Текст книги "Бывает и хуже? Том 5 (СИ)"
Автор книги: Виктор Молотов
Соавторы: Игорь Алмазов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)
– Я был бы за вас в любом случае, – улыбнулся я.
Но от меня это не зависит, моего влияния не хватает, чтобы воздействовать на такие крупные сферы.
– Спасибо, – кивнула Елизавета. – Это приятно слышать.
Мы ещё немного поговорили, и я ушёл из её кабинета. Так, сегодня у меня с утра вызовы, а значит, времени ещё полно. Сразу, пожалуй, и поговорю со Свинтиновым.
Насколько я знаю, как раз сейчас он делает УЗИ в поликлинике. И я решительно направился туда.
Кабинет УЗИ находился на втором этаже поликлиники. Туда уже была очередь: УЗИ, как обычно, было расписано плотно. Я постучался и вошёл внутрь.
У Свинтинова пациента пока что не было. Он спокойно сидел с чашкой чая, заполняя какой-то журнал. Поднял голову, увидел меня и усмехнулся.
– Агапов, – хмыкнул он. – Пришли извиняться?
– Ну вы, видимо, именно этого и ждали после вашей докладной, – ответил я. – Но не угадали, извиняться я не буду.
Роман Васильевич скрестил руки перед собой.
– А зачем вы здесь? – спросил он.
– Сказать, что для начала можно было поговорить со мной, а не писать сразу докладные, – отозвался я. – Вы с самой первой нашей встречи меня невзлюбили. Но почему это отражается на работе?
– Я единственный специалист, разбирающийся в КТ в Аткарске, – возмущённо заявил он. – А вы вместо уважения показываете только пренебрежение!
Я тяжело вздохнул.
– Несколько раз вы уже делали ошибки, – заметил я. – Поэтому нет ничего такого, что я попросил Лысову посмотреть снимки мозга. Она опытный невролог и хорошо разбирается в этом.
– Я тоже хорошо разбираюсь, не зря же целый месяц обучение проходил! – выкрикнул он.
И тут же побледнел. Стоп, что?
– А где вы обучение проходили? – уточнил я, поскольку был уверен, что это образование так быстро не получить.
– Ну, онлайн-курс! Агапов, это вообще не ваше дело! Можете быть свободны, – он понял, что свернул на скользкую дорожку, и попытался избавиться от меня.
Ну уж нет, я докопаюсь до истины.
– Какой онлайн-курс? – с нажимом спросил я. – Для того, чтобы читать КТ, нужно пройти курсы повышения квалификации на базе медицинского университета.
– Ну да, так и было, – торопливо кивнул Свинтинов.
Я посмотрел ему в глаза.
– Вы только что сказали про онлайн-курсы, – заметил я. – Вы что, купили себе этот сертификат в интернете?
– Да! – вспылил Роман Васильевич. – Я купил курс в интернете. Но это был хороший курс, там были отличные отзывы!
– Но это неофициальное обучение, – сказал я. – В интернете вам могли втюхать что угодно. Я вообще не уверен, что это законно.
Плохо знал особенности обучения этого мира. Но судя по виду Свинтинова, это действительно было не особо законное получение образования. Возможно, курс, конечно, и был. Но это явно не то, что нужно, чтобы работать врачом по КТ.
– Вы же можете поставить ошибочное заключение, – заметил я. – И это может стать критичным для пациента.
– Врачи-рентгенологи не несут ответственности за свои заключения, – отозвался Свинтинов. – Любое заключение должно рассматриваться в совокупности с другими жалобами.
Просто ушам своим не верю! Не зря я к нему пришёл.
– Мы сейчас же пойдём к Савчук, и вы всё ей расскажете, – отчеканил я. – Немедленно.
Он побледнел ещё сильнее.
– Не надо, – испугался он. – Я перепройду эту подготовку и получу настоящий диплом установленного образца. Я же не совсем обманывал… Просто в тех курсах этот диплом можно было купить, а в реестр он не вносился. Но я исправлюсь, правда! Не надо к Савчук.
Меня вся его речь мало впечатлила.
– Немедленно к Савчук, – повторил я. – Или я пойду один. Для вас же будет лучше, если признаетесь вы сами.
Он то краснел, то бледнел. Видно, что уже миллион раз пожалел о своей оговорке. Ведь это дало мне колоссальное преимущество.
Он поднялся и послушно пошёл вслед за мной.
