Текст книги "Изгой Высшего Ранга. Трилогия (СИ)"

Автор книги: Виктор Молотов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 52 (всего у книги 55 страниц)

Я слушал, запоминал имена и заслуги. Каждый из этих людей рисковал жизнью, каждый внёс свой вклад. Они заслужили эти награды.

– А теперь, – голос президента изменился, стал торжественнее, – я хочу отметить человека, чей путь в магию был самым необычным.

Я напрягся. Даша сжала мою руку.

– Многие из вас слышали его историю. Восемь лет он считался Пустым – человеком без магической предрасположенности.

Зал притих. Я почувствовал на себе сотни взглядов.

– А потом судьба дала ему шанс. Дар великого Василия Громова выбрал его своим наследником. И этот человек не подвёл свою страну. Глеб Викторович Афанасьев. Прошу на сцену.

Даша ещё раз сжала мою руку.

– Иди, – шепнула она. – Я горжусь тобой.

Я встал. Сотни глаз следили за каждым моим шагом. Камеры снимали. Журналисты строчили в блокнотах. Вспышки мелькали со всех сторон.

Прошёл между рядами. Поднялся по ступеням на сцену. Остановился перед президентом.

Вблизи он выглядел старше, чем по телевизору. Морщины у глаз, седина на висках, усталость в глубине зрачков. Человек, который несёт на плечах тяжесть целой страны.

– За разработку революционной методики зачистки разломов, – начал читать он. – За спасение жизней гражданских и военнослужащих при ликвидации разлома класса С в одиночку. За проявленное мужество и самоотверженность. За уничтожение террористической ячейки организации «Чёрные ученики»…

Список был длиннее, чем я ожидал. Успехи последних недель, сжатые в сухие канцелярские формулировки.

– … награждается орденом «За заслуги перед Отечеством» четвёртой степени.

Президент взял золотую медаль и приколол мне на грудь.

– Я очень рад, – произнёс он тихо, так, чтобы слышал только я, – что Василий Громов оставил такого преемника. Он бы гордился вами, Глеб Викторович.

Я просто кивнул, и мы пожали руки. Зал снова взорвался аплодисментами, и я спустился к своему месту.

Это было гораздо приятнее, чем я ожидал. Хотел вести себя спокойно, но в итоге не удержался от улыбки. Ведь ещё месяц назад я был никем, а сегодня сам президент вручил мне медаль. Это дорогого стоило.

Награждение продолжилось, и где‑то через полчаса, после официальной части, начался фуршет.

Столы с закусками были расставлены вдоль стен. Чего там только не было, даже икра, устрицы, крошечные канапе с чем‑то непонятным, но наверняка дорогим. Официанты в белых перчатках разносили шампанское на серебряных подносах. Негромкая классическая музыка играла из невидимых динамиков.

Гости разбились на группы, общались, смеялись. Обычная светская тусовка, только уровнем повыше. Те же разговоры ни о чём, те же улыбки, за которыми скрываются расчёт и интересы.

Ко мне подходили люди. Поздравляли, жали руку, представлялись.

– Генерал‑лейтенант Толиков. Поздравляю, молодой человек. Громов был моим другом, рад видеть, что его дело в надёжных руках.

– Спасибо, – сдержанно ответил я ему, как и всем остальным.

Заодно подметил, что многие называли Громова своим другом. Но сомневаюсь, что это было в действительности так. Просто люди хотели через эту формулировку расположить меня к себе.

Имена, лица и звания сливались в один поток. Я кивал, благодарил, запоминал что мог. Большинство поздравлений звучали искренне, некоторые – откровенно фальшиво.

Даша держалась рядом, помогая ориентироваться в этом море лиц и званий. Она знала некоторых присутствующих по семейным связям или по рассказам родителей.

– Видишь того высокого, в сером? – шепнула она, когда мы отошли к столу с напитками. – Михаил Фетисов, глава ассоциации магов. Очень влиятелен и очень опасен, как говорил отец. Не доверяй ему ни на грош.

– Понял. Неужели ты перед приходом сюда с отцом проконсультировалась?

– Ну да, – задорно улыбнулась Даша. – Надо же было понимать, куда иду. О, вон женщина рядом с ним – его жена, урождённая Голицына. До революции её род был княжеским. Говорят, она умнее мужа, и половина его решений – на самом деле её.

