Текст книги "Изгой Высшего Ранга. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Виктор Молотов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 55 страниц)

Ваня тут же сорвался с дивана и убежал. Даже «до свидания» не сказал. Не оценил он моего гостеприимства.

Думаю, больше я его не увижу. Как и того, второго. Они оба усвоили урок – это было прекрасно видно по их реакции, они слишком сильно испугались меня. И наверняка расскажут об этом случае остальным студентам, которые принимали участие в акции с чёрными рамками.

А те, кто не успокаиваются после таких демонстраций, испытывают уже не страх, а злость. Словно у них вообще инстинкт самосохранения отсутствует. Я уже научился предугадывать действия обидчиков по их реакциям на ответку. И благо осталось совсем немного тех, кто реально может выкинуть что‑то стоящее.

В общем, когда дверь починили, а нарушители были наказаны, я отправился на завтрак. Предстоял насыщенный день.

Самым первым занятием в расписании стояла базовая артефакторика. Та самая, которую я не особо любил. А чтобы разобраться с заданием ректора, этот предмет мне и нужен.

Но по дороге в учебный корпус пришло сообщение о том, что аудитория поменялась. Странно. Обычно о таких вещах заранее предупреждают. Хотя, может, это опять телефон тупит. Вчерашнее расписание мне же так и не пришло.

Я проверил номер кабинета и пошёл к корпусу артефакторики и алхимии. Поднялся на третий этаж, нашёл нужную дверь. Заглянул внутрь. И сперва подумал, что здесь какая‑то ошибка.

Группа была совершенно другая. Вместо знакомых первокурсников мелькали незнакомые лица. Кто‑то уже сидел за столом, кто‑то разговаривал у окна. Но все они покосились на меня с любопытством.

Только один из студентов оказался мне знаком. За третьей партой сидела Таисия и мило мне улыбалась.

Преподаватель был тот же, что и в прошлый раз – Кротовский Степан Геннадьевич. Пожилой мужчина с седой бородкой и круглыми очками.

– Так, я точно не ошибся? – я ещё раз проверил расписание на телефоне.

Экран, как обычно, завис на полминуты, но потом всё‑таки показал информацию. Вроде верно пришёл.

– Нет, молодой человек, никакой ошибки нет, – Кротовский улыбнулся. – Приказом ректора вы переведены в продвинутую группу.

– Зачем меня сюда перевели?

Эта новость меня, мягко говоря, не обрадовала.

– Маг S‑класса должен быть развит во всех направлениях. Так что проходите, присаживайтесь, Глеб Викторович. Теперь у нас с вами вместо одного занятия в неделю будут все пять, – ответил преподаватель.

Твою ж дивизию. Вот именно об этом я всю жизнь и мечтал!

Глава 4

Я осмотрел аудиторию в поисках свободного места. Большинство парт уже было занято, все расселись, как только преподавателем было объявлено о начале занятия.

Зато Таисия помахала мне рукой и указала на свободное место рядом. Единственное свободное.

Я подошёл и сел рядом. Других вариантов всё равно не было.

– Глеб! Не ожидала тебя здесь увидеть, – она мило улыбнулась. – Тебя тоже перевели в продвинутую группу?

– Сам не ожидал здесь оказаться, – честно ответил я. – Приказ ректора.

– Артефакторика – это очень полезно, – Таисия кивнула. – Я ещё в подготовительной школе для магов училась основам. Ну, знаешь, куда отправляют детей с магическим потенциалом.

– И как это было? – спросил я, чтобы поддержать разговор. Пока Степан Геннадьевич чертил на доске задание.

– Интересно. У нас тогда ещё не было своей магии, мы же были детьми, поэтому нам выдавали специальные кристаллы, чтобы мы учились работать с тонкими потоками маны.

Это она помнит в деталях. А вот про семью ответить не может. Или не может вспомнить. Странно всё это.

Решил проверить свою догадку.