– Я скоро вернусь, – не своим голосом от волнения объявил он пациентам в коридоре.
Мы снова прошли в главный корпус и постучали в дверь к Елизавете Михайловне. Потом зашли внутрь.
– Что такое? – удивлённо спросила она.
Я подтолкнул Свинтинова.
– Кхм, дело в том, что я не проходил официальную программу повышения квалификации по компьютерной томографии, – выдавил из себя Роман Васильевич. – Проходил только онлайн-курсы. Сертификат, который я вам предоставил – подлинный. Но предоставленный диплом о переподготовке… не совсем подлинный.
Он опустил глаза вниз и избегал смотреть на Савчук.
– Что? – медленно переспросила она.
– Роман Васильевич не имеет право читать снимки КТ, – подытожил я. – Его образование куплено, это неофициальная квалификация.
– Но в моих заключениях не было ошибок! – торопливо выкрикнул Свинтинов. – Сложные моменты я скидывал своему знакомому, он меня перепроверял. Всё же работает.
Савчук подняла руку, заставляя его замолчать.
– То есть вы всё это время читали снимки КТ без квалификации? – ледяным тоном спросила она.
Он еле заметно кивнул. Ух, ну я и открыл ящик Пандоры!
– Вы вообще соображаете, что сделали⁈ – сорвалась Елизавета на крик. – Да вас за такое мало увольнять, посадить надо!
Минуты две, наверное, она просто кричала, выпуская пар. Я всё это время обдумывал ситуацию.
– Что вот теперь делать? – выругавшись, растерянно спросила Савчук.
– Я могу пройти настоящие курсы повышения квалификации, – предложил Свинтинов.
Елизавета так на него глянула, что он прервался на полуслове.
– Все назначения КТ только через подпись заведующей, чтобы назначали сейчас по минимуму, – начал я. – Арендовать врача из Саратова, чтобы раз в неделю приезжал и читал скопом. Поэтому и назначать их поменьше. А в экстренных случаях обходиться рентгеном, ну, в крайнем случае, чтобы смотрели Лысова так же, если на ОНМК подозрение.
– Я тоже могу… – еле слышно повторил Свинтинов.
Савчук гневно повернулась к нему.
– Я не буду вас увольнять, потому что по УЗИ ваши документы точно в порядке, это с КТ я просмотрела, на прежнего главврача понадеялась, – отчеканила она. – Вы остаётесь только на одной ставке. Два месяца полное лишение всех премий и надбавок. Выговор с занесением в личное дело. И ещё один малейший проступок – увольнение.
– Понял, – торопливо кивнул Свинтинов. – Понял. Тогда я пойду? Там пациенты на УЗИ…
Савчук махнула рукой, и он скрылся за дверью.
Она села и закрыла лицо руками.
– Вот только этого не хватало! – простонала она. – Саш… Может, подскажешь, что делать?
Даже на «ты» меня на работе назвала случайно.
– Найдём на КТ нового специалиста, – ответил я. – К нам никого не собираются по распределению отправлять?
– Парочка терапевтов, больше пока никого, – вздохнула Савчук. – А да, ещё по среднему персоналу… Там тоже несколько человек придёт.
– Пока что, думаю, надо уговорить Маргариту Семёновну, – предложил я самый логичный вариант. – Она опытный врач-рентгенолог, может, согласится пройти повышение квалификации. Разумеется, от больницы.
Елизавета Михайловна задумчиво кивнула.
– Она хороший специалист, – заметила она. – Я с ней поговорю. Но на неё одну такая нагрузка…
– Это временно, – ответил я. – Потом придумаем что-нибудь ещё.
Я очень хотел подтянуть ко всему этому Коляна, который явно уже засиделся в рентген-лаборантах. Но пока что не представлял, как это устроить. У него нет даже высшего медицинского образования.
– Хорошо, – кивнула Савчук. – Александр, спасибо большое. В очередной раз.
– Да не за что, не писал бы он докладную – вообще ничего бы не узнали, – хмыкнул я. – Я пошёл.
А ведь действительно, только из-за своей докладной он в итоге и прокололся. А так его документы никто не проверял. То ли Власов просто закрыл на это глаза, то ли Свинтинов вообще обманул всех. Теперь это было неважно.
Насколько я могу судить по заключению для Ирины Петровны, Свинтинов и УЗИ-то не всегда описывал точно. К сожалению, у нас действительно не было пока других врачей, чтобы иметь альтернативу.