– Учту. Хотя пока не представляю, как мне вообще это может понадобиться.

– О, вон тот мужчина в синем мундире у колонны – адмирал Дарузин. Командует морскими операциями против разломов. Честный человек, отец один раз консультировал его. Дарузин вообще в Санкт‑Петербурге живет, а сюда на награждение приехал.

Полезная информация. Я запоминал, складывал в голове карту связей и отношений. Этот мир был не менее опасен, чем разломы. Просто здесь убивали не когтями и клыками, а словами и интригами.

К нам подошёл Андропов, и я с облегчением выдохнул. Хоть кто‑то знакомый!

– Глеб Викторович, – он протянул руку. – Поздравляю. Я даже не ожидал, что вы попадёте на это награждение. Оно проходит раз в год. Но это заслуженно.

– Взаимно, – я пожал его ладонь.

Камеры тут же защёлкали. Конечно, два героя вечера жмут друг другу руки – отличный кадр для завтрашних газет.

– Можем отойти? – негромко спросил Андропов. – Есть разговор. Не для лишних ушей.

Я кивнул. Посмотрел на Дашу, и она понимающе улыбнулась.

– Я подожду у закусок. Не торопись, – сообщила она и отошла.

Мы вышли в коридор. Здесь было гораздо тише – только охрана у дверей, никаких журналистов.

– Вам уже сообщили? – спросил Андропов без предисловий.

– Об экзамене? – нахмурился я.

– Нет, экзамен – это фикция, – Андропов усмехнулся. – Просто ФСМБ нужен официальный повод, чтобы перевести вас в оперативники. Иначе у общественности будет слишком много вопросов, почему студента отправляют на высокоранговые разломы.

– То есть они не сомневаются в моих способностях?

– Ни капли. Особенно в свете последних событий, где вы раз за разом очень хорошо себя показывали. Даже Громов развивался медленнее. Ему потребовалось три года, чтобы достичь того уровня, на котором вы сейчас.

Громов… Опять это сравнение. Я начинал к нему привыкать, но каждый раз оно царапало. Я не Громов. Я – это я. Со своими сильными сторонами и слабостями.

И не хотелось бы постоянно ассоциироваться с человеком, которого я даже не знал. Хоть и благодарен ему за возможность стать магом.

– В таком случае, о чём я должен знать? – спросил я. – Вы же подошли не просто поболтать о бюрократии.

– Верно, – Андропов огляделся, убедился, что нас никто не слышит. – ФСМБ скоро сообщит официально, но я решил, что вам стоит узнать раньше и подготовиться.

Я кивнул, внимательно слушая.

– Разлом A‑класса открылся сегодня в Чёрном море. В сотне километрах от ближайшей суши, – обозначил Андропов.

A‑класс – это серьёзно. Это десятки, может, сотни мощных тварей. Это угроза для целого региона.

– И в чём сложность? Кроме очевидной?

– В воде его не оцепить, – Андропов скрестил руки на груди. – На суше мы выставляем периметр, контролируем зону, не даём тварям разбредаться. В море это невозможно. Монстры расплываются во все стороны.

– Но твари не могут уходить далеко от портала. Они привязаны к источнику энергии, – это было общеизвестное правило, и я убедился в том, что оно работает, при закрытии разлома в Сибири.

– Так считалось. Но теперь многое меняется, – его лицо стало мрачнее. – Я закрыл пятнадцать разломов за последний месяц. И все они были с каким‑то подвохом. Нестандартные твари, необычное поведение, ловушки. Словно монстры по ту сторону учатся.

– Или экспериментируют, – добавил я, вспомнив станцию метро и Чёрных учеников, которые подпитывались от разлома.

За всем этим явно стоит кто‑то разумный.

– Возможно, – Андропов кивнул. – Поэтому нам нужны лучшие маги для этого разлома.

– Когда выдвигаемся?

– Сразу после вашего «экзамена», – он усмехнулся, выделив слово кавычками. – Чёртова бюрократия. Да и на этот раз нужно время на подготовку. Для нас пригонят один из флагманских боевых кораблей, который ни одна тварь потопить не сможет.