– Твои родители хотели, чтобы у тебя был небоевой профиль? – спросил я как бы невзначай.

Таисия замялась. На секунду её взгляд стал каким‑то пустым. Словно она пыталась найти ответ и не могла.

– Они просто хотели, чтобы у меня были разные варианты развития, – наконец смущенно ответила она.

Так я и думал. Не помнит.

– Итак, – голос преподавателя прервал мои размышления. – Начнём с основ. Кто может сказать, что такое руна?

Кто‑то из студентов поднял руку и забубнил что‑то про «магические символы». Кротовский кивнул и начал объяснять подробнее.

В общем, руны – это символы, которые наносятся на любую поверхность. В них вкладывается энергия вместе с волей мага. Функции самые разные: защитные, атакующие, поглощающие, усиливающие. Да хоть какие, по сути.

– Лучше всего руны работают в схемах, – продолжал Кротовский, рисуя на доске сложный узор. – Одиночная руна – это как один кирпич. Полезно, но ограниченно. А схема из десятков рун – это уже здание.

Он постучал мелом по доске.

– Но любая схема начинается с базы. И самая главная руна для новичка – это руна стабилизации, – объяснил Степан Геннадьевич.

На доске появился простой символ. Круг с тремя линиями внутри, образующими что‑то вроде буквы «Y».

– Принцип простой, – Кротовский повернулся к нам. – Вы направляете тончайший поток маны и «рисуете» им символ на поверхности. Символ передаёт вашу волю. В данном случае – волю к стабильности, к устойчивости.

– А можно без символа? – спросил кто‑то.

– Теоретически да. Можно вкладывать волю напрямую. Но это требует десятилетий практики. Символы – это костыли, которые упрощают процесс. Так что не пренебрегайте ими.

Понятно. Тончайший поток маны образует символ. Сам знак символизирует волю.

Звучит просто. На практике наверняка сложнее.

– Приступайте, – Кротовский указал на тетради перед нами, причем самые обычные, ведь для начертания рун подходит что угодно. – Первая страница. Руна стабилизации. У вас десять минут.

Я уставился на чистый лист. Так, нужен тонкий поток.

Сосредоточился. Попытался выпустить минимальное количество энергии…

И тут же тетрадь вспыхнула.

– Твою ж!.. – я отдёрнул руку.

Кротовский среагировал мгновенно. Взмах руки, и струя ледяного воздуха погасила пламя. Ну да, у него же магия льда. Сам работает вместо огнетушителя.

– Афанасьев, – он посмотрел на обугленные остатки моей тетради. – Это был самый быстрый провал на моей памяти.

Несколько студентов хихикнули. Я тяжело вздохнул, но отвечать им не стал. Иначе так каждому не наотвечаешься.

– Давай я помогу, – тихо предложила Таисия. – Ты же помог мне с Фазовым сдвигом. Я уже хорошо его освоила благодаря тебе. Считай, это благодарность.

Я до сих пор ей не доверял, но отказываться было бы странно.

– Ладно, – кивнул я.

Кротовский выдал мне новую тетрадь. Таисия придвинулась ближе. Так, что я ощутил запах её цветочных духов.

– Смотри, – она взяла мою руку. – Проблема в концентрации. Ты выпускаешь слишком много энергии. Нужно сузить поток. Представь, что ты смотришь через игольное ушко.

– Игольное ушко? – нахмурился я. Звучало это странно.

– Да. Вся твоя энергия – это река. А тебе нужна одна капля. Сосредоточься на этом ощущении.

Я попробовал снова. Река… капля… игольное ушко…

– Опять слишком много, – констатировал я, глядя на дымящуюся бумагу.

– Почти! – Таисия подула на тлеющий край. – Ещё тоньше. Ты же S‑класс, у тебя огромный запас. Нужно научиться контролировать его выплески.

Третья попытка. Я уже вспотел от напряжения, пытаясь удержать поток на минимуме.

