Текст книги "Дракон-куратор и уроки межмировой магии (СИ)"

Автор книги: Виолетта Донская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 27 страниц)

Мужчина мрачно хмыкнул и повернулся к палатке, у которой мы стояли.

– Проголодалась?

– Немного.

Элреин купил у обрадовавшегося торговца два стакана, от которых поднимались тонкие струйки пара и исходил приятный терпкий аромат, расплатившись несколькими железными пластинками с изображенными на них королевскими символами. Затем достал из кармана маленькую жемчужину и протянул мне, а сам проглотил большой кусок темно-фиолетового металла, прямо так, целиком. Не сдержав улыбки, я отхлебнула горячий напиток, напоминавший глинтвейн, и распробовала очередную жемчужину.

– У них совершенно разный вкус, – удивилась вслух, похрустывая голубоватым перламутром.

– Похоже, на это влияет среда, в которой добывают раковины. Судя по всему, и количество энергии они дают разное?

– Да, от той, что съела утром, к обеду почти ничего не осталось.

– Это стоит учесть, – кивнул дракон, о чем-то задумавшись.

От жемчужин разговор плавно перетек к водным драконам. Как оказалось, я подслушала лишь малую часть разговора между Элреином и Валлахаром. Куратор успел многое узнать от старого профессора, и пока мы прогуливались по городскому парку, делился услышанным со мной.

Он рассказал о том, как другие драконы покидали этот мир. Первыми ушли огненные, из-за несдержанного характера они часто конфликтовали с другими кланами, и зачастую от их магии страдали невинные жертвы. Впоследствии клан огненных был поголовно признан опасными преступниками, и все его представители изгнаны в ближайший немагический мир. Да, да, депортация у драконов уже тогда применялась и считалась самым суровым наказанием. Оставшиеся кланы поделили захваченные королевства людей на равные зоны влияния. Однако вскоре между ними случился разлад, земляные и водные драконы захватили территории воздушных и установили на них свои порядки. Больше всего в клане воздуха ценили свободу, а потому вслед за огненными покинули этот мир, но уже по собственной воле.

Два клана, водных и земляных драконов, не смогли прийти к согласию в том, как стоит поделить мир, и долгие годы между ними продолжалось жестокое противостояние. Оба клана понесли большие потери, земляные драконы превосходили водных в физической силе, но и мои предки, по словам Валлахара, не были беззащитными. Они устраивали цунами, топя вражеские деревни и пленили население, используя в своих целях разумных пауков, живущих на подвластных им островах. После этого стало совершенно понятно, почему Полкан так отреагировал, когда почувствовал мою кровь. А вот тентарлионы служили водным добровольно и топили по их указке корабли земляных драконов или нападали на тех, кто по неосторожности подходил слишком близко к берегу. Эти существа владели памятью многих поколений, поэтому и отношение ко мне Головастика было объяснимо.

Но несмотря на свои уловки, водные проиграли и были вынуждены бежать. Они знали, что в другом мире не смогут использовать магию, но в этом их ждало полное истребление. Оставшись единственным кланом драконов, земляные создали огромную империю и правили ей несколько поколений. Они постепенно сливались с этим миром, обретая черты различных элементов, пока однажды не образовалось три новых рода – металлических, каменных и деревянных. Дальнейшее я уже слышала на уроках истории.

Но рассказ Элреина натолкнул меня на мысли о другом. Среди драконов мало кто знал о сохранившейся возможности перемещаться между мирами. Правда, для местных это был билет в один конец, и пользовались им редко, как я поняла, чтобы отсылать особо опасных одаренных преступников. Расспросив куратора, узнала, что блокираторы магии – вещь довольно редкая и очень дорогая. Используют их в особых случаях, а в остальных предпочитают скинуть провинившихся туда, где их дар иссякнет и уже никому не сможет навредить.

– Почему это скрывают от остальных? – всё же поинтересовалась я, искоса глядя на главу Тайной службы.

