Текст книги "Между светом и тьмой (СИ)"

Автор книги: Виолетта Иванова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 10 страниц)

– Мой господин, неужели ты сейчас уйдешь от меня?

Он остановился. В коридоре царила полутьма, горело несколько факелов. Девушка подошла к нему, обняла его за шею, притянула к себе и впилась в его губы страстным поцелуем. Потом отстранилась

– Неужели ты думаешь, что я дам тебе сейчас уйди и вернуться к своей жене? Запомни, Эрик, ты мой, ты всегда будешь моим. Я так долго ждала тебя, что никуда не отпущу.

Она схватила его за руку и потащила за собой. А Эрик потерял способность сопротивляться. Его мужское начало требовало идти за ней, схватить, присвоить, сделать своей. Они почти бежали по коридорам, когда она вошла в какую-то комнату, мужчина набросился на Ингрид, стал покрывать ее лицо жадными поцелуями, чувствуя, как в его руках бьется ее жаркое тело. Они срывали друг с друга одежду, словно спешили стать одним целым. Эрик быстро осмотрел комнату, увидел в дальнем от входа углу кровать, подхватил девушку на руки и в три шага дошел до нее.

Негромкий вскрик остановил Эрика, но она прижала к себе.

– Ту думаешь, что я отпущу тебя? Я хранила себя, чтобы ты был у меня первым. Я люблю тебя, Эрик. Я хочу тебя. Прошу, не останавливайся.

И Эрик отпустил себя. Он и сам не понимал, что с ним происходит. Его давнее желание обладать этой девушкой вырывалось на свободу. Он рычал, как дикий зверь, кровь горячей лавой бежала по его венам. Девушка не давала ему прийти в себя, все требовала и требовала его ласки, отдаваясь ему со всей страстью.

– Ты мой, и всегда будешь только моим. Я тебя никому не отдал, убью любую, кто встанет между нами. И тебя убью, если ты решишь оставить меня.

Ее слова хриплым шепотом звучали возле его уха. В голове был такой туман, что Эрик ничего не понимал и не думал, что где-то там его ждет жена. О ней он даже не вспомнил.

Ночь была долгой и страстной. Ингрид не давала ему ни минутки покоя, словно изголодавшийся зверь она набрасывалась на него, и он рычал, кусал, хватал, присваивая самку. Они успокоились только тогда, когда солнце поднялось на небо. Только тогда они устало упали на постели. Эрик чувствовал себя полностью разбитым. Даже во время сражения с врагами он не терял столько сил. Ингрид словно выпила их все. Он лежал рядом с голой женщиной, которая улыбалась ему счастливой улыбкой.

– Эрик, ты мой. Запомни. Только мой. И я никуда не уйду отсюда. Я буду твоей княгиней.

Эрик промолчал, только сейчас начинал понимать, что натворил и стало так тошно, что даже закружилась голова. Он поднялся, нашел свои вещи, стал одеваться.

– Думаю, что тебе лучше уехать из замка, – сказал он, натягивая штаны.

– Любимый, ты не понял? Я приехала к тебе, стала твоей женщиной. Я никуда от тебя не уйду. Ты же не бросишь меня сейчас после всего, что было между нами?

– Не брошу. Но здесь живет моя семья. Я не хочу, чтобы возникли какие-то проблемы.

– А никаких проблем не будет. Ты просто скажешь ей, что теперь ты любишь меня.

Женщина поднялась, совершенно не стесняясь своей наготы, подошла к мужчине, обняла его и вновь прижалась всем телом к нему, впиваясь поцелуем в его губы. И снова в голове Эрика появился гул, словно несколько роев пчел гудели в ней.

– Хорошо, оставайся, – хрипло ответил он, отвечая на поцелуй. – Только дай мне время, чтобы разобраться со всем.

– Хорошо, любимый, я буду ждать. А сейчас иди. Но помни, что я жду тебя. Жду каждое мгновение.

Глава 13.

