Текст книги "Между светом и тьмой (СИ)"

Автор книги: Виолетта Иванова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 10 страниц)

Глава 3.

В этом году весна выдалась ранней. Яркое солнце безжалостно топило снег на полях и в лесу. Сквозь влажную землю к солнцу пробивались первые ростки зеленой травы, а потом зацвели первоцветы, словно вся природа спешила подготовить встречу Эрика и Хельги. В последний зимний месяц Хельге исполнилось семнадцать. Агния долго смотрела на дочь и с улыбкой качала головой.

– Ты такая красивая, как солнышко летнее, – проговорила велья. – Как жаль, что твой отец не видит тебя. Он бы гордился тобой.

***

Отец Хельги погиб, когда девочке исполнилось семь. Она помнит его – высокого, веселого, сильного. Андерес любил шутить и смеяться, их дом всегда был наполнен весельем. Он брал Хельгу на руки, сажал на свои широкие плечи и так они ходили по их вольному городу. Матушка бранилась, а отец всегда шутил, что пусть все видят, какая у него замечательная дочь и знают, что она обязательно станет княжной.

Когда Андерес с другими мужчинами уходил в тот год на охоту, Агнес долго не хотела отпускать его, пыталась уговорить остаться дома, говорила, что боги не хотят, чтобы он уходил. Но отец впервые рассердился на жену, взял свое оружие и ушел в лес. А вечером его принесли домой на шкуре убитого им медведя, который успел сильно помять мужчину и разорвал своими когтями его спину и лицо. Долгих три дня Агнес не отходила от мужа. Пусть она была верховной вельей вольного города Боргхейн, но не смогла удержать Андереса, он ушел за Вечный Порог.

***

Хельга была дома, помогала маме, раскладывала травы для будущих зелий. Ее сердечко подсказывало, что сегодня обязательно должно произойти что-то важное для нее. Она знала, что за ней должен приехать княжич, но когда это случится никто не знал. Матушка тоже тревожно выглядывала в окно и хмурила брови. Она уже собиралась уйти в свою маленькую комнату, где находился ее алтарь, чтобы спросить у волшебных камней, почему ее душа не на месте, когда с улицы прибежал мальчишка:

– Госпожа Агнес, к вам едут! – его звонкий голос разнесся далеко по улице.

Велья Агнес выглянула в окно, а Хельга опустилась на стул, сложила руки на коленях, ноги отказались ее держать, сердце замерло в тревоге.

– Хельга, поднимайся в комнату, надень нарядное платье, что мы шили для встречи княжича. Быстрее. Он скоро будет здесь, – голос Агнес звучал встревоженно, напряженно.

Хельга подскочила и побежала на второй этаж в свою комнату. Ее трясло от страха и неизвестности. Она не сразу смогла снять с себя домашнее платье, которое завязками зацепилось за ее косу. Потом лихорадочно стала надевать нарядное платье из беленого льна, которое они шили и вышивали вместе с матушкой, надела красные передники, которые сама ткала и вышивала. Достала новые туфельки, который ей специально сшил добрый Эйвинд, их сосед-сапожник. Когда посмотрела на себя в зеркало, зарделась. На нее смотрела красивая молодая девушка с волосами цвета темного золота, темно-синими глазами, как небо на закате дня. Кожа на лице светилась легким загаром, словно солнышко поцеловало ее этой весной, подарило свою любовь. Она еще раз осмотрела себя, поправила передники, взяла сотканный своими руками пояс для жениха, подняла выше голову и пошла навстречу своей судьбе.

В большой кухне она увидела несколько незнакомых мужчин, среди которых выделялся один – молодой, красивый, высокий, крепкий, с широкими плечами, сильными руками. Его густые волосы цвета белого пепла были собраны сзади в хвост, одежда украшена рунами и драгоценными камнями. Хотя Хельга знала, что княжич красив, но сейчас не могла поверить своим глазам, что этот мужчина станет ее мужем. Он был божественно прекрасен, так, наверное, выглядит сам Одинар. Она не могла отвести взгляда от его лица, румянец наползал на ее щеки, когда поняла, что станет его женщиной и будет делить с ним постель. Матушка рассказала ей, что происходит между мужем и женой, тем более для таких, как она с матушкой, близость с мужем очень важна, она делает их магию сильнее и помогает быстрее восстановиться после трудных ритуалов, которые забирают почти всю их силу вельи. Чем сильнее муж любит свою жену-велью, тем сильнее ее магия.