Мы прогуливались по центральному парку, в котором в это время было на удивление немноголюдно, но дракон всё равно использовал какие-то ментальные чары, чтобы нас не могли подслушать.

– Слишком частые перемещения негативно скажутся на магическом поле. Если доступ к порталам будет открыт для всех, его невозможно будет контролировать. Поэтому в королевствах единогласно решили сохранить такие возможности в тайне.

Некоторое время я шла молча, пребывая в раздумьях.

– Так, а почему вы не стерли мне память или не потребовали какую-нибудь клятву о молчании? Я ведь не ваш сотрудник и могла обо всем разболтать.

– Мне так и следовало поступить, – кивнул Элреин.

– И почему не поступили?

– Дракон не захотел.

– Что? – я остановилась посреди тропинки и удивленно уставилась на мужчину.

Он повел плечом и неохотно произнес:

– Такое случается очень редко. Но бывает, что сознание и сущность зверя не сходятся во мнениях.

– И как вы тогда поступаете?

– Стараюсь прислушиваться к обоим и принимать взвешенное решение.

Я закатила глаза. Стоило ли ожидать другого от куратора?

– А сейчас?

– М?

– Ваша драконистая сущность с вами во всем согласна?

Элреин как-то загадочно улыбнулся, но ничего не ответил.

Еще примерно через час мы добрались до просторной и совершенно пустой площади на окраине столицы, откуда открывался особенно удачный вид на словно бы припорошенные золотом горы. Я уже знала, что такую иллюзию создавал особый мох, который имел необычные магические свойства.

– Скоро начнет темнеть, – спокойно произнес Элреин, останавливаясь посреди площади. – Нам пора возвращаться.

С трудом подавив тяжелый вздох, я кивнула. Мне хотелось еще чуток продлить нашу прогулку, но вместо этого я бодрым голосом предложила:

– Снова перенесемся через воду?

«Вернемся в академию, и куратор наверняка снова станет холодным и отстраненным», – подумала я с сожалением.

Почти не сомневалась, что Элреин выберет самый быстрый путь, но на мое предложение он покачал головой и сказал:

– Нет, Дехар сейчас занят, а посторонним пока не стоит раскрывать твои способности. Полетим обычным способом. Мне как раз нужно размять крылья.

Открыв рот, я тут же его захлопнула, чтобы не выдать себя радостным визгом.

«Мы полетим! Вместе!»

Однако, когда Элреин без предупреждения начал оборачиваться в дракона прямо посреди площади, разрывая в клочья одежду, все же не сдержала громкого возгласа. Я уже и забыла, каким огромным он был, и как опасно выглядели острые шипы на массивной голове, как угрожающе поблескивали длинные когти и как вибрировал воздух, когда в груди зверя раздавался приглушенный рык. Но страха не было, я смотрела на дракона, и меня переполняло восхищение вперемешку с каким-то странным незнакомым чувством, которому я не могла дать точного определения.

Дракон опустил шипастую голову прямо передо мной и положил когтистую лапу, выжидательно уставившись на меня своими огромными желтыми глазами. Я смотрела на него и тоже ждала. Думала, как и в прошлый раз с Дехаром, меня схватят за талию, и я, болтая ножками на высоте птичьего полета, буду любоваться открывающимися видами. Даже померзнуть была готова, чтобы полетать вместе с куратором. Однако хватать меня он не спешил.

– Фырф! – издал он странный звук и дернул глазами вверх, словно в попытке их закатить.

И вдруг боднул меня мордой, осторожно подталкивая к своей лапе.

– Мне что… наверх лезть? – не поверила я, переводя взгляд с внимательных глаз на подставленную конечность.

Драконище кивнул.

– Фха! – теперь уже я издала что-то неопределенное, критически осматривая расстояние до чешуйчатой шеи.

«И как он это представляет?»