Эрик оделся, вышел из комнаты, быстро огляделся. Он оказался в башне, где находились комнаты гостей. Вчера он даже не понял, куда Ингрид вела его. Коридор был пуст, и мужчина поспешил уйти в свои покои, чтобы трусливо скрыться. Хорошо, что никто не увидел его в таком растрепанном виде. Эрик шел и думал. Ингрид стала его женщиной, но рад ли он этому? И почему он чувствует себя полностью опустошенным? Почему он набросился на нее, как дикий зверь? Что с ним происходит рядом с этой девушкой? И, наконец, почему боится, что кто-то увидят, как он выходил из ее комнаты? Он вспомнил ее навязчивый терпкий запах, вспомнил про ее подарок.

В комнатах Эрика встретил напуганный Агмунд.

– Господин, приходила Ваша жена, – сказал верный слуга, пряча глаза.

– Когда? – сердце князя сжалось в холодном страхе.

– Недавно, незадолго до смены ночной стражи.

– Что ты ей сказал?

– Она видела, что Вас нет в комнате. Я ей ничего не говорил.

– Приготовь мне ванну и переодеться. Мне надо будет проводить гостей. И сходи в пиршественный зал, забери с нашего стола золотую шкатулку.

После обеда Эрик вышел на крыльцо проводить первых гостей. Все смотрели на него какими-то напряженными взглядами, в чьих-то глазах видел осуждение. Ему так и захотелось закричать: «Что вы так смотрите на меня? Да, я был с женщиной, не с женой. Но я люблю эту женщину». А потом в голову ударила мысль, а любит ли? Он провел с ней такую долгожданную ночь, между ними кипела настоящая дикая страсть, и все. Пламя его страсти погасло, его желание обладать ею исполнилось, но сил нет. А с женой после близости он словно наполнялся искристой силой, хотелось совершать подвиги. Эрик вдруг понял, что больше не хочет Ингрид.

Когда на крыльце появился Кнут, Эрик просто склонил голову в коротком прощальном поклоне, заметив, как этот ярл нагло смотрит на него, словно говорит: «Я все знаю. Теперь ты в моих руках». Эрик сдержал свое лицо.

Ингрид так и не уехала из замка.

Когда Эрик проводил последних гостей, вернулся в свою комнату. Агмунд сидел с таким трагическим лицом, что он даже прикрикнул на слугу. Потом спросил:

– Ты принес шкатулку?

– Да, господин, она на вашем столе. Но знаете, мне кажется, что с ней что-то не так.

– Что с ней не так? – Эрика начал раздражать Агмунд, который сегодня слишком много себе позволяет.

– Вы же знаете, что я чувствую магию. Так вот, в этой шкатулке темная магия, очень сильная. Мне даже не хотелось брать ее в руки.

– Какая? – Эрик внимательно посмотрел на него.

– Не знаю, – совсем тихо ответил Агмунд и низко опустил голову, – может, приворотная.

– Иди, ты свободен до утра.

Эрик отправил слугу, ему надо обо всем подумать. Зачем Ингрид подарила ему этот флакон с ароматом, зачем приворот? Разве он без него не хотел девушку? Он крутил в руках шкатулку, не открывая ее. Чувствовал запах розы, терпкий, тяжелый, такой, как пахла Ингрид и больше ничего, в душе только возникла какая-то тяжесть. Потом подумал о жене. Что, интересно, она делает сейчас, зачем она приходила к нему утром? И как ему быть дальше?

Приближалась ночь. Идти к жене с разговорами была не самая правильная мысль. Ему самому надо разобраться со своими чувствами. А еще надо решить, как быть с Ингрид. Оставлять ее в замке нельзя. Надо будет купить ей дом в городе, где они смогут встречаться. И стоит ли сегодня ночью снова идти к ней? Эрик прислушался к своим желаниям. Нет, его больше не тянуло к Ингрид, словно кто-то оборвал ту нить, которая тянула его к женщине.

Мужчина долго ходил по своей комнате, пока на улице совсем не стемнело и на зимнем небе не зажглись звезды нового года. Эрик подумал, что зима в этом году мягкая, приятная, хоть и навалило много снега, зато будет хороший урожай. Он тряхнул головой – какие глупые мысли сейчас лезут к нему в голову, когда надо решить, как ему быть с двумя женщинами. Они словно две противоположности – Свет и Тьма, нежность и страсть. И кто ему больше нужен?