Но в этот раз руна засияла.

– Получилось? – я с недоверием уставился на светящийся символ.

– Молодой человек, – Кротовский подошёл к нашей парте. – Давайте проверим, что у вас вышло.

– Может, лучше не надо? – осторожно предложил я.

Что‑то мне подсказывало, что результат будет не самым стандартным.

Но преподаватель уже протянул руку к руне. Коснулся её пальцем, активировал своей магией.

И исчез. Просто исчез!

В аудитории повисла тишина. А потом начался настоящий хаос:

– Что⁈

– Куда он делся?

– Афанасьев, ты что натворил⁈

– Ну вот, – Таисия присвистнула. – Сбылось твоё желание. Видимо, твоя воля перевесила символ. О чём ты думал, когда его начертал?

– О том, как не хочу ходить на артефакторику, – признал я.

Хотя мне не верилось, что вложение воли работает настолько легко.

– Тогда всё логично, – задумалась Таисия. – Куда его отправило?

Система, отследи траекторию!

[Анализ пространственного следа… ]

[Субъект перемещён на 847 метров]

[Направление: северо‑запад, вниз]

[Глубина: приблизительно 40 метров под землёй]

[Сигнатура сохранена]

Степан Геннадьевич под землёй. Ну отлично. Надеюсь, что его не переместило в толщу породы или в канализацию. Тогда даже связи ректора не помогут мне этот экзамен сдать.

Хотя я не сомневался, что маг с его опытом точно выживет. Сможет сохранить кислород на пару минут, пока мы не вытащим его обратно.

Я сосредоточился на сигнатуре и открыл портал. Благо по имеющемуся следу это было гораздо проще, чем создавать с нуля. И он сразу вышел стабильным.

Разрыв в пространстве появился прямо посреди аудитории.

– Я за ним, – бросил я и шагнул внутрь.

– Подожди! – Таисия рванула следом.

Остановить я её не успел. И мы оказались в каком‑то подземелье. Здесь было темно и сыро. Каменные стены покрыты мхом. На подземные тренировочные полигоны под Академией не похоже.

– Степан Геннадьевич! – позвал я.

– Здесь, – донеслось откуда‑то слева.

Кротовский стоял посреди пустого зала, осматриваясь с выражением крайнего удивления на лице.

– Невероятно, – пробормотал он, увидев нас. – Руна пространственного переноса. Создана на первом занятии. Такого я ещё не видел за тридцать лет преподавания.

– Простите, – я развёл руками. – Я не специально.

– Не специально? – он хмыкнул. – Афанасьев, вы создали рабочую руну телепортации, просто думая о том, как не хотите быть на уроке. А я уверен, что именно об этом вы и думали. Ну или уже мечтали избавиться от меня, – усмехнулся он, но без злобы. – Это… это даже не талант. Это что‑то за гранью моего понимания.

Он подошёл ближе, разглядывая меня с каким‑то новым интересом.

– Вам не нужны стандартные руны, – медленно произнёс он. – Вы уже вкладываете свою волю напрямую. Артефакторы учатся этому долгие годы. Кто‑то только к старости осваивает это мастерство. А у вас получилось с третьего раза.

– Как? – спросил я.

Степан Геннадьевич пожал плечами. И ответил:

– Когда‑нибудь я это узнаю и сообщу вам.

Таисия лишь стояла рядом со мной и улыбалась.

– А теперь возвращайте нас обратно. Там у студентов наверняка паника. Да и вообще, в эти подземелья спускаться строго запрещено. Поэтому лучше уходить быстрее, чем нас заметят, – последнее Степан Геннадьевич сказал уже шёпотом.

Стоит поторопиться. Да и я понимал, куда он клонит – помещение скорее похоже на ритуальный зал. Значит, какой‑то цели он служит. Но подробнее преподаватель точно мне не ответит.

Я снова открыл портал по остаточному следу.