– Кто ещё будет?

– Лучшие маги из разных отрядов. Я, команда Громова, вы и ещё несколько специалистов. Вашу команду из студентов не возьмём, уж простите.

A‑класс посреди моря – это не учебный полигон. Там можно погибнуть очень легко. И я не готов рисковать жизнями ребят.

– Я понимаю, – кивнул я. – Они ещё не готовы.

– Рад, что вы это понимаете. Некоторые молодые маги переоценивают себя. И недооценивают опасность.

После разговора мы пожали руки и вернулись в зал, к светским разговорам и притворным улыбкам.

Остаток приёма прошёл в том же духе.

Ко мне подходили люди, поздравляли, знакомились, приглашали куда‑то. Я вежливо благодарил и ничего не обещал. Улыбался и кивал в нужных местах.

Даша вернулась с двумя бокалами – яблочный сок для меня, минералка для неё. Алкоголь я не пил принципиально, она тоже решила воздержаться. На таком вечере хотелось сохранять холодную голову, чтобы не напортачить.

Время шло. Гости постепенно расходились. Музыка стала тише, официанты начали убирать пустые бокалы. Вечер близился к концу.

Ближе к полуночи ко мне подошёл молодой человек. Примерно моего возраста. Правильные черты лица, чуть надменное выражение. Дорогой костюм – явно пошитый на заказ, идеально сидящий на фигуре. Запонки с бриллиантами, часы стоимостью в квартиру.

Я попросил Дашу принести другой сок, и она понятливо удалилась. Этот момент мы обговорили заранее.

– Фетисов, – представился подошедший, хотя на самом деле я мельком наблюдал за ним весь вечер. – Борис Михайлович.

Пожал мою руку. Причём хватка была крепкая, словно он пытался что‑то доказать.

– Поздравляю с вашими достижениями. Впечатляющий путь: от Пустого до героя за несколько месяцев, – продолжил Борис.

– Спасибо, – сухо ответил я и посмотрел ему прямо в глаза.

И не увидел в них ни капли вины. Только ненависть.

– Надеюсь, скоро и я смогу так же хорошо послужить стране, – он улыбнулся, но как‑то фальшиво. – У меня предрасположенность к S‑рангу. Скоро получу Дар и присоединюсь к защитникам отечества.

– Получите Дар, когда я умру? – прямо спросил я.

Мы стояли вдалеке от журналистов, и благо этот момент никто не заснимет. Или же со стороны покажется обычной беседой.

– Простите? – улыбка исчезла с лица парня.

– Вы же так упорно хотели меня убить. Думали, я не узнаю? Тень выдал ваше имя перед смертью, – теперь улыбнулся я.

– Он не мог… У нас же был контракт, – сказав это, парень спешно закрыл рот руками.

Вот и попался!

– Мог, – спокойно ответил я. – Кстати, в последнем вашем бокале было то, что исследовательский центр ФСМБ назвал «зельем правды». Прямо как во всяких фэнтези‑книжках. Хорошая вещь, не правда ли?

Оно не заставляет говорить правду напрямую, а просто снижает самоконтроль. Человек начинает проговариваться, если его правильно подтолкнуть. С каким‑нибудь опытным шпионом оно не поможет, но Борис был не из таких, его готовили к другому.

Причём в России оказалось всего три человека с предрасположенностью к S‑классу. Но второму и третьему шестнадцать и двенадцать лет соответственно. Так что под мой случай подходил всего один человек. К тому же он был из влиятельной семьи, и ресурсы для заказа группировки опытных магов у него имелись.

А ещё такого человека не осудишь без доказательств. Поэтому у меня в кармане находилось небольшое устройство прослушки, и агенты ФСМБ весь вечер слушали, что я говорю.

И если бы в итоге Фетисов не признался, то можно было также свести всё к недоразумению. А учитывая, что в других местах он ходит под конвоем охраны, подлить ему инновационный препарат не представлялось возможным. По крайней мере, не в ближайшее время.

Крылов на этот план согласился неохотно. Но понимал, что если Фетисов и есть заказчик, то доказательств нужно больше, чем слова мёртвого террориста, которые слышал только я.

