Текст книги "Спящие карты"

Автор книги: Виктор Мурич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 19 страниц)

– Каюсь. Собирался. Интуиция подсказала, что ты один из нас, а я не привык убивать коллег, тем более безоружных. – Помедлив, добавляю, – А если честно – сам не знаю. Рука, наверное, не поднялась.

– У карты? – удивился Железяка.

– Карта тоже человек.

– Но ты же рисковал снами, – недоверчиво взглянул на меня Железяка. – Я знаю что такое сон… Ради него я бы и мать родную продал. А ты вот так запросто… Уже одно это могло заинтересовать Хозяев. Крайне нездоровое поведение. Гильза мне тут в красках расписал историю со святошами. Ты необычный человек Дима.

Большинство людей сперва думает о себе, а уже потом, если остается время о других, у тебя же все наоборот.

– Глупости это все, – глубокомысленно изрекаю перед тем, как рухнуть на стол.

– Как знать, Дима. Как знать, – раздается как сквозь подушку.

Глава 17.

– Ничего себе эскортик! – восхищенно верчу головой. – Я так понимаю, эти две машины с пулеметами и есть твое кое-что? – тыкаю пальцем в пару джипов с крупнокалиберными спарками, замыкающих колону из полусотни мотоциклистов.

Гильза и Железяка довольно переглянулись и дружно кивнули. Не найдя больше что сказать я лишь развожу руками. На такое сопровождение я даже не надеялся.

– Город уважает силу, – сказал Гильза.

– А танки когда прибудут? – сдерживая улыбку, спрашиваю у залюбовавшихся мотоциклетной армией главарей.

– Какие танки? – непонимающе глянул на меня Железяка.

– Никакие. Шутю я.

Широко зевая и потирая сонные глаза, мальчик появился в дверях и, увидев колону мотоциклистов оцепенел. Масштабы намечающейся прогулки его впечатлили.

Вчера, добравшись с чьей-то помощью до нашей комнаты, я, с трудом управляя речевым аппаратом, впрочем как и всеми остальными составляющими в стельку пьяного тела, известил его о решении вождей. Но кто же знал, что все будет настолько глобально? При таком количестве кавалерии волей неволей если даже не Василием Ивановичем, то хотя бы Петькой себя точно почувствуешь.

– Ты поедешь на первом, – осчастливил я мальчика.

Он захлопал ладошками и рванул занимать место.

– По коням, – скомандовал Гильза.

Спустя несколько минут мы покидаем крепость Орлов и двигаемся в направлении, которое указал мальчик.

Сидя на заднем сидении открытого джипа с грустью смотрю на мелькающий мимо город.

Он похож на большое животное, зараженное вирусом ненависти ко всему разумному. Я не знаю, что ввергло его в разруху, впрочем, как и все остальные. Такое впечатление, что город возник из ниоткуда такой как есть сейчас: воюющие друг с другом банды, запуганные жители больше похожие на крыс мечущиеся в поисках пищи в каменных лабиринтах, разрушенные дома дремлющие в ожидании исчезнувших или никогда не существовавших хозяев… Театральные декорации… От таких мыслей становится жутко, и хочется закрыть глаза, чтобы не видеть тень смерти нависшую над этим миром, состоящим из вечно умирающего города и не имеющей границ степи.

– Помнишь? – сидящий на переднем сидении Железяка повернулся ко мне и указал рукой на большое многоэтажное здание с разрушенным фасадом. Сквозь огромные дыры в стенах видны покореженные каменные внутренности.

– Как же, забудешь такое. Часть колоды там осталась…

Именно в этом здании погибли Восьмерка и Девятка. Именно здесь я впервые нарушил приказ своего непосредственного командира и поставил под угрозу сны всей колоды.

– Нам тоже изрядно досталось, – признался Железяка. – Ваша колода серьезно потрепала мою охрану. Лучших подчистили.

– Да-а, было дело, – нахмурившись, вспоминаю подробности той миссии. – Именно тогда все и началось…

– Что все?

– Попытка самоубийства. Знакомство с Ди. Непонятки с Хозяевами. До этого все было так просто… – грустно вздыхаю.