Собравшись с духом, я все же полезла. Пыхтела и соскальзывала, и снова пыхтела, и снова соскальзывала, мысленно сетуя о том, что в свое время не занялась скалолазанием. Сейчас бы пригодилось! Всё так и продолжалось, пока чешуйчатой громадине это наконец не надоело. Вокруг меня сомкнулась огромная пасть, но я даже не успела испугаться или закричать, как меня второй раз за мою недолгую, но крайне насыщенную жизнь выплюнул дракон. В этот раз к себе на шею, благо она у него длинная и гибкая. Напоследок легонько ткнув меня кончиком длинного раздвоенного языка, он повернул голову и медленно поднялся.

Как только он начал двигаться, у меня возникла новая проблема. На шею к дракону не так легко сесть, но еще сложнее на ней удержаться! Черная блестящая чешуя была, безусловно, очень красивой, но совершенно непрактичной с точки зрения полетов верхом. Как бы я ни пыталась за нее зацепиться, меня неумолимо тянуло вниз. За острые шипы я даже не пробовала хвататься. Еще немного, и я бы точно рухнула с высоты драконьего роста на темную твердую брусчатку, но в памяти услужливо всплыло одно из бытовых заклинаний, которые я всё же освоила. Протараторив нужные слова, сделала быстрый пас рукой и тут же подалась вперед, цепляясь за дракона руками и ногами.

От резкого взмаха крыльев у меня сначала перехватило дыхание, а потом от стремительного подъема в небо заложило уши, но лыбилась я как сумасшедшая. Чешуя, к которой меня надежно приклеило бытовыми чарами, постепенно нагревалась, полностью защищая от усилившегося на большой высоте холода. В полете мне почти ничего не удавалось разглядеть, так как я не могла даже приподняться, поэтому просто лежала, наслаждаясь теплом и видом проносившихся мимо облаков.

До академии мы добрались довольно быстро, но к тому времени, когда дракон опустился возле башни общежития, солнце уже давно опустилось за горизонт, и всё погрузилось в почти непроглядную темноту. Дракон снова лег, опустив голову к земле, и выставил лапу, чтобы я могла по ней скатиться. Но… я не могла. Чары оказались настолько прочными, что даже пальцем пошевелить не получалось, чтобы их развеять. Пришлось об этом сообщить вслух, так как дракон уже начал вертеть головой и нетерпеливо фырчать.

Не знаю, чего ожидала, но точно не того, что он вдруг начнет подо мной стремительно уменьшаться. Когда размеры дракона стали более человеческими, в его голову втянулись шипы, а чешуя частично пропала, открывая голую разгоряченную кожу на спине. К которой я все еще была намертво приклеена!

Куратор распрямился и некоторое время просто стоял неподвижно. А потом неожиданно, как раскат грома, раздался смех, громкий, веселый и беззаботный. Я даже замерла, перестав дрыгать ногами в попытке отлепить себя от кураторского тела.

– Так вы поможете? – буркнула я, когда дракон отсмеялся.

Он просто взмахнул рукой, и я тут же полетела вниз. Развернувшись, Элреин поймал меня в нескольких сантиметрах над землей и аккуратно поставил на ноги.

– Спасибо, – сдавленно выдохнула, глядя в сверкающие звездами желтые глаза.

Он смотрел на меня с легкой улыбкой, и от этого взгляда внутри снова забеспокоились бабочки и, кажется, начали мутировать в беспокойных пчел или кого пострашнее.

– Яна, – хрипловато начал он.

Но договорить не успел, к нам подбежал один из его агентов и передал Элреину плащ, хотя его и без того надежно прикрывала чешуя. Остальные агенты, мнущиеся поблизости, так на нас посматривали, что мне тут же стало неловко, и я поспешила скрыться в своей башне.

Только забежав в комнату, вспомнила про оставленные в центральном управлении вещи, однако знакомые коробки и пакеты уже ждали меня на кровати. Дракон и это предусмотрел.

