Текст книги "Бывает и хуже? Том 4 (СИ)"
Автор книги: Виктор Молотов
Соавторы: Игорь Алмазов
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 15 страниц)
Сотрясение мозга, черепно-мозговая травма закрытого типа. Я осторожно коснулся её плеча и принялся вливать в неё прану. Так, сейчас проверим праной, какой конкретно диагноз.
Ушиб мозга лёгкой степени. Отёка нет, кровоизлияния нет. Отлично, можно сказать, пронесло.
Я вливал прану, чтобы облегчить состояние, снять головокружение. Заодно немного снять и тот стресс, который она пережила. Не вылечил, но помог значительно.
Взгляд у женщины стал после этого яснее.
– Голова кружится, – пожаловалась она.
– Это пройдёт, – ответил я. – У вас просто сотрясение. Скорая сейчас приедет и отвезёт вас в больницу.
Мимо нас проехали две машины, но никто не остановился. Видимо, решили, что здесь всё под контролем.
Ко мне подошла Савчук с аптечкой. Автомобильная аптечка – довольно странный предмет. Всё, что там было – множество бинтов и пластырей разных размеров. И всё, собственно.
Я аккуратно наложил женщине повязку на голову. Праной больше не воздействовал, впереди ещё двое пострадавших.
Обернулся к её мужу.
– Сидите рядом с ней, – сказал я. – Не давайте ей спать. Говорите с ней. Всё время. Если потеряет сознание, то снова зовите меня.
Мужчина кивнул. Я отправился ко второй машине.
За рулём сидел мужчина без сознания. Лоб у него был рассечён, текла кровь. Так, пристёгнутый, уже хорошо. Иначе повреждения могли быть куда хуже.
Пульс есть, слабый. Дыхание тоже есть. Его я сразу начал проверять праной. Так, тоже ушиб головы. Сотрясение мозга, тяжелее, чем у женщины. Начинается отёк мозга.
Шея целая, позвоночник не повреждён. Одно треснувшее ребро, не критично.
Здесь я тоже сразу начал воздействовать праной. Вокруг нет других врачей, кроме Савчук, но она слишком напугана, чтобы определить, что я делаю. Так что не боялся разоблачения.
Праны я влил в него побольше, чем в женщину. Остановил отёк, это самое главное. Ускорил восстановление.
В сознание мужчина не пришёл, но это и не было моей задачей.
– Наложи ему повязку на голову, – распорядился я Савчук. Та кивнула, подбежала к нему с бинтом. А я подошёл к мальчику.
Он весь трясся от страха.
– Привет, – мягко сказал я. – Меня зовут Саша. Я врач. Как тебя зовут?
Мальчик всхлипнул. Посмотрел на меня красными глазами.
– Д-Дима, – прошептал он.
– Дима, хорошо, – кивнул я. – Дима, ты молодец. Всё будет хорошо. Скажи, у тебя что-то болит?
Мальчик покачал головой.
– Н-нет, – прошептал он. – Но папа… Папа не просыпался…
Я аккуратно положил руку ему на плечо и отдал ему почти все оставшиеся запасы праны. Оставил себе совсем немного, чтобы не было перерасхода. Максимально снял ему стресс. Иначе у него останется травма на всю жизнь.
– С папой всё будет хорошо, я тебе обещаю, – твёрдо сказал я. – Будь сильным, всё будет хорошо.
Он едва заметно кивнул, чуть успокоенный. Отлично.
Вдали послышались сирены, подъехала скорая и ГИБДД. К нам сразу подошёл инспектор.
– Что тут произошло? – спросил он.
– Честно говоря, не знаю, мы остановились помочь пострадавшим, – ответил я. – Вот спросите у того мужчины, он был за рулём чёрной машины, кажется.
– Я не справился с управлением, – признался мужчина. – Дорога скользкая, случайно вывернул на встречку. А там вот ехал белый кроссовер…
Пока мужчина рассказывал, что случилось, я подошёл к скорой помощи.
– Двое пострадавших, – начал докладывать фельдшеру я. – У женщины сотрясение мозга, рассечение виска. Я остановил кровь, наложил повязку. Сознание ясное. У мужчины сотрясение мозга, рассечение лба. Он в сознание не приходил. Ребёнок на заднем сидении в порядке, но сильно напуган.
