: – все равно это хозяйка. Старая мымра… – голова у него и так раскалывается пополам, а тут еще и эта мымра в дверь долбится… заплатит он аренду, заплатит… вот завтра и заплатит. Как бы ему голову своб поправить? Он окидывает взглядом свой кабинет. Смятые старые газеты, пустые бутылки разных калибров, фляжка… фляжка? Он подтягивает фляжку и трясет ее, морщась от мигрени. Пустая. Ну конечно.

– Синька закончилась, алкаш ты несчастный? – спрашивает с подоконника Джи-Джи. Он не отвечает, он занят. Ему надо найти бутылку. Он совершенно точно помнил, что вчера у него в гостях была пухленькая домохозяйка Сайя-сан из двадцать второй, а Сайя человек честный, она его даже прикармливает, всегда со своей кастрюлькой, дай ей волю – так убираться начнет. Не могла она у него последнюю бутылку утащить, никак не могла.

– Еще как могла – говорит Джи-Джи: – она жутко хочет тебя обалдуя исправить и на себе поженить… так что в порядке профилактики могла и утащить. Выпить, конечно не выпьет и потом вернет в целости, но забрать могла. Для твоего же блага.

Думай – приказывает себе Таро, не обращая внимания на Джи-Джи, думай, ты же детектив в конце концов! Что ты за частный сыщик, который бутылку с выпивкой в своем собственном доме найти не может? Дерьмо ты а не сыщик после этого…

– Хираи-сан? Это вы? Хираи-сан, да что с вами случилось? – раздается сверху участливый голос.

– Похмелье – коротко отвечает Таро: – со мной случилось похмелье. – почему-то никого не интересует, почему у него похмелье, всем все ясно. Таро Хираи пьет, вот и весь ответ. А вот почему Таро Хираи пьет? Да потому что мир дерьмо – и этой темы все избегают. Потому что если ты сам дерьмо, живешь в дерьме и все твои друзья и подружки из дерьма, и отношения у вас дерьмовые, начальник говно и зарплата – кроличьи катышки, то ты уже не чувствуешь запаха.

– К тебе посетитель, дурья ты башка … – говорит Джи-Джи и Таро поднимает голову. Точно. Посетитель. Харя знакомая, думает он, не подсказывайте мне, я и сам вспомню…

– Я – Сакамото Таруя – представляется гость: – помните меня? В том году, как вас уволили из полиции я еще возглавлял …

– Ох ты ж ни хера себе! – говорит Таро и поворачивает голову к Джи-Джи: – твоего полку прибыло! Раньше ты одна у меня белая горячка была, а теперь мне еще и мэр мерещится!

– По пунктам – во-первых я не одна у тебя белая горячка – выпускает клуб дыма в потолок Джи-Джи: – а как же тот бедняга из сто тринадцатого? Который каждый раз приползает, держа в руках свою ногу?

– Извините, Хираи-сан, но вам не мерещится. – говорит белая горячка: – это и правда я. Мне нужна ваша помощь. Срочно. Я заплачу сколько потребуется.

– А на кой черт мне призрачные деньги? – удивляется Таро: – вон та красотка на подоконнике даже пососать не может, потому как гордая. Хоть бы сиськи показала… – Джи-Джи, по-прежнему сидя на подоконнике – молча продемонстрировала ему средний палец. Интересно, подумал он, почему она не слушается его? Ведь это его галлюцинация, а значит это ресурсы его мозга использует эта стерва, когда сидит тут и курит, пьет и издевается над ним. Это как если бы она у него жила на полном пансионе, а взамен даже сисек не показывает. Стерва одно слово.

– Извините, Хираи-сан, но… – вздыхает белая горячка: – боюсь у меня нет другого выхода. Широ!

– Что за… – пытается сказать Таро, но в следующую секунду ему прилетает плюха и он теряется во времени и пространстве, а когда приходит в себя – его уже тащат в ванную, открывают кран с холодной водой и поливают ему голову! Он сопротивляется, пытается кричать, но вода затекает везде и всюду, он захлебывается, глотает воду, кашляет, хрипит, дергается и машет руками, но неведомый Широ держит его крепко.

– Хватит! – кричит он, улучив момент: – прекратите!

– Пришел в себя, алкаш? – гудит голос над ухом, и он подавленно кивает. Назад в кабинет его приволакивают за шкирку и роняют в кресло. Перед ним ставят открытую бутылку, и он тотчас жадно присасывается к ней.