Княжич внимательно осматривал ее своими темно-серыми глазами, словно хотел увидеть ее душу. Хельга замялась, остановилась при входе, держа перед собой сотканный и вышитый ею пояс. Она не знала, как себя вести с мужчиной, куда-то пропал голос.

– Хельга, приветствуй гостя, – сказала Агнес.

– Добрый день, Ваше высочество, – с трудом проговорила Хельга и склонила голову в поклоне. – Прими мой скромный подарок – пояс. Он сбережет тебя от беды.

– Добрый день, – ответил мужчина, принимая от нее подарок, и от его голоса по спине девушки прошла горячая волна, словно кто-то провел по ней мягким мехом. Она даже не заметила, что Эрик передал ее дар другому мужчине, который стоял на шаг позади него. – Одинар назвал тебя моей будущей женой. Я приехал к тебе, как пришло время. Ждала ли ты меня?

– Ждала, – тихо ответила Хельга, до сих пор не в силах поверить, что перед ней стоит княжич, ее будущий муж.

Она смотрела на него и не могла наглядеться. Больше никого не существовало для Хельги. Были только он и она. В груди с силой попавшего в силки зайца забилось сердце, а щеки снова покрылись алым румянцем.

– Готова ли ты уехать со мной? – он смотрел на нее с легких прищуром, словно ожидал, что она сейчас откажется

– Да, Ваша светлость, – Хельга старалась, чтобы ее голос не сорвался. Она с силой закусила нижнюю губу, чтобы княжич не заметил, как она начала дрожать.

– Тогда завтра утром отправимся в обратный путь. Нас ждут в замке, – его голос был сух и слишком спокоен для первой встречи с невестой. Взгляд по-прежнему осматривал девушку, словно оценивал товар перед покупкой.

Агата подошла к княжичу, поклонилась.

– Гости дорогие, прошу пройти в комнаты, где можете привести себя в порядок с дороги. Потом жду вас в обеденной комнате. Мила, – она обратилась к молодой девчонке, которая помогала ей по дому, распорядилась, – покажи гостям комнаты и принеси все необходимое.

Только когда Эрик и его хускарлы вышли из кухни следом за Милой, Хельга осторожно вздохнула.

– Мама, я не могу поверить в то, что я не сплю.

Она прижала руки к горящим щекам, стараясь сделать глубокий вдох, чтобы успокоить бьющееся сердце.

– Нет, доченька, это твой будущий муж – княжич Эрик Справедливый, – серьезно ответила Агнес. – Но ничего не бойся – ты у меня сильная и очень красивая. Ты все сможешь преодолеть.

– Преодолеть? – Хельга вопросительно посмотрела на матушку. – Ты о чем?

Женщина поспешила отвести взгляд. Она не хотела говорить дочери, что вчера вечером она обращалась к своим волшебным камням, спрашивая у них о судьбе дочери. И камни показали, что ее девочке предстоит не легкая судьба. Да, княжич приедет за ней, назовет своей женой. Но в его сердце не будет той любви, что рождает миры и ведет к победам. Его сердце заполнено другой, которая будет добиваться мужчину, используя темные силы. Если дочь сумеет удержать мужа от неверного шага, победить эту женщину, то станет самой счастливой. Несколько раз Агнес раскидывала камни, и каждый раз они показывали препятствие в любви для Хельги. Значит, Фрейя и Одинар посылают Хельге испытания, которые она должна пройти, изменить ничего нельзя.

– Семейная жизнь – это испытания, – ответила Агнес со вздохом, гладя дочь по голове, как маленькую. – От ваших поступков будет зависеть, как вы проживете ее. Будь сильной и мудрой.