Фельдшер кивнула.
– Вы врач? – спросила она.
– Да, из Аткарской больницы, Агапов, – кивнул я.
– Отлично, им повезло, что вы ехали мимо, – сказала женщина. – Так, грузим их. Повезём в Саратов, в областную.
Я помог переложить мужчину на носилки и завезти в машину скорой. Женщина добралась сама, с помощью мужа. Мальчика я перенёс на руках.
Скорая уехала, муж той пострадавшей женщины остался с машинами.
– Мы ещё нужны? – спросил я у инспектора.
– Сейчас распишетесь в протоколе и можете тоже ехать, – ответил он.
Снова рассказали, что видели конкретно мы, и он нас отпустил.
Мы сели в машину к Савчук. Только сейчас почувствовал, как замёрз. Там было довольно прохладно, несмотря на март зима снова решила ударить морозами.
– Это я виновата, – вдруг сказала Елизавета.
Я с удивлением посмотрел на неё.
– При чём тут ты, это же авария! – удивился я.
– Да я не об этом, – отмахнулась она. – Я сегодня прочитала в новостях, что из-за прошедших заморозков дороги очень скользкие. И лучше воздержаться от поездок.
Точно, я же и сам заметил, что машин было очень мало.
– И? – поторопил я Лизу.
– И скрыла это от тебя, – призналась та. – Не стала этого говорить. Ты бы наверняка сказал, что тогда лучше отменить поездку, так безопаснее. А я решила, что ничего страшного. А мы ведь могли сейчас вот так попасть в аварию.
Я вздохнул. Ну, теперь понятно, почему она назвала себя виноватой. Вообще-то это и правда глупый поступок.
– Лиза, было очень безрассудно умалчивать такое, – строго сказал я. – Ты же взрослый человек, и безопасность – это превыше всего.
– Ты злишься? – вздохнула она.
– Да, – не стал отрицать я. – Но ругаться долго не буду. Благодаря этому мы смогли помочь людям. А значит, всё было не зря. Но это не значит, что надо скрывать такую информацию. В следующий раз обязательно всё говори.
Савчук почему-то залилась краской.
– Хорошо, – торопливо кивнула она. – Знаешь, я уже не очень хочу в театр. Обратно по такой дороге возвращаться страшно. Может, поедем ко мне? Фильм какой-нибудь глянем.
Я бы хотел побывать в театре в этом мире, но тут был согласен с Елизаветой. Хватит с нас на сегодня приключений, лучше и правда спокойно посидеть дома.
– Хорошо, – кивнул я. – Только езжай аккуратно!
Мы развернулись и снова поехали в сторону Аткарска.
– Всё-таки работа главврачом, да даже заместителем главврача, имеет свои последствия, – задумчиво сказала Елизавета. – Совсем забываю, как действовать на практике.
– Это была чрезвычайная ситуация, тут любой мог растеряться, – ответил я. – Ничего страшного.
– И всё-таки я вела себя совсем не как врач, – заметила она. – Перенервничала, начала суетиться. Эх…
– Ты очень мне помогла, – улыбнулся я. – Так что не вини себя.
Мы поехали дальше молча, каждый думая о своём. Я подумал, что не зря постоянно практикуюсь и увеличиваю запас праны. Сегодня это могло стоить кому-то жизни. Да и мальчика того я спас от сильнейшей психологической травмы.
Надо продолжать и дальше пить травяные настои и изучать, что ещё может повысить уровень праны. А ещё какими травами можно будет дополнительно лечить людей. В прошлом мире этим активно пользовались.
Надо будет до Вари снова выбраться, закупиться материалами. Да и вообще помирить их уже с бабой Дуней.
За всеми этими мыслями и не заметил, как мы подъехали к дому Савчук.
– Ну что, идём? – всё ещё как-то смущённо спросила Елизавета.
Почему она так краснеет от простого предстоящего просмотра фильма?
– Конечно, – кивнул я. – Будет здорово.
Мы провели вечер за просмотром фильма «Гарри Поттер и философский камень». Мне было очень забавно смотреть фильмы этого мира про волшебство и то, как его себе представляли люди. В этом фильме волшебники пользовались какими-то палками, из которых якобы вылетали заклинания.