К девяти утра я наконец добрался до своего кабинета.
– Саша, я два раза звонила! – воскликнула Лена. – Уже переживать начала, обычно ты всегда к восьми утра приходишь!
И в самом деле, два пропущенных. Совсем не слышал.
– Да я кое-какие дела решал, – примирительно улыбнулся я.
– Я читала в паблике про происшествие на матче! – заявила медсестра. – Там даже фотки есть, где ты раненым помогаешь. Ты в порядке?
– Да, – я собирался рассказать, что произошло, но меня перебили. Перебили робким и тихим «гавом». И этот звук издала не Лена…
На руки к моей медсестре прыгнул маленький щенок.
Так, какого чёрта у нас в кабинете делает собака⁈
Глава 3
Нет, ну я уже ко многому в этой жизни привык, конечно. Заставал у себя в кабинете скелета Геннадия, конфеты с гайкой, красные надписи… Но щенок – это уже совсем перебор. Нечто противоестественное даже по меркам моей жизни.
Обычный маленький пёс, бело-рыжего цвета, со смешными висячими ушами. Он выглядел как маленькая толстая сарделька на ножках. И абсолютно точно он не должен был находиться в нашем кабинете.
Совершенно спокойно сидел у Лены на руках и смотрел на меня маленькими чёрными глазами.
– Лена, – медленно произнёс я. – Что это?
– Щенок, – ответила медсестра так, словно это было самой очевидной вещью на свете.
– Я вижу, что щенок, – кивнул я. – Вопрос в другом. Что он здесь делает? В нашем кабинете, в поликлинике. В медицинском учреждении, где санитарные нормы существуют не просто так?
Лена прижала щенка к груди, словно пытаясь защитить от этого ужасного мира. Он тут же лизнул её в щёку. Я тяжело вздохнул.
– Я его нашла, – призналась девушка. – Утром, возле подъезда. Он сидел совсем один, голодный, холодный, одинокий! Вокруг не было ни души, а у него ни ошейника, ни бирок. Один, совсем один…
Сейчас прям расплачусь, какая трогательная история!
– И ты решила притащить его в поликлинику? – приподнял я бровь. – Вот серьёзно?
– А что мне ещё было делать⁈ – воскликнула Лена. – Дома у меня Дымок, и я не могла притащить к нему собаку. И оставить на улице не могла. Его могли обидеть, или он мог замёрзнуть, или под машину попасть!
Щенок в этот момент тихонько гавкнул, словно подтверждая её слова. Посмотрел на меня глазами, полными надежды и доверия.
Так, не поддаваться. Это собачья манипуляция. Я взрослый человек, профессионал, мужчина. Я не из тех, кто ведётся на подобные вещи.
Щенок снова жалобно гавкнул.
Чёрт.
– Лена, ему не место в поликлинике, – строго сказал я девушке. – Это медицинское учреждение, здесь должна быть стерильность. Ты должна была изучать это в колледже. Санитарные нормы, гигиена. А не животные!
– Саша, – умоляюще начала она. – Ну пожалуйста! Один день, честно-честно! Очень-очень прошу тебя. Я сегодня же дам объявление в интернете, во всех группах про животных. И в пабликах города. Найду его хозяев, или в новые руки отдам. Пристрою его. Он же такой милый, я бы себе забрала, но у меня Дымок. Один день, прошу!
Я снова вздохнул. Женщины порой пользуются моей бесконечной любовью и добротой к ним. Эх…
– Один день? – скептически переспросил я. – Думаешь, за один день ты кого-то найдёшь?
– Найду! – настойчиво повторила она. – Он же просто прелесть! Его точно кто-то захочет забрать!
Щенок снова гавкнул и лизнул её в щёку. Я вот сомневался, что за один день Лена действительно найдёт хозяев. Однако… этот раунд остался за ними.
– Хорошо, – кивнул я. – Но только не в нашем кабинете. Санитарные нормы не просто так придумали. Так что здесь он находиться не может.
– А где тогда? – растерянно спросила медсестра.
Я задумался. Коридор отпадал сразу. Регистратура тоже, хотя лишний раз позлить Алиеву звучало соблазнительно, но времени на это не было. Столовая явно нет. Стационар – даже думать смешно.