Мужчина не додумал. Раздался стук дверь, а потом она открылась. На пороге появилась Ингрид. На ней был надет теплый плащ из дорогой ткани. Самый лучший мех обрамлял ее красивое лицо. Она медленно подходила к нему, расстегивая булавку, которой был застегнут плащ. Он соскользнул с ее плеч. Девушка была обнажена. Еще одним движением она распустила свои волосы, которые накрыли ее красивые плечи, упали на грудь. Босые ноги беззвучно ступали по холодному полу. Эрик сглотнул тягучую слюну.

– Я ждала тебя, – низким грудным голосом проговорила она. – Ты не пришел. Я решила найти тебя.

– Ингрид, это неправильно, приходить ко мне, – ответил он ей хриплым голосом.

Вновь появилось мужское желание, как только она подошла к нему и его окутал ее терпкий запах розы.

– Мне все равно. Я скучала по тебе. Я хочу тебя.

Ее руки коснулись его груди, скользнули к шее, обвили ее. Ее горячее тело прижалось к нему.

– Что ты делаешь, Ингрид, – прохрипел Эрик, обнимая женщину и прижимая к себе.

***

Рано утром он разбудил свою любовницу, которая спала рядом с ним, не стесняясь своей наготы. Мужчина посмотрел на нее и в груди появилось глухое раздражение, вместо того, чтобы разобраться с ней и поговорить с женой, он снова оказался с красавицей в одной постели, снова он был опустошен.

– Ингрид, тебе пора идти в свою комнату. Сейчас придет мой слуга. Я не хотел, чтобы он застал тебя здесь.

– Мне все равно, – не открывая глаз, ответила Ингрид и потянулась. – Я твоя любимая женщина и никуда не уйду.

– Ингрид, поднимайся и уходи, – Эрик повысил на нее голос. Он начал раздражаться.

– Ты выгоняешь меня? – она открыла глаза, поднялась на постели, не стараясь прикрыть свою наготу, и удивленно уставилась на него. – А я никуда не собираюсь уходить. Пусть все знают, что у тебя есть любимая женщина.

– Я сказал – собирайся и уходи, если ты хочешь остаться в замке.

Теперь голос князя рычал. Он быстро поднялся, оделся сам и кинул девушке ее плащ. Эрику так хотелось скорее избавиться от нее, его начала бить мелкая дрожь нетерпения.

Что-то такое Ингрид увидела в его лице, взяла плащ, поднялась с постели, накинула его на плечи.

– Ты все равно будешь моим, – сказала она ледяным тоном, подходя к мужчине, почти касаясь его груди. – Не зря я так долго ждала этого дня.

Она вышла из комнаты, а Эрик опустился на стул. Сейчас он чувствовал себя грязным, словно извозился в вонючем болоте. Висящий в воздухе запах розы показался ему удушливым. И почему-то вспомнил легкий запах меда и луговых трав, которым так хотелось дышать. Идти к жене? Нет, после Ингрид он даже не посмеет прикоснуться к ней.

Появился Агмунд, вдохнул запах и сморщился, как он неприятной вони, отвел глаза, словно ему было стыдно смотреть на хозяина. Эрик заметил это, крикнул на слугу, чтобы он не лез не в свое дело, приказал приготовить горячую ванну, в которой потом долго лежал, словно ожидая, когда с него сойдет вся грязь, пока вода совсем не остыла. Пришлось выходить из ванной и идти в библиотеку, чтобы заняться делами, которых снова накопилось слишком много. Эрик вдруг вспомнил, что Хельга предлагала ему свою помощь. Почему он не скинул на нее хотя бы часть своих проблем? Читала бы сейчас все эти обращения и отдавала ему самые важные. Мужчина выругался, почему он сейчас вспоминает жену?

На душе было тяжело, слуги, которых он встречал по пути, прятали от него свои взгляды. Подходя к дверям библиотеки, мужчина почувствовал запах меда и луговых трав, глубоко вздохнул. Или он сходит с ума, или его жена была здесь. Он открыл дверь и прошел в библиотеку, дошел до своего стола, сел на свое кресло с высокой резной спинкой. Он любил это место. Комната была большой, даже больше, чем пиршественный зал. Повсюду стояли полки с книгами, свитками, рукописями. Казалось, что здесь собрана вся мудрость земли. Здесь было светло, свет лился из четырех высоких окон, казалось, что здесь даже воздух легкий. Здесь думалось легче, и он всегда мог найти нужную ему книгу. Когда отец передал ему княжескую корону Эрик отказался занять его кабинет, где ему было тесно.

