Текст книги "Развод с миллиардером (СИ)"

Автор книги: Виктория Вестич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 13 страниц)

Глава 30

Я меряю кухню шагами. Туда-сюда, туда-сюда, не в силах усидеть на месте. Даже завтрак, который заказал Дем, не трогаю – кусок в горло не лезет. И из рук все валится, даже сосредоточиться на одной мысли не могу.

– Чего ты так переживаешь? – титанически спокойный Мансуров отпивает кофе из чашки, – Ну давай сходим к твоей маме, покажешь меня. Вот, мол, мой муж. Вчера ты меня на вечере сопровождала, сегодня я тебя. Все по-честному.

Всплескиваю руками. Как у него все просто!

– Нифига это не по-честному! Ты потом развелся – и все, снова завидный жених. А у женщины чем больше за плечами браков и детей, тем тяжелее замуж потом выходить!

– Ну, рожать ведь ты от меня не собираешься, а брак у нас фиктивный, – пожимает плечами Дем и тут же ухмыляется, – Хотя я бы не прочь его это… консумировать.

Опять паясничает.

Боже, дай мне сил!

– Я сейчас по лицу тебе консумирую, если шутить не перестанешь. Ситуация серьезная!

Тяжело вздохнув, будто на него вся кара небес свалилась, Мансуров отодвигает от себя пустую тарелку и цокает:

– Ну какая же ты бука злая. Ладно, что ты предлагаешь? Игнорировать твою маму? Будет только хуже. Соврать? После того, как она фото в интернете увидела, где мы целуемся, она вряд ли поверит. Так что разумнее всего просто сходить к ней в гости. А потом скажешь, что не сошлись характерами и поэтому развелись. Мол, я такой-сякой козел оказался.

Я задумываюсь.

– Ладно, – вздыхаю тяжело, – похоже выхода и правда нет…

– Вот и хорошо. Скажи своей маме, что мы приедем на ужин.

Дем поднимается из-за стола и как-то на автомате чмокает меня в макушку.

Я даже зависаю на мгновение. Но потом, как приличная девушка, тут же возмущаюсь:

– Эй, ты чего руки распускаешь? Мы не парочка!

– Да? – притворно удивляется Мансуров. Его рука ложится на мою талию, привлекая к себе, и Дем жарко шепчет на ухо, – А вчера так жалась ко мне и таяла…

Меня будто разрядом молнии прошивает.

Запоздало, но я все-таки отпихиваю от себя Дема. Правда, поздно спохватываюсь, потому что это исчадие ада уже отпускает меня и, довольно улыбаясь, направляется к выходу из кухни. На всякий случай оглядываюсь вокруг, чтобы шарахнуть ему вслед чем-нибудь тяжелым.

– На вечер борща того закажи вкусного, что я недавно ел, – слышится из прихожей.

Складываю руки на груди. Ага, щаз! Размечтался, борща ему!

– Поведение у тебя плохое.

– Как у обычного нормального мужика. Ведем себя немножко плохо, потому что вы, девочки, недотроги и задаваки. Делаете вид, что совсем не хотите, чтобы к вам приставали.

– Никто тут не делает вид! – оскорбляюсь я.

– Увидимся вечером. Я напишу, когда заеду за тобой. Пока, женушка! – чуть ли не нараспев желает из прихожей Демьян.

Вот же… гад хитровымученный.

Я пишу маме сообщение, что сегодня мы с моим новоиспеченным мужем придем в гости. Звонить опасаюсь – я и так от нее кучу всего выслушала. Чтобы чем-то занять себя на выходном, готовлю все-таки этот обожаемый Мансуровым борщ и сажусь за конспекты, которые мне сфотографировала и скинула в общий чат девочка с моего курса.

Надо не забывать, что жена миллиардера я фиктивная и учеба – мой билет в будущее. Пора наверстывать пропущенное.

Когда Демьян скидывает сообщение, что скоро заедет за мной и нужно быть готовой, быстро отпариваю брюки и максимально свободную блузку. Переодеваюсь, слегка подкрашиваюсь и делаю обычный хвост.