– Это ничего не доказывает. Скоро ты, выскочка, заплатишь за то, что забрал Дар, предназначающийся мне, – тихо процедил он. Вот и вскрылась вся ненависть.

Он явно не хотел привлекать внимания и портить репутацию.

– Нет, – улыбнулся я.

За спиной Фетисова появились двое в штатском. Я узнал их – охрана ФСМБ. Та же выправка, тот же взгляд, что и у людей Крылова.

– Борис Михайлович Фетисов? – спросил один из них. – Пройдёмте с нами. У нас есть несколько вопросов.

– В чём дело? – Фетисов резко побледнел. – В чём меня обвиняют?

– Не обвиняют, – поправил второй охранник. – Это уже доказано. Советуем не сопротивляться и не привлекать внимание. Иначе всё это попадёт в объективы журналистов. Вам ведь не нужен скандал?

Фетисов сглотнул. Огляделся по сторонам, но никто из присутствующих не спешил ему на помощь. Все вдруг стали очень заняты своими разговорами. Отводили глаза, отворачивались.

– Мой отец… он всё уладит… вы не понимаете… – голос Фетисова задрожал.

– Ваш отец тоже ответит на несколько вопросов, – сообщил охранник. – А теперь – пройдёмте. Не заставляйте нас применять силу.

– Вы думали, что являетесь законным наследником. Но я разочарую. Этот Дар предназначался именно мне, – сказал я негромко, так, чтобы слышал только он.

После этого глаза парня расширились. Он понял, что я не шучу.

Фетисова быстро увели. Причём безо всяких скандалов. Кажется, окружающие не поняли, что произошло. Ведь парень пошёл сам, его даже за руки никто не держал. Как я и предполагал – такой человек ни за что не расстанется со своей репутацией.

Однако сомневаюсь, что после всего произошедшего удастся избежать проблем с его отцом. Он наверняка будет либо мстить, либо искать другие рычаги влияния на меня.

А Крылов ещё не верил. Грозился, что если будет скандал, то он меня самого оштрафует.

Теперь же генерал смотрит на меня со стороны и недоумевает. Да я и сам не ожидал от себя, что смогу разработать подобный план. И что он ещё и сработает.

Кажется, что доступ к коллективному опыту я уже получил, хоть Система это и отрицает. Однако чей это опыт – большой вопрос.

Глава 13

– Глеб Викторович, мне иногда кажется, что у вас совершенно отсутствует чувство самосохранения, – сказал Дружинин, стоящий передо мной.

– Мне иногда тоже так кажется, – честно ответил я.

Куратор вздохнул и покачал головой. А я задумался.

Раньше я и правда был более осторожен. Например, не отвечал тому же Марату, чтобы не заработать лишних проблем.

Сейчас же я постоянно оказываюсь в гуще неприятностей. И не то чтобы не думаю о последствиях, как раз наоборот. Прекрасно их осознаю и принимаю. Даже если одно из последствий – моя собственная смерть.

Безрассудно? Лишь отчасти. И то, если не знать подоплёки в виде Системы.

Что‑то внутри меня кардинально изменилось. Система явно что‑то сделала с моим восприятием опасности. Теперь меня преследует такое чувство, будто я уже преодолел миллион трудностей. Будто всё повидал, хотя на самом деле мне всего восемнадцать и большую часть жизни я провёл в детдоме.

Это ощущение искажало реальность. Делало меня смелее, чем следовало бы.

Я ничего не мог с этим поделать. Точнее, мог, но не хотел. Эта новая версия меня нравилась мне больше, чем старая. Тот Глеб, который терпел и молчал, остался в прошлом. Надеюсь, навсегда.

– Глеб Викторович, ещё раз вас спрашиваю, – Дружинин нахмурился, скрестив руки на груди, – вы уверены, что вам это нужно? Экзамен можно провести в любом другом формате. Я договорюсь с ректором.

– А смысл? – я посмотрел ему в глаза. – Проверять меня на учебных мишенях? Мы оба знаем, что это пустая трата времени.

– Зато безопасная трата времени.

Конечно, у куратора работа – меня охранять. А я снова лезу в самое опасное место, которое только можно придумать.