И тут я вспомнил про подсобку в подвале напротив столовой. Там сидел ремонтник, который как раз закрашивал мне надпись на двери. А я ему в благодарность отдал пирожки от моей пациентки.
– Пойдём, в подсобку попросимся, – сказал я Лене.
Она просияла, будто миллион рублей только что выиграла.
– Саша, ты лучший! – воскликнула она. – Я так и знала, что лучше тебя нет никого! Обожаю тебя.
Щенок тоже гавкнул, словно подтверждая её слова. А я порадовался, что сейчас у нас ещё не начался приём и можно пронести щенка более-менее незаметно. Хотя Лена всё равно прикрыла его своей курткой, и мы пошли в подвал.
Дошли до двери с надписью «хозяйственная служба». Я постучал в неё, и мы вошли в небольшую подсобку.
На диване за потрёпанным столом сидел ремонтник и пил чай из выцветшей кружки с надписью «любимый дедушка». Увидев нас, он поставил кружку на стол и недовольно сдвинул брови.
– Фто фэто? – сразу же спросил он.
Точно, я и забыл, как сильно он шепелявит. Порой разобрать, что он говорил, было очень трудно.
– Здравствуйте, – я закрыл за нами дверь, а Лена сняла свою куртку с щенка. – У нас к вам одна очень необычная просьба.
Брови ремонтника от удивления почти достигли лысины.
– Шобака? – вытаращил он глаза. – Фы принефли мне шобаку? Шовсем офанашели? Я тут шаботаю, а не пишомник шодержу!
Ох, ну приехали.
– Понимаете, – начал я. – Моя медсестра, вот она стоит, Лена, нашла собаку утром. И вокруг никого не было. Она не захотела оставлять её на улице, поэтому принесла сюда. Мы не можем оставить в кабинете, санитарные нормы. Но у вас тут можно. Это же щенок.
– И фто? – буркнул ремонтник. – Мне фо эфого какое шело?
В диалог включилась Лена, активировав свой самый милый и жалобный голос.
– Можно его у вас на один день оставить? – спросила она. – Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста! Я его сфотографировала, найду хозяев. Просто его девать некуда. Прошу вас, вы же такой добрый на вид!
На ремонтника это не произвело никакого впечатления.
– Нет, – отчеканил он. – Мне шобаки тут не фушны! Вообще. У меня шабота, кшаски, инфтрументы. Я не нянька для шавок.
– Ну пожалуйста! – взмолилась Лена.
Щенок жалобно гавкнул, словно понимал, что тут решается его судьба.
– Не пошогут ваши глафки, – отрезал тот. – Нет, и шочка.
Так, значит, надо менять тактику. Простые просьбы тут не помогают.
– А если я вам помогу? – спросил я. – Ответная услуга за эту услугу?
– Шем помошете? – настороженно спросил ремонтник.
– Со здоровьем, – использовал я безотказную тактику. – Я врач, вы же знаете. Уверен, у вас из-за работы нет времени, чтобы заняться своим здоровьем. Если есть жалобы, вопросы – я помогу. Проведу осмотр, назначу лечение. Без очереди и записей.
Тут он уже задумался. Почесал лысину рукой. Видно было, что предложение его заинтересовало.
– Ефть кое-што, – признал он. – Рука шевая. Болит и не прошодит. Ношью вообще шпать не могу. Дёргает, шволочь. Мазями машал – нифего.
– Покажите руку, – сразу же кивнул я.
Он протянул мне левую руку. Так, кисть немного припухшая, кожа обычного цвета, без покраснений. Я пощупал запястье, проверил на температуру и отёчность, подвигал пальцы вверх-вниз.
– Так больно? – осторожно надавив на область запястья в месте, где проходит срединный нерв, спросил я.
– Ай! – поморщился он. – Да. Больно, штреляет!
Классический случай. Тут даже прана не нужна, чтобы диагноз поставить. Конечно, она пригодилась бы для лечения, но можно обойтись и без неё.
– У вас синдром запястного канала, – сказал я. – Или туннельный синдром запястья, как его иногда называют.
– А фто фэто? – озадаченно спросил ремонтник.
– Сейчас объясню, – кивнул я. – В вашем запястью есть такой канал – узкий проход, образованный костями и связками. Называется он карпальный канал. Через него проходит срединный нерв, который отвечает за чувствительность и движения большого, указательного и среднего пальцев.