На столе грудой лежали книги, свитки, какие-то бумаги, лежали перья. Среди множества свитков княхб увидел лист пергамента, сложенный пополам, сверху которого лежало брачное ожерелье Хельги. Эрика словно кто-то с силой ударил под дых, сразу стало не хватать воздуха. Он взял золотую пластину ожерелья в руку, сжал ее. Она словно до сих пор хранила тепло ее тела и источала этот запах меда и луговых трав, от чего у него тупая боль завертелась в груди. Он долго сидел, не в силах пошевелиться, потом развернул пергамент.

«Я не хочу оставаться в этом замке, где мой муж предал меня, – начиналось письмо, написанное красивым, но немного нервным почерком. Эрик словно видел, как Хельга сидит и думает, как обратиться к нему, но потом просто написала то, что хотела. – Вы предали не только меня, но и наших дочерей. Мы уехали, чтобы больше не жить в той лжи, в которой жили все эти годы. Вы никогда не любили меня, в Вашем сердце всегда жила другая женщина. Желаю оставаться с ней и быть счастливым, я не хочу больше мешать вашему счастью. Прошу извинить, что не родила Вам наследника. Пусть это сделает та, кого Вы желали все это время. Я возвращаю Вам слово, данное у алтаря, я больше не хочу быть Вашей женой. Не ищите меня, я не вернусь».

Эрик откинулся на спинку кресла, закрыл глаза, сжал в руке пергамент. Почему ему никто не сказал, что его жена уезжает? Неужели все предали его? Даже верный Агмунд ничего не сказал.

– Да пошли вы все! – закричал мужчина и кинул скомканный пергамент в горящий камин. – Я никогда не поеду искать тебя. Я буду счастлив без тебя, с той, когохотелвсе эти годы. Яеехотел, а не тебя.

Огонь сразу же принялся лизать пергамент, который стал сворачиваться в корявый ком. Эрик вдруг испугался, подскочил, подбежал к камину, упал на колени и голыми руками вытащил лист, затушил край, который уже загорелся синеватым огоньком. Он положил его на пол, разгладил обожженной ладонью, не замечая боли, потом сложил аккуратно, поднялся, подошел к столу и спрятал его среди других бумаг. Туда же убрал брачное ожерелье. Свое он достал из-за ворота рубашки, накрыл ладонью. Нет, он не будет снимать этот кусок золота. Пусть оно напоминает ему о коварстве женщин.

***

После отъезда Хельги и дочерей Эрик словно перестал жить. Онбылкнязем, продолжал выполнять свои обязанности, выезжал в ленды, принимал решения. Но его никто не узнавал. Его лицо больше напоминало каменную маску. Больше никто не видел его улыбку. Его стали бояться.

Эрик видел, что слуги стараются не попадаться ему на глаза, Гудбрант тоже словно замкнулся и разговаривал с ним только по делам. После отъезда Хельги князь переложил на плечи наставника все заботы по замку. Гудбрант был единственный человек, с кем князь был близок, доверял ему и сейчас, когда наставник отдалился от него, это было неприятно. Эрик однажды спросил наставника, что с ним, почему тот больше не хочет разговаривать с ним, на что Гудбрант ответил: «Ты изменился, когда связался с этой женщиной, стал другим. Я никогда не приму этого решения. Эта женщина никогда не будет любить тебя, приведет к гибели. Боги отвернулись от тебя». «Не кажется ли тебе, что лезешь не в свое дело?» – спросил Эрик с раздражением, и его наставник пытается учить его. «Вот поэтому я и молчу. – ответил мужчина. – Но не волнуйся, я остаюсь рядом с собой, я всегда буду верен князю».