Необычно, а палки-то им зачем?
Савчук приготовила нам чай с вкусными бутербродами, так что вечер прошёл отлично. Правда, под конец фильма Елизавета отчего-то погрустнела, но на мои вопросы сказала, что всё хорошо.
Около десяти вечера я от неё ушел и направился домой. И возле своего подъезда увидел Гришу и Илью. Ну разумеется.
– Ты оскорбил мою честь! – на всю улицу заявил Илья. – И теперь я вызываю тебя на танцевальный поединок!
Ёлки-иголки, я бы на такое посмотрел!
Глава 19
Напряжение между Ильёй и Гришей было нешуточное. Разве что искры в воздухе не летали. Они стояли друг напротив друга, эпично освещённые одиноким фонарём. Если бы фонарь был человеком, наверняка умер бы от стыда.
Так, на танцевальный поединок я, может быть, и посмотрел бы, но не хочу быть вовлечённым в очередную проблему. Может, притвориться невидимым? Жалко, нет мантии-невидимки, как в сегодняшнем фильме про Гарри Поттера.
Так, я невидимка, я невидимка, я невидимка…
– Саша! – окликнул меня Гриша.
Чёрт! Не вышло.
– Да-да? – невинно обернулся я к ним.
– Ты тогда будешь судьёй в нашем танцевальном поединке, Саня, – заявил Илья. – Этот недотёпа решил на меня наехать. Кто связался с Ильёй – тому плохо будет! Махаться будем, слышь!
– Этот придурок оскорбил Стасю! – в свою очередь возмущался Гриша. – Сначала промыл ей все мозги, что ему одиноко, а в кинотеатре идёт фильм, который он мечтал посмотреть всю свою жизнь. Она и согласилась с ним по-дружески сходить. А он к ней приставать начал!
– Да она просто не осознала, какой мужчина к ней пристаёт! – воскликнул Илья. – Она была бы со мной на седьмом небе! Но упустила свой шанс.
Вот как у меня в один день может поместиться починка скелета Йорика Геннадьевича, мастер-класс по готовке, авария и теперь вот это? Не уверен, что есть ещё люди кроме меня, способные всё это уместить в один день.
– Так и что в итоге? – спросил я у Гриши.
– В итоге я оказался рядом и сделал вид, что случайно оказался в том же кинотеатре, – заявил друг. – И мы втроём посмотрели этот фильм. А теперь вот я хочу разобраться с Ильёй по-мужски!
Помню я, как Гриша с Чердаком по-мужски разбирался. С фингалом потом ходил гигантским.
– Я и предложил по-мужски, с помощью танцевального батла! – отозвался Илья.
А с этим вообще без комментариев.
– Ну и как ты хочешь устроить танцевальный поединок? – спросил я у Бумагина.
Тот принялся деловито разминаться.
– Мы станцуем под песню, и жюри скажет, кто танцевал лучше, – отозвался он.
– Илья, ты сбрендил? – прямо спросил я. – Какое ещё жюри, тут только я!
– Точно, – тот почесал голову. – Может, соседей позвать?
Может, весь мир вокруг меня окончательно сошёл с ума?
– Значит так, – отчеканил я. – В ситуации тут прав Гриша. Илья, не стоило приставать к девушке, тем более нашей подруге. Ты сейчас же пойдёшь и извинишься перед ней. Иначе я тебе такой танец покажу – на всю жизнь запомнишь.
Бумагин тяжело вздохнул. Я сделал шаг в его сторону.
– Услышал меня? – холодно спросил я.
– Да услышал, – еле заметно вздрогнул тот. – Хотя я и уверен, что не виноват. Просто хотел подарить Стасе билет до рая.
Я молча посмотрел ему в глаза. Конфликта он явно не хотел, раз уж пытался свести всё к танцевальному поединку.
– Да извинюсь, лады! – воскликнул он. – Жалко, я на танцевальный поединок так-то настроился.
Да и самому жалко такое прерывать. Хотя если бы Гриша исполнил тот самый свой победный танец – победитель был бы определён единогласно.