[Навык «Открытие порталов» улучшен]

[Прогресс освоения: 12 %]

Неплохо. Хоть какая‑то польза от этого бардака.

Мы вышли обратно в аудиторию. Там действительно царил хаос: студенты столпились у двери, кто‑то уже побежал за помощью.

– Тихо! – рявкнул Кротовский.

Все замерли.

– Всё в порядке. Небольшой инцидент. Возвращаемся к занятию, – объявил он.

– А что случилось, Степан Геннадьевич? – спросил беловолосый парень с задней парты.

– Ничего страшного, просто Афанасьеву удалось вложить в символ столько своей воли, что он пересилил саму волю руны, – буднично ответил преподаватель.

Студенты расселись по местам, бросая на меня опасливые взгляды. Ну да, теперь они знают, что со мной лучше не связываться. Могу случайно телепортировать куда‑нибудь в подземелье.

– Как? – вопрошавший замер. – Вы же говорили, что для этого нужно практиковаться десятилетиями!

– Видимо, есть исключения, – пожал плечами преподаватель.

Все в аудитории посмотрели на меня.

– Это вообще возможно? – прошептала девушка за соседней партой. – У него же только начались занятия.

– Я слышал, что маги S‑класса могут странные вещи творить, – так же тихо ответил ей сосед и помотал головой. – Но чтобы так…

Я старался не обращать внимания на шёпот. Но краем глаза заметил, как несколько человек достали телефоны. Наверняка уже строчат в свои чаты.

К вечеру об этом будет знать вся Академия.

Прекрасно. Ещё больше внимания – именно то, чего мне не хватало.

– Следующее задание, – Кротовский нарисовал на доске новый символ. – Руна поглощения. И Афанасьев…

Он посмотрел на меня.

– Попробуйте на этот раз думать о чём‑то другом. Более безопасном. Я не хочу ещё раз оказаться под землёй.

– Постараюсь, – кивнул я.

Руна поглощения. Нужно думать о поглощении магии. А не о том, как я ненавижу артефакторику.

Сложно, но попробую. Что уж.

Я сосредоточился. Вспомнил, как Печать Пустоты поглощала Дар Громова. Как энергия втекала в меня, заполняя пустоту внутри.

Вывел из руки поток маны. Тончайший. Даже тоньше, чем в прошлый раз.

Весь взмок от напряжения. Капля пота скатилась по виску. Но я держал контроль.

Руна засияла мягким светом.

– Получилось? – я снова с недоверием посмотрел на результат.

Кротовский проверил руны у соседней парты и подошёл ко мне, присмотрелся.

– Хм. Выглядит правильно. Давайте проверим, – он коснулся руны, вливая в неё немного энергии для активации… И побледнел.

– Что… – он пошатнулся. – Что за…

– Степан Геннадьевич? – я поднялся, уже испугавшись за преподавателя.

– Моя мана, – он схватился за грудь.

Кротовский отошёл к своему столу и тяжело опустился на стул. Выглядел он так, словно пробежал марафон.

– Руна вышла правильно… Только одно «но», Афанасьев, – выдохнул он. – Ваша руна поглотила весь мой запас маны. Весь. До капли. За одно касание.

Теперь уже все уставились на меня в полной тишине. Больше никто не шептался.

– Никогда бы не подумал, – Кротовский покачал головой, – что у мага S‑ранга может быть потенциал к артефакторике. Это крайне странно для боевого профиля.

– Я удивлён не меньше вашего, – честно ответил я.

Занятие продолжилось. Но больше мои руны преподаватель проверять не стал. У него просто не осталось маны. Обещал проверить всё на следующем занятии, когда восстановится.

А я сидел и думал: что это было? Почему мои руны работают не так, как у других? Это может быть связано с Печатью Пустоты или с особенным Даром Громова. А может, играет роль что‑то ещё.

Вопросов становилось всё больше. Ведь каждый день я узнавал себя с новой стороны. Но ответов на большинство этих вопросов пока не находилось.