Всю дорогу нервничаю. Причем так, будто реального мужа знакомить с родней собираюсь! Но это как раз таки и понятно, я ведь мальчиков с мамой никогда не знакомила. А тут вдруг она сразу узнает, что я замужем. Ну и конечно предполагает, что по залету и скоро брошу учебу.

– Все хорошо будет, не трясись ты так, – успокаивает меня Дем, прижимая к себе два букета цветов. И жмет на звонок.

Мама распахивает дверь почти сразу, будто как цербер стояла и ждала под дверью. Я сталкиваюсь с ее убийственным взглядом и неосознанно жмусь ближе к Мансурову. Жду скандала, но она переводит глаза на Демьяна, видит букет в его руках и тает.

Еще бы, букетище Дем припас огромный, причем и для бабушки тоже. Как он их держит оба – ума не приложу, они же тяжеленные. Еще и одет с иголочки, в костюме, галстуке. Сразу видно, что мужик солидный и при деньгах, причем больших. Статусом от одного его вида веет.

– Добрый вечер, Надежда Константиновна, рад познакомиться. Это вам, – говорит Мансуров своим бархатистым баритоном и сражает мою маму наповал.

Она даже смущается, принимая букет.

– Ой, ну что вы, не нужно было, – бормочет и нюхает роскошные бутоны роз, – ох, даже и не помню, когда я последний раз букет получала…

– Непорядок, что мама моей жены цветами обделена. Исправим.

Бам! Еще один выстрел наповал.

– Да что вы, забудьте! – машет мама рукой и тут же подхватывает букет, чтобы не уронить, – Проходите скорее. Наконец-то мы познакомимся.

– Да, извините, что вот так вышло. Я человек довольно занятой и медийный, к тому же. Так что личную жизнь хотелось бы закрытой от всех держать. Сами знаете, счастье любит тишину. Вот и попросил Аню даже родным не говорить о нашей свадьбе.

Такое ощущение, что голос Мансурова действует как-то волшебно, потому что мама даже не спорит. Наоборот, поддакивает:

– Конечно-конечно, я понимаю. У вас же серьезный бизнес, как-никак. Главное, чтобы Анечка была счастлива.

Мама переводит на меня взгляд и я поспешно улыбаюсь как можно шире.

– Не переживайте. Я все для этого делаю, – Дем вдруг привлекает меня к себе за талию и заглядывает в глаза с обаятельной улыбкой.

Еще и смотрит с таким обожанием, что у меня сердце предательски екает. Актер несчастный!

Глядя на нас, мама с умилением стирает слезинку со щеки.

– Так счастлива за вас! Ой… у меня же там курица в духовке! Проходите скорее! Анечка, познакомь Демьяна с бабушкой!

Стоит только маме скрыться из виду, как я отпихиваю от себя Мансурова.

– Руки! – грозно шиплю я.

Дем тут же вскидывает свободную от букета в сдающемся жесте.

– Просто играл роль пылко влюбленного мужа. Лучше покажи, где твоя бабушка. Вручу ей букет, – тут же уводит он разговор в другую сторону.

Я заминаюсь на секунду и отвожу глаза.

– Послушай… мы не успели это обсудить, но… ты просто знай, что у меня простые родственники. Миллионами не ворочают и в глаза их даже не видели. И квартира у нас обычная. Мебель там, ремонт… так что, даже если тебе вдруг станет противно, не показывай этого. Не хочу, чтобы ни ба, ни мама обижались.

Демьян серьезнеет, смотрит на меня пронизывающим взглядом.

– Ты всерьез решила, что я такой? Кто людей по достатку судит?

– Ну… сложно так не делать, когда вертишься в сфере всяких важных людей. Я вот вчера разного наслушалась о себе.

– Забудь. Их мнение и гроша не стоит. Деньги просто их натуру обнажили. Потеряй они состояние – и вся их жизнь как шарик лопнет, ничего не останется. Весь их смысл жизни в деньгах и как бы покруче выпендриться и показать их.