– С вами там еще великан с гранатометом был, – неожиданно вклинился в разговор водитель джипа – веснушчатый парень. – Классный солдат. Он шестую огневую точку с первого выстрела завалил. Ребята успели только по разу стрельнуть, а он на вспышку среагировал и бабах-бабах. И вообще красиво вы работали… не то, что местные слонопасы.

– Молчать! – рыкнул на разговорчивого парня Железяка так, что тот втянул голову в плечи. – На дорогу смотри.

На удивление мы пересекли город без особых проблем, если конечно не считать короткую стычку с мусорщиками. Они, не разобравшись, напали на вырвавшийся вперед авангард из пары мотоциклов. Мы поспели вовремя. Мотоциклисты быстро взяли в оборот шестерых оборванцев с автоматическими арбалетами. Часто затарахтели спарки джипов, дополняя глухое тявкание автоматов. Мусорщики, ошалев от появления неизвестно откуда взявшейся армии и стрельбы, безо всякого сопротивления сдались в плен. Бородачи в кожанках лениво, скорее для профилактики чем от злости, попинали поверженного противника, реквизировали оружие и придав стартовое ускорение для преодоления ближайшего забора снова оседлали мотоциклы.

Со слов Железяки мусорщиков обычно без надобности никто не убивает. Эти закутанные в какое-то неимоверное тряпье люди, своего рода санитары города. Они шастают по улицам в поиске трупов. Зачем им нужны покойники, толком никто не знает. Поговаривают, что они питаются мертвечиной, а еще охотятся на больных или умирающих. Мусорщики не брезгуют и грабежами, но лишь при значительном численном преимуществе. Своей территории они не имеют, а кочуют небольшими стайками.

Всю дорогу мальчик с любопытством вертел головой по сторонам. Когда мы делали привал на небольшой площади с пересохшим фонтаном, я поинтересовался, был ли он тут раньше. Он жестами объяснил что был, но давно.

На этой же площади к Гильзе подошли двое вооруженных мужчин с красными платками на шеях. Оказалось, что это патруль хозяев этого района. Получив объяснения по поводу пребывания здесь Орлов и Свирепых Волков, они удалились, предварительно предупредив, что у нас есть ровно час на то, чтобы покинуть их территорию.

Гильза сплюнул и грязно выругался им вслед.

Наконец-то железобетонные чащи закончились, и перед нами развернулась бескрайняя степь. Даже на душе легче стало. Мне уже опостылел этот город.

Мотоциклы, а вслед за ними и машины прибавили ходу, поглощая километры травяной поверхности и распугивая мелких зверюшек.

– Как думаешь, чем закончится твое путешествие? – спросил Железяка.

– Если бы я знал. Для меня главное вытащить Ди. А еще хотелось бы увидеть Хозяев и узнать все… о снах… о себе…

– Увидеть Хозяев, – эхом повторил Железяка и задумался. Мужественное лицо, на половину прикрытое стальной маской стало серьезным. Он как будто что-то взвешивает.

Колона остановилась, мальчик спрыгнул с мотоцикла и побежал ко мне.

– Приехали?

Он утвердительно кивнул.

– Ну что ж, – поворачиваюсь к Железяке и подъехавшему на мотоцикле Гильзе. – Рад был с вами познакомиться. Спасибо за все.

Мне жаль расставаться с этими храбрыми лидерами, сумевшими сплотить вокруг себя людей и тем самым дать им шанс на будущее.

– Еще не понятно кто кого должен благодарить, – рассмеялся Гильза, и хлопнул меня по плечу, а Железяка задумчиво кивнул.

Крепкие рукопожатия, несколько прощальных взмахов и напутствий знакомых по стычке со святошами бородачей в коже и я с мальчиком покидаем наш эскорт.

На ходу рассматриваю подарок Гильзы – пистолет. Серьезное оружие. Ребристая рукоять удобно ложится в ладонь, да и калибр совсем не детский. Вешаю кобуру на пояс и показываю язык насмешливо глядящему на меня мальчику. Сам знаю, что выгляжу комично. Средневековая кольчуга, подпоясанная ремнем с кобурой и пара мечей за спиной – коктейль из архаики и современности.

– Эй, подождите, – окликает Железяка. Он широким шагом приближается к нам.