– Широ? – звучит голос откуда-то издалека.

– Я таких знаю, босс – гудит бас: – он пока не опохмелится лыка вязать не будет. Пусть глотнет и в себя придет. У нас времени не так много.

– А этот ваш Широ хорош… – выдавливает из себя Таро и наконец оглядывается. Он ожидает увидеть громилу, здоровяка, амбала, Годзиллу в облике человеческом, но Широ – на самом деле не такой уж высокий и мускулистый, на вид обычный японец средних лет, но натасканный глаз Таро мгновенно улавливает все мельчайшие детали – и сбитые костяшки на кулаках и суставах пальцев, сами мозоли свели, но структура костяшек меняется, суставы, которые изо дня в день подвергались ударным нагрузкам – деформируются именно таким образом. Рукопашник. Каратэ, компо, все, где практикуют тэмишивари. Необычно широкие запястья, перевитые канатами вен – мечник. Настоящий мечник, а не это картонные из секции кендо. Едва заметный шрам на лбу – такой не нанесешь синаем или боккеном, это от острого лезвия. Стоит расслаблено, руки свисают вдоль тела, небрежно, словно забытые кем-то вещи, но это впечатление обманчиво. В любую секунду готов взорваться движением. Хороший костюм. Ах, да. Взгляд Таро останавливается на левой руке. Так сразу и не скажешь, думает он, а вот оно что. Интересный ты человек, Широ… кто бы ты ни был.

– Какие хорошие стали протезы делать… – лыбится Таро и делает еще один глоток из бутылки: – мизинец как настоящий. – он с удовольствием видит, как Широ морщится от досады.

– Хираи-сан… – начинает было посетитель, но Таро поднимает руку, прерывая его. Огненная вода начинает действовать, и горячая кровь струится по его венам. Настроение начинает улучшаться – толчком, резко.

– Не надо слов – машет он рукой: – вы – действующий мэр нашего городка, Сакамото Таруя, и то, что вы обратились ко мне, означает что у вас деликатная проблема. Все остальное вы бы решили сами или с помощью полиции, или к Куме обратились, а значит у вас семейные проблемы. Так… у вас трое детей, старший офицер во Флоте, средняя менеджер в Сейко… значит младшая, приемная, golden girl. Так… она учится в Гизе, Императорская Академия, обучение раздельное, значит проблемы с мальчиками… хотя я, наверное, неверно выразился – поправляется он, глядя как тень промелькнула на лице посетителя: – у мальчиков проблемы с ней. И… судя по всему побег из дома? Нет? Не просто побег, а еще и деньги забрала? Или… инсценировала свое похищение? – он с удовлетворением видит, как округляются глаза посетителя и делает очередной глоток.

– Видите босс – он нужный человек – гудит Широ: – сумасшедший как Мартовский Заяц, но дело свое знает туго.

– Хираи-сан – говорит посетитель и на этот раз Таро его не перебивает. Такие вещи клиент должен сказать сам. Хотя и он и клиент уже знают, что именно будет сказано. Что ему необходимо найти его сбежавшую дочурку, которая еще и совершила классический ход всех карамельных девочек-мажорок – связалась с бандой и инсценировала свое похищение. И что обратиться в полицию мэр не может по двум основаниям – первое из них то, что история с инсценировкой и побегом из дома будет крайне плохо выглядеть в прессе и позволить себе такое накануне новых выборов мэр не может. Но была, и вторая причина и о ней Таро предпочел промолчать. Он бы предпочел не знать эту причину, но он был слишком умен, на свою беду. Он знал почему такие вот карамельки убегают из своих семей, а особенно – из семей с приемными отцами и откуда у них такое пренебрежение к своему собственному телу и многочисленные извращения в голове… да, приемная дочь в богатой семье, старшие давно уже ушли из дома, жена все время пропадает на курортах и спа-салонах… а дочь – она же не родная, верно? И если эта история выплывет наружу, то мэру будет очень плохо… а полиция начнет задавать ненужные вопросы и психолога пригласят. Вот поэтому то мэр города и его верный пес Широ – сейчас сидят в моем прокуренном и пропахшем выпивкой кабинете, а не в каком-нибудь «Бюро Пинкертона» или «S.H.I.E.L.D.». Потому что ему можно заткнуть пасть деньгами, и он промолчит о том, что нарыл во время следствия. Потому что ему надо платить за аренду, а еще потому что он – алкоголик. И вообще, не его это дело. Его нанимают чтобы найти девчонку, вернуть ее домой и замять дело, а не чтобы раздувать скандал из пустых подозрений. Даже если он в офис главного прокурора придет с такими подозрениями – его там на смех поднимут.