– Разве твой тоже не в деньгах? Ты же с головой в бизнесе вечно.

– Знаешь, как-то переосмыслять начал… – задумчиво говорит Дем, глядя на меня каким-то особенно внимательным взглядом.

Смутившись, заправляю за ухо прядку волос.

– Что же вы до сих пор тут стоите? – ахает мама, появляясь с блюдом в руках, в центре которого расположилась золотистая румяная курочка. – Аня, ты что мужа все на пороге держишь? А ну марш мыть руки и за стол! Я цыпленка деревенского по фирменному рецепту запекла – пальчики оближите!

Дем смеется, пытаясь уместить букет для бабушки на небольшую тумбочку в прихожей. Его высокая широкоплечая фигура занимает чуть ли не половину прихожей, и комнатка от этого кажется еще более крошечной.

– У меня уже слюнки текут от одного запаха! Ань, показывай, где ванная!

Я улыбаюсь через силу и провожаю маму взглядом. Грудь как обручем сдавливают. Мама такая радостная, вся светится от счастья… как же жаль ее будет разочаровывать горькой правдой через пару месяцев, когда я перестану быть нужна Дему как фиктивная жена.

Глава 31

Весь вечер я не нахожу себе места, все время нервничаю и ерзаю. Зато Демьян чувствует себя, как рыба в воде. Шутит, веселит маму с бабушкой, ухаживает за ними. Бабуля так вообще очарована Мансуровым. Даже щеки порозовели, смеется, расспрашивает. В последнее время она болеет часто и видеть ее такой цветущей особенно приятно на душе.

– Антонина Евгеньевна, что же вы не сказали, что у вас сок кончился? Давайте-ка сюда стакан, – притворно строго говорит Демьян.

– Да я и не заметила! – смеется бабушка и переглядывается с мамой.

Замечаю их молчаливый диалог и качаю головой. Я и без того от напряжения места себе не нахожу. Постоянно кажется, что вот сейчас зададут какой-нибудь вопрос с подвохом и нас раскроют.

– Надежда Константиновна, вам подлить? – спрашивает у моей мамы Мансуров, но та жестом отказывается.

– Лучше расскажите, как вы познакомились? И почему ты, Анют, даже словом о Демьяне не обмолвилась? Другая бы на твоем месте давно всем похвасталась – еще бы, такого мужчину отхватить.

Демьян довольно улыбается на похвалу моей мамы и, обернувшись, поигрывает бровями, мол, только ты одна не ценишь, какой я крутой мужик.

Украдкой я пихаю его под бок. Нашел, когда хвастаться, когда тут вопросы как для знатоков!

– Да уж наверное подружкам похвалилась, а нам, старикам, что… главное, чтобы счастлива была, – бабушка вздыхает и я чувствую укол совести.

Не то чтобы я всегда и все рассказывала маме и бабуле, конечно, какие-то вещи скрывала, которые могли их расстроить. Чтобы не переживали попусту. Но в целом секретов у меня никогда не было от них.

Не успеваю рта раскрыть, как Демьян торопится встать на мою защиту:

– Вы на Аню не обижайтесь, Антонина Евгеньевна. Она по моей просьбе никому не говорила. Ее подружки даже не знают, что у Ани парень был, не то что муж.

– Но как же вы собирались дальше-то жить? Скрывать?

– Конечно нет. Я уже представил Аню семье и бизнес-партнерам официально как свою жену.

– Да видели мы в новостях, – ворчит мама, – только странно, что нам самым последним вы рассказали…

– На самом деле это я виноват. Хотел как можно быстрее разделаться со всем этим официозом. Да и сплетен не хотелось. А теперь мы сможем спокойно справить свадьбу в кругу семьи, как и мечтали. Правда ведь, Аня?

Я вздрагиваю и вытягиваюсь в струнку. Какая еще свадьба в кругу семьи?! Этого еще не хватало для полного счастья!