Улыбнувшись, подошла к столу, на котором заметила незнакомую металлическую баночку. Оставленная рядом записка гласила: «Не больше трех в день». Открутив крышку, прикусила губу, задумчиво разглядывая мелкие разноцветные жемчужины. Куратор оставил мне как минимум месячный запас, и теперь я могла восполнять силы в любой момент.

Рассматривая, как блестит перламутр в свете луны, я думала о драконе. Элреин с самого начала был по-своему внимателен, но он словно открылся мне с новой стороны. Глупо отрицать, я всё больше к нему привязываюсь, и чем больше будет таких дней, как сегодня, тем глубже станут мои чувства к этому мужчине. Эта мысль будоражила и одновременно пугала.

* * *

В столовой привычно витали чудесные ароматы выпечки, мяса и свежезаваренного кофе с примесью нервного напряжения и нетерпения. Учебный семестр пролетел стремительно, незаметно подкрались дни сдачи экзаменов и защиты курсовых. Но, кажется, больше всего студентов волновали предстоящие после экзаменов межфакультетные игры. Только о них и говорили на каждом углу, что порядком мне надоело.

– Малышка-а-а, – в который раз протянул сидевший за нашим столиком Франций, – ну присоединяйся в нашу команду, ты ведь упускаешь такую возможность!

На следующее утро после возвращения из столицы Альцаган вдруг снова перестал меня сторониться и решил составить компанию за завтраком. Я с опаской на него косилась, боясь, что он заговорит со мной о нашем столкновении в его душе, но Франций о случившемся не вспоминал. Он периодически потирал виски и жаловался на головную боль, но в остальном вел себя, как прежде. Все так же высокомерно и самовлюбленно.

– С таким лидером как я, наша команда обречена на звание чемпионов. Я даже разрешу тебе на несколько дней взять в свою комнату кубок, – он пошевелил бровями, «соблазняя» меня на участие в соревнованиях.

– Нет, спасибо, не хочу становиться третьей лишней в ваших с кубком особых отношениях, – фыркнула я, сбившись со счета, в который раз отказываюсь от сомнительного удовольствия.

А именно таким оно и было. Каас-Толом, ежегодные соревнования между факультетами, проходили в ближайших к академии горах, куда участники должны были целый день самостоятельно подниматься, чтобы потом еще три бегать по лабиринту и выполнять какие-то задания. Ничего из перечисленного не казалось мне даже отдаленно привлекательным. Зато Франций лучился энтузиазмом и серьезно подошел к поиску единомышленников. На факультете хангаров и иксиров команды уже сформировались, некоторые студенты даже сделали первые ставки, в поддержку своих одногруппников. За имерсов помимо Франция сразу согласились выступить и его приятели старшекурсники – Эйнграм, Кост, Лерран и даже Дарлоу, уже залечивший полученную во время нападения рану, плюс еще двое ребят из группы профессора Ойхана. Однако Франций не спешил с подачей официального заявления, подтверждающего состав команды, и несколько дней убеждал меня, Кирнана и Талисию к ним присоединиться.

Напарник, как и я, отказывался наотрез, а вот Талисия после третьего раза на уговоры поддалась и внесла свое имя в бланк. После этого как-то слишком быстро и Кирнан поменял свое решение и тоже вписался. Так вот и оказалось, что я единственная из нашей группы, кто упрямо держал оборону и не сдавался.

С головой погрузившись в учебу, я почти не думала ни о чем, кроме экзаменов. Ужасно боялась их завалить, однако всё оказалось не так страшно, как я предполагала. На истории ответила правильно почти на все вопросы, Гленневаль принял у меня нормативы по физической подготовке и даже уважительно кивнул, выставляя зачет, а по предметам с других факультетов, которые мы посещали как свободные слушатели, ничего сдавать не пришлось.