Золотой волчий череп болтается на груди, постукивая при каждом шаге об пластины пуленепробиваемого панциря.

– Что-то забыл? – спрашиваю.

– Я иду с вами, – решительно говорит он, догнав нас.

– Зачем?

Я удивлен. Железяка неплохо устроился в этом мире. Зачем ему рисковать жизнью непонятно ради чего?

– Из любопытства, – он широко улыбнулся. – Хозяев хочу увидеть.

– Но мы не обязательно их…

– Я знаю, – не дал он договорить. – Это мой выбор. Дальше идем вместе.

Он поправил ремень автомата на плече и взял мальчика за протянутую руку.

– А как же твои волчата?

– Взрослые уже. Не пропадут.

– Твоя жизнь – тебе решать, – пожимаю плечами.

Глава 18

– Нарушение, – огненным смерчем ворвался в сознание голос. – Несоответствие оружия уровню развития мира. Исправление.

Я только открыл рот, чтобы поинтересоваться, что еще за несоответствие, как навалившаяся тошнота и головокружение кулем обрушили меня на землю. Окружающий мир завертелся, словно я сижу внутри прозрачной центрифуги. В бешенном танце заплясали над головой три разноцветных солнца. Кусты ухватились за руки-ветви и принялись отплясывать какой-то ирладский танец, притопывая перепачканными в земле корнями в такт часто гупающим барабанам. Нет, это не барабаны, это так бьется сердце, наполняя голову ритмичным гулом.

Земля несколько раз поменялась с небом местами и, наконец, заняла привычное место над головой. Нет, что-то здесь не так. Или с твердыней или со мной. Ну в себе то я уверен… разве что на ноги встать нужно.

– О-ох! – ухватившись руками за ничего не соображающую голову с трудом сажусь. – Я думал, что во второй раз будет легче. Фигушки! Иммунитет не вырабатывается.

Мир, наконец, таки становится похожим сам на себя, неподвижным и лишенным всякой гадости навроде танцующих кустов. Нет, вот насчет кустов я ошибся. Вокруг нас действительно сжимается кольцо высоких кустов густо усеянных длинными шипами. И они действительно ходят! Растения передвигаются, используя толстые корявые корни как ноги. Выглядит довольно неуклюже, но все же они движутся.

– День триффидов, – угрюмо изрекаю и пытаюсь подняться на ноги. Покачивает, но в принципе стоять можно.

– Кого?

Железяка встав на четвереньки и уперевшись головой в землю для лучшей устойчивости попробовал скосить глаза в сторону, и тут же рухнул на бок. Но увидел он достаточно.

– Где мой автомат? – зашарил он руками по земле. – У меня же был автомат, точно помню.

Сую руку в кобуру, уже заранее зная результат. Пусто. Я думал, что голос это всего лишь глюк, вызванный выходом в этот мир.

– Забудь об автомате, – прерываю его хаотичные поиски и протягиваю один из мечей.

– Держи. Поработаем садовниками.

Прижавшись спина к спине, мы наблюдаем за тем, как сжимается кольцо. Медленно но уверенно кусты переставляют корни, с каждым шагом становясь все ближе и ближе.

Длинные, не меньше ладони, колючки выглядят достаточно убедительно, чтобы не бросаться на них.

Противник начинает активные действия первым. Ближайший куст поджал корни и неожиданно сделал длинный прыжок, оказавшись прямо перед Железякой. Молниями метнулись вперед усеянные иглами ветви. Рассержено заорал Железяка, заработав укол в руку.

– Ах, ты так? – взвопил он и, не взирая на текущую по рукам кровь, обрушился на неприятеля. – Получай! Получай! Кровушки захотелось?

Не долго думая, присоединяюсь к Железяке и буквально за несколько секунд мы превращаем куст в сырье для растопки камина ценой десятка кровоточащих ранок на открытых частях тела. Из перерубленных ветвей сочится розовая жижа. Корни все еще дергаются, пытаются куда-то идти, не смотря на полное отсутствие верхней части. Быстрая победа вселяет в нас радость, но кусты не дали времени на празднование. Как стадо гибридов – жуткая смесь кенгуру, ежика и смородины, воистину результат работы пьяного селекционера-генетика, они одновременно обрушились на нас со всех сторон. Воздух наполнился мельтешащими ветвями, так и норовящими попасть в незащищенное место. Мы рубим их мечами, но на смену падшим появляются все новые и новые. Находясь не в лучшей форме после перехода, мы с большим трудом отбиваемся, но с каждой минутой становится все хуже.