– Как здорово! Вот только… Анечка, разве тебе не хочется пышную свадьбу? – мама радуется за меня, а мне не до веселья!

Мы о проведении свадьбы не договаривались, это уже слишком! Ладно еще семья Мансурова – она меня перманентно терпеть не может, кроме разве что Гордея и их деда. Когда наш контракт закончится и мы с Демьяном разойдемся в разные стороны, они только рады будут. Но мои ведь все за чистую монету принимают! И Дем им нравится!

– Даже не знаю, – бормочу под нос.

Мансуров стискивает под столом мою руку и я испепеляю его взглядом.

– Разве ты забыла, что хотела устроить тихую свадьбу, чтобы отпраздновать ее в кругу семьи? – спрашивает он, выразительно глядя в глаза.

– Да вот как-то запамятовала, – цежу сквозь зубы.

Будто почувствовав между нами напряжение, мама тут же спешит его разрядить:

– Ну ничего, это вы еще обсудите. Сделайте, как вам лучше.

– Если вдруг стесняешься нас с матерью приглашать, то не переживай, внучка, мы не обидимся. Не хотим тебя позорить, – вворачивает вдруг бабушка.

Да что же такое! Мне как будто удар за ударом под дых!

– Что ты такое говоришь?! – возмущенно восклицаю я, даже зло немного берет, – С чего ты это вообще взяла, бабуль?? Почему я вообще должна вас стесняться?

– Ну мы же из простой семьи, небогатые. Нам даже если одежку дорогую надеть, все равно Рокфеллерами не станем.

– Антонина Евгеньевна, ну что вы меня обижаете? Если кто-то считает, что из-за количества денег на счету он стал лучше других – значит, этот человек неимоверно глуп. Я людей на такие категории не делю и рад, что у Ани такая хорошая и любящая семья. Вы ее замечательно воспитали, она умная, трудолюбивая, справедливая. Замечательная, – добавляет Демьян, глядя мне в глаза. – Мне очень повезло ее встретить.

Я смущенно тру кончик носа, пока мама украдкой промакивает слезы бумажной салфеткой.

– Так что мы будем рады увидеть вас на торжестве. И, уверяю, вы будете самыми почетными гостями.

Тихо хмыкаю под нос. Надо же, такой джентльмен сразу. Вот только сам Демьян эту проблему и создал! Зачем нужно было говорить о свадьбе? Сказал бы, что мы тихо справили ее вдвоем.

– Ну какие же вы красивые! Я так рада, что Анечка такого мужчину хорошего встретила! – не выдержав, хвалит мама.

– Нам друг с другом очень повезло, – улыбается во все тридцать два Демьян и, взяв мою руку в свою ладонь, мягко прикасается к ней губами.

При этом еще в глаза смотрит безотрывно.

Вот же… гад!

Выдавливаю из себя улыбку и аккуратно высвобождаю ладонь. Я думала, что визит с “мужем” решит по крайней мере одну проблему, но Мансуров умудрился создать еще гору!

Ладно… надо выдохнуть. Не представляю, как мне теперь несколько месяцев отмазываться придется от того, что мы дату торжества не назначаем.

– А когда же вы праздник планируете? А то вот вдруг меня в больницу положат, не попаду даже, внучку единственную замуж не выдам, – вздыхает бабуля.

А сама хитро на Демьяна глядит.

– Не переживайте, мы дату специально так выберем, чтобы все на торжество попали. Скажем… через неделю подойдет?

Я давлюсь соком, который решила так невовремя попить, и закашливаюсь.

– Простите, – хриплю, – не в то горло пошел…

– Дорогая, ну что же ты? Аккуратнее! – Мансуров аккуратно постукивает меня по спине.

Еще и в глаза так заботливо и с участием заглядывает! Прибить его мало!

– Ой, неделя! А этого не мало? – волнуется мама.

Я дыру прожигаю в Демьяне, но мой напарник меня открыто игнорирует. Клянусь, у меня в голове все приличные слова в его сторону закончились! Только трехэтажный мат остался. Но даже он не выразит всего моего возмущения. Мы о таком не договаривались!