Хельга нахмурилась, напряженное лицо мамы не понравилось ей, словно та что-то скрывает. Но она знала, что Агнес ничего не скажет, нельзя рассказывать своим родным о будущем, так как чужие боги могут услышать это и вмешаться в судьбу, сломать, испортить ее. Матушка будет молчать, если только Хельге не будет грозить смертельная опасность, которую можно будет избежать. И сама она не сможет узнать свою судьбу, обращаясь к своей магии. Матушка научила ее всему, что знает сама, в том числе ворожить, но ее волшебные камни, которые ей подарила Агнес, когда Хельге исполнилось пятнадцать, молчали, словно боги не желали, чтобы она знала, что ждет ее в замужестве. Вчера вечером они трижды кидала камни, но все три раза они отказывались говорить с ней, словно напоминая, что нельзя гадать на свою судьбу, можно только слушать волю богов и стараться выполнять ее. Даже Фрейя, к которой она обращалась за помощью, словно разозлилась на нее и погасила все свечи, которые горели на алтаре.

– Матушка, прошу, скажи, что можешь сказать, – тихо попросила Хельга.

Женщина тяжело вздохнула.

– Я могу только сказать, чтобы ты слушала свое сердце и не множила зла, которое все чаще приходит в этот мир.

– А что ждет меня в семейной жизни? – ее голос звучал все требовательнее.

– Испытания, – ответила Агнес. – Только вы сами должны прийти их с любовью в сердце и в вере в то, что все сможете преодолеть, если найдете нужные слова, не совершите глупых поступков, не сделаете тех ошибок, которые нельзя будет исправить. Пусть мудрость Фрейи будет с тобой, я буду молить ее, чтобы она не оставила тебя. И помни – любовь мужа преумножит твою силу вельи.

***

Через час гости собрались в обеденной комнате, где Агнес вместе с Хельгой уже накрыли стол. Княжич скупо улыбнулся хозяйке дома, занял место во главе стола. Его воины сели по правую его руку. Агнес указала дочери на место рядом с княжичем. Девушка вновь зарделась, но села рядом с женихом. Он вновь смотрел на свою невесту каким-то слишком внимательным взглядом. Агнес тоже смотрела на княжича и молчала. Мудрая велья видела, что в его глазах только интерес к новому человеку, который появился рядом, словно он решал, можно ли его подпустить ближе или оставить в стороне.

Разговор за столом не шел. Хельга почти ничего не ела. Она боялась смотреть на Эрика, который сидел с каким-то непонятным выражением лица.

После обеда Эрик со своими хускарлами отправился посмотреть город, собираясь купить что-нибудь в подарок для родителей. Хельга и Агнес занялись тем, что убрали со стола, а потом пошли в комнату девушки, чтобы собрать вещи. Они складывали платья, чулочки, скромные украшения и молчали. В душе обеих было какое-то тягостное ощущение.

Княжич со своими людьми вернулся поздно вечером, когда солнце уже ушло за горизонт. Они отказались ужинать, сообщив, что поели в трактире. Агнес ничего не сказала, только спросила, когда разбудить гостей.

– Не надо, мы сами проснемся с восходом, – ответил Эрик.

***

Утром после утренней трапезы они стали собираться в дорогу. Ехать предстояло верхом на лошадях, которых взяли специально для невесты. Агнес тоже хотела поехать вместе с дочерью в Адельбург, но прибежал посыльный от главы вольного города:

– Госпожа Агнес, умоляю, жене Главы плохо, она умирает. Меня послали за Вами.

Она посмотрела на Эрика, который недовольно поджал губы.

– Мы не можем ждать. Нас ждут в замке, мы должны ехать.

– Ваше высочество, – кинулась к нему Хельга, – прошу, давайте немного задержимся. Пусть матушка сходит к господину Ульриху, посмотрит его жену. Я бы хотела поехать в замок вместе с матушкой, кроме нее у меня никого больше нет.

Мужчина недовольно посмотрел на нее и кивнул головой.

Агнес быстро собралась, взяла свои травы и побежала в дом Главы. Через час ожидания в дом вернулся посыльный, передал Хельге записку.

«Девочка моя, мне придется остаться рядом с госпожой Исгерд, она очень плоха. Поезжай с княжичем. Сердцем я буду с тобой и буду молить богиню-защитницу, чтобы она не оставила тебя».