Строго говоря, там половина среднего пальца, но сильно в дебри углубляться не буду.
– Когда вы много работаете руками, делаете монотонные движения, этот канал отекает, – продолжил я. – И нерв, который там проходит, начинает сдавливаться. Защемляться. Отсюда и боль, онемение, покалывание.
– Шначит, это от шаботы? – уточнил ремонтник.
– Именно, – подтвердил я. – Это профессиональное заболевание людей, которые работают руками. Маляры, плотники, слесари, программисты, которые много печатают. Любая работа с монотонными движениями кисти. Вот и из-за вашей работы такое произошло. Рука перегрузилась, нерв воспалился.
– И фто шелать? – обеспокоенно спросил ремонтник. – Фэто вылешивается?
– Вылечивается, – заверил я. – Нужно меньше нагружать руку, хотя бы две-три недели. С вашей работой это трудно, но постарайтесь тяжёлые вещи таскать другой рукой. Далее, нужен будет специальный ортез – фиксатор на запястье. Он будет держать руку в правильном положении, не даст сгибаться слишком сильно. Носить его нужно постоянно, особенно ночью. Это очень важно. И третье, я выпишу вам противовоспалительные препараты и покажу специальные упражнения для кисти. Они помогут растянуть связки, улучшить кровообращение. Делать их нужно каждый день, по пять-десять минут.
Ремонтник внимательно слушал и кивал.
– И вы мена вылешите? – уточнил он.
– Да, – твёрдо кивнул я. – Только все рекомендации надо выполнять чётко, иначе толку не будет.
– Буду, – пообещал он. – Шлово даю.
– Тогда у нас сделка? – улыбнулся я. – Я лечу вашу руку, а вы приютите щенка на день?
Ремонтник посмотрел на меня, на Лену, на щенка, на руку.
– Ладно, – буркнул он. – Один шень! И штобы не мефал, не шадил, не шкулил!
– Конечно! Обрадовалась Лена. – Спасибо, вы такой добрый!
Она подошла и чмокнула ремонтника в щёку, от чего тот покраснел. И осторожно опустила щенка на пол. Тот тут же принялся с любопытством обнюхивать подсобку, виляя хвостом. Подошёл к ведру с краской, понюхал его, чихнул и отпрыгнул в сторону.
– Кстати, а как вас зовут? – спросил я. – Столько раз уже общались, но так и не познакомились.
– Пётр Ильишь, – представился он. – Мошно прошто Ильишь.
– Очень приятно, – кивнул я. – А я Александр Александрович.
– Знаю я вась, – хмыкнул Пётр Ильич. – Про вась вше говорят. Хороший врашь, говорят.
Это до него уже новые слухи дошли, старые обо мне так-то были совсем не очень.
– Так, я сейчас отойду, ждите меня тут, – распорядился я. – Вернусь и покажу упражнения.
– Спасибо ещё раз, – улыбнулась ему Лена.
Мы вышли из подсобки, и она кинулась мне на шею.
– Ты самый лучший! – восторженно заявила она. – Спасибо тебе!
Разумеется, именно в этот момент из столовой выплыла курносая Кристина.
– Фу, что вы тут устроили? – поморщила она свой курносый нос. – Снимите себе номер!
Лена покраснела и поспешно выпустила меня из объятий.
– Присоединишься? – хмыкнул я Кристине. – Или у тебя плотный график?
Та злобно зыркнула на меня и пошла дальше. Лена прыснула со смеху.
– Ну какая змея всё-таки! – хмыкнула она. – Никак она не успокоится.
– Да и ладно, – отмахнулся я. – Так, ты давай-ка сбегай до аптеки, купишь фиксатор Петру Ильичу. В качестве подарка. Заодно миски какие-нибудь для щенка найди и принеси ему. А я в столовой еды раздобуду.
– Принято, – козырнула мне Лена и умчалась выполнять распоряжения.
Я зашёл в столовую и сразу прошёл на кухню, к Ане Ковалёвой.
– Доброе утро, – бодро поздоровалась она. – Снова хотите устроить мастер-класс?
– Пока что нет, – улыбнулся я. – Мне нужна еда для щенка. Найдётся что-нибудь?
Ковалёва удивлённо подняла брови.
– Для щенка? – переспросила она.
– Даже не спрашивай, – вздохнул я. – Будет что-нибудь?
– Думаю, да, – протянула она.