Гриша скрестил руки перед собой и гордо кивнул. Защитник.
Мы поднялись втроём на наш этаж. Я с Гришей проконтролировали Илью, чтобы тот позвонил Стасе в дверь и извинился перед ней. Не то чтобы искренне, но как смог.
– Я бы его и сам уделал, – гордо шепнул мне друг. – Я так-то танцевать умею.
– О да, не сомневаюсь, – вздохнул я. – Гриша, ты вообще-то тоже себя ужасно повёл. Просто повезло, что Илья оказался ещё большим придурком.
Друг тут же обиженно надул губы.
– Почему это я себя плохо вёл? – как ребёнок капризно спросил он.
– Потому что ты попёрся следить за девушкой, – напомнил я. – Потому что сделал вид, что случайно встретил их в кинотеатре. Потому что влез к ним третьим. Да мало ли, нравится тебе Илья или нет? Это было не твоё дело.
– Но я же помог Стасе! – возразил тот.
– Да, в этом тебе повезло, – кивнул я. – А если бы свидание их шло хорошо, а тут влез ты? Что это вообще за перфоманс был бы?
Тот вздохнул и виновато опустил глаза.
– Ты прав, – нехотя признал он. – Но в этот раз всё было не зря!
Я махнул рукой и отправился спать. Завтра меня ожидало дежурство, Восьмое марта. А сегодняшний день оказался слишком уж насыщенным, так что надо выспаться.
Утром встал, позанимался спортом, сходил в душ и отправился на работу. Гриша дрых, укрыв голову Федей. Надо наконец подушки купить, вон как мучается человек. Хотя… зато коту хорошо!
По дороге купил букет тюльпанов, чтобы подарить своей медсестре.
Лена уже была в кабинете, выглядела она прекрасно. Пришла в платье, с причёской и с лёгким макияжем.
– С Восьмым марта тебя, теперь уже официально, – протянув цветы, улыбнулся я. – Ты сегодня чудесно выглядишь!
– Спасибо, – смутилась она. – Слушай, а где Геннадий? Неужели тот таинственный подкидыватель его забрал назад?
Я кратко рассказал ей удивительные похождения Геннадия. Лена удивлённо покачала головой.
– Так он, оказывается, Йорик, – хмыкнула она. – В жизни бы не подумала, что он на самом деле из морга.
– Патологоанатом у нас очень весёлый человек, – отозвался я. – Будет иногда отдавать Геннадия Йориковича нам, чтобы скелету не было скучно.
Лена приспособила старую кружку под временную вазу, поставила цветы на подоконник.
– Надеюсь, сегодня будет не очень много народу, – протянула она. – Так работать не хочется!
Я включил компьютер и открыл МИС. Пока что никто не был записан, но в дежурные дни пациенты записывались день в день.
Лена тем временем просматривала новостную ленту.
– Саша, про тебя статья тут! – вдруг воскликнула она. – В новостях Аткарска. Смотри.
Показала мне телефон. Там виднелся заголовок крупными буквами: «ДТП на трассе Аткарск-Саратов. Врач из Аткарска спас жизни пострадавших».
Была приложена фотография двух разбитых машин. Людей в них не было, видимо, это было снято уже после того, как мы уехали. И сама статья:
'Вчера, 7 марта, на трассе Аткарск-Саратов произошло серьёзное ДТП. Водитель легковой машины не справился с управлением на скользкой дороге и выехал на встречную полосу, столкнувшись с кроссовером. Пострадали три человека: женщина 30 лет (пассажир легковушки), мужчина 50 лет (водитель кроссовера) и мальчик 10 лет (пассажир кроссовера).
На месте происшествия оказался врач-терапевт Аткарской ЦРБ Александр Агапов, который ехал мимо и остановился, чтобы помочь. Он оказал первую помощь всем пострадавшим, остановил кровотечение, наложил повязки и дождался приезда скорой помощи. Все пострадавшие доставлены в областную больницу Саратова. Их состояние оценивается как стабильное, угрозы жизни нет.
Александр Агапов отказался от комментариев, скромно заявив, что «просто делал свою работу». Мы благодарим доктора Агапова за его профессионализм и отзывчивость!'