Защита курсовой тоже прошла отлично. Конечно, я поначалу жутко нервничала, так как до последнего сомневалась и в выбранной теме, и в проведенных исследованиях, и в напарнике, с которым мы теперь почти не разговаривали. Но больше всего беспокоило неожиданное появление на нашей защите куратора! Судя по вытянувшимся лицам однокурсников и самого профессора Ойхана, его визита никто не ожидал. Студенты, выступавшие первыми, постоянно запинались, косясь на дракона, но Элреин с благодушным выражением на лице внимательно слушал каждого и даже задавал уточняющие вопросы. Талисии пришлось выступать в одиночку, но она прекрасно справилась и получила от профессора высший балл.

Когда очередь дошла до нас с Кирнаном, я с трудом проглотила образовавшийся в горле ком и начала тихо зачитывать свою часть, спотыкаясь на каждом втором слове. Поймав на себе взгляд куратора и его мягкую улыбку, перевела дыхание, расправила плечи и продолжила уже громче и увереннее.

Даже не заметила, как всё рассказала и закончила выступление. А когда слушала речь Кирнана, украдкой поглядывала на куратора. Наш доклад он слушал, казалось, с особым вниманием и даже делал какие-то пометки в записной книжке. А когда напарник подвел итог совместной работы, Элреин уточнил:

– Последний раз этих моллюсков находили у побережья вулканического полуострова Алев-Даа, не так ли?

Кирнан кивнул, сверившись с листом в руках.

– Там расположены многочисленные лаборатории по переработке токсичных тяжелых металлов. Помимо незастывающей лавы в воду попадают и вредные химические элементы.

– Что еще больше затрудняет добычу, – кивнул Кирнан.

– Это ладно, – отмахнулся куратор, – как эти вещества влияют на самих моллюсков? Они им не вредят?

Кирнан перевел вопросительный взгляд на меня, так как эту часть исследований взяла на себя именно я.

– Раковина титановых моллюсков достаточно прочная и способна противостоять вредоносному воздействию даже самых опасных и ядовитых веществ. А её огнеупорные свойства защищают её даже при попадании жидкой лавы.

Дракон нашими ответами остался доволен, как и профессор Ойхана. Асфаделий поставил нам высокую оценку, так что остаток дня я пребывала в легкой эйфории.

Оставался лишь экзамен по погружениям.

Куратор дал нам несколько несложных заданий на втором уровне, затем немного попытал нашу нервную систему и проверил знания о ментальных ловушках, после чего засек время, выясняя, как долго и качественно мы можем управлять чужим телом. В аудиторию мы вернулись вымотавшиеся, но довольные. Куратор всех похвалил, указав на небольшие недочеты, над которыми еще стоит поработать, и когда я уже настроилась на то, что всё закончилось и можно наконец выдохнуть, неожиданно «обрадовал»:

– С сегодняшним заданием вы все справились. Но зачет я вам не поставлю.

– Как? – вырвалось нервное у кого-то из старшекурсников.

Дракон так улыбнулся, что у меня вспотели ладошки, пока я ждала, что он скажет.

– Ваша группа получит зачет лишь при одном условии. Вы должны стать командой и занять первое место на Каас-Талом.

Несколько мгновений в аудитории стояла изумленная тишина, а когда до всех дошел смысл сказанных куратором слов, её разорвал настоящий гвалт. Лицо Франция в этот момент надо было видеть. Он повернулся в мою сторону и весело подмигнул, просто-таки излучая волны радостного предвкушения. А я, тихо застонав, уронила голову, желая хорошенько побиться ей об стол, чтобы заглушить единственную назойливую мысль.

«Теперь и мне придется участвовать в этих идиотских играх!»

Глава 33
Каас-Талом

Солнце слепило так сильно, что перед глазами без конца мельтешили темные пятна, под плащ забирался промозглый ветер, завывания которого с трудом могли заглушить натужное и хриплое дыхание. Что и говорить, горы – это не мое. Первые два часа крутого подъема я еще держалась довольно неплохо, даже сама удивилась своей выносливости. Но уже к полудню с трудом переставляла ноги, в боку нещадно кололо, а лицо покрылось некрасивыми красными пятнами. Во время небольших остановок ребята доставали из рюкзаков пакетики с запасенными закусками и металлическими крошками, которыми щедро сдабривали свою пищу, после чего с восполненной энергией продолжали подъем. За первые две остановки я уже проглотила по одной жемчужине, а последнюю, из трех положенных на день, рассудительно решила припасти на вечер, предполагая, что силы наверху мне тоже понадобятся.