Нашла пустой одноразовый контейнер, сложила туда гречневую кашу и несколько кусочков курицы. Царский обед, я сам так же питаюсь.
Отдала мне.
– Спасибо, – улыбнулся я. – Увидимся!
Вернулся в подсобку к Петру Ильичу. Щенок там уже явно освоился, радостно бегал по кругу.
– Давайте упражнения покажу, – сказал я ремонтнику. – Слушайте внимательно.
Следующие двадцать минут я подробно показывал Петру Ильичу упражнения для кисти и запястья. Объяснял, как правильно растягивать мышцы и связки, как улучшить кровообращение, как снять напряжение. Он внимательно слушал, повторял движения, морщась, когда было больно, но стараясь запомнить всё.
Затем я достал блокнот и написал подробный рецепт.
– Так, выписал вам Диклофенак в таблетках, – сказал я. – По одной таблетке два раза в день, утром и вечером. После еды. До еды за полчаса Омепразол, чтобы защищать желудок. И ортез…
Как раз пришла Лена и принесла купленный ортез.
– Вот, – протянула она. – Правильный?
– Да, – кивнул я. – Его носить постоянно, снимать только когда в душ ходите или упражнения делаете.
– Шпашибо вам большое, доктор, – искренне поблагодарил Пётр Ильич, бережно складывая рецепт. – Вы хороший шпециалифт. Вшё понятно объяшнили.
– Рад помочь, – кивнул я. – Лена, вот еды раздобыл, покорми своего питомца.
Лена достала где-то пару контейнеров, в один налила воды, в другой положила еду. Щенок радостно накинулся на угощенье.
– Спасибо вам ещё раз, – сказала она ремонтнику. – Я обязательно найду хозяев!
Тот кивнул, с умилением глядя на то, как щенок расправляется с курицей. Как-то уже позабыл о том, насколько сильно изначально был против.
Мы вернулись к себе в кабинет, и Лена принялась постить везде объявления. Что ж, посмотрим, найдётся ли хозяин.
До вызовов было ещё время, поэтому я решил дойти до отделения профилактики. И услышал там какой-то спор.
– Я вам ещё раз говорю, за этот проект отвечаю не я, – измученно повторила Ирина Петровна. – Ничего не могу сделать!
– Да ты просто не хочешь, – так, этот голос, кажется, принадлежит Татьяне Александровне. – По бумагам проведи, он и не заметит ничего. У Агапова и без того забот хватает.
Интересненько, что это они без меня обсуждают. Я решительно открыл дверь и вошёл внутрь.
Ирина Петровна сидела за столом, а над ней коршуном нависла Татьяна Александровна.
– Что это я не замечу? – поинтересовался я.
Татьяна Александровна резко развернулась ко мне.
– Александр Александрович… – протянула она, явно не ожидая меня здесь увидеть. – В общем-то…
– Татьяна Александровна хочет, чтобы я приняла на полставки в школу здоровья медсестру Кристину, – пояснила Ирина Петровна. – Мол, чтобы по бумагам она тоже у нас работала, в профилактике, над этим проектом. Проект растёт, и нужны новые кадры.
– Пока что медсестёр нам хватает, – хмыкнул я. – Или у Кристины есть какие-то предложения по поводу нашего проекта?
Татьяна Александровна покраснела.
– Нет, предложений нет, – протянула она. – Я просто…
– В таком случае вынужден отказать, – перебил я её. – И не думайте, что у меня настолько мало времени, чтобы не следить за бумагами своего проекта.
Она фыркнула и вышла из кабинета. Ирина Петровна выдохнула.
– Александр Александрович, вы же понимаете, что Татьяна Александровна хотела провести Кристину просто так, – сказала она. – Чтобы та получала зарплату и ничего не делала.
Разумеется, я это понимал. Но нет, такого в моей школе здоровья не будет.
– Почему она вообще так о ней печётся? – спросил я. – Именно о Кристине.
– Давняя история, – махнула рукой Ирина Петровна. – Эта маленькая вертихвостка Кристина приглянулась сыну Татьяны Александровны. И та всё думает, что сведёт их. А Кристина просто пользуется этим: и парнем тем вертит, и самой Татьяной Александровной.
Теперь многое становится понятно. Что ж, эту информацию можно будет использовать.
– Вы сдавали анализы по печени? – перешёл на другую тему я.