Ингрид осталась жить в замке, объявив всем о своих правах любимой женщины. Она сразу же стала наводить свои порядки, наказывая слуг плетьми, лишая еды, запирая в темнице за то, что они не слишком почтительны с ней. Она требовала у Гудбранта денег, который теперь занимался казной, но он отказал. Ингрид приходила в комнаты Хельги, желая найти ее украшения, чтобы забрать себе, но посмеялась на убогой обстановкой и ушла, вспоминая по дороге в свою комнату, что никаких украшений на бывшей жене Эрика она никогда не видела. Она пыталась проникнуть в бывшие комнаты Айварса и Ульрики, полагая, что там может найти дорогие украшения старой княгини. Но дверь оказалась закрытой, а потом пришел Гудбрант и потребовал убраться отсюда. Ингрид злилась, уже целый месяц она живет в замке, а никто не преклоняется перед ней, Эрик не спешит делать ей дорогие подарки. Свою злость она вымещала на слугах.

После того, как к Эрику пришел Гудбрант и рассказал о том, что себе позволяет Ингрид, он приказал женщине умерить свой пыл, предупредил, что если она еще раз посмеет обидеть кого-нибудь из его людей, либо потребует у наставника денег на какие-то свои расходы, то сразу же уедет отсюда. Ингрид злилась, но была вынуждена смириться. Она хотела поселиться в комнате Эрика, но он отказал.

– У нас не принято, чтобы муж и жена жили в одних комнатах, – зло сказал он, когда Ингрид в очередной раз устроила ему истерику, что хочет быть рядом с ним.

– Тогда я буду жить в покоях твоих родителей! – гордо вздернула она голову.

– Нет. Там никто не будет жить. Эти комнаты будут всегда закрыты.

– Но где я должна жить? В комнаты твоей Хельги я не пойду. Они слишком убоги для меня.

– Я и не разрешил бы тебе там жить. Ты останешься в той комнате, где живешь сейчас.

– Но я хочу быть всегда рядом с тобой. И мне не пристало жить в такой конуре. Я должна жить в красивых покоях рядом с тобой.

– Ингрид, ты, наверное, не понимаешь, – в его голосе все больше нарастало раздражение. – Ты – моя любовница, а не жена. А любовницы не живут в одной комнате с князьями.

– Как ты смеешь так обращаться со мной?! – ее голос звенел слезами и возмущением. – Я отдала тебе свою невинность, а ты ведешь со мной, как с обычной шлюхой.

– Ингрид, если ты не прекратишь, если тебя что-то не устраивает, я не держу тебя, можешь убираться к своему отцу.

Женщина поняла, что надо на время прекратить свои истерики, дать ему успокоиться. Она добилась главного – получила Эрика, а дальше она своим делом, своими ласками добьется того, к чему так долго шла – она станет княгиней и тогда все узнают ее гнев. Даже Эрик будет стоят перед ней на коленях, чтобы вымолить ее прощение.

Глава 14.

Ингрид давно хотела его. Когда ей исполнилось четырнадцать, она впервые увидела княжича, когда он вместе с отцом приехали к ним в ленд и остались на ночь в замке. Она тогда подсматривала за молодым княжичем и влюблялась в него. Когда они уехали, Ингрид пришла к отцу.

– Папа, я хочу выйти замуж за Эрика. Мне больше никто не нужен, – она даже топнула ножкой, чтобы отец понял, как она серьезна.

На это отец смерил ее насмешливым взглядом.

– Ты и так сделаешь все, чтобы стать его женой. Недаром я обучаю тебя всему, что необходимо знать будущей княгине. И еще моя мать поможет нам в этом, – потом улыбнулся свой змеиной улыбкой. – Думаю, что быть отцом княгини будет очень хорошо. Это власть, это деньги, богатство.

– Мне не нужна власть. Я люблю его!

Ингрид была еще так молода и верила в какие-то светлые чувства. Но отец только посмеялся над ней.

– Дочь, поверь, нет никакой любви, а вот власть и деньги есть. Мне плевать, будешь ты любить его или нет. Но ты должна стать его женой любой ценой. Хоть ложись под него, но чтобы он сходил от тебя с ума. Хоть так что-то получить от тебя, раз кроме красоты твоя мать тебе ничего не дала. Все приходится думать и делать за вас.