Кирнан среди всех участников был единственным полнокровным человеком, и никакие добавки не могли дать ему быструю подзарядку энергией, но к моему удивлению и зависти, бывший напарник, хотя и выглядел немного утомленным, не отставал и ловко взбирался по крутому холму. Наблюдая за ним украдкой, я невольно испытывала грусть, вспоминая наше легкое дружеское общение до нападения Шу. Но как бы мне ни хотелось вернуть всё как было, я ждала, что Кирнан сам сделает этот шаг и расскажет правду, чтобы стереть образовавшуюся между нами отчужденность.

До места мы добрались уже вечером. Уперев руки в колени, я некоторое время наслаждалась открывшейся картиной, но в большей степени радовало то, что мучения наконец закончились. Высокие башни академии стали едва заметными точками, кроны деревьев слились в большое темно-зеленое покрывало, укутывающее подножие горы, а припорошенные золотом холмы блестели в ярких лучах заходящего солнца.

– Красота! – восторженно выдохнула остановившаяся рядом Талисия. – Только ради этого вида сюда стоило подняться.

Не могла не согласиться с рыжей, вид и правда был изумительным, первые секунды мое и без того затрудненное дыхание и вовсе перехватило. А всё от того, что я никак не ожидала увидеть такое количество драконов. Они кружили в небе и по одному пикировали на просторную площадку, где тут же превращались в людей и спешили в один из подготовленных для них домов. Помимо летающих ящеров всех цветов и размеров, над нами медленно лавировали дилижансы, в которых прибывали зрители, не обладающие крыльями. Среди них было много студентов из академии, некоторые из них уже прогуливались по мостику, с которого в ближайшие дни собирались наблюдать за играми. Всех, кто прибыл из академии, располагали в трехэтажной каменной постройке, достаточно большой, чтобы вместить всех учащихся и преподавателей, но стоящей в отдалении от остальных домов. В них расселялись гости из столицы и даже из других королевств. Дома самых знатных из них стояли почти у самого склона. Для них же были сооружены специальные, выступающие над обрывом балконы, с которых арена для игр просматривалась как на ладони.

Однако мое восхищение быстро сменили другие, куда менее приятные эмоции. Слушая разговоры других участников во время нашего длительного подъема, я узнала, что Каас-Талом был своеобразным праздником в честь приближения зимы, а игры – удачным поводом для драконов собраться в неформальной обстановке, чтобы обсудить дела и даже заключить новые сделки. Разглядывая прибывающих гостей, я почувствовала на кончике языка горький привкус раздражения, так как отчетливо представила, как мы, бегая, словно мыши в лабиринте, два дня будем развлекать драконов, которые слетелись сюда просто поболтать.

Насчет мышей я не преувеличивала, арена для игр на самом деле представляла из себя огромный лабиринт, раскинутый на пологом склоне чуть ниже смотровой площадки, и начиненный магическими ловушками. Нашей команде и другим участником предстояло спуститься и занять там свои позиции уже после заката. А пока мы ждали распределения наставников и официального объявления о начале игр. Помимо самих студентов, в соревнованиях обязательно участвовали драконы в качестве советников или даже предводителей команд.

Но до того времени мы могли немного отдохнуть и насладиться видом. Ребята из нашей группы громко переговаривались, обсуждая стратегии команд прошлых игр. Франций, на удивление, к ним не присоединился. Запрокинув голову, он что-то или кого-то высматривал в небе, нетерпеливо постукивая ногой.