Хельга нахмурилась, посмотрела на Эрика, который смотрел на нее недовольным взглядом. Она промолчала, только взяла свои вещи и вышла во двор, где их поджидали лошади.

– Нам придется поторопиться, слишком много времени потратили на ожидание, – сухо проговорил княжич, когда Хельга села на свою лошадь.

– Хорошо, – только и ответила она.

До замка они добирались три дня, останавливаясь на короткие ночевки в дорожных трактирах. Чуть свет княжич будил Хельгу, они быстро ели, потом вновь отправлялись в путь. К концу третьего дня показались стены Адельбурга. Хельга плохо запомнила дорогу, хотя старалась смотреть, куда они едут. Но их лошади неслись так быстро, что ветер выбивал из ее глаз слезы. И еще в груди росла тревога за матушку, которой пришлось остаться. О том, что ее ждет впереди, не думала. Во время дороги они почти не разговаривали с княжичем, он не интересовался ее жизнью, ни о чем не спрашивал. Хельга тоже не спешила задавать ему вопросы, замечая, как он недовольно кривит свои красивые губы, когда она к нему обращается за чем-нибудь, словно ему не приятно.

Чем ближе они были к Адельбургу, тем сильнее чувствовалось приближение моря. Адельбург стоял на высоком берегу Седого моря. Город словно был растянут вдоль берега, окружен высокой городской стеной с двумя въездными воротами. Через одни горожане выходили к берегу, к другим с восточной стороны вели две дороги – с востока, которая шла через вековой лес и по которой они сейчас ехали, и с юга, которая шла через большие луга, которые сейчас начинали зеленеть. С северной стороны плескалось холодное море, которое из-за темно-серого цвета воды называли Седым.

На третий день пути небо затянуло тучами, подул сильный порывистый холодный ветер, внезапно пошел снег, который мелкими острыми иглами бил в лицо. Хельга, как могла, закуталась в свой теплый плащ, но и это не помогало. К концу пути она промерзла и молила всех богов, чтобы быстрее доехать до города.

– Ну вот, наконец приехали, – сказал Эрик, когда до ворот города осталось не больше ста шагов. Потом обратился к Хельге. – Тебе покажут твои комнаты, постарайся побыстрее привести себя в порядок, потом служанка покажет тебе, куда идти. Нас уже ждут гости в пиршественном зале.

– Зачем? – с испугом спросила Хельга.

– У нас сегодня свадьба, – сухо ответил Эрик.

– Свадьба? Так быстро? – в ее глазах плескался страх.

Она знала, что это произойдет, но не так скоро. У нее не будет даже хорошо подготовиться к этому, да и матушки не будет рядом. За время в пути она устала, вымоталась. И сейчас ей придется выйти в таком виде перед множественными гостями. Что они подумают о ней?

– Ты же знала, что выйдешь за меня замуж. Так чего же ты испугалась? – его голос был холоден, как этот ветер, который все никак не хотел униматься.

– Но мы же не знаем друг друга, – тихо ответила Хельга, опуская взгляд.

– У нас будет время, чтобы узнать. Прошу, не задерживайся. До захода солнца мы должны быть у алтаря.

Глава 4.

Замок показался Хельге одним большим холодным камнем. Даже город был каким-то мрачным. Серые каменные дома, в основном одно и двухэтажные. Только ближе к центру города стали появляться трехэтажные богатые дома. Они проехали мимо центральной площади, вымощенной крупным плоским камнем. Народ, который встречался им на пути, останавливался и кланялся, а потом спешил быстрее убраться по домам. Холодный ветер продолжал заметать улицы снегом, кружил на перекрестках, дергал прохожих за плащи, словно хотел разогнать всех по домам.

Узкими улочками они подъехали к замку, который словно вырастал перед Хельгой каменными блоками. Высокий, огромный, страшный. Огромные ворота были распахнуты, словно замок хотел заглотить девушку в свое чрево. Они проехали довольно большой двор, миновали какие-то одноэтажные строения, которые шли по обеим сторонам дороги, въехали на большую площадку перед крыльцом замка. Как только они подъехали к крыльцу, открылась дверь и к ним вышли князь с женой, какие-то люди, которые поспешили к прибывшим. Княгиня, как поняла Хельга по богатой одежде, подошла к ней, обняла.