Когда ей исполнилось семнадцать, она впервые поехала с отцом в замок Адельбурга, долго не могла поверить, что скоро увидит Эрика, нервничала всю дорогу, представляла, как произойдет их встреча. Перед отъездом мать Кнута, ее старая бабка пришла к ней в комнату. Бабку она откровенно побаивалась из-за ее темных дел, поговаривали, что бабка знается с самим Дьяволом.

– Держи вот это, – бабка протянула ей подвеску в виде прозрачного камня на золотой цепочке. – Это амулет. Я сама заговорила его на приворот. Тебе надо будет только встретиться со своим княжичем, и он будет твоим. Если все сделаешь как надо, то он потеряет от тебя голову. Ты приедешь в замок, должна встретиться с ним, посмотреть в глаза, коснуться его груди и сказать про себя наговор: «Касаюсь тебя, касаюсь твоего сердца, забираю его себе».

Ей удалось сделать все, как сказала старая ведьма, коснулась его груди, прошептала слова. Но Эрик только посмотрел на нее, прошел мимо и даже не искал с ней встреч. Она вернулась тогда домой, отец долго ругал свою мать, говорит, что та выжила из ума и у нее никакое колдовство уже не получается. На это бабка кричала, что Ингрид сама во всем виновата, не смогла закрутить этому молодому княжичу голову. Они ругались долго, а сама Ингрид молча сидела в своем углу и мечтала о том, как станет княгиней и весь замок будет ее. Она будет носить такие же красивые одежды и дорогие украшения, как старая княгиня Ульрика. Эрик будет делать ей дорогие подарки и посвящать ей свои победы. Желание стать княгиней становилось сильнее, даже уже любовь к княжичу отходила все дальше. Богатство – вот о чем теперь мечтала она.

Когда к ним стали приезжать женихи, отец просто прогонял их, предупредив дочь, чтобы та даже не вздумала ни на кого смотреть. Но и она сама ни о ком не думала. Она хотела Эрика, хотела стать княгиней, управлять всеми этими людишками, которые раздражали ее.

Когда отец снова взял ее с собой в замок, бабка принесла ей новый амулет – подвеску из темно-синего камня на серебряной цепочке.

– Держи, это самый сильный амулет приворота. Сильнее больше никто не сможет сделать, – проворчала бабка, протягивая ей подвеску в своей сморщенной руке, больше похожей на крысиную лапу. – Помнишь, что ты должна сделать? Если хочешь, чтобы он сработал как надо, ты должна прикоснуться к княжичу.

Но в этот раз ей не удалось встретиться с Эриком наедине. Из комнат в замке, где они остановились с отцом, их сразу же провели в зал, где праздновали совершеннолетние княжича. Все время этот противный Айварс следил за сыном, не отпускал от себя ни на шаг. Ингрид стояла напротив княжеской семьи, смотрела прямо в глаза и мысленно посылала ему приказ: «Посмотри на меня, ты же видишь, я хочу быть твоей. Я только твоя и ничьей больше не буду». Она заметила, как молодой княжич напрягся, и внутренне торжествовала. Значит приворот действует, оставалось немного – дотронуться до него. Но это у нее не вышло. Когда они с отцом покидали замок, старый князь внимательно следил за ней, словно запрещал подойти к Эрику и обнять его. И стоящие за спиной князя хускарлы тоже следили за каждым ее движением.

Отец возвращался домой злой, как сам Дьявол.

– Ты слышала, что сказал князь? – его голос дрожал от возмущения.

– Что? – Ингрид плохо помнила то, что говорил Айварс, она смотрела только на Эрика, не отводя взгляда.

– Он сказал, что у него есть невеста. Ингрид, у него есть невеста, которую ему напророчил сам Одинар!

Еще несколько раз они с отцом приезжали в замок на приемы к Айварсу. Ингрид делала все, чтобы встретиться с Эриком. Да, они виделись, но подойти к нему ей так и не удалось. Отец злился, кричал на нее, обзывал никчемной девкой.

Потом Кнут снова долго ругался со своей матерью, требовал извести девку, которая должна стать женой княжича. Узнать ее имя у Кнута не получилось, словно его держали в тайне. На это старая ведьма только и смогла сказать: «Я смогу только помешать, когда ее повезут в замок, напустить непогоду». «Сделай хоть что-нибудь, чтобы отсрочить эту свадьбу», – приказал отец.