После артефакторики по расписанию шла пространственная магия. Я вышел из аудитории и направился к нужному корпусу.

– Глеб, подожди! – Таисия догнала меня, пристроившись рядом. – Ты же на пространственную? Мне туда же.

– Да, туда, – сухо ответил я.

– Глеб, – она вышла вперёд и заглянула мне в глаза. – Неужели ты талантлив во всём, к чему прикасаешься?

– Что? – нахмурился я.

Это уже была совсем неприкрытая лесть. Хотя не скажу, что звучало фальшиво. Таисия прекрасно играет свою роль, в чём бы она ни заключалась.

– Серьёзно. Ты показал выдающиеся результаты на нескольких предметах, – она чуть замялась. – Я за тобой следила.

– Зачем ты за мной следила?

– Ну… – она отвела взгляд. – Ради интереса. Все за тобой следят, Глеб. Ты же знаменитость. Маг S‑класса, бывший Пустой. Конечно за тобой все наблюдают.

Логично. Но интуиция мне подсказывала, что её интерес – не просто любопытство.

– И что ты выяснила? – спросил я.

– Что у тебя выдающиеся способности, – она улыбнулась. – Во всём. Ты как царь Давид, только вместо золота превращаешь в силу всё, к чему прикасаешься.

– И что дальше?

Она улыбнулась и пожала плечами.

– Ты отличный пример для любого мага. К такому и стоит всем нам стремиться. Кстати, а что насчёт второго личного занятия по пространственной магии? Мне очень понравилось.

– Поговорим об этом позже. Сегодня у меня практика, и не знаю, когда получится выделить время, – уклончиво ответил я.

Пока не решил для себя, как относиться к этой девушке.

– Буду ждать, – улыбнулась она, а глаза загорелись азартом.

Мы продолжили идти. Таисия что‑то рассказывала про предстоящее занятие, но я слушал вполуха. Думал о другом.

Интересно, можно ли заказать в Академию доставку? Неизвестно, когда мне получится выбраться до магазина техники, а телефон нужен уже сейчас.

Возможно, их тут тоже выдают для малоимущих, но как‑то я не хотел об этом узнавать. Всё‑таки уже я могу себе позволить.

Надо спросить у Дружинина про доставку. Или у ребят в чате, если я туда когда‑нибудь попаду.

Пока я размышлял, телефон завибрировал. Наконец пришло сообщение от Даши, причём, судя по всему, она отправила его ещё вчера. Точно пора менять телефон…

Я ответил, и благо в этот раз всё отправилось без косяков. Мы договорились о другой встрече и пожелали друг другу хорошего вечера. Всё‑таки это было приятно, хоть она прислала и всего два сообщения.

Поэтому дальше я направился к Харину уже с хорошим настроением.

Занятие по пространственной магии проходило на том же полигоне, где я недавно тренировался с Дружининым. Длинный коридор, руны поглощения на стенах, мишени в конце.

Преподаватель Михаил Николаевич Харин построил нас в шеренгу. Сам он держал в руках бумажный стаканчик с кофе, ароматный запах которого чувствовали все. Видимо, он большой любитель. Ведь в лекционном классе, закреплённом за нами, я даже кофемашину заметил.

– Сегодня продолжаем отрабатывать Пространственное лезвие, – объявил он. – Или Пространственный разрез, кому как удобнее называть. Суть одна.

Он прошёлся вдоль строя.

– Это базовая атакующая техника. Проще всего осваивается, чаще всего применяется в бою. Поэтому на ней делаем особый упор. Ваша задача – научиться вкладывать больше маны в разрез. Чем больше энергии, тем мощнее удар, тем выше шанс пробить шкуру монстра, – продолжил он объяснять.

Логично. Собственно, именно это я и тренировал вчера.

Харин подошёл к пульту управления и выставил параметры. В конце полигона выдвинулась мишень. Массивная, с неровной поверхностью.