– Добрый день, Хельга! Мы ждали вас. Я очень рада познакомиться с тобой. Сейчас Дагни проводит тебя в твои комнаты, потом проводит к алтарной комнате. Мы должны успеть сегодня обручить вас с Эриком. Не переживай, все будет хорошо.

Женщина еще раз улыбнулась Хельге теплой улыбкой и обняла. Потом отпустила ее и повернулась к сыну.

– Эрик, ты тоже быстрее приводи себя в порядок.

Тот только кивнул головой и направился к входу в замок, не глядя и не оборачиваясь на свою невесту. Хельга на мгновение замешкалась, не зная, куда идти. Но тут же к ней подошла приятная молодая девушка, на год или два старше самой Хельги, присела в поклоне.

– Добрый день, госпожа. Я ваша служанка Дагни. Я покажу Вам комнаты, – девушка заметила, как Хельга тревожно оглянулась на свою лошадь, на которой были привязаны ее сумки с вещами. – За вещи не беспокойтесь, их сейчас принесут слуги.

Хельга только кивнула головой и поспешила за девушкой. Идти пришлось долго. Замок был огромный и какой-то мрачный. В длинных коридорах в держателях горели факелы. Откуда-то слышался гул множества голосов. Дагни повернулась к Хельге.

– Это гости шумят в пиршественном зале. Их столько приехало, словно хотят увидеть какое-то чудо. Давно такого не было, – с улыбкой сказала девушка.

Дагни заметила, как Хельга испуганно озирается по сторонам, словно боится заблудиться.

– Не бойтесь, я всегда буду рядом, все покажу Вам.

Хельга смогла только запомнить, что два раза им пришлось подниматься по каким-то каменным лестницам, потом спускаться, идти по открытому всем ветрам переходу между башнями, снова подниматься. Наконец Дагни привела ее к дверям, украшенным красивой резьбой. Какие-то сказочные птицы пели на цветущих деревьях.

– Вот ваши комнаты, – сказал девушка, распахивая перед Хельгой двери.

Девушка сделала нерешительный шаг и замерла, осматривая комнату. Она была не такой большой. Здесь стояла скамья, застеленная шкурой, большой стол, возле него пара стульев. Хельга удивленно перевела взгляд на Дагни. Та словно поняла ее молчаливый вопрос, широко улыбнулась.

– Ваша спальня дальше. Эта комната для встреч, ну чтобы гостей разных принимать. Пойдемте, я все покажу.

Дагни прошла вправо, открыла еще одну дверь, за которой оказалась очень милая спальня, даже в хмурый день она казалось светлой. Большая кровать, застеленная ярко-желтым покрывалом, стояла посередине, перед ней стоял столик с зеркалом. Рядом с ним небольшой табурет с мягкой подушечкой. Справа от входа стоял шкаф для одежды из какого-то светлого дерева. Все мило и приятно.

– А вот здесь купальня, – продолжала Дагни, открывая следующую дверь.

Хельга подошла к ней, заглянула во внутрь. Небольшая деревянная лохань, наполненная водой, от которой поднимался пар, тумба с умывальником, рядом с которым стояли кувшины для воды, лежало мыло. На другой небольшой тумбе лежали полотенца.

– Вам помочь? – спросила Дагни. – Ну в смысле вымыться?

– Нет, я, наверное, сама смогу, – нерешительно ответила Хельга. Она не привыкла к слугам, с мамой они все делали сами. – Только моя одежда…

Она замялась, как бы сказать, что вся ее одежда в сумках.

– Ой, да ее сейчас принесут. Пока Вы моетесь, я все разложу, – раздался звук открываемой двери, Дагни выглянула. – Ну вот, уже принесли. Давайте Ваш плащ унесу.