Приятно, конечно, хотя я ни от каких комментариев не отказывался. Меня никто и не просил их давать, если уж на то пошло. Интересно, откуда вообще вся эта информация? Инспектор ГИБДД быстро написал или тот мужчина? Непонятно.
Лена тем временем смотрела на меня с искренним восхищением.
– Саша, ты герой! – заявила она. – Что ж не рассказываешь?
– Да тут нечего рассказывать, – пожал я плечами. – Просто помог. Не думал, что это вообще в новости попадёт.
– Ты герой, – упрямо заявила Лена. – Не каждый бы так смог. А что ты вообще там делал?
– По делам ехал, – уклончиво ответил я.
Лена кивнула и принялась дальше листать новостную ленту. А я невольно подумал, как бы злился Власов, если бы он ещё работал и увидел бы такую статью. Он обычно максимально с этого бесился. Вспомнить хотя бы Прошкина.
Я продолжал следить за тем пациентом. Всё-таки реплантация конечности дело серьёзное. Осложнений у него не было, пока что не выписали.
– Ещё новость про новые лекции! – прервала мои мысли Лена. – Написано, что первая лекция состоится сегодня в три часа дня, вход свободный для всех желающих. А вот последующие лекции уже будут по триста рублей стоить. Слушай, давай сходим?
Я удивлённо посмотрел на неё.
– Сегодня же Восьмое марта, – сказал я. – Думал, у тебя планы после работы.
Лена смущённо пожала плечами.
– Домой решила не ездить, так что нет планов, – ответила она. – И интересно послушать, что же там такого будут говорить на этой лекции.
– Тогда давай после неё сходим в «Инь-Янь», отметим праздник, – предложил я девушке. – Что же тебе дома-то сидеть.
– Давай, я за, – радостно ответила медсестра. – Будет здорово!
Я решил заодно написать Грише, чтобы он пригласил Стасю. Вчетвером ещё веселее, да и он загладит так свою вину за вчерашнее приключение. Ответ пришёл незамедлительно: «Ну не знаю, может, и приглашу. Я напишу!»
Гриша в своём репертуаре. Я позвонил в ресторан, забронировал столик на пять часов. Затем задумался о предстоящей лекции.
Коршунова меня предупреждала. Нанятый лектор из Саратова, платный вход. Интересно. Шмелёв начал действовать.
За свой проект «Школы здоровья» я не боялся. У меня и аудитория постоянная есть, и вход свободный, и я врач. А вот такие лекции пока что вызывали только подозрение.
Дверь кабинета тем временем резко распахнулась без стука, и появилась Татьяна Александровна. Ну и манеры!
– Доброе утро, – приподняв бровь, поздоровался я. – Чего вы хотели?
– Доброе, – буркнула она разочарованно. – Просто проверяю, пришли ли вы на дежурство.
Она бросила красноречивый взгляд на Лену. Я понял, проверка исключительно для медсестры. Пришла ли она на работу восьмого марта.
– Конечно, пришли, – отозвалась Лена. – Зря вы так волновались.
– Я не волновалась, – фыркнула та и вышла из кабинета.
Что это вообще было? Осознал, что забыл поздравить её с Восьмым марта. Ну ладно. Не то чтобы я из-за этого вообще расстроился. Забыл и забыл.
К нам тем временем записали первого человека, и работа закипела.
Примерно через час и двоих принятых людей в кабинет настойчиво постучали, и вошёл Ткачёв Никита Александрович. Патологоанатом что, совсем без выходных работает?
– Саша, у меня проблема! – с порога заявил он.
Я слышал это чаще, чем «доброе утро» или «как дела».
– Что такое? – спросил я.
– Ко мне пациент пришёл! – выдохнул Никита. – Но он не мой, а твой. То есть он живой, а я-то с живыми не работаю!
И правда, проблема.
– В каком смысле к тебе, перепутал? – уточнил я.
– Да в том-то и дело, что нет, – ответил патологоанатом. – Пришёл, постучал в дверь. Я открываю, а он такой: «Здравствуйте. Я мёртв, так что мне к вам. Куда мне лечь?»
А теперь история начинала звучать очень жутко. Я уставился на Никиту.
– Серьёзно? – переспросил я.