– Хорошо – говорит он: – я согласен. Берусь за дело.

– Вот и замечательно – потирает потеющие ладошки посетитель: – с деньгами не обижу. Пожалуйста, как можно скорей решите вопрос. Если понадобятся … силовые решения, то вы всегда можете позвонить Широ, он решит. – Широ делает шаг вперед и кладет на стол белый прямоугольник визитной карточки. По-хорошему он сейчас должен был свою визитку положить рядом, для обмена, но у него уже давно нет своих визиток.

– Ваш телефон у меня есть – лениво поясняет Широ: – вот… аванс. – на стол рядом с прямоугольником визитной карточки – ложится пачка купюр и Таро прошибает пот. Он умеет считать навскидку, он уже знает сколько тут денег. Слишком много. С подоконника на него с плохо скрываемым презрением смотрит Джи-Джи.

Найти беглянку труда не составило. Таро успел поесть в забегаловке на первом этаже Янгунского рынка, перекинуться парой слов на углу Шестидесятой, пропустить несколько стаканчиков с тощим Рэттом, вложить купюры в трясущуюся руку местного торчка под мостом, и он уже знал, что и почем. Приемную дочку мэра звали Марика и даже для карамельной девочки она была той еще штучкой. Тусила она с Тройкой Та, небольшой группой молодых оболтусов, которые постоянно кучковались в старом убежище, которое принадлежало одному из них, Большому Та, толстому самоанцу, грозному на вид, но безобидному и мягкому внутри. Такой вот, самоанец-сумоист-цундере. Формально главой группы была так называемая Маленькая Та, Тигуса Ри, бывшая босодзоку и барыга травкой. Серым кардиналом был Третий Та, или – Сан Та. Богатая биография у сукиного сына, он и старше всех, у него и приводы и даже отсидка за торговлю наркотиками – два года. Троица частенько зависала с бандой Братьев Ре, босодзоку с района, чьи выхлопные трубы не давали законопослушным гражданам спать спокойно. Торчок из-под моста сказал, что Братья и Троица – сейчас торчат в доках, выгнали из пустующего склада нескольких бездомных и под мостом резко стало тесно. Никаких прав у них нет, а выгоняют… девок еще каких-то притащили, говорят будут бордель там делать или порно снимать… или порошок барыжить… в общем не знал торчок ни черта. Знал только адрес склада и этого было достаточно. Даже скучно было. Мэр и этот демон Широ подняли его на ноги в девять (подумать! В девять! Он никогда так рано не вставал!), еще и двенадцати нет, а дело уже решено. Он лениво поднял телефон и набрал номер. И сообщил этому демону Широ, что он решил загадку и знает адрес.

– Да ну? – насмешливо говорит голос на том конце трубки: – они вышли на связь. Адрес у нас уже есть. Жаль, что ты зря ноги топтал, Таро-сан.

– Ээ… – тянет Таро в трубку. Черт, думает он, эти идиоты совсем думать не умеют. Неужели так трудно – назначить передачу денег в одном месте, а освобождение заложника – в другом? Ну кто так людей похищает? Их же сейчас люди Широ просто измудохают в ноль и все. И его тоже подставили – он тут старался, вынюхивал, а они вон как – просто звонят и встречу назначают… идиоты.

– Ладно, сейчас тебя подберем, раз уж все равно тебе деньги платим – будешь отрабатывать – звучит голос Широ в трубке и Таро думает, что он слишком стар для этого дерьма и недостаточно пьян. Не мальчик он уже, чтобы в драках стенка на стенку участвовать, а тем более, если там будут такие как Широ – то ему и участвовать не потребуется, таких как он на одного Широ штук десять надо и то вряд ли что получится. А с другой стороны – если уж он не может исправить свою старость, то по крайней мере может исправить свою трезвость.

– Эй! – кричит он бармену: – давай еще две!

– Когда ж ты сдохнешь уже? – задается вопросом Джи-Джи, которая сидит за его столиком и качает туфлей, полуснятой с ноги и держащейся на пальцах стопы: – ведь я высококвалифицированная галлюцинация. Я могла бы сейчас какому-нибудь миллионеру с шикарным телом казаться, а вместо этого с тобой в этом забытом богом месте.