Хельга сняла дорожный плащ, передала служанке. Потом сняла сапожки, которые Дагни подхватила и вместе с плащом вынесла из купальни, закрыв за собой дверь. Хельга немного постояла, потом разделась, подошла к лохани, погрузилась в воду. Стало тепло и уютно. Горячая вода забирала ее усталость от дороги, согревала.

Хельга не стала затягивать с мытьем, быстро сделала все необходимое, потом завернулась в отрез полотна и вышла в свою спальню. Дагни была здесь и с каким-то задумчивым лицом рассматривала разложенные на постели платья.

– Что-то не так? – спросила Хельга, которая уже успела немного прийти в себя.

Девушка как-то глубоко и шумно вздохнула.

– Да не то чтобы. Эти платья хороши для таких, как я. Для жены княжича нужны другие. А где их сейчас взять?

– Что не так с платьями? – не поняла Хельга.

– Они для… простолюдинов, – ответила задумчиво Дагни, но потом спохватилась, покрылась румянцем. – Ой, извините, прошу. Я не то хотела сказать.

Хельга все поняла и просто махнула рукой.

– Эти платья мы шили с матушкой. Мне стыдиться нечего. Они сшиты с любовью. Я надену вот это, – она указала на свое любимое, светло-серое с вышивкой защитными рунами по вороту и рукавам. Сверху надену вот эти передники, – она указала на темно-синие, которые ткала и вышивала сама, наговаривая во время работы обережные слова.

Скоро Хельга смотрела в зеркало и видела себя – молодую красивую девушку с волосами цвета темного золота, заплетенные в толстую косу, обернутую вокруг головы короной. Она улыбнулась своему отражению. Стесняться своего платья она не будет. Она взяла вышитый матушкой белый платок из шелка, повязала на голову.

– Поспешим, – сказала служанке, которая присела в поклоне.

Они снова долго шли по каким-то длинным и темным коридорам. Было холодно и Хельга пожалела, что не надела свою любимую безрукавку из тонкой кожи, отороченную белым мехом. Но возвращаться уже не хотелось. Дагни вновь вывела ее в большой холл где были входные двери замка, провела куда-то дальше по коридору, довела до винтовой лестницы, спускающейся вниз.

– Госпожа, Вам туда. А мне нельзя туда, – смущенно проговорила девушка. – Там алтарная комната.

Хельга только кивнула головой и стала спускаться, придерживая длинный подол своего платья. Лестница привела ее в новый небольшой коридор, где ее уже ожидали князь, княгиня и какой-то старец в белых одеждах, которые, казалось, светились в этой полутьме. Княгиня держала в руках венок из первоцветов.

– Здоровья всем, – Хельга склонилась в поклоне.

– Здоровья тебе, – ей ответили почти хором.

– Прошу прощения за такую спешку, – сказал мужчина в белых одеждах, – но ваш брак должен быть заключен не позднее, чем сегодня солнце скроется за горизонтом.

Хельга только кивнула головой, стараясь не смотреть на княжескую чету, которая с интересом рассматривала ее. Раздались шаги и скоро к ним подошел Эрик, одетый в белую рубаху, темные штаны, мягкие сапоги. На плечи наброшен теплый плащ. Он поздоровался со всеми, кивнул старцу, давая понять, что готов. Старец открыл дверь, показал знаком, чтобы они проходили. Первой вошла княгиня и позвала Хельгу за собой, потом рукой показала, куда она должна встать возле алтаря. Следом зашли князь, Эрик и старец, заняли свои места у алтаря.

Девушка волновалась так, что в ее ушах стоял шум, сквозь который она с трудом слышала, как старец начинает читать какие-то обращения к богу и Предкам, просит принять в род Хельгу и заключить брак между ней и княжичем Эриком. Потом старец попросил ее положить руки на алтарь, принести клятву верности своему будущему мужу. Он говорил слова, девушка повторяла за ним, стараясь не сбиться и не ошибиться. Голос дрожал, но она договорила свою клятву. Она чувствовала, как под ее руками нагревается алтарь, словно был живой и рад видеть ее. Потом клятву принес Эрик. Хельге показалось, что в его голосе звучит какое-то…раздражение, словно он хочет быстрее закончить все это и убраться отсюда. Хельга подняла на него взгляд и увидела, что он смотрит куда-то мимо нее, словно не желает видеть.