Когда Кнут поехал в замок, куда его позвали на свадьбу Эрика, он взял с собой Ингрид, которая должна была до приезда невесты успеть сделать свое темное дело, чтобы Эрик назвал женой ее.

Сама Ингрид ехала в Адельбург и молилась, чтобы старая ведьма не подвела, и ее темные боги избавились от этой девки. Когда они прибыли в замок, узнали, что княжич сам поехал за своей невестой, отец снова ругался и срывал свою злость на дочери.

Пока они ожидали возвращения княжича и невесты, за станами замка началась пурга, вновь обрушилась зима, заметая дороги снегом, обрушивая холод на город. Ингрид переживала за Эрики и с нетерпением ждала, что прибегут слуги и сообщат, что невеста пропала где-то по дороге. Но когда Эрик появился в зале под руку с женой, Ингрид чуть не закричала от ярости. Было обидно, что старая ведьма только и смогла устроить зимнюю бурю, которая не смогла задержать эту девку, заморозить ее.

Ингрид надеялась на амулет приворота, который теперь всегда был у нее с собой. Кроме этого амулета бабка приготовила для нее приворотное зелье-аромат, которым она должна воспользоваться. Эрик будет дышать им и не сможет устоять против Ингрид.

Она сидела за столом, прожигая взглядом Эрика. Обида, что он взял в жены другую, жгла ее изнутри. Она глазами спрашивала у него, когда Эрик смотрел в ее сторону: «Разве ты любишь эту девку? Разве я хуже ее? Я ведь красивее, и ты хочешь меня, а не ее. Так будь же ты моим». Она видела, как напрягается мужчина, как блестят его глаза, когда он смотрит на нее и ликовала. Она сможет, она добьется, Эрик станет ее мужчиной.

Остаться в замке им не удалось, вновь пришлось возвращаться домой. Отец был зол, даже хотел ударить дочь. Но Ингрид перехватила руку отца и сказала, что убьет его, если он хоть еще раз замахнется на нее. Кнут испуганно смотрел на дочь и отступил. Теперь она сама готова была на все, лишь бы получить княжича.

Летом Ингрид снова приехала в Адельбург, отправилась на луг, где праздновали день высокого летнего солнца, водили хороводы. Здесь она обязательно коснется княжича. Но опять судьба отвернулась от нее. Эрик увидел ее, в его глазах заблестела такая ярая страсть, что Ингрид чуть не закричала от счастья – он хочет ее, он станет ее. Но вдруг мужчина убежал. Она хотела побежать за ним следом, но какой-то мужик крепко схватил ее за руку и не выпустил из кольца хоровода. Она тогда чуть не убила этого мужика. Когда бросилась следом за Эриком, стражник перегородил ей путь, не пуская в замок. Она вернулась на этот дьявольский луг и убить жену Эрика, но девки уже не было.

Когда в очередной раз Ингрид приехала с отцом в Адельбург на какой-то праздник, подошла к столу, за которым сидел Эрик и позвала его танцевать. Но он посмел ей отказать. Ей! Отказать! Другие бы на его месте были бы только рады, если бы она хоть взглянула на них. А он посмел отказать. Она вернулась домой такой разъяренной, желая ему самой страшной мести. Злость на Эрика копилась.

И снова она поехала с отцом в замок на этот праздник провода старого года. Когда Хельга ушла и ушли князь с княгиней, она подошла к Эрику, позвала танцевать. Он пошел! Она прижималась к нему, видела, как он вдыхает ее аромат, как блестят его глаза, напрягается его мужское начало. Все, она победила. Сейчас они уйдут из зала и Эрик станет ее мужчиной. Она с гордо поднятой головой направилась из зала, чувствуя, как он спешит следом за ней. Ингрид ликовала, всей все сбудется. Она медленно шла по коридору, давая мужчине догнать себя, но он не пришел за ней. Она ждала Эрика в комнате всю ночь, но он так и не появился. Злость и ярость клокотали в его груди. Уезжая из замка, она дала себе слово, что уничтожит его, никогда Ингрид никому не прощала обиды.