– Андрей Валентинович, через несколько дней меня отправят на разлом A‑класса посреди Чёрного моря. Там не будет контролируемых условий и наблюдателей за стеклом. Там будут монстры, которые захотят меня сожрать. Лучше я проверю себя здесь и сейчас. Так и вы, и я будем знать, на что я реально способен.

Дружинин помолчал, словно считал, что мои способности явно переоценены Крыловым и Хариным. Потом тяжело вздохнул.

– Логика в ваших словах есть. Но мне она не нравится.

– Мне тоже, – честно признался я. – Но я всё равно туда зайду.

Если Чёрные ученики смогли заключить сделку с кем‑то разумным, я его уничтожу. Посреди города не должен оставаться соблазн, который в любой момент может искусить других магов.

Это и есть истинная причина, почему я настаивал на одиночном закрытии.

Но говорить об этом ФСМБ? Тогда меня точно в одиночку не отпустят. А я всем нутром чувствовал – мне надо внутрь. Было похожее чувство, когда я на первой практике зашел в разлом Е‑класса. Желание, которое невероятно трудно преодолеть. Некое ощущение, что поступаю правильно.

Хотя разумно спросить: правильно для кого? Думаю, для самой Системы. А раз тот, кто вложил в меня эту программу, знал будущее, ему есть смысл доверять. Кто‑то ведь знал, что именно я получу Дар Громова. И кто‑то ведёт меня к определённой цели.

Пусть эта цель до конца не ясна, но я собираюсь её достичь. Это моя плата за Дар. Это мой долг.

Я повернулся к разлому. Он висел над путями заброшенной станции метро, пульсируя багровым светом. Но, в отличие от обычных разломов, этот был затянут чёрной дымкой, словно кто‑то накинул на него траурную вуаль. Я заметил эту особенность ещё в прошлый раз, когда пришёл сюда за Поляковым.

– Эта дымка мешает нашим датчикам, – пояснил один из оперативников ФСМБ, заметив мой взгляд. Невысокий мужчина в полевой форме, с планшетом в руках. – Показания скачут, калибровка сбивается каждые десять минут.

– То есть вы не знаете точно, что там внутри? – уточнил я.

Недавно я передал дрон Максима ФСМБ, и они собирались провести разведку с его помощью перед тем, как пускать меня в разлом.

– Даже то, что это D‑класс, установили не сразу. Несколько лет ушло на анализ энергетического фона, – он помолчал, глядя на экран планшета. – И за всё это время оттуда никто не выходил, ни одной твари.

Я не стал говорить, что ожидаю увидеть внутри не просто монстров, а кого‑то разумного. Того, кто ждёт, что к нему придут сами. Кто умеет ломать разум и предлагать сделки. И возможно, он заманивает своих жертв, даже находясь внутри.

Чёрные ученики как‑то черпали силу из этого разлома. Тень регенерировал отрезанную ногу за секунды благодаря энергии оттуда. Значит, они договорились с тем, кто находится внутри.

И этот «кто‑то» до сих пор там. Ждёт следующего клиента.

Хм… а что, если мое желание войти туда – это тоже влияние существа в разломе?

[Ментального влияния не обнаружено]

Система, а ты сама, часом, не оказываешь на меня ментальное влияние?

Вдруг захотелось уточнить этот момент.

[Система создана только для обучения и передачи опыта]

[Ментальное влияние на носителя отсутствует]

[Конечные решения всегда принимает носитель]

[Система имеет право только давать носителю подсказки]

Подсказки какого формата? А то слишком туманно она объясняет.

[Подсказки могут быть любого формата]

Значит, Система не стала отрицать, что у неё существует возможность побуждать во мне те или иные желания. Но хитрая программа решила и не подтверждать, хотя теперь всё и так очевидно.

Я обернулся. Позади собралась целая делегация. Крылов лично прибыл на мой экзамен и сейчас стоял чуть в стороне с непроницаемым лицом.

Ректор Юрашев тоже находился здесь. Он то и дело хмуро поглядывал на часы. Рядом с ним стояли несколько чиновников из министерства, которых я не знал.

И команда Громова стояла чуть в стороне. Алексей, Станислав и Ирина должны были отправиться мне на выручку, если что‑то пойдёт не так.

Алексей поймал мой взгляд и едва заметно кивнул.