После принесения брачных клятв старец склонил голову, следом за ним головы склонили князь и княгиня. Хельга тоже поспешила опустить голову, даже закрыла глаза и не видела, как на алтаре появились два ожерелья в виде широких золотых пластин без каких-либо украшений драгоценными камнями, только знак Одинара говорил о том, что это его дар.

– Княжич, надень брачное ожерелье на свою жену.

Молодой человек взял одно из них, поменьше размером, подошел к девушке, надел ей на шею и застегнул сзади. Только сейчас Хельга поняла, как он высок, она с трудом своей макушкой доставала до его подбородка, хотя сама была не маленького роста.

– Теперь ты, Хельга, надень брачное ожерелье своему мужу.

Она взяла оставшееся и повернулась к Эрику, которому пришлось наклониться к девушке, чтобы она смогла достать застегнуть ожерелье на его крепкой шее.

– Богами и Предками этот брак одобрен, – провозгласил старец, воздевая руки вверх. – Пусть он будет крепким и счастливым.

Княгиня улыбалась, князь тоже смотрел на девушку каким-то теплым взглядом, от чего Хельге становилось спокойнее.

– Одинар, прими от меня поклон, – произнесла княгиня и положила на алтарь венок. – Я благодарю тебя за ту, что будет женой моему сыну. Я принимаю ее, как дочь свою и обещаю ей свою любовь и защиту.

Щеки Хельги вспыхнули жарким огнем. Она никак не ожидала таких слов от самой княгини, и поспешила низко склонить перед ней голову.

Хельга уже совсем не помнила, как они все вышли из алтарной комнаты и вновь пошли длинными коридорами. Шум раздавался все громче и громче, наконец они оказались возле распахнутых дверей, за которыми девушка увидела большой зал, где стояли длинные столы, за которыми сидели гости. Их было так много, что стало страшно. Эрик протянул левую руку ладонью вниз. Хельга на мгновение заколебалась, потом положила поверх нее свою руку, и они вошли в зал. Следом шли князь и княгиня. Хельга чувствовала напряжение мужа, и боялась сделать что-то не так. Она шла, стараясь не смотреть по сторонам. Эрик подвел ее к столу, стоящему напротив входа на небольшом возвышении, помог занять стул с высокой резной спинкой, сам сел рядом. Князь и княгиня сели справа от сына. Раздались голоса, все спешили поздравить молодых. К их столу стали подходить и складывать перед ними богатые дары. Гора даров росла. Хельга краем глаза наблюдала за мужем, который сидел с каким-то равнодушным лицом. Вдруг она увидела, как он напрягся и выпрямил спину. Перед столом появился пожилой мужчина с рыжими волосами в которых уже буйно затерялась седина, и ярко рыжей бородой. Рядом с мужчиной стояла девушка, которая с вызовом смотрела прямо в глаза Эрика, словно хотела ему что-то сказать. Княжич тоже смотрел на нее, пока рыжебородый мужчина говорил слова поздравления. Хельга видела, как на виске мужа забилась жилка, словно он с трудом сдерживается от какого-то поступка, на шее появились красные пятна. Она опустила взгляд, сердце сжалось от боли. Девушка все поняла – эта девушка что-то значит для Эрика. Она только сжала в руке свой передник, чтобы муж не увидел, как дрожат ее руки. Что было дальше, она помнит плохо, все плыло перед глазами. Хельга даже не помнит, как танцевала первый танец со своим мужем, как старалась поймать его взгляд, а он все время отводил глаза. После танца она поспешила вернуться на свое место, закрыла глаза. Голоса гостей и музыка сливались в какой-то тягучий гул, который отзывался болью в ее голове и груди. Эрик тоже занял свое место и больше не вставал, хотя Хельга видела, как та девушка подходила к их столу и словно взглядом звала Эрика за собой. Но он остался рядом с Хельгой.

– Девочка, скажи, ты неважно себя чувствуешь? – вдруг она услышала рядом с собой голос княгини, обернулась.

Женщина стояла возле ее стула и склонилась к ней, с какой-то добротой смотрела в глаза, дожидаясь ответа.