– Надо прорываться, – кричит Железяка, не поморщившись выдергивая из щеки пучок игл. Он весь перепачкан кровью и розовой жижой.

– Мы не сможем. – Отвлекаюсь всего лишь на мгновение и тут же получаю обжигающий удар по шее. – Их слишком много.

– Сможем! – Он сильным ударом располовинивает куст. – Мы все сможем!

Прокричав что-то неразборчивое Железяка размахивая мечом бросается прямо в гущу колючек. Кусты наваливаются на него со всех сторон, пытаясь примять к земле. Под копошащейся кучей ветвей как будто бурлит, собираясь прорвать горную породу и вырваться на свободу, рассерженный вулкан.

– Врешь, не возьмешь! – разбрасывая кусты в сторону, вырывается из плена, коренастая фигура. – Вперед Димка! Не робей солдат!

Ну, что с него возьмешь – типичный боевой офицер. За родину и так далее с пистолетом в руках на танк пойдет… И победит. Победит благодаря слепой вере в собственную правоту. Ох, и насмотрелся я в нашей непобедимой на таких бравых мужиков. Сколько из-за этой самой слепой веры молодых полегло. Сказано – взять высоту до восемнадцати нуль-нуль и хоть ты тресни, а приказ нужно выполнить… И брали. Позли, вжимаясь в землю, врастая в камни, теряя на каждом метре людей.

– Ур-р-я, – заголосил я и рванул вслед за командиром, тфу ты, Железякой.

Он подхватил мой клич. Помахав мечами еще несколько минут и пролив немало крови в основном нашей, оказываемся на свободе.

Миновав последние ветви мы переглянулись и, не заглушая победного крика, рванули со всех ног прочь от этих ботанических монстров. Мы бежим, не оглядываясь и по принципу, чем дальше, тем лучше. Не сбавляя скорости, пробиваем заросли на этот раз уже самого обычного кустарника и царапкаемся на поросший чахлой травой холм.

– Хватит орать. – Железяка с усталым видом сел прямо на землю. – В ушах закладывает.

Я и не заметил, что все еще продолжаю совсем не бравым, а скорее уж козлиным голосом тянуть победный клик.

– Ура, тфу ты прицепилось, будь оно не ладно.

Железяка поднял на меня ободранное лицо:

– Чего?

– Хорошо, в смысле, – быстренько поправляюсь, не желая выглядеть дураком и трусом одновременно. К моему прискорбию, похоже, так оно и есть. Испугался конкретно. Одно дело воевать с нормальными двуногими а другое с непонятными монстрами, которые даже будучи раскромсаными вдоль и поперек, все равно норовят ужалить.

– Это ты точно заметил, – хмыкнул Железяка и неожиданно рассмеялся. – Ты своим криком все кусты распугал. А что ты там говорил насчет какого-то триффера? Это что, новая венерическая болячка? Разновидность триппера?

– Триффидов. Фантастический персонаж. Растение способное ходить и насмерть жалить ядовитым языком, – с трудом улыбаюсь. Лицо густо покрыто царапинами и ноет.

Железяка трижды сплюнул через левое плечо.

– С меня и этих хватит. Ты посмотри, сколько кровищи, – он протянул мне на обозрение разодранные руки, сам полюбовался боевыми шрамами, вздохнул и разлегся на земле.

Порывшись в поясной сумке, выуживаю сверток первой помощи, оставшийся с последней миссии. На траву сыплются пучки трав, баночки с мазями и пакетики порошков. Железяка скептически смотрит на мое шаманство, но все же подставляет раны для обработки.

Закончив медицинские процедуры, обессилено опускаюсь на землю рядом с ним.