– Готовы? – спросил Крылов.

– Да.

– Связь внутри работать не будет. Дымка глушит все сигналы, через неё даже новый дрон не проходит. Если что‑то пойдёт не так, то просто возвращайтесь. Никто не будет думать о вас хуже.

– Понял, – кивнул я.

– И ещё, Афанасьев, – генерал чуть понизил голос. – Постарайтесь вернуться живым. У нас ещё Чёрное море на повестке. Не хотелось бы искать замену в последний момент.

Видимо, так он хотел напомнить, что моё безрассудство аукнется смертью других жителей России, словно я и сам этого не понимал. Такая себе провокация.

– Постараюсь не разочаровать, – слегка усмехнулся я.

А затем повернулся к разлому. И направился к нему.

Дымка потянулась ко мне, словно живая. Холодная, влажная, неприятная, как прикосновение слизня. Я прошёл в неё и почувствовал пронизывающий до костей холод.

Словно шагнул не в другое измерение, а в морозильную камеру. Дыхание тут же вырвалось облачком пара и тут же растаяло.

Я огляделся, давая глазам привыкнуть к полумраку. На этот раз вокруг была огромная пещера. Стены покрыты чем‑то склизким: мхом или плесенью, в этом освещении не разобрать. Под ногами хлюпала мутная вода. Пахло сыростью и гнилью, как в террариуме с рептилиями, только в тысячу раз хуже. Воздух казался разреженным, будто я оказался на вершине горы. Каждый вдох давался с усилием.

[Локация определена: Грибное Царство]

[Класс угрозы: неизвестен (замаскирован)]

[Атмосфера: пригодна для дыхания, содержание кислорода понижено]

[Рекомендация: повышенная осторожность, ограничить время пребывания]

Звучит как название из детской сказки. Только вот сказки обычно не пахнут разлагающейся плотью.

Я двинулся вперёд по широкому тоннелю. Поверхности здесь были усеяны огромными грибами, какие‑то размером с человеческую голову, а некоторые и больше.

Часть грибов светилась тусклым зеленоватым светом, давая достаточно освещения, чтобы не спотыкаться.

Мхи свисали с потолка длинными космами, похожими на седые волосы старухи. Под ногами что‑то хрустело: то ли высохшие грибницы, то ли кости. Не хотелось даже наклоняться и проверять.

Однако монстров вокруг не было.

Обычно же твари нападали сразу, едва переступаешь порог. Это настораживало.

Я прошёл метров двести. Тоннель петлял, разветвлялся, снова сходился. Грибы становились крупнее: некоторые уже были мне по пояс, с толстыми мясистыми ножками. Мох стал гуще, он свисал почти до пола.

Но по‑прежнему ни одной твари…

– Я ждал тебя.

Голос раздался позади. Негромкий, с явным акцентом, словно русский язык был для говорящего чужим. Но слова складывались правильно.

Я резко обернулся, формируя пространственный разрез в правой руке. Но никого не увидел. Словно голос был нереальным. Словно это лишь галлюцинация.

– Кто ты? – спросил я вслух.

– Я тот, кто позволит тебе возвыситься до небес. Так говорят в вашем мире, верно? – голос звучал отовсюду и ниоткуда одновременно. Эхо накладывалось на эхо, создавая странный хоровой эффект. – Я тот, кто способен подарить тебе бессмертие. Если заключишь со мной сделку.

Вот оно что. Тварь перешла прямо к делу, без прелюдий.

– Твоя сделка не помогла остальным выжить, – сказал я спокойно, медленно поворачиваясь, пытаясь определить источник голоса. – Чёрные ученики мертвы. Я лично об этом позаботился.

Ответом мне стал смех.

– Потому что они были слабаками. Жалкими, ничтожными червями, возомнившими себя драконами. Не понимали, что я даю им лишь крохи своих сил. Большего их жалкие тела не выдержали бы, – наконец ответило существо.

– А я, значит, другой?

– О да. Ты – совсем другой.

Из темноты тоннеля начала выплывать фигура. Медленно, словно давая мне время рассмотреть.

Но я не увидел ничего конкретного, лишь небольшую тень, стоящую посреди свисающих мхов. Словно она поднялась с земли и решила со мной поговорить.