– Не переживайте, Надежда Константиновна, – сияет Мансуров голливудской улыбкой, от которой даже моя строгая мама тает, – у меня все схвачено. К тому же мы с Аней и планировали через неделю устроить торжество. Почти все готово, только дату сегодня с вами хотели обсудить.

– Ох! – мама откидывается на спинку стула и хватается за сердце, – Что, и даже платье уже нашли??

– Нет, платье не нашли. Аня все выбирает и никак не может на одном остановиться. Но вы ведь в этом ей поможете?

У мамы глаза загораются. Не знаю, как, но Демьян попадает в мамино сердце, как в десятку на поле дартса.

– Конечно! Я же швея по образованию и в ателье долго работала! Конечно, неделя – это мало для пошива, но я всех знакомых подключу. У Анечки платье будет самое лучшее!

– У Катеньки золотые руки, – подтверждает бабушка с важным видом, – самая красивая невеста будет.

– Как все замечательно совпало! Тогда завтра уже можно приступать к пошиву, да, Анют? Для такой невесты, как ты, нужно эксклюзивное платье, не такое, как у всех. Да, любовь моя? – Демьян вновь ловит мою ладонь и целует пальцы.

В его глазах черти пляшут, да и вся ситуация явно забавляет.

А у меня сердце на осколки распадается. То, что для него шутка, для меня – заветная девичья мечта. Чтобы платье на свадьбу – настоящую свадьбу! – сшила мне моя любимая мамочка. А рядом был человек, который вот так же сильно понравится и ей и бабушке.

– Да, – заставляю выдавить себя через силу.

Ох, как же сильно тебе влетит, Демьян Мансуров… тайком бросаю взгляд на часы и со злым предвкушением жду, когда закончится ужин и настанет час расплаты. И вот тогда, гад несчастный, тебя ничто не спасет!

Глава 32

Стоит нам только выйти из квартиры и сесть в машину, как я тут же набрасываюсь на Дема.

– Зачем ты это все устроил??

– Что именно? Ужин?

– Не делай вид, что не понял! Я про свадьбу! Почему ты не сказал, что мы просто отметили вдвоем и не хотим вообще устраивать торжество? Мама бы приняла это и не стала обижаться!

– Я подумал, что она может заподозрить неладное. Да и от меня Долянский отстанет окончательно. Да и вообще, почему бы не повеселиться на липовой свадьбе? – Дем улыбается во все тридцать два, как ни в чем не бывало.

А меня такая злость разбирает, что я хочу отколотить его чем-нибудь поувесистее.

– Повеселиться?! Для тебя это все шутки, да? Тебе весело! А ничего, что моя мама и бабушка считают, что действительно замуж меня выдали? Я ведь обманываю их! Ты хоть представляешь, как они переживать будут, когда я скажу, что мы, якобы, развелись? Мама ведь сама шить мне платье собралась! За неделю! Да она ночами спать не будет!

Демьян хмурится.

– Ладно, признаю, извини. Погорячился. Можем сказать, что передумали и все отменить.

– Ну конечно, чтобы они еще больше расстроились!

– Так ты выбери, как именно для тебя приемлемо их расстроить. В любом случае, как только Меседа выйдет замуж, наш договор закончится и мы разойдемся.

Поджимаю губы и отворачиваюсь к окну.

– В твоем обожаемом договоре, между прочим, прописано не было, что ты мне придется родных людей обманывать.

Демьян напрягается. Судя по тому, какое тяжелое в машине повисает молчание, ему явно не нравится, что я его отчитываю.

А что такого? Он должен уметь признавать ошибки! Тем более что действительно накосячил.

– К твоему сведению, по ненавистному тебе договору, – повторяет он мою манеру, – ты получишь неплохую сумму за свою ложь и грант на обучение. Мне кажется, можно и потерпеть.

Я ничего не отвечаю на это. Какой толк, если мы все равно останемся каждый при своем мнении?