– А их действительно три, – удивленно говорю, уперев глаза в зависшие над головой светила. – До сих пор ни с чем подобным не сталкивался. Во всех миссиях небо было точь-в-точь как дома. Хорошо одно – наличие трех солнц в точности подтверждает теорию о множестве миров. Если до сих пор у меня и были сомнения, то сейчас они испарились окончательно.

– Я пока считать не разучился. По крайней мере, до трех.

Сделав над собой усилие Железяка попробовал подняться на ноги но тут же побледнев осел обратно.

– Что с тобой?

– Что-то здесь не так, – тяжело задышал он. – Иглы были отравлены. Симптомы похожи. – Его лоб усеяли бисеринки пота, а по телу прошла волна дрожи. – А где твой пацан? Нас же трое было…

Ну, конечно! Как же я мог забыть о нем? Я точно помню, что мы втроем, взявшись за руки покинули предыдущий мир, а потом… потом голос… кусты.

Попытка встать не увенчалась успехом. Ноги стали ватными и отказались держать отяжелевшее туловище. Стало холодно, как будто я лежу на вершине гигантского айсберга, а не на вершине холма в лучах трех солнц.

Неужели ребенка сожрали эти мерзкие растения? Но ведь у них даже нет ртов…

Неизвестный способ поглощения пищи? В любом случае хоть какие-то следы должны были остаться… Может не пережеванные кости, обрывки одежды или пятна крови. Ну, хоть что-то. К тому же мальчик знаком со многими мирами. Он же сам мне объяснял жестами, что раньше уже был в воюющем городе. И я все время забываю, что этот ребенок оборотень, способный в одно мгновение превратиться из тщедушного человеческого детеныша в страшного зверя пусть даже и молодого. Мне долго не забыть пару его собратьев, учинивших пиршество на постоялом дворе. Сила, мощь, скорость и нечеловеческая грация в каждом движении. Машины смерти. Странно, но мне почему-то больше нравиться думать о нем как о человеке, а не звере, пьющем человеческую кровь. Мне даже и в голову ни разу не приходило, что я когда-нибудь могу стать для него желанной добычей. И вообще, откуда я знаю, что твориться в этой маленькой вихрастой голове. Может пацан спит и видит, как бы моей кровушки испить, но пока сдерживается… Пока!

– Эй! Железяка, – вырывается хриплый шепот из моей груди вместо ожидаемого крика.

– Железяка, ты меня слышишь? – на этот раз чуть громче.

Тишина.

Мир становится расплывчатым, призрачным. Руки и ноги превращаются в свинцовые чушки, и каждое движение дается с огромным трудом. Глаза закрываются сами по себе, не спрашивая моего позволения. Железяка был прав насчет яда. Не уверен, что еще когда-то открою глаза. Тоскливо вот так глупо подохнуть на вершине холма в мире, который даже толком и рассмотреть-то не успел, за исключением проклятущих кустов.

Борьба с наступающей темнотой длится недолго. Я проиграл!

Звук приближающихся шагов вырывает меня из смертельного сна. Сделав над собой усилие, приоткрываю глаза. Беззаботно помахивая пучком кореньев, на холм поднимается мальчик. Живой! Хочется вскочить на ноги и броситься ему на встречу, но это не в моих силах. А может это совсем и не мальчик, а всего лишь мираж, навеянный ядом. Иллюзия, чтобы скрасить мой уход…

Мальчик застыл широко раскрыв глаза от удивления. Его взгляд мечется между мной и лежащим рядом Железякой. Подбежав, он отбросил пучок кореньев в сторону и суматошно замахал руками, требуя объяснить, что здесь произошло. Его пальцы скользят по моим рукам, лицу, ощупывая ранки.

– Кусты, – расклеив слипшиеся губы, прошептал я.

Мальчик помрачнел, озадаченно почесал затылок и после короткого раздумья кивнул.

Его руки окутал туман, сквозь который просвечиваются нечеловеческие конечности с длинными когтями.

– Лечить будешь? – попытался я понять его пантомиму.

Мальчик утвердительно кивнул, и протянул руки ко мне.

– Нет.

Он замер не понимая.

– Сперва Железяку, – шепчу, перед тем как закрыть глаза. – Ему больше досталось.

Глава 19.

– Вставай лежебока, – пророкотал над ухом голос Железяки.