– Да! – тараторил тот. – Я подумал, шутит. Посмеялся. А он серьёзно! Сказал, что умер вчера в три часа ночи и пришёл оформляться. И что-то мёртвых-то я не боюсь, а этого испугался.
– Где он? – решительно поднялся я.
– Так в кабинете у меня, в морге, – ответил Никита. – Идём скорее!
Я оставил Лену за главную, и мы с Никитой пошли в морг. В его кабинете на стуле и правда сидел живой мужчина. Лет сорока пяти. Худой, бледный, в пальто и шапке. Сидел ровно и спокойно смотрел в одну точку.
– Здравствуйте, – поздоровался я с ним.
Он медленно повернул на меня голову и уставился спокойным тусклым взглядом.
– Здравствуйте, – ответил он. – Вы пришли делать вскрытие?
– Для начала как вас зовут? – спросил я.
– Звали, – поправил мужчина. – Уточкин Дмитрий Иванович.
Уже неплохо.
– Почему вы думаете, что умерли, Дмитрий Иванович? – осторожно спросил я.
– Я это знаю, – ответил Уточкин. – Вчера в три часа ночи я умер. Почувствовал, как моё сердце остановилось, а дыхание прекратилось.
А теперь плохо.
– Но вы сейчас дышите, – заметил я. – А сердце у вас явно бьётся.
– Это не моё сердце, – ответил Дмитрий Иванович. – Это чужое. Оно и двигает моё тело, но сам я труп.
Я задал ещё несколько осторожных вопросов. Уточкин отвечал спокойно и каждый раз всё сводил к одному. Он мёртв, он труп. И никакие аргументы он не принимал.
Что ж, синдром Котара, определённо. Состояние, при котором человек убеждён, что он мёртв, органы его не работают, а сам он гниёт. Психическое заболевание, я сталкивался с таким впервые.
Проверил его праной. Физически он здоров. Но в головном мозге у него дисбаланс. Нейромедиаторы работают не как надо, серотонин и дофамин низкие.
Я это не исправлю. Моя прана просто не сможет это всё починить. Значит, план Б.
– Дмитрий Иванович, вам надо в больницу, – осторожно сказал я. – У вас болезнь, и её можно вылечить.
Насколько я знал, медикаментозно синдром Котара стабилизировался за пару недель.
– Мне всё равно, – равнодушно отозвался он. – Если хотите лечить мой труп – пожалуйста.
По крайней мере, он не сопротивляется. Это уже радует.
Я вышел в коридор и позвонил Карине Вячеславовне. Несмотря на Восьмое марта та ответила. Сказала, что пришлёт сейчас к нам собственную скорую помощь, чтобы забрать пациента.
Пока ждали скорую, пациент молчал. Я заполнил прямо в морге свой осмотр и направление. Дождались санитаров, те погрузили Уточкина в машину. Хотя тот и не сопротивлялся.
И они уехали. Да, ну и ситуация! А ведь в прошлой жизни прана тоже не могла лечить психические заболевания. С помощью праны можно помочь совладать с сильной эмоцией. Страх, тревога. Проконтролировать уровень гормонов.
Но психические состояния – это нечто посерьёзнее. И целители так и не научились с этим справляться.
Если бы я умел тогда это лечить – наверняка смог бы помочь Грише. И он бы не примкнул к Мортису…
Интересно, возможно, в этом мире я научусь этому. Всё-таки здесь прана работает по-другому. И тогда я смогу помогать и таким пациентам.
Но пока что пришлось отправить его в психиатрическую больницу. Однако там ему точно помогут, в этом я уверен.
– Вот поэтому-то я и предпочитаю работать с мёртвыми! – заявил Ткачёв. – С ними как-то всё предсказуемо, что ли. А тут раз, и приходят всякие Уточкины!
– Ну, такой синдром встречается редко, это тебе просто так повезло, – усмехнулся я.
– Везунчик, ага, – хмыкнул Никита. – Спасибо, что помог!
Я вернулся в поликлинику, кратко рассказал ситуацию Лене. Она, конечно, удивилась.
И мы продолжили приём обычных пациентов.
После работы мы с Леной отправились в Дом Культуры. Он находился напротив парка, от нас минутах в двадцати ходьбы.