[Существо идентифицировано: Повелитель Разума]

[Ранг: S]

[Класс угрозы: КРИТИЧЕСКИЙ]

[Специализация: ментальное воздействие, манипуляция сознанием, контроль разума]

[Особенность: иммунитет к большинству физических атак]

[Рекомендация: не поддаваться влиянию. Покинуть локацию. Избегать длительного контакта]

S‑ранг находился в разломе, который классифицирован как D‑класс. Либо классификация вышла ошибочной с самого начала, либо эта тварь пришла сюда извне.

Или пряталась здесь все эти годы. Ждала подходящую жертву. Ждала меня?

– В отличие от тех слабаков, – продолжило существо, подплывая ближе, – я вижу в тебе бесконечный сосуд. Огромную пустоту, которая способна вместить целый океан силы. Ты можешь покорить этот мир. С моей помощью, разумеется.

Интересный выбор слов. Откуда оно это всё знает? Такими метафорами выражается, словно и правда сказок перечитал.

Система, я смогу победить это существо?

[Анализ… Вероятность победы в прямом бою: 3 %]

[Вероятность серьёзных повреждений при попытке: 94 %]

[Вероятность летального исхода: 67 %]

[Альтернативный вариант: закрытие разлома снаружи. Вероятность успеха: 67 %]

Паршивый расклад. Но благо есть и другие варианты.

– И зачем тебе моя сила? – спросил я. Нужно больше информации перед тем, как уйти отсюда. – Что ты получишь от этой сделки? Альтруизмом здесь явно не пахнет.

Существо издало звук, похожий на хихиканье.

– Умный мальчик. Задаёшь правильные вопросы. Мне нравится.

Я молчал, ожидая ответа. Не вёлся на провокации.

– Ты способен открывать новые проходы. Разломы, как вы их называете. Двери между мирами, – существо подплыло ещё ближе ко мне. – Для наших армий. Пространственная магия такого уровня – редкость даже в нашем мире. Последний, кто владел ей на твоей стороне, умер совсем недавно. И передал силу тебе.

Существо говорило о Громове. И оно явно не собиралось скрывать истинные намерения. Наверняка потому, что и плату предлагало соответствующую.

– Откуда ты знаешь о нём?

– О, я знаю многое. Я касался разумов тысяч существ по обе стороны разломов. Собирал знания, как другие из вас собирают монеты. Твой предшественник был очень силён. Но упрям. Отказался от моего предложения перед своей смертью. Надеюсь, ты окажешься мудрее.

Вот оно что. Это существо обитает не только здесь, а может перемещаться между разломами. И его влияние выходит далеко за пределы открытого портала, из которого я пришёл.

Теперь понятно, почему этот разлом был законсервирован, а не закрыт. Других существ здесь нет, Система это тоже подтвердила. А Повелитель Разума выбрал это место для приманивания своих жертв.

– Так что я уверен, – голос сущности стал чересчур мягким, – мы сможем договориться. Скажи мне, чего ты хочешь? Чего жаждет твоё сердце?

– А что ты можешь предложить? – я искренне делал вид, что заинтересован.

– Всё. Власть над миром? Легко. Женщины? Можешь выбрать с десяток красавиц, любых, каких пожелаешь. Они обретут бессмертие и вечную молодость вместе с тобой. Будут любить тебя до скончания времён.

– Соблазнительно, – признал я.

И это была правда. Слова твари проникали внутрь, будили что‑то тёмное. Я уже ощущал, как существо пытается воздействовать на мой разум. Но пока не настойчиво, словно не хочет, чтобы я это заметил.

– Деньги скоро перестанут что‑то значить, – продолжало оно. – Когда наши армии пройдут через порталы, всё изменится. Старый порядок рухнет. Всё будет подчиняться закону силы. А ты станешь сильнейшим. Правой рукой новых владык. Благодаря мне.

Сладкие речи. Соблазнительные обещания. Яд, завёрнутый в мёд.

И я ведь правда задумался. Не потому, что хотел власти или женщин. Деньги меня никогда особо не интересовали, я и так вырос без них и научился обходиться малым. Но слова существа задели что‑то глубоко внутри. Старую рану, которая так и не зажила.