Сладко потянувшись, открываю глаза и вижу над собой лицо, наполовину прикрытое стальной маской. Я даже не заметил, как уснул. Помню, что мальчик приступил к лечению… и все… На этом моменте воспоминания обрываются. Вспомнив о лечении, осматриваю себя. Удивительно, на теле ни царапинки, лишь засохшая кровь в изобилии покрывающая одежду. Вот это да! Оказывается малыш мастер на все руки. И усталость как рукой сняло. Чувствую себя как после удачно проведенного отпуска где-нибудь на юге.

– Цены нет твоим мазям, – радостно улыбнулся Железяка и поправил завалившийся на бок гребень волос. – Ты посмотри на меня, даже следов не осталось.

– Мази-то здесь при чем? Это все работа… – Под красноречивым взглядом мальчика неловко осекаюсь. Он кивнул в сторону Железяки и отрицательно помахал указательным пальцем. – Ну да, конечно мази. Я же говорил, что поможет.

Железяка не заметил моей заминки, так как уже занялся обзором местности.

Мальчик довольно улыбнулся. Видимо он не хочет раскрывать свою сущность перед посторонними. Оно и правильно. Кто его знает, как поведет себя Железяка, узнав, что вместе с нами путешествует оборотень пьющий человеческую кровь. Неизвестно насколько долго удастся мальчику скрывать правду, но чем дольше, тем лучше.

Интересно сколь далеко простираются его таланты?

– А что ты еще умеешь? – краем глаза глянув на занятого изучением окрестностей Железяку, тихонько спрашиваю у мальчика. – Чем ты еще можешь удивить?

Мальчик в ответ загадочно улыбнулся и сделал жест, который можно интерпретировать как слова "еще увидишь".

– А ты ничего не хочешь рассказать о цели нашего путешествия? Что нас ожидает?

Каков он Форт Ночного Сияния и его обитатели?

Мигом помрачнев мальчик отрицательно замотал головой. Неизвестно почему, но подобные темы он не любит. Ни крупинки информации в ответ на интересующие меня вопросы. А жаль! Полезно иметь хоть немного данных о конечном пункте путешествия.

А так получается идем толком не ведая куда вслед за мальчиком и ничегошеньки не знаем о том как спасти Ди. Как два слепца, доверившие свою судьбу поводырю, мы можем лишь уповать на его честность и надежность. Эх, как бы мне хотелось ее сейчас увидеть… Коснуться рукой бархатистой щеки, заглянуть в глаза полные осени и увидеть там еще что-то… разгорающийся огонек, который согревает меня душевным теплом и искренностью. Не смотря на то, что я ни разу не сказал ей о своих чувствах, сейчас точно знаю, что не представляю дальнейшей жизни без нее.

Я пока не в курсе какой она будет эта дальнейшая жизнь, и нужен ли красивой девушке калека, но то, что вытащу ее из лап Хозяев это точно. Пополам разорвусь, но вытащу. Снами клянусь!

Перед глазами начала медленно вырисовываться расплывчатая картина. Я как будто смотрю сквозь дымчатое стекло. Мрачный замок с высокими стрельчатыми башнями устроился на самой вершине скалистого утеса, омываемого сердитыми волнами хмурого моря. Узенькие вертикальные окна свысока поглядывают на морскую пучину как бы в ожидании кого-то. Так ждут жены рыбаков возвращения своих мужей из мокрых лап непредсказуемого Посейдона. Захочет – даст рыбы столько, что баркас чуть ли не будет черпать бортами воду, не захочет – заберет жизнь. С каждым вздохом замок становится все ближе и ближе. Вот уже можно рассмотреть идеально правильные блоки, из которых сложены стены. Неторопливо прогуливается закованная в золотую броню стража. Забавно, я словно в сказочном сне. Одновременно вижу и реальность, в которой мальчик машет руками передо мной, пытаясь привлечь внимание, и суровый замок вызывающий невольный трепет перед могуществом его создателей, сумевших построить такую махину. А стены все ближе. Я подлетаю к одной из башен со стороны суши. Все окна кроме одного прикрыты железными ставнями. Именно к этому окну меня несет невидимое течение. Робея от мысли о подглядывании, заглядываю в узкую бойницу. Она! Ди! Девушка сидит на массивном деревянном стуле с резными подлокотниками и с тоской смотрит на свое отражение в серебряном зеркале. Ее губы что-то шепчут. Ближе, еще ближе. Шепот наполняет мои уши шелестом морского прибоя, а может это ее голос сливается с пением моря. "Димочка, где же ты?" – наконец разбираю я, и тут же неведомая сила выбрасывает меня в реальность.