Она долго думала, как отомстит ему. Когда до нее дошли слухи, что в первый день лета Эрик отправится на корабле на остров Предков, чтобы принести дары, она пришла к своей бабке, которая была уже так стара, что уже почти не вставала со своей постели.

– Ты должна уничтожить князя. Ты все равно помрешь, так сделай напоследок что-нибудь хорошее для меня – убей Эрика. В первый день лета он отправится на корабле на остров. Пусть он не доплывет до этого дьявольского острова.

– Я должна быть там, но я не могу ходить, – прокаркала старуха, не поднимаясь со своей лежанки.

– Я прикажу, чтобы тебя отвезли туда. Ты возьмешь с собой все необходимое и сделаешь все, чтобы Эрик погиб, и чтобы следов от этого корабля не осталось.

Ингрид нашла место в стороне от пристани, за камнями, где могла наблюдать за Эриком и где их не могли увидеть, когда старая ведьма стала совершать свое темное колдовство. Издалека девушка видела, как Эрик вместе с родителями пришел на берег. С ним приперлась и его жена, которая стояла с огромным пузом и что-то постоянно говорила Эрику, плакала. Ингрид рассмеялась злым смехом. Правильно, пусть она сейчас увидит, как погибнет ее муж. Старая ведьма уже начала свой страшный и последний ритуал, вкладывая в него всю свою силу и остатки темной магии, когда Ингрид поняла, что Эрик остается на берегу, а на корабль заходят старый князь со своей женой. Она закричала на ведьму, но уже ничего нельзя было изменить, злые силы проснулись, налетела буря, которая потопила корабль. Ингрид тогда сидела у трупа старухи и проклинала ее, давая слово, что все равно добьется Эрика, раз какой-то там бог решил оставить его в живых.

Когда ее отец получил приглашение в замок, она собралась и поехала с ним. Пусть ее никто не приглашал, она сама пойдет. Остатки приворотного аромата она перелила в красивый флакон, уложила его в золотую шкатулку. Теперь Эрик никуда не денется. Она станет его княгиней и вот тогда он поплатится за все годы, что ей пришлось страдать. За каждую пролитую ею слезинку он заплатит жемчугом, за каждую ночь без него заплатит одним днем своей жизни. У нее есть зелья, которые остались после бабки, и она знает, какие и когда надо дать, чтобы человек уснул и не проснулся. Никто не узнает, никто не подумает на нее. Она отплатит ему за свои страдания. Но сначала он должен будет на ней жениться.

Ингрид слышала, что его жена родила ему вторую дочку, а это значит у нее, у Ингрид, есть шанс родить сына, который станет наследником Эрика и займет княжеский трон после его смерти.

Ингрид вошла в зал и сразу увидела Эрика, который сидел за своим большим столом и улыбался. Он казался таким счастливым. Увидев Ингрид, Эрик изменился в лице, напрягся. Его жены рядом не было, что было на руку девушке. Она подошла к Эрику и подарила ему свой опасный подарок, приказывая мысленно открыть его прямо сейчас. Он открыл, и Ингрид видела, как он задышал тяжело и натужно, кровь хлынула к его голове, словно был готов бросится на нее прямо сейчас. Она с трудом дождалась, когда Эрик соберется уходить, догнала его, бросилась на шею.

Когда они очнулись после бурной ночи в одной постели, Ингрид ликовала. Теперь Эрик никуда не денется от нее, приворот бабки был слишком сильным. Девушка была уверена, теперь все в ее руках, она станет княгиней. И знала, что слуги уже разнесли по замку новость о том, что князь провел эту ночь в ее объятиях.

Через день она узнала еще одну радостную новость – ненавистная жена Эрика уехала вместе со своими девками. Больше препятствий к трону у Ингрид не было.

Шли дни, прошел месяц, но молодой князь не торопился пускать ее в свои покои и называть своей женой. Все меньше он ложился с ней в постель и каждый раз, когда ей удавалось завладеть им, Ингрид рыдала от боли и досады после этих ночей. Он был с ней словно дикий зверь, жестко брал ее, не заботясь о ее удовольствии, кусал, сжимал своими руками так, что у нее потом долго не сходили синяки с ее нежного тела. И каждый раз после близости мужчина смотрел на нее, как на падаль, одевался и уходил. Никогда не был с ней нежен.