Возле входа встретили Ирину Петровну и Вику.
– Вы тоже решили сходить, Александр Александрович? – обратилась ко мне Вика. – А мы гадали, придёте вы или нет!
– Да, решил узнать, что тут будут рассказывать, – кивнул я. – Раз уж первая лекция бесплатная.
– У меня многие спрашивали, не вы ли её читаете, – поделилась Вика. – Я всем отвечала, что нет. В общем, на эту лекцию зазывался народ прям очень активно. Правда, день они выбрали странный, всё-таки Восьмое марта.
Да, это мне и самому казалось нелогичным. Ну, кто знает, может, их лектор мог только сегодня.
– С праздником вас, – чуть с запозданием поздравил я своих женщин профилактики.
– Спасибо, – улыбнулись Вика и Ирина Петровна.
Мы вошли внутрь, сдали свою одежду в гардероб. Внутри было оживлённо, я заметил многих завсегдатаев своих лекций. Некоторые тоже спрашивали у меня, не я ли сегодня читаю.
Возле входа в зал встретили даже Тейтельбаума и Жидкова.
– Прекрасные дамы, всех с праздником, – поздравил всех Жидков. – Не думал, что в такой день вы посетите подобное мероприятие.
– Всем просто интересно, насколько же хуже это будет по сравнению с лекциями нашего Агапова, – улыбнулся Тейтельбаум. – Я вот считаю, что в сто раз хуже.
– Будет полная лажа, как вы, молодежь, говорите, – кивнул Жидков. – Уверен.
– Мне приятно за такую поддержку, но давайте не судить раньше времени, – улыбнулся я. – Это лектор из Саратова, он может рассказать что-то новое и интересное.
Зашли в зал. Большой, просторный, с рядами кресел. Впереди была сцена с микрофоном, проектором, большим экраном. По бокам стояли столики с водой, чаем, кофе.
У входа стоял знакомый мне журналист Даниил Щербаков с фотоаппаратом. Я не стал к нему подходить, просто помахал рукой.
В общем, организация была на уровне. Совсем не как мои лекции в маленьком конференц-зале поликлиники.
Мы нашли свободные места и расселись. Ровно в три часа на сцену вышел лектор. Мужчина лет сорока, среднего роста, полноватый, в чёрном костюме и очках. Его волосы были зачёсаны назад и буквально блестели от геля. На лице была широкая натянутая улыбка.
Он подошёл к микрофону. Постучал по нему пальцем. Звук от этого был неприятный, и лектор сам же поморщился.
– Добрый вечер! – громко сказал он. – Меня зовут Антон Георгиевич Стропов. Я специалист по здоровому образу жизни. Нутрициолог. Коуч по питанию и здоровью. Автор трёх книг о правильном питании.
Так перечисляет всё это, будто это самопрезентация, а не лекция. Впрочем, для коучей это как раз и свойственно.
– Сегодня я расскажу вам об основах здорового образа жизни, – продолжил Стропов. – О том, как правильно питаться, как заботиться о своём здоровье, как жить долго и счастливо!
Он щёлкнул пультом. На экране появилась презентация. Заголовок: «Основы здорового образа жизни».
Мне в моих лекциях презентаций не хватало очень часто, но у нас в конференц-зале не было проектора. Приходилось обходиться без него.
– Все болезни от неправильного питания! – громко заявил коуч Стропов. – Если вы едите неправильно – вы болеете. Если правильно – здоровы. Это известный закон природы.
Я бы поспорил, но в конфликты решил не вмешиваться. Посмотрим, что он ещё скажет.
– Каждый день нужно пить минимум два литра воды! – продолжал Антон Георгиевич. – Обязательно! Чтобы выводить все токсины и не отравлять организм!
Два литра – слишком усреднённая рекомендация. Если у человека больные почки или сердце, то такой объём воды может быть опасен.
– Не забывайте про детокс! – громко сказал Стропов. – Каждый месяц нужно очищать организм от токсинов! Я рекомендую детокс-коктейли на основе сока сельдерея, лимона и имбиря!
А вот и ещё один миф. Организм способен очищаться сам. Для этого нам и даны природой печень и почки. Но я снова решил не вмешиваться. Это не моя лекция.