Мальчик и Железяка стоят передо мной со странными выражениями на лицах.

– Что? – все еще не придя в себя, спрашиваю у них.

– Ожил? – поинтересовался Железяка. – И больше не пугай нас. Ты уже минут десять так стоишь как статуя и не отвечаешь на вопросы. Я предлагал тебя стукнуть для приведения в чувство, но пацан не дал. Заботливый он у тебя.

Мальчик насмешливо хмыкнул и показал Железяке язык.

– Я видел ее, – медленно выходя из плена видения, говорю им.

– Кого?

– Ди. Я видел Форт Ночного Сияния и слышал голос Ди. Она звала меня. Мы должны поспешить.

Торопливо начинаю собирать пожитки, готовясь к дороге.

– Как такое может быть? – недоверчиво поинтересовался Железяка, глядя на мои суматошные сборы.

Вместо меня ответил мальчик. Он взял Железяку за руки и, взглянув в прикрытое сталью лицо, с совсем не по-детски серьезным выражением кивнул. Удивительно, но для пятидесятилетнего мужчины этого оказалось достаточно. Железяка задумался.

Открытая часть лба покрылась глубокими бороздами морщин.

– Она для тебя действительно настолько много значит? – наконец спросил он.

– Да.

– И ты ради нее ставишь на кон собственную жизнь, даже не зная нужен ли ей? Ты ведь помнишь, что смерть во сне – это смерть в реальности.

– Да.

– Ты странный человек Дима, – задумчиво произнес Железяка. – С одной стороны профессиональный солдат не привыкший испытывать жалость к врагу, а с другой наивный романтик с бездонной душой.

– На себя посмотри, – недовольно парирую я. – Сам-то чего со мной поплелся? Ради чего сорвался с насиженного и между прочем довольно теплого места? Ведь ты имел все, о чем могла мечтать карта. Постоянная жизнь во сне, здоровое тело полное полезных знаний и умений. Ты воплощение мечты. Некоторое время назад я отдал бы все на свете лишь бы оказаться на твоем месте. Что может быть лучше, чем забыть о серой реальности и жить во сне?

– Я хочу домой, – опустив глаза, негромко произнес Железяка.

– Что? – кажется я закричал, потому что мальчик поморщился и прикрыл уши.

– Я хочу домой, – настойчиво повторил Железяка.

– Зачем? – Я смотрю на него как на в человека сидящего за столом, заваленным разномастными деликатесами, и грезящем о черствой корочке хлеба. В общем, на полного придурка. – Зачем тебе тот мир? Ностальгия замучила? Ты только вспомни койку военного госпиталя и ненавистный запах лекарств, надолго въедающийся в тело. Вспомни, что значит быть инвалидом, который живет прошлым. Хочешь, я угадаю, что тебе снилось? – Железяка дернулся как от пощечины. – Война! Смерть!

Мы калеки не только физические… Мы люди с войной в душе… Моральные уродцы.

Навсегда! Это не забывается. Такие как мы не приспособлены для мирной жизни.

– У меня там сын.

Я застыл с раскрытым ртом на полуслове.

– Сын?

– Я очень соскучился, – тяжело вздохнул он и зачем-то отвернулся. – Наверное, прошла целая вечность, с того момента как я видел его последний раз.

– Время в снах и реальности не имеет прямой взаимосвязи, – напоминаю я. – Мне кажется, что они периодически то ускоряются, то замедляются друг относительно друга.

– Вечность для меня. Я согласен быть инвалидом, навсегда поселиться на госпитальной койке… лишь бы только увидеть сына, – глухо звучит голос Железяки полный тоски и боли.

– Так вот зачем ты пошел со мной…

Он утвердительно кивнул:

– Для меня этот поход хоть какой-то, но шанс попасть домой. Поначалу было все, так как ты говоришь. Радость от работы, на которой успел поставить крест.