Спустя какое-то время он нервно выдохнул и начал озираться по сторонам. Его взгляд задержался возле одного из домов, расположенных у самого обрыва, глаза расширились, а на губах расцвела улыбка. Неожиданно схватив меня за руку, он потянул меня за собой и бодро произнес:

– Малышка, идем! Познакомлю тебя с братом!

Почти сразу я разглядела стоящего в компании других мужчин знакомого блондина с чуть вытянутым бледным лицом, и тут же затормозила, пытаясь вырвать запястье из цепкой хватки.

«О нет, нет, только не это!»

– Адалет! – радостно поприветствовал его Франций, махая свободной рукой.

Верховный судья смерил нас строгим взглядом и что-то тихо сказал сопровождавшим его мужчинам, отчего те поспешили удалиться. Я тоже хотела скрыться, но Франций упрямо тащил меня к своему брату и белозубо улыбался. В итоге мне ничего не оставалось, как понуро опустить голову, надеясь, что закрывшие половину лица пряди волос помогут мне избежать неловкого разговора.

– Брат, как я рад тебя видеть! А это моя одногруппница Реяна и… – парень запнулся и нахмурил брови, отчего на аристократическом лбу появилось несколько морщинок. – Адалет, всё в порядке? Ты выглядишь усталым. Совсем себя не бережешь!

– Хватит, – холодно перебил его судья, окинув брата непроницаемым взглядом, на бледном лице застыла маска какого-то равнодушия и отрешенности. – От твоих причитаний у меня сейчас голова разболится.

– Я позову лекаря, он должен быть где-то… – снова начал было Франций, однако Адалет медленно поднял руку, останавливая его.

– Мне некогда.

Адалет даже не посмотрел в мою сторону и, развернувшись, неспешно направился к одному из домов. Всегда горделиво расправленные плечи Франция вдруг опустились, и весь он как-то сразу поник. Я не знала, что говорить в такой ситуации и стоит ли, парень всегда с гордостью и братской любовью говорил о судье, так что меня неприятно поразила холодность в словах и взгляде Адалета. Однако больше изумил сам Франций, когда он повернулся ко мне, на его лице уже сияла привычная, немного надменная улыбка.

– Ну как он тебе?

– Очень… солидный и элегантный мужчина, – выдавила я, глядя вслед удаляющейся фигуре.

К одежде верховного судьи действительно нельзя было придраться, одет с иголочки в темный строгий костюм, идеально уложенные светлые волосы, а в руках инкрустированная трость, приглушенно постукивающая при каждом неспешном, размеренном шаге. Вопросы вызывало всё остальное. По спине пробежал неприятный озноб, когда блондин, словно почувствовав мое внимание, остановился и начал медленно поворачивать голову.

Спрятавшись за спиной Франция, я сама схватила его за локоть и потянула в сторону площадки, где остались остальные члены команды.

– Да, у Адалета прекрасный вкус, – довольно протянул Франций, – как, впрочем, и у всех в роду Альцаган.

Тихо хмыкнув, я не стала спорить и с этим утверждением, так как громкий, явно усиленный магией, голос позвал всех собраться для жеребьевки. Его обладателем был мужчина средних лет в ярком парадном костюме, он держал в руках небольшую металлическую пластину, на которую собравшиеся гости посматривали с любопытством. Мы с Францием поспешили к нашей команде, чтобы ничего не пропустить.

Всё прошло довольно быстро, среди присутствующих драконов имерсами были лишь трое: наш куратор, верховный судья и смотритель королевской сокровищницы, он же отец Галлаи. Светловолосый, высокий, как и все драконы, немного грузный и усатый, он вызывал у меня противоречивые чувства. Сначала меня чуть не пришибли рабочие, сносившие его поместье, а потом и дочь едва не погубила в порыве ревности, но сам мужчина не казался враждебным или сколько-либо высокомерным, что было бы ожидаемо для его должности. На губах министра Дэ-Арли застыла легкая дружелюбная улыбка, серебристые глаза с вытянутыми зрачками рассеяно блуждали по собравшейся толпе, ни на ком не останавливаясь ни на секунду. Когда стоявший в центре мужчина позвал драконов выйти, Адалет тут же покачал головой и вежливо отказался от участия, поэтому к распорядителю, а, судя по всему, это был именно он, вышли лишь двое. Имени куратора он не назвал, и, судя по взглядам окружающих, далеко не все знали, кто перед ними стоит.