Стропов продолжал. Говорил про суперфуды, семена чиа, годжи, спирулина, про отказ от глютена, даже если нет целиакии, про щелочную воду и то, как она якобы лечит рак.
На моменте про интервальное голодание и то, что каждый человек обязательно должен голодать по три дня в месяц, я не выдержал и поднял руку.
– Но длительное голодание опасно, – заметил я. – Особенно для людей с диабетом, гастритом, язвой. Это может вызвать обострение болезней, гипогликемию, обморок. Как вы это объясните?
Стропов замялся. Улыбка стала ещё более натянутой.
– Ну, конечно, есть исключения, – сказал он. – Если у вас болезни, то не нужно. Но для здоровых людей это очень полезно!
– Что же вы этого не сказали! – возмутилась одна из слушательниц.
– Каждый должен сам знать свой организм, – отрезал Стропов. – Продолжим!
Удобная позиция, ага. По этой позиции и предыдущий Агапов не виноват в состоянии Веры Кравцовой был. Ведь она сама должна была знать свой организм, ага.
Стропов тем временем перешёл на сыроедение и сказал, что это панацея ото всех болезней. Я снова поднял руку.
– Да? – уже раздражённо спросил Стропов.
– Вы говорите про сыроедение, – сказал я. – Но сырое мясо и рыба могут содержать паразитов. Сальмонеллу, листерию, глистов. Это опасно. Особенно для детей, беременных, пожилых. Как вы это объясните?
Стропов побледнел.
– Я имел в виду растительное сыроедение, – быстро ответил он. – Не мясо.
Но почему-то снова забыл это уточнить.
Лекция закончилась минут через двадцать. Быстрое и поверхностное изложение медицински неверной информации. Я видел, как недовольно перешёптывались люди.
Стропов выключил презентацию и натянул ещё большую улыбку.
– Ну вот, – сказал он. – Это были основы здорового образа жизни. Если хотите узнать больше – приходите на следующие лекции. Они будут более подробные. Билеты по 300 рублей. Покупайте заранее!
Он щёлкнул пультом. На экране появилось объявление: «Следующая лекция состоится 15 марта. Тема: „Детокс и очищение организма“. Цена билета 300 рублей».
Антон Георгиевич спустился со сцены. Подошёл к столику у выхода и достал из сумки стопку книг.
– А ещё, – громко сказал он, – у меня есть книги! Для тех, кто хочет подробнее разобраться в этой теме. Три книги о правильном питании! «Детокс за 7 дней», «Суперфуды для здоровья», «Живи без болезней»! Цена 500 рублей за каждую книгу! Покупайте! Это инвестиция в ваше здоровье! И вы не найдёте этой информации в свободном доступе.
Ага, понятно. Так это была не лекция, а прогрев для покупки совершенно никому не нужных книг. Люди массово принялись расходиться.
Я слышал то тут, то там недовольные возгласы. Все говорили, что лекция была ни о чём.
Пара человек всё-таки подошла к Стропову. Я не стал их останавливать, покупка этих книг – их личное дело.
– Ну и бред, и вот это продвигает наша мэрия! – усмехнулся Тейтельбаум. – Этот торгаш считает себя суперэкспертом, видимо.
– Согласен, – хмыкнул Жидков. – Самое полезно, что тут было – это слова нашего Агапова.
Остальные люди по большей части были согласны с этим мнением. Это был полный провал, а не лекция.
Мы с Леной собрались к выходу, но тут меня поймал Даниил Щербаков. Это был тот самый журналист, который писал статью про нашу операцию по реплантации конечности.
– Привет, – широко улыбнулся он мне. – Есть минутка?
– Я подожду в холле, – тут же сориентировалась Лена. – Заодно очередь в гардероб займу.
Я кивнул, и Даниил отвёл меня в сторону.
– В общем, нужна твоя помощь, – заявил он. – В одном очень деликатном деле.
Ну уж в чём-в чём, а в деликатных делах я мастер! К сожалению…
– А в каком именно? – уточнил я.
Щербаков тщательно огляделся по сторонам.
– Слабительное выбрать, – тихо сказал он. – Для Якубова.
О, а вот это мне начинает нравиться!