Переполненное силы тело… как в молодости. К сожалению, время постепенно с каждого из нас берет пошлину за прожитое. Даже до госпиталя я уже имел ряд проблем со здоровьем. Тревожило старое ранение. Колени незаметно превратились в барометр, довольно точно предсказывающий погоду ломотой. Я переламывал своих врагов пополам, упивался силой и свободой. Потом выживание в волчьей стае и быстрый путь наверх, сметая конкурентов и подчиняя окружающих своей воле. Да, я преуспел, но со временем пришла тоска, убившая радость от всех достижений.

– Ты думаешь, что Хозяева?…

– Ничего я не думаю, только надеюсь. Другого пути нет.

– Я помогу тебе, если это будет в моих силах… – помедлив добавляю, – и если это не будет противоречить моей цели.

– Спасибо, – протянул руку Железяка.

– За что?

– За честность.

Пожав руки, мы отправляемся вслед за мальчиком, успевшим уже отойти на добрую сотню метров. Он спустился с холма, и теперь прокладывает путь сквозь заросли высокой травы, иногда покрывающей его с головой.

Впервые с момента прохода Занавеси подробно осматриваю окружающий нас мир. Три солнца скептически поглядывают свысока на холмистую местность, покрытую зарослями кустов и небольшими рощицами приземистых деревьев. Вдали, по склону одного из холмов медленно ковыляет караван агрессивных кустов. Невольно вздрагиваю, вспомнив радушный прием колючих объятий. Все-таки Железяка молодец.

Если бы не его упорство и напрочь лишенный тормозов энтузиазм, то превратились бы мы в подарочный комплект друшлагов. А вот я сплоховал, проявил малодушие.

Говоря откровенно, я рад, что Железяка вместе с нами. Один его вид вызывает уважение и навевает спокойствие. Своей уверенностью он как бы говорит "не боись солдат, все будет нормально". Кроме этого он профессионал с большим опытом, а это в нашем путешествии ох как немаловажно. Даже мальчику понравился этот стальнолицый мужик с хиповой прической, выглядящей немного нелепо над пожилым лицом.

От Железяки мысли плавно перетекают к Ди и странному видению. Судя по реакции мальчика, замок на скале мне не померещился. Что же тогда это было?

Дальновидение или еще какая-то чертовщина? Прямо как тогда, на постоялом дворе, всплеск неизвестно откуда взявшейся силы. Но главное не это, главное, что Ди жива здорова и ждет меня. Она верит в меня. Я не должен подкачать, не должен обмануть ее надежд. Но все-таки зачем я понадобился Хозяевам? Чего они хотят добиться? Что изменится оттого, что я дойду или не дойду до Форта Ночного Сияния?

Может, на меня делают ставки как на участвующего в забеге жеребца? Нет, это глупости. Люди, или нелюди управляющие мирами не опустятся до таких мелочей.

Дело в чем-то другом. А вдруг я потерявшийся потомок какого-то могущественного бога и меня проверяют на соответствие титулу? Нет, тоже не то. Слишком наивно и самонадеянно. Из грязи в князи…Вообще-то все эти мысленные потуги не имеют ни малейшего смысла. Я могу нарожать гипотез гору и маленькую кучку в придачу, но до тех пор, пока не доберусь до конечной остановки истины все равно не узнаю. К тому же список вопросов до неприличия велик. По большому счету я даже не знаю, где нахожусь. Зависшие над головой солнца могут быть чем угодно: звездами другой галактики или прибитыми на умело закамуфлированный потолок светильниками. Мы проходим через какую-то Занавесь и оказываемся в совершенно другом мире. Может мы при этом преодолеваем парсеки космического пространства, а может всего на всего перезаписываемся из одного раздела жесткого диска исполинского компьютера на другой. А чего стоит несоответствие времен? Это же откровенное наплевательство на законы физики.

– Не отставай, – вырывает меня из жадно плямнкнувшего болота мыслей голос Железяки. – Идти и спать одновременно опасное занятие. Можно не проснуться.

– Да иду, иду, – рассеянно говорю в ответ. – Только нравоучений не надо.