– Да, вот свежие, – Ирина Петровна протянула мне результаты. Так, печёночные ферменты уже почти пришли в норму. Отлично.
– Так, пока что всё лечение продолжим, но сами видите, результаты уже есть, – кивнул я.
– Да, спасибо вам большое, – закивала та. – И чувствую себя гораздо лучше.
Дверь в кабинет профилактики открылась, и из-за неё показался букет хризантем. А вслед за букетом появился Игорь Станиславович.
– Ира… – он осёкся, увидев в кабинете ещё и меня.
«Ира» резко покраснела, Игорь Станиславович замер. Да уж, неловкая ситуация.
Пауза затягивалась.
– Я, пожалуй, пойду, – сказал я. – Ирина Петровна, тут уж дальше без меня справитесь.
– Ага, – растерянно кивнула она.
Ох, чувствую, потом буду выслушивать очередную женскую историю. Ну, судьба у Сани Агапова такая.
В коридоре я перехватил Вику, которая спешила в их кабинет.
– Туда пока не надо, – сказал я.
– Почему? – удивилась девушка.
– Ну… Там разговор личный, – хмыкнул я. – Попозже зайдёшь.
– Ладно, – пожала она плечами. – Слушай, анонс новой лекции надо делать, какую тему писать?
Я задумался. Обычно проблемой было то, что хотелось прочитать слишком уж много тем одновременно. Приходилось выбирать, какая лучше.
– Давай инсульт, как распознать и что делать, – решил я. – Будет интересно. Чтобы люди знали, как вообще можно определить его, по каким признакам.
– Хорошо, – Вика торопливо записала себе тему. – Слушай, в пятницу будешь?
– Думаю, да, – кивнул я. – А что?
– В пятницу будет вторая лекция от мэрии, – пояснила Вика. – Там что-то про основы здорового образа жизни, я не помню тему. Как думаешь, это не проблема?
Учитывая то, какой была предыдущая лекция, вообще ни разу. Интересно, чем заманит мэрия к себе на этот раз?
– Не проблема, – улыбнулся я. – Делай анонс.
После отделения профилактики решил сходить в стационар. Во-первых, выбрать новый день дежурства у Агишевой. Во-вторых, проведать Чердака.
Начать решил с Чердака. Поднялся в неврологическое отделение, уточнил у медсестры, в какой палате Чесноков, и зашёл к нему. Чердак лежал в кровати, с перебинтованной головой. И с телефоном в руках.
– Вряд ли тебе уже можно сидеть в телефоне, – хмыкнул я. – Покой нужен.
– Саня, брат! – голос у него был слабым, но своим привычкам Чердак не изменил. – Слушай, спасибо тебе! Говорят, ты спас меня, да?
– Оказал первую помощь, – улыбнулся я. – Ты зачем к этим болельщикам полез?
Чердак нахмурился и тут же поморщился от боли.
– Нечего на Аткарск гнать, суки! – заявил он. С соседних кроватей на него тут же начали коситься пациенты. – А чем меня так по голове?
– Бутылкой, – ответил я. – Стеклянной.
– Красиво, блин, – вздохнул тот. – Жаль, не видел. Тошнит, зараза, и голова болит.
– Это нормально, у тебя сотрясение, – пояснил я. – Главное, соблюдай постельный режим и лечись. Всё пройдёт.
А я даже не могу облегчить его состояние праной. Иронично, как сильно стал ощущать её нехватку после всего. Уже почти сутки прошли, а магия так и не вернулась. И магический центр молчит, будто и нет его вовсе.
– Саня, брат, спасибо, что матушку успокоил, – серьёзно сказал Чердак. – Она мне всё рассказала. Ты настоящий друг, мои кореша даже не подумали ей сказать!
– Мне несложно, – кивнул я. – Ты, главное, поправляйся.
– Замётано, брат, – отозвался Чердак.
Мы ещё немного поговорили, и я вышел, чтобы больше не волновать пациентов. Всё-таки в неврологии им нужен покой.
Отправился в терапию, чтобы поговорить с Агишевой. И на лестнице встретил реаниматолога, Максима Игоревича Горшкова.
– Здравствуйте, – кивнул ему я, намереваясь пройти мимо.
Однако тот остановил меня за плечо.
– Вот ты и попался, Агапов, – гнусно усмехнулся он. – Теперь у тебя начнутся большие проблемы.
Да ладно, а до этого то есть они были маленькие⁈