– Имитация брони монстра класса А, – пояснил преподаватель, а затем отпил кофе из стаканчика.

– Класса А? – возмутился парень слева от меня. Кажется, его звали Олег. – В прошлый раз же на В тренировались!

– Нужно стремиться к совершенству, – невозмутимо ответил Харин. – Вы пространственные маги. У вас редкая специализация. Вас не будут гонять на простые разломы. Так что привыкайте к трудностям с самого начала.

По шеренге прокатился недовольный ропот. Но возражать никто не решился.

Мне, честно говоря, было всё равно. Вчера я уже бил по А‑классу. Правда, тогда только царапины оставлял. Но с тех пор кое‑что изменилось.

Я получил седьмой уровень. И улучшил Пространственный разрез на 100 %.

Посмотрим, на что я теперь способен.

– Дистанция сто пятьдесят метров, – Харин указал на мишень. – Это максимум, который показала Лебедева на прошлом занятии. К концу сегодняшней тренировки все должны достичь этого предела. Вопросы?

Вопросов не было.

– Тогда начинаем. По очереди. Климов, вы первый, – позвал он парня С‑ранга.

Парень с рыжими волосами вышел вперёд. Сосредоточился. Выпустил разрез. Лезвие пролетело метров сто и рассеялось, не долетев до цели.

– Слабо, – констатировал Харин. – Следующий.

Второй студент показал примерно такой же результат. Третий – чуть лучше, но всё равно не дотянул.

Четвёртый и пятый наконец достали до мишени. Но удары были слабыми, даже царапин на поверхности не оставили.

Пока наблюдал за остальными, за спиной услышал шёпот:

– А этот мужик всегда будет на наших занятиях?

Я слегка обернулся. Двое парней косились на Дружинина, который стоял у стены со скрещенными руками.

– Это же куратор Афанасьева, – ответил один из них.

– И что? Он меня напрягает. Зачем ему следить за взрослым парнем?

– Боится, что его кто‑то покалечит, – хмыкнул первый.

– Скорее, чтобы он никого не покалечил, – тихо произнёс второй.

После этих слов оба замолчали.

Я сделал вид, что не слышал. Хотя в чём‑то они были правы. После сегодняшнего урока артефакторики моя репутация только укрепилась.

Вообще, с каждым днём всё больше и больше студентов Академии узнают, на что я способен. А вместе с этим и желающих вступить со мной в конфликт становится меньше. Всё‑таки среди магов достаточно много адекватных людей.

– Лебедева, ваша очередь, – объявил Харин и наконец допил свой кофе. А потом стакан просто исчез в его руках. Наверняка в мусорку с помощью магии переместил.

Таисия вышла вперёд. Выдохнула, сосредоточилась. Её разрез пролетел все сто пятьдесят метров и врезался в мишень.

На поверхности осталась неглубокая царапина.

– Неплохо, – кивнул Харин. – Потенциал есть. Работайте над мощностью. Вы вполне сможете научиться пробивать мишень.

Таисия вернулась в строй, довольная похвалой. И улыбнуться мне не забыла.

– Афанасьев, – преподаватель посмотрел на меня. – Завершаете.

Я вышел вперёд. Встал в позицию.

Так, посмотрим, что изменилось после прокачки. Пробивная сила увеличена на сто процентов. Расход энергии снижен.

Сосредоточился. Вложил энергию в разрез, вышло примерно столько же, сколько вчера на тренировке.

Лезвие пронеслось через весь полигон и врезалось в мишень с глухим звоном. Мишень не сломалась. Но погнулась очень заметно. Осталась вмятина в центре, трещины по краям.

В помещении повисла тишина. Все внимательно наблюдали за моей практикой.

– Ещё раз, – сказал Харин. Голос у него был странный. То ли удивлённый, то ли настороженный.

Я не стал спорить. Снова сосредоточился, вложил чуть больше энергии.

Второй разрез ударил по самому краю. Но мишень разлетелась на куски.