– Немного устала, – с трудом проговорила Хельга. – Простите.

– Я понимаю. Но уже все позади. Вы можете идти, – потом она обратилась к сыну. – Эрик, твоя жена устала. Путь был долгий и ей не дали отдохнуть. Думаю, что вы можете уйти. Не беспокойся, мы с отцом проводим всех гостей.

– Хорошо, – он кивнул головой, посмотрел на Хельгу, протянул ей руку ладонью вверх, в которую она вложила свою руку.

Они поднялись и вышли из зала. Их провожали криками и пожеланиями жаркой ночи. Хельга шла и краснела, стараясь не смотреть по сторонам. Рука Эрика была для нее опорой в этом чужом мире.

Когда они оказались в полутемном коридоре, дошли до какой-то лестницы, Эрик отпустил ее руку.

– Куда пойдем? В твои комнаты или мои?

Хельга растерялась. Она никогда не задумывалась над этим. Она помнила, что ее родители всегда спали в одной комнате, хотя у них был большой и красивый дом. А тут у каждого из них были свои комнаты. Как успела ей рассказать Дагни, Хельгу поселили в «женской» башне, где всегда жили жены князей. Мужчины жили в другой башне, ближе к центральной, в которой находились все важные залы, в том числе пиршественный. Айварс и Ульрика жили в одних комнатах в центральной башне на самом верхнем венце, откуда открывался вид на весь город.

– Если Вы не против, я бы хотела в мои, – ответила Хельга, боясь посмотреть на мужчину.

– Хорошо, пошли, – сказал он каким-то слишком спокойным голосом, словно между ними ничего сейчас не должно произойти.

Эрик провел Хельгу до ее комнат. Она опять пыталась запомнить дорогу, но скоро оставила это. Слишком была взволнована ожиданием того, что должно произойти между ними. В комнате их ожидала Дагни, которая поклонилась княжичу.

– Разрешите уйти? – спросила она Хельгу.

– Да, – прохрипела девушка, понимая, что она сейчас останется наедине с мужчиной, который стал ее мужем.

– Если что-то будет нужным, позвоните.

Она рукой указала на веревочку, которая тянулась вдоль стены и уходила куда-то вверх. Потом служанка поклонилась и ушла, закрыв за собой дверь. Эрик прошел в спальню, осмотрелся, хмыкнул. Хельга не стала спрашивать, что его так удивило. Но заметила, что Дагни успела украсить комнату белыми цветами, расставила свечи, которые сейчас горели и колыхались от легкого ветра, который гулял по комнате.

Девушка подошла к постели, застеленной белоснежным бельем. Покрывало Дагни успела снять и сложить на небольшой топчан в изножьи кровати. Угол теплого одеяла, украшенного изысканным кружевом, был откинут, словно приглашая лечь в постель. Хельга остановилась возле кровати, не зная, как себя вести. Эрик подошел к ней сзади, положил руки на плечи, спустился по рукам вниз, повернул к себе лицом.

– Ты боишься? – тихо спросил он, глядя в глаза.

– Да, – Хельга кивнула головой. Не стала скрывать.

– Не бойся, я буду аккуратен, – также тихо сказал он и от его голоса по спине девушки побежали мурашки, а по телу потекла горячая волна. Просыпалась ее магия вельи.

Эрик склонился к ее губам, поцеловал, словно пробуя ее на вкус.

– Не бойся, – снова повторил он. – Ты моя жена. Мы должны любить друг друга.

***

Когда Эрик уснул, обнимая Хельгу, она лежала с открытыми глаза, заново переживая те эмоции и чувства, что родились у нее от близости со своим мужем. Он был нежен и осторожен. Было больно, но боль быстро прошла под его руками. Казалось, что сладкая пытка будет длиться долго, но вдруг Эрик закрыл глаза и ускорился. Он, словно дикий зверь, рычал, терзал ее тело, кусал ее губы. Хельге даже стало страшно, и она вскрикнула. Мужчина словно очнулся, открыл глаза, остановился, опустил голову.

– Прости, больше такого не повторится, – тихо сказал он.