Пластинка в руках распорядителя засияла, на ней завертелась тонкая стрелка и, замерев через несколько мгновений, указала на Элреина. Нашу команду в лабиринт поведет именно он. Показалось, что улыбка Дэ-Арли стала чуть шире, а в глазах промелькнуло секундное облегчение. Мы с ребятами тоже заметно выдохнули, все были рады такому раскладу.

Для команды менталов на жеребьевку вызвались шесть драконов, но артефакт указал на Дехара, на что стоявший рядом с нами Элреин довольно хмыкнул. Огналам тоже достался их куратор, Гленневаль, чему ребята, похоже, не очень обрадовались, так как на лицах многих отразилась непонятно чем вызванная досада. К иксирам присоединился уже довольно пожилой дракон, чье лицо испещрило множество глубоких морщин, а седая коса опускалась до самых лодыжек. Однако двигался он на удивление ловко и ухмылялся совсем как мальчишка. Что нельзя было сказать о последнем наставнике, к хангарам подошел хмурый темноволосый мужчина, такой тонкой комплекции, что я бы и не заподозрила в нем дракона, если бы не вытянутые по-змеиному зрачки.

Когда с распределением было покончено, каждому участнику выдали сухой паек и специальный артефакт, который работал наподобие сигнального огня. Использовать его можно было лишь раз, если игрок пожелает покинуть арену в случае опасности. Пользовались ими редко, так как в этом случае команда теряла не только участника, но и заработанные в лабиринте баллы, а несмотря на ловушки и происки других команд, смертельной опасности игры не подразумевали.

Так мы думали.

Когда распорядитель торжественно и на мой взгляд излишне пафосно объявил официальное начало Каас-Талом, наша команда и дракон направились по одной из пяти тропинок, каждая из которых спускалась к лабиринту. Всё это время он был скрыт под куполом, словно под помутневшим от времени и грязи стеклом, через которое просматривались лишь нечеткие силуэты. Уже окончательно стемнело, и даже те неясные очертания лабиринта окончательно стерлись.

Дорогу нам освещали несколько магических кристаллов, которые мы предусмотрительно взяли с собой. Спуск занял приблизительно час и показался мне даже труднее подъема, ноги так и норовили уехать вперед по крутому спуску, поэтому, чтобы ненароком не переломать шею еще до начала соревнований, приходилось идти медленно и на полусогнутых. Хорошо, что последнюю жемчужину я запасла, так как без дополнительной подпитки энергией, вряд ли бы это выдержала.

Наконец тропинка уперлась в широкую стену, конца которой в темноте было не разглядеть. В ней нас дожидалась распахнутая настежь дверь, за которой и начиналась арена. Первое, что произошло, когда мы переступили порог – дверь с громким лязгом захлопнулась, отрезая нас от внешнего мира. Где-то вдалеке раздался еще один удар, сразу за ним второй, но уже с другой стороны, за ними последовали еще два совсем отдаленных и едва различимых. Все команды вошли в лабиринт, теперь покинуть арену мы могли лишь одним путем – найти единственную открытую дверь.

Вторым замерцал мутный купол, скрывавший сияние звезд, и стал прозрачным как хрусталь. И, наконец, зажглись магические кристаллы, открывая высокие каменные стены лабиринта, укрытые плющом и живой изгородью.

– Идемте, наш лагерь должен быть поблизости, – позвал Франций и первый двинулся по коридору.

Первая развилка появилась уже через десяток шагов.