Зачем я защищаю всех этих людей? Восемь лет они издевались надо мной. Восемь лет я был никем. Ошибкой природы, как называло меня общество.

А теперь я должен рисковать жизнью, чтобы их защищать? Тех самых людей, которые плевали мне в лицо?

Может, проще принять предложение и стать сильнейшим для другой цели? Пусть те, кто меня унижал, сами узнают, каково это – быть слабым и беспомощным. Пусть ползают у моих ног, умоляя о пощаде…

Стоп.

Я тряхнул головой, отгоняя чужие мысли. Это не я думаю. Это существо лезет в голову и находит больные места, давит на них.

Нельзя поддаваться.

Не все эти люди были плохими. Далеко не все. Умом я это понимал.

Например, Саня быстро понял, что слухи про Пустых – это всего лишь предрассудки. И извинился за всё содеянное.

Даша защищала меня с первого дня колледжа, когда это было опасно для её репутации. Она единственная, кто тогда видел во мне человека, а не клеймо.

Громов и вовсе отдал мне свой Дар. Поверил в меня, когда никто не верил. Даже не зная меня, он увидел что‑то достойное.

Нет. Я не предам их. Не предам человечество! Среди них много достойных людей.

– Нет, – ответил я вслух.

Существо замерло. Тень заклубилась.

– Нет? – удивлённо переспросило оно. – Ты говоришь мне «нет»?

– Именно. Сделки не будет.

– Но почему? – оно искренне не понимало. – Я предлагаю тебе всё, о чём может мечтать смертный. А ты отказываешься?

– Потому что цена слишком высока.

– Какая цена? Я ничего не прошу взамен, кроме…

– Кроме предательства, – закончил я за него. – Кроме того, чтобы я открыл двери для ваших армий. Чтобы помог уничтожить мой мир.

Существо снова издало тихий смех.

– Твой мир уже обречён, люди сами это понимают. Это нельзя остановить. Вопрос лишь в том, на какой стороне ты окажешься. На стороне победителей или в могиле вместе с остальными.

– Посмотрим, – сухо ответил я.

А затем развернулся и пошёл к выходу. К разлому, который пульсировал в дальнем конце пещеры багровым светом.

– Постой, – в голосе твари засквозила сталь. – Ты даже не попробовал то, что я предлагаю. Не ощутил вкус настоящей силы. Позволь мне показать…

От существа потянулись чёрные дымчатые нити. Они были частью той дымки, что окутывала разлом снаружи. Она ползла по стенам, по полу, по потолку, стремясь окружить меня со всех сторон.

Я выставил пространственный барьер, и сфера искажённого пространства вспыхнула вокруг меня.

Дымка прошла сквозь него. Словно барьера не было вовсе.

– Пространственная магия не работает против меня, – в голосе существа слышалось удовлетворение. – Я существую на другом уровне реальности. Твои барьеры для меня как паутина для ветра.

Забавно наблюдать, как древнее существо использует подобные метафоры в своих речах.

– Будущего у тебя нет, – голос прозвучал совсем рядом, хотя сама тварь осталась на своём месте. – Ты отсюда не выйдешь. Пока не согласишься. Либо по‑хорошему, либо по‑плохому. Выбирай.

Дымка коснулась моей руки. Холод был такой, что кожа онемела мгновенно, словно погрузил руку в жидкий азот. И снова появились чужие мысли, пытающиеся просочиться внутрь моей головы.

Образы вспыхнули перед глазами. Я сижу на троне, а армии преклоняют колени. Марат ползает у моих ног, умоляя о пощаде. Даша смотрит с восхищением и любовью. Мир принадлежит мне…

[Внимание: обнаружено ментальное воздействие]

[Уровень угрозы: высокий]

[Целостность сознания: 94 %]

[Активирована защита сознания]

[Рекомендация: немедленно покинуть зону воздействия]

Я напряг каналы, пропустил через них волну маны, как уже делал раньше. Нагрузка на магические каналы возросла до 185 %. Чужое присутствие отступило, образы рассыпались.

Но дымка продолжала наползать.

Я активировал Фазовый сдвиг и переместился на двадцать метров ближе к разлому. Дымка осталась позади, растерянно клубясь там, где я стоял секунду назад.