До конца пути мы оба молчим, даже в лифте, когда поднимаемся к Демьяну в квартиру, парой слов не обмениваемся.

Только в прихожей, когда я слышу какие-то странные звуки с кухни, настороженно замираю и переглядываюсь с Мансуровым.

– Горничная? – спрашиваю шепотом.

– Непохоже. Время уже позднее, – он постукивает пальцами по циферблату и кивает на чужие ботинки у порога, – и обувь мужская.

– Грабитель?

У меня душа в пятки уходит от одного предположения. Страшно столкнуться в безопасной, казалось бы, квартире, с кем-то чужим, у кого явно намерения не самые добрые.

Я отступаю на шаг и уже хочу предложить вызвать полицию, но Демьян хмыкает:

– Сейчас проверим.

Он решительно направляется на кухню и у меня сердце ухает в пятки.

А вдруг грабитель вооружен! Вдруг он ранит или… еще что похуже сделает?!

– Дем! Дем, постой! – шепотом умоляю я и срываюсь следом.

На кухню мы вваливаемся вместе.

Демьян шарахает по выключателю и рявкает:

– Кто такой?! А ну стоять на месте!

И незваный гость и правда застывает. С половником над кастрюлей борща, что я сварила для Демьяна днем. Я выдыхаю облегченно, когда вижу вместо вооруженного до зубов грабителя Гордея.

– Вы чего пугаете?! – возмущается брат Демьяна.

Он доедает остатки супа из половника и плюхается за стол.

– Ты сюда как попал? – недружелюбно интересуется Дем вместо ответа.

– Ты ж мне ключи оставлял, чтобы я за квартирой присматривал, когда ты уезжаешь.

– Точно. Хорошо, что напомнил. Обратно гони.

Демьян обводит стол взглядом, подмечает грязную тарелку, пустую кастрюльку из-под борща и суровеет.

– Ты что, борщ мой сожрал?

– Ага, – Гордей довольно хлопает себя по животу, – балдеж! Повара что ли нанял?

– Я его сварила, – подаю я голос.

Но младший братец Мансурова недоверчиво фыркает:

– Да ну.

– Ключи обратно давай, – рыкает Демьян, – чтобы не шастал тут и не воровал чужие борщи.

– Че это чужие? Ты же мой брат.

– А ты не подумал, что мы тут, вообще-то, с женой уединиться хотим? – приводит железный аргумент Дем, – Предупреждать надо, когда приезжаешь, а не заваливаться с бухты барахты.

– Я думал, что вы только по кустам обжимаетесь, – гыгыкает Гордей.

Мы переглядываемся с Мансуровым и Гор тут же отгребает от нас обоих. От меня – кухонной тряпкой, Демьян же отвешивает подзатыльник.

– Эй! Да вы чего! Я же по делу приехал!

– Выкладывай, что стряслось.

– Долянский заявился. Они там с дедом и отцом долго что-то обсуждали.

– И?

– Что «и»?! Папаша сказал, что поговорит с тобой и попробует убедить, чтобы ты развелся с Аней и на Меседе женился.

– С чего мне это делать?

– С чего-с чего! С того, блин! Дед обещал Долянскому, что я на Меседе женюсь! Мол, раз старший внук не хочет, породнимся через младшего – меня! – возмущенно жестикулирует Гордей, – Мы даже с дедом поругались! Он сказал, что без жены и наследника не видать мне должности в компании! Так что ты давай это… разводись и женись на мегере этой, как и обещал. А то, знаешь, слово дал, нехорошо его нарушать. Я, конечно, Ань, против тебя ничего не имею, но сама понимаешь… тем более ясно же, что нихрена вы друг в друга не втрескались, знакомы же всего ничего.

Демьян смотрит мрачно на Гора.

– Мы три месяца женаты. А знакомы еще дольше, так что никто ни с кем разводиться не будет.

– Ой, да мне-то не ври. Думаешь, я правды не знаю? – закатывает глаза Гордей и тут же заявляет: – Я же вас и поженил!