– Фига се… – выдохнул кто‑то за спиной.

Харин молча посмотрел на обломки. Потом перевёл взгляд на меня.

– Интересный результат, Афанасьев. Мощности вашим техникам и правда не занимать. А что вы ещё умеете?

– Всё, что умею, я уже показывал на тестировании, – спокойно ответил я. – Сейчас просто выполняю задания, и всё.

Преподаватель покачал головой. Он явно помнил, что было тогда, и прекрасно понимал, как сейчас изменилась моя техника.

Ну не буду же я ему говорить, что смог в два раза улучшить свой навык за одну ночь благодаря системе.

– Хорошо. Остальные, продолжаем тренировку. Ваша цель – хотя бы поцарапать мишень класса А к концу занятия, – указал он.

Я вернулся в строй. Чувствовал на себе взгляды однокурсников: удивлённые, недоверчивые, завистливые.

– Как он это сделал? – прошептал Олег соседу. – Я не понимаю: сколько нужно вложить энергии для такого результата.

– Он S‑ранг, – ответил тот. – У него совсем другие возможности. Не сравнивай себя с ним.

– Но всё равно… Таисия считалась лучшей в этой технике. А он её результат с первой попытки перебил.

Таисия, кстати, смотрела с каким‑то странным выражением. Словно изучала меня.

Остаток занятия прошёл без происшествий. Мы по очереди били по новым мишеням, Харин давал советы и корректировал технику.

Мне ни разу не удалось с одного удара пробить мишень с имитацией А‑класса. Всегда требовалось два или три броска лезвия на полной мощности. Поэтому мне Харин в итоге сказал:

– Мощности у вас хватает, а вот точности – нет. Над этим стоит хорошо поработать. У вас большинство лезвий проходят не по центру мишени, а уходят в бок. Это проблема. Если будете попадать в одно место, то повысите эффективность и не придётся бить третий раз.

Я обещал поработать над этим на следующих тренировках. Всё‑таки для пространственного мага координация крайне важна. Ещё бы понять, как её улучшить.

После пространственной магии были ещё занятия: теория разломов, история магии, физподготовка. Ничего особенного.

К середине дня я уже чувствовал на себе взгляды каждого встречного. Слухи разлетелись по Академии со скоростью лесного пожара. Случившееся на занятии артефакторики все активно обсуждали. Правда, шёпотом, думая, что я не замечаю.

Дальше у меня в расписании стояла практика, поэтому я направился к выходу.

У КПП уже собралась наша группа: Лена, Саня и Денис. Все в боевой форме, как и я.

– О, явился, – Денис помахал рукой. – Мы тут уже минут десять торчим.

– Пробки в коридоре, – отшутился я.

Дружинин стоял чуть в стороне, разговаривая с кем‑то по телефону. Он закончил, убрал трубку и подошёл к нам.

– Все на месте? Отлично. Сейчас выдвигаемся, – сообщил он.

– А куда едем? – спросила Лена.

– Разлом D‑класса в пригороде. Ничего сложного, для первой практики – самое то.

– Надеюсь, в этот раз всё пройдёт идеально, – Лена в третий раз проверила выданный комплект снаряжения.

Охранник на КПП выглянул из будки:

– Ваши сопровождающие прибыли. Можете идти к машине!

Мы вышли за ворота Академии. Там стоял большой, чёрный грузовик с эмблемой ФСМБ на корпусе. На похожих нас и в центре подготовки возили.

А рядом с ним стояли трое магов в боевой форме. Двое мужчин и женщина. Я узнал их сразу.

Это была команда Громова. Те самые маги, которые были рядом с ним в тот день, когда он погиб, защищая Санкт‑Петербург. Когда его Дар перешёл ко мне.

Один из них – высокий мужчина с седыми висками – шагнул вперёд и посмотрел прямо на меня.

– Так вот ты какой, – произнёс он, – преемник Василия Громова.